|
<<назад содержание
вперед>>
св. Иоанн Дамаскин
КНИГА ТРЕТЬЯ
Глава I
О Божественном домостроительстве и
попечении в отношении к нам, и о нашем спасении.
Итак, этим нападением виновника зла – демона человек был
прельщен, не соблюл заповеди Творца, был лишен благодати,
потерял дерзновение к Богу, подвергся суровости бедственной
жизни, – ибо это означают листья смоковницы (Быт. 3, 7). –
облекся в смертность, то есть в смертную и грубую плоть, –
ибо это означает облачение в кожи (Быт. 3, 21), по
праведному суду Божию был изгнан из рая, осужден на смерть
и сделался подвластным тлению.
Но (и в таком состоянии) не
презрел человека Милосердый, даровавший ему бытие и
блаженное состояние, но первоначально вразумлял его многими
способами и призывал к обращению – стенанием и трясением
(Быт. 4, 14), водным потопом и истреблением всего почти
человеческого рода (Быт. 6, 13), смешением и разделением
языков (Быт. 11, 7-8), руководством Ангелов (Быт. 18, 2 и
др.), сожжением городов (Быт. 19, 24 и др.),
прообразовательными богоявлениями, войнами, победами,
поражениями, знамениями и чудесами, явлением различных сил,
законом и пророками. Всем этим имелось в виду достигнуть
истребления греха, разлившегося многоразличными потоками,
поработившего себе человека и нагромоздившего жизнь всякого
вида пороком, а также – и возвращение человека к блаженному
состоянию.
Но так как чрез грех вошла в мир и смерть,
пожирающая, подобно дикому и неукротимому зверю, жизнь
человека, имеющему же прийти Искупителю надлежало быть
безгрешным и не подвластным смерти, возникающей чрез грех,
так как, притом, необходимо было подкрепить и обновить
естество человеческое, самим делом наставить его и научить
пути добродетели, отводящему от тления и ведущему к жизни
вечной, что, наконец, открывается человеку великое море
(Божия) человеколюбия. Сам Творец и Господь вступает в
борьбу за свое создание и самим делом становится Учителем.
И так как враг уловил человека обещанием ему божественного
достоинства, то и сам он уловляется тем, что Божество (в
Искупителе) является под покровом плоти.
И в этом
открываются вместе и благость, и премудрость, и правда, и
всемогущество Божии. Благость, потому что Бог не
презрел немощи Своего создания, но сжалился над ним –
павшим – и простер к нему руку (помощи). Правда –
потому что, когда человек был побежден, Бог не другого
кого делает победителем мучителя и не силою похищает
человека у смерти, но кого некогда смерть поработила себе
грехом, того Благий и Праведный снова соделал победителем и
– что казалось невозможным – подобным спас подобное.
Премудрость – потому что Бог нашел благоприличнейшее
разрешение безвыходного положения. Ибо, по благоволению
Бога и Отца, единородный Сын, Слово Божие, и Бог, сый в
лоне Бога и Отца (Ин. 1, 18), единосущный Отцу и
Святому Духу, предвечный, безначальный, Тот, Кто был в
начале, был у Бога и Отца, и (Сам) был Богом, во образе
Божий сый (Флп. 2, 6), преклоняет небеса и сходит, то
есть неуничижимую высоту Свою неуничиженно уничижает,
снисходит к Своим рабам неизреченным и непостижимым
снисхождением, – ибо это и значит снисхождение.
Будучи совершенным Богом, Он становится совершенным
человеком, – и совершается из всего нового самое новое и
единственно новое под солнцем (Еккл. 1, 10), – в чем
открывается беспредельное могущество Божие.
Что может быть
более сего – Бог соделался человеком? И Слово плоть
бысть (Ин. 1, 14) непреложно – от Духа Святаго и Святой
Марии, Приснодевы и Богородицы. Зачавшись в непорочной
утробе Девы не от желания или похоти, или соединения с
мужем, или от сладострастного зарождения, но от Святаго
Духа и наподобие первого происхождения Адамова – Бог Слово,
единый человеколюбивый, является посредником между Богом и
людьми, становится послушным Духу, врачует наше
непослушание принятием того, что подобно нам и от нас, и
делается для нас примером послушания. без коего невозможно
получить спасение [1].
[1]
Григорий Богослов, слово 6 и 38. Григорий
Нисский, Большое огласительное слово. 20.
<<назад содержание
вперед>>
|
