Азбука верыПравославная библиотекаархиепископ Аверкий (Таушев)Современность в свете Слова Божия. Слова и речи
Распечатать
Скачать как mobi epub fb2 pdf Оригинал (pdf)
 →  Чем открыть форматы mobi, epub, fb2, pdf?


архиепископ Аверкий (Таушев)

Современность в свете Слова Божия
Слова и речи

Том 3 Том 4

Том 4

Вступление

   В предлагаемом 4-ом томе содержатся мои слова и речи, произнесенные и написанные в 1974—1975 годах в США.
   Ровно 25 лет тому назад 23 января5 февраля 1951 года американский аэроплан со странным названием «Летающий Тигр» доставил меня с нашей великой российской святыней чудотворной иконой Знамения Божией Матери Курско-Коренной на груди в «благословенную», — как многие ее тогда называли, после ужасов, пережитых в Европе, — Америку.
   Здесь начался новый период моего служения, вскоре же после прибытия, в Св. Троицком монастыре в Джорданвилле (штат Нью-Йорк). Назначенный ректором нашей единственной духовной школы в Зарубежье Св. Троицкой Духовной Семинарии, которую учредил приснопамятный Архиепископ Виталий (Максименко), я был рукоположен 1225 мая 1953 года в сан Епископа и сделан постоянным членом нашего Архиерейского Синода, в качестве Председателя Ученого Комитета при нем, вплоть до перемен, происшедших в 1967 году.
   Тогда, в первые годы нашего прибытия в Америку, еще велико было общее воодушевление: ключом била наша церковная жизнь, возникали все новые и новые церковные приходы, строились храмы, основывались религиозно-просветительные и церковно-благотворительные организации, как например, Св. Владимирские кружки молодежи, Фонд имени приснопамятного о. Иоанна Кронштадтского (еще до его прославления), часто устраивались, то тут то там, съезды и многолюдные церковные торжества, чувствовался огромный религиозный подъем среди масс верующих, обретших тут спокойное, мирное и более или менее обезпеченное существование, храмы весьма усердно посещались.
   Но враг рода человеческого, которому все это, конечно, весьма не нравилось, не дремал. Постепенно все это стало меняться к худшему, как и вся мiровая обстановка, не говоря уже о местной американской жизни. До чудовищных размеров выросла преступность, никем и ничем не обуздываемая, а скорее как-будто даже поощряемая, до ужасающих размеров дошел безстыдный разврат и полный упадок духовности. А у нас в церкви один за другим стали уходить в иной лучший мiр достойнейшие священнослужители и заслуженнейшие старейшие наши иерархи, воспитанники старой нашей духовной школы и Православной России. И все больше и больше стала ощущаться какая-то духовная пустота. А рост преступности дошел, наконец, до того, что во многих городах страшно стало выходить на улицу, не только ночью, но и днем. Нагло поднял голову открытый сатанизм, получивший официальное признание в качестве «религии» (!).
   И слишком явно видно было, что все это делается по одному общему определенному плану, по указке «свыше». И все, кто еще не ослепли духовно, вполне естественно стали говорить о приближении «последних времен» и об «Отступлении», ибо во многом так явно чувствовалось зловонное дыхание приближающегося антихриста.
   Вся эта стремительно растущая духовная разруха во всех областях жизни не могла не побуждать нас к особенно-усиленной и горячей проповеди Слова Божия, без всяких личных домыслов и ни к чему не нужного философствования, с единственной целью показать, до какого подлинно-катастрофического положения дожили мы и весь современный мiр, и где нам искать спасения.
    «Горе мне, если не благовествую»  (1 Кор. 9:16) — так ведь учит нас, пастырей, а тем более архипастырей, Слово Божие.
   И вот, вследствие всех тяжелых душевных переживаний на почве происходящего, постиг меня (так, по крайней мере, свидетельствуют об этом врачи!) целый ряд весьма тяжких заболеваний, едва не лишивших меня этой временной земной жизни, поскольку не мог я примириться со всем, что творится вокруг и относиться ко всему этому равнодушно.
   И до сего времени еще не удается мне полностью окрепнуть, но благодарю Бога и за то, что не лишил Он меня, Всеблагий, сил и возможности благовествовать, и устно и письменно, то наше учение веры и благочестия, к благовествованию которого, и притом неустанному, призываются все истинные пастыри Христовой Церкви, в чем и заключается главный долг и обязанность их служения, а тем более — в такое страшное время повального отступничества, когда многие боятся возвышать свой голос и предпочитают молчать. Но ведь «молчанием предается Бог»  (св. Григорий Богослов)!, а потому страшно за таких боязливо молчащих пастырей, предпочитающих быть наемниками, а не пастырями!
   Ведь св. Апостол Павел так наставлял пастырей в лице своего преданного ученика Тимофея:
    «Проповедуй слово, настой благовременне и безвременне, обличи, запрети, умоли, со всяким долготерпением и учением»  (2 Тим. 4:2).
   Не мне судить, как выполнял я это. Судить меня будет, как и всех нас, нелицеприятный Бог. Но одно могу сказать: делал я это честно, по совести, не взирая на лица.
   Боже, милостив буди мне грешному!

Когда мы сможем Новый год праздновать?

   Мы, люди, — разумные твари, ибо Бог есть Высший Разум, а Он сотворил нас «по образу Своему» (Быт. 1:27). Эта разумность и есть главное отличительное свойство наше. Именно поэтому враг Божий и враг человеческого спасения — диавол, желая изгладить в нас образ Божий, больше всего и ополчается на нашу разумность, внушая нам творить, вопреки всякому здравому смыслу, самые неразумные вещи.
   Можно смело сказать, что человек больше всего мучится и страдает на земле именно от того, что слишком часто действует наперекор требованиям своей богозданной природы, то есть: вместо разумной деятельности, увлекается совершением неразумных дел и поступков, вследствие чего спотыкается, падает и больно ушибается, а иногда и расшибается насмерть.
   А для того, чтобы жить достойно своего высокого человеческого звания, надо всегда, решаясь на какое-либо дело, на тот или иной поступок, предварительно ставить себе вопрос: «А разумно ли то, что я собираюсь делать?»
   Вот и в нынешний день, при наступлении Нового Года, естественно задать себе вопрос: «А разумно ли встречать Новый Год так, как это вошло теперь в моду?» Разумно ли ночь наступления Нового Года проводить в веселой, легкомысленно-настроенной компании, в объядении и пьянстве, в плясках и всяких нескромных развлечениях и увеселениях?

Разумно ли вообще встречать Новый Год веселием?

   А уж совсем нелепа и безсмысленна мода, появившаяся в эмиграции заграницей — встречать такНовый Год дважды: и по новому и по старому стилю!
   Но какой, собственно, во встрече Нового Года может быть повод к веселию, да еще такому, которое в наши дни зачастую переходит все границы приличий и становится похожим на какие-то языческие вакханалии?
   Впрочем, это и есть несомненный пережиток язычества, ибо суеверные язычники были убеждены, что чем веселее «встретить» Новый Год, тем более веселым и счастливым он будет для них.
   Но ведь мы — не язычники, а разумности в этом нет никакой, и для нас, христиан, это и предосудительно и неприлично.
   При наступлении Нового Года искони принято было у нас желать друг другу «нового счастия».
   Но откуда и от кого можем мы ожидать этого «нового счастия»?
   Конечно, от Того только, в руках Которого находится жребий нашего временного бытия земного и что еще важнее — участь наша в вечности — от Творца нашего и Промыслителя Бога.
   Каждый вновь наступающий Новый Год должен напоминать нам, что еще на год сократилась наша земная жизнь, что еще на один год приблизились мы к неизбежно ожидающей нас вечности. И кто знает: быть может, этот наступающий Новый Год будет вообще последним годом нашей земной жизни?
   Что же? Неужели по этому поводу надо веселиться до упаду?
   Не разумнее ли, не правильнее ли эту ночь наступления Нового Года провести в молитве о том, чтобы Господь «благословил венец наступающаго лета Своею благостью», простив нам «вся согрешения вольная и невольная, в мимошедшем лете зле нами содеянная»?
   К этому как раз и призывает нас св. Церковь, установившая даже особый чин «Молебного пения на Новый Год».
   Не потому ли жизнь наша с каждым годом все мрачнее и мрачнее становится и вместо «нового счастия» постигают нас только все новые и новые беды, скорби и несчастия, что мы не молимся Господу Богу при наступлении Нового Года, а безумно предаемся всяким безчинным забавам и увеселениям совсем по-язычески?
   Духовное небрежение наше, нерадение и окамененное нечувствие доводит нас до того, что мы не делаем даже того, что общепринято делать в обычной мiрской жизни. Все гражданские учреждения и торговые предприятия при наступлении Нового Года считают совершенно необходимым составлять годовые отчеты о своей работе за истекший год, тщательно проверяют самих себя, так ли у них все шло, как нужно для успеха дела, соображают, что нужно улучшить, изменить или исправить, составляют бюджет и план работы на будущий год — все с целью усовершенствования и обновления своего дела.
   Неужели духовная наша жизнь требует меньшей заботы?
    «Душа не больше ли пищи?»  (Матф. 6:25) Духовное не важнее ли всего материального?
   Каждый из нас, христиан, при наступлении Нового Года, не плясать должен, а тщательно проверить себя, потребовав полного отчета от своей совести: достойно ли и вполне ли по-христиански вел он себя в истекшем году, на истинном ли пути жизни стоит он, не сбился ли он на ложный путь, ведущий в погибель, подвинулся ли он хоть сколько-нибудь в деле своего нравственного самоусовершенствования или совсем погряз в бездне страстей и пороков? И сделать при этом соответствующие выводы о необходимости тех или иных перемен в своей жизни, дабы в наступающем Новом Году и жизнь свою начать по-новому: «совлещися ветхаго человека, тлеющаго в похотех прелестных, и облещися в новаго человека, созданного по Богу в правде и преподобии истины» (Ефес. 4:22-24; Кол. 3:9-10).
   Только тогда Новый Год и будет для нас действительно новым, - когда мы сами твердо решимобновиться духом и начать новую жизнь, решительно отсекая все свои прежние греховные страсти и привычки.
   Только тогда сможем мы дождаться и «нового счастия», которого обычно друг другу желаем, ибосчастие без Бога, без умиротворения совести и хранения ее чрез ревностное исполнение заповедей Божиих недостижимо! Не может чувствовать себя счастливым тот, в ком совесть нечиста! Ибо истинное и ничем невозмутимое счастие — не в богатстве и славе, не в удовольствиях и наслаждениях, а во внутреннем мире души и спокойствии совести.
   Это — неоспоримый факт, свидетельствуемый самою жизнью!
   «С новым годом, с новым счастием!» Так издавна принято у нас приветствовать друг друга.
   Но разве есть что-нибудь «новое»?
   Ведь не даром же премудрый Екклесиаст говорил: «Что было, то и будет, что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем»  (Еккл. 1:9).
   Откуда же эта постоянная жажда какой-то «новизны» в человеке? Даже при встрече многие, вместо взаимного приветствия, иногда спрашивают: «Что нового?»
   Это — не что иное, как инстинктивное подсознательное, вложенное в самую природу человека недовольство тем, что есть, и стремление к духовному обновлению.
   Это обновление и дарует всем истинно-верующим в Него Христос-Спаситель.
    «Кто во Христе, тот — новая тварь»  (2 Кор. 5:17) так говорит об этом св. Апостол Павел. Но не только человек, а и вся тварь призвана к обновлению.
    «Ибо знаем, что вся тварь совокупно стенает и мучится доныне»  (Рим. 8:22) утверждает тот же Апостол.
    «Впрочем мы, по обетованию Его, ожидаем новаго неба и новой земли, на которых обитает правда». (2 Петр. 3:13) — так говорит об этом всеобщем обновлении св. Ап. Петр, предрекая, что весь мiр обновится огнем (2 Петр. 3:7-12).
    «Если так все это разрушится», делает отсюда заключение св. Апостол, «то какими должно быть в святой жизни и благочестии вам, ожидающим и желающим пришествия дня Божия, в который воспламененныя небеса разрушатся и разгоревшияся стихии растают?»  (2 Петр. 3:11-12).
    «Итак, возлюбленные», увещевает всех нас св. Апостол: «ожидая сего, потщитесь явиться пред Ним неоскверненными и непорочными в мире»  (2 Петр. 3:14).
   Не ужасаться низменным животным страхом этого великого «дня Божия» — дня кончины и преобразования мiра — должны мы и не отдалять его от себя, ублажая и поощряя этим свое нерадение и духовную леность, а наоборот — «ожидать» и «желать» его, как наставляет св. Апостол, но при этом, конечно, вести неустанную работу над своим личным духовным обновлением, чтобы этот «день» не застал нас неготовыми, в чем и заключается наша главная жизненная задача, а вовсе не в искании развлечений и увеселений и стремлений к легкой привольной жизни, как делают любители веселых «встреч» Нового Года, да еще дважды!
   Жуткие и знаменательные события переживаемого нами времени не могут не наводить нас на мысль, что чаша долготерпения Божия переполняется и что этот день гнева Божия близок.
   Если мы решимся твердыми ногами стать на путь духовного обновления, каждый Новый Год будет для нас действительно новым годом. Тогда и праздновать встречу его мы будем по-настоящему, как прилично христианам, а не так неразумно и нелепо, как многие это делают теперь. Тогда и «пришествие дня Божия» мы будем ожидать не со страхом, а с радостью, ибо это будет день погибели нечестивых и торжества Правды Божией!

«ПОКАЙТЕСЬ, ИБО ПРИБЛИЗИЛОСЬ ЦАРСТВО НЕБЕСНОЕ!» (Матф. 4:17).

   Крестившись от Иоанна в водах Иорданских, Спаситель наш Господь Иисус Христос выходит в мiр на дело Своего общественного служения человеческому роду. Он начинает проповедывать Свое Божественное Евангельское учение людям, «сидящим во тьме и сени смертной» (Матф. 4:16).
   Но с чего, какими словами начинает Он Свою проповедь? — «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное!»  (Матф. 4:17) — вот первые слова Его проповеди!
   Почему это так?
   Своим приходом в этот мip — Своим преславным Рождеством от Пречистой Девы в Вифлееме и Своим Крещением от Иоанна во Иордане Он уже сделал то, что Царствие Небесное, дотоле совсем закрытое для грешных людей, стало им близко, сделалось доступным для них. Оставалось научить людей, что они, со своей стороны, должны сделать, дабы войти в это открывшееся для них Царство.
   И вот, как на самое важное условие для входа в Царство Небесное, Господь указывает на покаяние:«Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное!»  (Матф. 4:17).
   И это понятно!
   Каждый, кто вступает в пределы какого-либо царства или государства, тем самым обязуется исполнять законы этого царства или государства. Если законы эти идут вразрез с его нравами, обычаями и привычками, он должен приноровиться к ним и для этого переделать, переломить себя, изменить свои нравы и привычки так, чтобы они не были в противоречии, а соответствовали бы законам этого царства или государства — он должен подчиниться этим законам, повиноваться им и ни в чем не ломать и не нарушать их, ибо в противном случае он подвергнется суровой каре или будет осужден на изгнание.
   Царство Небесное, куда призываются Богом все люди, — ибо они для того и сотворены Богом, чтобы быть гражданами этого Царства, — тоже имеет свои, Божественные законы, нарушать которые, конечно, еще более недопустимо, чем какие-либо законы человеческие. Поэтому каждый желающий вступить в это Царство и жить в нем должен переделать, переломать себя, изменить свои нравы и привычки, чтобы они соответствовали вполне законам Небесного Царства — законам Божиим. А это и есть покаяние.
   Покаяться — значит, переломить, переделать себя, изменить свои нравы и привычки — изменить свою искаженную грехом природу к лучшему: переделать на новый лад, как свой внешний строй жизни, так и свое внутреннее настроение — свои мысли, чувства и желания. Покаяться это значит — обновиться духом, оставить свои прежние грехи и греховные навыки и начать свою жизнь по-новому - так, как этого требуют Божественные законы Царства Небесного.
   Вот почему «Без покаяния нет спасения», ибо как может войти в Царство Небесное человек, который упорно отстаивает свою греховную волю, не желая склониться перед волей Божией, всеблагой и всеправедной, упрямо остается при своих старых греховных привычках и не желает приноровить себя и свою жизнь к законам Царства Небесного.
   Отсюда ясно видно, что «Царство Небесное» это не есть какая-либо чисто-внешняя награда, которая дается Богом свыше, по Его произволу, тому, кому Он захочет, без всякого участия в этом воли самого человека.
   Нет! Бог «всем человеком хощет спастися и в разум истины приити»  (1 Тим. 2:4), но войти или не войти в Царство Небесное — это зависит не столько от Бога, сколько, прежде всего, от самого человека. Хочешь быть гражданином Царства Небесного — изучи законы этого Царства, проникнись их духом, заставь себя исполнять их, жить в согласии с ними — и вход тебе открыт. Если же ты упорствуешь, коснеешь в своих греховных нравах и привычках и упрямо твердишь, как это, даже с некоторым самодовольством, делают в наше время многие: «Каков я родился, таков и умру!» не видя в себе ничего плохого, подлежащего исправлению, то — кто виноват, что двери Царства Небесного останутся закрытыми для тебя, и ты будешь ввержен во тьму кромешную, где будет плач и скрежет зубов (Матф. 8:12)? Только ты сам, твое глупое неразумное упорство, та тьма, в которой ты добровольно и упрямо сидишь, предпочитая ее свету Божию и вечному блаженству, которое предназначил тебе Бог, ради тебя сшедший на землю и ставший человеком. А Бог тут не при чем! Он никому не желает погибели, а ты сам себя губишь!
   Сколько светлой радости, сколько невыразимого блаженства и необыкновенной духовной отрады в истинном покаянии — это знает по собственному опыту каждый, кто когда-либо искренно, по-настоящему каялся, побеждая свои греховные нравы и привычки и воскресая духом к новой жизни!
   Напротив: сколько безысходных скорбей, гнетущих душу, сколько мрака, сколько мучительных терзаний совести переживает человек, не желающий по-настоящему каяться и исправлять свою жизнь к лучшему, какая зловещая тьма царит в его душе, какой леденящий холод излучается от него!..
   Вот вновь уже приближаются дни Великого поста. Сегодняшний евангельский призыв Господа есть первое напоминание св. Церкви об их приближении. Не будем терять драгоценного, столь быстро текущего, времени, братие, напрасно: покаемся, пока не поздно, вступив радостно в эти спасительные дни великой духовной отрады.
   Без покаяния нет настоящей радости и в этой временной земной жизни, а там в вечности ожидает нас страшная зловещная тьма и безысходное, безнадежно-мрачное отчаяние.
   «Покайтеся!» зовет нас Господь: «ибо приблизилось Царство Небесное» (Матф. 4:17). Аминь.

Будь верен!

    «Буди верен даже до смерти, и дам ти венец живота!»  (Апок. 2:10).
   В переживаемое нами исключительно-страшное богоотступническое время, когда открыто провозглашается безбожие, пропагандируемое и поддерживаемое власть имущими, а безумные сатанисты уже не скрывают себя, но выступают явно, демонстрируя поклонение сатане и служение темной бесовской силе, при таком же покровительственном отношении со стороны государственных властей, — призыв Апокалипсиса — «Буди верен!» приобретает особенную остроту, важность и значение.
   Будь верен!
   Верен — кому и чему?..
   Будь верен, конечно, прежде всего, твоему Творцу — Богу, а никак не врагу Божию — сатане, жаждущему твоей погибели. Но будь верен Богу на самом деле, а не только на словах, как фарисеи-лицемеры! Многие в наше время открыто служат сатане, но не мало и таких, которые делают вид, будто служат Богу, а в действительности угождают сатане, творя дела его.
   Будь верен Христу — Спасителю твоему, крестными страданиями Своими искупившему тебя от греха, проклятия и смерти и власти диавола и отверзшему тебе врата блаженной вечности — врата рая! Бодрствуй над собой и не дай запутать себя в сетях Антихриста, противника Христа, слуги которого так настойчиво и напористо стремятся всех вовлечь в орбиту служения ему, чтобы содействовать скорейшему воцарению его на земле!
   Будь верен Церкви — не какой-либо сомнительной «юрисдикции» или «деноминации», и не какому-либо одному иерарху или духовному лицу, а — Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви,основанной не людьми, а Самим Христом-Спасителем на твердом камени исповедания Его Божества! -
   Той Церкви, которая есть «Столп и утверждение Истины»  (1 Тим. 3:15) и одна только непогрешимаи никогда в целом заблудиться не может.
   Будь верен богомудрому учению Святых Отцев Церкви, которое общепризнано и общепринято всеюЦерковью, как истинное, и их церковным постановлениям и законоположениям, утвержденным голосом всей Церкви на Вселенских и Поместных Соборах, в так называемых канонических правилах, и не ставь себя судьей над ними!
   Многие в наши дни дерзают безумно говорить, что они якобы «веруют в Бога» и даже во Христа, но Церкви не признают, и учению Церкви самоуверенно и самонадеянно противопоставляют свои собственные, нередко совсем сумбурные и безсмысленные измышления.
   Не умничай, полагаясь на свои каверзные домыслы!
   Помни, что «Кому Церковь не Мать, тому Бог не Отец», как выразился один из великих Отцев Церкви святитель Киприан Карфагенский, мученической смертью своею засвидетельствовавший свою верность Христу.
   Будь верен, наконец, всем дошедшим до нас из глубины веков благочестивым преданиям, священным традициям и обычаям, укоренившимся в нашем православном церковном обиходе и повседневном быту, которые не противны Слову Божию и учению Св. Церкви!
   Вот, в самых общих чертах, краткое исповедание нашей верности - той Святой Истине, которую так злобно поносят и настойчиво стремятся подорвать и искоренить в христианском сознании враги Божии, явно или тайно служащие сатане.
   Итак, в наше жуткое и лукавое время, прежде всего, будь верен!
   Но будь действительно верен, а не кажись только верным по одной внешней видимости, ибо много-много в наши дни развелось фарисейского лицемерия, которое так сурово и безпощадно обличал, осуждал и бичевал Сам наш Милостивый и снисходительный к другим человеческим грехам Владыка — Господь Иисус Христос во время Своего общественного служения людям.
    «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры!»  (Матф. 23:13) — так многократно грозил Он тем, которые считали себя духовными вождями своего народа, мнили себя «законниками» — знатоками и ревнителями Закона Божия, а в действительности были только «Слепыми вождями слепых» и грубыми нарушителями важнейших заповедей Божиих, «оцеживая комара и проглатывая верблюда»  (Матф. 15:14; 23, 16—17; 23—28).
   Слишком много и в наше время, пожалуй, еще больше, чем было тогда, лукавства, фальши, неискренности и лицемерия. Многие теперь служат «двум господам» и хотят угодить «и нашим и вашим» — сделать так, чтобы «и волки были сыты и овцы целы».
   Все это глубоко противно истинной верности Богу, которая не терпит двоедушия и двуличия, а требуетцельности - добросовестной прямоты и искренности, честной прямолинейной настроенности в деле служения Богу и Его Божественной Истине, без всяких лукавых виляний туда и сюда, без компромиссов, притворства и лицемерия, ибо Господь ясно сказал, что «никто не может служить двум господам» (Матф. 6:24), и тот, кто покусится стать на этот скользкий путь, неизбежно окажется нарушившим верность Богу и незаметно для самого себя соскользнет на путь служения сатане.
   И это явление в наши дни можно наблюдать буквально на каждом шагу, хотя весьма часто такие люди умеют искусно скрыть от других, а иногда и от своей собственной совести, свою измену Богу и фактически переход в лагерь служителей Сатаны.
   За примерами не нужно далеко ходить! Они слишком ясны и очевидны для всех, еще не потерявших совесть и не притупивших своего духовного зрения.
   Всякий, кто не соблюдает полностью вышеперечисленных нами условий верности Богу, Христу-Спасителю и Его истинной Церкви, — уже стал на этот гибельный путь и, если во время не спохватится и не искупит свой тяжкий грех измены Богу «плодами достойными покаяния»  (Лк. 3:8), будет ввержен вместе с сатаной и служителями его «в озеро огненное, горящее серою»  (Апок. 19:20; 20, 15), как открыто было Тайновидцу Иоанну, то есть обречен будет на вечные адские муки.
   Увы! в наше исполненное легкомыслия время мало кто об этом думает, иногда даже кощунственно подсмеиваются над этими христианскими верованиями, заботясь только об устройстве своего временного земного благополучия — о том, чтобы получить побольше денег и обезпечить себе получше земную карьеру. В каком-то жалком ослеплении они стараются убедить себя, что с этой земной жизнью все кончается, а потому нужно использовать ее, как говорили некогда язычники: «Да ямы и пием: утре бо умрем!» (1 Кор. 15:32).
   Но это, по учению Слова Божия, есть не более, как горькое заблуждение! Совершенно безсмысленна была бы такая жизнь, которая бы так кончалась.
   Для каждого из нас настанет, в конце концов, последний смертный час, и всякое земное благополучие исчезнет, как пар, как дым, но это будет не «конец всему», а только начало новой жизни — в вечности.И станет тогда такой человек пред лицем Всеведущего и Нелицеприятного Судии — Бога, Которому он изменял, наивно пытаясь обмануть, и Его, и самого себя, и других людей, будто он живет по правде, в то время, как вся его жизнь была исполнена лукавой лжи.
   Какой ответ тогда придется дать Богу?
   Вот от этой-то лукавой фарисейской лжи и предостерегает заранее нас Господь в Своей столь жизненной и поучительной притче о мытаре и фарисее, которая читается за литургией всегда в первую приготовительную неделю к Великому посту.
   Этим чтением св. Церковь желает нам внушить, что главное коренное зло нашей жизни, от которого рождаются все прочие грехи, это — фарисейское лицемерие, источник которого — диавольская гордыня, каковая никогда не может быть истинно-верна Богу, а неизбежно ведет к измене Богу и даже — к богоборчеству. Это мы и видим в истории распятия Сына Божия, пришедшего на землю спасти человека.
   Не забудем, как говорит Епископ Игнатий (Брянчанинов), что «величайшее злодеяние на земле - убиение Сына Божия — совершено фарисеями»  (том 1, стр. 419).
   Будем же верны Богу, но верны по-настоящему, а не по-фарисейски!

ПРЕДДВЕРИЕ ВЕЛИКОГО ПОСТА.

   Самый великий и радостный день в жизни Св. Христовой Церкви это — «праздников праздник и торжество торжеств» — день Светлого Воскресения Христова. Это — день славной победы нашего Божественного Искупителя над злейшим врагом нашего спасения — диаволом и его порождениями, веками угнетавшими падшее человечество — грехом, проклятием и смертью. Ввиду исключительной важности и несравненного значения этого дня, ни один день в году не празднуется у нас так радостно и так торжественно, как день Светлого Воскресения Христова — день Св. Пасхи.
   Желая оттенить особенно-великое значение этого дня св. Церковь еще задолго подготовляет нас к нему продолжительным так называемым Великим постом. Великим он называется, как по своей большой продолжительности, так и по своей чрезвычайной строгости. Начинается он еще за семь недель до Пасхи и состоит из св. Четыредесятницы и примыкающей к ней вплотную Страстной седмицы.
   Великий Пост назначается Церковью, как преимущественное время покаяния. Для того, чтобы празднование св. Пасхи ничем для нас не омрачалось и было воистину светлым и радостным, необходимо предварительно очистить свою совесть, чтобы она ни в чем скверном нас не обличала и этим не умаляла бы нашего радостного праздничного настроения. Это очищение и умиротворение совести дается через покаяние — труды говения, исповедь своих грехов и причащение св. Христовых Таин. Подвиги покаяния и должны составлять главную нашу заботу, главное занятие в течение Великого Поста.
   Итак, Великий пост, чрез очищение наших душ в трудах покаяния подготовляет нас к достодолжному празднованию светлого Воскресения Христова. Но и к самому покаянию нужно подготовляться.Должная покаянная настроенность не всем и не всегда сразу и лето дается. Нужно расположить душу к покаянному настроению заранее. Учитывая это, св. Церковь, еще задолго до наступления Великого Поста, начинает мало-помалу подготовлять нас к покаянному подвигу.
   Едва только успеют отойти торжественные дни праздников Рождества Христова и Богоявления, как уже раздается в храмах (в неделю по Просвещении) призыв Самого Господа Иисуса Христа, вышедшего на Свое общественное служение человеческому роду после крещения: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное!»  (Матф. 4:17).
   Затем, в ближайший воскресный день Евангелие живописует нам трогательный образ покаявшегося грешника — начальника мытарей Закхея. Растроганный тем, что Господь не возгнушался его греховностью, но милостиво посетил его жилище, Закхей, в душе которого внезапно произошел решительный поворот к новой жизни, в порыве глубокого покаянного чувства, воскликнул: «Се, пол имения моего, Господи, дам нищим, и аще кого чим обидех, возвращу четверицею»  (Лк. 19:8). В лице Закхея Церковь указывает нам образец истинного покаяния, которое не ограничивается одним безплодным сожалением о содеянных грехах, но стремится загладить эти грехи противоположными им добрыми делами.
   Призвав нас к покаянию словами Самого Господа и научив нас, в лице Закхея, каким должно быть истинное, нелицемерное покаяние, св. Церковь вводит нас в недели приготовительные к Великому Посту. Этих недель (или воскресных дней) всего четыре, и каждая из них, в связи с евангельскими чтениями и воспоминаемыми в них событиями, носит свое особое название: 1) Неделя Мытаря и Фарисея, 2) Неделя Блудного Сына, 3) Неделя Мясопустная (или Страшного Суда) и 4) Неделя Сыропустная (или Изгнания Адамова), называемая в просторечии «прощеным воскресением».
   Начиная с недели Мытаря и Фарисея, Церковь влагает нам в уста умилительное песнопение, которое повторяется затем на каждом воскресном всенощном бдении в течение всего Великого Поста, после чтения Евангелия: «Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче!» Какой смысл имеет это песнопение и для чего поется оно в эти дни?
   Великий пост есть время всеобщего духовного очищения и освящения. Но это очищение и освящение возможны только под условием совершенного оставления греха и изменения образа жизни, мыслей, чувствований и желаний. Необходимо полное обновление и возрождение духовное, А это требует со стороны человека подвига - продолжительного, тяжкого, болезненного, к которому постепенно нужно возбуждать, нудить и располагать себя. Без личного подвига, личных усилий самого человека это возрождение духовное невозможно. Бог не спасает человека помимо самого человека, вопреки его воле. Он, давший человеку свободную волю и разум, чтобы отвергать худое и избирать доброе, никого насильно не вводит в Царство Небесное. С нашей стороны, требуется самоохотная решимость на подвиги ради приобретения Царства Небесного. Но, с другой стороны, при крайней поврежденности грехом человеческой природы, одних наших усилий недостаточно: необходимо всесильное содействие Божественной благодати, которое привлекается усердным, из глубины души исходящим, болезненным молитвенным воплем о помощи. Господь, слыша нашу слезную мольбу и видя искренность наших стремлений и наших собственных усилий, подает нам Свою всесильную помощь -отверзает нам «двери покаяния»: сокрушает Своею благодатию наше окамененное нечувствие и помогает возбудить в себе искреннюю скорбь о грехах, без которой не может быть истинного покаяния.
   С этой же целью — умягчить наши сердца и расположить их к правильным покаянным чувствам — св. Церковь предлагает нам в воскресных евангельских чтениях яркие назидательные образы из Священного Писания.
   В первую из приготовительных недель читается евангельская притча о Мытаре и Фарисее. Этой притчей св. Церковь учит нас, что в основе истинного покаяния должно лежать чувство смирения - искреннее сознание своей греховной нечистоты, непотребства и безответности пред Богом, искреннее сокрушение сердечное, исключающее всякое самомнение, самохвальство и превозношение, далекое от всякой уверенности в своей добродетели и чуждое упования на свои добрые дела. Фарисей, хвалившийся своими добрыми делами, но не замечавший своих грехов и уничижавший других людей, мня себя выше их, вышел из храма посрамленным в своей гордыне, а смиренный мытарь, видевший перед собою одни свои грехи и болезновавший о своей греховной нечистоте, получил оправдание от Бога. Основная идея этой замечательно-жизненной притчи выражена в заключительных словах ее:«Всяк возносяйся смирится, смиряяй же себе вознесется»  (Лк.18:14).
   Смиренное сознание своей греховности, соединенное с мольбой о прощении, исходящей из сокрушенного сердца, имеет столь великую цену пред Богом, что Бог прощает каждого грешника, который искренно кается, сколь бы велики ни были грехи его. Многие из нас, предавшись смиренным чувствованиям и углубившись в созерцание греховных движений души своей, не могут не видеть, как глубоко они пали и как они оскорбляют любящего нас Отца-Бога. Отсюда — недалеко до отчаяния, особенно когда эти греховные движения успели породить великие преступные деяния. Грешник может оказаться в опасности потерять всякую надежду на спасение и впасть в бездну отчаяния, откуда уже нет выхода.
   Так вот, чтобы мы, сознав всю тяжесть своих грехов, не отчаивались, св. Церковь в следующуювторую неделю евангельской притчей о Блудном Сыне поучает нас, что Господь, будучи безконечно милосерд, никогда не отвергает искренно-кающегося грешника, как бы низко ни пал он, ибо все мы, люди — возлюбленные чада одного Отца Небеснаго, и каждого из нас, заблудших, Господь всегда готов принять в Свои отеческие объятия, лишь бы только мы сами решились оставить грех и возвратиться к Нему, в отчий дом, как сделал это евангельский блудный сын.
   С этого воскресного дня на всенощных бдениях после «Хвалите Имя Господне» поется псалом 136«На реках Вавилонских» - скорбный гимн иудеев, попавших в Вавилонский плен. Скорбное томление избранного народа Божия в плену Вавилонском было прообразом пленения грешников диаволом и отлучения их от славы Божией и своего небесного отечества. Все мы, люди, точно так же томимся и страдаем в этой земной юдоли за наши грехи и беззакония, а истинное отечество наше, по которому мы сознательно или безсознательно тоскуем и к которому стремимся, «на небесах есть», как говорит Апостол: «Жительство наше на небесех есть»  (Флп. 3:20), «не имамы бо зде пребывающаго града, но грядущаго взыскуем»  (Евр. 13:14). Скорбь и воздыхания по этому вожделенному отечеству небесному, утраченному нами чрез грехопадение, мы и выражаем пред наступлением Великого поста, когда поем: «На реках Вавилонских тамо седохом и плакахом, внегда помянути нам Сиона».
   Но возвращение в это отечество не закрыто для нас: мы можем вернуться в него дверьми покаяния, если возьмем пример с евангельского блудного сына, который после долгих бедствий и тяжких переживаний вне отеческого дома, наконец, придя в себя, решил: «Востав иду ко отцу моему и реку ему: отче, согреших на небо и пред тобою, и уже несмь достоин нарещися сын твой: сотвори мя, яко единаго от наемник твоих»  (Лк. 15:18-19). Так и сделал он и был принят обрадованным отцом в его распростертые отеческие объятия. Так и Господь принимает с истинно-отеческой любовью искренно-кающегося грешника, коль скоро он «придет в себя» и сознает всю бедственность своего положения в отлучении от славы Божией, в мрачном плену у диавола и греха — на мысленных «реках Вавилонских».
   Однако, сама по себе эта картина безпредельного человеколюбия и милосердия Божия могла бы духовно разслабить нас и понудить нас небречь о своем спасении. «Успею еще покаяться, а если и нет, то ведь все равно: Господь так безконечно милосерд и человеколюбив, что простит меня», так, примерно, говорят или думают грешники, не желающие исправляться, а некоторые еретичествующие идут им навстречу, утверждая, что Господь при кончине мipa изречет всеобщее прощение всем грешникам. Если верить этому, то нет и нужды в покаянии, и распущенность людей на земле достигла бы еще больших размеров, а жизнь бы уподобилась еще более горчайшему аду, чем это ныне видим: никто не думал бы о необходимости обуздывать свои греховные страсти, надеясь на всепрощение Божие.
   Так вот, чтобы мы не стали недуговать безразсудной надеждой на безусловную безграничность Божия милосердия и не стали бы с полным пренебрежением относиться к делу своего спасения, в следующий (третий по порядку) воскресный день св. Церковь поражает нашу душу ярким потрясающим зрелищем, образно живописуя перед нашими мысленными очами грозную картину последнего Страшного СудаБожия над всем человеческим родом. Эта потрясающая душу картина убеждает нас в том, что Господь не только безконечно милосерд, но и безконечно правосуден, что в Нем, таинственным и непостижимым для нашего ума образом, «милость и истина сретостася, правда и мир облобызастася»  (Пс. 84:11). Учение о неизбежном для всех загробном воздаянии — о вечном блаженстве праведников и вечных мучениях грешников — проходит красной нитью через все Священное Писание, и избежать праведного суда Божия может только тот, кто еще в этой жизни успел заблаговременно от всего сердца покаяться, то есть обновить свою греховную природу духовным возрождением. С этого воскресного дня, по уставам Церкви, прекращается ядение мяса, почему эта неделя Страшного Суда называется Неделей Мясопустной. После этой недели разрешается только вкушение сыра, молока, масла и яиц, отчего вся последующая седмица и называется «сырной», или, в просторечии, — «масляницей».
   Пред неделей Страшного Суда, в «субботу Мясопустную», св. Церковь призывает нас помолиться «о всех от века усопших православных христианах». Это моление находится в тесной связи с воспоминанием Страшного Суда. Помышляя о своих грехах, за которые мы должны будем дать ответ Богу на Страшном Суде, мы по естественному чувству христианской любви к своим родным, близким и всем вообще православным христианам, нашим братиям во Христе, не можем не обратиться мыслью и к их загробной участи, желая облегчить ее, чтобы и им купно с нами избежать праведного осуждения Божия на Страшном Суде. В эту субботу св. Церковь призывает нас молиться особенно о тех, которые, как говорит поучение на этот день, «узаконенных псалмов и песнопений памяти не получиша», то есть о тех людях, которые, по каким-либо трагическим обстоятельствам их смерти, лишены были христианского погребения, или за кого некому было молиться.
   Вся последняя седмица пред наступлением Великого поста, называемая «сырной», или «масляницей», постепенно вводит нас в спасительные настроения близ грядущих дней великопостного подвига. Поэтому глубоко противны христианскому духу те отвратительные мiрские обычаи, которые, как печальное наследие мрачных времен язычества, связались с этой седмицей: всякие разнузданные увеселения и развлечения, скоморошества, балы-маскарады, объядение и пьянство.
   Сколь неуместны в эти дни такие забавы и несдержанное чревонеистовство и пьянство, видно уже из того, что в сырную субботу св. Церковь празднует память «всех святых в постничестве просиявших», а в воскресение за ней — воспоминается скорбное событие изгнания Адамова из рая, которое явилось следствием невоздержания.
   В последний (четвертый) перед началом Великого поста воскресный день, называемый Неделей Сыропустной, потому что в этот день бывает «сыра отпуст», или прекращение ядения сыра, св. Церковь в своих песнопениях скорбно вспоминает изгнание наших прародителей из рая и, вместе с тем, наглядно объясняет, чего ради, собственно, обязателен для нас подвига постный.
   Многие из нас, грешных, немощных людей, слыша призыв Церкви к покаянию, исправлению жизни, борьбы с грехом, и искоренению дурных навыков — страстей, в минуты упадка духовных сил и мрачного раздумья начинают предаваться сомнениям: «А и в самом деле — нужно ли бороться с грехом? нужно ли подавлять в себе так называемые страсти? Быть может, то, что называют грехом, естественно для нас, быть может, страсти законны, свойственны нашей человеческой природе, и бороться с ними — значит идти против природы, то есть творить дело противоестественное, а потому незаконное и вредное?»
   Лже-наука и лукавое житейское мудрование тотчас же предлагают свои услуги, чтобы укрепить такого колеблющегося человека в его сомнениях, и торжественно провозглашают все страсти и порочные наклонности человека природными свойствами человеческого естества. Совесть усыпляется, и человеком овладевает греховный сон, забвение, нерадение и окамененное нечувствие.
   Для того, чтобы предупредить это греховное усыпление, предостеречь от него и объяснить нам, что нынешнее наше порочное состояние не естественно для нас, а явилось следствием грехопадения наших прародителей чрез непослушание их воле Божией, св. Церковь в последний воскресный день перед наступлением поста вспоминает первоначальное райское блаженство первых людей и образно живописует великую скорбь, пережитую ими после изгнания их из рая. Трогательные песнопения этого дня, изображающие плач Адама, скорбный вопль его, многократно повторяемый: «Милостиве, помилуй мя падшаго!» только совершенно безчувственную душу могут не растрогать. Они убеждают нас в том, что мы — падшее творение Божие, что мы лишились великого дара Богообщения и райской сладости чрез непослушание нашему любящему Отцу-Богу, а так как падение наше в лице Адама и Евы произошло чрез невоздержание, выразившееся во вкушении запретного плода, то и возстановление наше может произойти только чрез добровольное принятие на себя подвигавоздержания - подвига постного.
   Изображая картину райского блаженства первых людей и их бедственное состояние после грехопадения, Церковь тем самым хочет возбудить в нас спасительную скорбь об утраченном блаженстве и ревность — подвизаться для возвращения оного. «Помяни, откуда ниспал еси», как бы так говорит она нам: «и покайся, и прежняя дела сотвори»  (Апок. 2:5).
   «Поминай первобытное блаженство первозданных», поучает в этот день великий наш святитель Феофан, Вышенский Затворник: «великое и неописанное, потерянное через падение, и тем раздражай в себе ревность и заботу к востанию и возвращению себе потерянного. Так, больной, вспоминая о приятном состоянии здоровья, усерднее желает выздоровления; пленный, помня отраду свободы, ищет освобождения; обедневший, помня покой довольства, всякие употребляет способы к тому, чтобы снова обогатиться. Думаю, что не было бы ни одного безпечного и нерадивого о своем спасении, еслибы не оскудевала память: «как хорошо было до падения и как худо стало по падении» («В неделю Сыропустную» из слова Еп. Феофана «О покаянии»).
   Мы — больны, духовно больны самой злейшей болезнью — грехом. Вот Церковь и назначает нам спасительный для нас курс лечения — Велики пост!
   В этот же день — неделю Сыропустную — на умилительной вечерне Церковь взывает к нам: «Постное время светло начнем!», и для полного умиротворения совести установила обычай, чтобы все верующие, вступая в дни постного подвига, когда мы будем испрашивать у Бога прощения наших грехов, сами испрашивали бы друг у друга прощения.
   Так, исподволь, мало-помалу, как заботливая Мать, св. Церковь заблаговременно подготовляет нас к достодолжной встрече и провождению великих и спасительных дней св. Четыредесятницы. Наше дело — со всем вниманием отнестись к богомудрым наставлениям Матери нашей, впитать их в себя, чтобы они стали как бы нашей плотью и кровью: тогда незаметно для нас самих преобразится и оцерковится вся наша жизнь, и мы станем другими людьми, а искренняя сердечная исповедь Великим Постом, предваренная усердным говением и завершенная причащением Св. Христовых Таин, обновит и возродит наши души.
   С обновленной душой и чистой совестью светло и радостно встретим мы и отпразднуем светлый праздник Воскресения Христова, а поступая так из года в год, в течение всей своей жизни, сподобимся, наконец, даст Бог, вкусить вечной Пасхи «в невечернем дни Царствия Христова»  (9-я песня канона Пасхи), где не будет уже никакой печали ни воздыхания, а одна только радость, неизглаголанная и безконечная, и неизреченная сладость «зрящих Лица Божия доброту неизреченную» (Утренняя молитва 5-я).
   Этого мы непременно сподобимся, если не будем преступно пренебрегать постом, но будем законно подвизаться, следуя во всем указаниям и наставлениям чадолюбивой Матери нашей, Святой Церкви.

“Помышляю день страшный…”

    «Помышляю день страшный и плачуся деяний моих лукавых; како отвещаю Безсмертному Царю? коим же дерзновением воззрю на Судию блудный аз? Благоутробный Отче, Сыне Единородный, Душе Святый, помилуй мя!»
   Совсем иной была бы жизнь человеческая, если бы все мы постоянно помышляли об этом страшном дне. Но — увы! Кажется, нет ничего другого на свете, о чем бы так не любили помышлять современные люди, как о дне последнего Страшного Суда Божия над всем человеческим родом. И в наши жуткие дни почти общего морального развала, если и вспоминают о нем, то только с усмешкой, обращая помышление о нем в шутку и позволяя себе легкомысленно острить над теми, кто говорит о Страшном Суде всерьез. Все это указывает лишь на то, насколько люди, порою даже христиане, духовно одичали, отошли от Церкви и пришли в губительное состояние «окамененного нечувствия», при котором человека, как говорится, уже «ничем не прошибешь».
   А между тем день Страшного Суда неизбежно наступит для всех, хотят ли его или не хотят, и на нем решится вечная участь наша. И он несомненно приближается, о чем ярко свидетельствуют именно такие, как мы выше сказали, легкомысленные настроения и праздные насмешки. Ибо, как предрекал св. Апостол Петр, именно «в последние дни явятся наглые ругатели, поступающие по собственным своим похотям», которые будут говорить: «где обетование пришествия Его? ибо с тех пор, как стали умирать отцы, от начала творения, все остается так же»  (2 Петр. 3:3-4).
   Так и теперь многие говорят: «что вы нам проповедуете о конце мiра, Втором пришествии Христовом и Страшном Суде? Ведь уже сколько раз в прошлом предсказывали конец мiра, но этого не произошло, и все остается так же, как было».
   Бывшие предсказания оказались несостоятельными, и они не исполнились. Но это совсем не значит, что конца мiра вообще не будет, что и ясные предречения об этом Слова Божия и верование всей истинной Церкви Христовой тоже окажутся ложными и не исполнятся.
   А предречений об этом и в Слове Божием и у великих Отцов Церкви слишком много! Больше, чем достаточно!
   И замечательно, что, по учению Слова Божия, мы должны не только бояться и трепетать этого страшного дня, из-за грехов наших, боясь справедливого возмездия за них, но и «ожидать и желать пришествия дня Божия». И это потому, что день Страшного Суда будет великим днем окончательного торжества Добра над Злом, торжества той Божией Правды, той высшей справедливости, по которой так истосковалась душа человеческая, сознательно ли то или безсознательно, ни в чем не находя себе удовлетворения на этой грешной земле (см. 2 Петр. 3:11-13).
   Ведь после того, как «небеса с шумом прейдут, стихии же разгоревшись разрушатся, земля и все дела на ней сгорят» (2 Петр. 3:10), явится «новое небо и новая земля, на которых будет обитать правда»  (2 Петр. 3:13).
   Это «новое небо» и «новая земля» были показаны в дивном видении возлюбленному ученику Христову — Тайновидцу Иоанну Богослову (см. Апокалипсис глава 21-ая).
   Тогда «отрет Бог всякую слезу с очей», удостоившихся жить там, «и смерти не будет уже, ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло» (Апок. 21:4). Сам Бог будет обитать с этими блаженными людьми, и они будут Его сынами (Апок. 21:3-7), «и ничего уже не будет проклятаго» и только «рабы Божии будут служить Ему, и узрят лице Его, и имя Его будет на челах их» (Апок. 22:3-4).
   Кто же, после этого, всячески отгоняет от себя всякую мысль о наступлении этого дня, когда откроется для нас, если мы того удостоимся, такая блаженная вечность?
   Только тот, кто грех любит, кто желает без конца купаться в этой греховной грязи, которой так преисполнена наша теперешняя земля, обреченная нелицеприятным Судией-Богом на уничтожение огнем, — кому не дорого общение с нашим любящим Отцом-Богом!
   И совершенно напрасно такие люди, если не отвергают совсем учения Церкви об этом страшном дне, откладывают наступление его на какие-то безконечно-отдаленные времена — на «миллионы лет», как приходилось нам слышать. Ибо Сам Господь свидетельствует, что этот день придет неожиданно и внезапно, как «тать в нощи» (Матф. 24:42-44; Лк. 12:39-40), а потому надо всегда быть готовыми к нему, ибо он придет «в день, в который мы не ожидаем, и в час, в который мы не думаем» (Матф. 24:50).
   День изо дня протекает наша жизнь, обычно без особых резких перемен, и кажется иной раз, что она — эта греховная жизнь — будет продолжаться вечно. Забываем мы, что мы только «странники и пришельцы на земли сей» (Евр. 11:13), что грозная смерть поджидает неизбежно каждого из нас, и устраиваемся на земле так, как если бы эта земная жизнь не имела конца. Но вот приходит грозный смертный час, и все наши надежды и земные планы рушатся, разсыпаются в прах — все пред лицом смерти оказывается жалким, тщетным и ненужным. Так же жалка, тщетна и ничтожна пред лицом вечности и вся наша земная жизнь вообще!
   Так вот точно так настанет некогда грозный час и для всего видимого мiра, когда «силы небесныя поколеблются, солнце померкнет, и луна не даст света своего, и звезды спадут с небесе», «и тогда явится знамение Сына Человеческаго на небеси: и тогда восплачутся все народы земли и узрят Сына Человеческаго, грядущаго на облацех небесных с силою многою» (Матф. 24:29-30).
   В первый раз приходил Господь на землю в уничижении, чтобы нас научить смирению — во второй раз Он придет грозным Судией, с силою и славою многою, и вси святии Ангели с Ним, чтобы воздать каждому по делам его (Апок. 22:12).
   И соберутся пред Ним все народы земли. Никто не сможет уклониться и не явиться пред лице Его. Тогда никто не в состоянии будет сослаться на какие-либо неотложные дела свои или заботы — все, без всякого исключения, вынуждены будут предстать пред лицем грозного Судии: и верующие и неверующие, и праведные и грешные... Все человечество предстанет тогда пред Иисусом Христом, как перед истинным Сыном Божиим, Которому дана «всякая власть на небеси и на земли» (Матф. 28:18), и пред Которым «всяко колено поклонится небесных и земных и преисподних» (Флп. 2:10).
   И «восплачутся пред Ним вся колена земная» (24, 30), ибо это явление Господа будет несказанно ужасно для всех упорно неверовавших в Него, не любивших Его и не исполнявших заповедей Его. Никакой язык человеческий не в силах будет выразить тот ужас и отчаяние, которое овладеет всеми нераскаянными грешниками. Какой отчаянный вопль исторгнется из груди тех, которые во время земной своей жизни хулили имя Божие, издевались над верой и Церковью, насмехались над людьми верующими и над этим самым Страшным Судом, считая себя слишком умными, слишком учеными и высокообразованными, чтобы веровать во все то, чему учит св. Церковь.
   Но будет уже поздно — ничто не сможет помочь им и спасти их!
   Злые дела всех и даже тайные помышления и самые сокровенные стремления обличатся явно пред всеми, и исполнятся воочию сказанные некогда слова Господа: «Ничтоже покровено есть, еже не открыется, и тайно, еже не уразумеется» (Лк.12:2). Тогда не будет места никаким оправданиям, никаким извинениям. Каждый, видя себя, будет сознавать, что он видим всеми — таков, как он есть на самом деле, во всех своих делах, словах и помышлениях.
   Это будет Страшный Суд воистину — страшный своей неотвратимостью, страшный своей безповоротностью и безусловностью своих определений, страшный по своим последствиям для нераскаянных грешников!
   Это будет страшный суд еще и потому, что каждый нераскаянный грешник ясно почувствует, что только он один виновен в своем осуждении, что никто иной, как только он сам был своим собственным смертельным врагом во время своей земной жизни и подготовил для себя вечную погибель, хотя имел полную возможность избежать этого и стать причастником вечной жизни с Богом и нескончаемого райского блаженства.
   И в этом-то слишком позднем и безплодном раскаянии и будет заключаться главная острота и боль страшных адских мучений!
   Не Бог наказывает человека, ибо Он Никому не желает погибели, но «хощет всем человеком спастися и в разум истины приити» (1 Тим. 2:4), а сам человек наказывает себя своим неразумием и непростительным легкомыслием. Загробное воздаяние — ведь это не что иное, как естественное следствие того душевного настроения, которое создал себе человек за время своей земной жизни — это его законное наследство, его кровное достояние, которое останется с ним навеки, как его неотъемлемая собственность.
   Вот и разсуди каждый! Что лучше копить себе: чистые светлые радости, добрые дела, святые мысли и чувства или же — гадкие, омрачающие душу страсти, скверные дела, грязные, постыдные мысли и чувства?
   Что кто накопил в своей душевной копилке, с тем и предстанет на суд, с тем и перейдет в вечность!
   Как же нам быть и что нам делать, дабы не погибнуть навеки?
   В неделю Мясопустную, перед наступлением Великого поста, Церковь нас и поучает, что мы должны делать:
    «Помышляю день страшный и плачуся деяний моих лукавых»... Не отклонять от себя мысль о Страшном Суде, а наоборот — постоянно помышлять о нем и оплакивать свои лукавые деяния, свои грехи. Плакать о них нужно и каяться!
    «Блажени плачущии, яко тии утешатся» - обещает нам Господь (Матф. 5:4). Такова сила искреннего, нелицеприятного покаяния, что оно изглаждает все грехи, и самого великого грешника может представить на суд безгрешным праведником. Для того-то св. Церковь и приводит нам на память Страшный Суд перед наступлением Великого поста, чтобы мы использовали, как должно, это «время благоприятное» для покаяния.
   Итак, не будем лукаво мудрствовать, а воспользуемся наступающим Великим постом, чтобы принести искреннее покаяние во всех неправдах наших, исправить свою жизнь и быть готовыми безстрашно предстать пред лицем Праведного Судии в день он страшный, который, по слову Писания, найдет, «как сеть на всех живущих по всему лицу земли» (Лк.21:34-35).

ПОЧЕМУ ДОЛЖНЫ МЫ ПОСТИТЬСЯ?

    «Постное время светло начнем!..» (стихира на вечерне).
   Многие в наше время задают этот вопрос: «почему Церковь требует, чтобы мы постились?» Одни — вообще не зная и не понимая, для чего установлен пост, и пренебрегая им совсем, другие — свысока и высокомерно отвергая его и смотря на постящихся, как на каких-то «отсталых людей», чуть ли не изуверов.
   Между тем, пост — чрезвычайно-важное установление нашей св. Церкви, нужное и высоко-полезное и для души и для тела,
   И всегда это так было, а в наше нездоровое время особенно — нет людей вполне здоровых и душою и телом. Мы все — люди больные, в большей или меньшей степени, а пост — это курс лечения для наших больных душ, а в то же время — и для тела. Нужно только правильно понимать его смысл и значение и разумно пользоваться им.
   Мы все унаследовали больную природу от наших прародителей, осмелившихся дерзко нарушить данную им заповедь Божию и впавших в двойной грех — непослушания и невоздержания чрез вкушение запрещенного плода, и сами продолжаем так же грешить, омрачая свою душу и разстраивая одновременно здоровье тела, тесно связанного с душою.
   Величайшая ошибка и заблуждение — считать себя вполне нормальными и идеально-здоровыми людьми!
    Мы — больны, и больны при том самым злейшим недугом — грехом, происходящим от гордости и самолюбия, который поражает и душу и тело. Надо понять это и глубоко сознать всю бедственность такого нашего состояния, ибо ведь от греха и первоисточника его бесовской гордости — все зло на земле, а в будущей жизни он уготовляет нам вечные нескончаемые муки.
   Как же не желать нам вылечиться?
   Да и какой больной хотел бы постоянно болеть без всякой надежды когда-либо выздороветь?
   Вот попечительная мать наша св. Церковь и предлагает нам необходимый курс лечения — Великий пост, как своего рода «духовную санаторию». И всякий, кто проходит этот курс лечения, добросовестно исполняя предписания Церкви и советы своих духовных врачей, не может не почувствовать сколь великую пользу и облегчение он приносит — вплоть до полного выздоровления.
   Через непослушание и невоздержание в лице наших прародителей мы пали и лишились райского блаженства — через добровольно принимаемый на себя подвиг послушания и воздержания, с отвержением своей гордыни и самолюбия, мы можем снова возстать и возвратить себе утраченное райское блаженство.
   Надо только помнить, что истинный пост, как учит Церковь, состоит не только в одном телесном воздержании от известных родов пищи, как мяса, молока, сыра и яиц, но и в воздержании от всякаго зла, — что истинный и разумный пост есть двоякий: телесный и духовный.
    «Постящеся, братие, телесне, постимся и духовне,» поет Церковь, причем один телесный пост без духовного не имеет никакой цены: «ничтоже есть», по выражению нашего великого российского святителя Тихона Задонского, но и духовный пост без телесного не может быть успешным. Телесное воздержание необходимо для того, чтобы ослабить слишком сильную плоть, освободить дух от власти плоти, ибо, по учению Слова Божия, — а каждый сам может проверить это на собственном опыте, — плоть всегда желает противного духу. «Мудрование плотское есть смерть,» говорит св. Апостол Павел, «оно есть вражда на Бога, закону бо Божию не покаряется»  (Рим. 8:6-7).
   Поэтому, чтобы поститься «постом приятным, благоугодным Господеви» и достичь должного успеха в этом пощении, необходимо разумно сочетать пост духовный с постом телесным, памятуя что, как человек состоит из души и тела, так и совершенный пост должен быть двоякий: духовный и телесный.
   В чем же состоит пост духовный?
   Это ясно выражено в церковной стихире, которая поется в первый же день Великого поста на вечерне:
    «Истинный пост есть злых отчуждение,» то есть: отчуждение себя от всякаго зла, «воздержание языка, ярости отложение, похотей отлучение, оглаголания, лжи и клятвопреступления. Сих оскудение, пост истинный есть, и благоприятный».
   Отсюда ясно, чти если кто-нибудь воздерживается от ядения мяса, молока, сыра и яиц, но не воздерживается от делания зла ближним, не удерживает своего языка от злословия и празднословия, не обуздывает своей ярости (раздражительности и злобы на ближнего), не пресекает своих похотей, не отказывается от наговоров (сплетен), лжи и клятвопреступства, — пост такого человека не может почитаться постом истинным и угодным Богу. «Что толку,» говорит один из наставников христианского благочестия: «что толку, если ты не ешь мяса, а ближних твоих угрызаешь?»
   Вот как учит Церковь о посте, и совершенно напрасно неверующие и враги Церкви приписывают ей, будто она требует только одного телесного поста, и в нем видит весь смысл пощения!
   Наоборот: Церковь никогда не требовала и не требует строгого телесного воздержания от больных и немощных, считая, как выражается один из великих подвижников преп. Варсануфий, что «болящему Бог вменяет его болезнь, вместо поста — тому, кто переносит ее с терпением и благодарит Бога. Если и десять раз в день будешь есть, не печалься, ты не будешь осужден за это,» ибо «не от немощных телом требует Бог поста, но от сильных и здоровых» (Вопросы 168 и 169).
   Само собой разумеется, если болезнь есть действительная болезнь, а не мнимая и воображаемая, почему в таких случаях надо испрашивать совета и благословения своего духовника.
   Правило Апостольское 69-ое, требующее от всех соблюдения установленных Церковью постов, освобождает, однако, от необходимости поститься тех, у кого есть препятствие со стороны «немощи телесной». Повторяем еще раз, что никаких льгот православный христианин не должен допускать себе сам, самовольно, а всегда обращаться за всеми советами, касающимися духовной жизни, к своему духовнику.
   Замечательно сильно и вразумительно говорят многие Святые Отцы о значении поста.
   «Пост — колесница, возносящая на небо,» учит преп. Ефрем Сирин; «пост — доброе предохранение для души, надежный сожитель телу. Пост — оружие доблестным, училище подвижников. Пост — путь к покаянию».
   «Пост — отвержение всего, что услаждает вкус,» учит сам величайший постник преп. Иоанн Лествичник: «погашение телесного разжжения, истребление лукавых помышлений, чистота молитвы, светило души, хранение ума, истребление сердечной безчувственности, дверь умиления, радостное сокрушение, удержание многословия, причина безмолвия, страж послушания, облегчение сна, здравие тела, виновник безстрастия, врата рая и небесное наслаждение.»
   «Пост — время небеснаго врачевания,» говорит св. Амвросий Медиоланский: «время пробуждения души от греховнаго сна и преступной безпечности о своем спасении. В это время душа каждаго из нас, человека грешнаго, как бы пробуждается от дремоты, находясь в которой она забыла о своем спасении, была более чем равнодушна к нему... Всматриваясь, она видит вокруг себя мглу, застилающую от нея лучи божественной благодати. Св. Церковь приходит на помощь к смущенной душе:«Прииде пост, мати целомудрия, обличитель грехов, проповедник покаяния!..» «Пост есть время, в которое мы можем очистить всю скверну пороков и уврачевать все язвы беззаконий, усердно прося Врача душ наших, чтобы Он помог нам соблюсти заповеди, трудныя для соблюдения...»
   «Примите пост, бедные.» так взывал св. Василий Великий: «он разделит с вами и обитель и трапезу. Примите его, богатые: он уврачует вас от вреда, причиняемаго пресыщением. Примите его, больные: это — мать здоровья. Примите его здоровые: это — хранитель вашей телесной крепости. Польза поста открыта всякому роду жизни, всякому состоянию тела. Радостно примем пост!»
   «Постящийся,» говорит св. Иоанн Златоуст: «легок, глубоковнимателен, молится трезвенно, лукавыя вожделения погашает, умилостивляет Бога, душу смиряет...» «Молящийся и постящийся имеет два крыла, легчайшия самых ветров; молящийся с постом не зевает, не потягивается, не бывает неповоротен, как многие этим страдают, но бывает подвижнее и сильнее огня, выше земли, а таковый, по преимуществу, бывает врагом и ратником бесов...»
   Интересно, как говорит св. Златоуст о тех, которые по немощи не могут поститься: «Если не можешь поститься, то можешь не наслаждаться, — а это уже немалое любомудрие, недалеко от поста отстоящее...»
   «Видишь ли, что делает пост,» говорит св. Афанасий Великий: «болезни врачует, мокроты изсушает, лукавые помыслы удаляет, бесов прогоняет, сердце делает чистым. Если бы кто даже одержим был нечистым духом, да будет ему известно, что сей род, по слову Господа, изгоняется только молитвою и постом.»
   «Каждый должен поститься столько,» говорить преп. Иоанн Кассиан: «сколько нужно для укрощения плотской брани. Полезно и непременно должно соблюдать канонические правила касательно постов, но если после поста не будет сохранена умеренность в употреблении пищи, то соблюдение их (т. е. правил) не доведет до чистоты. Сущность же воздержания состоит не в том только, чтобы соблюдать время употребления пищи, и не в качестве только пищи, но прежде всего — в разсудительном употреблении оной.»
   «Будем держать воздержание,» наставляет нас великий подвижник преп. Феодор Студит: «не только в еде и питье: это недостаточно, но будем воздерживаться от сластолюбия в сердце, от срамных воображений, от зависти, гнева и неудовольствия на ближняго, от необузданности языка, от блудных воззрений ока, от слушания дурных речей. — Пост требует смирения нелицемернаго, благоговеинства сокрушеннаго, молитвы непрестанной, стенания глубокаго, веры непреткновенной, надежды пепостыждающей, безропотности благодушной, и воздержания всесторонняго: и от слова сопротивительнаго и от речений оскорбительных, от задорности, брани и самочиния.» -
   Вот что такое пост!
   Мы могли бы без конца продолжать эти высокоавторитетные свидетельства Святых Отцев о важности и значении поста, но и этого достаточно.
   К сожалению, в последнее время у нас широко распространились протестантские и сектантские воззрения на пост, как на что-то совсем ненужное и безполезное. За это, понятно, с удовольствием хватаются все плотоугодники, оправдывая такими воззрениями свое нежелание поститься.
   Чаще всего любят ссылаться на слова Христа-Спасителя, сказанные книжникам и фарисеям: «Не то, что входит в уста, оскверняет человека, но то, что выходит из уст, оскверняет человека» (Матф. 15:11). Но ведь это было сказано совсем не о посте, а по поводу фарисейского обычая умывать руки перед принятием пищи. Мы постимся вовсе не потому, что боимся оскверниться пищей, а для того, чтобы подвигом воздержания обуздать свои греховные страсти и послужить Богу, оказав послушание Церкви, установившей пост. Грех нарушения поста — не в осквернении пищей, а в непослушании Церкви.
   Протестанты и сектанты, якобы признающие только одно Священное Писание, уверяют, что Священное Писание ничего не говорит о необходимости поста.
   Какая это неправда!
   «Соблюдайте заповедь о посте,» говорит св. Василий Великий: «почтите седины поста, ибо он так же стар, как род человеческий.»
   И действительно, мы видим, что пост установил Сам Господь Бог еще в раю, когда дал нашим прародителям Адаму и Еве заповедь о невкушении ими плодов от древа познания добра и зла (Быт. 2:16-17).
   И за нарушение ими этой заповеди, то есть за нарушение поста, они были изгнаны из рая, и этот их первородный грех повлек неисчислимые бедствия для всего человечества.
   После потопа Ною тоже Самим Богом была дана заповедь о посте: «Только плоти с душою ея, с кровью ея не ешьте»  (Быт. 9:3-4).
   Через весь Ветхий Завет проходит подвиг пощения, — как же можно отвергать пост?
   Св. Пророк и Боговидец Моисей на Синае не ел хлеба и не пил воды сорок дней и сорок ночей, после чего лишь удостоился предстать пред Богом и получить скрижали с десятью заповедями Закона Божия (Исх. 24:18). Испрашивая у Господа Бога прощения грехов народу еврейскому, Моисей, «повергшись пред Господом, молился и, как прежде, сорок дней и сорок ночей хлеба не ел и воды не пил за все грехи» (Второз. 9:18).
   Великий ревнитель славы Божией св. пророк Илия сорок дней и сорок ночей оставался без пищи и пития, во время своего путешествия к горе Хориву, после чего Господь удостоил Илию явить ему Свое присутствие (3 Царств 19:8-11-12).
   Израильтяне, страшась нашествия Ассирийцев с Олоферном во-главе, испросили милость и помощь от Господа, молясь и постясь «много дней пред святилищем Господа-Вседержителя» (Иудифь 4, 13).
   Перед нашествием Моавитян, Аммонитян и других народов, иудейский царь Иосафат объявил пост по всей Иудее (2 Паралип. 20, 3).
   Неемия, услышав о бедствии иудеев и разрушении иерусалимской стены, заплакал, постился и молился несколько дней (Неемии 1, 4).
   По возвращении из Вавилонского плена, израильтяне, давая обет Господу поступать впредь по закону, данному чрез Моисея, постились, читали священные книги и исповедывались во грехах своих (Неемии 9, 1—3).
   Великий город Ниневия избежал кары Божией, изреченной ему св. пророком Ионою, наложив на всех жителей его, по повелению самого царя, строгий пост: за покаяние, соединенное с постом, Господь пощадил этот великий город.
   Ездра, молясь за беззакония иудеев, кроме скорби и сетования, проводил время в посте (1 Ездры 10, 6).
   Иудифь, удостоенная Богом спасти израильтян от грозного Олоферна, постилась все дни вдовства своего, кроме дней пред субботами и суббот (Иудифь 8, 6).
   Но самым выдающимся примером строгого воздержания в пище от животных, запрещенных законом Моисея, служит мученическая кончина Елеазара и семи братьев Маккавеев с матерью их Соломониею, от царя Антиоха, незадолго до пришествия Христа-Спасителя (2. Маккав. 6, 18 до конца и 7 глава).
   Важность и необходимость святых постов утверждается и на основании книг Священного Писания Нового Завета.
   Великий угодник Божий, Пророк и Предтеча Господень Иоанн, по свидетельству Самого Христа-Спасителя, «величайший из рожденных женами,» вел жизнь, исполненную строгого воздержания в жилище, одежде и пище: жил в пустыне, одевался в жесткую одежду из верблюжьего волоса, питался акридами и диким медом, не пил ни вина ни сикера (Матф. 3:1-4).
   Сам Господь Иисус Христос, пред Своим выходом на великое дело служения роду человеческому, сорок дней и сорок ночей провел в пустыне в строгом посте.
   В Нагорной проповеди Он дал наставление, как нужно поститься: «А ты, когда постишься, помажь голову твою и омой лице твое, чтобы явиться постящимся не перед людьми, но пред Отцем твоим, Который в тайне, и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно»  (Матф. 6:17-18).
   Разрешая недоумение Апостолов, почему они не могли изгнать беса из приведенного к ним отрока, Господь сказал: «Сей же род изгоняется только молитвою и постом»  (Матф. 17:21).
   Возражая книжникам и фарисеям на их укор, почему ученики Его не постятся, Христос-Спаситель сказал, что они не постятся, как сыны чертога брачного, когда с ними жених. «Но придут дни, когда отнимется от них Жених, и тогда будут поститься в те дни»  (Мк. 2:19-20). Очевидно, что под днями, когда «отнимется Жених» надо понимать время страданий и крестной смерти Господа и затем вознесение Его на небо. И действительно, в книге Деяний Св. Апостолов мы находим не мало указаний, что ученики Христовы неоднократно постились и во время поста удостаивались особенных даров Св. Духа. Так было, например, пред избранием и возложением рук на Варнаву и Савла: «Когда они служили Господу и постились, Дух Святый сказал: отделите Мне Варнаву и Савла на дело, к которому Я призвал их. Тогда они, совершивши пост и возложивши на них руки, отпустили их»  (Деян. 13:2-3).
   Вообще, при рукоположениях, как сами Апостолы, так и рукополагаемые постились. «Рукоположивше же им пресвитеров к каждой церкви, они помолились с постом и предали их Господу, в Котораго уверовали»  (Деян. 14:23).
   Обращенный св. Апостолом Петром ко Христу Корнилий-сотник о видении им ангела говорит так:«Четвертаго дня я постился до теперешняго часа и в девятом часу молился в своем доме, и вот стал предо мною муж в светлой одежде и говорит: Корнилий, услышана молитва твоя» (Деян. 10:30-31).
   Полагаем, что и этих немногих мест достаточно для утверждения нас в той истине, что святые посты вполне согласны с учением Слова Божия, душеспасительны и Богу приятны.
   Как же можно после этого отвергать посты?
   Но вот, что замечательно, так это данные современной медицины, свидетельствующей, насколько посты полезны не только для души, но и для тела.
   В современной медицине может считаться вполне установленным фактом, что большинство наших телесных болезней происходит от невоздержания - от того, что мы злоупотребляем пищей и питием — едим и пьем гораздо больше, чем это нужно для подкрепления нашего тела и его сил, а часто едим и пьем то, что приносит нашему телу несомненный вред, едим для услаждения вкуса (грех гортанобесия) или для наполнения нашего чрева (греха чревобесия, или чревоугодия), а не для утоления естественного чувства голода, и для укрепления сил. Вся эта излишняя, потребляемая нами пища и питие, служат причиной самых разнообразных болезней нашего тела, вызывает преждевременное одряхление и приводит к смерти. Не говорим уже о пище и питии, которые кажутся нам приятными на вкус, но приносят явный вред, служат как бы отравой для нашего телесного организма и медленно, но верно нас убивают.
   Весьма интересна ставшая в последнее время модной система лечения голоданием, причем голодание продолжается 40 дней, как наши многодневные посты.
   Один из выдающихся русских врачей засвидетельствовал, что гигиена и медицина вместе с медицинской статистикой не только не относятся отрицательно к христианскому посту, но напротив того — вполне подтверждают его величайшую пользу в отношении телесного здоровья человека. Статистика показывала, что в прежней дореволюционной России наибольшим здоровьем и наибольшей продолжительностью жизни отличалось именно духовенство и монашество, как наиболее строго выполнявшие все посты, установленные Церковью («Голос Истины» № 4 за февраль 1913 г. статья Др. Пясковского).
   Обо всем этом мы пишем только потому, что современные безбожники любят кричать о вреде поста для телесного здоровья человека. Честная современная медицина опровергает это утверждение. Но для нас, христиан, решающее значение имеет, конечно, учение о посте нашей св. Церкви. Повторяем, что пост должен представлять собой разумное сочетание поста духовного и поста телесного, без всяких чрезмерных крайностей и перегибов в одну или другую сторону.
   Милостью Божиею, мы и в нынешнем году дожили до Великого поста, когда все так располагает нас к покаянию и обновлению жизни. Не будем же пренебрегать этим временем, столь благоприятным для нашего вечного спасения. Кто знает, сподобит ли нас Господь дожить до следующего Поста? Отложим же всякие сомнения и колебания, которые навивает на нас враг нашего спасения, лишь бы отвлечь нас от покаянного постного подвига, и последуем призыву Св. Церкви:

«Постное время светло начнем!»

Что такое Православие?

   В первый воскресный день Великого поста наша Церковь празднует торжество Православия — победу истинного христианского учения над всеми его извращениями и искажениями — ересями и лжеучениями.
   Во второй воскресный день Великого поста как бы повторяется и углубляется это торжество Православия в связи с празднованием памяти одного из величайших столпов Православия — святителя Григория Паламы, Архиепископа Фессалонитского, который своим благодатным красноречием и примером своей личной высоко-подвижнической жизни посрамил лжеучителей, дерзнувших отвергать самое существенное в Православии — подвиг молитвы и поста, просвещающий душу человека благодатным светом и делающий его причастником Божественной славы.
   Увы! как мало в настоящее время людей, даже среди самых образованных, а порою — даже среди современных «богословов» и носителей духовного сана, которые бы правильно понимали, что такое Православие и в чем состоит его сущность. Подходят к вопросу чисто внешним формальным образом и решают его слишком примитивно и даже наивно, совсем не вникая в глубину его и не видя вовсе всей полноты его духовного содержания.
   Вопреки поверхностному взгляду многих, Православие — это не есть только одно из многочисленных ныне «христианских исповеданий» или, как здесь принято выражаться, «деноминаций»: Православие — это истинное, не искаженное и не извращенное никакими человеческими мудрованиями и измышлениями, подлинное учение Христово, во всей его чистоте и полноте — учение о вере и благочестии, то есть о жизни по вере.
   Православие — это не есть только совокупность догматов, принимаемых за истину чисто-формально. Православие — это не одна только теория, но и практика: это — не только вера, но и жизнь, во всем согласная с этой верой.
   Истинно-православным является не тот, кто по-православному мыслит только, но тот, кто по-православному чувствует и православно живет, — кто истинно-православное учение Христово стремится воплотить в своей жизни.
    «Глаголы, яже Аз глаголах вам, дух суть и живот суть» — так говорил о Своем Божественном учении Своим ученикам Сам Господь Иисус Христос (Ин. 6:63). Следовательно, учение Христово не есть только одна отвлеченная теория, оторванная от жизни, но дух и жизнь.
   И поэтому действительно православным может почитаться только тот, кто православно мыслит, православно чувствует и православно живет.
   Вместе с тем, надо знать и помнить, что «Православие» не есть только то и все то, что официально именуется «Православием», ибо в наше лживо-лукавое время крайне печальным, но, к сожалению, уже несомненным фактом является появление все более и более поднимающего голову и утверждающегося в мире лжеправославия, которое яро стремится подменить собою Православие истинное, как в свое время Антихрист будет стараться подменить и заменить собою Христа.
   Православие это не есть только какая-то чисто земная организация, возглавляемая патриархами, епископами, и священниками, несущими служение в церкви, которая официально называется «православной».
   Православие — это мистическое «Тело Христово», Глава которого — Сам Христос (см. Еф. 1:22-23 и Кол. 1:18, 24 и др.) и в состав которого входят не одни священнослужители, а все истинно-верующие во Христа, принявшие Его всем сердцем, законным путем вступившие в основанную Им Церковь через св. Крещение, — как еще живущие на земле, так и все умершие в вере и благочестии.
   Православная Церковь — это не какая-то «монополия» или «бизнес» духовенства, как думают невежды и чуждые духом Церкви. Это — не «вотчина» того или другого архиерея или священника: это — теснейшее духовное единение всех истинно-верующих во Христа, которые стремятся свято блюсти заветы Христовы — с единственной целью — унаследовать уготованное нам Христом-Спасителем вечное блаженство, а если и грешат по немощи, то искренно каются и стараются «сотворить плоды, достойные покаяния» (Лк. 3:8).
   Церковь, правда, не может быть совсем оторвана от земли, ибо в нее входят и люди, еще живущие на земле, а потому в устройстве и внешней организации ее неизбежен известный элемент «земного», но чем этого «земного» меньше, тем для вечных целей ее лучше, и уж во всяком случае это «земное» никак не должно затмевать и подавлять собою то чисто-духовное — дело спасения душ для жизни вечной, — ради чего Церковь и основана и существует.
   Первый и основной критерий, руководясь которым мы можем отличить Церковь Христову истинную от лжецерквей (коих сейчас так много!), это — неповреждённо хранимая ею, неискаженная человеческими мудрованиями Истина, ибо, по учению Слова Божия, Церковь есть «столп и утверждение истины» (1 Тим. 3:15), а потому в ней не может быть никакой лжи. То уже не Церковь, если от имени ее официально провозглашается и утверждается какая бы то ни было ложь. Не только высшие служители Церкви, но и рядовые верующие миряне должны чуждаться всякой лжи, помня наставление св. Апостола:
    «Темже отложше лжу, глаголите истину кийждо ко искреннему своему» (Еф. 4:25) или: «не говорите лжи друг другу» (Кол. 3:9). Христиане всегда должны помнить, что, по словам Христа-Спасителя, ложь от диавола, который «ложь есть и отец лжи» (Ин. 8:44).
   Итак, где ложь, там нет истинной Церкви Христовой Православной!
   Там — лжецерковь, которую так живо и ярко изобразил в своем Апокалипсисе св. Таиновидец под видом «великой блудницы, сидящей на водах многих», с которой «блудодействовали цари земные, и вином ея блудодеяния упивались живущие на земле» (Откр. 17:1-2).
   Еще в Ветхом Завете у св. пророков Божиих измена Истинному Богу часто представлялась под образом любодеяния (см., например, у пр. Иез. 16:8-58 или Иез. 23:2-49). И нам страшно не только сказать но и подумать, что в наши безумные дни приходится наблюдать немало стремлений всю Церковь Христову обратить в «блудилище» — и не только в переносном, вышеуказанном, но и в прямом смысле этого слова, когда так легко оправдывается и даже в грех не ставится блуд и всякая нечистота! Пример этого мы видели у так называемых «живцов» и «обновленцев» на нашей несчастной родине, а теперь — в лице всех современных «модернистов», стремящихся свергнуть с себя благое иго Христово (Мф. 11:30) и изменить весь аскетический строй нашей св. Церкви, узаконив всякое беззаконие и нравственную нечистоту.
   Тут о Православии говорить, конечно, никак не приходится, хотя бы догматы веры и оставались нетронутыми, неповрежденными!
   Истинное Православие, с другой стороны, чуждо и всякого мертвого формализма, в нем нет слепой приверженности «букве законной», ибо оно есть «дух и жизнь» (Ин.6:63). Где с внешней, чисто-формальной, стороны все представляется вполне правильным и строго законным, это еще совсем не значит, что оно в действительности таково. В Православии не может быть места никакой иезуитской казуистике, не может быть применимо и излюбленное изречение светских юристов: «закона нельзя попирать: его надо обходить».
   Православие — это одна лишь Истина, чистая Истина без всякой примеси и без малейшей тени какой-либо лжи, фальши, лукавства и обмана!
   Самое существенное в Православии — это подвиг молитвы и поста, который особенно воспевается св. Церковью на второй седмице Великого поста, как обоюдоострое «дивное оружие», которым мы поражаем врагов нашего спасения — темную силу бесовскую, это подвиг, который озаряет нашу душу благодатным Божественным светом, как учит об этом святитель Григорий Палама, торжественно чествуемый св. Церковью во вторую неделю Великого поста. Прославляя его святую память, Церковь именует этого дивного святителя «проповедником благодати», «светильником света», «света Божественного проповедником», «столпом Церкви непоколебимым».
   Сам Христос-Спаситель, подчеркивая все великое значение подвига молитвы и поста, когда ученики Его оказались бессильными изгнать беса из несчастного бесноватого юноши, сказал им ясно, что «сей род», то есть род бесовский, «не исходит токмо молитвою и постом» (Мф. 17:21). Толкуя это место евангельского повествования, наш великий отечественный богослов, подвижник святитель Феофан Затворник спрашивает: «Можно ли думать, что, где нет молитвы и поста, там уже и бес?» И отвечает:
   Можно. Бесы, вселяясь в человека, не всегда обнаруживают свое вселение, а притаиваются, исподтишка научая своего хозяина всякому злу и отклоняя от всякого добра; так что тот уверен, что все сам делает, а между тем только исполняет волю врага своего. Возьмись только за молитву и пост — и враг тотчас уйдет, и на стороне будет выжидать случая, как бы опять вернуться, и действительно возвращается, коль скоро оставлены бывают молитва и пост (Мысли на каждый день года. с. 245—246).
   Отсюда — прямой вывод: где пост и молитва игнорируются, пренебрегаются или вовсе отвергаются, там нет и в помине Православия — там царство бесов, делающих человека своей жалкой игрушкой.
   Вот, следовательно, куда ведут нас все современные «модернисты», требующие «реформ» в нашей Православной Церкви!
   Все эти либералы-вольнодумцы и их попутчики, стремящиеся умалить значение молитвы и поста, сколько бы они ни кричали и провозглашали о своей якобы верности догматическому учению нашей Православной Церкви, уже не могут почитаться Православными, а являются отступниками от Православия.
   Будем всегда помнить, что одна чисто-формальная ортодоксальность никакой цены не имеет, если нет «духа и жизни», а «дух и жизнь» Православия — прежде всего в подвиге молитвы и поста, причем поста настоящего, о каком учит Церковь, понимаемого в смысле всестороннего воздержания, а не одного только отказа от вкушения скоромной пищи.
   Без подвига вообще нет истинного христианства, или, что то же, Православия. Ведь Сам Подвигоположник-Христос ясно сказал: «иже хощет по Мне ити, да отвержется себе и возмет крест свой, и по Мне грядет» (Мк. 8:34).
   Христианин истинный — христианин Православный — только тот, кто стремится уподобиться Христу в несении креста и готов на самораспятие во имя Христа.
   Об этом ясно учили и святые Апостолы. Так св. Апостол Петр пишет: «Если, делая добро и страдая, терпите, это угодно Богу, ибо вы к тому призваны, потому что и Христос пострадал за нас, оставив нам пример, дабы мы шли по стопам Его» (1 Петр. 2:20-21). Точно так же и св. Апостол Павел неоднократно говорит в своих посланиях, что все истинные христиане должны быть подвижниками, и подвиг христианина уподобляет распятию себя ради Христа: «Иже Христовы суть, плоть распяша со страстьми и похотьми» (Гал. 5:24). Излюбленное выражение св. Апостола Павла — мы должны сораспяться Христу для того, чтобы и совоскреснуть с Ним. Эту мысль он проводит в разных своих изречениях в ряде посланий.
   Вот, поэтому, кто любит только весело проводить время, не думая о самоотречении и самоотвержении и постоянно купаясь во всевозможных плотских удовольствиях и наслаждениях, тот вовсе не православный, не христианин.
   Об этом хорошо учил великий подвижник христианской древности преп. Исаак Сирианин:
    Путь Божий есть ежедневный крест. Никто не восходит на небо, живя прохладно (то есть: привольно, беззаботно, в свое удовольствие, без подвига). О пути же прохладном знаем, где он оканчивается (Творения, с. 158). Это — то же, что путь широкий и пространный, который, по слову Самого Господа, «ведет в погибель» (Мф. 7:13).
   Так вот что такое есть Православие, или истинное Христианство!

Крест Христов — наше знамя и оружие, наша радость и похвала.

   «Иже хощет по Мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой, и по Мне грядет» (Мк. 8:34) «Мне же да не будет хвалитися, токмо о кресте Господа нашего Иисуса Христа, имже мне мiр распяся, и аз мipy» (Гал. 6:14)
   В самой середине Великого поста, поприще которого мы сейчас проходим, св. Церковь предлагает чествованию и поклонению нашему святый Крест Господень. Изображение Честного и Животворящего Креста Господня торжественно выносится из алтаря среди храма, и перед ним всеми молящимися совершается троекратное преклонение до земли с пением: «Кресту Твоему покланяемся, Владыко, и святое воскресение Твое славим».
   Глубокий смысл заключается в этом чрезвычайно-назидательном для нас, верующих, уставном обычае св. Церкви. Если мы добросовестно пропостились всю первую половину Великого поста, то есть: скоромной пищи вовсе не вкушали, старались есть меньше и реже, в разного рода удовольствиях и развлечениях себе отказывали, честно боролись со своими греховными склонностями и привычками, мы не могли не почувствовать некоторого переутомления и даже упадка сил от необычного напряжения воли и телесного ослабления. И когда подумаем, что прошла еще только половина поста, кое у кого невольно может вырваться вздох малодушной ропотливости: «Тяжко! не по силам мне это! Когда же конец?!»
   И вот, чтобы подбодрить нас и укрепить нашу волю и дух к дальнейшему пощению, св. Церковь устраивает нам духовное утешение — выносит для всеобщего торжественного поклонения Крест Господень.
   «Вам тяжело — вы ропщете», как бы так говорит она нам этим: «а каково было Господу страдать за вас, терпя невыразимыя муки на этом кресте? Или вы думаете, что страдания Его были меньше ваших? Однако, Он все претерпел, дабы спасти вас. Он терпел ради вас, — потерпите же и вы ради Него и во Имя Его! Тем более, что это терпение ваше не Ему и никому другому, а именно вам и только вам нужно и спасительно. Вспомните про Его великую любовь к вам, какую явил Он, добровольно предав себя на распятие и поносную смерть, — и воспряньте духом! Любовь Его и чудодейственная сила крестная поддержит вас и поможет вам до конца совершить все поприще подвига постнаго и приведет вас чрез пучину поста к великой радости светоноснаго праздника Воскресения».
   Иными словами; износимый на середину храма для поклонения Крест Господень — это наше воинское знамя, которое выносится, как и в обыкновенной мiрской брани, на поле сражения для того, чтобы возбудить в нас, воинах Христовых, бодрость духа и неустрашимое мужество для успешного продолжения борьбы и окончательной победы над врагами. Взирая на это славное знамя — знамение победы над диаволом, — мы невольно ощущаем прилив новых, свежих сил и воодушевляющий нас на продолжение подвига подъем духа. Все перенесенные доселе скорби и трудности как бы забываются, и мы, по слову Апостола, «задняя забывая, в предняя простираемся» (Флп. 3:13) с еще большим усердием начинаем стремиться к вожделенной цели — победе над грехом, победе над диаволом, ради достижения «почести вышняго звания Божия во Христе Иисусе» (Флп. 3:14), где ожидает нас радость неизреченная и нескончаемая, обещанная нам пострадавшим за нас на Кресте Господом-Спасителем.
   Но Крест Господень для нас — не только «знамя», но и «оружие непобедимое», ибо им сокрушена власть диавола, как поет об этом св. Церковь: «Господи, оружие на диавола крест Твой дал еси нам: трепещет бо и трясется, не терпя взирати на силу его...»
   В поучении (так наз. «синаксарии») Крест Господень сравнивается с райским «древом жизни», с тем древом, которое во время сорокалетнего странствования избранного народа Божия по пустыне было вложено в горькие воды Мерры для их услаждения, а также — с сеннолиственным древом, под тенью которого находят отдохновение и подкрепление сил путники, ведомые в обетованную землю вечного наследия.
    «Сраспинаеми нас ради Распеншемуся, умертвим вся плотския уды в постех и молитвах и молениях» - так взывает к нам в эти дни поклонения Кресту Господню св. Церковь, увещевая нас бодренно продолжать подвиг святого поста, мысленно взирая на Распятого за нас Господа.
   Вместе с тем, это изнесение Креста Господня для поклонения среди св. Четыредесятницы напоминает верующим о приближающихся великих днях воспоминания Страстей Христовых и о Светлом Празднике Воскресения Христова. При торжественной встрече победоносного военачальника обыкновенно предшествуют ему его победные знаки — эмблемы и трофеи: так и тут — Пасхе Христовой — торжественному шествию Победителя греха, ада и смерти, — предшествует знамение Его победы — Животворящий Крест. Он живо напоминает нам, что, если мы со Христом страждем, то с Ним и прославимся — если с Ним умираем, то с Ним и воскреснем.
   Таким образом, Неделя Крестопоклонная есть как бы предвкушение среди поста ожидающей нас светлой пасхальной радости, почему, прославляя Крест Господень, мы одновременно воспеваем и Его Воскресение, когда троекратно поем: «Кресту Твоему покланяемся, Владыко, и святое воскресение Твое славим».
   Итак, Крест Господень для нас, христиан, есть наше воинское знамя и одновременно — наше оружие,поскольку Христос-Спаситель пригвоздил на кресте рукописание грехов наших и, поправ власть диавола, даровал нам жизнь вечную. Он поэтому есть и «сущия радости знамение», как именует его св. Церковь в своих песнопениях, а вместе с тем — и похвала наша - единственное, чем мы можем и должны благодарно хвалиться, как учит о сем св. Апостол Павел: «Мне же да не будет хвалитися, токмо о Кресте Господа нашего Иисуса Христа, имже мне мiр распяся, и аз мiру»  (Гал. 6:14).
   Крест стал для нас источником, обильно истекающей на нас из него, спасительной благодати Божией. Но каждый из нас, христиан, становится причастником этой спасительной силы Креста Господня не иначе, как чрез несение своего собственного креста. Об этом ясно учит нас наш Подвигоположник-Крестоносец Христос: «Иже хощет по Мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой и по Мне грядет»  (Мк. 8:34).
   Этот «крест свой» и есть добровольно-принимаемый на себя христианином подвиг жизни христианской, символом которой является пост, ибо вся истинно-христианская жизнь и есть, в сущности, подвиг постный — подвиг самоограничения и всестороннего воздержания. Каждый истинный христианин призывается к тому, чтобы быть подвижником, и без подвига нет и не может быть истинного христианства, ибо для того, чтобы стать христианином, нужно во всем принуждать себя ко всему доброму и отвращаться от всего худого, злого, что, собственно, и значит: « подвизаться». Что этого подвига ждет от нас Сам наш Господь-Подвигоположник, видно, как из Его вышеприведенных слов о несении креста своего, так и из Его призыва: « Подвизайтесь внити сквозь тесная врата!»  (Лк. 13:24), ибо «широки врата и пространен путь, ведущие в пагубу, и многие идут ими: потому что тесны врата и узок путь, ведущие в живот, и мало их есть, иже обретают его»  (Матф. 7:13-14).
   Уже из одного этого изречения Христова ясно видно, как далеки от истинного христианства все современные модернисты, желающие «реформировать» нашу Церковь и христианство вообще, устранив все неприятные для них стеснения и ограничения и дать волю разнузданным страстям своим и легкой привольной жизни без подвига!
   Итак, Сам Христос-Спаситель дал нам заповедь подвизаться - входить узкими вратами, то есть все терпеть и всячески ограничивать себя, обуздывая свои греховные страсти и вожделения, ибо«Царствие Божие силою берется, и лишь употребляющие усилие восхищают его»  (Матф. 11:12).
   А св. Апостол Павел, в полном согласии с этим, говорит: «Подвизаяйся от всех воздержится»  (1 Коринф. 9:25-27), а потому: «Умерщвляю тело мое и порабощаю, да не како, иным проповедуя, сам неключим буду» (ст. 27), то есть всякий подвизающийся должен научиться воздержанию.
   В этом подвиге постоянного всестороннего воздержания телесного и духовного и состоит тоткрестный путь, которым надлежит идти каждому искреннему последователю Господа Иисуса Христа.
   Смиренное перенесение всех скорбей и страданий, выпадающих на нашу долю в этой земной жизни, непрестанная борьба со своими греховными наклонностями и совершенная преданность воле Божией — вот личный крест каждого истинного христианина. Кто несет этот крест, тот уподобляется Христу-Крестоносцу и становится действительно Его истинным последователем. И как Крест Христов привел к радости Воскресения, так и личный крест каждого из нас приведет к тому же — воскресению из мертвых и вечной нескончаемой радости, никакими словами невыразимому вечному блаженству в «невечернем дни Царствия Христова».
   Великий пост, который мы сейчас проходим и который приводит нас к торжественному празднованию Воскресения Христова, есть не что иное, как символ всего течения христианской жизни и, вместе с тем, ежегодное упражнение в подвиге христианской жизни — ежегодное яркое напоминание, как надлежит жить христианину и какова конечная цель его жизни.
   Теперь понятно, почему враг Божий и враг человеческого спасения диавол напрягает все свои диавольские силы для того, чтобы лишить нас столь великой и спасительной для нас святыни — Креста Господня и заставить нас отказаться от несения «креста своего», отклоняя от следования за Христом.
   Вот почему все реже и реже видим мы изображение Креста Господня, который почти всюду заменяется другими символическими изображениями и эмблемами, стремящимися вытеснить крест, дабы христиане легче забыли о Кресте Господнем и о заповеди нести «крест свой», данной Распятым на кресте Господом. Даже на зданиях, претендующих именовать себя «храмами», мы почти не видим креста или видим такое изображение, которое скорее похоже на насмешку или надругательство над этим священным и дорогим для нас знамением.
   Враг хочет вырвать из рук наших священное знамя наше, нашу радость и похвалу, дабы обезоружить нас и полностью овладеть нами. Горе всякому, кто легко, без борьбы, слепо отдается в сатанинский плен его, где его ожидает безысходная, безутешная скорбь и мука безконечная! Горе всякому, кто вступает в содружество с врагами Креста Христова, угождает им и творит волю их! Таковой становится изменником и предателем нашего Господа и Спасителя, и вечная участь его: «плач и скрежет зубов» (Матф. 8:12).

Истинный аристократ духа.

    К первой годовщине смерти иподиакона Андрея Архипова.
   В самый день мясопустной родительской субботы, когда поминаются все усопшие, исполнилась ровно годовщина со дня трагической кончины нашего незабвенного иподиакона Андрея Архипова. Не только его безутешные родители, но и многие его друзья и почитатели все еще не могут примириться с уходом из нашей жизни такого редкого по своим высоким духовным качествам молодого человека, так правильно смотревшего на всю современную богоотступническую жизнь и умевшего удивительно верно давать всему, ныне происходящему в мiре, изумительно-точную и справедливую оценку. С его уходом из жизни получился большой пробел для нашей Русской Зарубежной Церкви, которая в лице его могла бы скоро приобрести преданного и глубоко идейного священнослужителя, к чему он себя постепенно готовил.
   Приехавшие к нам в монастырь 316 февраля для совершения панихиды на его могиле скорбящие родители, привезли с собой замечательные по своей значительности документы, ярко свидетельствующие о том, как высоко ценили и уважали усопшего его коллеги по преподаванию в американской Хай-Скул в г. Ири, Пенсильвания. Школа издала целую брошюру, посвященную усопшему иподиакону Андрею, где помещен целый ряд его фотографий и множество отзывов о нем его соработников по школе. Но самое замечательное это то, что школа соорудила ему памятную мраморную доску, на которой выгравировано характеризующее, как нельзя лучше, нашего дорогого усопшего изречение Джефферсона.
   Текст этот гласит:
    Андрей Архипов.
   Существует прирожденный аристократизм, в основе которого лежит добродетель и таланты.
   В этих словах — весь наш дорогой усопший Андрюшенька! Вечная ему память!

Реформация в Православии — Иудино предательство.

    «Бодрствуйте, стойте в вере мужайтеся, утверждайтеся!» (1 Коринф. 16:13)
    Содержите Христианство все, как оно есть и хранится в Церкви Христовой, и твердо стойте в нем, не покушаясь изменять, или отменять что в нем, а себя непрестанно совершенствуйте по образцу его!» (Еп. Феофан — «О Православии».)
   Приближается к концу св. Четыредесятница — время подвига, время покаяния. После поклонения Кресту св. Церковь приводит нам на память два дивных образа — преп. Иоанна Лествичника и преп. Марии Египетской.
   Преп. Иоанн Лествичник с его замечательной «Лествицей» внушает нам, что истинное христианство заключается в непрестанном стремлении к христианскому совершенству, в полном согласии со словами-увещанием Христа Спасителя: «Будите убо вы совершени, якоже Отец ваш небесный совершен есть»  (Матф. 5:48). А его «Лествица, возводящая на небо», указывает путь к этому совершенству чрез непрестанную борьбу со своими греховными страстьми и похотьми и чрез насаждение в своей душе противоположных им добродетелей.
   Преп. Мария Египетская для всех грешников являет высокий пример истинного и действенного покаяния, которое способно изглаждать все грехи, сколь бы велики и тяжки они ни были, и также открывать путь к тому же христианскому совершенству для тех, кто, казалось бы, столь далек был от него.
   И вот, после дивного чуда Воскрешения Лазаря и торжественного Входа Господня в Иерусалим, Церковь вводит нас в святые и великие дни Страстной седмицы, когда вспоминаются последние дни земной жизни Господа нашего Иисуса Христа, Его крестные страдания, «нас ради человек и нашего ради спасения», и погребение.
   И тут, сверх замечательных событий, совершившихся в эти поистине пречестные дни, и исключительных по глубин и силе последних речей и наставлений Господа, св. Церковь обращает наше внимание на страшный, зловещий образ одного из ближайших учеников Господа, удостоившегося избрания в число Двенадцати, но ставшего предателем - Иуды Искариотского. Каких только красноречивых слов и выражений ни употребляет она в своих песнопениях в эти дни, чтобы ярче и наиболее отталкивающим образом охарактеризовать его мрачную личность!
    «Дышя же благодать Твою ученик неблагодарный, сию отлагает, и смрадом одевается, сребролюбием продая Тебе»... так поет Церковь в Великую Среду на утрени: «Иуда льстец, сребролюбия рачительствуяй, предати Тя, Господи, Сокровище живота, лестно поучашеся»...
    «О слепотнаго сребролюбия, нечестиве... отчаянием бо сам себе удавил еси, вжегся, предателю!...» «Иуда раб бываше врагу...»
    «О Иудина окаянства! зряше блудницу, целующую стопы, и умышляше лестию предания целование. Оная власы разреши, а сей яростию вязашеся, нося вместо мiра злосмрадную злобу...» «Простре блудница власы Тебе, Владыце, простре Иуда руце беззаконным: ова убо прияти оставление, ов же взяти сребренники».
    «Нрав сребролюбия, и образ твой безумия исполнен, несмысленный Иудо... заключил еси жестокаго твоего сердца утробу,» так восклицает Церковь в Великую Среду на повечерии:
    «Лобызаеши и продаеши, Иудо, целуеши и не стыдишися, лестию притекий! Кто ненавидя лобызает, преокаянне, кто любя продает на цене? Лобызание твоего безстуднаго злосоветия обличает произволение».
    «Иуда злочестивый сребролюбием недуговав омрачашеся, и беззаконным судиям Тебе Праведнаго Судию предает. Виждь, имений рачителю, сих ради удавление употребивша! Бежи несытыя души, Учителю таковая дерзнувшия!...» так поет Церковь в День Великого Четвертка и дальше:
    «Хлеб прием в руце предатель, сокровенно тыя простирает, и приемлет цену создавшаго Своима рукама человека, и неисправлен пребысть Иуда раб и льстец».
    «... тому обаче добро бы врата жития пройти никогдаже: сего, иже бе предатель, являше Бог отец наших».
    «Законныя дружбы злоименитый Искариот волею забыв, яже нозе умы, уготови на предание: и Твой ядый хлеб, Тело Божественное, воздвиже ков на Тя, Христе...»
    «Приимаше решительное греха Тело безсовестный, и Кровь изливаемую за мiр Божественную, но не стыдяшеся пия, юже продаяше на цене, о злобе же не негодова...»
    «Иуда беззаконный, Господи, омочивый на вечери руку в солиле с Тобою, простре к беззаконным руце прияти сребренники». «Иуда предатель льстив сый, льстивным лобзанием предаде Спаса Господа и Владыку всех, яко раба продаде иудеем...» «Иуда раб и льстец, ученик и наветник, друг и диавол от дел явися,..»
    «Днесь Иуда нищелюбия сокрывает лице, и лихоимства открывает зрак... течет ко иудеом, глаголет беззаконным, что ми хощете дати, и аз вам предам Его? О сребролюбия предателя!»
    «Нрав твой льсти исполняется, беззаконный Иудо... аще бо богатство любил еси, почто ко учащему о нищете пришел еси?»
    «...никтоже отнюдь яко Иуда льстивно да приступит к трапезе... образом убо сый ученик, вещию же сый убийца... ненавидя лобызаше, лобызая же продаваше...»
    «Рождение ехиднов воистину Иуда... сей злочестивый на Спаса предательство содела. О нрава несытнаго и дерзости безчеловчныя!...»
    «Лобзанием льстивным Иуда тогда уста распираше Тебе, имиже Тело Твое, Слове, недостойно омакаше, вопия Тебе: радуйся Учителю, лобзатель и предатель, раб и льстец».
    «О лестнаго лобзания! Радуйся Учителю, Христу Иуда глаголет, вкупе со словом предает на заколение...»

«Лобзание твое льстивное и целование горькое, кому зовеши лестче?»

   А в Великий пяток на утрени, живописуя все происходившее тогда, Церковь восклицает по адресу Иуды многократно: «Беззаконный же Иуда не восхоте разумети». «Днесь Иуда оставляет Учителя, и приемлет диавола, ослепляется страстию сребролюбия, отпадает света омраченный...»
    «Днесь Иуда притворяет богочестие, и отчуждается дарования, сый ученик бывает предатель! во обычном лобзании лесть покрывает, и предпочитает Владычния любве, несмысленно работати сребролюбию, наставник быв соборища беззаконнаго...»
    «Ученик Учителя соглашаше цену, и на тридесятих сребреницех продаде Господа лобзанием льстивным, предал Его беззаконником на смерть».
    «Кий тя образ, Иудо, предателя Спасу содела?.. о коликих благ непамятлив был еси! И твой убо неблагодарный обличается нрав...»
   Можно было бы и еще много мест привести из нашего Богослужения в дни Страстной седмицы, где обличается Иуда, но и этого более чем достаточно! Много было попыток в прошлом так или иначе оправдать предательство Иуды, суть дела ясна из Евангелия, и св. Церковь в своих песнопениях еще более ясно и углубленно обрисовывает нам отвратительный образ ученика-предателя!
   Иуда представляется здесь, как сребролюбец, нечестивец-лицемер, неискренний «льстец» (обманщик), способный на притворство, жестокосердый и безсовестный, ни перед чем не останавливающийся для достижения своих целей и удовлетворения гнусной страсти. Страшный этот образ стал синонимом особенно-гнусного предательства и вошел в поговорку.
   Но существуют и до сего времени не оскудевают «Иуды-предатели» в собственном смысле слова. Это те, кто предают Церковь врагам Ее, ибо Церковь есть Тело Христово, Глава Которого Сам Христос, а потому предающий Церковь предает Христа. В полном смысле «Иудами-предателями» являются особенно те, которые делают это за деньги или вообще за какие-либо земные блага и ценности, за карьеру, высокое положение в обществе, за удовольствия и наслаждения. Точными копиями «Иуды» будут эти люди, в особенности тогда, когда они льстивно, притворно и лицемерно состоят сами в Церкви и занимают в ней то или иное высокое иерархическое положение. Безсовестно и безстыдно, как настоящий Иуда, дают и они теперь льстивое лобзание Христу, кощунственно скверня святыню и недостойно причащаясь Св. Христовых Таин, «воздвигают ков» на Христа и на Его Святую Церковь, «ненавидя лобзая» и «нося в сердце злосмрадную злобу».
   К таковым «Иудам» естественно относятся все те, которые покушаются сделать Церковь Христову «солью обуявшей» через Ее мнимое «обновление», которое в наши дни усиленно пропагандируется и противники которого ими всячески дискредитируются, вплоть до обливания их грязью.
   По существу то, чего они хотят и чего добиваются, это — настоящая реформация в чисто-протестантском духе, которая должна обезличить и уничтожить подлинное Православие и нашу Св. Церковь.
   В своей неистовой злобе они договорились до того, что «из православия не надо делать идола», что есть якобы какое-то «православие черносотенное, злобное, человеконенавистническое» (это, у кого-то злоба, как не у них самих!), что «современное православие» будто бы «представляет из себя сосуд заржавленный», что «на православии налипла тысячелетняя плесень» и даже «грязь» (??!!)…
   Страшно даже читать такие слова!
   А где же Христос, не смогший будто бы уберечь от всей этой «плесени» и «грязи» Церковь Свою, о Которой сказал и Которой дал такое великое обетование: «Созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют Ей»  (Матф. 16:18)?
   И неужели ошибся св. Апостол Павел, когда писал своему любимому ученику Тимофею: «Церковь Бога жива — столп и утверждение истины»  (1 Тим. 3:15)?
   До сих пор, к несчастию, жив еще иудин дух «живоцерковников» и «обновленцев», так нагло боровшийся у нас на несчастной родине, подпавшей лютому игу богоборцев, с помощью этих самых богоборцев, с нашей исконной исторической Русской Церковью, в лице лже-митрополита Александра Введенского, Антонина, Евдокима, Красницкого, Боярского и других против подлинных исповедников Православия и новых священномучеников Российских — Святейшего Патриарха Тихона, Петроградского Митрополита Вениамина и всего остального сонма иерархов и священников, оставшихся до конца, «даже до смерти», верными Христу-Спасителю и Его истинной Церкви.
   Этот иудин дух измены и предательства истинной Церкви иногда любит прикрывать себя разными будто бы «высокими» мотивами своего «обновленчества», но весьма часто на практике он прорывается открыто, обнаруживая свою подлинную сущность.
   В самом деле. Нуждается ли наша св. Церковь в таком «обновлении», при котором священнослужители ее могли бы вести вполне светский образ жизни, нося вместо рясы пиджаки и брюки, а порою и рубашки нараспашку, дымили бы папиросами и сигарами, посещали бы театры, балетные представления и балы, танцевали бы, ухаживали бы за женщинами, купались бы на общем пляже и позволяли бы себе все то, о чем «не леть и глаголати» и что без зазрения совести позволяют себе современные «христиане"-мiряне? Нуждается ли наша Церковь в сокращении Богослужения до такой степени, когда от него почти ничего самого умилительного, назидательного и существенного не остается, и оно сводится к какой-то теплохладной проформе, ничего и никому духовно не дающей?
   Нуждается ли наша Церковь в упразднении постов и монашества, бывших всегда во все времена мощными духовными опорами подлинной духовной жизни в христианском обществе и оплотом самой Церкви? Нуждается ли наша Церковь в том, чтобы мы слепо подражали во всем давно отступившим от истинного Православия римо-католикам и протестантам?
   Но именно этого-то и хотят мнимые «обновители» нашей Церкви, якобы «застывшей в параличе»! Конечно, многие из них запротестуют, утверждая, что у них самые высокие стремления, — но на деле-то они сами себя выдают, обнаруживая своим поведением свои подлинные настроения и стремления.
   Правда, и раньше были и теперь встречаются в нашей Церкви нежелательные явления, порою даже весьма отрицательные и нетерпимые.
   Но разве в этом Церковь виновата?
   Не сами ли люди в этом виновны, не желающие жить по заповедям Евангелия, по канонам Святых Отцев и по уставам Церкви?
   Церковь Христова неизменна и не должна ни в чем изменяться, а вот люди меняются — и в одну и в другую сторону: могут становиться святыми праведниками, а могут и грешить и даже весьма тяжко грешить, уготовляя себе в будущей жизни вечные адские муки.
   Следовательно, что надо обновлять?

Не Церковь надо обновлять, а самих себя!

    «Бегайте новин в делах веры и благочестия!» -
   Так наставлял более 100 лет тому назад великий российский святитель, богослов и наставник духовной жизни Епископ Феофан и предостерегал уже тогда от появившихся при нем пропагандистов церковного «обновления», взывая:
    «Блюдитеся от этих лживых пророков, которые приходят в одеждах овчих, внутрь же суть волцы хищницы, — проразумевайте ложь, кроющуюся в привлекательных словах льстецов, ищущих растлить вас под видом доброжелательства»  («О Православии» стр. 17).
   Вот эти «лживые пророки» использовали безбожный революционный переворот в нашей несчастной России, чтобы широко развить свою разлагающую «деятельность». Теперь они «работают» и в среде нашей русской эмиграции во всех странах мiра, облекаясь в «одежды овчия», а духом их заразились многие и в иных поместных православных церквах, где теперь готовятся будто бы к восьмому «вселенскому собору», долженствующему «обновить» всю Православную Церковь.
   Всех противников этого мнимого «обновления» они награждают кличками «черносотенцев», «ретроградов» и «мракобесов» — точно так, как это делали революционеры, подготовившие в России торжество безбожия, в отношении всех подлинных русских патриотов, любивших до самозабвения свое отечество — Историческую Россию, Святую Русь.
   Трудно поверить, чтобы вся эта «работа», ведущаяся для разложения Церкви Христовой, велась чисто идейно и вполне безкорыстно. И мы знаем, что «кем-то» на нее ассигнуются деньги и, порою, немалые, конечно, в соответствии с «искусством» и «успехами» «работников».
   Именно эти люди и добились расколов в нашей Русской Православной Церкви заграницей и теперь ведут «работу» на полное ее уничтожение, дабы ничто им больше в мiре не мешало, как мешала прежде Историческая Православная Россия, бывшая в течение ряда веков мощным и сильным оплотом истинно-христианской веры для всего мiра.
   Они располагают большими материальными средствами и имеют в современном богоотступническом мiре мощную поддержку всякаго рода. Мы — наоборот: бедны, порою до полной нищеты, и ни от кого здесь на земле никакой поддержки не имеем, да и не ждем.
   Но от этого отнюдь не следует падать духом, ибо с нами Сам Христос, если только и мы с Ним, а не с Его врагами! Не будем бояться и целого полчища современных «Иуд-предателей», памятуя, что и у Христа-Спасителя был Иуда; но он безславно погиб, наложив на себя руки, а Христос со славою воскрес из мертвых.
   А если иной раз и начнет грызть нас скорбь от естественно-горького чувства нашей оставленности, нашего одиночества в этом во зле лежащем мiре, вспомним для бодрости замечательный ответ, который дал «обновленцам» великий святитель нашей Российской Церкви Архиепископ Феофан Полтавский, когда они пришли к нему на Московском Соборе 1917—1918 г. г. с льстивыми предложениями перейти на их сторону.
   «Мы чтим Вас, Владыко», обратились они к нему: «знаем Вашу церковную мудрость... Но волны времен текут стремительно, меняя все, меняя нас, приходится уступать им. Уступите и Вы, Владыко, нагрянувшим волнам... Иначе с кем Вы останетесь? Один останетесь!» -
   — «Я с кем останусь?» — кротко ответил им Владыка: — «Я останусь со св. Владимиром, Просветителем Руси. С Антонием и Феодосием, чудотворцами Печерскими. Со святителями Московскими и чудотворцами. С преподобными Сергием и Серафимом и со всеми святыми мучениками, преподобными и чудотворцами, в Земле Русской просиявшими. А вот вы-то, братие, с кем останетесь, если и при вашем многолюдстве отдадитесь на волю волн времени? Они уже снесли вас в дряблость керенщины, и скоро снесут под иго жестокаго Ленина, в когти краснаго зверя».
   Церковные модернисты молча отошли от Владыки, не имея дальше, что сказать.
   Так и мы должны быть настроены. И авторитетами для нас в наше лукавое время должны быть не мнимо-православные богословы — Владимир Соловьев, Флоренский, Булгаков, Бердяев и их ученики и последователи, столь напористо-рекламируемые современными модернистами, стремящимися «обновить» Православие, а подлинные столпы чистого и безкомпромиссного Православия и наставники православного благочестия — Епископ Игнатий (Брянчанинов), Епископ Феофан, Вышенский Затворник, и св. праведный Иоанн, Кронштадтский чудотворец. Их духовному опыту и наставлениям и будем следовать!

АРХИПАСТЫРСКОЕ ПОСЛАНИЕ к празднику Святой Пасхи — 1 14 апреля 1974 г. верным чадам Сиракузско-Троицкой епархии

Христос Воскресе!

   У кого из нас не замирает сердце в сладостно-благоговейном трепете, когда мы слышим впервые торжественно провозглашаемое Церковью ликующее песнопение: «Христос Воскресе из мертвых, смертию смерть поправ, и сущим во гробех живот даровав!»
   Что нас так радует?
   Радует нас то, что смерть, этот злейший враг наш, побеждена — попрана смертью Христовой, как и поется в этом песнопении, многократно затем повторяющемся: «смертию смерть поправ».
   Но как это так? Как смерть могла уничтожить смерть?
   Мы веруем в это, но не испытуем «как?», ибо и эта великая тайна, подобно всем прочим тайнам Божиим, непостижима для нашего слабого, ограниченного, поврежденного к тому же грехом, ума человеческого.
   А то, что великая тайна искупления человеческого рода смертью Христовою от греха, проклятия и смерти есть действительно непостижимая для нас тайна, об этом поет св. Церковь в день «Крестной Пасхи» — на вечерни в Великий Пяток:
    «Страшное и преславное таинство днесь действуемо зрится... на древо осуждается Судяй живым и мертвым»  (стихира на «И ныне»: на «Господи воззвах»).
   Все тайны Божии, непостижимые для ума человеческого, постигаются, однако, верующим сердцем, для которого нет сомнений и недоумений и которое чувствует всю спасительную истину их, без помощи и посредства лукавого разума, часто заводящего лишь в дебри всевозможных заблуждений, когда он пытается чисто по-человечески постичь и разъяснить то, что выше человека и чего не в силах постигнуть даже ум ангельский (1 Петр. 1:12).
   Рационализм всякий — и правый и левый — всегда был врагом истинной веры, подкапываясь под веру и расшатывая ее.
   Другое дело — искренно верующее сердце, без испытания принимающее то, чему учит Слово Божие, в чем наставляет св. Церковь.
   Почему, например, так радостно трепещет сердце иногда даже у людей маловерующих и вовсе чуждых будто бы веры, когда они попадают на нашу пасхальную заутреню?
   Именно потому, что начинает говорить в них сердце, а не ум — «каверзник», ибо душа человека — «по природе христианка», как выразился один из великих апологетов первохристианства.
   И понятно и близко сердцу становится восклицание пророка: «Где твое, смерте, жало? где твоя, аде, победа?» читаемое в огласительном слове св. Иоанна Златоуста, хотя до сих пор мы еще видим покоящихся на одре смерти близких наших, родных и знаемых.
   Ибо верим мы, что «Воскресе Христос, и жизнь жительствует. Воскресе Христос, и мертвый ни един во гробе: Христос бо востав от мертвых, начаток усопших бысть. Тому слава и держава во веки веков. Аминь».  (Слово св. Златоуста на день св. Пасхи).
   А потому верующему во Христа-Спасителя сердцу не нужно доказывать и объяснять истину слов великого Апостола языков св. Павла: «Как во Адаме все умирают, так во Христе оживут»  (1 Коринф. 15:22) и что «тленному сему надлежит облечься в нетление, и смертному сему — облечься в безсмертие»  (1 Кор. 15:53).
   Вот почему так радостно, победно-ликующе отзываются в сердцах наших слова пасхального канона:«Смерти празднуем умерщвление, адово разрушение: иного жития вечнаго начало, и играюще поем виновнаго, единаго Благословеннаго отцев Бога, и препрославленнаго»  (7-я песнь канона Пасхи).
   Христос Воскресе! возлюбленные о Господ братие и сестры! Воскреснем с Ним и мы к новой, вечной, блаженной и нетленной жизни — лишь бы оказаться нам достойными этого!
   Воскреснет с Ним и наша несчастная, уже более пятидесяти лет поруганная и распятая на Кресте наша Родина-Россия, если только верующие сердца в ней окончательно восторжествуют над поработившим ее лютым безбожием. Сие буди, буди!...
   Сердечно приветствуем всех вас с Светлым праздником и желаем всем-всем насладиться сим подлинным пиром веры, отвратив очи свои от окружающей суеты и зла мiра сего и вкусить во всей возможной полноте радость пасхальную, выше и святее которой ничего нет на свете!

«СИЯ ВЕРА АПОСТОЛЬСКАЯ, СИЯ ВЕРА ОТЕЧЕСКАЯ, СИЯ ВЕРА ПРАВОСЛАВНАЯ: СИЯ ВЕРА ВСЕЛЕННУЮ УТВЕРДИ».

(К столетию со дня рождения Архиепископа Феофана Полтавского.)

   ТАКУЮ эпитафию можно было бы начертать на надгробном памятнике Высокопреосвященного Феофана, Архиепископа Полтавского и Переяславского, столетие со дня рождения которого исполнилось еще в 1972 г., но, к сожалению, прошло неотмеченным, отчасти, быть может, потому, что скончался он в полной безвестности, далеко отойдя от современного мiра, который был ему духовно слишком чужд.
   Самой характерной чертой его возвышенной личности была полная и всецелая преданность чистому, свободному от всяких примесей Апостольскому и Отеческому Православию, которым он только и жил и дышал и за исповедание которого готов был идти на всяческое самоотречение, самоотвержение, муки и самую смерть. Этим он был чрезвычайно близок по духу древним Отцам Церкви, всю жизнь боровшимся за чистоту св. Православия против ересей, — тем св. Отцам, которых св. Церковь благоговейно именует «непоколебимыми столпами» Православия.
   Совершенно ни в чем несозвучный нашей мрачной эпохе все прогрессирующего Отступления, Владыка Феофан, эмигрировавший в 1920 году из России и проживавший затем сначала в Югославии, а потом в Болгарии, в начале 30-х годов ушел в затвор, подобно своему великому духоносному предшественнику святителю Феофану, Вышенскому Затворнику, имя которого было дано ему при пострижении в иночество, вскоре по окончании им курса С.-Петербургской Духовной Академии, в 1898 году, как раз через 2 года после блаженной кончины приснопамятного святителя Феофана, носителем духа коего он и был всю свою жизнь, вплоть до своей праведной кончины, последовавшей 6-го февраля 1940 года во французском городе Mosnes.
   Главнейшие этапы жизни блаженно-почившего Архиепископа Феофана были таковы:
   Родился он — в мiру Василий Димитриевич Быстров — 1-го января 1872 года в семье сельского священника в селе Подмошье С.-Петербургской губернии.
   В 1892 году, по окончании курса учения в С.-Петербургской Духовной Семинарии, поступил первым по экзаменационному списку в С.-Петербургскую Духовную Академию. В Академии, переходя с курса на курс также первым студентом, в 1896 году окончил академическое образование первым магистрантом и был оставлен при Академии в качестве профессорского стипендиата.
   В 1897 году назначен исправляющим должность доцента Академии по кафедре Библейской Истории.
   В 1898 году пострижен в монашество с именем Феофана в честь преп. Феофана Сигрианскаго, исповедника, празднуемого св. Церковью 12-го марта, и рукоположен во иеродиакона и вскоре — в иеромонаха.
   В 1901 году возведен в сан Архимандрита и определен исправляющим должность инспектора Академии.
   В 1905 году удостоен степени магистра богословия за сочинение под заглавием: «Тетраграмма, или ветхозаветное Божественное Имя Иегова». В том же году возведен в ранг экстраординарного профессора и утвержден в должности инспектора.
   1-го февраля 1909 года назначен Ректором С.-Петербургской Духовной Академии а в воскресение 22-го февраля того же 1909 года в день памяти св. Григория Паламы, Архиепископа Фессалонитского, состоялась его торжественная хиротония сонмом из 13-ти архиереев с Митрополитом С.-Петербургским и Ладожским Антонием (Вадковским) во главе, в Св.-Троицком соборе Александро-Невской лавры, в сан Епископа Ямбургского, четвертого викария С.-Петербургской епархии. (см. офиц. орган св. Синода «Церковные ведомости» №9 — февраль 1909 года).
   19-го ноября 1910 года назначен Епископом Таврическим и Симферопольским.
   В 1912 году переведен на епископскую кафедру в Астрахань.
   В 1913 году назначен Епископом Полтавским и Переяславским и возведен в сан Архиепископа.
   В 1917 году участвовал во Всероссийском Церковном Соборе в Москве.
   В 1920 году в составе Высшего Церковного Управления эвакуировался сначала в Константинополь, а затем в Королевство С. X. С. (потом — Югославия), где состоял членом Архиерейского Синода Русской Православной Церкви Заграницей.
   В 1925 году переехал на жительство в Болгарию, в г. Софию.
   В 1931 году уехал во Францию, отойдя от всех церковных дел и проводя свою жизнь в затворе.
   6-го февраля 1940 года скончался во французском городке Mosnes почти в полной безвестности. На отысканной, однако, могиле его был поставлен каменный памятник с крестом, но указана на нем дата рождения Владыки неправильно: 1874 год вместо 1872 года, как это ясно видно из сведений о нем в официозе нашего Св. Синода «Церковныя Ведомости» за 1909 год, где описывается его архиерейская хиротония и где указывается, что ему было тогда 37 лет.
   Его уход из жизни и сравнительно ранняя кончина — ему было только 68 лет — явилась тяжкой утратой для нашей Русской Православной Церкви Заграницей и для Православия вообще. Он был настоящим ученым богословом и притом строго-православным, без каких бы то ни было уклонов и увлечений в сторону рационализма или модернизма. В частной жизни своей он был великим молитвенником, истинным монахом-аскетом, честнейшим, справедливейшим и незлобивым человеком. Большой знаток святоотеческих творений, он почитал Святых Отцев величайшим авторитетом для нас, считая их выразителями того Священного Предания, которое, наравне со Священным Писанием, принимается св. Церковью, как голос Божественного Откровения — всего того, что открыто нам человеколюбивым Отцем нашим Богом не для удовлетворения праздного любопытства или какого-либо философского спора или совопросничества, а ради величайшего дела нашего вечного спасения.
   Как и святитель Феофан Затворник, Владыка Архиепископ Феофан не признавал философствования в области православного богословия, считая, что св. Церковью открыто для нас все, что необходимо знать нам для спасения. Он не допускал никаких своих собственных домыслов и умствований в этой области, никаких новшеств, как учил об этом и святитель Феофан, которого он глубоко чтил: «Для нас и истина, и пути к истине определены однажды навсегда. Мы обладаем истиною, и весь труд у нас обращается на усвоение, а не на открытие ея»  («О Православии» стр. 7). Бегайте новин в делах веры и благочестия!»  (стр. 17)
   И наш Владыка, как святитель Феофан, проповедывал, что «ум должен покоряться под иго веры» и в этом «охрана Православия», ибо ум наш, поврежденный грехопадением, да и сам по себе весьма ограниченный, есть «каверзник», способный далеко увести нас от истинного Православия.
   Современное преклонение пред разумом человеческим, как учили оба наших святителя, есть вражда против истинной веры. «Разум точно есть великий дар Божий», учит святитель Феофан Затворник, но даруя его нам, Бог не поставил его источником истины, а только приемником ее!! «Разум есть способность познавать истину, но сама истина не в нем, а должна быть преподана ему со-вне»  (стр. 51—52) «Думаешь, что в разуме — проба истине?! Нет. А вот в чем: то учение от Бога, которое исповедуется всею Церковью»  (стр. 53). «А самостоятельность изследования, своеличное постижение было и есть всегда источником ересей и заблуждений»  (стр. 54).
   «От чего пали Арий, Македоний, Несторий и все еретики?
   От того, что при возникших вопросах не туда обратились за решением, куда следовало, а к своим соображениям, к своему постижению истины, — запутались и пали. История хранит сии опыты нам в урок, чтобы не поддавались суетному и гордому позыву на самостоятельность и независимость, а смиренно содержали то, что везде, всеми всюду было исповедуемо - или, что тоже, что содержится св. Церковью. Это — единственный незаблудный путь к истине» («О Православии» Еп. Феофана стр. 54—55).
   Так твердо веровал и учил и блаженно-почивший Архиепископ Феофан.
   Был он и канонистом, не допуская и мысли о пренебрежении свящ. канонами, а тем более — об отмене их, как это замышляется теперь многими модернистами, мечтающими о созыве для этого Вселенского собора.
   Прямолинейный, честный, без всякого лукавства, он никогда не склонял главы своей пред сильными и славными мiра сего, и в архипастырской деятельности своей, руководясь указаниями св. Григория Богослова, которого особенно чтил, следовал всегда по прямому пути церковному, не уклоняясь ни вправо, ни влево.
   Тяжко переживал он бедствие, постигшее нашу Родину-Россию, ибо был пламенным отечестволюбцем, и верил в воскресение ее, хотя бы на короткое время, на апокалиптические «полчаса».
   Тщательно изучив и разоблачив деятельность темных сил в мiре, подготовляющих воцарение Антихриста, он был, по существу, одним из главных идеологов нашей Русской Православной Церкви Заграницей. К сожалению, не все его понимали и достаточно ценили, а были и такие, которые даже зло клеветали на него. Но чем дальше, тем больше мы чувствуем остроту потери такого иерарха — истинного монаха и истинного Архипастыря, Божиею милостью! Вечная ему память!

Жены-мироносицы — пример для нас.

   В минувший воскресный день — вторую неделю по Пасхе — разсеявшееся, как дым, неверие Апостола Фомы убеждало нас в истинности Воскресения Христова, сегодня же — в третью неделю по Пасхе — удостоверяют действительность этого великого события те люди, которые сами удостоились быть свидетелями погребения Христова и затем — преславного Воскресения Его из мертвых.
   Эти люди — св. праведный Иосиф Аримафейский, Никодим, тайный ученик Христов, приходивший к Нему ночью (Ин. 3:2), и жены-мироносицы, от которых и вся эта третья неделя по Пасхе именуется «неделею св. жен-мироносиц».
   Первые два, по преданию, бывшие членами высшего иудейского судилища — синедриона, но не пожелавшие принять участия в осуждении Господа на смерть, и особенно св. жены-мироносицы, невольно приковывают к себе наше внимание своей необыкновенно-трогательной и самоотверженной любовью к своему Божественному Учителю.
   В самом деле.
   Иосиф Аримафейский и Никодим не побоялись мести своих злобных собратий и решились испросить у Пилата тело Господа для честного погребения, чего лишались обыкновенно распинаемые на кресте преступники, тела которых делались добычей хищных птиц.
   В то время как Апостолы, страшась за свою жизнь, покинули Господа, взятого в Гефсиманском саду под стражу, и разбежались в разные стороны, а Петр, клявшийся Ему в верности до смерти, даже трижды отрекся от Него, жены-мироносицы безстрашно следовали за Ним на Голгофу, созерцали Его страдания, стоя у креста, и неусыпно следили за всем происходящим, вплоть до самого погребения Господа, «зряще, где Его полагаху» (Мк. 15:47).
   Это были Мария Магдалина, Мария Иаковля, Саломия, Мария Клеопова, Иоанна, Сусанна и другие богатые женщины, о которых говорит Евангелист, что «они служили Господу от имений своих» (Лк. 8:3).
   И вот, едва минул день субботнего покоя, когда запрещено было иудеям что-либо делать, они немедленно купили ароматы, которыми обычно умащали тогда тела умерших, и «еще сущей тьме», ранее восхода солнца, поспешили на гроб, чтобы отдать последний долг любви своему возлюбленному Учителю — помазать Тело Его благовонными мастями, как это было принято у иудеев, тем более, что Иосиф и Никодим спешили погребсти Тело Господа до захода солнца, ибо наступал великий день иудейской субботы, совпадавшей тогда с праздником Пасхи, и только на скорую руку успели обмыть Тело и умастить Его смирной и алоем.
   Неутомимые жены ничего не боялись — ни ночного мрака, ни мести иудеев, но движимые единственно чувством преданной любви к своему Божественному Учителю, они спешили на гроб, чтобы воздать Ему последние почести, помазав драгоценным миром Его святое Тело.
   За эту неустрашимую любовь и самоотверженную преданность они и удостоились высочайшей награды. Первыми сподобились они услышать от Ангела радостную весть о воскресении Господа, а затем и лицезреть Самого явившегося им Воскресшего Учителя. Великой радости сподобились они, и в то же время великой чести удостоились от Господа — быть провозвестниками этой радости для самих Апостолов. Из них св. Мария Магдалина, воодушевленная этой великой вестью, прошла потом с проповедью о воскресении Христовом весь тогдашний мiр и дошла даже до Царственного града Рима, где предстала пред лицем самого императора — мрачного Тиверия, и поднесла ему красное яичко со словами пасхального приветствия: «Христос Воскресе!» За это св. Церковь удостоила ее наименования «равноапостольной».
   Так всегда вознаграждает Господь любящих Его!
   И кто больше любит Господа и самоотверженно служит Ему, того и большая ожидает радость, тот большей чести и славы сподобляется от Него.
   Да и само по себе самоотверженное и искреннее служение Господу-Спасителю нашему, преданная любовь к Нему есть источник самой высшей, чистой и святой радости, с которой ничто не может сравниться на земле. Кто всем сердцем своим любит Господа, и в жизни своей полагает главным делом самоотверженное служение Ему, и только Ему Одному (а не «двум господам»!), тот полон этой чистой небесной радости, и ему уже не страшны никакие скорби земные: они не могут глубоко затронуть его души.
   И наоборот: земное «счастие», земные «радости» — сами в себе уже носят семена скорби, скорби зачастую безотрадной и безутешной, нередко приводящей на дно адово тех, кто всю свою душу отдавал этим обманчивым призрачным радостям, забывая о Боге и не помышляя о служении Ему.
   Увы! плохо понимают это современные люди, даже носящие имя «христиан», зачастую и сами священнослужители, только формально отбывающие свою должность, но чуждые подлинного духа жизни во Христе. Стыдно сказать, как часто многие в наше время не жалеют себя и своих сил для каких-нибудь мiрских дел, для своей корысти, для своих суетных интересов, забав, пустых занятий и развлечений, а для Бога — лень, как говорится, «и пальцем пошевелить» или лишний шаг ступить, иные и креститься-то как следует не дают себе труда научиться, а, стоя в храме, точно боятся, как бы лишних пяти минут не уделить Богу, спеша скорее-скорее уйти из храма, хотя часы и часы готовы безразсудно тратить на глупости и на дела, глубоко противные Богу и губительные для нашей души.
   Где же в таком случае наша любовь к Спасителю нашему и Господу, если мы торгуемся с Ним из-за каждой лишней проведенной на свидании с Ним в храме Его минуты? Гнусно и гадко становится на душе, если серьезно вдуматься в такое неразумное наше настроение! Необходимо решительно бороться с таким потемнением нашего разсудка, с таким отупением внутренним и очерствением сердца. Надо понять, что оно исходит от врага нашего диавола, жаждущего оторвать нас от любви Божией и погубить нас.
   А еще ужаснее, что находятся в наше время люди, которые не только не следуют примеру Иосифа Аримафейского и Никодима, мужественно заявивших свой протест в синедрионе против неправедного осуждения Господа и подвергших самих себя злобной мести этих нечестивых судей, а наоборот: ради славы и чести, ради личной корысти и выгоды, готовые вести дружбу с этими нечестивыми судьями-богоборцами, поддакивать им во всем и услужливо угождать им, предавая нашего Господа и Спасителя на смерть, подобно Иуде Искариотскому!
   Если только мы настоящие христиане и не напрасно носим это имя, высоким примером для нас во всей нашей жизни должны служить эти преданные ученики Христовы и Его ученицы — святые жены-мироносицы.
   Особенно для наших женщин-христианок воодушевляющим примером должны служить святые жены-мироносицы в их всецелой любви и преданности нашему Господу и Спасителю. Не увлечение суетной мipской жизнью с ее развлечениями, удовольствии и наслаждениями, не пустые наряды и украшение себя побрякушками, не разодевание по последней моде, ставшей столь неприличной в последнее время, чуть не до полного обнажения, не раскрашивание себя кричащими красками едва ли не во все цвета радуги для привлечения к себе развратных взоров — страшно сказать до чего дошли современные женщины-христианки, позволяя себе даже в храмах Божиих появляться в таком непристойном, безобразном виде! — нет, нет и нет, но трепетное благоговейное служение нашему Господу и Спасителю в благоприличном виде, с кротостью, смирением, целомудрием и страхом Божиим.
   Какое благодатное поприще может быть и в современной жизни для наших женщин-христианок, если они проникнутся благодатным духом и святой возвышенной настроенностью св. жен-мироносиц! Сколько подлинной святой, чистой любви могут внести они в нашу церковную жизнь! Мать, жена и дева — христианки сколько подлинного Христова добра могут они сделать, как возвысить, облагородить и очистить нашу современную жизнь, ставшую такой грубой, циничной, жесткой и черствой, порой до ужаса невыносимо-пошлой, низменной и гадкой!
   И служение Церкви для них в известной мере открыто: какое широкое поле благодатной церковной деятельности перед ними в так называемых «церковных сестричествах»: и забота о благолепии и благоукрашении храма и богослужений в нем, и чтение и пение на клиросе, и преподавание в церковно-приходской школе, и воспитание детей, и посещение больных на дому и в больницах! Необходимо тут вспомнить, сколько добра делали такие женщины-христианки, подлинные «жены-мироносицы», у нас на Родине в России, для находившихся в бедственном положении и заключенных в тюрьмах священнослужителей! Они же нередко, не боясь безбожников, отстаивали наши святые храмы от захвата их модернистами — «живцами» и «обновленцами». Непочатое поле деятельности для наших женщин, если они желают следовать высокому примеру св. жен-мироносиц, и в миссионерстве среди современного обезбоженного и расчеловеченного мiра, уже открыто начавшего поклоняться сатане — как много и тут могут сделать именно женщины! Да и много, чего не в состоянии бывают сделать мужчины, могут сделать женщины, если есть у них настоящая христианская настроенность, целомудрие и страх Божий, по свойствам самой своей природы и складу душевному.
   Женщины-христианки! Не пренебрегайте зовом Божиим в наше ужасное злокозненное время Отступления: следуйте высокому примеру св. жен-мироносиц, послужите делу Евангелия и Святой Церкви, делу спасения душ человеческих, и этим Вы проявите Вашу любовь Самому нашему Господу и Спасителю, послужите Ему, как евангельские мироносицы!
   Но и все мы — и мужчины и женщины — не должны гоняться за призрачным земным счастьем, более чем когда-либо в наше время обманчивым, за призрачными и обманчивыми земными радостями, но подобно женам-мироносицам, возлюбим всем сердцем своим Единаго Господа и Спасителя нашего и посвятим себя всецело на служение Ему, поставив главным делом жизни своей угождение Ему, и тогда уделом нашим будет подлинное вечное счастие, вечная радость, с которой ничто не может сравниться на земле. Радость эта полна и безгранична, ибо это — та радость, о которой сказал Сам Господь еще на Тайной Вечери, утешая Своих учеников: «Возрадуется сердце ваше, и радости вашея никтоже возмет от вас»  (Ин. 16:22).
   Необходимо постоянно возгревать в себе любовь Божию, воспоминая страдания Христовы за нас, грешных, и ни с чем земным несравнимую возвышенную светлую радость о Воскресшем Господе -радость пасхальную, которая и должна быть светочем всей нашей жизни.
   Больше искренней любви и преданности Господу, братие и сестры! Будем служить Ему от всего сердца, не как наемники-рабы чрез силу и с неохотой, а как любящие сыны и дщери Его, как жены-мироносицы! Аминь.

Особенно яркий симптом приближения конца.

   «И вси же хотящии благочестно жити о Христе Иисусе, гоними будут: Лукавии же человецы и чародеи преуспеют на горшее, прельщающе и прельщаеми». (2 Тим. 3:12-13)
   Чрезвычайно яркую картину наступления «последних времен» дает в своем 2 послании к Тимофею св. Апостол Павел: «В последние дни наступят времена тяжкия, ибо люди будут самолюбивы, сребролюбивы, горды, надменны, злоречивы, родителям непокорны, неблагодарны, нечестивы, недружелюбны, непримирительны, клеветники, невоздержны, жестоки, не любящие добра, предатели, наглы, напыщенны, более сластолюбивы, нежели боголюбивы, имеющие вид благочестия, силы же его отрекшиеся» (2 Тим. 3:1-5).
   Какое это изумительно-яркое, фотографически-точное изображение всего того, что в настоящее время происходит в мiре!
   Но особенно характерно для нашего времени то, что пишет св. Апостол Павел дальше: «Все желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы. Злые же люди и обманщики будут преуспевать во зле, вводя в заблуждение и заблуждаясь»  (2 Тим. 3:12-13).
   Именно таково положение в современном нам мiре — и в жизни личной, и в жизни общественной, государственной и даже — страшно сказать, но это так! — в жизни церковной всех вероисповеданий, всех так называемых «деноминаций».
   Люди, искренно «желающие жить благочестиво во Христе Иисусе», неугодны современному мiру, глубоко погрязшему в тине сатанинского зла, хотя бы и не все в нем отдавали себе в этом ясный отчет — такие люди не желательны, ибо они не идут в ногу с духом времени, мешают злым творить свои злые дела.
   И вот их всячески затирают, оттирают в сторону, угнетают и, наконец, воздвигают на них открытое гонение, — особенно, если они не сидят молча, но пытаются открывать глаза всем на происходящее в мiре, обличают торжествующее зло.
   И это, можно сказать, стало уже правилом, как бы законом современной жизни. Едва только явится на виду у всех человек, желающий жить по правде Божией, угождать только Богу, а не людям, и Ему Единому служить всей своей жизнью, как сейчас же раздается, откуда-то «кем-то» подаваемый, сигнал — травить такого человека, оговаривать и всячески безчестить его, клеветать на него, не давая ему никакого хода в жизни, не допуская его влияния на других, отстраняя его отовсюду, вплоть до попыток совсем «стереть его с лица земли», ибо ему, конечно, нет места среди зла, торжествующего свою временную победу среди людей — до прихода нелицеприятного Судии-Мздовоздаятеля.
   Много таких хороших православных людей, архипастырей и пастырей и рядовых верующих уничтожено в нашей несчастной России восторжествовавшим там богоборческим злом. То же продолжается теперь и всюду заграницей — и в православных и неправославных странах, и за «железным занавесом» и в странах так называемого «свободного мiра», — свободного только по внешней видимости, — в различных только вариантах и формах, но с одной общей целью — смести с лица земли всех, кто стоит им на пути. А всякий искренно желающий во Христе «благочестиво жити», уже тем самым стоит им на пути и должен быть так или иначе уничтожен и морально и даже физически, насколько это возможно осуществить, без особо-ощутительного вреда для самих себя.
   Недаром Господь предрек Своим ученикам, а в лице их, конечно, и всем Своим верным последователям: «В мiре скорбни будете»  (Ин. 16:33), утешив их тут же: «Но дерзайте, яко Аз победих мiр».
   Отчего же это так?
   Оттого, что «щедр и милостив Господь, долготерпелив и многомилостив»  (Пс. 102:8). Потому-то, как говорится в старой русской поговорке, Господь и не спешит наказывать злодеяний людей падших и порочных, ожидая их покаяния и обращения: «Бог правду видит, да не скоро скажет», а для стремящихся угодить Богу и спасти свою душу терпение искушений от «злых людей» может быть духовно-полезно, очищая их, как золото в горниле. И Господь попускает до поры до времени «злым людям» торжествовать, а «хотящим жить благочестно» терпеть страдания.
   Но как бы «злые люди и обманщики» не «преуспевали во зле, вводя в заблуждение и заблуждаясь», час расплаты для них придет, ибо «погибель их не дремлет»  (2 Петр. 2:3). И тем страшнее она для них будет, чем упорнее они будут закосневать во зле, всячески оправдывая самих себя во всех своих злых делах и поступках и оставаясь чуждыми истинного нелицемерного покаяния.
   И какую действительно страшную картину представляет собою современный мiр в этом отношении!
   «Злые люди и обманщики» все более и боле преуспевают во зле, стремясь захватить полностью в свои руки всю власть над современным мiром. В их руках почти всюду власть государственная, политическая, они контролируют религиозную и церковную жизнь, не допуская, чтобы она хотя в чем-либо шла вразрез с их интересами, от них зависит жизнь и смерть и здоровье людей, цепко держат они в своих руках воспитание новых молодых поколений, создавая нужный им тип «нового человека» обезбоженного и расчеловеченного, в их руках капитал, с помощью которого они распоряжаются материальным благосостоянием, всех заставляя быть в самой тесной от них зависимости, вторгаются уже и в душу и в совесть людей, контролируя их мысли и чувства.
   Эти «злые люди и обманщики», всюду почти теперь господствующие и всем навязывающие свою волю, в большинстве случаев — настоящие преступники, которым в прежнее время было бы одно место — в тюрьме или на каторжных работах. Искусно, разными способами, происками и обманами они захватывают власть во всех областях человеческой жизни и используют ее в своих собственных видах, для своей собственной корысти и интересов.
   Среди них более всего распространены два психологических типа. Одни — это люди наглые, безсовестные, идущие на пролом грубияны, пошлые циники, невоспитанные хамы, берущие все, как принято выражаться, «нахрапом». Другой тип — это хитрые лукавые «иезуиты», лицемеры-притворщики, умеющие произвести впечатление своей внешней благовоспитанностью, мнимые радетели об общем благе, карьеристы, напористо идущие к осуществлению своих личных корыстных целей, но умеющие искусно скрывать их от взоров других и представляющиеся «гуманистами», готовыми всех облагодетельствовать, дав каждому то, чего он хочет, искусные демагоги, умеющие в нужных случаях даже принять на себя «образ благочестия», отвергаясь, конечно, силы его (2 Тим. 3:1-5), ибо настоящее благочестие им чуждо и не интересно, а «образ» его — для них только средство достижения их узко-эгоистических целей. Все их действия и поступки в наше время похваляются многими наивными и недалекими людьми, как мудрая будто бы «гибкость», и «эластичность».
   Вот в общих, конечно, чертах два типа людей, которые в наше время имеют «жизненный успех» и достигают высоких постов и должностей и почетного положения в современном обществе. Коротко говоря: Это или наглые дерзкие «хамы» или лукавые «иезуиты"-обманщики. И для тех и других нет в сущности ничего святого: все в этом мiре должно служить им, их чисто-личным интересам.
   И такие люди, сродные по характеру и стремлениям, охотно поддерживают друг друга, ибо, по поговорке, «рыбак рыбака видит издалека», если это согласуется с их личными видами и интересами, по принципу «круговой поруки», но безпощадно, со всей неумолимой жестокостью ополчаются на тех, кто «не их духа», стремясь буквально «стереть их с лица земли», дабы они не были им помехой и не служили бы хотя бы безмолвным укором совести, поскольку совесть еще не совсем ими утрачена.
   Преступность и тяжкую ответственность пред Богом этих «злых людей и обманщиков» во много раз усугубляет то, что они не только сами творят зло, но и других подталкивают на это, пользуясь к тому же своею властью над ними. Они не только сами «прельщаются», обманывая самих себя, но и других «прельщают», соблазняют, забывая или не желая знать, что это к ним относятся слова Христовы:«кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, еслибы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его во глубине морской»  (Матф. 18:6), и«горе тому человеку, чрез котораго соблазн приходит»  (ст. 7).
   Эти люди и сами привыкают постоянно лгать и других этому учат, распространяя всюду ложь. Сеяние лжи становится постепенно их потребностью, их стихией, вне которой они жить не могут, ибо тогда они должны сами коренным образом перемениться, отстать от того, что стало их второй природой.
   Это к ним относятся и слова великого пророка Божия Исаии: «Горе тем, которые зло называют добром, и добро — злом, тьму почитают светом, и свет — тьмою, горькое почитают сладким, и сладкое — горьким!»  (Ис. 5:20).
   И под их влиянием многие действительно начинают верить лжи, что также свидетельствует о приближении конца, ибо об этом времени св. Апостол Павел как раз и пишет Солунянам: «И пошлет им Бог действие заблуждения, так-что они будут верить лжи»  (2 Фес. 2:11).
   Кто может сказать, что не наступило уже это время, когда так широко теперь распространяется ложьвсякаго рода, и все почти готовы ей верить, особенно если это выгодно для устройства своего земного благосостояния?
   Все это подметил еще в конце прошлого столетия столь ненавидимый за правду безбожными анархистами и социалистами, желающими строить на лжи «новое» человеческое общество, наш выдающийся государственный муж К. П. Победоносцев, который в своей подлинно-замечательной книге «Московский Сборник» писал:
   «Никогда еще, кажется, отец лжи не изобретал такого сплетения лжей всякаго рода, как в наше смутное время, когда столько слышится отовсюду лживых речей о правде. По мере того, как усложняются формы быта общественнаго, возникают новыя лживыя отношения и целыя учреждения, насквозь пропитанныя ложью. На всяком шагу встречаешь великолепное здание, на фронтоне коего написано:«здесь истина». Входишь, и ничего не видишь, кроме лжи. Выходишь, и когда пытаешься разсказывать о лжи, которою душа возмущалась, — люди негодуют, и велят верить и проповедывать, что это истина, вне всякаго сомнения» («Моск. Сборник», стр. 60).
   Не в бровь, а в глаз! Если так было уже в конце прошлого столетия, то во сколько раз с тех пор выросло и укрепилось торжество лжи в наши дни, после ниспровержения служителями лжи нашей Православной России!
   И действительно, что мы видим в переживаемое нами время?
   Буквально все отравлено ложью. Ложь в взаимоотношениях людей между собою, ложь в общественной жизни, в политике и в жизни государственной и международной. Но особенно, конечно, нестерпима и вовсе недопустима ложь там, где люди естественно ищут и желают видеть одну только правду — в Церкви. Церковь, где провозглашается какая бы то ни было ложь, уже — не Церковь!
   Вот, до чего мы уже дожили! Но горе тем, которые этого не видят и не хотят знать, охотно мирятся со всякой ложью, и «к добру и злу постыдно равнодушны», ибо нас ожидает еще большее разлитие зла и концентрация его в одном человеке — противнике Христовом, как ясно учит об этом Слово Божие и Святые Отцы Церкви и тогда — конец.
   Неужели останемся мы равнодушными и к тому, каков будет этот конец для нас?
    «Христос Воскресе из мертвых, смертью смерть поправь, и сущим во гробех живот даровав!» - все еще продолжает петь св. Церковь на всех богослужениях в течение сорока дней.
   Христос воскрес из мертвых — это значит, как учит Слово Божие, воскреснем с Ним и мы.
   Но что далее будет с нами?
   Об этом Он Сам говорил раньше, что будет для нас по воскресении только два пути:
    «Грядет час, во оньже вси сущии во гробех услышат глас Сына Божия, и изыдут сотворшии благая в воскрешение живота  (жизни), а сотворшии злая в воскрешение суда  (осуждения)» (Ин. 5:28-29).
   Который из этих двух путей будет нашим путем?
   Что нас ожидает — вечная блаженная жизнь или осуждение на вечные муки?
   Думаем ли мы об этом?
   А ведь это от нас самих зависит!

Святая Пятидесятница — день рождения Церкви Христовой.

    «Пятдесятницу празднуим, и Духа пришествие...» (Стихира на «Господи воззвах»).
   Когда на Тайной Вечери Апостолы печалились о предстоящей им разлуке со своим Божественным Учителем, Он изрек им утешительное обещание: «Не оставлю вас сиры»... «Аз умолю Отца, и иного Утешителя даст вам, Да будет с вами во век — ДУХА ИСТИНЫ»  (Ин. 14:16).... «Егда же приидет Он, Дух истины, наставит вы на всякую истину»  (Ин. 16:13): «Той вы научит всему и воспомянет вам вся, яже рех вам»  (Ин. 14:26).
   И вот это обещание Свое Господь исполнил через 10 дней по вознесении, в 50-ый день после Своего преславного Воскресения из мертвых. Обещанный Им «Утешитель» Дух Святый сошел на Апостолов, и с этого момента явилось на земле «Царствие Божие, пришедшее в силе», о котором неоднократно говорил раньше Господь (Мк. 9:1): ЦЕРКОВЬ ХРИСТОВА, которая есть не что иное, как сокровищница постоянно пребывающей в ней благодати Духа Святаго. Вот почему Святые Отцы именуют нередко день Пятидесятницы днем рождения Церкви Христовой, основать которую еще во время Своей земной жизни обещал Христос, когда говорил: «Созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей»  (Матф. 16:18).
   Для чего нужна Церковь?
   Церковь это как бы корабль, который везет нас к тихому пристанищу вечной блаженной жизни, спасая нас от потопления в бушующих волнах житейского моря, руководимый дивным, премудрым Кормчим — Духом Святым.
   Церковь Христова — это Царство Духа Божия. Дух Божий неизменно пребывает в истинной Церкви Христовой и одухотворяет ее, исполняя Собою души всех истинно-верующих.
   Вот почему так велик и славен день Пятидесятницы, который и именуется поэтому «конечным» и завершительным праздником, в кругу всех прочих праздников христианских. Не напрасно великий отец Церкви св. Златоуст называет его «столицей праздников».
   Велик и славен праздник Рождества Христова, несравненна слава «праздника праздников и торжества торжеств» преславного Воскресения Христова, но ни от того ни от другого не было бы нам никакой пользы, если бы не сошел в день Пятидесятницы Дух Святый. В этот день нисшествием Духа Святаго завершилось все величественное дело «домостроительства Божия» — дело спасения падшего рода человеческого от греха, проклятия и смерти.
   А в этом деле принимали участие все три лица Пресвятой Троицы — вся Преестественная, Пребожественная Троица: Отец, Сын и Святый Дух. Вот почему в этот день мы празднуем не только Святому Духу, сошествие которого вспоминается, но всей Преестественной Троице — Единосущной и Нераздельной, «Та бо нас спасла есть», и праздник этот обычно называется «Троицыным днем», или «праздником Святой Троицы». «Чему быть благоволил Бог-Отец, — что исполнил в Себе Сын Божий, то присвоить верующим снисшел Дух Святый», как учит наш отечественный богослов Еп. Феофан, Вышенский Затворник, ибо спасение наше, «по прозрению Бога Отца, во святыни Духа, в послушание и кропление крове Иисус Христовы»  (1 Петр. 1:2). Того ради и «крещаемся во Имя Отца и Сына и Святаго Духа», обязуясь «блюсти вся, елика заповедал Господь»  (Матф. 28:19-20).
   По словам св. Иоанна Златоуста, в день Пятидесятницы, «мы достигли до самой вершины благ, вступили в самую столицу праздников, пришли к самому плоду обетования Господня... Чрез Него (чрез Духа Святаго) мы освобождаемся от рабства, призываемся в свободу, вводимся в усыновление, вновь, так сказать, созидаемся, слагаем с себя тяжкое и смрадное бремя грехов; чрез Духа Святаго мы видим лики священников, имеем полки учителей; от этого источника и дары откровений, и дарование исцелений; и всем прочим, что обыкновенно украшает ее, Церковь снабдевается отсюда. И Павел взывает так: «вся сия действует Один и Тойжде Дух, разделяя властью коемуждо, якоже хощет»  (1 Кор. 12:11).
   Вот почему, кто желает пользоваться благодатными средствами, необходимыми для нашего духовного возрождения — ибо в этом и состоит сущность христианства: стать новою тварью — тот должен принадлежать к Церкви, но, конечно, к истинной Церкви, а не к какой-либо созданной людьми организации, называющей себя «церковью», каковых сейчас много. Без благодати Божией, подаваемой только в истинной Церкви, невозможно духовное возрождение, невозможно и вечное спасение!
   Христос-Спаситель сказал ясно: «Созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей»  (Матф. 16:18). Следовательно, Он создал одну Церковь, а не много разных церквей, ибо тогда Он говорил бы во множественном числе — «церкви». Вот почему странно слышать претендующие на авторитетность речи некоторых современных деятелей «движения», именующего себя «христианским», будто существование в христианстве различных «церквей»: римо-католической, протестантской и др. есть явление положительное, ибо каждый может выбрать для себя «церковь» по своему вкусу, какая больше ему нравится, больше подходит. Еще страннее было слышать нам выступление одного такого либерального профессора-прогрессиста, который красноречиво развивал мысль, что православие, римо-католичество и протестантизм — это одно и то же христианство, но только «с разных точек зрения»: «все равно, как», проводил он такое сравнение, «если аэроплан летит над городом, то с разных мест своего полета он видит город в различных частях его, и город поэтому представляется ему по-разному, смотря по тому, откуда на него смотрят».
   Такое мнение, конечно, в корне противно учению Слова Божия, которое ясно учит:«Да будут вси едино»  (Ин. 17:11); «Един Господь, едина вера»  (Ефес. 4:5); «быть в единомыслии между собою» (Рим. 15:5); «Будьте единодушны и единомысленны»  (Флп. 2:2); «Будьте все единомысленны»  (1 Петр. 3:8); «Будьте единомысленны между собою, не высокомудрствуйте, не мечтайте о себе» (Рим. 12:16).
   Призыв к единомыслию и единодушию христиан в Церкви проходит красной нитью через все Священное Писание, ибо какая «церковь» может быть там, где каждый мыслит и чувствует по-своему,«по своему вкусу». Церковь есть «столп и утверждение Истины»  (1 Тим. 3:15), а Истина только одна, а потому и истинная Церковь может быть только одна.
   Вот к этой-то единой истинной Церкви, основанной Самим Господом Иисусом Христом и утвержденной Его святыми Апостолами, мы и должны принадлежать, если хотим духовно возродиться и наследовать вечное спасение.
   Но принадлежать к ней, само собой разумеется, надо не только формально, а всей душой — всем внутренним существом своим: надо жить в Церкви, исполняя ревностно все ее наставления и предписания и принимая благодатные таинства, установленные для нашего духовного очищения и возрождения — для возсоздания нашей падшей грехом человеческой природы.
   Без этого одна только внешняя принадлежность к Церкви нас не спасет, а может даже послужить к большему осуждению — за пренебрежение к великому дару Божию, которым мы обладали, но презрели, не пожелали им воспользоваться.
   Единая истинная Церковь, к которой необходимо принадлежать и в которой надо жить для спасения, это Церковь Восточная — Православная, которая вот уже почти 20 веков свято и нерушимо хранит догматическое и нравственное учение Евангелия и весь канонический дисциплинарный строй, основанный на нравственных требованиях евангельского учения.
   Что это действительно так, об этом свидетельствуют как раз обвинения, которые бросаются ей, будто она «закоснела», «окаменела», «находится в параличе», «противится прогрессу», «не хочет идти в ногу со временем». Все эти обвинения и заключают в себе высочайшую похвалу для нее, как единой истинной Церкви, хранящей неизменно все то, чему учил Христос и Его Святые Апостолы, Им наученные.
   Но в наше время, особенно после падения Православной России, разрушенной врагами христианства, и в Православной Церкви появились грозные симптомы Отступления от истинной веры.
   Это — всякаго рода своеумие, вольнодумство, рационализм, либерализм, модернизм, приведшие, в конце концов, все поместные православные церкви к так называемому «экуменизму», ставящему своей задачей объединение всех вероисповеданий без внутреннего их единения, без единомыслия и единодушия, к которому призывает Слово Божие.
   Согласно ли такое единение с первосвященнической молитвой Христовой: «Да будут вси едино; якоже Ты, Отче, во Мне, и Аз в Тебе, да и тии в Нас едино будут»  (Ин. 17:21) — судить не трудно!
   Это не единение в Боге, а в ком-то другом, кому нужно всех крепко соединить в полном подчинении себе для его темных, адских, нечистых целей. Так будет стремиться объединить всех в подчинении себе противник Христов — Антихрист, как об этом предрекали еще Святые Отцы первых веков христианства.
   И вот сейчас идет усиленная работа по внутреннему разложению Православной Церкви, как единственной Церкви истинной, стоящей на пути Антихристу в осуществлении им своих планов.
   Там, где колеблются догматы, где подрывается нравственное учение Евангелия и основанный на нем канонический строй Церкви, там явна работа слуг грядущего Антихриста, как бы они себя ни называли и в какие бы одежды ни облекались.
   «Врата адовы» не одолеют Церкви, но они одолевали и вполне могут одолеть многих мнящих себя быть столпами Церкви, как свидетельствует церковная история, поскольку они своемудрствуют, оставляя единомыслие и единодушие со всей Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церковью и полагаясь на свои собственные домыслы и соображения, идущие вразрез с учением Евангелия, святых Апостолов и Отцев Церкви.
    «Блюдите убо, како опасно ходите!» предостерегало Слово Божие еще в Апостольские времена (Ефес. 5:15) всех христиан.
   Не с большим ли еще правом должны мы помнить и всем и каждому постоянно напоминать это апостольское предостережение в наши дни, которые стали теперь столь «лукавы», как никогда прежде?
   Будем же усердно молить Пресвятую Троицу, да помилует и избавит нас от лукавства наших времен, которое стало уже как бы второй природой многих. И станем хранить свое единение с истинной Церковью Христовой, чуждой всякаго лукавства, моля благого Утешителя:
   «Прииди и вселися в ны, и очисти ны от всякия скверны!..»
    «Прииди к нам, Душе Святый, причастники Твоея содевая святости!..»
   «Прииди к нам, Утешителю, Твоего утешения исполняяй!..»
   В переживаемое нами время общего осквернения всех сторон современной жизни, глумления над святостью и постоянных скорбей от господства нечестия, мы особенно нуждаемся в благодатной помощи и утешении Духа Святаго, ниспосылаемого нам Промышлением Всесвятой Троицы в истинной Христовой Церкви.
   «Троице Святая, слава Тебе!»

КАК ПРАВИЛЬНО ПОНИМАТЬ СЛОВА ХРИСТОВЫ О ПОКЛОНЕНИИ БОГУ «ДУХОМ И ИСТИНОЮ»?

    «Грядет час, и ныне есть, егда истиннии поклонницы поклонятся Отцу духом и истиною... Дух есть Бог: и иже кланяется Ему, духом и истиною достоит кланятися» 
   (Ин. 4:23-24)
   В 5-ую неделю по Пасхе Церковь вспоминает замечательную беседу Христа-Спасителя с женой-самарянкой. Сколько глубоких возвышенных мыслей содержится в этой беседе: здесь мы находим учение о всеоживляющей благодати Духа Святаго под прекрасным образом «воды живой, текущей в жизнь вечную»; здесь Господь наставляет нас, какой должна быть истинная молитва; здесь же Он явно и открыто засвидетельствовал о Своем Божественном посланничестве — о том, что Он и есть тот Самый Мессия-Христос, о приходе Которого в мiр было предвозвещено Богом в Ветхом Завете.
   Вековечная распря между иудеями и самарянами, которые слишком внешне понимали Богопочитание и постоянно спорили о том, где правильнее поклоняться Богу — в Иерусалимском храме или в Самарии на горе Гаризим, — эта распря послужила поводом к тому, что Христос-Спаситель в кратких, но убедительных словах научил нас, каково должно быть истинное Богопочитание и, как, следовательно, нужно молиться Богу.
   На вопрос самарянки, где надо покланяться Богу: на этой ли горе, которая виднелась перед ними, или в Иерусалиме, Господь решительно ответил: «Поверь Мне, что наступает время, когда и не на горе сей, и не в Иерусалиме будете покланяться Отцу... Бог есть Дух, и покланяющиеся Ему должны покланяться духом и истиною»  (Ин. 4:21-24).
   Этими словами Господь внушает нам, что истинное Богопочитание не связано ни с каким местом, а приобретает цену лишь от своих внутренних качеств. Не только в Иерусалиме и не только «на горе сей» можно поклоняться Богу, а и на «всяком месте владычества Божия», но это поклонение должно быть прежде всего «духовно» и «истинно».
   Что это значит и как надо правильно понимать эти слова?
   Везде, на всяком месте, можно и нужно молиться Богу, но эта молитва должна быть «духовна», то есть должна быть действительно выражением внутреннего духовного устремления человека к Богу, духовным порывом его души к Богу, и должна быть «истинна», то есть не лжива, не фальшива, не лицемерна. Она должна быть не только наружной, внешней, на показ, а искренней, исходящей из глубины сердца и отражающей действительное внутреннее настроение души молящегося.
   Молитва есть «возношение ума и сердца к Богу». Святые Отцы и называют такую настоящую молитву «умно-сердечной молитвой», потому что она «творится умом в сердце», а не одними лишь устами.
   Христос-Спаситель постоянно обличал фарисейское лицемерие и увлечение иудеев чисто-внешним выполнением молитв и обрядов, обличал и показную молитву для получения похвалы от людей (Матф. 6:5-8).
   Значит ли это, однако, что совсем не нужны никакие внешние проявления Богопочитания, церковные священнодействия и обряды, как лживо утверждают некоторые вольнодумные сектанты, а у нас в свое время утверждал, кощунственно понося нашу св. Православную Церковь, Лев Толстой, великий писатель, но горе философ и религиозный лжеучитель?
   Вовсе нет!
   Все священнодействия и обряды в нашей Церкви установлены именно для того, чтобы помочь нам создать в душе истинно-молитвенное настроение, расшевелить нашу уснувшую душу и расположить ее к молитве «духом и истиною», способность к чему она теряет, вращаясь постоянно в этом исполненном суеты и страстей греховном мiре. Душевное и телесное связано в человеке очень тесно: как душа воздействует на тело, так и тело действует на душу. Установленные Церковью священнодействия и обряды, как крестное знамение, земные и поясные поклоны, преклонение колен и все прочие особенности нашего богослужебного чина — как раз и разсчитаны на то, чтобы через внешние телесные чувства человека возбудить к молитвенному настроению его душу, побудить человека покланяться Богу «духом и истиною».
   Не напрасно поэтому св. Апостол увещевает христиан: «Прославите убо Бога в телесех ваших и в душах ваших»  (1 Кор. 6:20). Раз человек создан из души и тела, было бы даже совсем странно и неестественно, если бы тело наше не принимало никакого участия в молитве и Богопочитании!
   И мы знаем из Евангелия, что Сам Господь Иисус Христос, во время Своей земной жизни не мало дал нам примеров такого внешнего телесного выражения молитвы: преклонял колена, возводил очи к небу, погружался во Иордане в воду и т.п. Вся внешняя обрядовая сторона Богослужения находит себе полное оправдание в тех обрядах, которые были установлены Самим Богом еще в Ветхом Завете и которые были приняты в употребление и в христианской Церкви, как, например, возжжение светильников, воскурение фимиамом, особые священные одежды, священническое благословение, чествование священных предметов и многое другое. Погружение в воду при крещении — ведь это тоже обряд, однако этот обряд практикуется и сектантами, отвергающими обряды!
   О ком же можно сказать, что они не покланяются Богу «духом и истиною»?
   Не покланяются Богу «духом и истиною» так называемые «ханжи», которые молятся только на показ, чтобы их видели и хвалили люди.
   Не покланяются Богу «духом и истиною» и те, которые приходят в храм только по привычке или затем, «чтобы себя показать или на людей посмотреть» и ведут себя в храме, как в светском салоне или клубе.
   Не покланяются Богу «духом и истиною» те, которые неблагоговейно и небрежно стоят на молитве, разсеиваются в мыслях своих, мечтая неподобное, не внимают совершаемому в храме Богослужению, но озираются по сторонам, развлекаются с другими праздными разговорами, входят и выходят из храма во время Богослужения без крайней нужды. Все это не есть истинно-христианская молитва, не есть истинное Богопочитание.
   Молится Богу духом тот, кто, произнося слова молитвы, произносит их не одними устами, но умом и сердцем; кто, ограждая себя знамением креста, взирает духом на Самого Распятого на кресте Господа; кто, делая земной поклон, всего себя повергает в руце Божии в глубочайшем смирении и сокрушении сердца, с полной преданностью воле Божией.
   Молится Богу истиною тот, у кого душа и сердце оживлены тою самою верою и любовью, теми самыми мыслями и чувствами, какими дышат молитвы, составленные святыми и духоносными мужами; молится Богу истиною тот, кто не лжет Богу в молитве, но, поклоняясь Богу в храме, не кланяется истуканам страстей своих вне храма; кто, служа Богу участием в Богослужении церковном, служит Ему и самою Жизнью своею и делами своими; кто, называя Бога Отцем своим, действительно любит Его, как Отца своего, боится оскорбить и прогневать Его, повинуется Ему и исполняет святую волю Его, как истинный сын Его.
   Вот, что значит «поклоняться Богу духом и истиною»! «Таковых ищет Отец поклоняющихся Ему», говорит Христос-Спаситель (Ин. 4:23), а других отвергает, говоря им: «Приближаются ко Мне людие сии усты своими и устнами чтут Мя; сердце же их далече отстоит от Мене, всуе же чтут Мя»  (Матф. 15:8). «Отъидите от Мене, делающие беззаконие!» (Матф. 7:23).
   Кто разсеянно, небрежно молится, кто развязно, распущенно держит себя в храме Божием, тот оскорбляет благодать Духа Святаго, живущего в храме, а это тяжкий грех, который не прощается ни в семь веке ни в будущем.
   Вот почему св. Церковь особенно, за каждым Богослужением, молится: «О святем храме сем и с верою, благоговением и страхом Божиим входящих в онь».
   Будем же, братие, молиться всегда с полным усердием, духом и истиною, от всей нашей души и глубины сердечной, искренно и нелицемерно, и тогда мы сподобимся получить ту «живую воду», о которой говорил Христос самарянке, что кто пьет ее, «не вжаждется во-веки», но вода та будет в нем источником воды, текущей в жизнь вечную.
   Эта «живая вода» есть чудодейственная всеоживляющая благодать Духа Святаго, ниспосланная Господом Церкви Его в день Пятидесятницы. Без нее невозможна никакая истинная жизнь на земле и недостижимо для нас вечное спасение. Но получает ее только тот, кто молится Богу духом и истиною.Аминь.

Была ли у нас Святая Русь?

   Московский Поместный Собор 1917 года, созванный после революции и возстановивший патриаршество, возстановил также существовавший у нас прежде праздник «Всех святых в Земле Российской просиявших», приурочив его к 2-ой неделе по Пятидесятнице.
   Самое существование такого праздника уже в достаточной степени оправдывает наименование нашего отечества «Святою Русью», против чего в наше время некоторыми, даже русскими людьми, делаются возражения: «какая, мол, там «Святая Русь»! Мало ли было у нас людей крайне-грешных, порочных, разбойников и преступников! А особенно во время этой кровавой революции показал себя с самой отрицательной стороны русский народ, допустив неслыханные злодеяния, кощунства и осквернение святынь, которым прежде покланялся!»
   Все это так и, конечно, очень печально, что на русской земле произошли такие страшные кровавые преступные деяния, хула и глумление над святынями, вплоть до избиения священников и епископов и разрушения наших дивных исторических храмов и монастырей. Но забывается при этом, что «в семье не без урода» и что только в очень редких случаях чисто-русские православные люди руководилитакими неистовыми злодеяниями: по большей части, они были только исполнителями даваемых им распоряжений, введенные в заблуждение лживыми лозунгами, или из трусости и чувства самосохранения. Руководили всем этим злобным неистовством, в огромном большинстве случаев, не русские и зачастую явные враги Христа-Спасителя и русского православного народа, ставившие себе определенной задачей искоренить веру во Христа в русском народе, стереть с лица земли столь ненавистную им Святую Русь.
   Но, конечно, и русский народ виновен в том, что он проявил себя слишком наивным и доверчивым к обольстившим его врагам своим, поддался их лукавой пропаганде и не оказал достаточно-сильного сопротивления. Обо всем этом его пророчески предостерегали, предрекая надвигающуюся страшную катастрофу, многие великие духоносные мужи и праведники, а особенно сильно и ярко Епископ Феофан Затворник и св. праведный Иоанн Кронштадтский. С их прозрениями и предупреждениями следовало бы хорошо познакомиться всем русским людям, вместо того, чтобы впустую безплодно тратить время на взаимные споры и раздоры, выясняя причины постигшего нашу Россию бедствия. Ведь все предсказанное ими в точности исполнилось, а это, казалось бы, должно было бы убеждать нас в их безусловной правоте и побуждать с полным доверием отнестись к их указаниям и советам, что надо делать, дабы изжить последствия этой страшной кровавой катастрофы.
   Что касается самого наименования «Святая Русь», то надо понимать его правильно, и тогда отпадут все возражения против него, основанные на недоразумении.
   «Святая» это не значит «безгрешная», совершенно чистая от всяких грехов и нравственных несовершенств. В этом последнем смысле свят только Один Бог, почему и поется у нас за Богослужением: «Свят Господь Бог наш!» или «Един Свят, Един Господь Иисус Христос во славу Бога Отца, аминь!» А о всяком человеке Слово Божие ясно учит, что «несть человек, аще жив будет и не согрешит», и нет ни одного человека без греха, «аще и един день токмо жития его на земли».
   Наша Русь называлась и действительно была «Святой» не потому, что в ней все были «святы», в смысле «безгрешны», ибо это вообще невозможно, а потому, что в каждом русском человеке, воспитанном в православно-христианской вере, всегда сознательно или хотя бы только подсознательно, где-то в самых глубоких тайниках души, жил идеал христианской святости, как наивысший идеал, к которому человек должен стремиться, — он внутренне благоговел перед этим идеалом и преклонялся пред ним, даже если и сам был весьма далек от него. И когда случалось ему грешить, он сознавал, что «грешит», что поступает плохо, не так, как следует, и старался исправиться, встав на путь искреннего христианского покаяния, потребность к которому проявлялась иногда чрезвычайно сильно и стремительно, порою стихийно. Пример такого покаяния мы видим во всем известной песне о Кудеяре-разбойнике, который «в монастырь пошел Богу и людям служить», сделавшись в Соловках «иноком честным Питиримом». И сколько было у нас прежде таких «Кудеяров», заглаждавших свои грехи подвигами истинного нелицемерного покаяния!
   Не только о злодеяниях и всякаго рода преступлениях, но и о таких изумительных по силе духа христианского покаянных подвигах свидетельствуют весьма многочисленные факты нашей отечественной истории.
   Были, конечно, и моральные уроды, но они являлись исключениями. Вот таких именно моральных уродов все больше и больше стал воспитывать у нас безбожный материализм, занесенный к нам с Богоотступнического Запада, который и довел многих русских людей, под руководством иноверцев и инородцев, до богоборчества и страшного кровавого неистовства и человеконенавистничества.
   Обо всем этом ужасе, постигшем нашу Родину, ясно предсказывал святитель Феофан, писавший еще во второй половине прошлого столетия:
   «Во дни наши россияне начинают уклоняться от веры: одна часть совсем и всесторонне падает в неверие, другая отпадает в протестантство, третья тайком сплетает свои верования, в которых думает совместить и спиритизм и геологическия бредни с Божественным Откровением. Зло растет: зловерие и неверие поднимают голову... Ужели же мы не образумимся? И будет, наконец, то же и у нас, что, например, у французов и других...»
   «Как шла французская революция? Сначала распространились материалистическия воззрения. Они пошатнули и христианския и общерелигиозныя убеждения. Пошло повальное неверие: Бога нет, человек — ком грязи; за гробом нечего ждать. Несмотря, однако, на то, что ком грязи можно бы всем топтать», справедливо иронизировал святитель, «у них выходило: не замай! не тронь! дай свободу! И дали! Начались требования — инде разумныя, далеe полуумныя, там безумныя. И пошло все вверх дном.
   Что у нас? У нас материалистическия воззрения все более и более приобретают вес и обобщаются. Силы еще не взяли, а берут. Неверие и безнравственность тоже расширяются. Требование свободы и самоуправства — выражается свободно. И вот выходит, что и мы на пути к революции
   «Если у нас все пойдет таким путем, то что дивнаго, если и между нами повторится конец осмьнадцатаго века со всеми его ужасами? Ибо от подобных причин подобныя бывают и следствия».
   Обо всем этом, уже гораздо позже, говорил в своих пламенных речах наш великий всероссийский пастырь, ныне уже официально прославленный нашей Церковью св. Иоанн Кронштадтский:
   «Царство русское колеблется, шатается, близко к падению. От чего же столь великое, бывшее столь твердым, могущественным и славным прежде Царство Русское ныне так разслабло, обезсилило, уничижилось, всколебалось? Оттого, что оно сошло с твердой и непоколебимой основы истинной веры, и в большинстве интеллигенции отпало от Бога, Который Один есть непоколебимая во веки вечная держава, Коим твердо держатся в дивной гармонии небо и земля — столько веков. Вот от чего Царство наше колеблется...»
   «Откуда эта анархия, эта революция (1905 года), этот социализм, эта нелепая коммуна, эти забастовки, разбои, убийства, хищения, эта общественная безнравственность, этот царящий разврат, это огульное пьянство?» — в горести восклицал наш великий пастырь о. Иоанн в своей проповеди на неделю Православия в 1906 году и тут же сам отвечал: «От неверия, от безбожия. И потому, если правительство или собирающаяся Государственная Дума хотят водворить порядок в государстве и уважение к законам, повиновение правительству, мир и безмятежье, разумный и полезный труд, они должны обуздать безнравственную печать, воспламеняющую все страсти, и обратить самое заботливое внимание на воспитание юношества и внушить ему, его гордым наставникам и интеллигенции собственным примером должное уважение к вере и Церкви и к заповедям Евангелия... Как хитер и лукав сатана! Чтобы погубить Россию, он раздул в ней безверие и разврат чрез злонамеренных писателей и учителей, чрез русския средния и высшия школы, и чрез так называемую интеллигенцию. На почве безверия, слабодушия, малодушия и безнравственности совершается распадение государства. Без насаждения веры и страха Божия в населении России она не может устоять. Скорее с покаянием к Богу! Скорее к твердому и непоколебимому пристанищу веры и Церкви!»
   А вот как говорил наш дивный праведник в неделю Крестопоклонную того же 1906 года:
   «Наши интеллигенты, некоторые учителя и неблагонамеренные писатели не чтут Креста Христова, не кланяются ему и не считают его нужным для себя, значит, переучились и из света христианскаго вступили в непроглядную тьму бесовскую, и забыли Того, Кто, будучи Богом, «смирил Себя» ради нас«до смерти и смерти крестной», чтобы дать нам Собою образец смирения и терпения, пример послушания Богу... Впрочем, недоучки и переучки не верят в личнаго, праведнаго, всемогущаго и безначальнаго Бога, а в какое-то безличное начало и в какую-то эволюцию мiра, по которой будто бы произошло все само собой, верят бредням еретика Толстого и подобных ему безверов...»
   А вот какую жуткую картину всего происходившего в последнее время в России, под влиянием воспитанной в духе западных безбожно-материалистических идей интеллигенции, нарисовал о. Иоанн в своем слове на Благовещение 1906 года:
   «Вера слову Истины — Слову Божию исчезла и заменена верою в разум человеческий; печать, именующая себя гордо шестою великою державою в мiре подлунном, в большинстве изолгалась — для нея не стало ничего святого и досточтимаго, кроме своего лукаваго пера, нередко пропитаннаго ядом клеветы и насмешки, не стало повиновения детей родителям, учащихся — учащим, и самих учащих — подлежащим властям; браки поруганы; семейная жизнь разлагается; твердой политики не стало, всякий политиканствует — ученики и учителя в большинстве побросали свои настоящия дела и судят о политике; все желают автономии: едва ли не всякий ребенок мнит быть автономом; даже средния и высшия духовно-учебныя заведения позабыли о своем назначении: быть слугами Церкви и спасения людей. Не стало у интеллигенции любви к Родине, и она готова продать ее инородцам, как Иуда предал Христа злым книжникам и фарисеям, уже не говорю о том, что не стало у нея веры в Церковь,возродившей нас для Бога и небеснаго отечества; нравов христианских нет, всюду безнравственность; настал, в прямую противоположность Евангелию, культ природы, культ страстей плотских, полное неудержимое распутство с пьянством; расхищение и воровство казенных и частных банков и почтовых учреждений и посылок; и враги России готовят разложение государства. Правды нигде не стало, и отечество на краю гибели. Чего ожидать впереди, если будет продолжаться такое безверие, такая испорченность нравов, такое безначалие?!»
   Можно было бы и еще множество подобных цитат привести из вдохновенных проповедей нашего дивного всероссийского праведника и чудотворца, но и этого достаточно, дабы ясно видеть, что именно привело Россию к гибели. Развращенная до мозга костей безбожными материалистическими идеями Запада наша «прогрессивная» интеллигенция начала под мнимым предлогом «просвещения» развращать наш простой и часто детски-наивный верующий народ, — и вот результат теперь перед нами налицо!
   Но значит ли это, что Русь наша никогда не была Святой?
   Утверждать так — это непростительная дерзость и невежество, полное незнание настоящей, подлинной истории нашего народа, всегда ставившего прежде святую Православную Веру во главу угла своей жизни. Были, конечно, в истории нашей и темные стороны, но ведь «несть человек, аще жив будет и не согрешит», и эти темные стороны нисколько не затмевают самого главного, что всегда свойственно было русскому человеку — сознательного или хотя бы подсознательного преклонения перед христианским идеалом святости и удивительной способности к сильному и действенному покаяниюпосле совершенного греха.
   Люди неверующие, маловерующие и далекие от Церкви не могут и представить себе, в какой лучезарной красе сияет пред нашим мысленным взором безчисленный лик Святых, в Земле Российской просиявших. Ведь эти святые — плоть от плоти и кость от костей нашего православного русского народа, сыны и дщери его. Это — благоуханная жертва Богу от русской земли, благоговевшей пред подвигами святости.
   Не было бы у нас этого дивного лика святых угодников Божиих, если бы Русь не была Святой!
   Но и теперь еще не все погибло. Всегда остается возможность покаяния и обращения к Богу. Надо только захотеть — искренно захотеть возстановления Святой Руси! Ведь даже в годы этого страшного кровавого лихолетья сколько дала наша Родина новых мучеников за веру, «имже несть числа». И все они, конечно, умоляют Господа о спасении их земного отечества и об обращении на путь истинной веры — веры православно-христианской — их страждущих под игом лютого безбожия сородичей и о нас, в изгнании и разсеянии сущих.
   А для спасения и возстановления России нужно только одно, к чему пламенно призывал наш великий пастырь св. Иоанн:
    «Обратись к Богу, Россия, согрешившая пред Ним больше, тягчае всех народов земных — обратись в плаче и слезах, в вере и добродетели!...» Остальное приложится.
   Скорее же, скорее с покаянием к Богу!
   Вси святии земли Русския, молите Бога о нас!

ВЫСШИЙ ИДЕАЛ ХРИСТИАНСТВА.

    «Всяк, иже исповесть Мя пред человеки, исповем его и Аз пред Отцем Моим, иже на небесех»
   (Матф. 10:32)
   Таково непреложное обещание Господа нашего Иисуса Христа. Кто исповедает Господа Иисуса Христа перед людьми, того и Господь исповедает пред Отцем Своим небесным. Иными словами: кто открыто, безбоязненно, ничего не страшась и не стыдясь, и словом и жизнью своею покажет, что он истинный христианин и даст в своей жизни добрый пример исполнения евангельских заповедей другим людям, о том и Господь Иисус Христос засвидетельствует пред Отцем Своим небесным, что это — действительно Его ученик, Его искренний последователь, и увенчает его Своей Божественной славой, к которой призываются все христиане.
   Истинные христиане, и словом и делом исповедавшие Христа и увенчанные за то Божественной славой, это и есть «все святые», память которых Церковь празднует непосредственно после св. Пятидесятницы — в первый воскресный день после нее.
   Почему именно в этот день установлено праздновать память всех святых, когда-либо живших и подвизавшихся на земле?
   Есть несомненно много святых, безвестно подвизавшихся, о которых мы ничего не знаем. Все истинные подвижники всегда старались скрывать свои добрые дела и подвиги от людей, бегая человеческой похвалы, ибо хорошо помнили заповедь Христову о том, что всякое добро надлежит творить втайне, ибо иначе оно теряет свою цену. И если все же многих святых мы знаем, то это потому, что Сам Господь благоволил открыть нам их жизнь для нашего назидания и вразумления, как Он однажды и сказал: «Не вжигают светильника и не поставляют его под спудом, но на свещнице, и светит всем, иже в храмине суть»  (Матф. 5:15). Тем не менее есть святые, которые остались для нас неизвестными: мы не знаем ни их имен, ни происхождения, ни местожительства, ни образа жизни, ни подвигов.
   Преклоняясь пред подвигами святости и нас призывая к этому, св. Церковь не хочет и их оставить без должного прославления. Тем более, что прославляя святых, воздавая честь им, мы в сущности прославляем Бога, «дивнаго во святых Своих».
   Но почему память их празднуется именно сегодня, как раз после праздника Сошествия Святаго Духа?
   Это для того, дабы подчеркнуть, что святые не иначе соделываются святыми, как чрез благодать Святаго Духа.
    Святые — это жатва Духа Божья, это — дивные плоды Божественной благодати. Благодать Св. Духа, снизойдя в сердце человека, мощно влечет его ко спасению: внушает ему покаяние, помогает вести борьбу со страстьми и похотьми и, наконец, делая его победителем греха, венчает его нетленным венцом святости.
   Какой же урок дает нам празднование памяти Всех Святых, к чему оно призывает нас?
   Прославляя память какого-либо святого, живописуя пред нашим мысленным взором его возвышенный образ, св. Церковь делает это не с иной какой-либо целью, как только для того, чтобы воодушевить нас и возбудить в нас желание подражать этому святому. А празднование памяти Всех святых есть, следовательно, призыв всех нас к святой жизни, к святости. Сами святые, прославленные Богом, конечно, не нуждаются в том, чтобы мы, грешные, их прославляли. Прославлять память святых нужно не для них, а для нас самих. Это — прирожденная нам естественная потребность нашего духа. В душу каждого человека от рождения вложено безотчетное, почти безсознательное влечение — стремление к чему-то высшему, идеальному. Ему ни когда не могут дать полного удовлетворения никакие чисто-земные достижения, земные стяжания и приобретения, земные удовольствия, радости и наслаждения. Даже у очень низко павших морально людей обнаруживается по временам тяжкое томление души, мучительное раскаяние, светлый, хотя бы минутный, порыв куда-то ввысь, подальше от этой грязной земли со всеми ее мерзостями. И у всех без исключения людей, в большей или меньшей степени, дает себя знать какая-то неудовлетворенность своим внутренним состоянием, так называемое «святое недовольство собой».
   Что же это значит?
   Это значит, что душа человека томится в узах греха и подсознательно жаждет святости, в чем и сам человек часто не отдает себе ясного отчета. Как бы ни оправдывали себя на словах и в мыслях грехолюбцы, но внутреннее чувство, совесть, так или иначе, подсказывает каждому, что грех есть нечто вполне чуждое здоровой природе человека, что грех есть мучитель-тиран человека, и что только жизнь чистая, святая, свободная от греха может дать человеку полное душевное успокоение и удовлетворение.
   И вот, прославляя память Всех святых, воспевая гимны святости, Церковь идет к нам в этом навстречу, Она напоминает нам, что мы созданы Богом для чистой, святой, богоугодной жизни и предлагает нам брать пример с тех людей, которые, с помощью благодати Божией, побороли в себе грех и стали святыми.
    Святость это ведь и есть наше жизненное назначение, цель наших устремлений — высший христианский идеал, к достижению которого должны мы стремиться.
   «Трудное дело», скажут многие, «невозможное дело!» Трудное — это да, но ведь без труда в жизни ничего не бывает: каждый из нас всю жизнь над чем-нибудь трудится. Некоторые, особенно в наше отвратительное и гнусное время отступления от Бога, неутомимо трудятся над осквернением своей собственной души и над расширением зла в мiре. Так или иначе, но труда в жизни не избежать: вопрос только в том, как и над чем трудиться? Почему же не предпринять труда благодатного? Труда над насаждением добра в себе и вокруг себя, а это ведь и ведет к святости.
   Что касается «невозможности», то это не так! Бог всеведущий и всеправедный разве стал бы требовать от нас дела невозможного, а между тем святость наша — это Его желание.
    «Святи будите, якоже Аз свят есмь»  (1 Петр. 1:16), говорил Господь чрез пророка еще в Ветхом Завете, а в Новом Завете Сам Господь Иисус Христос ясно поставил пред нами высший идеал, к которому мы должны стремиться в словах: «Будите убо вы совершени, якоже Отец ваш небесный совершен есть»  (Матф. 5:48).
   А св. Апостол в послании к Солунянам убеждает христиан: «Сия бо есть воля Божия — святость ваша», ибо «не призвал пас Бог к нечистоте, но к святости»  (1 Сол. 4:2-7).
    «Невозможное человеком, возможно Богу»  (Лк. 18:27), и Бог, желающий видеть нас святыми, не оставит нас без Своей всесильной помощи и поддержки в наших трудах по приобретению святости. Ведь для этого и дарована нам благодать Всесвятого Духа. От нас требуется только твердая решимость представить себя в жертву живую Богу и дать в себе свободу действию благодати Святаго Духа, не препятствовать ей.
   Ведь все святые, память которых мы празднуем, не были какими-то особенными, необыкновенными людьми, а, по большей части, это были такие же грешные, слабые, немощные люди, как и все мы, но онивосхотели стать святыми, возжадали святости, и предавши всецело самих себя Богу и руководству Божественной благодати, стяжали неувядаемый венец святости.
   Кто же говорит, что «невозможное дело для каждого стать святым», тот, значит, сам не стремится к святости, не хочет ее, не ищет ее — грех любит и не хочет разстаться со своими любимыми грехами, ставшими как бы его второй природой: вот и оправдывает свою греховную жизнь тем, будто не каждый может быть святым.
   Это — только прельщение диавола, желающего крепче привязать нас ко греху, все глубже и глубже увлечь в трясину греха и сделать нас своей добычей.
   В наше время обольщенные диаволом люди дошли до того, что даже не признают греха и насмехаются над святостью. Людей благочестивых и стремящихся проводить добродетельную жизнь насмешливо называют «святошами»; чистому и неиспорченному морально юноше, не желающему курить, пьянствовать и развратничать с какой-то особенно-злой и нехорошей насмешкой говорят: «А, да ты — святой!»
   Так же, как людей искренно-благочестивых, посещающих часто храм Божий, соблюдающих посты и все церковные установления огульно всех называют «ханжами». И это делают иногда даже те, которые и сами не чуждаются совсем веры и Церкви и бывают в храме.
   Кто же решительно возражает и возстает против идеала святости и пытается утверждать и доказывать, что святость не может быть общим для всех нас идеалом, что она не может быть целью жизни каждого человека, тот проявляет себя противником Божиим, ибо выступает, таким образом, против явной и очевидной воли Божией, обнаруживая наличие в себе злой развращенной воли. Ее-то,эту злую волю и необходимо, прежде всего, побороть в себе. Кто этого не хочет делать, кто не борется со своей злой волей, а произвольно следует ее внушениям, тот и не христианин, и от него весьма далеко спасение. Пусть и не надеется такой человек получить милость от Бога в день судный, как бы и чем бы ни убаюкивал и ни усыплял он свою совесть. Не послужит ему в оправдание и множество грешащих вокруг него, ибо каждый сам за себя даст ответ Богу, а законы Божии непреложны и неизменны для всех людей без исключения, а кто упорно чуждается святости, тот, следовательно, чуждается Самого Бога.
   Сказано ясно: «Не льстите себе  (то есть: не обманывайтесь!): ни блудницы, ни идолослужители, ни прелюбодее, ни сквернители, ни малакии, ни мужеложницы, ни лихоимцы, ни татие, ни пьяницы, ни досадители, ни хищницы Царствия Божия не наследят»  (1 Кор. 6:9-10).
    «Не войдет в него ничто нечистое и никто преданный мерзости и лжи»  (Откр. 21:27).
    «Псы и чародеи, и любодеи и убийцы и идолослужители и всякий любящий и делающий неправду» останутся «вне» его (22, 15).
   Какова же будет их участь?
    «Боязливых же  (тех, которые боялись идти путем правды Божией — путем угождения Богу и святости)и неверных, и скверных и убийц, и любодеев и чародеев, и идолослужителей и всех лжецов — участь в озере, горящем огнем и серою; это — смерть вторая  (после первой смерти — телесной)» (Откр. 21:8).
   Вот, следовательно, как опасно убаюкивать свою совесть и свободно предаваться греховной жизни!
   Никакое самооправдание нам не поможет, если мы сами не решимся разделаться со всеми этими грехами, которые перечисляются Словом Божиим выше, и отстать от них.
   Итак, не на грешащих вокруг нас будем смотреть, следуя их порочным примерам, а на святых угодников Божиих, стремясь, насколько хватает сил, с помощью Божиею, подражать им в их Богоугодной и святой жизни и моля их помочь нам следовать их высокому примеру: «Вси святии, молите Бога о нас!»Аминь.

Что говорит Слово Божие и как учили величайшие Отцы Церкви о великой тайне искупления.

   Что говорил Сам Господь Иисус Христос?
   «Якоже Моисей вознесе змию в пустыни, тако подобает вознестися Сыну человеческому, да всяк, веруй в онь, не погибнет, но имать живот вечный»  (Ин. 3:14-15; ср. Числ. 21:8-9).
   «Сын Человеческий не прииде, да послужат Ему, но послужити и дати душу свою избавление за многих»  (Матф. 20:28).
   «Аз есмь хлеб животный, иже сшедый с небесе: аще кто снесть от хлеба сего, жив будет во веки; и хлеб, егоже Аз дам, плоть Моя есть, юже Аз дам за живот мiра»  (Ин. 6:51).
    «Сие есть Тело Мое, еже за вы ломимое»  (Лк. 22:19).
    «Сия есть Кровь Моя новаго завета, яже за многия изливаема во оставление грехов»  (Матф. 26:28).
   «Аще зерно пшенично пад на земли не умрет, то едино пребывает: аще же умрет, мног плод сотворит»  (Ин. 12:24).
    «Аще Аз вознесен буду от земли, вся привлеку к Себе»  (Ин. 12:32).
   «Тако писано есть, и тако подобаше пострадати Христу, и воскреснути от мертвых в третий день, и проповедатися во Имя Его покаянию и отпущению грехов во всех языцех»  (Лк. 24:46-47).
   «Уне есть вам, да Аз иду: аще бо не иду Аз, Утешитель не приидет к вам: аще ли же иду, послю Его к вам» (Ин. 16:7).
   Что говорили о Крестной Жертве Иисуса Христа ветхозаветные пророки?
    «Той язвен бысть за грехи наша, и мучен бысть за беззакония наша, наказание мipa нашего на Нем: язвою Его мы исцелехом. Вси яко овцы заблудихом: человек от пути своего заблуди, и Господь предаде Его грех ради наших. И Той, зане озлобен бысть, не отверзает уст Своих: яко овча на заколение ведеся»  (Ис. 53:5-7); «ради беззаконий людей Моих ведеся на смерть»  (—8). «Предана бысть на смерть душа Его, и со беззаконными вменися, и Той грехи многих вознесе, и за беззакония их предан бысть»  (—12).
   «Яко обыдоша Мя пси мнози, сонм лукавых одержаша Мя; ископаша руце Мои и нозе Мои, изчетоша вся кости Моя: тии же смотриша и презреша Мя» (Пс. 21:17-18).
   Что говорил Предтеча Господень Иоанн?
    «Се Агнец Божий вземляй грехи мipa»  (Ин. 1:29).
   Что говорили Апостолы?
   Св. Ап. Иоанн в своем Евангелии, упомянув о совете, который дал Каиафа иудеям об Иисусе Христе: «уне есть нам, да един человек умрет за люди, а не весь язык погибнет» (Ин. 11:50), далее от себя прибавляет: «сего же о себе не рече, но архиерей сый лету тому, прорече, яко хотяше Иисус умрети за люди; и не токмо за люди, но да и чада Божия расточенная соберет во едино» (— 51, 52).
   В послании своем св. Ап. Иоанн говорит: «Кровь Иисуса Христа очищает нас от всякаго греха» (Ин.1:7)).
   В Апокалипсисе св. Ап. Иоанн пишет:
   «Двадесять и четыре старца, падши пред Агнцем, поют Ему песнь нову, глаголюще: достоин еси прияти книгу, и отверсти печати ея; яко заклался, и искупил еси Богови нас Кровию Своею от всякаго колена и языка и людей и племен» (Апок. 5:9).
   «От Иисуса Христа, иже есть свидетель верный, первенец из мертвых и князь царей земных: любящу ны и омывшу нас от грехов наших Кровию Своею»...  (Апок. 1:5).
   Св. Ап. Петр заповедует христианам:
   «Со страхом жития вашего время жительствуйте, видяще, яко не истленным сребром или златом избавистеся от суетнаго вашего жития, отцы преданнаго, но честною Кровию, яко Агнца непорочна и пречиста Христа»  (1 Петр. 1:17-19);
   «Зане и Христос пострада по нас, нам оставль образ, да последуем стопам Его... Иже грехи наша Сам вознесе на Теле Своем на древо, да, от грех избывше, правдою поживем, Егоже язвою исцелесте»  (2, 21—24).
   «Зане и Христос единою о гресех наших пострада, праведник за неправедники, да приведет ны Богови» (3, 18).
   Св. ап. Павел говорит:
   «Предах бо вам исперва, еже и приях, яко Христос умре грех наших ради, по писанием (1 Кор. 15:3).
   «Христос возлюбил есть нас, и предаде Себе за ны приношение и жертву Богу в воню благоухания» (Еф. 5:2).
    «Христос единою принесеся, во еже вознести многих грехи»  (Евр. 9:28).
    «Иже предан бысть за прегрешения наша, и воста за оправдание наше»  (Римл. 4:25).
   «Егоже предположи Бог очищение верою в Крови Его, в явление правды Своея, за отпущение прежде бывших грехов»  (Римл. 3:25).
   «Христос же пришед... ни кровию козлею, ниже телчею, но Своею Кровию, вниде единою во святая,вечное искупление обретый»  (Евр. 9:12-14).
   Все эти тексты из Слова Божия ясно свидетельствуют, что искупление наше Христос-Спаситель совершил Кровью Своею, пролитой за наши грехи, и смертью на Кресте.
   Как учили Мужи Апостольские?
   Св. Варнава говорит:
   «Будем веровать, что Сын Божий не мог пострадать, как только за нас... за наши грехи восхотел Он принесть в жертву сосуд духа» (Послание § VII), «как Авраамом принесен был Исаак» (Посл., V)
   Св. Климент Римский говорит:
   «Будем взирать на Господа Иисуса Христа, Котораго Кровь дана за нас; будем взирать внимательно на Кровь Христа, и разсуждать, как многоценна Кровь Его, пред Богом, когда, быв пролита для нашего спасения, всему мiру приобрела благодать покаяния»  (Посл. к Коринф. 1:21).
   Св. Игнатий Богоносец говорит:
   «Христос умер за вас, чтобы, веруя в смерть Его, вы спаслись от смерти» (Посл. к Трал. 2).
   Св. Поликарп Смирнский говорит:
   «Он претерпел за грехи наши самую смерть... все претерпел за нас, чтобы нам жить в Нем» (Посл. к Филип. 1:8).
   Как учили учители христианские второго и третьего века?
   Муж апостольский, написавший послание к Диогнету, пишет ему:
    «Бог собственнаго Сына предал в выкуп за нас, Святаго за беззаконных, Праведнаго за неправедных, Невиннаго за виновных, Нетленнаго за тленных, Безсмертнаго за смертных» (Посл. к Диогн. IX).
   Св. мученик Иустин пишет:
   «Христос, по воле Отца, соделался человеком ради спасения верующих в Него, и подвергся уничижению и страданиям, чтобы смертью и воскресением победить смерть»  (Аполог. 1, 63).
   Св. Ириней Лионский пишет:
    «Христос искупил нас Кровию Своею, и предал душу Свою за наши души, и плоть Свою за нашу плоть» (Против ересей V, 1).
   Тертуллиан пишет:
   «Христос благоволил от плоти родиться во плоти, чтобы рождением Своим преобразовать наше рождение, и Своею смертью разрушить нашу смерть»  (Против Марк. III:9).
   Св. Киприан Карфагенский пишет:
   «Христос даровал нам эту благодать, сообщив нам дар Своего милосердия, победив смерть крестом Своим, искупив верующих ценою Своей Крови, примирив человека с Богом Отцем, оживотворив небесным возрождением». (Кн. Димитр. 25).
   Как учили великие Отцы Церкви четвертого века?
   Св. Афанасий Великий, Архиепископ Александрийский, пишет:
   «Так как надлежало, наконец, всем людям уплатить свой долг  (а долг состоял в том, что все люди повинны были смерти, что преимущественно и было причиной пришествия Иисуса Христа на землю): посему Он, доказав Свою Божественность делами Своими, принес, наконец, и жертву за всех людей, предав на смерть храм Своего Тела, дабы чрез это, с одной стороны, сделать всех неповинными и свободными от древняго преступления, с другой — явить Себя победителем смерти, и нетление собственнаго Своего Тела, соделать начатком всеобщаго воскресения... Смерть была необходима: непременно надлежало быть смерти за всех людей, потому чтонадлежало быть уплате общаго долга, лежавшаго на всех людях. На сей конец Слово, по природе Своей безсмертное восприяло плоть смертную, дабы ее, как Свою собственную плоть принесть в жертву за всех людей, и дабы плотию претерпеть за всех смерть» (О воплощении 20).
   Св. Григорий Богослов пишет.
   «Христос именуется «избавлением» (1 Кор. 1:30), как освобождающий нас, содержимых под грехом, как давший Себя за нас в искупление, в очистительную жертву за вселенную»  (Слово о Богосл. IV).
   «За каждый наш долг воздано особо Тем, Кто Превыше нас... Для сего древо за древо и руки за руку; руки, мужественно распростертыя, за руку, невоздержно простертую; руки пригвожденныя за руку своевольную; руки, совокупляющая во едино концы мiра, за руку извергшую Адама. Для сеговознесение на кресте за падение, желчь за вкушение, терновый венец за худое владычество, смерть за смерть» (Слово 3).
   Св. Кирилл Иерусалимский пишет:
   «Мы были врагами по причине греха, и Бог определил смерть грешнику. Чему же из двух надлежало быть: по правосудию ли надлежало умертвить, или по человеколюбию нарушить определение? Но примечай премудрость Божию: Он сохранил и истину определения, и силу человеколюбия. Вознес Христос «грехи на теле на древо, да смертию Его мы от грех избывше, правдою поживем»  (1 Петр. 2:24) (Огл. поуч. XIII, 33).
   «Не удивляйся тому, что мiр весь искуплен: ибо Тот, Кто умер за мiр, не был простой человек, но Сын Божий Единородный. Грех одного человека Адама мог нанести смерть мiру. Если же «единаго прегрешением» (Римл. 5:17) смерть воцарилась в мiре: — то не паче ли правдою Единаго жизнь воцарится? И если тогда за вкушение от древа изгнаны из рая, то не удобнее ли ныне посредством древа Иисусова войдут верующие в рай? Если первосозданный из земли нанес всемiрную смерть; то Создавший его из земли не может ли принести жизни вечной, Сам будучи жизнь? Если Финеес, умертвивши в ревности студодействующаго человека, прекратил гнев Божий (Числ. 25:8), то Иисус, не другаго умертвивши, но Сам Себя отдавши за искупление, ужели не может утолить гнева на людей»  (2 Тим. 2:6)? (Оглас. поуч. 2).
   «Немаловажен был «Умерший за нас»; не чувственный был Агнец, не простый был человек, не Ангел только был, но Бог вочеловечившийся. Не столь важно было беззаконие грешников, сколько важна была правда Умершаго за них. Не столько мы согрешили, сколько сделал правды Положивший за нас душу Свою, и опять, когда восхотел, принявший ее» (Огл. поуч. XIII. 33).
   Св. Василий Великий говорит:
   «Тогда как никто из людей, по слову Писания, не мог «дать Богу измены за ся и цену избавления души своей»  (Пс. 48:8), чтобы умилостивить Бога, потому что все сами повинны были греху, таковою изменою и ценою избавления за души всех явилась равноценная всем людям святая и многоценная за них пролитая Кровь Господа нашего Иисуса Христа. Почему же? Потому что Он не простой был человек, а превосходящий естеством людей Богочеловек, и кроме того по самому человечеству Своему был совершенно безгрешен, почему не имел нужды в том, чтобы давать Богувыкуп за избавление Своей души, а Сам мог дать и действительно дал таковой за других, являясь по слову Апостола, «Архиереем преподобным, незлобивым, безскверным и отлученным от грешник... Иже не имать по вся дни нужды, якоже первосвященицы, прежде о своих гресех жертвы приносити, потом же о людских невежествиих»  (Евр. 7:26-27; 9, 7 - Толк, на Пс. 48:8-9).
   Св. Иоанн Златоуст говорит:
   «Представь, что заимодавцу задолжал кто-нибудь десятью оволами, и он ввергает в темницу не только самого должника, но даже жену его, детей и слуг; но приходит другой, и не только вносит те десять оволов, но еще дарит десять тысяч талантов золота, ведет узника в царский дворец, сажает на самом почетном месте, осыпает его почестями и отличиями, тогда давший в заем десять оволов позабудет о них и думать. Точно так случилось с нами! Христос заплатил гораздо больше, нежели чем мы были должны; Его уплата, в сравнении с долгом то же, что безмерное море в сравнении с малой каплей. Итак, не сомневайся, человек, видя такое богатство благ; не любопытствуй знать, как потушена искра смерти и греха, когда на нее пролито целое море благодатных Даров» (На посл. к Римл. бесед. X, 2)
    «Христос, с Своей стороны, умер за всех, чтобы спасти всех, и эта смерть вполне соответствовала погибели всех, но не всех истребила грехи, потому что сами того не хотели» (К Евр. гом. 17, 2).
   «Не по той ли причине Он (Христос) предан был смерти, что ненавидел грехи? Для того, чтобы изгладить их (грехи), Он добровольно умер. Почему, однако, сказано: поднял или вознесет? Для того, чтобы обозначить крест, потому что на нем был пригвожден ко кресту грех: крестом были разрешены грехи»  (Толк. на пр. Исаию гл. 53).
    «Скольких благ виновником соделался для нас крест Христов, силою Распятаго на нем произведший столь много перемен... он сделался для нас причиной не страданий, но освобождения от страданий... Крест есть спасение Церкви... Крест — избавление наше от одержавших нас зол и начаток дарованных нам благ, крест — примирение с Богом его врагов и обращение ко Христу грешников... Крестом освобождены мы от насилия диавола и крестом избавлены от смерти и гибели. Крест сочетал людей с ликом ангелов, сделав их природу чуждою всякаго тленнаго дела и доставив им возможность проводить нетленную жизнь... До креста мы были чужды рая, а с явлением креста тотчас же разбойник удостоен рая. О, великая сила Креста! От такой тьмы привел нас крест к свету незаходимому, от смерти воззвал к жизни вечной, от тления возродил к нетлению. В самом деле, какое добро получено нами помимо креста, какое благо даровано нам не через крест?...» «Христос висит на кресте — и диавол умерщвлен; Христос пригвожден ко кресту — и всякая душа разрешена от уз»  (Слово на Воздвижение т. VIII, стр. 864).
   Св. Ефрем Сирин говорит:
   «За нас пострадал безстрашный Владыка, за нас распят Единый Безгрешный... за нас нечестивых предан смерти Христос Спаситель наш»  (Слово о страд. Спасителя).
   Св. Афанасий Великий говорит особенно о том, почему искупление наше совершилось через распятие Господа Иисуса Христа на кресте:
   «Почему Господь претерпел не какую-либо другую смерть, а крестную? Кто это спрашивает, тот пусть ведает, что сия именно, а не иная какая-либо смерть могла быть спасительною для нас, и ее-то претерпел Господь для нашего спасения. Ибо если Он пришел для того, чтобы Самому на Себе понесть бывшую на нас клятву, то каким бы иным образом соделался Он клятвою, еслибы не понес смерти, бывшей под клятвою? А такая смерть и есть крестная, ибо написано: «Проклят всяк, висяй на древе»  (Гал. 3:13). Во-вторых, если смерть Господа есть искупление всех, если ею разрушается средостение преграды и совершается призвание языков (Еф. 2:14), то каким бы образом Он призвал нас к Отцу, еслибы не распялся на кресте? Ибо только на кресте можно умереть с распростертыми руками» (О вопл. 25).
   Преподобный Иоанн Дамаскин — отец нашего догматического богословия в конце 8-го века писал:
   «Он умирает, приемля за нас смерть и за нас приносит Себя в жертву Отцу. Мы согрешили пред Отцом, и Ему надлежало принять цену искупления за нас, чтобы, таким образом, нас освободить от осуждения. Но отнюдь не мучителю рода человческаго принесена Кровь Господа» (Точное излож. веры 27 гл.).
   Из всего вышеизложенного ясно, что искупление наше совершено Господом Иисусом Христом через пролитие драгоценной Крови Его за нас, как Агнца Божия, вземлющего грехи мiра, и смерть Его на Кресте.
   Это все отмечено и в нашем Богослужении. Так в тропаре 6-го часа великим постом поется:
   «Иже в шестый день же и час на кресте пригвождей в раи дерзновенный Адамов грех...», а в Великий Пяток в тропаре:
    «Искупил ны еси от клятвы законныя честною Твоею Кровию, на кресте пригвоздився, и копием прободся, безсмертие источил еси человеком, Спасе наш, слава Тебе!» Аминь.

Слово Ректора Св. Троицкой Духовной Семинарии

АРХИЕПИСКОПА АВЕРКИЯ в день Акта Семинарии — 27 мая9 июня 1974 года — в Неделю Всех Святых.

   Во Имя Отца, и Сына, и Святаго Духа!
   Мы собрались сегодня для того, чтобы отметить благополучное завершение нами уже двадцать шестого учебного года нашей св. Троицкой Духовной Семинарии, возблагодарить Господа Бога во Святей Троице славимого, за то, что, несмотря на все неблагоприятные условия современной жизни, мы все же могли продолжать наше дело воспитания и образования будущих пастырей Христовой Церкви, выдать дипломы окончившим полный курс Семинарии на звание «баккалавра Богословия» и поощрить выдачей наград наиболее усердно учащихся.
   Слава Богу за все!
   Сколь не скромны наши успехи, но все же наша Семинария за эти истекшие 26 лет своего существования смогла дать нашей Русской Зарубежной Церкви около сотни священнослужителей, которые заменили собою отошедших в жизнь вечную наших старых пастырей, потеря которых была бы сокрушительным ударом для нашей Церкви, если бы не явилась эта столь необходимая смена, а смена эта в наше злокозненное время Отступления от истинной веры и Церкви, более чем когда-либо прежде, должна быть хорошо подготовлена, и в смысле приобретения необходимых богословских знаний и в отношении правильного воспитания в строго православном духе, дабы быть в силах дать достойный отпор все более и более интенсивно нападающим на Церковь врагам Христианства.
   В наше время недостаточно пастырю быть только хорошим «требоисправителем» или «администратором»: нужно быть в состоянии дать достойный ответ каждому вопрошающему, нужно хорошо знать все истины нашей святой веры и уметь защищать их от нападков врагов, а в особенности необходимо уметь действовать на паству своей подлинной духовностью, настоящей и искренней духовной настроенностью, каковой все меньше и меньше остается в современном мiре даже среди самих священнослужителей.
   Вот в таком именно духе мы и стараемся воспитывать и учить наших семинаристов, по мере наших скромных сил и возможностей! Потому-то мы и подчеркиваем, что наша Семинария это не есть обычная светская школа, в которой учатся только для получения диплома и лучшего обезпечения своей дальнейшей жизни, а школа духовная, в которой все должно быть духовно и направлено к одной цели — достойно подготовить себя к тому, чтобы стать добрыми пастырями Христовой Церкви, а не «наемниками», или, как здесь в Америке говорят, «бизнесменами»!
   Сердечно приветствуем всех собравшихся и, в первую очередь Ее Высочество, Княжну Веру Константиновну, на это наше, хоть и скромное, но многозначительное, по своей сущности, торжество, а особенно приветствуем наших оканчивающих полный курс Семинарии и получающих дипломы «баккалавра Богословия» семинаристов. От всей души, желаем им, чтобы они применили к благодатному пастырскому деланию все полученное ими здесь духовное богатство, не думали бы об устройстве своей чисто-земной карьеры, а не откладывая своего решения надолго, посвятили бы себя всецело служению нашему Господу и Спасителю и Его Святой Церкви, и, спасая души других, чрез это удостоились бы и сами вечного спасения, в чем и заключается главная цель человеческой жизни каждого истинного христианина. В час добрый! И не подумайте зарывать в землю полученный Вами талант, чтобы не подвергнуть себя осуждению Божию.
   А все вы остальные, дорогие братия наши семинаристы, еще продолжающие учиться! Старайтесь тщательно использовать каждый час, каждую минуту Вашего пребывания здесь для того, чтобы приобрести то же духовное богатство, которого вы, может быть, и почти наверное, никогда и нигде больше не получите в условиях современного обезбоженного материалистического мiра, все более и более погружающегося в страшную бездну всевозможных низменных страстей и пороков. Не ищите нигде на стороне никаких развлечений и удовольствий, которые теперь все преисполнены подлинным ядом для человеческих душ и могут только повлечь в ту же бездну вечной погибели, откуда уже нет выхода. Дорожите Вашим пребыванием в благодатной монастырской обстановке, посещайте с усердием и любовью наши монастырские богослужения, каких тоже теперь нигде почти больше нет, и углубляйтесь в изучение преподаваемых вам богословских наук, столь много дающих и уму и сердцу.
   В этом и только в этом ваш подлинный свет и жизнь!
   И тогда и вы достойно подготовите себя к великому делу служения Христовой Церкви, которая так нуждается в добрых пастырях, и обретете настоящий смысл и высокую цель жизни.
   А всех здесь присутствующих дорогих гостей и богомольцев мы, как всегда, просим стать нашими соработниками на ниве Христовой — находить среди молодых людей и направлять к нам в Семинарию подходящих, по своему настроению, кандидатов для обучения и духовного воспитания, за что будем вам глубоко благодарны и за что щедро вознаградит вас Сам наш Пастыреначальник — Христос. Аминь.

Чего в наше время более всего недостает людям?

    Мысли на неделю 4-ую по Пятидесятнице.
   «Еже аще что можеши веровати, вся возможна верующему» (Мк. 9:23). «Научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем» (Матф. 11:29).
   Пришел однажды Господь Иисус Христос в Капернаум, и там приступил к Нему римский сотник-язычник, моля об исцелении его тяжко страждущего слуги. Господь тотчас же отозвался на его мольбу, сказав:«Аз пришед исцелю его». Однако, мысль о том, что такой великий Чудотворец хочет переступить порог его дома, настолько испугала, видимо, глубоко смиренного сотника, что он, отклоняя от себя эту честь, как недостойный ее, в порыве живой веры, воскликнул: «Господи, несмь достоин, да под кров мой внидеши, но токмо рцы слово, и исцелеет отрок мой. Ибо аз человек есмь под властию, имый под собою воины; и глаголю сему: иди, и идет; и другому: прииде, и приходит; и рабу моему: сотвори сие, и сотворит»  (Матф. 8:5-9).
   Повествуя об этом, Евангелист говорит, что Сам Господь удивился такой силе веры у этого сотника-язычника, и сказал идущим за Ним: «Аминь глаголю вам: ни во Израили толики веры обретох» (Матф. 8:10).
   И эта столь горячая и искренняя вера, соединенная со смирением, была тотчас же вознаграждена: Господь сказал сотнику: «Иди, и якоже веровал еси, буди тебе! И исцеле отрок его в той час» (Матф. 8:13).
   Этот римский сотник-язычник, не принадлежавший к избранному в Ветхом Завете народу Божию Израилю, дает, таким образом, всем нам высокий пример самых важных, самых необходимых и для христианина добродетелей — веры и смирения.
   Как трудно в наше время говорить именно об этих добродетелях, ибо более всего недостает современному человеку именно этого, самого главного: веры и смирения. В этом со всею справедливостью можно видеть основную причину всех зол, всех бед современной жизни, а, в частности, и того страшного кровавого несчастия, которое постигло нашу Родину. А между тем, еще сравнительно в недалеком прошлом, даже на нашей памяти, у многих была все-таки вера, было и какое-то смирение, какое-то сознание своего недостоинства. Храмы у нас бывали переполнены, никто ничего не предпринимал без молитвы не испросив благословения и помощи Божией — сами наши цари, перед принятием важных государственных решений, ездили помолиться к Святым Местам, приложиться к св. мощам «печальника Земли Русской» преподобного Сергия Радонежского и к иным прославленным святыням нашим, — новорожденных детей крестили, брачное сожитие освящалось Церковью, умерших отпевали, совершали по ним периодически заупокойное поминовение и в храмах и на кладбищах; вера в силу молитвы, особенно церковной, была такова, что перед каждым важным делом служились молебны в храмах и на дому; новые дома освящались, перед всякой поездкой было принято помолиться; перед вкушением пищи и после вкушения ее также молились, призывая благословение Божие на пищу и вознося благодарение Богу за насыщение; молились, восстав от сна утром, и отходя ко сну вечером — одним словом, каждый шаг своей жизни освящали молитвою, не забывая о том, как гласила старая русская поговорка, что «Без Бога ни до порога». Пусть эта вера не всегда была достаточно глубокой и искренно-сердечной, пусть эта вера была несовершенной, как у отца несчастного бесноватого юноши, воскликнувшего на вопрос Господа о его вере: «Верую, Господи, помози моему неверию!» но все же вера была, а не царило полное безверие и равнодушие к вере, как это мы все чаще и чаще видим теперь, вплоть до ожесточенного злобного безбожия и даже кощунственных нападков на веру и неистового богоборчества.
   А воинство наше? Разве не было оно на самом деле «христолюбивым», как официально-церковно оно именовалось? Отправлявшиеся на военную службу, а особенно — на войну, получали благословение от своих родных в виде иконки или какой-либо святыни для ношения на груди; у солдат был свой полковой священник, совершавший для них службы Божии; была общая утренняя и вечерняя молитва, молитва перед принятием пищи и после вкушения ее; перед боем солдаты исповедывались и причащались, надевая чистое белье, их учили быть милосердными к безоружному врагу, не обижать мирных жителей, не грабить их и не безчинствовать. А как трогательно, с какой глубокой верой умирали многие наши солдаты — это мы знаем из многих описаний.
   Что теперь от всего этого осталось?
   Ровно ничего или почти ничего!
   И невольно приходят на ум слова Христовы: «Обаче Сын Человеческий пришед убо обрящет ли веру на земли?»  (Лк. 18:8).
   А как обстоит дело со смирением, которому постоянно учил Господь Иисус Христос Своих последователей, предлагая брать пример с Самого Себя: «Научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем»  (Матф. 11:29), добавляя к этому: «И обрящете покой душам вашим», ибо без смирения никто не может и никогда не найдет себе душевного покоя?
   И тут надо сказать, что еще сравнительно совсем недавно было все-таки у людей какое-то смирение, хотя, конечно, не всегда вполне совершенное, чего теперь почти и в помине нет.
   У людей не было такой гордыни, такой невероятной заносчивости, такого самомнения и воображения о себе, как теперь, а поэтому многие были друг к другу вежливы, почтительны, благожелательны, услужливы, уступчивы, легко сознавали свою вину, свои оплошности, свои проступки, способны были искренно просить прощения друг у друга, старались исправить и загладить зло, вольно или невольно причиненное другому. При встрече вежливо здоровались друг с другом, обыкновенно снимая головной убор и кланяясь, особенно почтительно делая это в отношении к старшим, высшим по положению и уважаемым лицам. Соблюдалось как-то более или менее наставление св. Апостола: «Не думайте о себе более, нежели должно думать, но думайте скромно»  (Римл. 12:3); «Будьте братолюбивы друг ко другу с нежностью; в почтительности друг друга предупреждайте»  (12, 10). «Будьте единомысленны между собою: не высокомудрствуйте, но последуйте смиренным, не мечтайте о себе!»  (Римл. 12:16);
    «Умоляю вас поступать достойно звания, в которое вы призваны, со всяким смиренномудрием, и кротостью и долготерпением, снисходя друг ко другу любовью»  (Ефес. 4:1-2), «Всякое раздражение и ярость, и гнев и крик, и злоречие со всякою злобою да будут удалены от вас; но будьте друг ко другу добры, сострадательны, прощайте друг друга, как и Бог во Христе простил вас»  (Ефес. 4:31-32).
    «Итак, облекитесь, как избранные Божии, святые и возлюбленные, в милосердие, благость, смиренномудрие, кротость, долготерпение, снисходя друг другу и прощая взаимно... как Христос простил вас»  (Колос. 3:12-13).
    «Будьте внимательны друг ко другу, поощряя к любви и добрым делам»  (Евр. 10:24).
    «Поминайте наставников ваших, которые проповедывали вам Слово Божие»  (Евр. 13:7);«Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны, ибо они неусыпно пекутся о душах ваших... чтобы они делали это с радостью, а не воздыхающе, ибо это для вас не полезно» (Евр. 13:17),
   Где теперь все это?
   Увы! Не так давно это в какой-то мере все же помнилось и исполнялось многими. А теперь все это забылось и заменено невоспитанностью, грубостью, непочтительностью даже к старшим, доходящей до подлинного хамства в обращении, словах и поступках.
   Даже шляпы снимать и кланяться друг другу теперь уже никто не хочет, считая это как бы унизительным для себя, а какая-то особенно обостренная и повышенная гордость современного человека не терпит ничего такого, где представляется только тень «унижения». А уж прощения просить, даже если действительно виноват и очень виноват, считают «ниже своего достоинства». «Все всегда и во всем предо мной виноваты, а только я один во всем прав!» — таково настроение, такова психология современного надменного человека, исполненного дутой гордостью и пустым чванливым тщеславием, обнаруживающими самую ужасную пустоту душевную.
   И при таком настроении нет ничего удивительного, что наша Родина из Святой Руси сделалась вертепом разбойников и приблизительно то же, быть может, только в несколько иных видах и формах делается сейчас во всем остальном, слишком уж «прогрессивном» мiре! И его, конечно, ожидает та же печальная участь!
   Вот к чему привело современного человека ложное представление о так называемом «прогрессе человечества» и увлечение чисто материальными ценностями с полным пренебрежением к ценностям духовным, моральным!
   Этот столь модный в наше время мнимый «прогресс» оказался на деле виновником страшногоморального регресса, - ужасающего морального падения и разложения нравственного.
   А все это потому, что не стало в людях главных христианских добродетелей, обезпечивающих мирную благоденственную жизнь и здесь на земле и там в будущей жизни вечное блаженство — веры и смирения. Благо тому, кто это понимает, и горе тем, кто, несмотря на все грозные симптомы современной жизни, остаются духовно-слепыми!

Кому мы служим?

    «Никтоже может двема господинома работати: любо единого возлюбит, а другаго возненавидит; или единаго держится, о друзем же нерадити начнет. Не можете Богу работати, и мамоне» (Матф. 6:24) «Такие люди служат не Господу нашему Иисусу Христу, а своему чреву»  (Рим. 16:18)
   В наше время невероятной путаницы во всех понятиях, доходящей иногда до полного хаоса, и сумбура — безпорядочности в поступках и во всем поведении особенно благовременно каждому из нас, испытав свою совесть, задать себе вопрос: «Да кому мы, собственно говоря, служим? кому стараемся угодить и к чему стремимся?»
   Сам Господь Иисус Христос в Своей Нагорной проповеди ясно указывает нам прямой путь христианской жизни, обличая тех людей, у которых нет цельности характера, а какая-то постоянная двойственность, всегда порождающая неискренность, лицемерие, притворство, фальшь. Это люди, которые любят «сидеть между двух стульев», угождать «и нашим и вашим», чтобы и тут и там не потерять. В конечном итоге такие люди приносят только вред и самим себе и другим людям: к себе они внушают недоверие, как люди ненадежные, неверные, на которых нельзя положиться, а в среду других они вносят разлад и разложение. Грош цена таким людям, и неудивительно, что все разумные и положительные люди от них сторонятся, находя их безпринципными оппортунистами.
    «Никто не может служить двум господам», ясно сказал Господь: «не можете служить Богу и маммоне»  (Mатф. 6, 24). «Маммона» — это сирское божество богатства, и под ней обычно понимаются все житейские блага: деньги, имения, слава, почести, удовольствия, наслаждения — все то, что так прельщает человека, сердце которого привязано к земному. Так вот Господь и убеждает нас, что невозможно совместить служение Богу и маммоне, то есть нельзя одновременно и Богу угождать и житейскими благами увлекаться. Что-нибудь одно: либо ты — раб Божий, и тогда, ради Бога, ты должен быть в состоянии презреть все земное, либо ты — друг мiру сему, лежащему во зле, князь которого диавол, и, следовательно, ты — враг Богу. В этом убеждает нас св. Апостол Иаков, говоря: «Дружба с мiром есть вражда против Бога»  (Иак. 4:4).
   Почему так?
   Потому что сердцу человеческому, по самой его природе, чужда двойственность: «Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше» (Mатф. 6, 21). Когда человек усердно служит «маммоне» или «мiру сему, во зле лежащему», этот мiр захватывает его целиком в свои цепкие объятия и отвлекает его от служения Богу.
   Одной из главных черт служения мiру является, по учению свв. отцев, многозаботливость. Это такое болезненное состояние души, когда человек весь поглощен заботой о завтрашнем дне: он весь — в будущем, постоянно «вне себя» и думает только о том, как бы побольше ему всего приобрести — накопить больше денег, получить побольше всякого имущества, добиться как можно более высокого положения, людских почестей и славы, получить насколько возможно больше всяких удовольствий и наслаждений, тешащих плоть. Эта бешеная погоня за житейскими благами, для которой прилагается масса усилий и энергии, создает такой сумасшедший круговорот в жизни человека, что ему некогда и подумать о Боге, о своей душе и о деле ее вечного спасения, иной раз — и в церковь пойти некогда и Богу помолиться, а делание добрых дел, помощь ближним, ради Бога, идет и совсем вразрез с его самолюбивыми мечтами и стремлениями. Вся жизнь его — только для себя и исполнена непрерывной суеты, безпокойства, страха и волнения. В мыслях одно: «что-то будет? что получится из моих начинаний? как бы мне добиться того-то и того-то? как бы мне не упустить этого и этого? Хорошо бы ухитриться сделать то-то и то-то!» Увлеченный вихрем погони за житейскими благами, весь отданный эгоистическим интересам и стремлениям такой человек если вовремя не остановится и не образумится, скоро забывает Бога и все святое. Сердце его ожесточается и грубеет. Он готов разрушить все преграды на своем пути — на пути достижения своих эгоистических целей. Робкий и неуверенный вначале, он делается смелым и дерзким потом: он легко пойдет на всякий обман, на всякую ложь, клевету и преступление, лишь бы добиться своего, а добившись, жаждет все большего и большего, ничем не удовлетворяясь и ни на чем не успокаиваясь. Сердце его никогда не знает настоящего мира и радости: в душе его еще здесь на земле постепенно создается ад кромешный от постоянной суеты, треволнений и укоров совести.
   Совсем иной путь христианина, честно и преданно служащего одному Богу. И он не сидит, сложа руки: он тоже трудится, работает, памятуя, что труд заповедан Богом человеку еще в раю и по изгнании из рая особенно, когда Господь сказал Адаму: «в поте лица твоего снеси хлеб твой»  (Быт. 3:19). Помнит он и слова Апостола: «Кто не работает, тот да не ест»  (2 Солун. 3, 10). Он постоянно трудится, но его не грызет забота о завтрашнем дне, его не увлекает погоня за житейскими благами и скоро-преходящими удовольствиями и наслаждениями земной жизни. Все земное его интересует лишь постольку, поскольку оно безусловно необходимо для его земного существования, и он твердо знает, что Бог никогда не лишит его всего того, что действительно необходимо для жизни. А необходимо человеку очень немного:«Имея пищу и одежду, сим довольни будем»  (1 Тим. 6:8).
   К чему копить безчисленные сокровища? К чему гоняться за славой, почестями и удовольствиями? Не сегодня-завтра придет смерть, и все это все равно отымется, оставив только горький осадок на душе, горькое сознание измены Богу ради тленного мiра!
   Истинный христианин не мучит себя заботой о завтрашнем дне, ибо твердо верит в Промысл Божий и знает, что Господь Бог, Который любит Нас и заботится о нас более, чем самая нежная мать о своем любимом детище (Ис. 49:15), никогда не оставит нас без всего необходимого для этой временной жизни. Ведь в этом убеждает нас Он Сам, говоря: «Не пецытеся душею вашею, что ясте или что пиете, ни телом вашим, во что облечетеся. Воззрите на птицы небесныя, яко не сеют, ни жнут, ни собирают в житницы, и Отец ваш небесный питает их. Не вы ли паче лучше их есте?»  (Матф. 6:25-26).
   Да и в самом деле! Много ли нужно человеку? Но человек все жадничает: сколько бы он ни имел чего, ему все хочется большего. А отсюда, сколько горя, сколько бед и вражды на земле! Отсюда именно -. зависть, ненависть, споры, ссоры, грабежи, убийства, междоусобия, войны, и вся жизнь человека на земле уподобляется аду кромешному.
   Ничего этого не было бы, если бы люди служили Богу, а не маммоне, и если бы довольствовались тем, что им посылает Бог. А Бог как раз и обещает нам давать все необходимое для жизни, если мы отвергнем от себя эту постоянную гнетущую нас заботу о завтрашнем дне и оставим погоню за накоплением житейских благ.
   Мы, христиане, призваны не прилепляться чрезмерно к этой временной земной жизни и искать не временного, а вечного, стремиться получить в свое обладание не земные, а небесныя сокровища.
   Выше всего и драгоценнее всего должно быть для нас Царствие Божие, к которому мы предназначаемся, и Правда Его, то есть исполнение заповедей Божиих, как законов этого Царствия, ревность о Боге и о Его святом Законе.
   Если служение Богу и Его Правде мы поставим главной целью своей жизни, то Бог обещает нам дать и все, в чем мы нуждаемся в этой временной земной жизни — те вещественные блага, без которых мы, как плотские и смертные люди, не можем обойтись.
    «Ищите прежде Царствия Божия и правды Его», говорит Он нам Сам: «и сия вся», то есть необходимые вещественные блага, «приложатся вам»  (Матф. 6:33).
   Как от всего этого безконечно далека именно современная жизнь людей, гордо мнящих себя людьми «просвещенными», людьми «науки» и «прогресса» с их безбожными, социалистическими и материалистическими теориями! И как они бешено стремятся к этому земному «прогрессу», чисто-земному благосостоянию и благополучию, часто даже руководимые своими духовными вождями, словно совершенно забывающими о Боге, о Царствии Его и о Его Вечной Правде! Но что же получается на деле?
   На деле они лишаются всего, и того, что раньше в изобилии имели, тяжко бедствуют и даже голодают, ведя нищенское существование, как мы видим это уже свыше полувека на нашей несчастной Родине, подпавшей под иго лютых безбожников, злобно отвергающих и Царствие Божие и Правду Его! Видим мы в последнее время усиливающееся грозные симптомы этого же самого и в других странах так называемого «свободного мiра», которые несомненно ожидает та же горькая участь — и голод, и холод, и все лишения и бедствия, если, зарвавшиеся в своем безумном увлечении чисто-земными благами, люди не образумятся и не оставят своей безбожной материалистической идеологии и не обратятся к Богу и Правде Его, вместо составления всяких празднословных «конституций» и «деклараций прав человека», которые никогда никого не спасут и не избавят человечества от все более и более явно надвигающейся на него страшной мiровой катастрофы.
   В особенности пастырям Церкви необходимо теперь более, чем когда-либо быть на высоте своего призвания и ни в чем не сливаться и не идти в ногу с современным Богоотступническим мiром. Своим мужественным предостерегающим словом и особенно примером своей личной жизни пастыри должны призывать всех к служению именно Богу, а не «маммоне», не плыть по общему течению, следуя «моде» и стремясь тщеславно играть роль в общественной и политической жизни, угождая людям с тем, чтобы приобрести среди них «популярность». Не к лицу никому в наше время занятие какой-то более чем сомнительной «высшей политикой», когда все сейчас так отравлено ядом Богоотступничества и открытого и безстыдного служения диаволу. Особенно опасно и губительно дать вовлечь себя в какие бы то ни было отношения или сношения с тайными обществами и организациями, проникнутыми явно или скрыто антихристианским духом, и пользоваться их материальной помощью или какой бы то ни было поддержкой, ибо за это рано или поздно так или иначе придется расплачиваться, продав таким образом «кому-то» свою духовную свободу. Даром, вполне безкорыстно и без всякаго разсчета в наши дни никто почти уже не помогает, а «христианскими» и «церковными» часто теперь именуются организации, ничего общего с истинным христианством и Церковью не имеющие, а только прикрывающие этими названиями свои подлинные темные цели. Лучше жить в бедности и тесноте, но не пользоваться такой лукавой «помощью»! А «желающие обогащаться», как учит Слово Божие, «впадают в искушение и в сеть и во многие безразсудныя и вредныя похоти, которыя погружают людей в бедствие и пагубу; ибо корень всех зол есть сребролюбие, которому предавшись, некоторые уклонились от веры и сами себя подвергли многим скорбям»  (1 Тим. 6:9-10). Нет ничего опаснее и зловреднее стремления к роскошной жизни.
   Это отводило и отводит даже совсем от истинной веры.
   Вот как плохо служить двум господам — и Богу и маммоне!
   Будем же тщательно проверять самих себя: кому мы служим?

Вера, действующая любовью (Гал.5:6)

    О Христе бо Иисусе ни обрезание что может, ни необрезание, но вера любовью поспешествуема»
   (Гал. 5:6)
   Это и есть самое главное, самое важное, самое необходимое для человека! Вера, действующая любовью. Без этого — все ничто!
   Что это значит?
   Во-первых, то, что истинная вера приводит к любви, возбуждает и оживляет ее; во-вторых, что вера возбуждается и оживотворяется любовью. Вера и любовь в жизни истинного христианина неразлучны (Еп. Феофан Вышенский).
   Но любовь к кому? Какая любовь?
   Любовь и к Самому Господу и к нашим собратиям-христианам. В этих двух заповедях о любви к Богу и о любви к ближнему, как сказал Сам Господь — «весь закон и пророки»  (Матф. 22:37-40).
   Такая вера, действующая любовью, имеет великую силу — привлекает благодать Божию и может творить чудеса.
   Вот об одном таком случае великого чуда и разсказывает нам Евангелие, читаемое на литургии в 6-ую неделю по Пятидесятнице (Матф. 9:1-8).
   Когда однажды Господь Иисус Христос пришел в Капернаум, принесли к Нему разслабленного, лежавшего на постели. «И видев Иисус веру их, рече разслабленному: дерзай, чадо! отпущаются ти греси твои»  (Матф. 9:2). При сем некоторые из книжников сказали сами в себе Он богохульствует. Иисус же, видя помышления их сказал: для чего вы мыслите худое в сердцах ваших? Ибо что легче сказать: «прощаются тебе грехи», или сказать: «встань и ходи!» Но чтобы вы знали, что Сын человеческий имеет власть на земле прощать грехи, — тогда говорит разслабленному: «востани, возми твой одр и иди в дом твой». И он тотчас же встал, взял постель свою и пошел в дом свой. Народ же, видев это, удивился и прославил Бога, давшего такую власть человекам.
   В этом евангельском повествовании два обстоятельства особенно привлекают к себе наше внимание.
   Во-первых, то, что Господь совершает это великое чудо, «видев веру их», то есть веру тех людей, которые принесли к Нему разслабленного. О вере самого разслабленного здесь даже ничего не говорится. Можно конечно, думать, что и у разслабленного была вера в то, что Господь исцелит его, но тут важно, что подчеркивается именно «вера их». Принесшие разслабленного обнаружили и свою веру и свою любовь к страждущему ближнему. Иначе бы они не взяли на себя такого труда нести разслабленного на постели к Господу, да еще спустить его с крыши дома вниз прямо к ногам Господа, ибо из-за многолюдства они не могли войти в дом, как говорят об этом другие два Евангелиста Марк (2, 3) и Лука (5, 19), и должны были даже разобрать крышу.
   Столь великая их вера, действующая любовью, была щедро вознаграждена: Господь сначала простил разслабленному грехи его, а затем единым словом Своим возставил его от одра болезни
   Но что особенно примечательно, это именно то, что Господь совершил это чудо по вере других людей. И этот факт, как и многие другие места Священного Писания и факты из истории христианства, ярко свидетельствуют о естественности и праве нашем обращаться молитвенно к святым угодникам Божиим с просьбою, чтобы они, во имя любви своей, помогли нам своею верою и любовью и предстательствовали за нас слабых и грешных, духовно-разслабленных, пред Богом.
   Неосновательно поэтому утверждение сектантов, что вера других людей не может нам помочь, а потому безполезно и безцельно молиться святым и просить их ходатайства за нас и что это даже будто бы умаляет достоинство Единаго Ходатая Иисуса Христа. Сектанты не понимают или не хотят понять, что мы не молимся святым, как Богу, а только просим их проявить свою веру и любовь к нам и помочь нам своими святыми молитвами, склонив Милосердного Господа явить Свою милость нам.
   Все мы — люди грешные, духовно и телесно больные, разслабленные грехом, все равно, в большей или меньшей степени, а святые угодники Божии — это люди, которые во имя любви своей к нам, могут помочь нам силою их веры, вымолив для нас у Господа прощение грехов и исцеление от болезней.
   Описание исцеления разслабленного в Капернауме есть, таким образом, как бы прекрасная наглядная иллюстрация того, что могут сделать для нас святые силою своей веры, действующей любовью! И как, следовательно, неразумно отвергать предстательство святых за нас, особенно, когда Мы сами, по своей духовной разслабленности, не можем даже придти к Господу, чтобы просить Его об исцелении!
   Второе, что обращает на себя внимание в этом повествовании, это то, что Господь не прежде исцеляет больного, как подав ему предварительно отпущение грехов. Это ясно свидетельствует, что тяжкая болезнь разслабленного была несомненно следствием каких-то грехов его.
   Впрочем мы знаем хорошо, что болезни и смерть человека и явились следствием грехопадения наших прародителей в раю, и все мы унаследовали поврежденную грехом природу, склонную к греху, а потому грешим, болеем и умираем.
    Грех, как всегда учила и учит нас св. Церковь, и как показывает это и сама человеческая жизнь, это есть величайшее зло, несчастие рода человеческого, ужасный корень всех зол и самого великого зла — смерти временной и еще более страшной — смерти вечной.
   Грехи непременно влекут за собой и болезни. В некоторых случаях это даже совершенно очевидно. Какие, например, страшные болезни вызывает распутство, пьянство и курение табаку: человек делается иногда как бы живым трупом, заживо разлагается. Да и всякая греховная страсть, сколь бы ни казалось она ничтожной, делает душу больной, а так как жизнь тела зависит от души, то от больной души заболевает и тело.
   Святитель Феофан Затворник пишет, что он знал врача, который не приступал к лечению, пока больной не исповедуется и не причастится Св. Христовых Таин; и чем труднее была болезнь, тем он настойчивее этого требовал.
   И лечение после этого всегда бывало успешным.
   И ни одну из страстей нельзя считать маловажной. Некоторые, например, очень легко смотрят на страсть курения и даже не считают ее грехом. Но, по существу, курение греховнее и хуже пьянства и разврата, ибо пьянство и разврат есть всего лишь злоупотребление тем, что по природе естественно, а курение — страсть совершенно противоестественная, искусственно привитая. И сколько зла причиняют одержимые этой страстью другим людям, заставляя дышать их отравленным воздухом! И себя убивают и другим сокращают жизнь!
   Но хотя, как общее правило, болезни являются наказанием Божиим за грехи, нельзя думать и говорить, что у каждого отдельного человека, без исключения постигшая его болезнь есть возмездие ему за какие-то личные грехи. В этом убеждает нас история Иова Многострадальнаго, который был великим праведником, а подвергся, по попущению Божию, такому страшному искушению от диавола, поразившего все тело его проказою. И множество других случаев знаем мы в истории христианства, когда люди праведной жизни много и тяжко болели, иногда в течение всей или почти всей своей жизни. Господь испытывал их терпение и смирение, желая страданиями очистить их, как золото в горниле и увенчать потом венцом мученическим.
   Попускает болезни Бог человеку по самым разнообразным причинам, но они все входят в действия Его благого Промысла о человеке — все являются следствием любви Божией к человеку, как учит о сем Слово Божие: «Егоже бо любит Господь, наказует, биет же всякаго сына, егоже приемлет» (Притч. 3:12). И даже еще больше: если кто всю жизнь только благодушествует и благоденствует, не подвергаясь никаким скорбям и болезням, то это даже плохой признак: значит, Господь от него отступился: настолько он уже погряз во зле, что его ничем не исправить и не направить на путь истины.
    «Если вы терпите наказание, то Бог поступает с вами, как с сынами. Ибо есть ли какой сын, котораго бы не наказывал отец? Если же остаетесь без наказания, которое всем обще, то вы — незаконные дети, а не сыны»  (Евр. 12:7-8).
   Великий подвижник христианской древности преп. Исаак Сирианин говорил: «Невозможно приблизиться к Богу без скорби; без нея и праведность человеческая не сохраняется неизменной»  (Творения, стр. 90).
   Вот, следовательно, для чего Бог попускает болезни и праведникам!
   Он же дальше говорит: «Ибо невозможно, чтобы, когда идем путем правды, не встретилась с нами печаль, тело не изнемогало бы в болезнях... »  (стр. 152).
    «Путь Божий есть ежедневный крест. Никто не восходит на небо, живя прохладно. Богу неугодно, чтобы безпечным был тот, кто Ему предал себя всем сердцем. А из сего познается, что под Божиим он Промыслом, когда Бог непрестанно посылает ему печали»  (стр. 155).
   «Тем и отличаются сыны Божии от прочих, что живут они в скорбях, а мiр гордится роскошью и покоем» (стр. 161).
   Ясно отсюда, что болезни не просто только наказание за грехи, но и знак особой милости Божией, а кто живет в роскоши и наслаждается покоем и полным благополучием — это плохой знак!
   Кроме того важно знать и следующее. Как учит возлюбленный ученик Христов св. Иоанн Богослов,«если мы говорим, что не имеем греха, обманываем самих себя, и истины нет в нас»  (1 Иоан. 1:8). Всякая праведность человеческая весьма относительна, ибо нет человека, который был бы вполне свободен от греха, а потому попускаемые нам Богом болезни духовно для нас полезны, ибо по словам св. Апостола Петра, «страдающий плотию перестает грешить»  (1 Петр. 4:1).
   Вот во всем этом, что выше сказано, и заключается великий смысл и значение постигающих нас болезней.
   Отсюда можно видеть, что заблуждаются те, которые думают, что болезни человека — это всегда знак какой-то его особой греховности, а полное цветущее здоровье свидетельствует о его праведности. Скорее наоборот, как мы это видели из учения нашей Церкви выше, хотя неизменной остается основная истина, что болезни это следствие греха, как и самая смерть, по учению Слова Божия, есть«оброцы греха», то есть: «возмездие за грех»  (Рим. 6:23).
   Замечательна и глубоко поучительна мысль св. праведного Иоанна Кронштадтского чудотворца, высказанная им в проповеди на евангельское чтение об исцелении разслабленного.
   «Грехи разслабляют все существо человека», говорит он, «и целыя общества, государства! Так грехи и общественныя страсти разслабляют и Россию. Какие грехи наводнили Россию? — Безверие, пьянство, плутовство, ложь и обман, страсть к наживе, частыя убийства из-за страсти к наживе, или из-за неудовлетворенной плотской любви, страсть к игре, мздоимство, хищение, себялюбие, которое желает исключительно, чтобы только ему было хорошо, богато и весело, а другие хоть с голоду умирай. Да, нельзя не видеть в России общаго разслабления нравов, а вследствие разслабления нравов возрастают общественныя бедствия: голод, безденежье, обеднение народа, наклонность и стремление к переселению с места на место, злонамеренные поджоги и прочее.
   Что же делать?
   Скажу с Апостолом: «укрепите опустившияся руки и ослабевшия колена, и ходите прямо ногами вашими, дабы хромлющее не совратилось, а лучше исправилось. Наблюдайте, чтобы кто не лишился благодати Божией, чтобы какой горький корень, возникнув не причинил вреда, и чтобы им не осквернились многие»  (Втор. 29:18; Евр. 12:12; 13, 15).
   Будем укреплять души и сердца благодатию Божиею, как учит ап. Павел: «Добро благодатию утверждати сердца, а не брашны, от нихже не прияша пользы ходившие в них»  (Евр. 13:9).
   Будем утверждать души свои молитвою искреннею — домашнею и общественною — и вообще непрестанной внутренней молитвой, чтением или слушанием Слова Божия, или писаний святых богомудрых отцев, усердным чтением или слушанием житий святых Божиих угодников, чтобы и нам подражать их вере и житию, их добрым делам; также — беседами духовными, и в особенности чисто сердечною исповедью и частым причащением Святых Таин.
   Итак, будем укреплять себя благодатию Божиею, доколе есть время и доколе грехи не разслабили нас окончательно.
   Ибо придет скоро время, а может быть уже и наступает, когда все предадутся дремоте и сну, все разслабеют нравственно, когда и вера оскудеет, и любовь изсякнет, и беззаконие, как море, разольется по земле...»  (Полное собрание, том второй, стр. 371—372).
   Неправда ли, подлинно-пророческие слова нашего великого праведника, так сильно и ярко объясняющие нам, что произошло с нашей несчастной Родиной -Россией, некогда бывшей Святою Русью, а теперь происходит и во всем остальном мipе, катящемся в бездну, откуда нет спасения?
   Вот что бывает, когда оскудевает у человека «вера, действующая любовью», которая одна только благодатию Божиею сильна спасти разслабленного грехом человека и воздвигнуть его от одра болезни к новой жизни! — «Имеющий уши слышати, да слышит!» (Матф. 13:9)

ОСОБЫЙ ВИД БЕСНОВАНИЯ В НАШЕ ВРЕМЯ.

    Мысли на 5-ую неделю по Пятидесятнице.
    И се, весь град изыде во сретение Иисусови; и видевше Его, молиша, яко дабы прешел от предел их»
   (Матф. 8:34)
   Что же это такое? Христос-Спаситель приходит в страну Гергесинскую, исцеляет двух страшных бесноватых, почти потерявших человеческий облик, и вот жители этой страны вместо того, чтобы пасть с благодарностью к ногам Его и молить Его остаться у них, научить и наставить их, вдруг просят Его уйти от них прочь — гонят Его?
   Что за непонятное помрачение умов и сердец этих людей?
   Облагодетельствованные они гонят прочь своего Благодетеля, не желая даже воспользоваться Его дальнейшими благодеяниями, которые несомненно в изобилии полились бы на них если бы Христос у них остался.
   Какова же причина такого неразумия?
   Причина та, что им жаль стало погибших свиней. Вопреки запрещению закона Моисеева, они разводили свиней, а Господь, изгнав бесов из несчастных бесноватых, повелел им, по их же просьбе, войти в свиней, которые взбесившись, бросились в море и утонули. И это сделал Господь не без умысла, уничтожив таким образом, с целью их вразумления, плоды их беззаконного занятия.
   Но гергесинцам этим все нипочем. И совесть их не заговорила и то, что двое их сограждан чудесно стали нормальными людьми им не дорого, и то, что Сам Господь пришел к ним просветить их светом Своего Божественного учения, они нисколько не ценят.
   Все их существо поглотило одно только чувство — жалость, что погибли их свиньи, и боязнь, как бы дальнейшее пребывание у них Господа не нанесло им новых материальных ущербов и не нарушило бы излюбленного ими и давно заведенного греховного образа жизни.
   Как это глубоко поучительно и как это ярко свидетельствует, до какого крайнего неразумия и сердечного окаменения может довести людей грубое своекорыстие и привязанность ко любимым грехам!
   И Самого Господа им ненужно и Божественного учения Его они слышать не хотят, если из-за этого нужно разстаться со своими привычными, ставшими второй природой, страстями.
   Сколько в этом коротеньком повествовании глубокого смысла и назидания для нас! Не так ли и мы, несчастные, уже носящие имя «христиан», к стыду нашему, Господу своему и Спасителю предпочитаем своих мысленных свиней? Не так ли и мы иной раз отвращаем слух свой от слышания Божественного учения, не желаем слушать Евангелия, проповеди, духовной беседы, избегаем чтения духовно-полезных и назидательных книг, опасаясь, как бы это не заставило заговорить в нас голос совести и не побудило отказаться от излюбленного греховного образа жизни и угождения своим страстям? Не так ли и мы порою возмущаемся и ропщем, когда Господь, из любви к нам и желая вразумить нас и поставить на путь спасительной истины, отнимает у нас то, к чему мы привязаны, но что приносит нам явный вред духовный? Свинья есть символ всякой грязи и нечистоты моральной. Не так ли и мы, забывая свое человеческое достоинство, всякую грязь и нечистоту нередко предпочитаем Господу своему. А сколько среди нас, особенно в нынешние жутко-отвратительные времена, встречается людей, которые и сами уподобляются этому нечистому животному, по изречению Псалмопевца: «Человек в чести сый не разуме, приложися скотом несмысленным и уподобися им»  (Пс. 48:13).
   Такое духовно-нездоровое настроение есть несомненно особый род беснования, в особенности свойственный нашему нездоровому «модерному» времени — веку мнимого «прогресса».
   Слово Божие учит нас о том, что человек создан «по образу Божию», а современные люди, необыкновенно высоко и самоуверенно мня о себе, в то же время об этой высокой чести и достоинстве, которыми наградил нас Бог при самом творении, говорят с какой-то нехорошей усмешкой. Но зато с каким-то восторгом и наслаждением, с каким-то радостным упоением и удовольствием восприняли басню о происхождении человека от обезьяны: как-будто обрадовались — все же ближе к свиньям, чем к Богу.
   Черная и воистину свинская неблагодарность Творцу и Благодетелю нашему Богу!
   Ну, разве это не беснование?!
   И мы видим теперь, — ибо на наших глазах совершается это, — как современный человек, с этой своей «свинской» идеологией и «обезьяньей» психологией дошел действительно до скотского состояния — «приложися скотам несмысленным и уподобился им», по слову Писания.
   И вот, естественное последствие такой скотской психологии — все те страшные кровавые ужасы, которые творятся и еще продолжают твориться на нашей несчастной Родине, попавшей в руки обезьяноподобных людей, потерявших облик человеческий, не говоря уже о полной утрате ими «образа Божия», надменно и с насмешкой ими отвергнутого. То же самое творится уже и в так называемом «свободном мiре», где безнаказанно и открыто совершаются всевозможные преступления, грабежи, убийства и самый гнусный, отвратительный разврат.
   И остановить и пресечь все это беснование уже некому, потому что для «обезьяньей» и «свинской» психологии все это естественно, нормально и законно! Какая же другая жизнь может быть у «обезьян» и «свиней» — нечего с них и спрашивать, и надеяться на какую-то другую, лучшую жизнь, без коренной перемены их умонастроения, совершенно невозможно!
   Отвергнут Христос — Сын Божий, пришедший на землю во плоти, чтобы искупить людей от греха, проклятия и смерти, и научить их, как они должны жить, отвергнута основанная Им Церковь — эта сокровищница ниспосланной Им людям благодати Всесвятого Духа — чего же после этого можно ждать хорошего?
   И как странно бывает слышать иногда такие речи: «В Бога я верую, но Церкви не признаю, ибо Церковь — организация человеческая».
   Говорящее так обнаруживают свое крайнее духовное невежество.
   Они совсем не понимают, что такое Церковь, да и растолковать им это нелегко, ибо духом они чужды Церкви, и Слово Божие для них не авторитет, так как единственным авторитетом для себя они признают только свой собственный авторитет — свой «разум», как они говорят, а вернее — свое собственное упрямое предубеждение против всего того, что не согласуется с их горделивыми, самомнительными предвзятыми мыслями и чувствами, с их непреклонной уверенностью в своей будто бы абсолютной правоте.
   Они не хотят да и не могут понять, что Церковь — это совсем не человеческая организация (как бы ни пытались некоторые сделать, ее таковой!), а Божественное учреждение, что Церковь — это не одни только епископы и священники, а все истинно-верующие во Христа, составляющие собою тело Христово, Глава Которого Сам Христос (Кол. 1:18; Ефес. 1:22-23; 1 Кор. 15:20; Рим. 8:29); что отдельные епископы и священники, как люди, могут погрешать и заблуждаться и отпадать от Истины Христова учения, но что вся Церковь в целом никогда не может погрешить и отступить от этой истины, ибо ей дано великое обетование Самим Божественным Основателем ее: «Созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей»  (Матф. 16:18), а великий Апостол языков засвидетельствовал «Церковь Бога жива — столп и утверждение истины»  (1 Тим. 3:15).
   Ведь все те грехи и пороки, недостатки и несовершенства у служителей Церкви, на которые любят указывать враги ее и люди неверующие и маловерующие, все это — их личные грехи, за которые они дадут ответ Богу, но это не грехи Самой Церкви, которая «свята и непорочна»  (Ефес. 5:27). А кто хулит Св. Церковь, тот хулит Самого Бога, основавшего Церковь не для злохулений и насмешек, а для вечного спасения людей, хулит Святаго Духа, живущего в Церкви, а это такой грех, который, по слову Христа-Спасителя, не простится «ни в сем веке ни в будущем»  (Матф. 12:31), потому что такой хулитель становится неспособным к покаянию, без которого нет спасения.
   Вот почему, критикуя недостойных служителей Церкви, надо очень опасаться, как бы критику эту не распространять и на самую Церковь, как таковую.
   А Истина, которую свято и нерушимо хранит истинная Церковь — Церковь Православная, не подверженная никаким сумбурным изменениям столь переменчивого «духа времени», есть то, во что веровали повсюду, во что веровали всегда, во что веровали все  (Пр. Викентий Лиринский).
   Кто отметает эту единственную истинную Церковь, тот отметает и Самого Бога, основавшего Церковь, почему великий муж христианской древности священномученик Киприан Карфагенский и говорит: «Кому Церковь не мать, тому Бог не отец».
   Эти люди — то же, что бесноватые, но их беснование хуже и упорнее, чем у тех, из которых Господь изгнал бесов, повелев им идти «в стадо свиное». Их беснование — сродни тому настроению, какое было у гергесинцев, прогнавших от себя Господа-Спасителя. Конец их весьма мрачен и, может быть, безнадежен, если только они не образумятся, не найдут в себе сил смириться в своей самоутверждающейся гордыне и не обратятся в чувстве глубокого и искреннего раскаяния ко Христу-Спасителю и Его Святой Церкви, а главное — если не решатся перестать гоняться за своими любимыми «свиньями» и отвращаться, ради них, от Господа — Единственного Источника истинной жизни, радости и утешения.
   Будем же все мы, братие, постоянно каясь во грехах своих, молить нашего Господа не о том, чтобы Он ушел от нас, а наоборот — о том, чтобы Он вечно был с нами, ибо без Христа и Его благодатной Церкви нет и не может быть никакой истинной жизни!

Бацилла духовного разложения.

   Духовная жизнь человека во многом подобна жизни его телесного организма. Вот почему святые отцы и наставники нравственно-христианской жизни нередко проводят параллели между жизнью духовной и жизнью телесной, что часто очень помогает лучше понимать и уразумевать явления, происходящие в жизни человеческого духа. Как тело человека подвержено многообразным болезням, болеет и приводит его к телесной смерти, так может болеть и дух, что приводит его к смерти духовной, о которой говорит и слово Божие: «это — смерть вторая»  (Апок. 20:14). Участь таких, которые неосмотрительно довели себя до смерти духовной, по учению того же Слова Божия, — «озеро огненное»  (там же ст. 14 и 15). Под этим «озером огненным» образно представляются вечные, нескончаемые муки, на которые обрекают себя те, в коих жизнь духовная погасла. Страшная участь! И особенно, конечно, страшная своей непоправимостью, ибо тогда уже никто и ничто не может нас спасти, в то время как, при самом слабом огоньке еще теплящейся в человеке жизни духовной, всегда есть возможность спасения через покаяние.
   Болезни телесные и по большей части, самые тяжелые, угрожающие смертью, часто вызываются так называемыми «бациллами», и «бактериями», проникающими в телесный организм человека и разлагающими нормальное функционирование его органов, необходимое для жизни, отравляющими его и подрывающими тем самым его жизнь, что в случае невозможности пресечь их зловредную деятельность, приводит к смерти.
   Вот, точно так и духовной жизни человека постоянно угрожают особые «бациллы духовного разложения», могущие привести его к страшной духовной смерти — «смерти второй» (Апок. 20:14), то есть к вечной погибели.
   Бывают периоды времени, благоприятствующие особенному размножению бацилл и вторжению их в человеческие организмы: это так называемые «эпидемии». Такие «эпидемии» возникают временами и в духовной жизни людей, когда многим угрожает опасность «заразиться» и стать сеятелями и проводниками заразы и для других, еще здоровых людей, погубить их духовно чрез общение с собой.
    «Тлят обычаи благи беседы злы», учит нас Слово Божие (1 Кор. 15:33). Вот это предостережение особенно важно понимать, потому что духовная зараза чаще всего передается именно чрез «беседы злы»
   Недаром св. Апостол Иаков, брат Господень, такими яркими чертами рисует зло, которое может причинять другим людям человеческий язык:
    «Язык — огонь, прикраса неправды; язык в таком положении находится между членами нашими, что оскверняет все тело и воспаляет круг жизни, будучи сам воспаляем от геенны; ибо всякое естество зверей и птиц, пресмыкающихся и морских животных укрощается и укрощено естеством человеческим, а язык укротить никто из людей не может: это — неудержимое зло; он исполнен смертоноснаго яда. Им благословляем Бога и Отца, и им проклинаем человеков, сотворенных по подобию Божию»  (Иаков. 3, 6—9).
   Где причина такого злоупотребления языком, который дан человеку для прославления Бога и творение добрых дел — «на созидание, а не на разорение»?
   Апостол это объясняет:
   От « горькой зависти и сварливости»  (Иаков. 3, 14), которые ведут к тому, что обуянный ими человек« лжет на истину»  (там же).
   Вот эти то «бациллы духовного разложения», распространяемые повсюду среди людей посредством языка, стали особенно типичными для нашего времени — нашего ХХ-го века, когда столь многие стали «лгать на истину».
   От этого погибла наша Россия, от этого все более и более духовно разлагается наша эмиграция, от этого гибнет и весь мip, подпадая под влияние лживых языков всякой безбожной, сатанинской и вообще клеветнической пропаганды.
   Самое имя «диавол» значит «клеветник»: от него — от диавола и распространяются эти разлагающие бациллы клеветы — с единственной целью морального разложения человечества. И горе тем, которые делают себя орудиями этой клеветы; не только не обуздывают своего языка, но еще изощряют его и возбуждают других на сеяние этой клеветы!
   Сеяние клеветы и лжи на истину, как и вообще всякаго рода лжи — это самая типичная духовная «эпидемия» нашего злосчастного времени, бациллы которой носятся повсюду и легко внедряются в души современных людей, отравляя их своим смертоносным ядом. И что особенно удивительно — сеющий клевету нимало не безпокоится и не думает о том, что и его могут точно так же оклеветать. И атмосфера клеветы свободно ширится все больше и больше, так что люди духовно-здоровые просто задыхаются в ней, не зная, куда бежать от нее. Но хуже всего то, что они теряют способность отличать истину от лжи и становятся поэтому «к добру и злу постыдно равнодушны», часто восхваляют ложь и зло, а истину и добро со злым ожесточением порицают и злословят. А, между тем, Слово Божие особенно предостерегает от таких поспешных и легкомысленных суждений и осуждений, на основании лишь одной людской молвы, которая так часто бывает пронизана ложью и клеветой. Таких людей, порочных по самой своей природе, а потому и падких на клевету, Слово Божие уподобляет «безсловесным животным», говоря, что они «злословят то, чего не понимают» и что «знает Господь как избавлять благочестивых от искушения, а беззаконников соблюдать ко дню суда, для наказания, а наипаче тех, которые идут вслед скверных похотей плоти, презирают начальства, дерзки, своевольны и не страшатся злословить высших»  (2 Петр. 2:9-12).
   Как все это живо напоминает наше время, все то, что происходило в России пред революцией 1917 года, а теперь происходит повсюду!
   Слово Божие прямо говорит, что такие люди «идут путем Каиновым, предаются обольщению мзды, как Валаам, и в упорстве погибают, как Корей»  (Иуд. 1:11). «Это — ропотники, ничем не довольные, поступающие по своим похотям, нечестиво и беззаконно»  (Иуд. 1:16).
   Полезно вспоминать, к чему привели несчастный русский народ такие духовно-нездоровые настроения в России, к скольким миллионам кровавых жертв привели они, какие ужасные бедствия повлекли за собой.
   О, как нужно беречь себя от заражения этими «бациллами духовного разложения», чтобы не погубить и самих себя и окружающих!
   А путь к этому один: « Внимай себе» как сказал Сам Господь одному великому подвижнику христианской древности. И если будешь внимать себе честно и добросовестно, то, конечно, найдешь, что ты сам заслуживаешь гораздо большего осуждения, чем те, кого ты так легкомысленно и дерзко осуждаешь, нисколько не будучи призван к тому, чтобы судить о поступках и поведении других! А уж верить распространяемым злыми людьми клеветам и самим распространять дальше эту клевету — это значит, как учат Святые Отцы, «служить диаволу», который клеветник от начала, и мiр погубил своей клеветой на Бога, нашептав эту клевету в уши Евы в раю.
   Итак, как же избежать заражения этими бациллами духовного разложения, этой всегубящей духовной эпидемии?
   И на это ответ находим в Слове Божием.
    «Будем вести себя благочинно, не предаваясь ни пированиям и пиянству, ни сладострастию и распутству, ни ссорам и зависти... не станем более судить друг друга, а лучше судите о том, как бы не подавать брату случая к преткновению или соблазну... Будем искать того, что служит к миру и ко взаимному назиданию»  (Римл. 13:13; 14, 13, 19).

Владимир — „Красное Солнышко”

   Таким трогательным наименованием ласково и нежно почтил наш православный русский народ своего великого Просветителя святого равноапостольного князя Владимира, извлекшего его из мрачной тьмы язычества и даровавшего ему безценное, ни с чем несравнимое сокровище — святую православную веру.
   И действительно «солнцем» явился св. князь Владимир для всей нашей Русской Земли, озарив ее светом истинной христианской веры и подлинного просвещения духовного. И было бы даже трудно подыскать какое-нибудь другое наименование для нашего Просветителя, в котором бы так ярко было выражено и его великое значение для нас и вся глубина нежной благодарной любви к нему со стороны облагодетельствованных им русских людей. Ведь с принятием св. Крещения началась для русского народа совершенно новая эпоха его исторической жизни, что признают даже люди неверующие и маловерующие, равнодушно и даже враждебно относящиеся к христианству, как таковому, но не могущие отрицать того несомненного факта, что именно принятие христианства сделало варварский народ народом культурным, приобщило его к семье прочих культурных народов. Для нас же, верующих во Христа, чрезвычайно ярким доказательством необыкновенной возрождающей силы христианства является та разительная перемена, которая произошла и в самом князе Владимире после крещения и во всем новокрещеном русском народе.
   Князь Владимир до крещения и кн. Владимир после крещения — это два как бы совершенно разных человека.
   Мрачный, жестокий, подозрительный, грубый, сластолюбивый варвар — он, после крещения, становится ласковым, кротким, приветливым, любвеобильным и милостивым князем — истинным отцом своих подданных, что и было запечатлено в данном ему народом выразительном прозвище: Владимир — «Красное солнышко».
   Разочаровавшись в язычестве, он стал томиться сомнениями, душа его искала света и мира, а память говорила ему о великой Ольге, бабке его, «мудрейшей всех человек», о ее Боге — Боге греческих христиан.
   И вот, когда стали приходить к нему представители соседних народов, предлагая ему свою веру, он решительно отверг магометанство, латинское папство и иудейство, но со вниманием выслушал наставления греческого монаха и в душе решил принять веру греческую — веру его бабки Ольги. Но так как он искал лучшей веры не для себя одного, а для всего своего народа, то, по совету бояр, отправил «десять мужей добрых и смышленных», чтобы они на местах ознакомились с разными верами. Послы эти дали отрицательные отзывы о вере магометан и латинян, но с восторженным умилением разсказывали о вере греков.
   «Когда пришли мы к грекам», говорили они, «нас ввели туда, где они служат Богу своему, и мы не знали, на небе ли мы находимся или на земле: забыть этой красоты мы не можем, ибо всякий человек, вкусив сладкаго, отвращается от горькаго, так и мы, «не имамы зде быти» — не хотим оставаться в прежней языческой вере».
   Тогда и бояре со старцами заметили князю: «Еслибы не хорош был закон греческий, не приняла бы его бабка твоя Ольга, мудрейшая всех человек».
   И этим все было решено. «Так мы примем крещение, но где?» спросил Владимир. — «Где ти любо», ответили бояре.
   Но воинственный князь, без особого воздействия благодати Божией, конечно, не мог еще смириться настолько, чтобы обратиться к грекам с просьбой о крещении его и всего народа, а кроме того он боялся как бы народ его не потерял свою государственную независимость, подпав под власть греков, а потому он решил завоевать новую веру силою оружия. Он пошел на них войной, осадив греческий город Херсонес (по-славянски Корсунь) в Тавриде. Овладев городом, он потребовал от императоров-соправителей руки их сестры царевны Анны. Они ответили, что согласны на это только при условии, если он примет крещение. Владимир ответил: «Я давно испытал и полюбил закон греческий».
   Перед прибытием царевны Анны со священниками, которые должны были крестить Владимира, с ним произошло чудесное событие. Он внезапно ослеп, подобно тому, как это было некогда с гонителем христиан Савлом. В этом состоянии он, как в свое время и гордый Савл, познал свою духовную немощь и с чувством уже глубокого смирения принял великое таинство св. крещения. При погружении в купель он мгновенно прозрел и радостно воскликнул: «Вот теперь-то впервые я узрел Бога истиннаго!»Это событие запечатлено в тропаре св. кн. Владимиру.
   Но кн. Владимир искал лучшей веры не для одного себя, а для всего своего народа. Теперь он с еще большей ревностью возгорался желанием просветить весь свой народ светом Христовой веры.
   Возвратившись в Киев, он прежде всего окрестил 12 своих сыновей, отпустил своих прежних языческих жен и назначил день, в который все жители Киева должны были собраться на реку для принятия св. Крещения. По преданию это был день 1-го августа 988 года.
   В эти священные минуты крещения русского народа, как говорит благочестивый летописец, поистине радовались небо и земля толикому множеству спасаемых. Радовались крестившиеся, радовались крестившие, но более всех возрадовался духом главный виновник «того торжества св. князь Владимир. Возведши очи к небу, он со умилением воззвал к Богу:
    «Боже великий, сотворивший небо и землю! призри на новыя люди сия, и даждь им, Господи, уведети Тебе, истиннаго Бога, якоже уведеша страны хрестьянския, и утверди в них веру праву и несовратну, и мне помози, Господи, на супротивнаго врага, да надеяся на Тя и на Твою державу, побежю козни его!»
   В словах этой краткой, но многосодержательной и глубокой, по внутреннему смыслу, молитвы излилась вся душа возрожденного банею пакибытия князя-христианина и в ней нетрудно усмотреть как бы всю программу истинно-христианской жизни, а одновременно — заветы св. кн. Владимира русскому народу: завет Боговедения, завет хранения истинно-христианской православной веры и завет неустанной борьбы с врагом человеческого спасения — диаволом, вплоть до победы над ним при помощи Божией.
   И мы не можем не видеть, как все это осуществлял в своей жизни св. кн. Владимир, и стремился осуществлять на протяжени всей своей многовековой истории русский народ, пока не поддался диавольскому искушению со стороны врагов христианства, явившихся на отступившем от истинно-христианской веры Западе и перешедших к нам.
   Что же дало христианство и самому князю Владимиру и всему крещенному им русскому народу?
   Что бы ни утверждали враги православного христианства и как бы ни клеветали они на нашу святую веру, действительных и поразительных фактов из истории не вычеркнешь — они сами говорят за себя!
   Повествователь, близкий ко времени кн. Владимира, говорит, как глубоко каялся Владимир в прежней нечистой своей жизни и, молясь, говорил: «Господи, был я, как зверь, много худого делал я в язычестве — жил совершенно скотски; Ты укротил меня: слава Тебе, Боже!»
   Владимир-христианин усердно заботился о внутреннем благоденствии своих подданных, об их благосостоянии и, особенно, об их христианском духовном просвещении. Блаженный Митрополит Киевский Иларион так говорил во своем похвальном слове св. кн. Владимиру: «Ты часто собираясь с новыми Отцами, нашими епископами, с великим смирением советовался с ними, как установить закон сей христианский среди людей, недавно познавших Господа».
   Без особой нужды св. кн. Владимир не поднимал оружия на своих соседей. Жестокий и мстительный прежде, он стал примером кроткой и нежной любви ко всем. Так, он даже не хотел наказывать и преступников. «Боюсь греха», говорил он при этом. Сами епископы должны были убеждать его словами Св. Писания, что «он поставлен Богом на казнь злым, а добрым — на милование». Всем бедным и нуждающимся он оказывал самую щедрую благотворительность: раздавал пищу, одежду, деньги, покоил странников, выкупал должников, возвращал свободу рабам. Но и этого было ему мало. Больным, которые не в состоянии были сами приходить к нему за помощью, он велел развозить по улицам мясо, рыбу, хлеб, овощи, квас и мед.
   Слова Христовы: «Блажены милостивии...» особенно глубоко проникли ему в душу. Праздники Божии, как свидетельствуют современники, проводил он в веселии любви христианской. Три трапезы тогда были готовы у него: первая — для митрополита с епископами, иноками и священниками, вторая — для нищих, третья — для себя с боярами и мужами.
   Уже при Великом князе Ярославе наша Церковь чтила память Просветителя Руси, почившего 15 июля 1015 года; тело его положено было в созданном им Десятинном храме; а одновременно установлено почитание бабки его св. Ольги и сыновей свв. Бориса и Глеба.
   Митрополит Иларион в своем похвальном слове в 1050 году называет св. Владимира «вторым Константином» и «Апостолом Русской Земли». Эти сравнения внесены и в богослужение дня памяти св. кн. Владимира, которое начинается словами стихиры: «Вторый ты был еси Константин, словом и делом»... «Яко Апостол Христов, провозвестил еси спасительное крещение»... «Начальника благочестия и проповедника веры днесь российстии собори сошедшеся, восхвалим великаго Владимира, апостолом равнаго».
   И действительно: св. Владимир искал лучшей веры не для себя одного, а как повелитель народа русского, для всего своего народа, и с великим усердием и духовной ревностью стал для него Апостолом-Просветителем. И совершенно напрасно и неосновательно клевещут на него либеральные ученые историки, будто он вводил веру Христову не путем убеждения, а путем насилия, как это практиковалось нередко на западе — «огнем и мечом». Были, конечно, отдельные случаи сопротивления упорствовавших в своем грубом суеверии идолопоклонников, но в большинстве русские люди, оглашаемые проповедью прибывших из Болгарии священников на понятном языке, принимали веру Христову весьма охотно и становились ревностными христианами, глубоко впитывая в души свои возвышенное учение Христово. И вера Христова быстро распространилась по всей Русской земле.«Крест освятил города» - уже через каких-нибудь 50 лет говорил об этом Митрополит Иларион.
   Утверждая повсюду христианскую веру, св. Владимир заботился и о распространении христианского просвещения: в Киеве открыто было училище, такие же училища стали открываться при сооруженных христианских храмах и в других городах. Богослужебные и учительные книги на понятном для народа языке были получены из Болгарии.
   Посылая сыновей своих по разным городам на уделы, св. Владимир посылал с ними и священников и приказал сыновьям, чтобы каждый в своей области заботился о построении христианских храмов и о просвещении язычников христианской верой.
   Наш выдающийся церковный историк Архиепископ Филарет Черниговский свидетельствует, что, несмотря на некоторые препятствия, нигде христианство не распространялось так мирно и быстро, как у нас на Руси, чему способствовали многие положительные черты характера русских людей, от природы кротких и неиспорченных глубоко язычеством: учение Христово, как близкое душам их, они легко впитали в себя, и оно сделалось родным для них, и именно — в его чистом, неискаженном и неизвращенном человеческими мудрованиями виде, и за короткое время переродило грубый языческий народ в народ подлинно-христианский.
   Крещение Руси не было поэтому только простой переменой верований. Вера Христова проявила себя не только в проповеди и богослужении, но и в целом ряде новых установлений, учреждений, во всем настроении народа, в народном быте и обычаях.
   Появилась церковная иерархия, во главе которой стоял Митрополит Киевский и всея Руси. В Киеве и в других епархиях, число которых с пяти скоро выросло до 15-ти, строились храмы и устраивались монастыри.
   Вместе с христианством пришла на Русь письменность и с нею книжное просвещение. Богослужебные и священные книги были принесены на Русь на доступном для понимания языке славянском, на котором изложили их славянские первоучители свв. Кирилл и Мефодий и их болгарские ученики.
   Тотчас же стали возникать школы с учителями-священниками и появились книжники — любители просвещения, собиравшие и переписывавшие книги.
   Митрополит и подведомственное ему духовенство управляли и судили подчиненных им людей так, как это делалось в Византии, руководствуясь сборником церковных канонов и гражданских законов, изданных Византийскими императорами, под названием «Кормчей книги» (у греков: «Номоканон»).
   Церкви владели землями, на которых хозяйство велось по-новому, в согласии с принятыми в православной Византии нормами и обычаями.
   Церковь христианская оказала громадное влияние на весь гражданский быт, смягчив и искоренив прежние языческие нравы и обычаи; многие русские люди из прежней языческой среды стали являть собой высокие примеры нравственной христианской жизни и даже подвижничества, нередко уходя в монастыри.
   Через свою иерархию, проповедью и самой церковной практикой Церковь показывала народу, как надо жить и действовать в делах личных и общественных.
   Церковь старалась поднять значение княжеской власти, учила князей, как они должны управлять: «воспрещать злым и казнить разбойников», подчеркивая, что власть княжеская — власть от Бога и должна творить волю Божию. А так как князь «есть Божий слуга», то ему надлежит повиноваться и его надо чтить, как избранника Божия. Когда князья сами роняли свое достоинство в грубых ссорах и междоусобиях, духовенство старалось их мирить и учило, что они должны «чтить старейших» и «не переступать чужого предела».
    Церковь опекала и питала тех, кто не мог сам себя кормить: нищих, больных, убогих. Церковь давала приют и покровительство всем «изгоям», то есть безпризорным и беззащитным людям, почему-либо потерявшим защиту мiрских обществ и союзов. Церковь получала в свое владение села, населенные рабами. И изгои и рабы становились под защиту Церкви и делались ее работниками, считаясь как бы ее подданными, которых она судила и рядила по своему закону — Кормчей книге. Для церковного сознания рабов не было — все эти люди были братия во Христе, и рабы, подаренные Церкви, обращались в людей лично-свободных.
    Церковь мощно влияла на улучшение семейной жизни, искореняла грубые языческие обычаи и нравы в семейном быту, внушала уважение к святости брака и поднимала вообще нравственность в русском обществе. А в особенности возставало духовенство против грубых форм рабства на Руси, уча господ быть милосердыми к рабам и напоминая им, что раб такой же человек и христианин, которого недопустимо убивать и даже истязать, что в язычестве было нормальным явлением. Дурное обращение с рабом Церковь разсматривала, как «грех», требуя покаяния в нем.
   Многообразна была и просветительная деятельность Церкви. Наряду с переводной греческой появилась и своя оригинальная русская письменность. Возникали монашеские общины из людей, особенно глубоко проникшихся духом новой подлинно-христианской жизни и стремившихся на практике осуществлять все священные заветы Евангелия.
   Они жили общим трудом, имея все общее и ведя хозяйство по совершенно новым принципам, необычным для язычников. Их благочестивая и основанная на полном безкорыстии жизнь производила сильное впечатление, и монастыри эти делались религиозными и просветительными центрами, каждый для своей области. Монастыри учили не только вере, но и «книжному почитанию» и новым хозяйственным приемам. В них создавались целые библиотеки и процветала грамотность; почти все знаменитые писатели Киевской Руси вышли из монастырей. Переписывание книг было одним из главных занятий у монастырских братий. Хозяйство монастырей устраивалось по византийским образцам и руководилось византийскими законами и правилами: все хозяйственные порядки отличались правильностью и стройностью и были поэтому образцовыми и примерами подражания для всех земледельцев.
   Много сделало христианство и для развития художественной архитектуры, поведя к созданию громадных каменных храмов в стране, отличавшихся величественной красотой и благолепием, а также и для развития ювелирного дела и производства эмали. Под влиянием греческих мастеров развилось постепенно и русское национальное искусство.
   Таковы были плоды великого дела Просветителя Руси — святого равноапостольного князя Владимира!
   Знают ли все это современные русские люди, как на нашей несчастной униженной и порабощенной лютым безбожием Родине, так и здесь в изгнании, заграницей, и чтят ли, как должно, своего великого Просветителя, которому мы обязаны всем лучшим, что у нас было и еще есть, соблюдают ли его священные заветы?
   Пусть ответит на это совесть каждого из нас!

БЛАГОДАРНЫ ЛИ МЫ НАШЕМУ ПРОСВЕТИТЕЛЮ И ЧТИМ ЛИ ЕГО, КАК ДОЛЖНО?

   По естественному чувству благодарности, каждый из нас, кто не потерял совести, всегда ценит, чтит и любит своего благодетеля, особенно если оказанное нам благодеяние действительно велико.
   Но что может быть выше и прекраснее того великого благодеяния, которое оказал нам, православным русским людям, наш Просветитель — святый равноапостольный великий князь Владимир, даровавший величайшее в мiре сокровище — святую православную веру?
   Ведь он — наш духовный отец, обновивший нас «банею пакибытия» — святым крещением, возродивший нас к новой, нетленной жизни во Христе и ставший основоположником всей нашей русской православной христианской культуры, перед которой преклоняются до сих пор все лучшие люди мiра.
   Как говорил в своем вдохновенном слове Митрополит Иларион, каждая страна чтит своего просветителя, научившего ее святой православно-христианской вере: Рим — св. Апостолов Петра и Павла, Азия и Ефес — св. Иоанна Богослова, Индия — Фому, Египет — Марка.
   Оказавшись в изгнании — в эмиграции, мы имели возможность убедиться, как чтит Болгария своих просветителей святых равноапостольных Мефодия и Кирилла, первоучителей словенских, а Сербия своего просветителя — св. Савву, первого Архиепископа Сербского. Дни памяти этих святых являются у них днями великого религиозно-национального всенародного торжества, когда весь народ в полном смысле слова празднует и ликует.
   А что мы русские? Так ли и мы чтим и празднуем день памяти нашего Просветителя св. равноап. вел. кн. Владимира? Чтим ли мы высоко и любим ли его, как нашего Отца духовного?
   Увы! этого сказать, к сожалению, нельзя! День его памяти — 15 июля ст. ст. проходит у нас, по большей части, малозаметно, как один из многих, чисто-церковных «средних» праздников, каким он и значится в нашем Церковном Уставе. И кроме разве Киева, нигде у нас этот день не праздновался как всенародное торжество.
   Только попав заграницу, после того как нашу Родину постигло страшное кровавое бедствие, многие русские люди занялись в изгнании переоценкой ценностей, и вскоре поняли, как слепы они были раньше и как мало ценили они своих подлинных духовных вождей, национальных героев и гигантов духа. Поняли они (но, к сожалению, далеко не все), что величайшим сокровищем русского народа является св. Православная вера, которой русский народ обязан буквально всем, что есть у него лучшего, истинно-прекрасного, благородного и возвышенного. Поняли они (опять-таки, далеко не все!), что величайшим и славнейшим событием в истории нашего народа является Крещение Руси, главным виновником которого является св. равноапостольный князь Владимир.
   Для всех сознательно-мыслящих и действительно национально-настроенных русских людей зарубежом стало ясно, какое ни с чем несравнимое значение имеет для русского народа его св. Православная вера и что день памяти его великого Просветителя — 15 юля ст. ст. должен быть для нас как бы «второй Пасхой», после Пасхи общехристианской. В день Пасхи мы празднуем избавление всего человечества от вечной смерти и власти диавола, а в день св. кн. Владимира мы вспоминаем нашу «национальную Пасху» — избавление от вечной смерти и власти диавола нашего родного русского народа. Этот день для нас и как бы «вторая Пятидесятница», когда мы можем с особенным чувством петь: «Видехом свет истинный, прияхом Духа Небеснаго, обретохом веру истинную, нераздельней Троице покланяемся, Та бо нас спасла есть!» Да и какой другой день ни взять из прочих великих праздников, мы не можем не видеть, что спасительной благодати его мы приобщаемся не иначе, как чрез столь знаменательный для нас праздник 15-го июля. Не будь этого дня, не были бы мы христианами и не существовало бы для нас радости ни одного из великих христианских праздников. Поэтому, для всех, кажется, должно быть ясно, что день памяти св. равноап. кн. Владимира должен быть для нас, православных русских людей днем великого праздника — днем светлого всенародного религиозно-национального торжества.
   Но, увы! Даже после всех пережитых нами ужасов торжества кровавого безбожия на нашей Родине еще далеко не все так думают, не все это понимают, к стыду своему и общему горю нашему!
   Все же кое-где заграницей, а особенно в бывшем духовном центре русской эмиграции — столице Югославии Белграде день св. кн. Владимира в течение ряда лет праздновался весьма торжественно, нося многозначительное название «Дня Русской Славы». Сербские власти даже освобождали в этот день всех русских от необходимости являться на работу.
   Начиналось это наше великое национальное торжество, конечно, прежде всего всенощным бдением св. кн. Владимиру накануне и затем Божественной литургией с произнесением соответствующей проповеди и молебным пением, по возможности, с крестным ходом и освящением воды в память Крещения Руси. В послеобеденные часы устраивалось торжественное академическое собрание с несколькими серьезными лекциями и докладами о св. кн. Владимире и о значении его великого дела Крещения Руси, а вечером — более легкая, общедоступная программа в виде приличествующих празднеству литературно-музыкальных выступлений и подходящих случаю развлечений в национальном духе для молодежи.
   Конечно, главной темой всего этого празднования всегда было воспоминание о том, как, при каких обстоятельствах русский народ из народа языческого стал народом христианским, какие обязательства это на него наложило, и как он эти обязательства на протяжении всей своей дальнейшей истории выполнял.
   Традиция такого празднования дня св. Владимира после 2-й мiровой войны была перенесена в новый временный духовный центр русской эмиграции в г. Мюнхен в Германии, но, конечно, в более скромных масштабах, соответственно новому скромному беженскому положению. Но одно было утешительным: храмы всегда были переполнены молящимися.
   В Америку культ почитания св. князя Владимира был перенесен большим церковно-общественным деятелем и русским патриотом блаженно-почившим Архиепископом Виталием (Максименко), который даже начал здесь в Кассвиле (ныне Джаксоне) постройку большого величественного Храма-Памятника св. равноапостольному князю Владимиру, а затем, с наплывом русских беженцев из Европы, создал при каждом из приходов своей епархии св. Владимирские кружки молодежи, с целью предохранения нашей Русской молодежи от денационализации и воспитания ее в строго-церковном православном и национальном русском духе. В первые годы это начинание имело громадный успех, и наша молодежь с большим духовным подъемом ежегодно собиралась на общие съезды на так называемой «Владимирской Горке» у строящегося Храма-Памятника св. князю Владимиру. Но этот явный успех «кому-то» не понравился, и началась систематическая травля св. Владимировских кружков под предлогом, что для молодежи якобы неприемлем такой строго-церковный подход к делу их религиозно-национального воспитания. Были даже общественные выступления с порицанием этого подхода и духовного руководства молодежи, — было сделано все возможное, чтобы разстроить и прекратить работу этих кружков, и цель эта, в конце концов, была достигнута.
   К сожалению, как это было в России, так и заграницей: внутренние враги не дремлют и ведут свою подрывную работу, стараясь разложить и уничтожить среди русских людей все честное, все подлинно-чистое и святое, направленное к угождению Богу и делу спасения душ, заменяя это, для отвода глаз, дешево стоющими «суррогатами», которые не имеют никакой цены в очах Божиих, и молодежь нашу не спасут от постепенной потери своей веры и полной денационализации, что мы уже со скорбью и наблюдаем на каждом шагу. Молодежи в храмах и на русских национальных собраниях и торжествах, за малыми исключениями, почти не видно!
   К сожалению, вообще многие русские люди заграницей как-то легко становятся «непомнящими родства», забывая или почти забывая, что они «русские» и «православные», что они — духовные сыны и дщери нашего великого Просветителя св. равноапостольного князя Владимира. Много содействует этому всякаго рода разруха и нестроения в нашей заграничной церковной жизни, явно вызываемые врагами Церкви и русского народа, которые действуют очень искусно и изподтишка, умея скрывать свое лицо и ловко пользуясь человеческими страстями и самолюбием. Умело настраивают многих так, что они всегда и во всем считают себя безусловно правыми, а всех других, несогласных с ними, огульно и поголовно во всем виноватыми.
   Жизнь наша в странах, ставящих во главу угла материальное благосостояние и чисто-материальный «прогресс», ознаменовывается все в большей и большей степени потерей духовных интересов, духовных стремлений, угасанием духовных потребностей — полной или почти полной утратой духовности вообще. Подлинная духовная жизнь замирает и заменяется всякими суррогатами ее, на ее место приходят развлечения и увеселения всевозможного рода. Вместо духовно-насыщенных церковных собраний и съездов на богомолье — «банкеты», «пикники», «балы», хотя это и делается иногда под декорацией церкви (тут дело доходит иногда почти до кощунства, профанации святыни!).
   И страшно просто сказать, куда мы идем: чем дальше, тем все больше оскудение подлинной духовности — «соль обуевает», как предрекали многие духоносные отцы нашей Церкви. Истинное, действительное (не на словах только!) почитание нашего великого Просветителя святого равноапостольного князя Владимира, даровавшего нам Свет Христов и призвавшего нас к подлиннойжизни духа — жизни во Христе и давшего в себе самом пример этой жизни, отходит куда-то далеко, далеко на задний план, а то и совсем забывается.
   Люди, называющие себя не «русскими» а «украинцами», провозглашают св. князя Владимира «украинским князем», совершенно не думая о том, что в 10-ом столетии Киев был «матерью городоврусских», центром русского государства, а не «окраиной», или «украиной».
   О заветах же св. князя Владимира никто почти и не помышляет — живут совсем другими чисто-земными, материалистическими интересами, заботясь только о своем материальном благополучии.
   Но особенно, конечно, жаль нашу молодежь, которая почти забыта, заброшена или руководится такими же обездуховленными интересами: подлинная духовная жизнь для нее, в большинстве, непонятна, недоступна восприятию, чужда их психологии, за очень-очень редкими счастливыми исключениями, и думает она только о развлечениях и веселой жизни, прикрываясь иногда наружно благовидными лозунгами о сохранении своей «русскости», но без действительного внутреннего содержания.
   Одна видимая внешность — без духа! Вот самый печальный симптом все усиливающегося в нашей изгнаннической жизни духовного разложения и постепенного умирания!
   Строим мы храмы, но весьма часто — не для того, чтобы в них молиться Богу, оплакивать грехи свои и утверждать себя в духовной жизни, становясь настоящими христианами. Об этом красноречиво свидетельствуют то и дело происходящие у нас в приходах склоки, ссоры, распри и доходящие до судов смуты. При постройке храмов многие требуют, чтобы эти храмы обязательно имели нижнееподвальное или полуподвальное помещение для общественной «культурной жизни», как они говорят, и для встреч молодежи — фактически: для устройства танцев, театральных представлений, развлечений и увеселений.
   Вот какова часто бывает истинная подкладка усердия при строительстве нового храма: не дом молитвы нужен, а дом для развлечений. Нередки бывали случаи, когда в полупустом храме идет богослужение, а внизу — шумное веселие, хохот, танцы...
   Полная или почти полная духовная опустошенность — вот, что часто приходится у нас видеть, вместо благоговейного почитания памяти и хранения священных заветов нашего Просветителя св. князя Владимира!
   С таким «духовным багажом», конечно, безполезно и невозможно возвращаться нам в Россию, если и настанет день такой счастливой возможности для всех нас.
   Что мы привезем туда?
   Что можем мы там сделать хорошего для ее возстановления и возрождения?
   Не привозить же туда все те нездоровые настроения, которые в свое время и были причиной гибели нашей Родины, ввергнув ее в мрачный жуткий омут неистового кровавого богоборчества?!
   Нет, братие и сестры! Необходимо трезво смотреть на вещи и, прежде всего, на самих себя, и давать всему безпристрастную и правильную оценку: без этого ничего хорошего впереди нам ожидать нельзя.
   Нужно решительно поставить самим себе вопрос: есть ли в нас действительное почитание памяти нашего великого духовного отца и основоположника Святой Руси и храним ли мы свято его заветы:
   1) Завет Боговедения, или Богопознания, выражающегося в нашей Вере, Надежде и Любви к нашему Творцу и Промыслителю Богу,
   2) Завет всецелой, непоколебимой, твердой преданности нашей святой Православно-Христианской Вере и
   3) Завет непрестанной борьбы с врагом Божиим и врагом человеческого спасения — диаволом и всеми его исчадиями вплоть до полной победы над ними при помощи и содействии благодати Божьей?
   И помоги нам Бог дойти до такого состояния, чтобы ответить утвердительно на этот первостепенной важности вопрос, от чего зависит наше будущее, как и будущее нашей Родины-России!

ТОЛЬКО БОГ — ИСТОЧНИК ПОДЛИННОГО НАСЫЩЕНИЯ!

    Мысли на неделю 8-ую по Пятидесятнице!
    «И ядоша вси и насытишася».  (Матф. 14:20).
   Так до умилительности просто повествует нам сегодняшнее евангельское чтение о великом чуде, которое совершил Господь наш Иисус Христос, напитав более пяти тысяч народа пятью хлебами и двумя рыбами: «И ели все и насытились!»
   Сколько поразительной глубины назидания для нас заключается в этом безхитростном евангельском повествовании!
   О чем только не говорит оно нам?
   Оно говорит о необычайном милосердии и благости Творца всяческих, так трогательно снисходящего к нашим нуждам и немощам телесным, говорит оно и о Его царственном всемогуществе, для которого нет никаких преград и ограничений земных, красноречиво и убедительно говорит оно и о том, что Господь никогда не оставит Своею милостью и щедротами человека, всей душой к Нему стремящегося, и более, чем о хлебе земном, помышляющего о насыщении себя пищей духовной.
   Описанный в этом Евангелии случай является ярким подтверждением трогательного учения Спасителя о Промысле Божием. Помните, братие, как говорил Он тогда в Своей Нагорной проповеди: «Что вы заботитесь о пище или об одежде? Не мучьте себя этой заботой. Не душа ли больше есть пищи и тело одежды? Воззрите па птицы небесныя, яко не сеют, ни жнут, ни собирают в житницы, и Отец ваш Небесный питает их — не вы ли паче лучше их есте?» Итак, говорю вам: не заботьтесь о том, что вам есть, или что вам пить или во что одеться, ибо всего этого ищут язычники. Знает Отец ваш Небесный, что вы имеете нужду во всем этом. Не томите же себя чрезмерно этой заботой! «Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам»  (Матф. 6:25-33).
   В описанном сегодня случае это исполнилось буквально и так ярко и наглядно. Люди, охваченные духовным гладом, жаждущие слышать Божественные слова Христовы о Царствии Божием и правде Его, совсем как бы забыли о земной пище и в своем святом влечении устремились за Господом в отдаленные и пустынные места, где невозможно было найти хлеба.
   И что же? Оставил их Господь голодать?
   Нет! Их ревность к слышанию словес Божественных была немедленно вознаграждена. Когда ученики обратились к Господу с предложением отпустить голодных людей, дабы они могли пойти в села и купить себе пищи, Господь сказал им: «не требуют отъити; дадите им вы ясти!»  (Матф. 14:16). «Но чем же накормим их», недоумевали Апостолы: «ведь у нас есть здесь всего только 5 хлебцев и 2 рыбки?»
   Это возражение, однако, не могло быть препятствием к проявлению силы Божественного всемогущества. Христос, как сказано в Евангелии, «повелел народам возлещи на траве», и «прием пять хлеб и две рыбы, воззрев на небо, благослови и преломив даде учеником хлебы, ученицы же народом.

И ядошa вси и насытишася, и взяша избытки укрух, дванадесят кошя исполнь: ядущих же бе мужей, яко пять тысящ, разве жен и детей»  (Матф. 14:15-21).

   Вот где осуществилось в полной мере проречение пророческое: «Не о хлебе едином жив будет человек, но о всяком глаголе, исходящем из уст Божиих»  (Второзак. 8:3)!
   Глагол Божий, исходивший из уст Иисусовых, напитав человека духовно, утолил и его телесный голод, напитав его и телесно.
   Итак, братие, каких доказательств нам еще нужно?
   Не убеждает ли нас сегодняшнее евангельское чтение и притом так образно и наглядно в том, что Господь никогда не оставит своего верного слугу и последователя, никогда не допустит его до крайности материальных лишений, не потерпит, чтобы верный слуга Его мог умереть с голоду.
    «Я молод был и состарился», говорит Псалмопевец, «и не видал праведника оставленным, и потомков его просящих хлеба»  (Пс. 36:25).
   Тем более, братие, не оставляет Господь без утоления глада духовного. Наверное, каждому из нас ведомо это тягостное ощущение духовного глада. Является оно в виде гнетущего чувства какой-то внутренней пустоты духовной, даже при полном материальном довольстве и благосостоянии и изобилии всех благ земных. Душа словно куда-то рвется, о чем-то тоскует, чего-то ей недостает, и ни в чем земном не находит она себе покоя и удовлетворения. Это и есть «духовный глад» - стремление к насыщению себя пищей небесной.
   Какая же это «пища небесная»?
   Это — «Хлеб, сшедший с небесе, и даяй живот мiру»  (Ин. 6:31-33).
   Это — Сам наш возлюбленный Спаситель.
   Это к Нему сознательно, а то и безсознательно, не давая себе в этом отчета, стремится душа каждого из нас, по Нем тоскует, и без общения с Ним не находит себе ни в чем полного удовлетворения. Не напрасно выразился однажды один из великих апологетов христианской древности (Тертуллиан), что«душа человека — по природе христианка».
   И сегодняшнее евангельское повествование, помимо изображения действительного события, есть также символический образ — прообраз духовного насыщения всего мiра, погибающего от глада духовного, Господом-Спасителем чрез посредство Его 12-ти учеников и Апостолов. Люди того времени погибали от глада духовного, все человечество томилось смертельной мукой, лишенное общения с Богом. И вот Господь-Спаситель сказал Своим Апостолам: «дадите им вы ясти!» И эти бедные скромные рыбари, простые и необразованные, у которых в духовном смысле ничего не было, кроме «пяти хлебцев и двух рыбок», исполняя повеление Господне и просвещенные благодатью Святаго Духа, пошли «в мiр весь проповедати Евангелие всей твари», и, силою почивавшей на них благодати Божией, духовно напитали весь мiр, спасши его от окончательной гибели — смерти духовной.
   «И ядоша вси от Божественных словес Христовых и чудотворных благодатных Таинств Его, и насытишася!»
   Не есть ли это таинственное соединение всего мiра со Христом через насыщение его «хлебом небесным» — Телом и Кровию Его, еще более удивительное и великое чудо, нежели насыщение пяти тысяч народа пятью хлебами?
   Только в Боге — верный источник всяческого насыщения для человека и духовного и телесного.
   Сколько для подтверждения этого назидательных примеров в жизни и во всей истории человечества! А для нас, православных русских людей, особенно. Когда русский человек более всего думал об утолении своего духовного голода, искал Царствия Божия и правды Его, каким и духовным и материальным изобилием всех благ небесных и земных отличалась русская земля, бывшая когда-то «житницей Европы». Но вот поддались русские люди обольщению диавольскому, отвернулись от своего Господа и Спасителя, погнались за материальным благополучием и земным «прогрессом», и что получилось? Не только общий для всех духовный голод и отчаяние, но и голод и всевозможные лишения телесные — даже хлеба своего нет, и приходится покупать его заграницей!..
   Братие-христиане! Перед нами здесь в храме за каждым Богослужением — вся полнота Божественной благости, здесь Тело и Кровь Христовы, здесь таинственное веяние благодати Святаго Духа. Приходи всяк и насыщайся, утоляй свой духовный голод, чтобы не умереть тебе вечной смертью. И верь, что если будешь так делать, то что бы ни случилось с тобой в жизни, какие бы превратности судьбы тебя ни постигали, Господь никогда не попустит, чтобы ты умер от глада телесного. Все земное, в меру необходимости, всегда будет предоставлено тебе щедродательным Господом. И нельзя иначе назвать, как жалким безумцем, несчастным самоубийцей того человека, который бежит от Господа Своего, бежит от Матери своей Церкви, и в чем-то другом ищет себе сомнительного удовлетворения. Он его никогда не найдет и только, запутавшись, как серна в тенетах, обречет себя на вечную погибель.
   Будем же, братие, во всю жизнь свою уподобляться этим благочестивым галилеянам, которые, все забыв, все оставив, вместе с женами и детьми, неотступно следовали за Господом, и тогда Господь возвеселит нас вкушением неизреченной таинственно-благодатной пищи, хлеба ангельского, вкушая который мы навсегда забудем о всех скорбях и лишениях земной жизни — сей печальной юдоли бытия земного, — ибо ни в чем истинно-ценном, истинно-добром и прекрасном никогда не будет у нас недостатка. Полнота подлинного счастия, полнота мира и радости — все, о чем только мы можем мечтать в лучшие мгновения своей жизни, — всем этим, по милости Божией, мы будем обладать в изобилии. Аминь.

САТАНИНСКАЯ ПРИРОДА БУНТА.

    Ко дню Русской Скорби.
   В нынешнем 1974 году — 417 июля, исполняется уже 56 лет со дня зверского убиения ночью в подвале Ипатьевского дома в Екатеринбурге Российской Царственной Семьи, вместе с преданными Ей до гроба, верными своему долгу и совести людьми, пожелавшими добровольно разделить Ее участь.
   Страшное злодеяние, почти безпримерное в истории, по своей крайней несправедливости и лютой жестокости!
   Но где коренные причины его?
   Хотя задумано оно было и совершено не русскими людьми, а врагами Христа-Спасителя и ненавистниками православного русского народа, однако, и весь русский народ несет страшную ответственность за это жуткое преступление, поскольку русские люди безумно поддались клеветническим наветам и злобной душерастлевающей пропаганде исконных врагов своего Господа и Спасителя, и не приняли достаточно-решительных мер противодействия тому злу, которое так стремительно стало разливаться по всей русской земле.
   То, что произошло в России, ведет свое начало еще от предисторических времен, когда один из высших Ангелов, проникшись высоким о себе мнением и залюбовавшись тщеславно собственными своими достоинствами, нагло возстал против Творца своего Бога и увлек за собой к бунту против Бога, как говорит предание, целую треть ангельского мiра. Кончилось это для него весьма плохо: из высшего творения Божия, прекрасного Денницы, он стал отвратительным сеятелем зла — Сатаною, а приспешники его — злыми бесами.
   Сатана, другое имя которого Диавол, что значит «клеветник», следуя неудержимому с тех пор влечению своей низменной падшей природы, подстрекнул к бунту против Бога и первозданных людей, оклеветал пред ними Бога, как якобы их недоброжелателя, опасающегося, чтобы они вкусив плодов от дерева, которое среди рая, не стали сами «как боги, знающие добро и зло» (Быт. 3:1-6).
   Мы знаем, как эта клевета диавола побудила первых людей нарушить заповедь Божию, исказила порчей греха их природу, созданную по образу Божию, повлекла за собой изгнание их из рая и затем способствовала широкому разлитию зла по земле, начиная с первого убийцы Каина, в злобном ожесточении поднявшего руку на своего брата Авеля.
   Греховная порча, посеянная клеветником-диаволом, отравила весь человеческий род, отошедший в большинстве от своего благостного Творца-Бога и погрузившийся в мрачную бездну всевозможных зол, бед и несчастий, вплоть до общего для всех людей конца — смерти, которая явилась «возмездием за грех»  (Римл. 6:23) и которой с тех пор никто не мог избежать.
   Потребовалась Страшная Кровавая Жертва, Которую принес на кресте Сам Вочеловечившийся Сын Божий, чтобы искупить человечество от греха, проклятия и смерти. Но и после этого все еще оставались на земле люди, которые продолжали, в ожесточении своем сеять на земле диавольскую клевету и злобу, поскольку ослепленные отцом своим диаволом не пожелали уверовать во Христа-Спасителя и принять всем сердцем принесенный Им на землю Евангельский Божественный Закон любви к Богу и ближним.
   Вот, где первоисточник всех тех ужасов, которые произошли на нашей Русской Земле, как предостерегали и предупреждали об этом святитель Феофан Вышенский, св. праведный Иоанн Кронштадтский и многие другие духоносные мужи и служители нашей Св. Церкви.
   Исконный бунтовщик против Бога диавол продолжает и дальше подстрекать на бунт против всякой законной власти, которая «от Бога»  (Римл. 13:1-2), пользуясь, как орудием, клеветой, всех поддавшихся его влиянию и обольщению.
   «Клевещите, клевещите — все, что-нибудь останется», так гласила старинная французская поговорка. Вот, так и диавол чрез своих приспешников постоянно сеет клевету, в разсчете, что всегда найдутся люди, которые поверят клевете, мир среди людей будет нарушен, и начнется вражда и смута, что ему только и нужно.
   Так была оклеветана прислужниками диавола и их безумными последователями Царская Семья в России, что и привело Ее к такому трагическому концу в ночь на 417 июля 1918 года.
   Так были оклеветаны и преданы смерти многие и многие тысячи и даже миллионы лучших русских людей, особенно ненавистных диаволу.
   Так были оклеветаны и зверски замучены десятки Епископов и тысячи священнослужителей Российской Православной Церкви, начиная с первомученика Ее Митрополита Владимира. И что самое ужасное, как показывают факты, что диавольской клевете и происходящей от нее злобе способны поддаваться даже те, от которых это совсем трудно было бы ожидать. Служители диавола искусной клеветой сумели распропагандировать даже низших священнослужителей и монахов, подстрекнув их к бунту против своего начальства — законной Богопоставленной власти. Так, обыкновенно принято считать, что Киевский Митрополит Владимир пал жертвой большевиков. Но разследование показало, что большевики, как таковые, в этом злодеянии, собственно говоря, даже не принимали никакого участия. Убили Митрополита распропагандированные большевиками бандиты, приглашенные для этой гнусной злодейской цели некоторыми монахами Киево-Печерской Лавры, тоже поддавшимися большевицкой пропаганде и злобно-клеветавшими на своего Архипастыря, будто он «обирает» Лавру, которая получает большие доходы от богомольцев. А дело все было в том, что каждый Архиерей в России, как это издавна было установлено Церковью, на полном законном основании, получал от каждого монастыря своей епархии известную часть доходов на свое содержание и представительство. Но злобным завистникам, распропагандированным к тому же безбожниками, это, конечно, не нравилось, и результатом этой бесовской зависти и клеветы явилось это зверское убийство 25 января 1918 года, которое положило начало кровавому истреблению других Епископов и священников и многих миллионов лучших русских людей, особенно ненавистных безбожникам-большевикам, вплоть до самой кристально-чистой, благороднейшей Царской Семьи, Глава Которой был виновен только в том, что Он был Помазанником Божиим и являл Собою законную Богопоставленную Власть в России, «сдерживавшую», по выражению святителя Феофана, «безчинное шатание безбожников».
   Глубокой ошибкой было бы считать, что это злодейское убиение Митрополита Владимира, положившее собою начало массовым убийствам на Русской Земле вплоть до нашей Царской Семьи, кладет какую-то тень на монашество вообще, как это хотят представить безбожники. Разве падение Денницы и с ним целой трети ангелов, ставших злыми басами, может хоть сколько-нибудь опорочить и омрачить светлый лик ангелов, оставшихся верными Богу?
   Конечно нет!
   Точно так и зловещая личность Иуды-предателя не бросает никакой тени на остальных апостолов Христовых и не порочит их. К тому же огромное количество монахов стало у нас мучениками за Христа, сохраняя верность св. Церкви и ее вождям духовным.
   Но вышеприведенный нами факт лишь показывает, как опасно поддаваться злобно-враждебной лживой пропаганде и к какому страшному злодеянию может привести «стадное чувство», не просветленное благоразумием. Ведь и самое распятие Христово есть результат «стадного чувства» иудеев, неистово требовавших смерти Того, Кому они совсем недавно кричали «Осанна!»
   И до тех пор, пока русские люди будут слушать внушения врага Божия и клеветника-диавола, поддаваясь клеветническим наветам и наговорам его верных служителей и приспешников, безплодно надеяться на спасение России и возрождение ее к новой свободной жизни. Надо понять, что клевета может только все, даже самое хорошее, разрушать, но ничего не способна созидать! И что всякий бунт против законной, Богом установленной власти есть дело диавольское. Пора всем нам, хотя бы через полстолетия после таких страшных, обрушившихся на нас бедствий, понять это!

Крест Христов — орудие спасения нашего.

   «Ты — Божественная победа, Ты — соделование нашего спасения, Ты — верным соодоление, и Божественная Жертва, о Всечестный Кресте! поющыя Тя освяти!»
   (Тропарь 4-й песни канона).
   Крест Христов, торжественное изнесение («происхождение») которого празднует Церковь 1-го августа, есть величайшая святыня для нас, христиан, ибо, по учению нашей Св. Церкви, Христос-Спаситель, распявшись на кресте, совершил этим великое таинство искупления человеческого рода от греха, проклятия и смерти: на кресте Он «пригвоздил рукописание грехов наших» и Своею смертию на нем, поправ смерть, даровал нам жизнь вечную, которой мы лишились чрез грехопадение наших прародителей Адама и Евы.
   Вот почему крест именуется «хранителем всея вселенныя», «красотой Церкве» и прочими возвышенными наименованиями. И не только в дни определенных праздников, но и каждую среду и пятницу в течение всего почти года, когда вспоминается предательство Иуды (в среду) и Распятие Господа на кресте (в пятницу), Церковь в своих богослужебных чинопоследованиях прославляет крест, как орудие спасения нашего и как орудие на диавола.
   Три раза в году установлено особенно торжественное прославление креста Господня: в Неделю 3-ью Великого поста, так и называемую «Крестопоклонной», сегодня 1-го августа в день праздника «Происхождения Честных Древ Животворящего Креста Господня» и 14-го сентября — в день великого праздника «Всемирного Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня». В эти дни на утрени после Великого Славословия Крест Господень с особой торжественностью выносится из алтаря на середину храма, полагается на аналое и перед ним совершается троекратное поклонение до земли с пением: «Кресту Твоему покланяемся, Владыко, и святое Воскресение Твое славим!»
   Сегодняшний праздник 1-го августа произошел от существовавшего в Константинополе обычая износить (откуда и название «происхождение») часть Животворящего Древа Креста Господня из храма св. Софии и обносить ее торжественным крестным ходом по городским улицам и площадям для освящения города и предотвращения болезней, часто постигавших Константинополь в это время года, что соединялось также с чином освящения воды. Жители Константинополя свято веровали в целительную силу Креста Господня, как орудия спасения нашего, припадали к нему и с благоговением лобызали его.
   Побуждая верующих прославлять Крест Господень, св. Церковь в этот день радостно восклицает в своих песнопениях:
    «Днесь Крест воздвизается, и мiр от лести свобождается, днесь Христово Воскресение обновляется, и концы земли радуются...»
   «...приступим и приимем просвещение, веселие и спасение, и оставление, хваление Господеви приносяще...»
   «Подъимем с радостию преблаженный Крест, в церквах и градех сей предложенный, и поклонимся, да долгов приимем оставление...» «сей возведе из ада род человеч ада велми пленив, врага низложив, демонов гордыню до конца погуби».
   «Днесь ликуют с лики ангельскими человецы, ибо бранящее средоградие крестом разорено, во едино вся яве совокупи...»
   «Крест Божественный се предсияет в концех. Сей возведе из ада род человеч… и спасает зовущыя, умири мiр и просвети души нашя».
   «Соделал еси спасение посреде земли, Боже, крест и воскресение ихже ради нас спасл еси, Блажеи человеколюбче, всесильне Господи, слава Тебе!»
   «Кресту верных спасению покланяюся..»
   «Победоносно явися на страсти и бесы, днесь знамение креста...»
   «Лучезарная облистает сияния крест честный, и просвещает верно покланяющыяся ему днесь,освящая души наша и телеса».
   «Жизнодательный крест предлежащ, зрим световидную зарю препосылает благодатей: приступим и прием просвещение, веселие, и спасение, и оставление, хваление Господеви приносяще».
   «Оружие древле жизни, блаженное древо даровася хранити, за преслушание первозданнаго Адама:крест же сему путь сотвори».
   «...Поклонимся вси пресвятому кресту Жизнодавца Христа, имже мiр весь освящается».
   «Да кропит вся земля радование... днесь обожена всечестным крестом...»
   «Победотворное оружие непобедимое, преславный кресте...»
    «Умерщвляется змий лукавый ныне, иже тьмы начальник, сияния не терпя, еже облистаетживоносный крест...»
   «Воскликните языцы, воспойте, играйте колена, и пойте Богу, давшему креста нерушимое утверждение, еже ныне предлежит: вси вернии радуемся, яко того ради благая приемлюще».
    «Умерщвляется смерть, и уморяется тление, бесовстии полцы отбегают победный и страшный днесь предлежащ видяще крест Христов...»
   «Воспевающе Тя Бога, и Царя и Господа, яко даровал еси нам крест стену нерушиму, егоже ныне облобызаем радостию, и лютых отбегаем».
   «...Мне, глаголет (св. Ап. Павел), хвалитися да не будет, токмо во едином кресте Господни, на немже страдав, уби страсти. Того убо и мы известно да держим, крест Господень, хвалу вси: есть бо нам спасительное сие древо, оружие мира, непобедимая победа».
    «Спасительному древу поклонимся, кресту пресвятому... источающ нам освящение и жизнь».
   Особенно важный тропарь канона, говорящий об освобождении человеков от клятвы силою крестной смерти Христовой:
   «О неизреченнаго Твоего, Христе, снития, и неизглаголанных благих! воплотися, и распят быв, смерть прием, и решиши человеки от клятвы, источив нетление на треблаженнем древе,препрославленный крест сей во веки».
   «Пресвятый крест, Божественную победу, жизни начальника, лести потребителя, днесь похвалим крест всесвятый Господень, бесов губителя, и варваров прогонителя, царей победотворца и покровителя».
   «Тленни от преслушания быхом, Божия заповеди преступницы явльшеся: сего ради смерть прииде человеком. Темже безсмертие процвете днесь победный крест Христов, егоже целуем».
    «Се древо пресвятое, крепкая надежда верным радость предлежит, обличая тьмы начальника: сему поклонимся, вернии, с веселием».
   «Начало благословения, и утверждение христиан и стена, и твердое заступление, и клятвы избавление явися нам древо вожделенное, оружие непобедимое: просвети и освяти нас...»
   Особенно сильно, ярко и образно об искуплении нас от греха, проклятия и смерти силою креста Господня говорит первая стихира на поклонение кресту, которая всегда поется в то время, когда верные лобызают крест после троекратного поклонения ему по изнесении его на середину храма:
   «Приидите, вернии, животворящему древу поклонимся, на немже Христос Царь славы волею руце распростер, вознесе нас на первое блаженство, яже прежде враг сластию украд, изгнаны от Бога сотвори.
   Приидите, вернии, древу поклонимся, имже сподобихомся невидимых враг сокрушити главы.
   Приидите, вся отечествия языков, крест Господень песньми почтим: радуйся, Кресте, падшаго Адама совершенное избавление, о тебе бо вернейшии царии наши хвалятся»...
   А вот такое же яркое свидетельство о том же и в третьей стихире:
   «Днесь Владыка твари, и Господь славы, на кресте пригвождается... и вся терпит Мене ради осужденнаго, Избавитель мой и Бог, да спасет мiр от прелести, яко благоутробен».
   Все эти песнопения, как и многие другие песнопения в честь креста Господня в иные дни празднования Кресту, убеждают нас в том, что искупление человеческого рода от греха, проклятия и смерти совершено не чем иным, как именно крестными страданиями Господа нашего Иисуса Христа и Его смертию на кресте за нас, унаследовавших «клятву Адамову». — «Слава, Господи, кресту Твоему честному!» учит нас взывать поэтому Св. Церковь.

Житейское море.

    Мысли на неделю 9-ую по Пятидесятнице.
   «Господи, спаси мя!» (Mатф. 14, 30).
   Как сильно отзывается в сердцах наших, особенно в переживаемое нами исключительно-страшное время, этот отчаянный вопль св. Апостола Петра, исторгшийся из груди его в минуту смертельной опасности!
   Когда Петр, получив на то разрешение Господа Иисуса, пошел к Нему навстречу по водам Галилейского озера, при виде страшной бушующей водной стихии и сильного ветра, первоначальная вера его во всемогущество Господа внезапно в нем поколебалась, и он тотчас же почувствовал, что начинает тонуть. Ясно сознав, что он погибнет, если Господь не поддержит его, он с силою воззвал к Нему: «Господи, спаси мя!» И Господь тотчас же простер ему руку Свою, поддержал его, и они вместе вошли в корабль, в котором плыли остальные ученики. «Маловере, почто усумнился еси?» кротко упрекнул его Господь.
   Этот вопль начавшего утопать Петра: «Господи, спаси мя!» должен быть всегда основным настроением души каждого желающего быть истинным христианином, не по названию только, а и на деле. Не только тогда должны мы взывать так ко Господу, когда видим явно грозящую нам смертную опасность, но всегда, постоянно.
    «Непрестанно молитеся!» увещевает нас св. Апостол Павел.
   Почему это?
   Да потому, что мы, сами того часто не замечая и не отдавая себе в том ясного отчета, находимся в состоянии смертной опасности и легко можем погибнуть, если поколеблется в нас вера и если Сам Господь нас не поддержит, не придет к нам со Своей всесильной помощью.
   Жизнь наша земная, по меткому и образному выражению наших прекрасных и ярких церковных песнопений, есть «житейское море», которое имеет очень много сходства с обыкновенным морем.
   Неверно и непостоянно море, эта столь изменчивая, волнующаяся стихия. Столь же неверна и непостоянна наша земная жизнь — это «житейское море», не менее изменчивое и постоянно колеблющееся.
   На море бывают бури, и иной раз очень сильные, грозящие кораблю потоплением. И на «житейском море» разыгрываются бури страстей человеческих, от которых погибают многие духовно.
   На море нередко дуют противные ветры, мешающие плаванию, и на «житейском море» часто веют ветры разных ложных учений, особенно в наше лукавое время, далеко уносящие нас от единой спасительной Божественной Истины и препятствующие нам достигнуть вожделенной цели — «тихого пристанища» вечного спасения.
   На море корабли часто гибнут от подводных камней, рифов и мелей, и на «житейском море» бывают свои «подводные камни», «рифы» и «мели» — всевозможные неожиданности, препятствия и превратности судьбы, о которые разбиваются все наши мечты, планы и соображения с разсчетами.
   В обычном море водятся «животная малая с великими», как поет Псалмопевец (Пс. 103:25), «тамо гади, ихже несть числа», а сколько таких «гадов», особенно в наше отвратительное по своему глубокому нравственному падению и развалу время, в «житейском море», сколько прожорливых хищников — акул, которые пожирают, проглатывают порою целиком неосторожного, забывшего о «высокой мышце» Господней, единственно сильной спасти нас от неминуемой гибели, и не призывающего Господа на помощь.
   Увы! мы часто бываем настолько легкомысленны и безпечны, что сами не отдаем себе никакого отчета в том, сколько многообразных опасностей поджидает нас на каждом шагу в этом неверном и изменчивом «житейском море»! И эти постоянно грозящие нам опасности гораздо страшнее и губительнее опасностей на обыкновенном море, ибо обыкновенное море может грозить нам лишь телесною смертью, которая побеждена Христом-Спасителем, и не страшна нам, христианам, а «житейское море» угрожает нам смертью духовною, или вечной погибелью.
   Как же тогда не вопиять нам непрестанно: «Господи, спаси мя»!
   Этому и учит нас св. Церковь в своих глубоко-назидательных песнопениях.
    «Житейское море, воздвизаемое зря напастей бурею», поет она, «к тихому пристанищу Твоему притек, вопию Ти: возведи от тли живот мой, Многомилостиве!»  (Ирмос 6-й песни канона 6-го гласа).
   Вспоминает св. Церковь в этих своих песнопениях и Апостола Петра, которого поддержал Господь в минуту смертной опасности, и молит:
    «Бездна последняя грехов обыде мя, и исчезает дух мой, но прострый, Владыко, высокую Твою мышцу, яко Петра мя, Управителю, спаси!»  (Ирмос 6-й песни канона 3-го гласа).
    «Плавающаго в молве житейских попечений, с кораблем потопляема грехи, и душетленному зверю приметаема, яко Иона, Христе, вопию Ти: из смертоносныя глубины возведи мя!» (Ирмос 6-й песни канона 7-го гласа).
   Грехи представляются здесь под видом того тяжелого груза, который топит корабль, заставляя его погружаться слишком глубоко в воду, от которого стремились обычно мореплаватели освободиться во время сильной бури, сбрасывая этот груз в море, дабы облегчить корабль и не дать ему потонуть.
   Наш великий Российский святитель-подвижник и наставник духовной жизни св. Тихон Задонский в своих дивных богомудрых творениях постоянно внушает нам необходимость непрестанной мольбы ко Господу о спасении и помиловании. Яркий образ нашего положения в этом неверном мiре, который употребляет он для того, чтобы сильнее и убедительнее представить нам, в какой большой опасности погибнуть мы находимся, особенно любит другой наш великий наставник христианского благочестия Епископ Феофан, Вышенский Затворник, часто приводя его в своих словах и письменных творениях:
    «Над тобою — меч правды, готовый поразить тебя, под тобою — ад, готовый поглотить тебя, впереди — смерть, позади — множество грехов, по правую и левую сторону — толпы злобных врагов... Тебе ли быть в безпечности?»  («Путь ко спасению»)
   Вот это сознание опасности своего положения и надо постоянно оживлять и возгревать в своей душе, памятуя слова Апостола: «Яко сопостат ваш диавол, яко лев рыкая, ходит, иский, кого поглотити»  (1 Петр. 5:8).
   Но в переживаемое нами время «житейское море» разбушевалось, как никогда прежде. И все сколько-нибудь разумные и чуткие люди это понимают и чувствуют. Ведь то, что сейчас творится, начиная с нашей несчастной Родины, попавшей в когти неистовых богоборцев и человеконенавистников, для которых нет ничего святого, и кончая странами так называемого будто бы «свободного мiра», где свыше оказывается покровительство тому же воинствующему безбожию и остается безнаказанным всякое самое гнусное и мерзкое преступление против веры и нравственности, честному человеку нет места и где благодушествуют только проходимцы и всякого рода преступные типы, — описать этого невозможно никакими словами. Ведь дело дошло до такого безчиния, что честные люди не только не имеют никакой защиты и поддержки от так называемых «властей», а наоборот — их еще судят за то, что они осмеливаются оказывать сопротивление нападающим на них преступникам. И все это прикрывается какой-то видимостью «законности», какой-то «конституцией»!
   Куда уж идти дальше, если сами «власть имущие» становятся на сторону беззаконников и преступников!
   А ведь, по учению Слова Божия, «начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, он не напрасно носит меч: он — Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое»  (Римл. 13:4).
   Теперь же — все наоборот! Ибо Слово Божие уже ни для кого почти не является авторитетом. И преступники в мiре сейчас торжествуют, издеваясь над людьми слабыми и беззащитными. И «житейское море» бушует поэтому теперь, как никогда прежде, грозя каждому потоплением.
   А все это произошло от оскудения в людях духовности — оттого, что подлинная жизнь духа в них погасла, и они начали жить только плотской, чисто-животной жизнью. И хотя некоторые еще и говорят о какой-то «духовной жизни», но это только суррогат ее, под которым скрывается «душевность» и та же «плотяность». Сейчас вообще время всяких подлогов и фальсификаций. Настоящего почти ничего не осталось: один только обман, самообман и «пускание пыли в глаза».
   Много крика, много рекламы... а под этим ничего нет: одна пустота духовная!
   Вот почему сейчас более, чем когда-либо, на пастырях Церкви истинной лежит высокая и ответственная задача — вернуть людям утраченную ими духовность, ибо без этого всем и окончательно грозит полное потопление в волнах столь разбушевавшегося «житейского моря». Но для этого, само собой разумеется, пастыри сами должны постараться о том, чтобы являть своим пасомым живой пример духовности. Никакой, даже самой идеальной «администрацией», насадить подлинную духовность невозможно. А тем более безнадежно воскресить угасшую духовность устройством каких бы то ни было увеселений, развлечений, танцев, балов и вечеринок, как это некоторые наивно думают и неосновательно утверждают. «Духовность» и «душевность» — сферы разные, отнюдь не совпадающие, почему Слово Божие и говорит: «Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием, и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно»  (1 Кор. 2:14).
    «Ибо живущие по плоти о плотском помышляют, а живущие по духу — духовном. Помышления плотския суть смерть, а помышления духовныя — жизнь и мир, потому что плотския помышления суть вражда против Бога, ибо закону Божию не покаряются, да и не могут. Посему живущие по плоти Богу угодить не могут  (Римл. 8:5-8).
    Потому то подмена духовного плотским или душевным есть настоящее преступление, разлагающее и убивающее подлинную духовную жизнь.
   Вот от этой-то утраты людьми подлинной духовности и разбушевалось так неистовыми волнами современное «море житейское» и гибнет современный мiр человеческий! И если бы мы ясно сознавали, сколь безчисленным опасностям подвергаемся, совершая свое плавание по современному «морю житейскому», то мы никогда бы не допускали никакого легкомыслия, никакой безпечности, не празднословили бы, не суесловили, не злословили и не предавались бы смехотворству, как это ныне многие делают, но ясно сознавая, что только Один Бог может и силен спасти нас от всех этих подстерегающих нас на каждом шагу безчисленных опасностей и привести нас к «тихому пристанищу», непрестанно в глубине души своей вопияли бы к Нему, как Петр: «Господи, спаси мя!» Аминь.

Дом Пресвятыя Богородицы.

    «Во успении мiра не оставила еси, Богородице"… (Тропарь праздника Успения).
   И действительно не оставила Пречистая Матерь Божия нашего грешного мiра, столь нуждающегося в благодатной помощи свыше, после Своего всеславного успения. И не только не оставила, но, можно сказать, даже напротив — «преставльшись от земных к небесным», Она стала еще ближе, еще дороже этому утопающему «в похотех прелестных» мiру, ибо сделалась всесильной Ходатаицей за нас пред престолом Божиим — «в молитвах неусыпающею» и «в предстательствах непреложным упованием». Как много было за всю многовековую историю христианства дивных видений и откровений, из которых видно, что непрестанно предстоит Она престолу Божию и умоляет Сына Своего и Бога за нас грешных; особенно же замечательным было видение, которого удостоился в Х-м веке великий праведник того времени блаженный Андрей, Христа ради юродивый, в память чего был установлен праздник Покрова Пресвятой Богородицы. Он видел, как Пречистая Матерь Божия во Влахернском храме в Константинополе, во время всенощного бдения, преклонив колена, на долгий час молилась пред престолом, обливая слезами Свое Пречистое и Боговидное лице, а затем, сняв с Пречистой главы Своей великое и страшное, блиставшее на подобие молнии, покрывало (омофор), торжественно простерла его над всем молящимся в храме народом, знаменуя тем, что Ее покров всегда простерт над людьми и что Она не перестает молиться за всех людей и покровительствовать им Своим материнским заступничеством.
   За всех людей, искупленных Драгоценною Кровию Сына Ее и Бога, молится Пречистая Матерь Божия и всем покровительствует, но особенно ярко и ощутительно испытывали на себе Ее всесильное заступничество и покров православные русские люди. Очевидно, какою-то особенною подлинно-материнскою любовью возлюбила Пречистая Матерь Божия народ русский, ибо нигде не совершила Она столько дивных знамений и чудес, как на нашей Родине. Безчисленное множество чудотворных икон явилось на Русской Земле, от которых постоянно источались эти дивные чудеса и знамения, а сколько было случаев всесильного ходатайства и неожиданной помощи и заступления русским людям в самые трудные минуты их жизни, — и не перечесть! Спасала Она, Всемилостивая Заступница наша, и всю Русскую Землю в целом от нашествия лютых врагов и, казалось бы, от неминуемой и окончательной гибели, когда неоткуда уже было ждать спасения. За то и русский народ особенно почтил Матерь Божию строительством в честь Ее громадного количества храмов, разсеянных по всему лицу земли Русской, в которых со слезами изливал перед Ней все свои скорби и нужды, всегда получая просимое, никогда не посрамляясь в своем уповании.
   И особенно чтил русский человек именно праздник всеславного Успения Ее, как бы сердцем своим чувствуя, что именно чрез это событие стала Она особенно близка и дорога нам, сделавшись неусыпающею за нас молитвенницею, как воспевает Ее благодарно в этот день св. Церковь.
   Недаром в самом сердце Святой Руси, в первопрестольном граде Москве, в священном Кремле еще издревле воздвигнут величественный соборный храм в честь Успения Пресвятой Богородицы, где короновались цари русские и принимали настолование первосвятители Церкви Русской. И эта древнейшая святыня Руси, вместе с находившейся в ней великой святыней апостольских времен чудотворной иконой Божией Матери Владимирской, написанной, по преданию св. Евангелистом Лукою на доске того стола, на котором в юности Христа-Спасителя трапезовало Св. Семейство, утвердила за Русской Землей великое и славное наименование «ДОМА ПРЕСВЯТЫЯ БОГОРОДИЦЫ».
   И пусть не иронизируют кощунственно над этим святым для сердца каждого истинно-русского человека наименованием безбожники и «непомнящие родства» несчастные заблудившиеся русские люди!
   Наименование это не является чьей-либо безосновательной выдумкой, лишенной смысла и значения: оно исторически обосновано.
   «Господь, пособивший кроткому Давиду победить Голиафа, помог и благоверному князю нашему постоять за веру православную, » за Дом Пресвятыя Богородицы« - таким радостным восклицанием встречали новгородцы св. князя Александра Невского, возвращавшегося домой после блистательной победы, одержанной им над ливонскими рыцарями (в 1242 году).
   «Православные люди! Похотим помочь Московскому Государству, не пожалеем животов наших. Встанем все, как один, за Русскую землю, за Дом Пресвятыя Богородицы, заложим жен и детей, но спасем Отечество!» — такими словами пламенно взывал наш великий отечестволюбец Косьма Минин-Сухорук к русским людям, убеждая их подняться на защиту и спасение Родины (в 1612 году).
   И как живо свидетельствует вся русская история, возвышенное наименование это не было лишено самого глубокого смысла. Все важнейшие события исторической жизни нашего русского народа так тесно связаны с почитанием Пресвятой Богородицы, Которая в самые тяжелые и критические моменты его исторического бытия чудесным образом приходила ему на помощь, спасая его от врагов сильнейших, что действительно Родина наша была как бы домом Ее, в котором Она постоянно обитала, защищая его от всех бед и напастей.
   И это Свое незримое, но тем не менее всегда реальное-ощутимое присутствие на Русской Земле Она являла чрез многочисленные чудотворные иконы, которые всегда благоговейно чтились не как идолы, по наглому утверждение хулящих св. иконы сектантов, а именно, как видимые знаки, символы Ее незримого присутствия и покровительства верующим русским людям. И по горячей вере этих русских людей, от икон этих часто источались безчисленные чудеса. А когда гибель угрожала всему русскому народу в целом, по усердной молитве перед этими иконами, Пресвятая Богородица воистину чудесно спасала Русскую Землю от страшного разорения, а русский народ — от истребления врагами.
   Невозможно исчислить все такие многочисленные случаи чудесной помощи Матери Божией, но стыдно русскому человеку не знать хотя бы о главнейших из них, как например, о спасении Руси, по молитвам пред чудотворной иконой Владимирской, от нашествия страшного азиатского завоевателя Тамерлана в 1395 г., что вспоминается нашей Церковью 26 августа ст. ст., и о спасении от ужасов и разрухи Смутного Времени, по молитвам пред чудотворной иконой Казанской (1613 г.), что вспоминается 22 октября ст. ст.
   Стыдно, повторяем, не знать русскому человеку всего этого: стыдно не знать дивного покрова Божией Матери над нашей Россией. Не знать этого — значит не знать подлинной русской истории вообще.
   Потому-то и чтил русский народ, после светлого праздника Воскресения Христова, больше всего праздник Успения Пресвятой Богородицы, называя его «Богородичной Пасхой», поскольку уже на третий день, после Своего всеславного Успения, Пречистая Матерь Божия была воскрешена Своим Божественным Сыном и взята Им в небесные обители, где Она с тех пор неустанно молится и ходатайствует за нас, грешных.
   В продолжение более нежели восьми веков русский народ горячо возсылал свои моления «Заступнице Усердной рода христианскаго», и Она немедленно являла ему Свою дивную благодатную помощь, пока под действием темных сил, подготовляющих явление в мiре Антихриста, не явились и у нас на Русской Земле страшные неистовые кощунники, безбожники и хулители Пресвятой Девы, обрекшие тем самым на гибель нашу несчастную Родину.
   Пока чтил русский народ свою Заступницу и Покровительницу, легко и вольготно жилось на Русской Земле, которую благословил Господь всяким изобилием, так что хлебом ее кормились едва ли не все народы мiра. Росла и ширилась она, укрепляясь внешне и внутренно, процветала и благоденствовала, восходя от силы в силу. Но позавидовал благоденствию русского народа враг вселукавый, возненавидел «Дом Пресвятыя Богородицы» как мешающий ему в осуществлении на земле его адских планов оплот истинно-христианской веры и замыслил уничтожить его. Как некогда в раю к Еве, хитро и льстиво подошел он к русскому человеку, соблазнив его обманчивыми мишурными благами западной лже-культуры. Постепенно, но настойчиво и систематически, неприметно для детски-простодушного взора, вливался смертоносный яд змеиный в души русских людей. Все дальше и дальше отводил их враг от веры отцов, все больше и больше отравлял их души материализмом, неверием и безбожием, лукаво внушая ему, что это и есть истинные блага.
   Поддался вражьему обольщению русский народ и... отступил от своего векового исторического призвания — быть хранителем и оплотом единой истинной, единой спасающей св. православной веры. Отвернулся он, в своем безумном ослеплении, от Богоподобного лика Пречистой Заступницы своей и исконной Покровительницы, забыл все безчисленные благодеяния Ее. Страшно сказать, до чего дошли обезумевшие под чадом врага православные русские люди — в бесновании своем они докатились до кощунственной хулы на Пречистую. Вспоминает об этом во второй половине прошлого столетия в одном из своих писем святитель Феофан, Вышенский Затворник, говоря: «Следует наказать нас: пошли хулы на Бога и дела Его гласныя. Некто писала мне, что в какой-то газете «Свет» № 88 напечатаны хулы на Божию Матерь. Матерь Божия и отвратилась от нас; ради Ея, и Сын Божий, а Его ради Бог Отец и Дух Божий. Кто же за нас, когда Бог против нас? — Увы!»  (Вып. VII, стр. 206).
   Удивительно ли после этого, что Русскую Землю постигли вскоре такие страшные кровавые бедствия?! Слишком уж велико было падение русского народа, поддавшегося обольщению сатаны! И этот тяжкий грех Богоотступничества и Богоборчества мог быть очищен поистине только огненным испытанием, слезами и кровью.
   Вот почему и Белое Движение и все другие попытки свергнуть иго лютого безбожия, воцарившееся над несчастным заблудившимся русским народом, не привели к желанной цели. Мало было одного освобождения внешнего от сатанинской власти. Ничего бы не дало оно русскому человеку, в душе которого продолжал бы жить этот яд змеиный. Только путем таких тяжких страданий мог очиститься русский народ от этого страшного яда. И эти страдания даны русскому народу: даны ему на пользу!
   Мы верим и надеемся, что эти страдания промыслительно попущены Богом нам во спасение и что Матерь Божия не отступила от русского народа окончательно, что не предаст Она его в бездну падения, откуда нет уже выхода, но пошлет ему избавление, как во времена древние, когда обратится он к Ней в слезах ПОКАЯНИЯ: «Владычице, помози на ны милосердовавше, не отврати Твоя Рабы тщи: Тя бо и едину надежду имамы».
   Что это так и что Матерь Божия не отняла окончательно Своего покрова над Русской Землей, об этом видимо свидетельствует дивное явление поздней чудотворной иконы Ее в самый день отречения от престола Государя Императора Николая Александровича — 2 марта 1917 года — Божией Матери Державной. Эта икона представляет Божию Матерь в царской короне, со скипетром и державою в руках, в красной, как бы пропитанной кровью одежде, со взглядом очей выражающим скорбь. Что может значить это, как не то, что Матерь Божия Сама взяла в Свои руки верховную царскую власть над Русской Землей, после того как обезумевшие русские люди отвергли своего Государя — Помазанника Божия? И Она со скорбью смотрит на тяжкие страдания русского народа, неизбежно вызванные его беснованием, и терпеливо ждет, как истинная Мать, его покаяния и обращения к Богу. Сие буди, буди!...

ТРЕТИЙ ВСЕЗАРУБЕЖНЫЙ ЦЕРКОВНЫЙ СОБОР.

   В день знаменательного праздника Сретения чудотворной иконы Божией Матери Владимирской — 26 августа8 сентября 1974 года — в св. Троицком Монастыре в Джорданвилле открывается Третий Всезарубежный Собор Русской Православной Церкви Заграницей. Важное и ответственное для нашей Церкви начинание!
   Первый подобный Собор происходил в 1921 году в Сремских-Карловцах — в Королевстве С.Х.С., позднее Югославии, второй — в 1938 году там же.
   Далеко не в таких благоприятных условиях и обстановке, как первые два, созывается этот Третий Собор. То было в братской православной стране, живы еще были наши старейшие иерархи, выехавшие из России и хорошо знавшие и помнившие нашу прежнюю Российскую Церковь со всеми ее обычаями и традициями, бывшие живой связью с нею, оставались еще в живых многие профессора Российских Духовных Академий, умудренные знаниями и опытом, жили еще у многих надежды на скорое возвращение «домой» — на освобожденную от ига лютого безбожия и возрожденную к новой светлой жизни Родину. Теперь все это ушло в вечность. И только немногие нити духовные и общность святой идеи связывают нас с прежней нашей Российской Церковью.
   Но как бы то ни было, а Церковь наша зарубежная еще живет и окормляет духовно православных русских людей, разсеянных по всему свету, несмотря на происшедшие в ней печальные расколы и все попытки так или иначе прекратить ее существование. А потому наш святой долг — делать все возможное, дабы она сохранилась и на будущее время, крепче утвердилась в своем призвании и лучше и плодотворнее исполняла свое прямое предназначение — дело служения вечному спасению принадлежащих к ней православных русских людей, включая сюда и естественно легшую на нее миссионерскую задачу, поскольку мы живем не в православных странах, а среди иноверцев.
   Главная же задача нашей Церкви в нынешнее лукавое время это — твердое и непоколебимое хранение чистоты св. Православия среди общего современного шатания и порою открытого отступления от истинно-православной веры, под лукавыми предлогами мнимой «христианской любви» и «соединения всех». Второй, не менее важной задачей, является ограждение нашей Церкви от всяких посягательств со стороны ее явных и тайных врагов на ее духовную свободу.
   Мы должны ясно и определенно исповедать и на деле показать, что для нас выше и дороже всего наше св. Православие в его чистом виде, без всяких новшеств и примесей человеческих измышлений лжеименного разума. И что потому мы дорожим нашим общениш ем не с теми, кто только называются «православными», хотя бы и были они носителями самых высоких духовных званий и санов, но лишь с теми, кто подобно нам, хранят чистой и неповрежденной истину св. Православия, не идя ни на какие компромиссы с его изменниками и предателями, с теми, кто вступают в дружественное общение с врагами Христа-Спасителя и Его Истинной Церкви, или ставят себя в духовную или материальную зависимость от них, продавая свою духовную свободу, за которую пролил наш Спаситель Свою дражайшую Кровь на Кресте (см. Галат. 5:1; 1 Петр. 1:18-19).
   Это — собственно говоря, самое главное, а все остальное, по Слову Христову, нам «приложится» (Матф. 6:33).
   Почему созывается Собор не из одних Епископов, а с участием клира и мiрян?
   Церковью Христовою, по канонам, управляют Епископы как преемники Апостольские, и никто этого права отнять у Епископов не может, пока они сами не осуждены, как еретики и нарушители канонов. Ни о какой демократии в Церкви Христовой и речи быть не может, и никто из клириков или мiрян посягать на управление Церковью не имеет права.
   Но Церковь состоит не из одних Епископов, а также из клириков и верующих мiрян, и именно Церкви в ее целом принадлежит одно из ее основных свойств — свойство святости, или непогрешимости.Критерий Истины у нас всегда был: «во что веровали повсюду, во что веровали всегда, во что веровали все»  (Пр. Викентий Лиринский). Истиной признавалось то, что принималось, как Истина, всем соборным сознанием Церкви.
   И хотя управляют Церковью только Епископы, но у нас никогда не было папизма, ни папской непогрешимости, ни давления, унаследованного на Западе от древнего языческого Рима, на «патрициев» — духовенство и «плебеев» — мiрян. В Теле Христовой Церкви пред Богом все равны, хотя и исполняют разные функции, как это мы видим в замечательном учении св. Апостола Павла о Церкви Христовой, где он проводит параллель между Церковью и человеческим телом, где много разных органов, из которых каждый исполняет свое особое служение, нужное для всего тела:
    «Ибо как тело одно, но имеет многие члены, и все члены одного тела, хотя их и много, составляют одно тело — так и Христос... Если нога скажет: я не принадлежу к телу, потому что я не рука, то неужели она потому не принадлежит к телу? И если ухо скажет: я не принадлежу к телу, потому что я не глаз, то неужели оно потому не принадлежит к телу? Если все тело глаз, то где слух? Если все слух, то где обоняние? Но Бог расположил члены каждый в составе тела, как Ему было угодно. А если бы все были один член, то где было бы тело? Но теперь членов много, а тело одно. Не может глаз сказать руке: ты мне не надобна; или также голова ногам: вы мне не нужны. Напротив, члены тела, которые кажутся слабейшими, гораздо нужнее»...
    «Посему, страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены».
    «И вы — Тело Христово, а порознь члены»  (1 Коринф. 12:12-27).
   Так и в Церкви Христовой разные звания и положения обязывают к своему служению и никто не должен вмешиваться в служение другого. Но как в обычном человеческом теле существует полная согласованность в действии всех членов, ибо иначе телу грозила бы гибель, так и в Церкви Христовой должно быть полное единомыслие и единодушие, к чему постоянно призывает христиан Слово Божие (см. Рим. 12:16; 16, 17—18; 1 Кор. 1:10-13; Фил. 2; 2—3 и др. места).
   Вот, ради укрепления и утверждения такого единомыслия и единодушия и совместной дружной и согласованной работы на пользу всей Церкви, и созываются такие Соборы, в которых участвуют все члены Церкви. И хотя, повторяем, управляют Церковью одни Епископы, но и Епископам весьма важно и полезно знать, как настроены и что думают о том или ином явлении в жизни Церкви клирики и мiряне, дабы принять все это во внимание, ради блага Церкви и лучшего ее руководства и окормления. Признаваемый великим Отцом Церкви св. Киприан Карфагенский, утверждавший, что«Епископ в Церкви, и Церковь в Епископе, и кто не с Епископом, тот и не в Церкви», вместе с тем подчеркивал, что «Церковь заключается в Епископе, клире и всех стоящих в вере», и своим пресвитерам и диаконам писал: «С самого начала епископства моего я положил за правило ничего не делать по одному моему усмотрению, без совета вашего и без согласия народа».
   Слово Божие и каноны учат не оставлять без внимания и «внешних», то есть совсем не принадлежащих к Церкви, даже в таком важном деле, как избрание нового Епископа (см. 1 Тим. 3:7). Тем более необходимо стоящим во главе управления церковного знать мнение и настроение членов Церкви и считаться с ним, ради мира и единомыслия и блага всей Церкви. Клирики и мiряне, если они искренно-верующие, честные и благоразумные люди, к тому же и наделенные опытом, много могут помочь Епископам в управлении Церковью, не вмешиваясь в него самовластно, но лишь предлагая вниманию Епископов то, что они находят важным и нужным для пользы Церкви.
   Вот, так именно и следует понимать истинную «соборность», в основе которой лежат не какие-либо демократические тенденции, не личные амбиции и своекорыстные стремления, а единственно — ревность о Боге и о благе Св. Церкви.
   То, что действительно необходимо для славы Божьей и для блага Церкви, нужно установить и ввести, нравится ли это кому-нибудь или не нравится.
   То, что приносит явный вред Церкви, должно быть устранено, тоже независимо от того, приятно ли это кому-нибудь или неприятно.
   И только одно единственное при этом надо помнить: в тех или иных решениях церковных дел и вынесенных постановлениях совершенно неуместны и недопустимы какие-либо личные страсти, субъективные пристрастия и чьи бы то ни было однобокие интересы. И, конечно, не может быть никакого места, как это часто бывает в светской жизни, так называемому «стадному чувству», которое всегда слепо.
   Все должно приноситься в жертву славе Божией, благу Св. Церкви и высочайшему делу спасения душ человеческих, без каких бы то ни было чисто-земных разсчетов и соображений.
   Церковь Божия есть учреждение Божие, а не человеческое, и в ней должно быть все по-Божиему, чисто и свято и направлено к одной святой цели.
   Вот, чего ждут, как нам известно, от созываемого ныне Третьего Всезарубежного Церковного Собора, все истинно-верующие православные русские люди за рубежом, для которых не осталось на земле никакого другого подлинного сокровища, кроме нашей Святой Церкви!

Не простишь ближнему — не будешь и сам прощен Богом!

    Мысли на неделю 11-ю по Пятидесятнице.
   «Тако и Отец Мой Небесный сотворит вам, аще не отпустите кийждо брату своему от сердец своих прегрешения их»
   (Матф. 18:35)
   В замечательной евангельской притче «О неблагодарном должнике» Господь всех нас людей грешных называет «должниками»: должниками в отношении к Богу и должниками в отношении друг ко другу. Должниками в отношении к Богу мы являемся потому, что не исполняем всех тех заповедей и повелений Божиих, которые мы должны исполнять, а должниками в отношении друг к другу — потому, что мы не воздаем друг другу должное, то есть то, что предписано нам воздавать друг другу законом евангельским: любви со всеми вытекающими из нее делами милосердия христианского.
   Все мы ежечасно, ежеминутно и, может быть, даже ежесекундно так или иначе, много согрешаем пред Господом — настолько много, что поистине являемся пред Ним неоплатными должниками: у нас нет никакой надежды самим, своими средствами уплатить Господу этот наш безмерно-великий долг, как у должника в евангельской притче не было надежды уплатить огромную сумму «тьмою талант», то есть 10.000 талантов.
   Что же нам делать?
   Если бы Господь не был безгранично милосерд, то, по законам чистейшей Правды Божией, всех нас несомненно ожидала бы неминуемая вечная погибель. Однако, «щедр и милостив Господь, долготерпелив и многомилостив» и «не до конца прогневается» (Пс. 102:8-9). Все наши долги Он нам прощает, но желает при этом, чтобы и мы подражали Ему в Его милосердии и всепрощении. Он прощает нам наши неоплатные долги, но требует при этом, чтобы и мы прощали ближним своим их малые долги в отношении к нам. Эти долги безконечно малы и ничтожны, по сравнению с нашими неоплатными долгами в отношении к Богу, как мала и ничтожна сумма в 100 динариев, по сравнению с огромной суммой в 10.000 талантов.
   Казалось бы, что стоит простить, когда за это обещана нам такая великая награда, как Божие всепрощение и, следовательно, райское блаженство!
   Но вот беда! Для самолюбия нашего нет ничего тяжелее, как прощать. Мы все слишком самомнительны и до крайности обидчивы, слишком высоко ценим себя и свои достоинства, действительные или только мнимые, воображаемые. Попробуй только кто, как нам кажется, оскорбить нас, и мы готовы, как говорится, «на стену полезть». А что самое ужасное: мы нередко ищем обид и оскорблений даже там, где их вовсе нет, а только обостренная мнительность наша находит их. В нынешние же времена, в особенности, как никогда, процветают среди людей пороки больного самолюбия, злопамятства и мстительности. Обидчивость дошла до того, что даже старший по возрасту не может сделать замечания младшему, старший по положению не смеет сделать никакого указания или внушения своему подчиненному. Тот сразу же выходит из себя, негодует и способен затаить «обиду» глубоко в сердце, ища потом случая «отомстить» так или иначе.
   А между тем нет недуга более губительного и зловредного, чем злопамятство, приносящее неисчислимое зло людям.
    «Памятозлобный», говорит великий наставник духовной жизни преп. Иоанн Лествичник, «есть аспид, скрывающийся в норе, который носит в себе яд смертоносный». Памятозлобие, как учат Св. Отцы уподобляет человека злым бесам, а мстительность есть дерзкое восхищение сана Божия.
    «Не мстите за себя, возлюбленные», говорит св. Апостол Павел, «но дайте место гневу Божию. Ибо написано: Мне отмщение, Аз воздам, глаголет Господь»  (Рим. 12:19).
   Там, где царит злоба и говорит чувство мстительности, там нет и в помине истинного христианства, а только одно лицемерие.
    «Ни от кого не отвращается Бог столько, как От непримиримаго человека», учит св. Иоанн Златоуст.
   И такому злобствующему и непримиримо настроенному к своим ближним человеку закрыт вход в Царствие Божие. И это вполне понятно, логично и законно. Ведь «Царствие Божие», как учит Слово Божие, «есть правда, мир и радость о Дусе Святе»  (Рим.14:17).
   Какой же мир и какая радость может быть в душе человека злопамятного, питающего злобу и ненависть в сердце своем?
   Христианская религия есть религия всепрощения, а потому безконечно далек от христианства человек, который не умеет прощать.
   Одно только необходимо всегда помнить, ибо и тут враг вселукавый старается напустить туман, внести смятение и сумбур в умы и сердца людей, стремясь использовать даже самое учение Христово в своих адских целях, в чем нередко и успевает, особенно в наше время.
   Когда речь идет о «христианском всепрощении», то имеется в виду прощение личных обид, нанесенных нам нашими личными врагами, по личным причинам. Но мы нисколько не в праве, однако, прощать человеку то зло, которое он причиняет не нам, а другим людям. Тем более не в праве мы покрывать своим всепрощением явного богохульника и кощунника, ведущего борьбу против Бога и веры в Бога. Мы не смеем только судить его более строго, чем самого себя (всегда спрашивая самого себя, а не грешу ли и я тем же самым, чем он, или чем-либо подобным, сходным?), но прощать его, то есть забывать то зло, которое он дерзко творит, выступая против Бога, против Христа и Его св. евангельских заповедей, и жить с таким человеком в мире, в дружественных отношениях, поскольку онлично нам ничего плохого не делает, мы не должны, ибо это будет с нашей стороны измена Богу.
    «Живи в мире с врагами, но с своими врагами, а не с врагами Божиими», учат нас Св. Отцы.
   В современном же человечестве все искажено, все делается как раз наоборот. Ссылаясь на евангельскую заповедь о всепрощении, теперь действительно все прощают... кроме личных обид.Охотно живут в мире и даже в дружбе с безбожником, богохульником, пьяницей, развратником, убийцей, говоря, что все это — его личное дело и не нам судить его за это, а надо прощать, но в то же времяникогда не прощают личных обид. За смертельного врага своего считают человека, который осмелится не то, что обидеть, оскорбить, а просто сказать неприятную правду в лицо. Так обострено ныне у многих больное самолюбие, что даже начальник, по долгу совести своей не может сделать замечания своему подчиненному, учитель — своему ученику, духовный отец — своему духовному чаду, а архипастырь не смеет вразумлять и наставлять подведомственных ему пастырей, так как это нередко вызывает взрыв негодования или порождает затаенную злобу и мстительность.
   Таково извращенное настроение современного человека, излукавившегося, кажется, до последней степени!
   Нет! христианин — не тот, кто умеет искусно льстить сильным и славным мiра сего и жить в мире с врагами Божиими, прикрываясь мнимой христианской «любовью» и «всепрощением», а тот, кто умеет от сердца прощать личные обиды и огорчения и чужд злопамятства и мстительности.
   Не заслуживает звания христианина тот, кто, вместо сознания своей вины, покаяния и исправления, в ответ на сделанное ему внушение со стороны лица, имеющего право и власть его вразумлять, злобится на него и старается отомстить ему так или иначе, — кто «чувство правды, оскорбленное и подавленное в себе, стремится вознаградить нападками на других, хотя бы то и неправыми» (Еп. Феофан Вышенский).
    «Памятозлобствуя, памятозлобствуй на бесов», поучает св. Иоанн Лествичник, «и враждуя, враждуй против твоей плоти непрестанно, ибо плоть сия есть друг неблагодарный и льстивый: чем более мы ей угождаем, тем более она нам вредит».
   Вот, куда надо нам направлять свое памятозлобие, чего современные люди, в большинстве своем, уже вовсе не делают, занимаясь всецело только угождением своей плоти. Других по каждому поводу осуждают и уничижают, а сами беззастенчиво предаются объядению, пьянству, курению, разврату и тому подобным делам страстной своей плоти.
   А заповедь о настоящей, не показной и притворной только, любви к ближним совсем забыта и заменена злобным, недоброжелательным чувством, ищущим лишь обвинений против ближнего, даже самых неосновательных, в корне нарушающих тот мир, к которому христиане призваны.
    «Аще возможно есть от вас, со всеми человеки мир имейте!»  (Рим. 12:18 и Евр. 12:14), учит христиан св. ап. Павел.
   Нет выше счастия и радости для нас, христиан, как жить в мире друг с другом, не заводя распрей и ссор, не осуждая и не обвиняя друг друга, не клевеща, не злобствуя и взаимно прощая друг другу наши немощи и слабости, от которых ни один человек не свободен. А прощение обид своему ближнему дает такое невыразимое словами утешение и облегчение совести, такую духовную отраду, что еще здесь на земле мы начинаем предвкушать райское блаженство... «Стяжи дух мирен и около тебя спасутся тысячи!» так любил говорить наш великий молитвенник и подвижник преп. Серафим Саровский.
   Нарушители же мира и творящие распри и раздоры, сеющие смуты творят дело диавольское и по слову Господа, преданы будут «мучителем, дондеже воздадят весь долг свой», то есть на веки-вечные, ибо долги наши людские пред Богом неоплатны.
   Кто же приносит самолюбие свое в жертву миру Божию, тот испытает великую радость всепрощения от Господа, и «мир Божий, превосходяй всяк ум»  (Фил. 4:7) навсегда водворится в сердце его, преисполняя его райского блаженства.
   Для этого важнее всего постоянно помнить и носить в сердце своем наставление Господа, данное Им Своим ученикам, а в лице их и всем истинным последователям Его — христианам, на Тайной Вечери:
    «О сем разумеют вси, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою»  (Ин. 13:35). Аминь.

Сущность Евангельского Учения — Любовь.

    Мысли в неделю 15-ую по Пятидесятнице
   Евангельское чтение в неделю 15-ую по Пятидесятнице (Матф. 22:35-46) замечательно тем, что оно в немногих словах раскрывает нам всю сущность евангельского учения. Как засвидетельствовал Сам Господь наш Иисус Христос, в ответ на вопрос иудейского законника: «Кая заповедь больши есть в законе?», все евангельское учение сводится в сущности к двум основным заповедям:
    «Возлюбиши Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею мыслию твоею: сия есть первая и большая заповедь. Вторая же подобна ей: возлюбиши искренняго твоего, яко сам себе. В сию обою заповедию весь закон и пророцы висят»  (Mатф. 22, 37—40).
   Итак, основой всего евангельского учения — солью его, является любовь: на первом месте -любовь к Богу, на втором — любовь к ближнему.
    Христианство — это любовь; где нет любви, где господствуют страсти злобы и ненависти, там нет христианства и в помине, хотя может быть вывеска его, как это иногда бывает в жизни, особенно — в современной, исполненной всяческой лжи, притворства и лицемерия.
   О, как трудно в наше время говорить о любви! Слово «любовь», правда, еще не изгнано совсем из жизни, но что под ним понимается: или нечистая, плотская «любовь», весьма легко переходящая в ненависть, чем и доказывается отсутствие настоящей любви в этой так называемой «любви» — или притворная «любовь» — «любовь» только на словах, лишенная дел любви, чем доказывается ее неискренность, — под которой скрываются совсем недобрые цели, весьма далекие от любви истинной.
   И современный мiр, глубоко погрузившийся в бездну зол, погибает именно из-за отсутствия в нем настоящей любви.
   И будем помнить: у кого нет настоящей любви к Богу и к ближним, тот и не христианин, хотя бы и назывался таковым.
   Но заметим: на первое место Христос-Спаситель ставит любовь к Богу. Это есть «первая и большая заповедь». Напрасно поэтому в маловерных и полубезбожных кругах современного общества готовы считать и признавать «истинными христианами» людей, хотя не верующих, как они говорят в Бога, но делающих будто бы добро ближним и ведущих нравственно-похвальный образ жизни. Делать внешне-видимое добро ближним и вести наружно нравственный образ жизни, — это еще не христианство. Какое же это «христианство», когда Сам Христос учил, что первая и большая заповедь — это любовь к Богу, а, следовательно, прежде всего вера в Бога, ибо нельзя и любить Того, существования Которого не признаешь?
   Итак: без любви к Богу нет христианства!
   Мало того: без любви к Богу, а, следовательно, веры в Него, невозможны никак и истинно-добрые дела, невозможен истинно-нравственный образ жизни. И это потому, что, со времени грехопадения наших прародителей Адама и Евы, естественный человек, не возрожденный благодатию Божиею чрез веру, — есть существо до крайней степени нравственно-испорченное, эгоистическое, своекорыстное, самолюбивое, а где царит эгоизм и своекорыстие, там какая может быть любовь к ближним? Там может быть только лукавая разсчетливость и искание своей выгоды — ничего более!
   И если мы присмотримся внимательно к жизни и поступкам такого будто бы добродетельного, но безрелигиозного человека, то увидим одно из двух: либо добродетели его грош цена, так как все добрые дела свои он делает только на показ, ради славы людской или ради каких-нибудь своекорыстных эгоистических целей, либо не так уж безрелигиозен он и безверен, а только притворяется или кажется таковым, имея в душе, хотя бы подсознательно, веру в Бога. Вообще говоря — чистая нелепость, будто можно быть истинно-добродетельным без веры в Бога и любви к Нему!
   Ради чего человек будет стеснять и ограничивать себя и свои эгоистические стремления, если Бога нет? Не лучше ли тогда жить просто в свое удовольствие, не обращая внимания на ближних, не думая о них и нисколько не считаясь с ними и с их желаниями и интересами? Единственным побуждением что-то доброе делать для ближних может быть только желание, чтобы тебя уважали и чтобы тебе было также хорошо. Но это побуждение и есть ведь чисто-эгоистическое: это уже не христианская добродетель, которая вполне безкорыстна и творится только во имя чистой и искренней любви вплоть до полной самоотверженности и самозабвения.
   Совсем другое дело, когда человек, веруя в Бога и искренно любя Бога, любит и своих ближних, творит добрые дела и ведет не показной, а действительно-нравственный образ жизни! Как не любить искренно своих ближних и не стараться благодетельствовать им, если они — такие же чада одного Отца нашего Небесного, как и мы? если они — мои братия и сестры? Если я люблю Бога, как посмею я оскорбить Его неповиновением Ему и нарушением Его заповедей?
   Значит, если мы любим Бога, то будем вести и тот добродетельный, нравственный образ жизни, какого Он от нас ждет и требует! Но Он не только этого от нас требует, а и Сам дает нам силы для исполнения — всесильную благодать Свою, которая перерождает наши души и делает нас способными творить добрые дела и исполнять заповеди Божии. Без благодати Божией, без возрождения ею, мы — ничто: все равно, что испорченная машина, негодный для работы аппарат. Благодать Божия исправляет все наши недостатки, восполняет наши недочеты, приводит в должный порядок наши силы и способности и дает необходимую энергию и ревность к деланию евангельского добра — к осуществлению в жизни двух главных заповедей: о любви к Богу и о любви к ближним.
   Итак, без веры в Бога и любви к Нему невозможна вообще никакая подлинно-добродетельная жизнь, невозможно никакое действительное добро. Нужно сначала научиться любить Бога, чтобы полюбить и ближнего — не своекорыстной, лицемерно-эгоистической, а подлинной, истинно-христианской, самоотверженной, разумной и осмысленной любовью.
   Но в чем заключается и в чем выражается любовь к Богу?
   Кого мы действительно (а не на словах только!) любим, тому стараемся делать все, что ему приятно, и стараемся избегать всего того, что его огорчает. Богу приятнее всего видеть нас праведниками, а более всего огорчают Его наши грехи. Значит, если мы на самом деле любим Бога, мы будем всей душой стремиться вести праведную жизнь, избегать грехов, особенно тяжких...
   Кто кого искренно любит, тот желал бы никогда не разлучаться с любимым. Если мы действительно любим Бога, мы никогда не пожелаем разлучаться с Ним, стремясь всегда находиться с Ним в постоянном общении чрез молитву. Значит, для искренно любящего Бога — самая высшая радость, самое высокое наслаждение это молитва и, особенно, молитвенное пребывание в храме Божием, ибо в храме наиболее ярко ощущается присутствие Божие.
   Когда мы кого-нибудь любим, мы все, что ни делаем, делаем так, как если бы мы находились на глазах у любимого, в его присутствии. Так если мы действительно любим Бога, мы никогда не можем забыть о Нем, о том, что Он постоянно взирает на нас Своими Божественными очами, притом всевидящими, — но куда бы мы ни шли, что бы мы ни делали, мы все делаем так, как если бы находились в Его непосредственном присутствии. Но ведь оно так и есть на самом деле: Бог всегда видит все — каждый наш шаг, читает каждую нашу мысль — как же должны мы быть осмотрительными и осторожными, чтобы чем-нибудь не скомпрометировать себя в глазах Любимого!
   Наконец, если мы кого-либо по настоящему любим, мы стараемся предупреждать его малейшее желание, а все, что от него исходит, принимаем с полной покорностью и терпением, хотя бы это было и неприятное. Так и мы, действительно любя Бога, должны являть полное послушание Ему во всем и смиренно принимать от Него и безропотно терпеть все посылаемые Им скорби и испытания.
   Да и как нам, в самом деле, не любить Бога всем сердцем и больше всего на свете!
   Ведь Он — наш любящий Отец, Он — Податель жизни, этого драгоценнейшего блага, Он — наш Промыслитель, пекущийся о том, чтобы и волос с нашей головы не упал напрасно, без Его воли, Он наш Спаситель и Искупитель: Он Сына Своего возлюбленного не пожалел, ради нас, но предал Его на крест и страшные поносные муки, нашего ради спасения. Как не любить такого Бога? Не любить Его — это действительно безумное умопомрачение!
   Но не всякий, кто говорит, что он — верующий и любит Бога, действительно таков. Пробным камнем истинной веры и любви к Богу является любовь к ближнему. Об этом выразительно свидетельствует Апостол любви св. Иоанн Богослов: «Кто говорит, что он любит Бога, а брата своего ненавидит, тот лжец»  (1 Иоан. 4:20).
   Кто утверждает, что он — человек верующий и любящий Бога, а ближних своих несправедливо угнетает и преследует, заботясь только о своем собственном благополучии, тот лжец — в том нет истинной любви к Богу, а только одно лицемерие. Особенно это свойственно именно нашему веку, когда многие нисколько не останавливаются перед делами злобы и ненависти, а в то же время не стыдятся заявлять о себе, как о людях верующих и любящих Бога.
   Особенно отношение к своим законным пастырям, этим служителям Церкви Божией, надо признать пробным камнем истинной веры и любви к Богу. Кто не оказывает должного послушания во всем своим пастырям, не проявляет любви и почитания к ним, а делает себя немилосердным судией над ними, преследует их злословием и клеветой, преувеличивая или даже измышляя их вины и недостатки, тот далек от истинной веры и любви к Богу, тот, по слову Апостола, лжец и обманщик.
   Кто вместо братской любви и уважения к своим собратьям во Христе занимается распространением всяких выдумок и клевет, порочащих их, интригами и доносами, дышит злобой и мщением, у того вовсе нет истинной веры и любви к Богу — тот лжец и обманщик.
   А как часто это встречается в наше больное время, когда многие выше всего ставят свое больное самолюбие и в жертву ему готовы приносить благо и честь своих ближних!
   Но надо знать и помнить, что и истинно-христианская любовь к ближним весьма далека от обычной светской слащавости и сентиментальности, болезненно-слезливой чувствительности и потворства страстям и порокам ближних, — той безмерной пристрастной снисходительности к явному злу, которая часто приводит к преступлениям, вплоть до самых тяжких.
    Истинно-христианская любовь отнюдь не смеет быть слепой: она разумна и строга, ибо единственной целью своею поставляет спасение душ ближних. Долг истинно-любящего обязывает показывать иногда строгость и суровость по отношению к грешащим и заблуждающимся, дабы этим заставить их опомниться, вразумиться и вернуться на путь истины. Ведь и Сам любящий Отец наш Милосердный Господь нередко так именно поступает с нами, как говорит Слово Божие:«Егоже бо любит Господь, наказует, биет же всякаго сына, егоже приемлет»  (Притч. 3:12).
   Строгость такая и суровость, однако, должна быть свободна от всякой внутренней ненависти и озлобления.
   Истинно-христианская любовь всеобъемлющая и всепрощающая, но вместе с тем она справедлива и строга и не знает снисхождения и поблажки там, где видит полное закоренение во зле, упорное противление истине и воле Божией, коснение во грехе и жестоковыйную нераскаянность.
   Господь прощает разбойника на кресте, снисходит к мытарям, блудницам и прелюбодейцам, когда они действительно искренно каются, но эта же любовь Божественная сурово карает первосвященника Илия за его неразумное снисхождение к порочным сыновьям, неразумную, полную потворства злу и поблажек, любовь к ним; эта же любовь Божественная наказывает дошедший до полного нечестия и морального развращения человеческий род всемiрным потопом; эта же любовь Божественная вразумляет нас войнами, наводнениями, землетрясениями, градом и мором и всякаго рода болезнями и бедствиями. Ибо истинная любовь знает одну цель — вечное спасение души человека и ведет к этой цели, употребляя самые разнообразные средства — приятные и неприятные, как и врач дает болящему не только вкусные лекарства, но и противные на вкус, а нередко причиняет ему мучения и страдания разными прижиганиями и операциями.
    Так и любовь человека к Богу и ближним тогда только разумна и правильна, когда она единственною целью своею поставляет спасение своей души и спасение душ ближних. Вне этой цели, всякая другого рода «любовь» будет в сущности только угождением самому себе, своей страстности, и никакой цены в такой любви нет.
   Мало того: она может быть даже явно-предосудительна и греховна, когда только питает чьи бы то ни было греховные страстные чувства и настроения.
   Для того, чтобы стяжать любовь истинную, необходимо прежде всего проникнуться искренней горячей верой в Бога, Который Сам есть ЛЮБОВЬ (1 Иоан. 4:16), и в Божество Сына Божия, воплотившегося нас ради человек и нашего ради спасения, и искупившего нас Своими крестными страданиями от греха, проклятия и смерти. Только такая вера способна возбудить в наших сердцах истинную, нелицемерную и спасительную для всех любовь к Богу и ближним. И мы наглядно видим, особенно в современной нам жизни, как оскудение веры всегда приводит и к оскудению любви, и человек превращается в зверя, для которого нет ничего святого.
   Нужно непрестанно молиться Богу, как молились Апостолы: «Господи, умножи в нас веру!»  (Лк. 17:5) — тогда только и любовь будет царствовать между нами!
   И будем постоянно напоминать себе наставление св. Апостола любви: «Станем любить не словом или языком, но делом и истиною»  (1 Иоан. 3:18) и Самого Воплотившегося по любви к нам Господа!
    «О сем разумеют вси, яко Мои ученницы есте, аще любовь имате между собою»  (Ин. 13:35). Аминь.

Воспитание детей: каким оно должно быть?

    Мысли на праздник Рождества Пресвятой Богородицы — 8-го сентября.
    «Марфо, Марфо, печешися и молвиши о мнозе, едино же есть на потребу, Мария же благую часть избра, яже не отъимется от нея» 
   (Лк. 10:41-42)
   Одной из самых тяжелых проблем нашего больного времени для честных и порядочных родителей является воспитание детей, которое стало неимоверно-трудным потому, что детей, по какой-то указке «свыше», систематически развращают, воспитывая из них настоящих закоренелых преступников, для которых ничего не стоит не только обидеть, ограбить, но и убить человека.
   Празднуемый ныне 8-го сентября ст.ст. праздник Рождества Пресвятой Богородицы дает христианским родителям указующую нить, как надо правильно вести воспитание детей, чтобы избавить их от страшной участи пойти путем современной жуткой преступности.
   В этот день, как плод усиленных молитв родителей, родилась от неплодной прежде матери Анны Та Пречистая Дева, Которая, как достойнейший в мiре сосуд, была избрана Господом для Своего вочеловечения. Долго молились Богу великие праведники Иоаким и Анна, умоляя Бога даровать им дитя, но молитва их не была услышана до тех пор, пока Анна не изрекла обещание, что рожденное ею дитя будет принесено в дар Богу. Едва Анна в молитве своей произнесла это обещание, как предстал пред нею Ангел Божий. «Молитва твоя услышана», сказал он, «воздыхания твои проникли облака и слезы твои канули пред Господом. Ты зачнешь и родишь дщерь благословенную, Которая будет выше всех дщерей земных. Ради Ея благословятся все роды земные, Ею дастся спасение мiру и наречется Она Мариею».
   Услышав эти слова, Анна, в великой радости, повторила свое обещание: «Жив Господь Бог мой! если у меня будет дитя, то отдам его Господу на служение — пусть оно служит Ему день и ночь, восхваляя святое Имя Его во всю жизнь».
   Предсказание Ангела исполнилось, и праведная Анна исполнила свое обещание. У нее родилась дочь Мария, и она посвятила Ее на служение Богу.
   Проводя жизнь, достойную обета, жизнь, отрешенную от земной суеты, Дева Мария, высшим благом для Себя поставив общение с Богом и угождение Ему, сподобилась высшей благодати — стала Матерью Воплотившегося от Нее Господа, вознесена превыше всякой твари и сделалась честнейшей и славнейшей самих воинств ангельских.
   Братие и сестры о Господе! не забудем, что Пречистая Матерь Божия, Которую мы сегодня ублажаем, при рождении Своем была таким же человеком, как и все мы, и Она, подобно всем нам, вопреки ложному учению римо-католиков латинян, унаследовала поврежденную прародительским грехом человеческую природу. Каким же образом достигла Она такой необычайной нравственной высоты, такого безмерного величия, что превзошла даже ангелов?
   Этим Она обязана Своим благочестивым родителям, которые посвятили Ее на служение Богу — выражаясь современным языком, дали Ей правильное религиозное воспитание. В результате такого воспитания Она и Сама, воспитанная во благочестии и в послушании родителям, нисколько не помышляла о тленной суете и о призрачных благах мiра сего, не заботилась ни о чем земном и скоропреходящем, а помышляла только о том, что «едино есть на потребу» - Она «избрала благую часть», Которая и «не отнялась от Нея», за что и ублажают Ее теперь «вси роди».
   Увы, как мало теперь осталось на свете таких родителей и таких детей, которые старались бы уподобляться своим искренним благочестием святым праведным Иоакиму и Анне и их благословенной дщери Марии!
   Родители заботятся в наше время более всего только о телесном здравии своих детей и о их лучшем устройстве и приспособлении к здешней земной жизни; дети же, лишенные твердых основ настоящего религиозного воспитания, часто совсем или почти совсем чуждые Бога и Церкви, непочтительны к своим родителям, скоро забывают их и отвращаются от них, коль скоро сами станут на ноги, ни во что ставя тех, кто дал им эту жизнь. И в результате, вся жизнь человеческая, лишенная здоровых и твердых основ веры и нравственности в своей ячейке-семье, окутывается все больше и больше мраком безверия и безнравственности, уподобляется жизни подлинно-скотской, звериной и даже — демоноподобной. Суета мiра сего, как ужасная трясина, засасывает и губит каждую человеческую душу, быть может, даже не лишенную добрых чувств и стремлений, но не имеющую твердых точек опоры для борьбы с безчисленными искушениями мiра сего, лежащего во зле, в разумном и правильном религиозном воспитании.
   Родители-христиане! помните, что дети ваши только тогда будут радостью и утешением для вас и опорой в вашей старости, когда вы научите их больше всего на свете дорожить тем, что «едино есть на потребу»: верой в Бога, всецелой преданностью Ему и стремлением всю жизнь свою так или иначе посвящать на служение Ему. Иначе, пеняйте на самих себя, если дети ваши будут доставлять вам только одно горе, приводить в скорбь и отчаяние, особенно в старости вашей, когда так естественно ждать вам от них помощи и поддержки во всем!
   Пример Пречистой Матери Божией особенно должен служить вам, матери-христианки, в деле воспитания дочерей ваших!
   Родители Пресвятой Девы Иоаким и Анна не задавались целью дать Ей блестящее светское воспитание, как многие родители современные. Они не учили Ее ни танцам, ни музыке, ни иностранным языкам, ни хорошим манерам. Они не наряжали Ее по последней моде, кстати сказать, в наши дни до предела непристойной и неприличной, не украшали ее всякими безделушками, не водили Ее на балы и вечеринки и театральные представления. Они, наконец, вовсе не думали о том, чтобы как можно выгоднее выдать Ее замуж. Единственной задачей их, к которой они неуклонно стремились, это было -воспитать свою дщерь в страхе Божием и искреннем благочестии.
   И вот — плоды такого воспитания! Любимым занятием Преблагословенной Девы была молитва, чтение Слова Божия и рукоделие, ради благолепного украшения храма Божия и благотворения бедным. Она не только не помышляла о нарядах и увеселениях, как другие девы Ее возраста, но убежденно бегала всей этой мiрской суеты и шума житейского и более всего любила уединение в тишине храма Божия или своей скромной келлии. И эта чистая и святая жизнь настолько сделалась как бы природной потребностью Ее возвышенной души, что Она решила всецело отдать Себя Богу и, не желая выходить замуж, дала обет всегдашнего девства.
   И вот за эту-то необычайную нравственную чистоту и всецелую преданность Богу, Она и прославлена превыше всех дщерей человеческих, удостоившись стать безмужней Матерью Самого Бога, а Имя Ее непрестанно славят все роды человеческие и будут величать и прославлять до скончания века.
   Эта вечная неувядаемая слава Пресвятой Девы Марии — урок не только для христианских родителей в деле воспитания ими своих детей, но есть предмет высочайшего назидания вообще для всех нас, христиан. Эта несравненная слава Ее, как «Честнейшей Херувим и славнейшей без сравнения Серафим», есть подлинно светоносный маяк для нас, блуждающих во тьме, которая все больше и больше окутывает современное человечество.
   Пусть заботы наши будут не о временном, суетном тленном, скоропреходящем, а прежде всего — о вечном, спасительном для душ наших, небесном. Мы все слишком много волнуемся, бегаем и суетимся, когда дело касается земных благ, а о небесном и вечном легко забываем, а ведь к переходу в вечность мы и должны себя готовить, в первую очередь.
   Постараемся же. чтобы упрек Господа, обращенный к евангельской Марфе: «Марфо, Марфо, печешися и молвиши о мнозе, едино же есть на потребу» не относился к нам и детям нашим, но чтобы одобрил и нас с ними Господь, как одобрил евангельскую Марию (прообраз Пресвятой Девы Марии), севшую у ног Господа и внимавшую Его Божественным словесам: «Мария же благую часть избра, яже не отъимется от нея!» Аминь.

ПРИВЕТСТВЕННОЕ СЛОВО ПРЕОСВЯЩЕННОГО АВЕРКИЯ, АРХИЕПИСКОПА СИРАКУЗСКОГО И ТРОИЦКОГО.

   ВАШЕ ВЫСОКОПРЕОСВЯЩЕНСТВО, Преосвященнейшие Архипастыри, всечестные отцы и дорогие братья, члены и делегаты Третьего Всезарубежного Собора!
   На мою долю выпал приятный долг и высокая честь приветствовать всех вас от имени нашей Св. Троицкой обители, которая была избрана нашим Архиерейским Собором для того, чтобы в ней происходили заседания этого нашего знаменательного Третьего Всезарубежного Собора Русской Православной Церкви Заграницей. Многие знают нашу Св. Обитель хорошо, особенно те, кто живут здесь же в Америке, некоторые ее мало знают. Конечно, о ней я не буду сейчас много говорить, но хочется сказать только в нескольких словах о том, чем живет и дышит наша Святая Обитель.
   Основана она сорок четыре года тому назад. Многие благочестивые богомольцы, приезжающие сюда к нам, не только из разных мест Северной Америки, но и из Южной и из других более отдаленных стран, вплоть до Австралии — откуда тоже бывают у нас богомольцы, прозвали нашу Обитель «Уголком Святой Руси». И, конечно, такое название можно объяснить только тем, что мы всеми мерами стараемся сохранить все традиции и обычаи старых русских монастырей, сколь это ни трудно в наших заграничных условиях, а в особенности потому, что у нас существует церковная типография, которая издает богослужебные книги для всей Русской Зарубежной Церкви, издает духовно-нравственную литературу и периодические издания в виде журналов на русском и на английском языках, и кроме того вот уже двадцать шесть лет как у нас существует Свято-Троицкая Духовная Семинария, которая приготовляет пастырей для нашей Русской Зарубежной Церкви. До настоящего времени окончили нашу семинарию девяносто восемь душ, из которых подавляющее большинство уже находится в священном сане, включая нескольких Епископов и священнослужителей уже в высоком положении, занимающих разные посты в нашей Русской Зарубежном Церкви и приходы и более скромные должности диаконов приходских церквей. Так или иначе, но наша Святая Обитель с самоотверженной братией, которые много трудятся, несет очень важное и ответственное послушание для всей Русской Зарубежной Церкви. Я хотел бы сегодня перед этим торжественным собранием подчеркнуть, что наша братия не имеет никаких других интересов и стремлений, кроме как послужить Господу и Его Святой Церкви, спасая свои души и содействуя спасению душ всех православных русских людей в изгнании и разсеянии сущих.
   Это ее задача, это ее миссия, которую она честно и самоотверженно, совершенно безкорыстно стремится исполнить, несмотря на все очень многочисленные трудности, возникающие на ее пути все больше и больше, потому что старшие наши братия стареют, умирают, постепенно выбывая из строя, а смены, к сожалению, очень мало. Есть, милостью Божией, но все же недостаточно. В прежние годы после этой ужасной кровопролитной, разрушительной второй мiровой войны к нам в Монастырь многие поступали под впечатлением перенесенных ужасов, а теперь, пожив, конечно, за границей более двадцати лет, в сравнительно хороших условиях: многие имеют собственные дома, по несколько автомобилей и все прочие блага жизни, конечно, при таком изобилии земных благ и удовольствии мало у кого может явиться мысль о поступлении в монастырь.
   Но, слава Богу, все-таки есть смена, и мы не можем слишком жаловаться и надеемся, что наше дело будет продолжаться и дальше, конечно, при поддержке нашей Высшей Церковной Власти и при поддержке всех вас. Даже не столько материальная поддержка нам нужна, потому что братия наша, не покладая рук, работает сама и зарабатывает тем хлеб насущный, сколько нам нужна религиозно-моральная поддержка всего Русского Зарубежья для того, чтобы сохранить и на будущее время этот уголок Святой Руси, как сами богомольцы его называют.
   Что же хочет пожелать наша братия собравшемуся Всезарубежному Собору? Наши пожелания очень скромны, но вместе с тем мы считаем, что это самое важное и необходимое, что должны мы все православные русские люди, живущие за границей, иметь ввиду. Мы считаем, что главная и основная задача нашей Зарубежной Церкви, это твердое и неуклонное хранение чистоты Святого Православия, что особенно важно в наше шатающееся время — время порою полного отступления от истинной Православной Веры под лукавым предлогом мнимой «христианской любви» и «соединения всех». Вторая, не менее важная задача — это ограждение нашей Русской Зарубежной Церкви от всяких посягательств со стороны ее явных и тайных врагов на ее духовную свободу. Мы считаем это особенно необходимым, потому что наша Церковь, как, конечно, хорошо вам всем известно, имеет много врагов и когда они видят, что они не могут нашу Церковь побороть, уничтожить внешними средствами и мерами, то они стремятся как-то простирать свое влияние на нее и подвергнуть своему давлению и даже совсем подчинить ее себе.
   Мы видим сейчас на лицо целый ряд таких явлений, когда целые поместные Церкви, начиная с нашей несчастной Российской Церкви, находятся не только под давлением, но даже под прямым порабощением черной сатанинской силы, овладевшей нашей Родиной, которая пытается небезуспешно использовать ее, как свое орудие для своих сатанинских целей.
   Вот почему мы считаем особенно важной задачей сохранить полную духовную свободу. Мы должны помнить, что мы дорожим общением не с теми, кто только называются православными, хотя бы они даже носили и высокие духовные звания и саны, но с теми, которым как и нам, так же дорого чистое безкомпромиссное Православие. Мы должны всячески оберегать себя от всяких попыток со стороны как то подчинить нас себе, подчинить своему влиянию или духовно или материально. Особенно опасно получение материальной помощи от разных сомнительных темных организаций. Мы видим целый ряд примеров в прошлом, какое опасное влияние оказывает это на тех, которые неосторожно подчинились этим темным силам, будучи от них или в духовной или материальной зависимости.
   Этого мы должны особенно бояться и с этим должны всячески бороться и всем этим попыткам должны непременно противостоять до последних своих сил. Вот это два наших главных, основных пожелания, и мы верим, что если мы будем всегда помнить эти две наши задачи, то Господь сохранит нашу Церковь от всякаго зла, продлив годы ее существования до счастливого возвращения на нашу возрожденную Родину. Это главное, а все остальное, по слову нашего Христа Спасителя, тогда нам приложится.
   Добро пожаловать, дорогие Преосвященнейшие Архипастыри, всечестные отцы и братья. Добро пожаловать в нашу Святую Обитель.
   И да поможет нам Господь, во Святей Троице славимый, Которой посвящена наша Обитель, во славу Его Пресвятого Имени, совершить наше делание, благополучно закончить этот Всезарубежный Собор и привести к плодотворному концу все наши решения и постановления!
   Господь да будет нам в помощь! Аминь.

«Крест — Царей держава».

   «Крест — царей держава», крест — «благочестия непобедимая победа», крест — «оружие непобедимое», — в таких словах и выражениях св. Церковь прославляет Крест, «на немже распяся Христос, Царь и Господь», в торжественный день праздника его Всемирного Воздвижения.
   А что это — не одни слова, а действительно так, ярко свидетельствует великое событие, происшедшее в 312 году по Р. Хр. — дивное знамение на небеси, которое окончательно сделало Императора древней языческой Римской Империи Константина Великого глубоко-верующим христианином, и не только положило конец страшным трехвековым неистовым гонениям на христиан, но и положило начало постепенной христианизации всей Империи.
   О том, как все это произошло, обстоятельно повествует нам славный церковный историк Евсевий Памфил в своей «книге первой о жизни блаженнаго Царя Константина». Он прежде всего разсказывает нам об отце Императора Константина Констанции Хлоре, который был расположен к христианству и не хотел преследовать христиан, как было при его предшественниках Диоклитиане, Максимиане и Максентии.
   По смерти отца войска провозгласили Константина Августом. «Утвердившись на царстве, Константин тотчас же начал пещись об отеческом наследии, обозревал все прежде бывшия под властию отца его области и с великим человеколюбием управлял ими. Сверх того подчинил себе варварския племена по Рейну и западному берегу океана, которыя осмелились было возмущаться, и из диких сделал кроткими, а другия, походившия на лютых зверей, усмирил, и видя, что они не способны к принятию правил мирной жизни, прогнал их из пределов своей империи. Потом он представил себе весь состав вселенной, как одно великое тело и, видя, что глава этого тела — царственный город Римской Империи терпит рабское притеснение от тирана, защиту его сперва предоставил властителям над прочими частями государства, как лицам по возрасту старшим (Галерею Максемиану и Максимину, между которыми разделена была тогда на 4 части Римская Империя). Но когда никто из них не был в состоянии оказать помощь свою Риму так что желавшие попытаться постыдно оканчивали вое предприятие, Константин сказал, что жизнь ему не в жизнь, пока царственный город будет оставаться под бременем бедствий — и начал приготовляться к уничтожению тиранства» (Главы 22, 25 и 26).
   Между тем и сам тиран, видя в Константине опасного для себя соперника, Максентий, сидевший в Риме, объявил ему войну. «Силы Константина были слабее, нежели вражеския. Он чувствовал, что ему нужна помощь свыше и искал ее. Он стал думать, какого Бога призвать бы себе на помощь. При этом пришло ему на мысль, что не малое число прежних державных лиц, возложив надежду свою на многих богов, обманулись и окончили дело свое несчастливо и что отец его Констанций во всю свою жизнь почитавший единаго Всевышняго Бога, имел знамения Его покровительства, и убедился, что должно чтить Бога отеческаго» (Глава 27).
   «И начал призывать Его, просить и умолять, чтобы Он явился, вразумил его о Себе и в предлежащем деле простер ему Свою десницу. Усердно вознося свои молитвы и прошения об этом, Царь получил удивительнейшее, посланное от Бога знамение, так что и поверить было бы не легко, еслибы говорил кто другой. Но нас с клятвою уверял в этом сам победоносный Царь, когда, спустя долго после того, мы писали настоящее сочинение и удостоились его знакомства и беседы; посему, кто станет сомневаться в истине сего сказания, — тем более, что и последующее время было свидетелем его истины?
   «Однажды, в полуденные часы дня, когда солнце начало уже склоняться к западу», говорил Царь, «я собственными очами видел составившееся из света и лежавшее на солнце знамение креста, с надписью » Сим побеждай
   Это зрелище объяло ужасом, как его самого, так и все войско, которое, само не зная куда, следовало за ним и продолжало созерцать явившееся чудо» (Гл. 28).
   Было это в 28-ый день октября 312 года, когда Константин с войском шел против Максентия, заключившагося в Риме. Это чудесное явление креста среди белаго дня засвидетельствовано и многими современными писателями, со слов очевидцев.
   Особенно важно свидетельство исповедника Артемия перед Юлианом-Отступником, которому при допросе Артемий говорил: «Христос свыше призвал Константина, когда он вел войну против Максентия, показав ему в полдень знамение креста, лучезарно сиявшее над солнцем и звездовидными римскими буквами предсказавшее ему победу на войне. Быв сами там, мы видели его знамение и читали буквы, видело его и все войско: много свидетелей этому и в твоем войске, если только ты захочешь спросить их» (См. Историю Филосторгия, 45).
   «Константин находился однакож в недоумении и говорил сам себе: «Что бы значило такое явление?» Но между тем как он думал и долго размышлял о нем — наступила ночь. Тогда во сне явился ему Христос Божий с виденным на небе знамением и повелел, сделав знамя, подобное этому виденному на небе, употреблять его для защиты от нападения врагов» (Глава 29).
   «Встав вместе с наступлением дня, Константин разсказал друзьям своим тайну и потом, созвав мастеров, умевших обращаться с золотом и драгоценными камнями, сел между ними и, описав им образ знамени, приказал, по подражанию ему, сделать такое же из золота и драгоценных камней. «Это знамя», говорит Евсевий, «случилось видеть и нам собственными очами» (Глава 30).
   «Оно имело следующий вид: на длинном, покрытом золотом копье была поперечная рея, образовавшая с копьем знак креста. Вверху на конце копья неподвижно лежал венок из драгоценных камней и золота, а на нем символ спасительного наименования: две буквы показывали имя Христа, обозначавшееся первыми чертами, из середины которых выхолила буква р. Эти буквы Царь впоследствии имел обычай носить и на шлеме. Потом на поперечной рее, прибитой к копью, висел тонкий, белый плат — царская ткань, покрытая различными драгоценными камнями и искрившаяся лучами света. Часто вышитый золотом, этот плат казался зрителям невыразимо красивым и, вися на рее, имел одинакую широту и долготу. На прямом копье, котораго нижний конец был весьма длинен, под знаком креста, при самой верхней части описанной ткани, висело сделанное из золота грудное изображение Боголюбезнаго Царя и его детей.
   Этим-то спасительным знаменем, как оборонительным оружием, всегда пользовался Царь, для преодоления противной и враждебной силы, и приказал во всех войсках носить подобныя ему» (Глава 31).
   «Пораженный дивным видением и решившись не чтить никакого другого Бога, кроме виденнаго, Константин призывал к себе таинников Его слова и спросил их, Кто тот Бог, и какой смысл знамения, которое он видел? — Они отвечали, что тот Бог есть Единородный Сын Одного и Единственнаго Бога, а явившееся знамение — символ безсмертия и торжественный знак победы над смертью, которую одержал Он, когда приходил на землю. Потом, подробно раскрыв учение о вочеловечении, они объяснили Константину и причины Его пришествия» (Глава 32). Так началось оглашение Императора, бывшего язычника, светом христианской веры, в которую он с тех пор стал все более и более углубляться, как повествует далее Евсевий.
   «Константин, хотя и вразумлялся их словами, однакож, тем не менее имел пред очами чудо дарованнаго ему Богоявления и, сравнивая небесное видение с словесным объяснением, утверждался в своих мыслях. Он был убежден, что знание сих предметов посылается ему свыше, и даже сам начал заниматься чтением Божественных Писаний. Сверх сего, повелел находиться при себе Божиим иереям — в той мысли, что виденнаго Бога должно чтить всеми способами служения.
   Оградившись таким образом благими на Него надеждами, он поспешил наконец угасить пламень тиранскаго огня» (Глава 32).
   Призвав Бога всяческих и призвав, как Спасителя и Помощника Христа Его, Константин с победной хоругвью выступил с войском против Максентия, укрепившегося в Риме. Силою Божиею, Император Константин одержал блистательную победу над тираном Максентием, творившим в Риме нечестивые и злодейские поступки. Спасаясь бегством, тиран был низринут с Милвианского моста в реку Тибр, в 15 верстах от Рима, и утонул.
   Возблагодарив Бога, победитель с торжеством вступил в царственный город, где его встречали «с веселыми лицами и сердцами, с благословениями и невыразимой радостью. Мужья с женами, детьми и тьмою рабов громогласно и неудержимо провозглашали его своим избавителем, спасителем и благодетелем. Впрочем, обладая как бы врожденным благочестием, он нисколько не тщеславился сими восклицаниями и не возгордился похвалами, но сознавая Помощь Божию, тотчас же вознес благодарственную молитву к Виновнику победы» (Глава 39).
   Всенародными памятниками и подписями Имп. Константин поведал всем людям силу спасительного знамения Христова. «Среди царственного города он воздвиг эту священную хоругвь и начертал определенно и неизгладимо, что сие спасительное знамя есть хранитель Римской Империи и всего царства. Когда же на самом людном месте Рима поставили ему статую, — он немедленно приказал то высокое копье в виде креста утвердить в руке своего изображения и начертать на латинском языке слово в слово следующую надпись: «Этим спасительным знамением, истинным свидетельством мужества, я спас и освободил ваш город от ига тирана, и по освобождении его, возвратил римскому сенату и народу свободу, прежний блеск и знаменитость»  (Глава 40).
   Впоследствии Имп. Константин и его воины неоднократно испытывали помощь и силу Креста Господня. Как свидетельствует Евсевий, «где знамение креста показывалось, там враги обращались в бегство, а победители преследовали их. Когда Царь узнал об этом, то спасительное знамя, как действительнейшее средство победы, повелел переносить туда, где видел какой-либо свой полк ослабевшим. Победа с ним тотчас возстановлялась, потому что сражавшихся при нем укрепляла бодрость и сила, посылаемая свыше» (Книга вторая — глава 7).
   «Посему тем из своих щитоносцев, которые отличались крепостью тела, силой души и благочестивым нравом, Константин повелел состоять единственно при служении этому знамени. Таких мужей числом было не менее пятидесяти, и они не имели другой обязанности, как либо стоять вокруг знамени, либо следовать за ним в виде стражи, когда каждый из них попеременно нес его на своих плечах. Писателю настоящей истории, спустя много времени после сих событий, разсказывал об этом на досуге сам Царь, и к своему разсказу присоединил следующее достопамятное происшествие» (Кн. 2-я, гл. 8):
   «Однажды в самом жару сражения в войске произошел шум и распространилось великое смятение. В это время некто, носивший на плечах знамя, сильно страдал от робости и потом передал свою ношу другому, чтобы убежать с поля битвы. Когда же один принял знамя, а другой удалился, и находился уже вне стражи знамени, — пущенная стрела в сего последняго пронзила ему чрево и лишила его жизни. Принимая наказание за боязливость и неверие, он упал и умер. Напротив, для того, кто взял спасительную хоругвь, она сделалась охранением жизни, так что сколько ни пускали в него стрел, — он оставался невредим; все удары их принимало на себя копье знамени» (Кн. вторая, глава 9).
   Силою Креста Господня Имп. Константин победил потом ополчившегося на христианство Ликиния, Скифов и Сарматов (Кн. II, гл. 12, 16 и 17; кн. IV, главы 5 и 6).
   Таким образом, крест, бывший прежде у язычников орудием позорной казни, стал при Имп. Константине знамением победы — торжества христианства над язычеством и предметом самого глубокого почитания.
   Миланским эдиктом в 312 г. Имп. Константин дозволил всем без стеснения принимать христианство.
   Эдиктом 313 года предписывалось возвратить христианам места богослужебных собраний и все недвижимые имущества, отнятые во время гонений.
   В 314 году Имп. Константин запретил языческие игры, затем освободил духовенство от гражданских должностей и церковные земли от общих повинностей; отменил казнь через распятие и издал строгий закон против иудеев, возстававших на Христианскую Церковь (313—315 г.г.); дозволил совершать освобождение рабов при церквах без особых формальностей, которые были весьма затруднительны в гражданских судах (316 г.), запретил частным лицам приносить жертвы идолам и обращаться к гаданиям у себя на дому, оставив это право только обществам (319 г.); издал повеление по всей Римской Империи праздновать день воскресный (321 г.); отменил бывшие у римлян законы против безбрачия, в ограждение дававших обеты девства христиан и христианок; предоставил Церкви право получать имущества по завещаниям; допустил христиан к занятию высших государственных должностей; приказал созидать свободно христианские храмы и запретил вносить в них по обычаю, существовавшему в языческих капищах, императорские статуи и изображения (325 г.).
   Вот, сколь могущественной и непобедимой проявила себя сила Креста Христова, преобразившая громадный языческий мiр в империю христианскую, а царей ее — в верных стражей Церкви и христианского благочестия. И все попытки после Императора Константина, причисленного Церковью к лику святых и наименованного «равноапостольным», возродить язычество и так или иначе подорвать истинное христианство, неизменно кончались крахом. Сила Креста Христова побеждала, и истинное христианство торжествовало победу над всеми своими врагами. Вот почему легкомысленно и преступно пренебрегать этой дивной Божественной силой!

«ПРИИДИТЕ, ВСИ ЯЗЫЦЫ, БЛАГОСЛОВЕННОМУ ДРЕВУ ПОКЛОНИМСЯ, ИМЖЕ БЫСТЬ ВЕЧНАЯ ПРАВДА!..»

   Такими словами Церковь Христова призывает все народы земли — все человечество — поклониться «благословенному древу» Креста Господня, которым все мы искуплены от греха, проклятия и смерти, тяготевших над нами со времени грехопадения наших прародителей.
   В честь величайшей для нас святыни Креста Господня и установлен нарочитый торжественный праздник всемiрного Воздвижения Честного и Животворящего Креста, празднуемый 14-го сентября по ст.ст. Он является заключительным в ряду прочих великих праздников. Нарисовав нам дивную картину всего домостроительства Божия о нашем спасении в целом ряде празднуемых ежегодно Господских и Богородичных праздников, св. Церковь в заключение приводит нас к поклонению Кресту Господню, как бы говоря каждому из нас: «Ты видел все, что сделано Богом для твоего спасения, но ты еще не знаешь, что именно надлежит делать тебе, дабы улучить вечное спасение. Вот сегодня я и говорю тебе: если хочешь спастись, прильни ко Кресту Христову — и спасешься! В нем, орошенном Пречистою Кровью Спасителя твоего и Бога, сокрыты чудодейственные животворные силы, которые воскресят твою душу, умерщвленную грехами. Возлюби же Крест Господень — это великое знамение любви Божественной и дивное орудие спасения твоего, возлюби это воистину «благословенное» и «треблаженное древо» превыше всего на свете — прильни к нему, не только устами лобызая его, но всею душою твоею, всем сердцем, всем внутренним существом твоим — и спасешься!»
   Да будет ведомо всем вам, братие, что наименование Креста Господня «животворящим» это не есть только одно красивое образное название, лишенное смысла и значения. Нет! в Церкви у нас нет ничего без смысла и значения и каждое слово, каждое наименование вполне выражает действительную сущность вещей
   Крест Господень потому называется «животворящим», что он «животворит» — «оживляет», делает живым все, что с ним входит в соприкосновение. Ярче всего и нагляднее всего эта животворная сила Креста проявила себя при самом его нахождении.
   По окончании Первого Вселенского Собора, когда осуждена была ересь Ария, отвергавшего Божество Сына Божия и когда благоверный Царь Константин радовался установившемуся в христианской Церкви согласию в вере, его благочестивая мать Царица Елена возгоралась горячим желанием найти крест, на котором распят был Господь Иисус Христос. В 326 году по Р. Хр. она прибыла в Иерусалим, и там, после долгих поисков, ей было указано, что Крест Христов зарыт в земле на одном холме, где было воздвигнуто языческое капище. При раскопке земли найдено было три креста и отдельно лежавшая дощечка с надписью на трех языках — еврейском, греческом и латинском — Иисус Назорей Царь Иудейский. По виду трудно было определить, какой из крестов был Крест Господень. В это время несли мимо хоронить умершего. Епископ Макарий распорядился остановить похоронную процессию и велел по очереди возлагать найденные кресты на умершего. Возложение двух крестов не произвело никакого действия; когда же был возложен третий крест, мертвый воскрес. Это чудо явно для всех указало на животворную силу Креста Господня и за ним установилось название «Животворящего Креста».
   Имея в виду эту дивную животворную силу Креста Господня, св. Церковь распорядилась дать самое широкое употребление крестного знамения в жизни христиан. Освящая крестным знамением каждый шаг, каждое движение, каждую сторону жизни верующих христиан и предписывая им употреблять как можно больше и чаще это спасительное знамение, Церковь следует в этом отношении откровению Божию, которое получил Император Константин Великий, когда ему явилось на небе перед решительной битвой с врагами знамение креста с надписью над ним: «Сим побеждай!»
   Крестное знамение и необходимо нам для того, чтобы силою его побеждать врагов нашего спасения. А какую действительно великую силу в этом отношении оно имеет, Церковь разъясняет в своем песнопении:
    «Господи, оружие на диавола крест Твой дал еси нам: трепещет бо и трясется, не терпя взирати на силу его: яко мертвыя возставляет, и смерть упраздни»...  (стихира, гл. 8).
   И сколько чудес совершено силою крестного знамения, этого и не перечислить!
   Вот лишь немногие из них, известные из житий святых.
   Св. Апостол Иоанн Богослов знамением креста мгновенно исцелил лежавшего при дороге больного.
   Преп. Макрина, сестра св. Василия Великого, страдала от страшной раны в груди. Когда мать ее осенила больное место знамением креста, Макрина мгновенно исцелилась от своей болезни.
   Св. Фекла, когда возвели ее для мучений на костер, осенила себя крестным знамением, и огонь не причинил ей никакого вреда.
   Преп. Иулиану поднесли в чаше яд. Он, перекрестив чашу, выпил яд и остался невредим.
   Когда преп. Венедикт осенил крестным знамением стакан со страшным ядом, которым хотели его отравить, стакан разбился на мелкие части, как бы от удара камнем.
   И доселе, за каждой Божественной литургией в каждом христианском храме, сила крестного знамения совершает величайшее в мiре чудо, претворяя хлеб и вино в истинное Тело Христово и истинную Кровь Христову, причащение Коих оживотворяет душу человека и делает его причастником жизни вечной.
   Имея в виду такую великую спасительность и животворное значение для нас крестного знамения, св. Кирилл Иерусалимский наставляет христиан:
    «Да не стыдится каждый из нас исповедывать Распятаго; пусть изображает рукою знамение св. креста на челе и на всем: на хлебе, который вкушает, на сосудах, из которых пьет. Пусть изображает его на себе при входах и выходах, когда ложится спать и встает, когда находится в пути или отдыхает. Он — великое предохранение от всех бед и несчастий»  (Огласит. поучение 13—36).
   В наше Богоотступническое время многие христиане, к несчастию своему, стыдятся исповедывать открыто свою веру в Распятаго Христа — стыдятся многие и крестного знамения, а потому отвыкли даже употреблять его. Некоторые же считают частое употребление крестного знамения признаком ханжества и фарисейства и боятся насмешек над собой со стороны людей неверующих и легкомысленно-настроенных.
   О, какое грубое невежество и неразумие! Неужели так трудно догадаться, кто это насмешками и всякими иными способами старается вывести из употребления христиан это спасительное знамение?
   Ведь это делает как раз «тот», кто «трепещет креста и трясется, не терпя взирати на силу его» — исконный враг Божий и враг человеческого спасения диавол для того, чтобы обезоружить нас и сделать своей легкой добычей. Без креста мы, как воин без оружия, безсильны с ним бороться, и он тогда делает с нами все, что хочет — мы становимся жалкими игрушками его, простыми пешками в его злодейских руках!
   Но, братие, нельзя забывать и того, что крестное знамение только тогда имеет значение и проявляет всю свою силу, когда оно совершается с глубочайшим благоговением и искренней верой в Распятого на Кресте Господа. Нельзя считать крестным знамением того безпорядочного махания перстами у себя перед носом или перед грудью, какое позволяют себе некоторые христиане, небрежно так крестящиеся, не в прославление, а скорее в поругание Креста Господня. Святые отцы называют такое крайне-небрежное и неблагоговейное совершение крестного знамения «неистовым бесовским маханием» и говорят, что оно не только не имеет спасительного значения, но напротив, прогневляет Бога и тешит бесов, которые радуются, видя такое поругание страшного для них знамения.
   Крестное знамение надо совершать всегда чинно, благоговейно, с молитвенной сосредоточенностью и глубоким внутренним вниманием, не машинально, не торопясь и не спеша, а начертывая правильный крест на себе, по установлению Св. Церкви, то есть, возлагая три сложенных вместе перста на чело, на грудь, на правое плечо и на левое плечо. Все мысли в это время должны быть обращены к Распятому на Кресте, «нас Ради человек и нашего ради спасения» Господу-Спасителю, с глубокой верой в Него и твердой надеждой на Его всесильную помощь и заступление, а чувства должны быть проникнуты глубокой благодарной любовью к нему за Его жертвенный подвиг искупления нас, окаянных грешников, на Кресте от греха, проклятия и смерти.
   Только так совершаемое крестное знамение проявит всю свою чудодейственную силу и животворность, и такого крестного знамения просто безумие стыдиться и бояться.
   Разве стыдится воин своего оружия, которое носит?
   Разве отдает его без борьбы врагу своему, вместо того, чтобы защищать им себя и своих близких?
   Напротив, не гордится ли он своим оружием?
   Так и мы, христиане, единственное чем можем гордиться и хвалиться, это — Крестом Господним!
    «Мне же да не будет хвалитися, токмо о кресте Господа нашего Иисуса Христа, имже мне мiр распяся и аз мiру»  (Гал. 6:14), говорит великий Апостол языков св. Павел, прошедший с проповедью о Кресте Господнем всю вселенную.
   Крест Христов — это наша радость и похвала, ибо он есть великое знамение победы нашего Господа и Спасителя над грехом, проклятием и смертью, залог нашего спасения и вечной жизни, вечного блаженства.
    «На нем Христос Царь славы волею руце распростер, вознесе нас на первое блаженство, яже прежде враг сластию украд, изгнаны от Бога сотвори»...  (стихира, гл. 8).
   Чрез распятие Сына Божия на кресте «Кровию Божиею яд змиев отмывается»,  (стихира, гл. 2) и«мiр от прелести свобождается».
   Вне креста — погибель и смерть, в кресте — спасение и жизнь! Аминь.

Дорожим ли мы Омофором Пречистой?

    «Дева днесь предстоит в церкви, и с лики святых невидимо за ны молится Богу»... 
   (Кондак праздника Покрова).
   Неужели это правда? Неужели Сама, «Вышшая небес и чистшая светлостей солнечных», всякое прошение Которой исполняется Божественным Сыном Ея, принимает участие в нашей церковной молитве?
   Неужели Она, бывшая Сама «одушевленным храмом Небеснаго Царя», входит в наши убогие, рукотворные храмы и молится здесь вместе с нами подобно нам за нас, грешных?
   Да, это так! В этом удостоверяют нас многие события из жизни святых и, в особенности, замечательное событие, воспоминаемое 1-го октября по ст.ст.
   В день праздника Покрова Пресвятой Богородицы.
   Давно это было — около тысячи лет тому назад. Во Влахернском храме в Константинополе, где хранились великие святыни — риза Богоматери, Ее омофор, или головное покрывало, спускавшееся на плечи, и часть пояса, — совершалось всенощное бдение. На бдении присутствовал великий праведник того времени блаженный Андрей, Христа ради юродивый, вместе с своим учеником Епифанием. И вот, в 4-м часу ночи им представилось дивное зрелище. От царских врат шествовала величественная Жена, окруженная страшной свитой. Честный Предтеча Господень и Апостол Иоанн Богослов поддерживали Ее под руки, а множество святых в белоснежных одеждах окружали Ее, воспевая гимны и священные песни.
   Когда Она приблизилась к амвону, блаженный Андрей, как бы не доверяя очам своим, спросил Епифания: «Видишь ли Госпожу и Царицу мiра?» — «Вижу, отец мой духовный», отвечал тот: «вижу и ужасаюсь». И вот, пока они смотрели, Она, преклонив колена, молилась долго-долго, обливая слезами Свое Боговидное и Пречистое Лице. Окончив здесь молитву, подошла затем к престолу — молилась и тут столь же горячо за предстоящий в храме народ. По окончании молитвы, Она сняла с Себя блиставшее на подобие молнии, великое и страшное покрывало, которое носила на Пречистой Главе Своей, и, держа его с великой торжественностью Своими пречистыми руками, простерла его над всем стоящим в храме народом.
   И долгое время, пока видима была Пресвятая Богородица, видно было и это распростертое над народом покрывало, излучавшее из себя молниевидную славу Господню...
   Так наглядно, по изволению Божию, было показано людям покровительство Божией Матери всему христианскому роду, а наипаче — молящимся в храме.
   Много и других подобных видений и случаев известно, из коих мы со всею очевидностью убеждаемся, что Пречистая Матерь Божия — действительно покровительница наша, а, в особенности, покровительствует Она всем любящим церковную молитву и никогда не оставляет без Своей помощи и всесильного заступления всех усердно молящихся в храме Ее.
   Вникнем в это поглубже, братие!
   Сама Пречистая Дева с безчисленными ликами Святых входит в наши храмы, когда мы совершаем в них богослужения, и молится с нами и за нас, окаянных грешников.
   Разумно ли, после этого, пренебрегать храмом и чуждаться молитвы церковной?
   Сама Царица небесе и земли до того снисходит к нам, грешным, что приходит в наши убогие храмы и проливает за нас горячие слезы материнской молитвы, содействуя тем и нашим собственным молитвам невозбранно возноситься к престолу Божию. Она простирает над нами чудодейственный омофор Свой, показывая этим Свое особенное покровительство и заступничество всем, кто любит молиться в храме, а мы так часто оказываемся столь черствыми и неблагодарными, столь безчувственными и слепыми, что не ценим этой великой любви Богоматери к нам, скверным грехолюбцам, пренебрегаем молитвой церковной, и в те дни и часы, когда в храме совершается богослужение, даже в дни воскресные и великих праздников, предпочитаем иногда пойти куда-угодно, но только не в храм Божий на церковную молитву.
   Вдумайтесь в это, братие, поглубже и повнимательнее, и вы, если еще не совсем потеряли веру и совесть, ужаснетесь, до чего мы, люди, называющее себя христианами, безконечно легкомысленно относимся к величайшему и спасительнейшему для нас делу церковной молитвы, враждуем точно против самих себя и наивно, капризно и глупо по-ребячески, как упрямые, непослушные дети, отвращаемся от чудесного Покрова Пречистой, пренебрегая Ее всесильною за нас молитвою!
   И после этого — надо ли удивляться, если в жизни у нас все идет прахом, если постигают нас всякаго рода бедствия и неудачи и если ни в чем не находим мы духовного удовлетворения, мира, спокойствия и душевной отрады, которых не купишь на земле ни за какую цену. Без молитвы, и особенно молитвы церковной, невозможно быть истинному христианину.
    «Христианин без церкви», говорит наш великий всероссийский праведник и молитвенник св. Иоанн Кронштадтский: «как рыба без воды, не может жить истинною жизнью; церковь — его стихия».
   У каждого из нас в жизни бывает много горестей и печалей, порою столь болезненных и мучительных, что кажется иной раз, и перенести их нет сил. Но кто искренно верует в Покров и заступничество Матери Божией, кто любит молиться Ей и поспешает в храмы Ее, чтобы быть ближе к Ней, где Сама Она предстоит с нами невидимо перед престолом Божиим и молится за нас Богу, — тот не может не ощущать дивного веяния благодати Божией, изливающейся на него от распростертого над нами омофора Пречистой: все горести и печали мiрские далеко-далеко отлетают прочь, и является радостная и непоколебимая уверенность в своей безопасности, возникают нежданно-негаданно откуда-то появившиеся силы к борьбе с превратностями этого лежащего во зле греховного мipa, и главное — удивительно-блаженное чувство полного успокоения, мира, радости и духовной отрады.
   «Все обаяние, вся прелесть страстей», говорит о такой молитве св. праведный Иоанн Кронштадтский в своем замечательном дневнике: «исчезают; я как бы умираю для мiра и мiр для меня со всеми своими благами; я оживаю в Боге и для Бога, для единаго Бога, и весь Им проникаюсь; я делаюсь, как дитя, утешаемое на коленях матери; сердце мое тогда полно пренебеснаго, сладкаго мира; душа просвещается светом небесным; все светло видишь, на все смотришь правильно, ко всем чувствуешь дружество и любовь, к самым врагам, и охотно их извиняешь и прощаешь. О, как блаженна душа с Богом!»
   Горе тем, кто, увлекаясь суетными и злыми помыслами пренебрегает Покровом Божией Матери и бегает от него: это — безумие, которому нет равного. Кто чуждается церкви и не принимает участия со всеми верующими в церковной молитве, — тот духовно умирает.
   Знает это враг рода человеческого, и чего-чего только не придумает, лишь бы только отвести христиан от церкви. А в наш материалистический век эгоизма, самолюбия и служения своему чреву и изнеженной плоти — это особенно легко ему удается. И службы в церкви, мол, слишком продолжительные — выстоять их невозможно, нет времени и вредно для здоровья: то слишком тепло, то слишком холодно, то увидишься в церкви с тем, кого не желаешь видеть, то хозяйственные дела дома нельзя бросить, то какие-то экстренные дела мешают и т.д. и т.д., то есть тысячи предлогов всегда найдутся лишь бы оставить нас без церковной молитвы и лишить спасительного Покрова Пречистой.
   Не так было в прежние времена! Тогда еще были истинные христиане, духом горящие, которых действительно «ничто не могло отлучить от любви Божией во Христе Иисусе» — «ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота ни глубина, ни другая какая тварь»  (Рим. 8:38). Всенощные бдения продолжались, как это и показывает самое их название, всю ночь, и никто не тяготился этим, никакие домашние дела и хозяйство не могли отвлечь от всецелого посвящения Богу седьмого дня по заповеди. А всякая взаимная вражда и недоброжелательство в храме забывались. Горяча была вера, несокрушимо упование, пламенна любовь и всех обнимал, окрылял и согревал всесильный, чудодейственный Покров Пречистой, под Которым ничто не было страшно верующему христианину, и он с радостью готов был идти на всякие лишения, даже на муки и лютую смерть за Имя Христово.
   Дорогие о Господе братие и сестры! «Дева днесь предстоит в церкви»: как тогда, так и сегодня, так и всегда, Она, преклонив колена, «невидимо за ны молится Богу», обливая слезами Свое Боговидное и Пречистое Лице.
   И о чем Она больше всего плачет?
   Она, конечно, плачет о нашем неразумии, о нашей холодности, о нашем маловерии, неверии и окамененном нечувствии, что для нас всего губительнее. Она всех нас хотела бы обнять Своей Материнскою Любовью, в знак чего простирает над нами Свой дивный светящийся омофор. Не будем же тупыми, упрямыми, неблагодарными детьми: отзовемся всем сердцем на Ее любящий призыв, на Ее горячие молитвы за нас, такою же благодарной, горячей молитвой и будем всегда, усердно посещая храмы Ее, взывать к Ней:
    «Радуйся, Радосте наша, покрый нас от всякаго зла честным Твоим омофором!»
    «В храме стояще славы Твоея, на небеси стояти мним, Богородице, дверь небесная, отверзи нам двери милости Твоея!» Аминь.

ПОЧЕМУ ДЛЯ ИСКУПЛЕНИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО РОДА ОТ ГРЕХА, ПРОКЛЯТИЯ И СМЕРТИ ПОНАДОБИЛАСЬ КРЕСТНАЯ ЖЕРТВА ХРИСТОВА?

   Ответ на этот вопрос дают нам многие изречения Священного Писания, а также и Священное Предание нашей св. Церкви, в лице многих прославленных Отцов и учителей Церкви первых веков христианства. Особенно же сильно и убедительно раскрывают нам это именуемый «Отцом Православия» св. Афанасий Великий, Архиепископ Александрийский, и Великие Вселенские Учители и Святители Василий Великий, Григорий Богослов и Иоанн Златоуст.
   Как свидетельствуем Слово Божие, в лице нашего Творца-Господа «Милость и Истина сретостеся, Правда и Мир облобызастася»  (Пс. 84:11).
   Господь безгранично правосуден: Он — праведный Судия, что весьма ярко удостоверяет Слово Божие:
    «Праведен Господь и правды возлюби, правоты виде Лице Его»  (Пс. 10:7);
    «Возлюбил еси правду, и возненавидел еси беззаконие»  (Пс. 44:8);
    «Праведен еси, Господи, и прави суди Твои»  (Пс. 118:137);
    «Правда Твоя правда во век, и закон Твой истина»  (Пс. 118:142).
   И вот, по закону безусловной Правды Божией, согрешившему человеку, в лице наших прародителей Адама и Евы, изречен праведный приговор, который повлек за собой изгнание из рая, лишение райского блаженства и радости общения с Богом, что и было для них проклятием и, как последствие греха — смерть.
   Но Бог не только праведен и правосуден: Он — «щедр и милостив, долготерпелив и многомилостив»  (Пс. 102:8); Он «есть любовь» 1 Иоан. 4:16), как учит об этом пространно и трогательно возлюбленный ученик Христов св. Иоанн Богослов.
   Как же совместить в деле искупления падшего человека одно и другое — совершенное Правосудиеи совершенную Любовь?
   Крестная Жертва Христова как раз и явилась таким совмещением по Премудрому, Всеблагому и непостижимому для ограниченного ума человеческого Промыслу Божию, как всегда и везде учила об этом истинная Церковь Христова, руководствуясь свидетельствами Священного Писания и толкованиями Своих великих Отцов и Учителей.
   По Своей безграничной любви и неизреченному человеколюбию, Господь, конечно, мог бы просто помиловать падшего человека, но где тогда было бы Его безграничное правосудие? — Ведь оно тогда было бы нарушено. И вот, во имя Своего правосудия, как самое яркое и действенное выражение Своей Отеческой Любви к нам, падшим людям, Господь Сам принимает на Себя исполнение праведного приговора и умирает, после жесточайших мук, за нас на кресте в Лице Возлюбленного Сына Своего, с Которым Он, по учению Слова Божия, одно (см. Иоан. 10:30«Я и Отец — одно») и «Которого Он предложил в жертву умилостивления в Крови Его чрез веру,  для показания правды Его в прощении грехов»  (Рим. 3:25).
   Слово Божие ясно свидетельствует, что «без пролития крови не бывает прощения»  (Евр. 9:22), а так как кровь тельцов и козлов в Ветхом Завете сама по себе не давала прощения — не уничтожала грехов» (Евр. 10:4), то Христос-Спаситель вошел во святилище не с чужою кровию, как это делали ветхозаветные первосвященники, но «со Своею Кровию… и приобрел вечное искупление»  (Евр. 9:12).
   Так именно постоянно учили христиан Святые Апостолы:
    «В том любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши» 1 Иоан. 4:10).
    «Христос умер за грехи наши, по Писанию»  (1 Кор. 15:3).
    «Не тленным серебром или золотом искуплены вы», говорит св. Апостол Петр, « но драгоценною Кровию Христа, как непорочнаго и чистаго агнца»  (1 Петр. 1:18-19). Здесь ясное указание на то, что приносившиеся в жертву в Ветхом Завете агнцы были прообразами Крестной Жертвы Христа-Спасителя, отчего и Сам Он получил наименование «Агнца Божия, вземлющаго грехи мiра»  (Ин. 1:29) или — «Агнца, закланнаго от создания мiра»  (Апок. 13:8), поскольку принесение Себя в жертву за грехи мipa Сыном Божиим имелось в виду в предвечном Совете Божием еще от создания мipa.
    «Христос пострадал за нас... Он грехи наши Сам вознес Телом Своим на древо, дабы мы, избавившись от грехов, жили для правды: ранами Его вы исцелились»  (1 Петр. 2:21-24).
    «Христос, чтобы привести нас к Богу, однажды пострадал за грехи наши, праведник за неправедных, быв умерщвлен по плоти»  (1 Петр. 3:18).
   Разъясняя значение Крестной Жертвы Христовой, святитель Афанасий Великий говорит:
   «Так как надлежало, наконец, всем людям уплатить свой долг  (а долг состоял в том, что все люди повинны были смерти, что преимущественно и было причиною пришествия Иисуса Христа на землю); посему Он, доказав Свою Божественность делами Своими, принес, наконец, и жертву за всех людей, предав на смерть храм Своего Тела, дабы, чрез это, с одной стороны, сделать всех неповинными и свободными от древнего преступления  (т.е. от первородного греха Адамова, тяготевшаго на всех людях), с другой — явить Себя победителем смерти, и нетление собственнаго Своего Тела, соделать начатком всеобщаго воскресения... Смерть была необходима: непременно надлежало быть смерти за всех людей, потому что надлежало быть уплате общаго долга,лежавшаго на всех людях. На сей конец Слово, по природе Своей безсмертное, восприяло плоть смертную, дабы ее, как Свою собственную плоть принесть в жертву за всех людей, и дабы плотию претерпеть за всех смерть» («О воплощении» 20).
   Совершенно так же, как об «уплате долга», или «выкупе», учит о Крестной Жертве Христовой и св. Василий Великий:
   «Тогда как никто из людей, по Слову Писания, не мог «дать Богу измены за ся и цену избавления души своей»  (Пс. 48:8), чтобы умилостивить Бога, потому что все сами повинны были греху, таковою изменою и ценою избавления за души всех явилась равноценная всем людям святая и многоценная за них пролитая Кровь Господа нашего Иисуса Христа. Почему же? Потому что Он не простой был человек, а превосходящий естеством людей Богочеловек, и кроме того по самому человечеству Своему был совершенно безгрешен, почему не имел нужды в том, чтобы давать Богу

выкуп за избавление Своей души, а Сам мог дать и действительно дал таковой за других, являясь, по слову Апостола, «Архиереем преподобным, незлобивым, безскверным и отлученным от грешник... Иже не имать по вся дни нужды, якоже первосвященницы, прежде о своих гресех жертвы приносити, потом же — о людских невежествиих»  (Евр. 7:26-27; 9, 7 - Толк. на Пс. 48:8-9).

   А вот как говорит св. Григорий Богослов:
   «Христос именуется «избавлением»  (1 Кор. 1:30), как освобождающий нас, содержимых под грехом, какдавший Себя за нас в искупление, в очистительную жертву за вселенную»  (Слово о Богосл. 4).
   «За каждый наш долг воздано особо Тем, Кто превыше нас... Для сего древо за древо и руки за руку; руки, мужественно распростертыя, за руку, невоздержно простертую; руки пригвожденныя за руку своевольную; руки, совокупляющия во едино концы мipa, за руку, извергшую Адама. Для сеговознесение на крест за падение, желчь за вкушение, терновый венец за худое владычество, смерть за смерть»  (Слово 3).
   И Св. Иоанн Златоуст также подчеркивает, что Крестная Жертва Христа-Спасителя была ничем иным, как «уплатой долга» за грехи людей:
   «Представь, что заимодавцу задолжал кто-нибудь десятью оволами, и он ввергает в темницу не только самого должника, но даже жену его, детей и слуг; но приходит другой, и не только вносит те десять оволов, но еще дарит десять тысяч талантов золота, ведет узника в царский дворец, сажает на самом почетном месте, осыпает его почестями и отличиями, тогда давший в заем десять оволов позабудет о них и думать».
   «Точно так случилось с нами! Христос заплатил гораздо больше, нежели чем мы были должны: Его уплата, в сравнении с долгом то же, что безмерное море в сравнении с малой каплей. Итак, не сомневайся, человек, видя такое богатство благ; не любопытствуй знать, как потушена искра смерти и греха, когда на нее пролито целое море благодатных даров» (На посл. к Рим. бесед. X, 2).
   «Для того, чтобы изгладить грехи, Он добровольно умер. Почему, однако, сказано: поднял или вознесет? Для того, чтобы обозначить Крест, потому что на нем был пригвожден ко кресту грех: крестом были разрушены грехи»  (на Исаию гл. 53).
   «Будем носить Христов крест, как бы венец. Все, имеющее отношение к нам, совершается при посредстве креста: нужно ли получить возрождение, является крест; нужно ли быть вскормленным тою Таинственною Пищею или быть рукоположенным в известный церковный сан, или сделать что-либо другое, всюду — символ нашей победы! Поэтому с большой заботливостью начертываем его и в жилищах, и на стенах, и на дверях, и на челе, и в уме. Это — знамение нашего спасения и всеобщей свободы и доказательство милосердия Господа нашего: «яко овча на заколение ведеся»  (Ис. 53:7). Поэтому, когда ограждаешь себя крестным знамением, то размышляй в своем уме о всем значении креста и угаси свой гнев, а также и все прочие страсти. Когда ограждаешь себя крестным знамением, то преисполни свое чело великим дерзновением, сделай свободным свой дух. Знайте же, во всяком случае, что доставляет нам свободу. Поэтому и Павел, побуждая нас к этому самому, то есть к приличествующей нам свободе, так наставляет, напомнив о кресте и Крови Господних. «Ценою»,говорит он, «куплени есте, не будите раби человеком»  (1 Кор. 7:23). Подумай, говорит, о той цене, какая уплачена за Тебя, и не будешь рабом никого из людей. Ценою он называет Кровь, пролитую на кресте. Не просто пальцем надлежит напечатлевать его, но прежде всего расположением сердца с великою верою; и когда он таким образом бывает начертан на твоем лице, тони один из нечистых демонов не будет в состоянии стать вблизи тебя, видя меч, которым нанесен ему удар, видя нож, от котораго он получил смертельную рану»  (Слово о том, что не должно стыдиться прославлять Честный Крест... — Творения, том III, стр. 916—917).
   «Крест есть спасение Церкви. Крест — избавление наше от одержавших нас зол и начаток дарованных нам благ, крест — примирение с Богом его врагов и обращение ко Христу грешников... Крестом освобождены мы от насилия диавола и крестом избавлены от смерти и гибели. Крест сочетал людей с ликом ангелов, сделав их природу чуждою всякаго тленнаго дела и доставив им возможность проводить нетленную жизнь. До креста мы были чужды рая, а с явлением креста тотчас же разбойник удостоен рая.
   О, великая сила креста!.. Христос висит на кресте, — и диавол умерщвлен; Христос пригвожден ко кресту — и всякая душа разрешена от уз»  (Слово на Воздвиженье — т. VIII, стр. 804).
   Итак, вот в чем великое значение Крестной Жертвы Христовой для нас, согласно учению Слова Божия и величайших Отцев нашей Православно-Христианской Церкви!
   Преклонимся же смиренно и благоговейно перед этой великой Тайной Искупления нашего от греха, проклятия и смерти, как учит о ней наша Св. Церковь, с благодарной любовью к Богу — Спасителю нашему, в глубоком умиленном сознании, что нет на свете ничего, что могло бы сравниться с такою любовью Божиею к нам, падшим грешникам, так дивно и премудро сочетавшейся с Его Божественным правосудием!
   Слава, Господи, Кресту Твоему честному Наш подлинно-православный Пастырь.

Наш подлинно-православный пастырь.

Десятилетие прославления св. прав. Иоанна Кронштадтского: 1964—1974 г.г.

   В наше лукавое время, когда слуги грядущего Антихриста прилагают все свои усилия, чтобы подлинное Православие подменить и заменить «Православием» фальшивым, «Православием» только по имени, появилось не мало и «пастырей», которые носят только имя «православных», а подлинной силы и духа Истинного Православия отвергаются. Именно такие лже-пастыри и заполнили собою кадры живоцерковного и обновленческого «духовенства» у нас на Родине.
   Но «Живая Церковь» и «обновленчество» не были признаны верующим русским народом, который почувствовал сердцами своими всю их фальшь, и блистательно провалились на русской почве, прекратив свое официальное существование. Однако, дух «живоцерковничества» и «обновленчества» не умер, а продолжал и до ныне продолжает жить и у нас, на порабощенной безбожниками Родине, и за границей, среди всех православных поместных церквей, заразившихся этим тлетворным духом, не без самого старательного содействия все тех же, конечно, слуг грядущего Антихриста.
   Эти лже-пастыри модернисты и экуменисты, вместо Истинного Православия проповедующие и настойчиво пропагандирующие лже-православие, льстящее всем греховным страстям и порокам падшего человека, стремящееся во всем «идти в ногу» со временем и примирить христианина с «мiром, во зле лежащим», под всевозможными лукавыми благовидными предлогами, всюду теперь захватывают бразды правления в современных православных поместных церквах, стремятся играть везде главную руководящую роль и часто имеют успех, ибо искусно и хитро изображают из себя якобы ревнителей Православия.
   А действительная цель их — подменить Истинное Православие «православием» фальшивым, добиться, чтобы, по выражению Христа-Спасителя, «соль обуяла» (Матф. 5:13) — потеряла свою соленость, утратила свой дух и силу. Это — особый род борьбы с Церковью.
   Вот живыми и непосредственными свидетелями какого ужасного предприятия мы являемся! Всеми способами ведется сейчас в мiре страшная борьба с верой Христовой!.. И путем фальсификации и подлогов!
   И на фоне этого поистине самого жуткого, более жуткого, чем открытое безбожие и богоборчество, кошмарного явления, грозящего в корне уничтожить наше Святое Православие, разложив его извнутри, особенно ярко светят нам истинные пастыри Христовой Церкви, не продавшие душ своих врагам нашей святой веры. И среди них, конечно, в первую очередь, великий всероссийский пастырь — святый праведный Иоанн, Кронштадтский чудотворец, 145 лет со дня рождения которого ныне 19-го октября по ст. стилю мы вспоминаем, празднуя одновременно в этот же день и его тезоименитство и его торжественное прославление нашей Русской Православной Церковью Заграницей ровно 10 лет тому назад в 1964 году.
   И как характерно, что прославила его только одна наша Русская Зарубежная Церковь, и признано это прославление отдельными немногими лицами во всех других поместных православных церквах! И пусть никто из не признавших это прославление правильным и законным не оправдывается какими-то чисто-формальными доводами. Формальная сторона дела тут не причем! Вся сущность разного отношения к прославлению нашего великого праведника лежит в том, что отношение к нему в наше время стало как бы пробным камнем отношения к Истинному Православию, критерием «православности» того или другого человека.
   Кто не любит нашего всероссийского праведника и не желает признавать его прославления в лике святых Российской Православной Церкви, тот тем самым показывает, что он не любит Православия, потому что св. праведный Иоанн — подлинно-православный пастырь, он — живое воплощение Православия в его силе и действии.
   И недаром, совсем не напрасно наш великий праведник так любил восклицать: «О, чудное, животворное, Божественное Православие! Я вижу светлый образ твой!» Ведь он в себе самом носил и постоянно ощущал всю несравненную силу и духовную мощь этого чудного, животворного, Божественного Православия — Православия подлинного, Православия истинного в резкое отличие от всей той лукавой фальши, которая еще в его дни выдавала себя за Православие, не будучи в действительности таковым.
   И в самом деле. Как бы ни хулили нашего великого праведника те люди, которые ввергли нашу несчастную Родину в кровавую пропасть лютого безбожия и даже попав заграницу, еще не протрезвились, духовное величие его и вполне заслуженная слава для каждого безпристрастного и здравомыслящего человека неоспоримы и самоочевидны. Но откуда это величие и слава нашего дивного пастыря, приобретшего мiровую известность. Ведь перед ним преклонялись и глубоко его почитали даже многие иностранцы и иноверцы, испытавшие на себе силу его молитв и чудесного предстательства пред Богом.
   Откуда это?

От Святого Православия.

   Родившийся 19 октября 1829 года в селе Сура Пинежского уезда Архангельской губернии (на крайнем севере России) св. праведный Иоанн был сыном бедного, но благочестивого причетника Илии Сергиева и его особенно глубоко благочестивой супруги Феодоры. Он — плоть от плоти и кровь от крови той Святой Руси, которая жила и дышала Святым Православием. Вместе с молоком матери он с ранних младенческих лет впитал в себя дух истинного православного благочестия. А о своем дальнейшем духовном воспитании сам о. Иоанн вспоминал так: «С ранняго детства родители приучили меня к молитве и своим собственным примером сделали из меня религиозно-настроеннаго мальчика. Мой отец брал меня постоянно в церковь, и я всей душой полюбил общественное богослужение, особенно хоровое пение».
   С детства получив крепкую духовную опору в молитвенной атмосфере своего родного сельского православного храма, будущий о. Иоанн получил потом самое основательное духовное воспитание и научно-богословское образование в наших русских православных духовных школах — в Архангельском Духовном Училище, Архангельской Духовной Семинарии и С.-Петербургской Духовной Академии.
   Отсюда можно видеть, что о. Иоанн был действительно нашим русским православным пастырем, и вот где источник его величия и всей его славы!
   И он сам это всегда глубоко сознавал и никогда ни в чем не выступал от своего собственного имени, ничего не приписывал лично самому себе, а только почивающей на нем благодати священства, которой удостоила его наша Святая Православная Церковь.
   «О, братие» — так говорил он в своей замечательной беседе со священниками нижегородской епархии в 1901 году: «нам много дано от Господа Бога благодати, и если мы сохраним этот дар Божий, то мы непобедимы. Вот, досточтимые сопастыри, так я служу для славы Божией, для прославления Церкви Христовой и распространения веры православной».
    «Вера Христова православная», так умиленно восклицает о. Иоанн в своем вдохновенном дневнике: «сколько в тебе открыто благ неизреченных! Как ты обновляешь, очищаешь, претворяешь нашу душу и самое тело чрез веру, надежду, чрез покаяние, молитву и особенно чрез Животворящую Тайну Причащения! Сколько в тебе даров Божиих неизреченных! Какая Божественная жизнь! Какие чудные действия Духа Животворящего!...
    Сколько в тебе благ, вера святая, православная! Какая ты богатая сокровищница Божественная! Какая неистощимая житница! Какой источник живой воды Духа Святаго! Какое светозарное солнце всем, во мраке житейской ночи ходящим! Какой от тебя источник благоухания, святыни, нетления! Какая чудная ты соль земли!.. для нас, земных человеков, гнилостью греха зараженных до костей и мозгов!
   Благодарим Господа за такое небесное, святое, жизненное сокровище! Научи нас всех, Владыко, жить достойно такой веры, такого упования!..» («Мысли о Церкви», стр. 271).
   И все это мы видим наглядно в лице самого нашего дивного пастыря, который был действительно как бы живым воплощением всех этих неоценимых сокровищ Православия! И разве есть на Западе что-либо подобное тому, что явил в себе наш великий всероссийский праведник, столь яркий выразитель духа истинного Православия, ревностный и непоколебимый столп и поборник истинной православной веры и Церкви?!
   Ничего похожего! Наш о. Иоанн — явление совершенно исключительное, из ряда вон выходящее.
    Но его сделала таким наша Православная Церковь, и это нам необходимо всегда помнить: вне Православия такое явление было бы совершенно немыслимо, о чем свидетельствует сам о. Иоанн.
   Мы знаем, что о. Иоанн ко всем относился с большой, истинно-пастырской любовью и всем благодетельствовал — и римо-католикам, и протестантам, и мусульманам, и иудеям, над всеми совершал чудеса исцелений, но в то же время постоянно учил и проповедывал, что спасающая Истина — только в Православии, ибо все остальные исповедания «содержат Истину в неправде».
   «Ни одно исповедание христианской веры, кроме православнаго, не может привести христианина к совершенству христианской жизни или святости и к совершенному очищению грехов и к нетлению», так учил о. Иоанн: «потому что другия исповедания неправославныя «содержат истину в неправде» (Рим. 1:18), примешали суемудрие и ложь к истине и не обладают теми Богодарованными средствами к очищению, освящению, возрождению, обновлению, коими обладает Православная Церковь» («Мысли о Церкви», стр. 13—14).
   Что могут сказать на это решительное утверждение величайшего праведника нашего времени, несомненная святость которого и близость к Богу засвидетельствована многочисленными чудесами, все современные модернисты, либералы, «экуменисты», которые любят самоуверенно и самонадеянно заявлять, что «Бог Один», а потому все веры одинаковы и равноценны и что поэтому безразлично к какому вероисповеданию принадлежать, лишь бы «быть хорошим человеком?»
   Вся изумительная жизнь св. праведного Иоанна невольно заставляет преклоняться перед его учением, как перед непререкаемым авторитетом, а между тем он говорит: «Вне Церкви нет спасения, нет духа благодати»  (стр. 8).
   А где истинная Церковь, на это мы находим указание в безпристрастной истории: та, которая доселе хранит неизвращенным подлинное учение Христово, проповеданное св. Апостолами, без всякой примеси позднейших человеческих мудрований.
   «Та вера есть истинная», учит св. Иоанн, «которая ежедневно и непрестанно истребляет в человеке верующем всегубительный грех, очищает его, освящает, просвещает, обновляет, оживляет, укрепляет, а не та, которая производит вражду, преследования, пытки, казни  (католическая) или которая приводит к лжемудрованию, к господству растленнаго разума над Божественным Откровением, к отвержению иерархии, таинств, постов и почти всего того, что Дух Свитый, действовавший в св. Апостолах и св. Отцах, установил для нашего спасения (протестантизм» (стр. 30—31).
    «Безразличие в вере, или признание всякой веры за одинаково спасительную, ведет к безверию или охлаждению к вере», так утверждает на основании опыта св. Иоанн, а потому:«Строго держись единой истинной веры и Церкви», решительно завещевает он нам.
   Самое Богослужение нашей св. Православной Церкви, отличающееся необыкновенно-возвышенной небесной красотой, проникновенностью и назидательностью глубокого своего содержания свидетельствует о несравненном превосходстве св. православной веры над всеми другими исповеданиями.
    «Где есть такия молитвы, славословия, благодарения и прошения, такое чудное Богослужение, как в Православной Церкви?» спрашивает св. прав. Иоанн и тут же отвечает:« нигде»  (стр. 38)
   И мы видим теперь, как многие иноверцы восхищаются нашим православным Богослужением, нашим древним церковным пением, нашей иконописью.
   Ясно и убедительно вскрывает св. Иоанн в своих «Мыслях о Церкви» ложь римо-католицизма и протестантизма.
   «Самое вредное дело в христианстве», говорит он о римо-католицизме, «есть главенство человека в Церкви, например, папы и его мнимая непогрешимость. Именно в его догмате непогрешимости и заключается величайшая погрешность, ибо папа есть человек грешный, и беда, если он возомнит о себе, что он непогрешим. Сколько погрешностей, величайших, гибельных для душ человеческих, выдумала католическая папская церковь — в догматах, в обрядах, в канонических правилах, в Богослужении, в мертвящих злобных отношениях католиков к православным, в хулах и клеветах на Православную Церковь, в ругательствах, обращенных к Православной Церкви и к православным христианам. И во всем этом виноват непогрешимый, якобы, папа, его и иезуитов доктрина, их дух лжи, двоедушия и всяких неправильных средств «ad maiorem Dei gloriam» — к большей, якобы, славе Божией» (стр. 44).
   Еще более резко обличает св. Иоанн ложь протестантизма:
   «Лютеранство, прикрываясь именем христианской веры, есть в действительности отвержение веры, поблажка чувственности, с отвержением постов, монашества или жизни девственной, посвященной исключительно на служение Богу, поблажка лжеименному человеческому разуму с его философскими бреднями и его боготворение, отвержение божественнаго авторитета Вселенских Соборов и Св. Отцев, дерзкий разрыв с Вселенской Церковью и Ея Главою Христом — самочинное сборище, прикрывающееся именем «церкви» очищенной, реформированной» (стр. 38).
    «Кто не в Церкви», поясняет св. Иоанн: «тот не со Христом и общения с Богом ни здесь на земле, ни там на небе, иметь не будет. Поэтому необходимо принадлежать к Церкви Христовой, коей Глава есть Всемогущий Царь, Победитель ада Иисус Христос»  (стр. 52).
   А вот и заключение из всех этих мыслей, которое делает св. Иоанн, подводя итоги всему вышесказанному:
    «Православная Церковь превосходит все церкви неправославныя, во-первых, своею истиною, своим православием, соблюденным и завоеванным Кровью Апостолов, иерархов, преподобных и всех святых; во-вторых, тем, что вернейшим образом руководит ко спасению — ровным, прямым и верным путем; что верным образом очищает, освящает, обновляет посредством иерархии, Богослужения, таинств, постов; в-третьих, что наилучшим образом научает угождать Богу и спасать душу свою, наилучшим образом руководствует к покаянию, исправлению, молитве, благодарению, славословию» (стр. 38).
   И вот, будучи таким ревностным, подлинно-православным пастырем, св. прав. Иоанн пламенно предостерегал русских людей от все более и более распространявшегося у нас индифферентизма к вере, безверия и нигилизма, грозя неизбежной карой Божией. Не внял русский народ своему великому пастырю, и эта страшная кара Божия, как мы видим, разразилась.
   Что же теперь остается нам делать?
   Внять призыву нашего дивного праведника-пророка:
    «Доколе еще не поздно, обратитесь все неверующие к вере, к покаянию, в слезах и сокрушении сердца. Не опоздал бы кто! Может быть завтра же последует тебе, человек, суд Творца»  (Слово 15 апреля 1907 года).
    «Братие-други! Любите Церковь: в Церкви ваша жизнь или ваша живая вода, бьющая непрестанным ключом из приснотекущаго Источника Духа Святаго... О, какое благо — Церковь!
    О, веруйте, веруйте не словами только, но делами — во Святую, Соборную, Апостольскую Церковь, или общество спасаемых во Христе, украшаясь всякой добродетелью!»  («Мысли о Церкви», стр. 20).
   Исключительно-грозное переживаемое нами время особенно властно требует, чтобы мы оставили свое упорство, свою теплохладность и всякие неразумные увлечения и последовали призыву нашего великого подлинно-православного пастыря — пророка нашего злокозненного времени. Без этого — нечего нам ждать впереди!.. кроме самого ужасного...

Св. прав. Иоанн Кронштадтский — Пророк Божий, посланный России на вразумление.

К десятилетию Прославления.

   Св. праведный Иоанн, Кронштадтский чудотворец, был не только идеальным, подлинно-православным пастырем, «пастырем добрым», который не переставал болеть душой и глубоко скорбеть о духовных недугах современного ему русского общества, видя, как далеко отошло оно от истинной веры в Бога, от евангельских заветов Христа-Спасителя и от Матери-Церкви с ее спасительными правилами и установлениями.
   Он явил собою обреченной, нечестивой России образ пророка Божия, проповедующего Истину, обличающего ложь, призывающего к покаянию и предрекающего близкую кару Божию. Будучи сам, в своей личной жизни, живым примером кротости и смирения, незлобия и любви ко всякому человеку, св. Иоанн пламенно негодовал на все те вольнодумные либеральные течения, чрез кои безбожие и нечестие подкапывались под Православие и Россию. «Научись, Россия, веровать в правящего судьбами мiра Бога Вседержителя и учись у твоих святых предков вере, мудрости и мужеству!...» так многократно и горячо взывал он к русским людям, безумно влекшим свое Отечество в погибель:
    «Господь вверил нам, русским, великий спасительный талант Православной Веры... Возстань же, русский человек!.. Кто вас научил непокорности и мятежам безсмысленным, коих не было прежде в России?.. Перестаньте безумствовать! Довольно! Довольно пить горькую, полную яда чашу — и вам и России!»
   И в самый день рождения Государя Императора Николая Александровича 6-го мая 1907 года, хотя тогда и был период сравнительного затишья, грозно предрекал:

«Царство русское колеблется, шатается, близко к падению!»

   Отчего же столь великое, бывшее столь твердым, могущественным и славным прежде, Царство русское ныне так разслабело, обезсилило, уничижилось, всколебалось? Оттого, что оно сошло с твердой и непоколебимой основы истинной веры, и в большинстве интеллигенции отпало от Бога, Который Один есть непоколебимая во веки вечная держава, коим твердо держатся в дивной гармонии небо и земля столько веков. Вот отчего Царство наше колеблется... Некоторые царства и города, бывшие до Христа и после Христа, сошли совсем с позорища мiра за неверие и беззаконие.И чем дальше существует мiр прелюбодейный и грешный и преуспевает в беззакониях, тем он больше и больше слабеет, дряхлеет и колеблется, так что к концу мipa он совсем сделается трупом или дымящейся головней, которая совсем истлеет от последнего страшного всеобщего огня: «ибо земля и все дела на ней сгорят», по Апостолу, и «мы чаем новаго неба и новой земли, по обетованию Божию, на которых живет правда»  (2 Петр. 3:10-13).
   Достопримечательно, что, говоря о надвигающейся на Россию гибели за беззакония русских людей, св. Иоанн всегда соединял с этим предречение о приближающейся кончине мipa, Втором Пришествии Христовом и Страшном Суде.
   Вот как говорил он в своем слове 30 ноября 1906 года — в день памяти св. Апостола Андрея Первозванного:
   «Современный мiр обуяло неверие, безбожие — он впал в слепоту, покорился зверским страстям плоти; люди возомнили о себе, как о богах, и отвергли Бога — погрузились во тьму и мерзость всяких беззаконий и погибают снова безобразной смертью. Нужен снова Искупитель, но Он придет уже не спасать, а судить изолгавшийся, и обезумевший от неверия мiр и — страшен будет суд Его хулителям Его».
   В слове на Благовещение 25 марта 1906 года наш великий пастырь необыкновенно красочно изображает страшное нравственное разложение нашего русского общества, особенно бичуя нашу лживую печать, и грозит гибелью нашей Родине-России и Страшным Судом Божиим.
   «Вера слову истины», так говорил он, «Слову Божию исчезла и заменена верою в разум человеческий; печать, именующая себя гордо шестою великою державою в мiре подлунном, в большинства изолгалась — для нея не стало ничего святаго и досточтимаго, кроме своего лукаваго пера, нередко пропитаннаго ядом клеветы и насмешки, не стало повиновения детей родителям, учащихся — учащим и самих учащих — подлежащим властям; браки поруганы; семейная жизнь разлагается; твердой политики не стало, всякий политиканствует, — ученики и учителя в большинстве побросали свои настоящия дела и судят о политике; все желают автономии; едва не всякий ребенок мнит быть автономом; даже средния и высшия духовно-учебныя заведения позабыли о своем назначении — быть слугами Церкви и спасения людей. Не стало у интеллигенции любви к Родине, и они готовы продать ее инородцам, как Иуда предал Христа злым книжникам и фарисеям; уже не говорю о том, что не стало у нея веры в Церковь, возродившей нас для Бога и небеснаго отечества; нравов христианских нет, всюду безнравственность; настал, в прямую противоположность Евангелию, культ природы, культ страстей плотских, полное неудержимое распутство с пьянством, расхищение и воровство казенных и частных банков и почтовых учреждений и посылок, и враги России готовят разложение государства. Правды нигде не стало, и отечество на краю гибели. Чего ожидать впереди, если будет продолжаться такое безверие, такая испорченность нравов, такое безначалие? Снова ли приходить на землю Христу? Снова ли распинаться и умирать за нас? Нет! — полно глумиться над Богом; полно попирать Его святые законы. Он скоро придет, но придет судить мip и воздать каждому по делам. Теперь мы еще празднуем Благовещение Архангела, а может быть скоро услышим грозную весть: «Се Жених грядет в полунощи, и блажен раб, егоже обрящет бдяща»...
   В том же духе говорил св. Иоанн и в неделю Крестопоклонную 5 марта 1906 года:
   «Как относятся наши интеллигенты, некоторые учителя и неблагонамеренные писатели, учащаяся молодежь к святому и животворящему орудию нашего спасения — Кресту? Они не хотят чтить Креста и не кланяются ему, и не считают его нужным для себя, значит, переучились, и из света христианскаго вступили в непроглядную тьму бесовскую; возгордились сатанинской гордостью и забыли Того, Кто, будучи Богом, «смирил Себе» ради нас «до смерти и смерти крестной»  (Фил. 2:8), чтобы дать нам образец смирения и терпения и пример послушания Богу и властям земным. Без веры, смирения, терпения и послушания никто не угодит Богу и не избежит страшнаго праведнаго суда Его — вечнаго огня и ужаснаго тартара. Впрочем, недоучки и переучки не верят в личнаго, праведнаго, всемогущаго и безначальнаго Бога, а верят в безличное начало и в какую-то эволюцию мiра, по которой будто бы произошло все само собой, верят бредням еретика Толстого и подобным ему безверов, коим нет числа, а не Богу Истинному, а потому живут и действуют так, как-будто никому не будут давать отчета и ответа в своих словах и делах, обоготворяя самих себя, свой разум и свои страсти...
    По-видимому, скоро наступит день Второго Пришествия Христова, — ибо наступило предсказанное в Писании отступление от веры  (Апостасия), хотя еще не открылся человек греха, сын погибели (антихрист), противящийся и превозносящийся выше всего, называемаго Богом или святынею...
    «Тайна беззакония уже в действии, только не совершится до тех пор, пока не будет взят от среды удерживающий теперь (Самодержец, удаления котораго домогается известная публика) — и тогда откроется беззаконник (антихрист), котораго Господь Иисус убиет духом уст Своих и истребит явлением пришествия Своего — того, котораго пришествие, по действию сатаны, будет со всякою силою, и знамениями, и чудесами ложными, и со всяким неправедным обольщением погибающих за то, что они не приняли любви истины  (слышите — за, что?) для своего спасения. И за сие (слышите?) пошлет им Бог действие заблуждения, так что они будут верить лжи, да будут осуждены все, неверовавшие Истине (Евангелия и Церкви), но возлюбившие неправду — а теперь исчезла правда, и повсюду неправда, и в печати и в жизни».
   А вот поистине пророческие слова св. праведного Иоанна, в точности исполнившиеся, к несчастию, на наших глазах:
   «В последнее время Русское Царство сделалось царством неслыханных и нечаянных ужасов — мятеж крамольников опустошает Русскую Землю, и «злодеи угрожают превратить престолы сильных» (Премудр. Сол. 5:24), и на место их хотят возсесть сами...
   Что же было бы с Россией, если бы эти «самодержцы» воцарились в России?
   Не забудьте, что этими «самодержцами» стали бы и инородцы и иноверцы, враги России и веры Православной, которые намереваются лишить церкви исконнаго благолепия, небоподобнаго Богослужения, лишить их имуществ и свободы, и совсем закабалить и русских и веру их, а свои «веры» сделать господствующими»... (Слово 21 октября 1906 года).
   Кто может сказать, что это не исполнилось? А почему? И на это отвечает наш Боговдохновенный пророк о. Иоанн:
   «Безумны и жалки интеллигенты наши, утратившие по своему легкомыслию и недомыслию веру отцов своих, веру — эту твердую опору жизни нашей во всех скорбях и бедах, этот якорь твердый и верный, на котором незыблемо держится жизнь наша среди бурь житейских и — отечество наше!» (там же).
   Вот как обличал св. Иоанн нашу обезумевшую интеллигенцию, которая, потеряв веру, довела Россию до гибели:
   «Тем именно и страдает ныне русское общество, что в нем нет веры во Христа, нет твердости веры и убеждений христианских, что оно помешано на всяких «свободах», превратно понятых, творит всякия несуразности, нелепости, и гоняется за новомодным образом правления, к которому оно совершенно неспособно, по своей разнородности и разноверности и взаимной враждебности.
   «Всепагубно правление многих; един да будет царь», говорит древний мудрец» (Слово 6 декабря 1906 года).
   «Если в России так пойдут дела, и безбожники и анархисты-безумцы не будут подвержены праведной каре закона, и если Россия не очистится от множества плевел, то она опустеет, как древния царства и города, стертые правосудием Божиим с лица земли за свое безбожие, за свои беззакония»... И предрекая надвигающуюся кару Божию, св. Иоанн по-отечески, правда, но все же смело обличал даже верховную нашу власть:
   «Виновно и высшее правительство, потворствовавшее безпорядкам... безнаказанность в России в моде, ею щеголяют. А оттого непрестанныя у нас аварии с морскими и даже Императорскими судами...Везде измена, везде угрозы жизни и государственному имуществу.

Так и впредь будет при слабом управлении!

   Бедное отечество, когда-то ты будешь благоденствовать?!
   Только тогда, когда будешь держаться всем сердцем Бога, Церкви, любви к Царю и Отечеству и чистоты нравов!»
   Увы! не внял русский народ в целом этим грозным предостережениям посланного ему Пророка Божия, и разразилась над ним страшная кровавая катастрофа, в которой жестоко пострадали все классы и слои русского общества, в том числе и, в первую очередь, и те которые ее вызвали. Вся Русская Земля была залита потоками крови миллионов русских людей и реками слез осиротевших.
   Да! «Бог поругаем не бывает!»  (Ефес. 5:7), и всякое беззаконие рано или поздно должно понести свое возмездие, по закону Высшей Божественной Правды.
   Что же нам делать теперь?
   И на это находим ясный ответ в словах нашего Пророка:
    «Обратись к Богу. Россия, согрешившая пред Ним больше, тягчае всех народов земных — обратись в плаче и слезах, в вере и добродетели! Больше всех ты согрешила, ибо имела и имеешь у себя неоцененное жизненное сокровище — Веру Православную с Церковью спасающею, и попрала, оплевала ее в лице твоих гордых и лукавых сынов и дщерей, мнящих себя образованными, ноистинное образование, то есть по образу Божию, без Церкви быть не может»  (Слово 8 сент. 1906 г.).
   А вот и еще его призыв:
    «Возвратись, Россия, к святой, непорочной, спасительной, победоносной вере своей и к Святой Церкви — матери своей — и будешь победоносна и славна, как и в старое верующее время. Полно надеяться на свой кичливый, омраченный разум. Борись со всяким злом данным тебе от Бога оружием святой веры, Божественной мудрости, и правды, молитвою, благочестием, крестом, мужеством, преданностью и верностью твоих сынов!»
   Слышите ли, русские люди, что говорит наш Пророк, в точности предрекший наше страшное несчастие? И то, что так изумительно точно исполнилось его предречение, должно убеждать нас в истинности всех его слов — в том, что нет другого пути спасения для России, кроме того, какой он нам указывает.
   «Апостасия», или Отступление, по его словам, уже наступила и, если русский народ не принесет Богу искреннего покаяния, всем нам ничего другого не остается, как только ожидать появления Антихриста, Второго Пришествия Христова и Страшного Суда.
   Итак, «скорее с покаянием к Богу!» зовет и ныне всех нас наш великий праведник и Пророк св. Иоанн.

Печальные судьбы современного юношества.

   «И приступль (Иисус) рече: юноше, тебе глаголю, востани. И седе мертвый и начат глаголати». 
   (Лк.7:15)
   В таких словах евангельское чтение 20-ой недели по Пятидесятнице повествует нам о великом чуде, которое совершил Господь наш Иисус Христос, воскресив умершего сына бедной Наинской вдовы. Размышляя над этим евангельским чтением, св. Василий Великий поставил себе вопрос: «Что так рано привело этого юношу к могиле?» А св. Амвросий Медиоланский указывает, что имеются четыре «гробоносца», которые несут тела молодых людей к могиле. Это, по его словам: 1) излишества в пище и питии, 2) распутство, 3) непослушание родителям и 4) необузданная гневливость.
   Как это особенно справедливо по отношение к нашему переживаемому нами времени, когда эти греховные наклонности не только не пресекаются в молодых людях, а как-будто нарочно культивируются, поощряются и развиваются. И есть много оснований полагать, что это делается именно нарочно, даже по особой специально-составленной программе! Всячески развращать молодое поколение — это теперь как бы ставится кем-то для себя задачей! Ведь ни для кого теперь не тайна, и это начинает уже многих смущать и возмущать, что современные школы с их учителями не только не воспитывают детей, а вполне определенно и систематически их развращают. Достаточно упомянуть, в подтверждение этого, о так называемом «сексуальном воспитании». Кому это нужно, кроме тех, кто именно ставит себе задачей уже в самые ранние годы детства и юности отравить сознание детей ядом нецеломудрия и распутства? Да и все вообще направление современного воспитания, как и пример старшего поколения и вся окружающая ребенка среда в настоящее время лишь способствуют развитию в детях вышеупомянутых губительных страстей, этой смертоносной заразы, которая духовно умерщвляя их души, нередко уготовляет им и преждевременную телесную смерть. И мы теперь, буквально на каждом шагу, сталкиваемся с живыми примерами такой духовной и одновременно телесной смерти, нередко даже среди наших более или менее близких знакомых, а особенно много читаем о таких многочисленных печальных случаях в периодической прессе, причем даже самое чтение об этом невольно внушает ужас и отвращение. И, конечно, нельзя в этом не обвинять, в первую очередь, современную безрелигиозную, безбожную систему воспитания, явно ведущую к развитию в детях всех этих пагубных страстей: и неумеренности в пищи и питии, к чему в последнее время присоединилась еще страшная эпидемия наркомании, и распутства, доходящего, кажется, уже до крайних пределов, и непослушания родителям и необузданной злобной гневливости, не останавливающейся даже перед убийствами.
   Но что делают сами наши родители, дабы спасти своих детей от духовной и преждевременной телесной смерти?
   Увы! мало кто из современных родителей заботится по-настоящему о достодолжном, христианском воспитании своих детей. Или просто небрегут о нем, предпочитая, что гораздо легче, просто «плыть по течению», или сами настолько увлекаются современными модными веяниями и идеями, что предоставляют детям во всем следовать примерам современного развращенного века, дабы дети их ничем не выделялись среди всей остальной молодежи. И не думают даже о том, что их самих, быть может, в наказание за их легкомыслие, ожидает «плач и рыдание и вопль мног».
   В самом деле. Разве безсмысленная и безалаберная кормежка, нездоровые лакомства и напитки, удовлетворение всех капризов ребенка и в пище и питии — разве все это не развивает в будущем юноше или девушке прихотливость и невоздержность?
   А стремление многих родителей с самых ранних лет приучать детей более к светским развлечениям и увеселениям, нежели к храму Божию, постоянное хождение по кинематографам, театрам, циркам, балам и вечеринкам, разодевание по последней моде подростков, нескромные шутки и праздные, нередко сальные разговоры — разве все это не влечет ребенка уже с ранних лет к грехам против целомудрия, с тем, чтобы постепенно, с достижением зрелого возраста, ввергнуть в самую пучину моральной грязи и распутства? Особенно часто некоторые неразумные матери, руководимые нездоровым женским инстинктом, морально портят своих еще вполне чистых нравственно дочерей, заставляя их следовать современной, более чем неприличной уже, моде, одеваться (чтобы не сказать: раздеваться!) и вести себя нескромно в обществе, угождая современным развращенным вкусам и настроениям.
   А непослушание родителям, непочтение к старшим? Ведь это стало уже настоящей болезнью времени. И никто из родителей или старших, по большей части, не смеет не только наказывать, но даже сделать замечания подросткам и молодым людям, ибо ему угрожает опасность нарваться на дерзость, оскорбление и даже физическое действие, вплоть до убийства, о чем мы читаем в прессе не мало подобных случаев.
   А безудержная гневливость, раздражительность и самоволие? Ведь это просто вошло в обычай, в какую-то моду, и многие родители даже не находят нужным решительно и в корне пресекать эту язву. Здесь, в США, дети, недовольные обращением с ними их родителей, имеют даже чудовищное право жаловаться на них в полицию, и тогда уже не строптивых и распущенных детей наказывают, а их родителей, подвергая их уголовной ответственности за «плохое обращение» с детьми — фактически же только за то, что они хотели спасти детей от духовной гибели и, может быть, и преждевременной телесной смерти, заботясь о пресечении возникающих в них порочных навыков и преступных замашек и стремлений.
   Некоторые неразумные родители как-то не хотят понять, что безчисленные уступки и поблажки всем прихотям и капризам ребенка, по ложной любви к нему, делают его несноснейшим и несчастнейшим существом, которое и себе и другим людям в тягость, а иногда — воспитывают в нем будущего преступника, который для достижения своих личных эгоистических целей не останавливается ни перед каким самым страшным злодеянием.
   Больно и скорбно смотреть на нашу русскую зарубежную молодежь, которая, за малыми счастливыми исключениями, «плывет по течению» современной жизни, подготовляя тем самым себе горькую участь.
   Но особенно горько и больно видеть таких родителей, воспитателей и руководителей молодежи, которые не находят в этом ничего дурного, а считают такое настроение и поведение вполне естественным, не находя даже нужным его пресекать и исправлять, прибегая, в случаях необходимости, и к суровым мерам.
   Однако, для того, чтобы разумно воспитать чад своих, родители прежде всего сами должны давать детям пример послушания заповедям Божиим и Святой Церкви Христовой. Всем известно, как велика у детей склонность к подражанию, а потому они легко усваивают себе все и заражаются всем тем дурным, что видят у взрослых и, в первую очередь, у своих родителей и воспитателей. О, как бдительны должны быть родители и воспитатели к самим себе, дабы дурным примером не дать соблазна чадам своим и не погубить их. Они всегда должны стараться о том, чтобы авторитет их высоко стоял перед детьми, а если дети, обычно всегда чуткие, восприимчивые и наблюдательные, заметят у родителей своих и воспитателей расхождение между делом и словом, — то нет хуже! Пусть тогда родители пеняют на самих себя, если дети их невоспитанны, грубы и непослушны.
   Каков же единственно-правильный путь воспитания и как спасти детей от преждевременной смерти — и душевной и телесной?
   Путь этот — один, вечный и неизменный — это путь евангельского воспитания, путь теснейшего приближения детей ко Христу и Его Святой Церкви, как Он Сам сказал: «Не препятствуйте детям приходить ко Мне»  (Матф. 19:14).
   И не надо бояться разумного церковного воспитания! Это вовсе не значит делать детей монахами, чего многие в наше время как-то суеверно боятся. Это только значит — сделать детей вполне здоровыми душевно и телесно, предостеречь их от многих губительных ошибок в жизни, спасти их от неизбежно ожидающей их, в противном случае, горькой участи и обезпечить им долгую, спокойную и действительно, по настоящему, счастливую жизнь.
   Но такое воспитание необходимо начинать с самого нежного возраста раннего детства, принося и приводя детей в храм Божий и часто причащая их Святых Христовых Таин, когда души их еще не развращены соприкосновением со злом мiра сего. Сердец их коснется тогда благодать Божия, всегда почивающая в чистых сердцах, которая и будет потом руководить ими всю жизнь.
   Такое разумное христианское воспитание и было у нас в старину на Святой Руси, пока не явился к нам тлетворный дух нравственно-разлагавшегося Запада, который все у нас отравил и осквернил своим зловонным дыханием. А опыт последних лет особенно ярко показал, что на безбожии и безнравственности невозможно построить не только личную, семейную, общественную, но и государственную жизнь.
   Без Бога ничто не может быть прочным — все это дом, построенный на песке. Все то рано или поздно рухнет, что не построено на единственно-верном, надежном и прочном фундаменте — на твердом камени, который есть Христос Господь! Так и дело воспитания нашей молодежи! — Аминь.

Дивна дела Твоя, Господи!

    Мысли в неделю 24-ую по Пятидесятнице.
   Евангельское чтение 24-ой недели по Пятидесятнице сильно и ярко повествует нам о проявлениях Царственной власти Господа Иисуса Христа — о господстве Его над недугами человеческими и даже — над жизнью и смертью.
   Женщина, 12 лет страдавшая кровотечением и без пользы для себя раздавшая врачам все свое имение, мгновенно исцелилась от своей застарелой болезни, как только с верою прикоснулась к краю ризы Христовой. Двенадцатилетняя дочь начальника синагоги Иаира тотчас же возстала от одра смерти, как только Господь произнес: «Отроковице, востани!» (Лк.8:41-56).
   И сколько других подобных чудес совершил Господь за время Своей земной жизни: нет числа им, ибо далеко не все записаны они во св. Евангелии, как свидетельствует о сем св. Апостол и Евангелист Иоанн Богослов: «Суть же и ина многа, яже сотвори Иисус... яже не суть писана в книгах сих» (Ин. 21:25). Все эти чудеса невозможно объяснить естественным путем, как бы ни старались объяснять их неверующие и безбожники. Чудо — явление, которое выше ума человеческого, и не может быть им постигнуто. Неверующие и безбожники, отрицая возможность евангельских чудес, тем самым обнаруживают глубочайшую свою слепоту духовную. Они закрывают глаза на те безчисленные чудеса, которые постоянно совершаются в нас и вокруг нас. Только к этим чудесам, как постоянно совершающимся перед нашими глазами, мы настолько уже привыкли, что как-то и не замечаем их чудесности.
   В чем, собственно говоря, состоит «чудесность» того или другого факта или явления? чем поражает нас чудо?
   Оно поражает нас непостижимостью для нашего ума того, что происходит. Мы, например, поражаемся чуду воскресения из мертвых, потому что для нас непостижимо, как это умерший может вновь ожить?
   Но разве постижимо для ума нашего происхождение жизни вообще?
   Разве можем мы постигнуть умом нашим зарождение всякой новой жизни — человека ли, животного или хотя бы растения?
   Разве не величайшее чудо, например, что из грязной черной земли вдруг появляются дивной красоты цветочки, украшенные всевозможными художественными узорами, о которых так умилительно сказал Господь в Евангелии, что «и Соломон во всей славе своей не одевался так, как любой из них» (Матф. 7:29)?
   И разве не поразительно, что эта же грязная земля, которую и голодный не станет есть, дает нам дивную пищу — хлеб наш насущный?
   Разве не чудеса все те поразительные явления природы и свойства их, ознакомившись с которыми, в сущности, лишь самым поверхностным образом, человек сумел создать все те необыкновенные, тоже поистине чудесные условия так называемой культурной жизни и цивилизации, в коих он ныне живет, и изобретения, коими широко пользуется: паровые машины, автомобили, аэропланы, электричество, радию, телевизия и т.п.
   Все это человек сумел и смог создать только потому, что он, как сотворенный по образу Божию, имеет, подобно своему Творцу-Богу, разум, волю и известную власть над вещественной природой. Вот он и творит «чудеса», а так как греховная природа его надмевается этим, гордится и превозносится, то он и стал воображать, что, если что-либо ему представляется невозможным, то значит оно и на самом деле невозможно.
   Вот, где источник неверия в чудеса Божии, — евангельские чудеса, совершаемые всемогуществом и премудростью Промысла Божия!
   Что я сам могу сделать, это уже не чудо, это — естественно, а чего я не могу сделать, это -невозможно. Следовательно, чудес не существует — так обычно разсуждает ослепленная своими успехами гордыня человеческая.
   Между тем чудеса, описываемые в Евангелии, свидетельствуют лишь о том, что для Бога нет ничего невозможного, ибо Ему, как Творцу вселенной, подчинены всецело и безпрекословно повинуются все силы и стихии тварной природы. Все эти чудеса становятся вполне понятными и разумно-объяснимыми, если мы верим, что Бог всемогущ.
   А если Бог всемогущ, то в этих чудесах нет ничего необыкновенного и противоречащего разуму, ибо они естественны, как естественное проявление Божией силы и всемогущества.
   Вот почему именно чудеса служат главной мишенью для нападков всяких неверов и безбожников, отрицающих возможность чудес, будто бы во имя точного и трезвого научного знания.
   «Какие там могут быть чудеса», обычно говорят они, «если все в природе движется непреложными и раз навсегда установленными законами? Чудеса, как явления чрезвычайные, сверхъестественные, были бы нарушением этих законов природы, а это невозможно. Следовательно, и чудеса невозможны».
   Но посмотрим, разумно ли делать такое поспешное, скоропалительное заключение?
   Верно, что все в природе движется определенными законами. Но знаем ли мы все эти законы,чтобы во имя их мы могли отвергать чудеса? Действительность показывает, что сколь успешно ни развивается наука, какими быстрыми шагами ни идет вперед точное научное знание, мы все же ещеочень и очень мало знаем: нам известна, быть может, лишь самая ничтожная доля законов природы. То и дело, буквально на наших глазах открываются все новые и новые законы природы, которые производят целые перевороты в науке, в сознании людей и во всей жизни человечества. Ведь совсем еще так недавно многое из того, что теперь вошло в жизнь, как обыденное явление, никого не удивляющее, считалось невозможным, противоречащим законам природы.
   Не какие-нибудь темные невежды, а целое общество ученых, называемое Академией Наук, объявило сумасшедшим человека, который заявил, что он пошлет в течение суток сообщение из Европы в Америку, и тогда же получит ответ. Ну, а теперь? Изобрётен телеграф и еще более замечательное — радио, и в этом нет ничего удивительного, и никакие законы природы от этого не пострадали! Казавшееся невозможным «чудом» стало естественным, обыденным явлением в повседневной жизни.
   Точно так же, еще совсем сравнительно недавно, безумной считали попытку изобрести летательный аппарат, который был бы тяжелее воздуха, — а теперь это воплощенная в жизнь действительность: люди летают по воздуху на тяжелых-претяжелых аэропланах, на огромные разстояния по всему мiру.
   Что же это? Нарушение законов природы?
   Нет, ничего подобного! Это — всего лишь открытие, обнаружение новых законов природы, которые до сего времени были неизвестны убогому и ограниченному уму человека. А сколько этих законов природы все еще остаются неизвестными человеку! И кто знает, будут ли они открыты и когда?
   Ведь сколько бы ни знакомился человек с дивно и премудро устроенной природой, сколько бы ни открывал новых законов, — перед ним все еще разстилалась бы необозримая и непостижимая ширь необъятного океана вселенной! Только крайнее духовное убожество и умственная ограниченность, а вовсе не трезвое научное знание, могут с наглой самоуверенностью и заносчивым самомнением развязно судить да рядить о том, что «возможно», а что «невозможно». Как мало в общем знаем мы достоверного о природе, а сколько, надо полагать, есть законов природы, которые нам совершенно неведомы.
   Вот эти-то неведомые нам законы природы, на основании которых много совершается в мiре для нас непонятного и непостижимого, хорошо ведомы их Творцу — Всемогущему Богу. А высшим для всех законов законом является воля Божия, без которой ничто вообще не совершается в мiре.
    Этот именно Закон и управляет всей природой, включая самих людей. Только «наглые ругатели» (2 Петр. 3:3), дерзкие и самонадеянные недоучки, мнящие себя высокообразованными, этого не видят: гордыня ослепляет их духовные очи и затмевает ум, и без того узко-ограниченный.
   A все истинно-верующие ученые всегда из премудрого устройства вселенной познавали Творца ее, преклонялись перед Ним и со смирением признавали свое собственное ничтожество. Столько непостижимых для нашего ума и неизъяснимых чудес разсеяно повсюду в жизни вокруг нас, и мы этого часто не видим, не замечаем. То, с чем мы сталкиваемся в первый раз, что поражает наше воображение, мы называем «чудом» и не хотим ему верить, а то, к чему привыкли, что окружает нас постоянно, это перестает быть для нас «чудом», хотя на самом деле все в мiре чудесно, ибо непостижимо для нас, выше нашего ограниченного ума.
   Вдумываясь в дивную премудрость, сокрытую в устройстве вселенной, начиная с ничтожного атома, имеющего в себе такую страшную силу, самой малой песчинки, букашки и кончая венцом творения — изумительным по своей структуре, телесным и душевным организмом человека, мы, если хоть сколько-нибудь еще способны видеть, если сатанинская злоба не затмила нашего духовного зрения, не можем не воскликнуть от всей глубины души:
    «Дивна дела Твоя, Господи! Вся премудростью сотворил еси! Слава Ти, Господи, сотворившему вся!» Аминь.

«Кто есть ближний мой?»

    Мысли в неделю 25-ую по Пятидесятнице.
   Кто из нас не знает трогательной притчи о милосердном самарянине? Милосердие самарянина, изображенное в евангельской притче (Ев. от Луки 10 гл.) настолько известно, что вошло в поговорку, и до сего времени повсюду все общества и учреждения, ставящие себе целью оказание помощи несчастным и нуждающимся нередко носят названия «самарянских» или «самаританских».
   Итак, милосердие самарянина известно, но далеко не все, к сожалению, вникают в глубокий смысл притчи о самарянине, и еще меньшее число христиан в жизни своей осуществляют самарянское милосердие во всей его широте и глубине, как того требует смысл притчи.
   В чем же заключается этот глубокий смысл?
   Смысл этой притчи становится ясным из соображения, по какому поводу Господь Иисус Христос разсказал эту притчу.
   Некий законник, искушая Господа, задал Ему вопрос: «Что я должен делать, дабы наследовать жизнь вечную?»
   На этот вопрос Господь ответил ему ссылкой на две главные заповеди Закона Божия: о любви к Богу и о любви к ближним. Тогда законник, как бы недоумевая, кого именно следует разуметь пол «ближним», спрашивает: «Кто есть ближний мой?»  (Лк. 10:37).
   Почему законник задал такой вопрос?
   Потому, что евреи считали «ближними» только своих единоплеменников, а на всех других людей, особенно же на своих ближайших соседей — самарян, они смотрели с презрением, ненавидели их и гнушались ими, как нечистыми, не желая иметь с ними никакого общения.
   Для вразумления законника, а с ним вместе и всех тех, кому не ясно, кого надо разуметь под ближним нашим. Господь и разсказал притчу о милосердном самарянине.
   На одного человека, шедшего из Иерусалима в Иерихон, по дороге напали разбойники, которые сняли с него одежду, изранили его и ушли, оставив его едва живым. В таком безпомощном положении несчастный лежал при пути, не будучи в состоянии что-либо предпринять для своего спасения от окончательной гибели. Все те люди, от которых он вправе был ожидать помощи, прошли мимо. Прошел мимо священник, прошел мимо левит. Помощь оказал ему человек, от которого он никак не мог ожидать ее — некий самарянин.
   Самаряне находились в упорной вековечной вражде с евреями: евреи презирали их и гнушались ими. И вот этот презираемый евреями самарянин оказал ему, еврею ту помощь, в которой отказали несчастному «свои люди» «ближние», да еще какие: священник и левит — служители истинного Бога! Самарянин подошел к несчастному, сжалился над ним, перевязал ему раны, возливая на них для утоления боли масло и вино, и, посадив его на своего осла, отвез его в гостиницу, где еще ухаживал за ним до утра. А на другой день, при отъезде, дал хозяину два динария, прося его довести до конца необходимое попечение о несчастном и обещая ему при возвращении возместить все понесенные им расходы.
   Рассказав ему эту притчу, Господь спросил законника: «Кто из этих троих, думаешь ты, был ближний попавшемуся разбойникам?»
   Не посмел законник произнести ненавистное ему имя «самарянина», но должен был сказать:« оказавший ему милость». И сказал ему Иисус: « Иди и ты твори такожде!»  (Лк. 10:37).
   Что же это значит?
   Это значит, что мы никогда не должны спрашивать, ближний ли нам тот человек, который оказался в бедственном состоянии и нуждается в нашей помощи. Видя перед собой несчастного, страждущего человека, истинный христианин не смеет разбираться, насколько он ему близок или далек, а должен сам стать ближним для него, чрез оказание ему необходимой помощи.
    Заповедь о милосердии есть одна из главнейших заповедей Христовых. Исполнение ее только и обуславливает наше вечное спасение.
    «Блажени милостивии, яко тии помиловани будут»  (Матф. 5:7) — так учил Господь Иисус Христос в самом начале Своего общественного служения людям, в Своей Нагорной проповеди: «Будите убо милосерди, якоже Отец ваш милосерд есть»  (Лк. 6:36).
    «Суд бо без милости, не сотворшему милости»  (Иак. 2:13).
   Милосердие христианское не ограничивается людьми, близкими по крови или по духу — родственниками и единоплеменниками или единоверцами и людьми одинаковых с нами взглядов и убеждений — но должно распространяться на всех людей без исключения, ибо все мы — дети Одного Отца нашего Небесного, а Он, как любящий Отец, всем нам благотворит — «и неблагодарным и злым» (Лк. 6:35), «повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных» (Матф. 5:45).
   Итак, не проходи мимо человека, если видишь, что он находится в беде, а ты можешь помочь ему — можешь спасти его от гибели!
   Мы обыкновенно относимся, как к ближним своим, лишь к родственникам, хорошим друзьям и знакомым, самое большее — соплеменникам. Но такое узкое понимание понятия «ближний» далеко от истинного христианства, ибо так настроены, по словам Христовым, и язычники, даже безсловесные животные, руководясь, например, материнским инстинктом. В наше время иногда и родственные связи не принимаются во внимание, а ближними считаются только люди своей партии, одних с нами стремлений и убеждений. Кто разделяет наш образ мыслей и поддерживает нас в наших стремлениях, хотя бы и неправых и предосудительных, тому и мы готовы помочь, как «ближнему», и всячески поддержать его, а всякаго другого готовы, в случае чего, как говорится, «утопить и в ложке воды».
   Не таков был милосердный самарянин! Он не смотрел на то, что несчастный, встретившийся ему на пути, был еврей, то есть человек враждебно к нему относящийся, презирающий его, чуждого ему народа и совсем иного образа мыслей и убеждений. Он видел перед собой только несчастного, раздетого и израненного человека, который совершенно одинок и нуждается в его помощи, и он, ни минуты не колеблясь, движимый единственно чувством жалости и сострадания, оказал ему помощь.
   Это отнюдь не значит, что для христианина не должны быть более всего близки и дороги его единоверцы и единоплеменники. Благословенна любовь к тем, кто ближе всего нам по вере и крови, но эта любовь не должна замыкаться в себя, ограничиваясь узкими рамками духовной и телесной близости. Христианская любовь всеобъемлюща: она не знает никаких границ и пределов — она обнимает собою все страждущее человечество, и тот не христианин, кто прежде, чем оказать помощь несчастному, сначала разбирается, «свой» ли он ему или «не свой».
   Мы не должны спрашивать «кто нам ближний?», а должны, во имя христианской любви, сами стать «ближними» для каждого человека.
   Как далеки современные люди от такого настроения! И как редко в наши дни можно встретить, даже среди христиан, подражателя милосердного самарянина! Милосердие почти ушло из современного мiра, погрязшего всецело в черством эгоизме и жестокосердии, безразличии к участи ближних. Личный интерес во всем и своекорыстие, даже в делах, казалось бы, строго-идейных и принципиальных, теперь повсюду господствуют и являются единственной движущей пружиной, направляющей все поступки и поведение современного человека.
   Но все-таки совесть нет-нет и заговорит. И вот, взамен искренно-христианского милосердия евангельского самарянина, появилась так называемая «общественная благотворительность», в которой главной движущей силой является гордость и тщеславие ее организаторов и участников, которые упиваются похвалами окружающих и благодетельствуемых ими. И эта «благотворительность», по большей части, весьма далека от подвига милосердного самарянина, ибо помощь оказывается, в большинства случаев, с большим разбором, «своим» людям! Эти «благодетели» и «благотворители» творят добро с разсчетом, «во имя свое», между тем, как истинное добро, одно только имеющее цену в очах Божиих, это то, которое творится во славу Божию и во Имя Божие.
   Современная же «общественная благотворительность» весьма далека от этого, хотя бы уже потому, что часто связана с предосудительным для истинного христианина время препровождением и осквернением святости праздников. В кануны воскресных и праздничных дней, когда в храме совершается праздничное богослужение, устраиваются теперь постоянно так называемые «благотворительные вечера» и «балы». Вся ценность такой благотворительности сводится к нулю, ибо это, по словам нашего великого праведника св. Иоанна Кронштадтского, нельзя даже назвать благотворительностью, так как это — только плата за получаемое удовольствие, порою даже нескромное.

Христианское милосердие тут вовсе не причем!

   Усиленно практикуют эту мнимую «благотворительность» сознательные или безсознательные слуги грядущего Антихриста, подготовляющие его скорейший приход в мiр. И это не случайно. Ничем нельзя так привлечь к себе людей, без твердых устоев веры и нравственности, как именно такими «добрыми делами». Еще древние Отцы Церкви предрекали, что и сам Антихрист будет изображать из себя величайшего «благодетеля человечества», щедрого благотворителя, делающего «много добра» людям. Между тем, надо помнить, что, по учению великих подвижников христианства, «только во Имя Христово делаемое добро есть истинное добро».
   Да и вообще учением о христианской любви и милосердии, в нужных случаях, прикрываются теперь многие деятели «темных сил», стремящихся в действительности разрушить Церковь и уничтожить христианство. Их лживо лицемерной пропаганде мнимой христианской любви мы должны решительно противопоставить учение Св. Отцов, так наставляющих нас:
    «Живи в мире с врагами, но с врагами своими, а не врагами Божиими. Там же, где дело идет о явном нечестии, должно скорее идти на огнь и меч, нежели приобщаться лукавому квасу и прилагаться к зараженным»  (Св. Григорий Богослов).
   Вот почему необходимо твердо помнить, что далеко не всякое «милосердие» кажущееся на вид христианским милосердием, является действительно таковым, заслуживающим похвалы и подражания. Оно может быть и весьма лукавым, скрывающим за собою какие-то задние мысли и разсчеты, ничего общего с христианством не имеющие!
   Надо помнить также, что Слово Божие учит нас не только о делах милости телесных, но и о делах милости духовных, которые, если творятся искренно, от всего сердца, приносят благие плоды и становятся, в очах Божиих выше дел милости телесных, настолько, насколько душа выше тела.
   Эти дела милосердия духовные так исчисляет Катехизис:
   1) Увещанием обратить грешника от заблуждения пути его (Иак. 5:20);
   2) Неведущего научить истине и добру;
   3) Подать ближнему добрый и благовременный совет в затруднении или непримечаемой им опасности;
   4) Молиться за ближнего Богу;
   5) Утешать печальных;
   6) Не воздавать за сделанное нам другими зло, и
   7) От сердца прощать обиды.
   Все это в наши дни особенно не принято, совсем «не модно», не отвечает «духу времени», но для нас, христиан православных, если мы истинные христиане, а не лицедеи-притворники, не фарисеи-обманщики, руководящим началом во всех наших действиях, поведении и поступках должно быть Христово Евангелие и нарисованный для нашего назидания, Самим Христом-Спасителем вечный образ истинной благотворительности, в лице евангельского милосердного самарянина, вместе с конечным увещанием Господа, направленным как бы непосредственно к каждому из нас:
    «Иди и ты, твори такожде!» Аминь.

Храм — училище благочестия.

    «В храме стояще славы Твоея, на небеси стояти мним»...
   Праздник Входа во храм Пресвятой Богородицы, совершаемый Церковью 21 ноября по нашему православному календарю, живо и ярко учит нас, какое громадное значение имеет для нас храм Божий.
   В этот день вспоминается исполнение обета над Пречистой Отроковицей-Девой Марией, который дали Ее благочестивые родители Иоаким и Анна еще до Ее рождения. Будучи безплодными и скорбя об этом, они просили Бога даровать им дитя, обещая посвятить его на служение Ему. Молитва их была услышана: Господь даровал им дитя, нареченное Мариею, и вот, едва исполнилось Ей три года, как они уже спешат исполнить свой обет и приводят Ее в храм Господень во Иерусалим, дабы посвятить Ее на служение Господу. В богослужении этого дня вспоминается, как сам первосвященник 3axapия встретил Пречистую Отроковицу и, по особому откровению Божию, ввел Ее во святая-святых, куда обычным смертным доступа не было и куда он сам мог входить лишь однажды в год. Сами Ангелы поразились необычайности этого события, как поется об этом в торжественном песнопении этого праздника:«Ангели вхождение Пречистыя зряще удивишася, како Дева вниде во святая святых».
   Зачем все это было нужно?
   Затем, чтобы Пречистая Отроковица Мария, получив воспитание в храме, овеянная благодатью Божиею, могла стать достойнейшим сосудом воплощения от Нее Сына Божия. Она приводится в храм Господень, как поется в песнопениях этого праздника, «Тому уготоватися в Божественное жилище». Вот почему праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы является как бы преддверием великого праздника Рождества Христова — приготовляет нас к нему, отчего с этого дня начинает воспеваться в храмах рождественское ликующее песнопение: «Христос раждается, славите, Христос с небес, срящите!» Вот почему и в тропаре этого праздника так выразительно поется: «Днесь благоволения Божия предображение:... в храме Божии ясно Дева является, и Христа всем предвозвещает»...
   Великое событие рождения в мiре Сына Божия стало возможным только потому, что избранная орудием для этого чудесного события Отроковица была введена в храм Божий и получила в нем свое воспитание.
   Так вот, следовательно, сколь безмерно велико воспитательное значение храма Божия! Он может делать людей святыми: он может настолько освятить и духовно возвысить природу человека, что последний становится способным ко вселению в него Самого Бога.
   Пречистая Отроковица Мария в песнопениях нынешнего праздника именуется «Храмом одушевленным Великаго Царя». Но и все мы, христиане, призваны к тому, чтобы стать одушевленными храмами Божиими. Господь и создал нас для Себя, — чтобы обитать в нас, как. в храмах Своих. Об этом ясно учит Слово Божие: «Разве вы не знаете, что вы — храмы Божии, и Дух Божий живет в вас?»  (1 Кор. 3:16). Но Дух Божий не может обитать в нечистых сосудах. Своей нечистой, греховной жизнью мы изгоняем Духа Божия из душ своих и тогда легко можем стать — не дай этого Бог! — капищами врага Божия сатаны.
   Храм Божий, воспитывающий нас в истинном благочестии и освящающий нас Божественною благодатью в таинствах церковных, потому и необходим нам, чтобы помочь нам искоренить в себе всякую нечистоту греховную и сделать нас одушевленными храмами Божиими.
   Вот почему Богомудрые Отцы наши всегда именовали храм «училищем благочестия». Особенно подчеркивал такое значение храма Божия наш великий всероссийский праведник св. Иоанн Кронштадтский, сам испытавший на себе всю благотворную воспитательную силу храма, которой он обязан своим собственным духовным ростом, своей святостью, своим величием, прославившим его на всю Россию и даже заграницей. В самом нежном детском возрасте его отец — благочестивый сельский дьячок всегда брал его с собой в храм на все богослужения, и вот какой дивный пастырь, молитвенник и чудотворец постепенно созрел духовно из его маленького Вани!
   Недаром поэтому св. Иоанн в своем вдохновенном дневнике «Моя жизнь во Христе» так много восторженных молитвенных строк посвящает именно храму, красноречиво рисуя все безмерное значение для христианина именно церковной молитвы и постоянного участия в Богослужении.
    «Христианин без церкви, как рыба без воды», говорит он, «не может жить истинною жизнью: церковь — его стихия».
    «В церкви мы вытрезвляемся от мiрскаго обаяния и опьянения страстей и похотей житейских, просветляемся, освящаемся, очищаемся душами своими, к Богу приближаемся, с Богом соединяемся. Как должен быть достопочтен и достоин любви храм Божий, как любили его святые Божии человеки!»
   Сознаем ли мы достаточно живо и ясно все великое значение для нас храма Божия, как училища благочестия? любим ли мы его, дорожим ли им, ценим ли его, как должно? является ли для нас большим невознаградимым лишением каждое пропущенное без уважительной причины Богослужение?
   Если да, то, слава Богу, мы на верном пути. Если же нет, то мы — в великой опасности: нам неоткуда научиться, по-настоящему, истине и добру, неоткуда черпать необходимое ведение и силы для безопасного прохождения тяжелого жизненного пути — каждый миг грозит нам повсюду поджидающая нас смерть духовная — погибель вечная, безконечная.
    «В церкви», говорит св. прав. Иоанн Кронштадтский, «находится истинная пища для наших душ: Слово Божие, таинства, Богослужение, чтения, песнопения, священные обряды, питающие ум и чувство. Ходите чаще и причащайтесь нетления умом, сердцем и устами. В мiре вы питаетесь постоянно только тлением: ваше зрение, ваш слух, вкус, обоняние, осязание, разум, память, представление, воображение, все чувства питаются тлением. В церкви все нетленно: красота нетленная, вечная, сладость нетленная, богатство нетленное, слава нетленная»...

«В церкви все премудро, свято, благолепно, животворно, поучительно...»

    «Здесь в церкви — врачество для всякой болящей грехами и скорбями души... здесь исцеляется душевная слепота... «Вся силы к животу и благочестию» положены в церкви. Чудно устроено все суточное, недельное и годичное Богослужение».
   Богослужение наше дает нам истинное просвещение, которое состоит в сознании своей греховности, и учит нас искать Спасителя, стремиться к Нему. Вот, как подчеркивает такое учительное значение храма с его Богослужением св. Иоанн:
   «Святая Церковь на каждом Богослужении желает родить в нас чувство и убеждение или сознание нашей крайней греховности, крайней немощи, крайней духовной бедности, нищеты, слепоты, наготы и вместе с тем чувство нужды в Спасителе; для того все молитвы, псалмы, пения и песни духовныя; для того ектении, для того таинства, для того — все службы»...
   «Какое чудное духовное богатство в церкви, богатство веры, упования и любви, богатство благости, милосердия, премудрости Божией, богатство чудес, очищения прегрешений, освящения, просвещения, утешения, мира и свободы духовной! О если бы все верные и неверные знали и познали это, и помнили — и усердно притекали к церкви!»
   Церковь — воистину есть дивное «училище благочестия», ибо она, по словам св. прав. Иоанна, есть«духовная врачебница», где немощствующее язвою греха человечество врачуется благодатными врачеваниями, данными от Бога — покаянием и причащением св. Христовых Таин Тела и Крови Христовых, и Словом Божиим — наставлениями и советами и утешениями пастырей словесного стада Христова!..
   Церковь не просто учит, но и воспитывает, как говорит св. Иоанн: «Христианин неотменно должен заботиться о своем духовном воспитании... По намерению Божию, св. Церковь есть первая и самая законная воспитательница христианских душ... »
   «Человек-христианин! Доколе есть время, постарайся здесь на земле присвоиться Богу и святым Его чрез веру и благочестие; будь церковным, впитывай в себя дух церковный, дух покаяния, святыни, мира, Богомыслия, дух любви, кротости, смирения, терпения, благопокорения, спасения. Не поднимай высоко свою голову и не презирай Матери своей Церкви, спасающей тебя, — бывай часто в храме во время Богослужений, стой со смирением, слушай, размышляй, или читай и пой!..»
   Чему учит нас Церковь?
   Самому важному — делу спасения душ наших. Вот почему, по словам св. прав. Иоанна, мы должны «учиться этому делу» у Церкви. Святые, которые старались заниматься этим делом и выполнили его превосходным образом, оставили это свое духовное наследие — «искусство покаяния и спасения» Церкви Православной, сложив в нее, как в верную сокровищницу, все свое разумение, свое слово, свое усердие, свое искусство, свои опыты. У ней-то и будем учиться покаянию и спасению!..»
   Вот почему безумно поступают те христиане, которые ленятся посещать храм Божий, пренебрегают церковной молитвой и таинствами и думают, что можно обойтись без храма, что посещение храма — дело неважное, необязательное, или те, которые приходят в храм не для прилежной, внимательной молитвы, а только по обычаю — «людей посмотреть и себя показать» и ведут себя в нем разсеянно и неблагоговейно: сами не молятся и другим мешают молиться, словно забывая, что это храм Божий, а не какой-то светский салон или клуб, где можно повидаться и поболтать со своими друзьями и знакомыми, что, к сожалению, в наше время так часто случается. Такие, легкомысленно-настроенные люди лишают себя самой великой радости — стать одушевленными храмами Божиими, и несомненно, рано или поздно, если во время не спохватятся и не образумятся, могут сделаться нечистыми капищами врага Божия — сатаны.
   Особенно великое преступление совершают те безпечные родители, которые с самых ранних лет не приучают своих детей к храму Божию, к церковной молитве и к частому причащению св. Христовых Таин. Они поистине могут быть названы детоубийцами и даже хуже, ибо Христос-Спаситель сказал: «Не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более того, кто может и душу и тело погубить в геенне»  (Матф. 10:28). Кто не приводит своих детей в храм, тот нарушает этим и прямую заповедь Господню, ибо Господь сказал: «Не препятствуйте детям приходить ко Мне, ибо таковых есть Царство Небесное»  (Матф 19:14).
   Как стремительно растет сейчас во всем мiре преступность и разврат! Поистине жить становится страшно! И это только потому, что люди совсем пренебрегают теперь религиозным воспитанием своих детей, власть имущие во многих странах даже запрещают это, храмы закрываются или пустеют, так как их не посещают слишком уж «умные» и «культурные» современные люди, в гордыне своей бросающие вызов Самому Богу, нередко кощунствующие и богохульствующие.
   И вот — плоды этого налицо, у нас перед глазами! Дети рано перестают быть детьми, даже лица и выражения глаз у них уже в самые ранние годы становятся не детскими, и они легко делаются способными на самое страшное, самое гнусное преступление, о чем мы постоянно теперь слышим и читаем в повседневной прессе. Страшно даже подумать, на что способны современные дети!
   Ни для детей, ни для взрослых нет лучшего училища, нет лучшего воспитательного учреждения, чем храм Божий с его дивными чтениями, песнопениями и всеми благодатными установлениями, назидающими душу, очищающими ее от всякой греховной скверны и нечистоты и укрепляющими в Божией Истине и Добре. Поэтому ни один разумный человек, желающий себе и другим добра, не станет избегать храма Божия, не лишит церковного воспитания своих детей.
   Ведь «храм есть», как учит св. праведный Иоанн, « земное небо». Входя в него, мы как бы оставляем на время эту грешную землю со всеми ее пакостями и мерзостями и возносимся на небо, «входим в другой, небесный мiр». «Как должен быть достопочтен и достоин любви храм Божий, как любили его святые Божии человеки!» И если мы будем благоразумны и внимательны к святыне храма Божия, то и мы полюбим его и поймем тогда, почему так трогательно молился Псалмопевец и сами будем молиться подобно ему:
    «Едино просих от Господа, то взыщу: еже жити ми в дому Господни вся дни живота моего, зрети ми красоту Господню и посещати храм святый Его»  (Пс. 26:4).
   Будем же со всем усердием посещать храм Божий, пока есть для этого у нас возможность... пока не отнялась еще эта возможность! Время ведь «лукаво», как никогда! И один Господь ведает долго ли мы сможем пользоваться этой пока счастливой возможностью?

Что такое праздники — для чего они?

    Мысли в неделю 27-ую по Пятидесятнице.
   Сколь велико снисхождение Божие к нам грешным! Зная, как привязаны мы к житейским заботам, как волнует нас мысль о куске хлеба и об устройстве своего земного благосостояния, — Он милостиво разрешает нам трудиться ради удовлетворения наших насущных потребностей целых шесть дней в неделю. «Шесть дней делай», говорит Он в 4-ой заповеди Своего Божественного Закона, «шесть дней даю тебе на заботы о земном, — твори в течение их дела твоя, а Мне дай только один»: «день же седьмый — субботу — посвяти Господу Богу твоему!» - «Выдели этот седьмой день из ряда обычных дней, помни его всегда, чтобы освящать его молитвою, Богослужением и творением добрых дел!» «Пусть этот день будет особенным — святым днем
   Вот, каково происхождение дней праздничных.
   Праздники — это не дни праздности, праздношатайства, безделья, ничегонеделания, но дни праздные,то есть свободные от всяких житейских трудов, забот и попечений, с тем, чтобы можно было легче и всецело посвятить их Богу, это — дни святые - «святки», как их называли у нас в народе.
   К сожалению и к несчастию для себя, утопающие в прелестях греховных люди, как это бывало и прежде, и как это особенно бывает теперь, все доброе и прекрасное, что установил Господь для нашего блага, для нашего спасения, извращают, коверкают и уродуют. Извращают на все лады, в ту или другую сторону.
   Так, еще в ветхозаветные времена, евреи извратили смысл празднования седьмого дня — субботы, что видно так ярко из целого ряда случаев, когда Господь Иисус Христос совершал Свои дивные чудеса исцеления в субботу, а, в частности, из сегодняшнего евангельского чтения 27-ой недели по Пятидесятнице (Лк.13:10-17), в котором разсказывается, как начальник синагоги вознегодовал на Господа Иисуса Христа за то, что Он исцелил сгорбленную от тяжкого недуга женщину в день субботний.
   Господь, возражая против такого неправильного понимания заповеди о субботнем покое, подчеркнул, что в седьмой день не только можно, но и должно творить дела милосердия и вообще — дела Божии. Седьмой день для этого и назначается
   Но в то время, как евреи придавали ошибочно-преувеличенное значение заповеди о святости седьмого дня, думая, что в этот день нельзя делать даже добрых дел, современные христиане зачастую проявляют полное пренебрежение к святости седьмого дня, позволяя себе заниматься в этот день делами непохвальными и недозволенными и в обыкновенные, будничные дни, тем самым оскорбляя и оскверняя святость этого дня. Узко-материалистический эгоизм, служение страстям своим, вместо Бога, до того заели современного «христианина», что он даже и одного дня в неделю не желает посвятить Богу.
   Как мало осталось в наше время христиан, которые считают своим святым долгом, своей радостной обязанностью каждый воскресный и праздничный день присутствовать в храме за Богослужением и искренно скорбят, если, по какой-либо неотложной нужде или по болезни, приходится пропустить праздничное Богослужение!
   А еще меньше теперь христиан, которые и остальную часть воскресного или праздничного дня посвящали бы Богу — проводили бы свято и Богоугодно: в домашней молитве, в чтении назидательных и душеполезных книг, в душеполезных беседах, поднимающих дух, со своими близкими и друзьями и в творении дел христианского милосердия.
   Обычно на праздник смотрят у нас теперь, как на день полной духовной распоясанности и греховной разнузданности. Страшно даже подумать, как многие из современных «христиан» оскорбляют и просто оскверняют возвышенную святость праздничного дня. И это осквернение святыни праздничного дня нередко начинается уже с вечера, в канун праздника, когда по воззрениям Церкви, наступает праздник.
   В церкви, за всенощным бдением священнослужитель молится от лица всех: «Вечера всего совершенна, свята, мирна и безгрешна у Господа просим!», а многие из нынешних христиан даже и не помышляют о том, чтобы этот святой вечер наступления праздника провести «свято, мирно и безгрешно», а совсем напротив: проводят его нечестиво, шумно и греховно на каком-нибудь общественном увеселении, в театре или кинематографе, на балу или на вечеринке, нередко в нетрезвом виде и с танцами «до утра», как это заманчиво и широковещательно рекламируется еще заранее в газетах и на афишах. В последние годы особенно пошла мода устраивать такие развлечения и увеселения именно в кануны воскресных и праздничных дней, как-будто с определенным намерением и лукавым разсчетом — отвлечь людей от христианской встречи святых дней и заставить их шумными и безпорядочными, порою даже безнравственными развлечениями надругаться над святостью этих Божиих дней, осквернить их безчинными плясками, объядением и пьянством и всякаго рода греховным времяпрепровождением.
   Небогоугодно начатый еще с вечера праздничный день уже естественно так же небогоугодно и греховно продолжается и завершается. Утром уже не хочется, а иногда и физически невозможно, после безсонно проведенной ночи, идти в церковь к Божественной литургии. Вот, главная половина праздничного дня — Божиего дня и пропала! После обеда — новые развлечения в современном чисто-светском духе, где так или иначе рисуются во всевозможных привлекательных красках и формах разные пороки и страсти людские. Затем — празднословные, пустые, лишенные всякого серьезного и глубокого содержания беседы в гостях., со столь тоже модным осуждением ближних, сплетнями и пересудами — ни слова о Боге, о душе, о духовной жизни: это, видите ли, совсем не модно теперь, в наши слишком уж «высоко-культурные времена», скучно и никому не интересно, да можно еще прослыть «ханжой» и «лицемером-фарисеем»; надо чего-нибудь такого, что возбуждало бы и расшевеливало низшие инстинкты человеческой природы, надо, наконец, излить перед кем-то яд, накопившийся в душе за неделю и отравить этим ядом души других...
   Все это, столь небогоугодно проводимое время кажется как-будто «отдыхом», но что это за «отдых»: это не больше, как самообман — на самом деле, от такого времяпрепровождения происходит лишь еще большее истощение сил, как телесных, так и душевных. Источник жизненных сил такого человека расплескивается от такого духовно-порочного препровождения свободного времени, и ускоряется приближение смерти, как телесной, так еще более страшной — смерти духовной.
   Предпраздничные ночные увеселения стали поистине каким-то зловещим знамением времени, отличительной чертой «духа времени», с которым даже бороться стало почти невозможно. Ведь дело дошло до того, что и некоторые священники, слава Богу, кажется, только не принадлежащее к нашей Русской Зарубежной Церкви, принимают самое деятельное участие в этих ночных увеселениях, проводя на них время, вместо всенощного бдения, а утром, ничтоже сумняшеся, совершают Божественную литургию, приобщаясь, после такого «приготовления», Святых Христовых Тайн! Не яркий ли это признак наступления последнего времени, когда должен явиться антихрист, о котором такие люди говорят теперь с какой-то нехорошей усмешкой, свидетельствующей о их неверии во все то, что предречено Словом Божиим!
   Особенно не к лицу проводить так нечестиво воскресные и праздничные дни нам, православным русским людям! Ведь мы пережили страшную кровавую катастрофу и потеряли нашу Родину именно за наше нечестие и, в частности, как раз за такое препровождение праздничных дней, которое началось еще в прежней нашей Росси, совершенно вразрез с ее высоким призванием — быть Святою Русью.В изгнании мы находимся как бы под Божией епитимией и должны каяться и молить Бога о прощении грехов отцов наших и своих собственных. Прилично ли, уместно ли, в таком случае, еще больше оскорблять Бога таким грубым пренебрежением к святыне дней Божиих, установленных Самим Богом для нашего спасения?! Не безумие ли это самое настоящее?
   Да не будет у нас этого, братие! Пусть дни праздников будут для нас действительно днями святыми, посвященными Богу. Не позволим врагу человеческого рода довести себя до полной утраты духовности, до чего уже дошло огромное большинство современных людей, живущих только плотской жизнью, без помышления о Боге и о приготовлении себя к ожидающей нас вечности. А для этого прежде всего необходимо — это каждый воскресный и праздничный день искренно от души помолиться в храме при совершении всенощного бдения и Божественной литургии, со всем усердием прося Бога, чтобы Он вразумил, научил и умудрил нас, как и весь этот день провести «свято, мирно и безгрешно», по Его святой воле. И тогда благодать Божия неприметно коснется наших душ, и Дух Святый, по обетованию Христову, наставит нас на всякую истину, пробудит в нас желание и искание спасительной жизни духовной.
   Бедные-бедные, жалкие и глубоко-неразумные те люди, которые не приходят помолиться в храм Божий в дни воскресные и праздничные: они и сами не подозревают, каких духовных богатств, какой духовной радости, утешения и удовлетворения себя лишают! Христианин без церкви духом черствеет, ожесточается, озлобляется, жизнь духовная в нем замирает, и является ощущение жуткой пустоты духовной, которую и стараются современные люди заполнить развлечениями и увеселениями, но тщетно, испытывая только гнетущую душу тоску и разочарование. Вот где причина увлечения наркоманией, не говоря уже о пьянстве и разврате. Вот откуда идут все преступления и столь катастрофически падает нравственная жизнь и растет все больше и больше ужасающая преступность!
   А помолившись в церкви от души, не одними лишь устами, а и сердцем, и всем внутренним существом своим, мы настроимся и весь день провести свято, по-Божии — вот и будет у нас истинный праздник и действительное отдохновение от повседневной работы и мiрских забот.
   И такое разумное празднование христианских праздников, укоренившись в наших душах, приведет нас к концу нашей земной жизни (который ведь рано или поздно наступит для каждого из нас!) на вечный, нескончаемый праздник в чертогах райских, «идеже празднующих глас непрестанный и неизреченная сладость зрящих Лица Божия доброту неизреченную», чего каждый из нас может достигнуть, если будет всегда помнить «день седьмый, еже святити его!» Аминь.

Святая ревность.

    «Огонь пришел Я низвести на землю, и как желал бы, чтобы он уже возгорелся»
   (Лк.12:49)
   Самое главное в христианстве, по ясному учению Слова Божия, это — огонь Божественной ревности, ревности о Боге и о Его славе — та святая ревность, которая одна только и способна воодушевлять человека на труды и подвиги Богоугождения и без коей нет и подлинной жизни духовной — нет и не может быть истинного христианства. Без этой святой ревности христиане — только по имени «христиане»: они только «имя носят, будто живы», а в действительности «они мертвы», как это было сказано св. Тайновидцу Иоанну (Апок. 3:1). Истинная духовная ревность выражается, прежде всего, в ревности о славе Божией, чему учат нас слова молитвы Господней, стоящие в самом начал ее:«Да святится имя Твое! Да приидет Царствие Твое! Да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли!»
   Ревнующий о славе Божией и сам всем сердцем славит Бога — и в мыслях, и в чувствах, и словами и делами и всею жизнью своею — и естественно горячо желает, чтобы и все другие люди так же славили Бога, как и он, а потому, конечно, не может равнодушно терпеть, чтобы в его присутствии так или иначе хулили Имя Божие или ругались над святыней. Ревнуя о Боге, он искренно стремится сам угождать Богу и Ему Единому служить всеми силами существа своего и готов до самозабвения, вплоть до пожертвования самою жизнью своею, всех людей приводить к Богоугождению и служению Богу. Не может он спокойно слушать кощунства, а потому не может поддерживать общения и вести дружбу с кощунниками, хулителями Имени Божия и поносителями святыни.
   Живой и чрезвычайно-яркий пример такой огненной ревности о славе Божией являет нам еще в глубине веков Ветхого Завета великий пророк Божий пламенный Илия, который скорбел душою, видя Богоотступничество своего народа, во главе с нечестивым царем Ахавом, введшим в Израиле языческое служение Ваалу, вместо Бога истинного.
    «Ревнуя поревновах по Господе Бозе Вседержителе», так неоднократно восклицал он, выражая свою скорбь: «яко оставиша Тя сынове Израилевы, и олтари Твоя раскопаша, и пророки Твоя оружием избиша, и остах аз един, и ищут души моея изъяти ю»  (3 Царств 19:10).
   И вот эта святая ревность побудила его, силою почивавшей на нем благодати Божией, в наказание отступившему от Бога Израилю, «заключить небо» (3 Царств 17:1; 18, 42—45 и Иаков. 5, 17—18), так что не было ни дождя ни росы «лета три и месяц шесть».
   Эта же ревность побудила затем Илию заколоть ложных пророков и жрецов Вааловых, после чудесного ниспадения огня с неба на горе Кармил, дабы эти обманщики не отвращали более сынов Израилевых от истинного Богопочитания (3 Царств 18:40).
   Силою той же ревности Божией св. Илия низвел огонь с неба, который попалил посланных царем схватить его пятидесятников с их воинами (4 Царств 1:9-14).
   А то, что все это была действительно святая ревность, угодная Богу, засвидетельствовано было тем, что св. пророк Илия не умер обычной для всех людей смертью, а был чудесно вознесен на небо на огненной колеснице, как «бы знаменовавшей его подлинно-огненную ревность о Боге (4 Царств 2:10-12).
   Но уже тогда, в суровом Ветхом Завете, все же показано было Самим Господом Его верному служителю, что к таким строгим мерам можно прибегать только в крайних случаях, ибо Господь «не в большом и сильном ветре, раздирающем горы и сокрушающем скалы» и «не в землетрясении» и «не в огне», а «в веянии тихаго ветра» (3 Царств 19:11-12).
   И вот почему, когда особенно горячо ревновавшие о славе своего Божественного Учителя Иаков и Иоанн захотели, подражая св. пророку Илии, низвести огонь с неба, чтобы наказать самарян, не пожелавших принять Его, когда Он шел через самарянское селение во Иерусалим, Господь запретил им делать это, сказав: «Не знаете, какого вы духа, ибо Сын Человеческий пришел не губить души человеческия, а спасать»  (Лк.9:51-56).
   И тем не менее все же (во внимание неумеренным миролюбцам!) Сам Господь Иисус Христос, говоривший: «Научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем»  (Матф. 11:29), находил иногда нужным проявлять большую строгость и прибегать к суровым мерам, уча тем самым и нас, что кротость и смирение не означают мягкотелости и не должны склоняться перед явным злом и что истинный христианин должен быть далек от слащавой сентиментальности и не отступать перед злом, нагло поднимающим голову, а должен всегда быть непримиримым ко злу, борясь с ним всеми доступными ему мерами и средствами, дабы решительно пресечь распространение и укрепление зла среди людей.
   Вспомним, с какой суровой обличительной речью обратился Господь к духовным вождям еврейского народа книжникам и фарисеям, осуждая их за лицемерие и беззаконие: «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры!» и грозя им судом Божиим (Матф. 23:39).
   А там, где слов оказывалось недостаточно, Он применял воздействие на беззаконников самым делом. Так, найдя, что «в храме продавали волов, овец и голубей и сидели меновщики денег», Он, «сделав бич из веревок, выгнал из храма всех, также и овец и волов, и деньги у меновщиков разсыпал, а столы их опрокинул»  (Ин. 2:14-15; Матф. 21:12-13).
   Да и мало ли других примеров из Священной и Церковной истории мы знаем, когда одни слова убеждения оказывались недостаточными, и для пресечения зла необходимо было прибегать к более суровым мерам и решительным действиям.
   Важно только, чтобы в подобных случаях говорила в человеке действительно одна чистая и святая ревность о славе Божией без всякой примеси самолюбия и всяких иных приражений страстей человеческих, только прикрывающих себя якобы святой ревностью о Боге!
   Такой подлинно-святой ревностью, с решительной непримиримостью ко злу, прославился в истории Церкви великий святитель Христов Николай, Архиепископ Мирликийский Чудотворец, память которого мы празднуем 6-го декабря по нашему православному календарю.
   Кто не знает этого дивного святителя Христова Николая?
   Знают его и благоговейно чтут не только христиане, но даже магометане и язычники, как великого и преславного чудотворца и скорого помощника людям во всех бедах и напастях. Кто бывал на берегах Черного моря, мог видеть не раз икону святителя Николая на турецких фелюгах. Можно было видеть ее и в убогих саклях и юртах многочисленных инородцев населявших север и восток России вплоть до Манчжурии и Китая.
   Наиболее характерная черта святителя Николая, давшая ему такую славу, это его необыкновенноехристианское милосердие: «Никола-Милостивец» — так обычно звали его среди простого русского народа, основываясь на данных его дивного жития и безчисленных случаях помощи его людям.
   И вот этот великий святитель, столь прославившийся своим милостивым отношением к ближним, однажды допустил поступок, который многих смущал и доселе смущает, хотя достоверность его свидетельствуется церковным преданием, запечатленным в нашей иконописи и богослужении.
   Согласно преданию, святитель Николай принимал участие в Первом Вселенском Соборе, бывшем в Никее, который вынес осуждение еретика Ария, отвергнувшего Божество Второй Ипостаси Св. Троицы — Сына Божия. Во время происходивших при этом прений, святитель Николай не мог равнодушно слушать богохульных речей одержимого гордостью надменного еретика Ария, унижавшего Божественное достоинство Сына Божия, и при всем Соборе «заушил его», то есть ударил рукой по лицу. Это вызвало такое общее смущение, что Отцы Собора постановили лишить дерзновенного святителя епископского сана. Но в ту же ночь они были вразумлены дивным видением: они увидели как Господь Иисус Христос подавал святителю Николаю Свое Св. Евангелие, а Пречистая Матерь Божия возлагала на его плечи архиерейский омофор. И тогда они поняли, что святитель Николай руководился в своем поступке не какими-либо недобрыми, страстно-греховными побуждениями, а единственноодной чистой, святой ревностью о славе Божией. И помиловали святителя, отменив свой приговор о нем.
   Приводя этот столь красочный пример, мы отнюдь не хотим сказать, что и каждый из нас может и должен следовать этому примеру буквально: для этого нужно самому быть таким же великим святителем, каков был св. Николай. Но это безусловно должно убеждать всех нас в том, что мы не смеем оставаться безразличными и равнодушно относиться к проявлениям зла в мiре, особенно, когда дело касается славы Божией, нашей святой веры и Церкви. Тут мы должны проявлять себя совершенно непримиримыми и не смеем идти ни на какие лукавые компромиссы, примирение, хотя бы чисто-внешнее, или какое бы то ни было соглашательство со злом. Личным своим врагам, по заповеди Христовой, мы должны все прощать, но с врагами Божиими мира у нас быть не может! Дружба с врагами Божиими делает и нас самих врагами Богу: это — предательство и измена Богу, под какими бы самыми благовидными предлогами это бы ни делалось, и тут никакое лукавство и изворотливое самооправдание нам помочь не может!
   Интересно отметить то, как не нравится этот поступок св. Николая всем современным соглашателям со злом, пропагандистам мнимой «христианской любви», готовой мириться не только с еретиками, гонителями веры и Церкви, но и с самим диаволом, во имя «всеобщего мира» и «единения всех» — лозунгов, ставших в наши дни столь модными. Ради этого, они — соглашатели эти — стараются даже отвергнуть самый факт участия св. Николая в Первом Вселенском Соборе, хотя этот факт принимается нашей св. Церковью, а потому всеми нами должен почитаться, как достоверный.
   Все это, конечно, потому, что нет уже у современных людей, даже из числа именующих себя «христианами», подлинной святой ревности о Боге и о Его славе, нет ревности о Христе, Спасителе нашем, ревности о св. Церкви и о всякой святыне Божией. Вместо этого преобладает теплохладное безразличие, равнодушное отношение ко всему, кроме своего собственного земного благополучия, с забвением о неминуемо-ожидающем всех нас неумытном суде Божием и открывающейся по смерти вечности.
   А без этой святой ревности, как мы подчеркнули в начале, нет и истинного христианства, нет подлинной жизни духовной — жизни во Христе. Вот и заменено все это теперь всякими дешевыми суррогатами, порою весьма низкопробными, но часто отвечающими вкусам и настроениям современного человека. А потому такие псевдо-христиане, искусно прикрывающие свою духовную пустоту лицемерием, нередко имеют большой успех в современном, выхолощенном от подлинной духовности, обществе — подлинные же ревнители славы Божией презираемы и гонимы, как «люди тяжелые», «нетерпимые фанатики», «люди отставшие от века».
   Так уже теперь, на наших глазах, происходит « отсеивание»: кто остается со Христом до конца, а кто легко и естественно примкнет к стану Его противника — Антихриста, особенно, когда наступит час грозных испытаний для нашей веры, когда именно и нужно будет проявить во всей полноте всю силу нашей святой ревности, которой сейчас многие гнушаются, как «фанатизмом».
   Но нельзя в то же время забывать, что кроме истинной святой ревности, бывает еще «ревность не но разуму» — та ревность, которая обезценивается отсутствием в ней важнейшей христианской добродетели — разсуждения, и потому, вместо пользы, может приносить вред.
   А есть также и мнимая, ложная ревность, под личиной которой скрывается кипение обычных греховных страстей — чаще всего гордости, властолюбия и честолюбия и интересы партийности, подобной той, какая играет главную роль в политической борьбе, и которой не может быть места в жизни духовной, жизни общественно-церковной, что, к несчастию, в наше время очень часто встречается и бывает главным возбудителем всевозможных распрей и смут церковных, заправилы и вдохновители коих нередко прикрываются какой-то будто бы идейностью, а в действительности преследуют только свои собственные личные цели, стремясь угодить не Богу, а своей «самости», и ревнуя не о славе Божией, а о своей собственной славе и славе своих партийных коллег и единомышленников.
   Все это, само собой понятно, — глубоко чуждо истинной святой ревности, противно ей, греховно и преступно, ибо только компрометирует нашу святую веру и Церковь!
   Итак, нам предстоит выбор: со Христом мы или с Антихристом?
    «Время близко!»  (Апок. 22:10) — предостерегали нас, христиан, еще св. Апостолы. А если оно было «близко» тогда, в апостольские времена, то насколько же оно стало «ближе» теперь, в наши зловещие дни явного отступления от Христа и гонения на нашу св. веру и Церковь?!
   И если мы твердо решаем в эти судьбоносные дни остаться со Христом, не на словах только, но и на деле, то нам совершенно необходимо теперь же, не откладывая, порвать всякие дружественные связи, всякое взаимообщение со слугами грядущего Антихриста, которых уже так много завербовано им в современном мiре, под льстивыми предлогами «всеобщего мира» и «благоденствия», а особенно — безусловно освободить себя от всякой подчиненности им и зависимости от них, хотя бы это было связано с ущербом для нашего земного благополучия или даже с опасностью для самой нашей земной жизни.
   Вечность важнее нашего кратковременного существования на земле, и к ней именно должны мы себя готовить!
   А потому одна святая ревность о Боге, о Христе, без всякой примеси какого бы то ни было лукавства и двусмысленной лукавой политики, должна руководить нами во всех действиях и поступках.
   Иначе грозит нам строгий приговор «Так как ты ни горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих»  (Апок. 3:16).
    «Итак, будь ревностен и покайся!»  (3, 19).

«Мнози бо суть звани, мало же избранных».

    Мысли на неделю 28-ую по Пятидесятнице.
   Почему же это «мало избранных»? Разве Господь пристрастен — одних избирает, а других отвергает? Разве Он не ко всем людям относится одинаково, как любящий Отец к Своим чадам? Да не подумает кто-либо этого, да не возводит такой хулы на нашего любящего Отца Небесного — Бога!
   Нет, братие! Господь всем нам одинаково желает добра: Он, как учит Писание, «всем человеком хощет спастися и в разум истины приити»  (1 Тим. 2:4).
   Почему же тогда «мало избранных»?
   Потому что люди сами бегут от Господа, они сами не желают себе того добра, того высочайшего, ни с чем земным несравнимого блага, которого желает для них Щедрый и Милостивый Господь.
   Это наглядно и живо показано в евангельской притче «о званных на вечерю», в которой Сам Господь Иисус Христос ярко изобразил те причины, почему избранный народ Божий, во главе со своими вождями и представителями, отверг пришедшего к нему Мессию-Господа и отказался от участия во спасении, которое Промысл Божий в первую очередь для него уготовал.
   Царство Небесное и его вечное блаженство, которое уготовал Господь всем людям, представлено в этой притче под образом великой вечери, или ужина-пира. Хозяин этого пира приглашает гостей на этот пир, единственно по любви своей, и никого не ведет на пир насильно. Каждому «званному» — приглашенному гостю предоставляется на его волю, принять это приглашение или его отвергнуть. Так и Всещедрый Господь всех людей зовет в Свое Небесное Царство, единственно по любви Своей, желая добра человеку, желая всех сделать блаженными; Он никого не принуждает, никого не насилует, не заставляет идти против воли. В Царство Небесное входят люди только добровольно, входят лишь те, которые откликаются на зов Божий, отзываются на призыв Божий.
   Но что же оказывается на деле?
   Господь всех людей с великой отеческой любовью зовет к Себе — призывает в Свое Небесное Царство, Он ни для кого не делает исключения — Он всех хочет осчастливить, всем даровать вечное блаженство. У Господа все «званные», но — увы! мало оказывается «избранных».
   Почему же это?
   Да потому, что люди сами легкомысленно пренебрегают зовом Божиим и отказываются от уготованного им блаженства в Царстве Небесном, как в этой евангельской притче все приглашенные, словно сговорившись, все вдруг начали отказываться. Один говорит: «я купил поле, и мне нужно пойти посмотреть его», а другой: «я купил пять пар волов и иду испытать их». Третий говорит: «Я женился и потому не могу придти».
   Какая это жизненная картина, братие, изображающая не только евреев, отвергших пришедшего к ним Мессию-Христа, благодаря своему крайне-материалистическому умонастроению, но и нас, современных христиан, предпочитающих всякаго рода земные блага вечному спасению! Евреи представляли себе имеющего придти Мессию земным царем, который даст им чисто-земное благополучие, а потому отвергли и даже со злобою распяли истинного Мессию, учившего их искать не земных благ, а «Царствия Божия и правды Его» (Матф. 6:33). Но не таково ли умонастроение и у многих христиан современных, которые с досадой отмахиваются от евангельского учения, не хотят слышать о Царствии Божием и небесном рае, а ищут земного блаженства, стремясь на земле создать для себя райское житие, наслаждаясь не вечной Правдой Божией, а удовлетворением своих страстей и похотей?!?
   Не так ли в наши дни многие у нас извиняют свое нехождение в храм, пренебрежительное отношение к делам благочестия и к заботе о спасении своей собственной души от вечной погибели разными чисто-житейскими своими заботами и попечениями?
   Пристращаются всецело ко всему земному и тленному, погружаются целиком в водоворот житейской суеты, гоняются за ничтожными и обманчивыми призраками земного счастия и материального благосостояния, а о главном — о «едином на потребу» забывают. Пренебрегают призывом любящего Господа на Его таинственную вечерю в Царствии Небесном, а потому и лишаются ее — лишаются величайшей радости и вечной блаженной жизни, губят себя навеки, игнорируя многозначительное предостережение Господне: «Кая бо польза человеку, аще приобрящет мiр весь и отщетит душу свою»?  (Мк. 8:36).
   Но этим подлинным безумцам все нипочем: ими владеет сумасшедшая жажда властолюбия и честолюбия, безконечного накопления всевозможных земных благ и стяжаний, удовольствий и наслаждений. В этом стихийном вихре погони за земным, они забывают о небесном — о необходимости достойным образом приготовить себя к вступлению в ожидающую всех нас вечную жизнь.
   Не думают такие люди и о том, что ведь можно одновременно заботиться и о теле и о душе. Это не возбранено совсем, но только надо, чтобы забота о душе стояла на первом месте и чтобы заботы о теле не поглощали собою всего человека, не переступали бы границы дозволенного Законом Божиим и не заставляли бы его пренебрегать душой и делом своего вечного спасения.
   Итак, вот почему «мало избранных»!
   Иудейские первосвященники, книжники, старейшины и фарисеи сами не захотели стать избранниками Божиими, будучи слишком привязаны ко всему земному и ища власти, богатства и прочих земных благ, отвергли и даже распяли на кресте пришедшего к ним для спасения их душ Мессию, а потому и услышали от него строгий приговор: «Отъимется от вас Царствие Божие и дастся языку, творящему плоды его»  (Матф. 21:43), что так ярко и сильно и исполнилось на них в последующей истории этого некогда избранного народа Божия. И они продолжают, в своей прежней безумной мечте, стремиться к земному владычеству, к стяжанию всевозможных земных благ и, забывая об истинном, уже пришедшем Мессии, ждут, по своему вкусу и настроению, другого «Мессию», за которого и примут имеющего придти перед кончиной мipa Антихриста, о чем предрек Сам Господь Иисус Христос, сказав им: «Аз приидох во Имя Отца Моего, и не приемлете Мене: аще ин приидет во имя свое, того приемлете»  (Ин. 5:43). Этот «ин», по древнему еще верованию Церкви, и будет Антихрист, который увлечет всех за собой обещанием земного благосостояния и всевозможных земных благ.
   Но, увы, пойдут за Антихристом не только отвергшие Христа иудеи, но и многие, очень многие из «христиан», только имя это носящих, но «силы его отвергшихся» — «христиан» лишь по имени.
   Где будем тогда мы с вами, братие и сестры? Что мы для себя предпочтем: зов Божий на Его таинственную вечерю, уготовляющую нам вечную радость, вечное блаженство в Царствии Небесном, или суетные земные блага и «временную греха сладость», скоропреходящие и разсеивающиеся, как дым?
   Не будем же теми безумцами, которые оскорбляют любовь Божию пренебрежением к Его Божественному зову! Будем знать и помнить, что главное и самое страшное из адских мучений — этогорькое раскаяние, горькое сожаление о том, что мы сами себя погубили: будучи «званными», не пожелали быть и «избранными» и через это безразсудно лишили себя вечного счастия, вечного блаженства в непрестанном общении с нашим любящим Отцом-Богом в Его Небесном Царствии. Аминь.

АРХИПАСТЫРСКОЕ ПОСЛАНИЕ К ПРАЗДНИКУ РОЖДЕСТВА ХРИСТОВА — 25 ДЕКАБРЯ 1974 г.

«Христос раждается — славите!»

   Вот и вновь сподобил нас Господь дожить до светлых и радостных дней праздника явления в мiр Сына Божия. Какой это дивный праздник! какое светлое торжество! Уста смыкаются пред священным безмолвием Вифлеемской ночи, сердце в тишине внемлет ангельскому пению: «Слава в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение!»
   «Ныне не время поучений», говорит отечественный наш наставник святитель Феофан: «ныне не время поучений, но время славословий; ныне не время наставлений, но время благодарения».
   И к этому-то и зовет нас св. Церковь. «Христос раждается — славите!» взывает она: «Христос с небес — срящите! Христос на земли — возноситеся! Пойте Господеви вся земля, и веселием воспойте людие, яко прославися!»
   Да и как не радоваться, не ликовать нам, братие, в эти святые дни! Ведь совершилось, наконец, то, чего тысячелетиями ожидало погрязшее во грехах человечество, уже отчаявшееся в своем спасении. Совершилась «велия благочестия тайна — Бог явися во плоти»  (1 Тим. 3:16) и «с человеки поживе», для того, чтобы спасти нас: искупить нас от греха, проклятия и смерти и даровать нам новую блаженную жизнь. Взошло «Солнце Правды» и озарило весь мiр Своим Божественным светом. Оно дало нам «свет и разум, да познаем Бога истинного и да будем во истиннем Сыне Его Иисусе Христе» 1 Иоан. 5:20).
   Но все ли мы, все ли современное человечество ценит и чувствует все величие этого праздника!
   Увы! Человечество вновь безумствует и даже еще хуже, чем это было перед Рождеством Христовым. Тогда люди жили «во тьме и сени смертней»  (Матф. 4:16), не зная Христа-Спасителя. Теперь они знают Его, и, искупленные Пречистою Кровью Его, отвращаются от Него и даже с ожесточением гонят Его, стремясь искоренить самую веру в Него. Сознав однажды, казалось бы раз навсегда, свою полную неспособность свое безсилие устроить себе хоть сколько-нибудь сносную жизнь на земле без Бога, современные заносчивые гордецы, в своей надменной самонадеянности мечтают создать какое-то всеобщее благоденствие на земле без Бога и влекут человечество в бездну погибели. Страшная мiровая катастрофа так явно грозит сейчас всему мiру, от Христа отступившему и святые заветы Его поправшему.
   Современные «ироды», точно так же одержимые бешеной страстью властолюбия и честолюбия, болезненной мнительностью и подозрительностью, готовы совершить новое «избиение младенцев», уже в мiровом масштабе и залить всю землю кровью, чтобы насытить свою пагубную страсть, уничтожив своих соперников, не только действительных, но и мнимых, и подготовив путь к воцарению своего мрачного повелителя — Антихриста.
   Мы уже видели пробу этого безумия на нашей несчастной Родине-России, которая сделалась жертвой лютых Богоборцев-Христоненавистников. Теперь это же самое готовится уже для всего мiра.
   И удивительно, как слепы и словно не видят этого люди, погрязшие в безверии!
   Но для нас, христиан, нет другого пути, как сохранение всецелой верности нашему Господу и Спасителю в эти страшные переживаемые нами дни повального злобного Богоотступничества. И что бы в мiре не произошло, какая бы катастрофа ни случилась, будем помнить, что «с нами Бог», как радостно поет св. Церковь в день Рождества Христова.
   А, если «с нами Бог», то «страха их не убоимся, ниже смутимся». И если это — уже конец, то постараемся приготовить себя к сретению Господа, грядущего на облацех со славою и силою многою, «судити живым и мертвым», дабы Он мог сказать о нас на суде: «Се, Аз, и дети, яже ми даде Бог».
   И пусть враги Христовы и безбожники празднуют по-своему свой «сезонный праздник», из которого изъято Святейшее Имя Христово, а мы с вами будем славить Христа «нас ради ныне плотию Рождшагося от Безневестныя и Пречистыя Девы Марии», как славили Его некогда у нас на Родине до внедрения в нее западного вольнодумства и безбожия.
   От всего сердца поздравляем вас, возлюбленные о Господе братие и сестры, и молитвенно желаем вам во всей возможной полноте вкусить радость и духовную сладость этого великого и преславного праздника Рождества Христова.
   И да родится вновь Богомладенец-Христос в сердцах всех русских людей — и здесь среди нас и там — на пока все еще порабощенной игом лютого безбожия Родине нашей!
   Призывая на всех вас благословение Рождшегося в Вифлееме, остаюсь с любовью о Господе богомольцем Вашим.

СОВРЕМЕННЫЕ «ИРОДЫ».

    Мысли в Неделю по Рождестве Христовом.
    «Тогда Ирод, видев, яко поруган бысть от волхвов, разгневася зело и послав изби вся дети, сущыя в Вифлееме и во всех пределах его» 
   (Мф.2:16)
   Об этом мы уже слышали евангельское чтение на второй день праздника Рождества Христова. Ныне оно вновь предлагается нашему вниманию, без сомнения для того, чтобы поражающее душу содержание его глубже внедрить в нашем сознании. Средоточием здесь является ужасная злодейская личность Ирода, которого с полным правом мы можем разсматривать, как воплощение всех зол, всех страстей и пороков, в конечном итоге своем всегда приводящих человека к самому страшному и непоправимому злу — возстанию против Самого Бога — богоборчеству.
   В самом деле! Едва успел родиться в мiр Божественный Младенец-Христос, как сатана, почуяв в Нем своего смертельного врага, уже стремится уничтожить Его. Орудием своего злобного замысла он избрал царя Ирода, отличавшегося как раз порочными чертами характера, которые и нужны были сатане — бешеной страстью властолюбия и честолюбия, мнительностью и подозрительностьюи необычайной свирепостью и жестокостью. В своей болезненной подозрительности он совершил целый ряд ужасных злодеяний: утопил брата своей жены, убил зятя и тестя, казнил жену и тещу и, наконец, умертвил двух своих сыновей. Весь, до самых глубин своей души, преданный неукротимым страстям и порокам, он готов был с дикой яростью уничтожать все, что стояло на пути к удовлетворению его неистовых вожделений. И потому, как только он услышал от волхвов, что родился некий «Царь Иудейский», по-видимому, могущий стать его соперником, он тотчас же вознамерился уничтожить Его. Можно себе представить, в какое бешенство впал он, когда волхвы разстроили его планы, иным путем отошедши в страну свою и ничего не сообщили ему о новорожденном Царе Иудейском! В ярости своей он дошел до такого зверства, что повелел избить 14.000 ни в чем неповинных младенцев, руководясь тайной надеждой, что, быть может, в числе их будет уничтожен и неизвестный ему новорожденный Царь Иудейский.
   Какой страшный вопль, какое рыдание тысяч несчастных матерей пронеслось над целой страной! Об этом выразительно говорит св. евангелист, воспроизводя слова пророка: «Глас в Раме слышан бысть, плач и рыдание и вопль мног: Рахиль плачущися чад своих, и не хотяше утешитися, яко не суть»  (Матф. 2:18).
   Но потерявшему от дикой страсти облик человеческий Ироду все нипочем. Что ему кровь невинных младенцев, что ему вопли матерей? Он весь одержим своей страстью, ослеплен ею и, кроме нее, ничего не видит, не слышит и не соображает.
   Таков страшный нечеловеческий образ человека поправшего в себе образ Божий, не желающего жить по велениям Закона Божия, но весь смысл жизни своей видящего лишь в удовлетворении своих порочных страстей!
   Такой человек перестает быть человеком: он превращается в отвратительное хищное животное, конец его — гнусная смерть и вечная погибель. Он не избежит страшной кары Божией, как не избежал ее и Ирод, заживо съеденный червями.
   Вот, что значит, братие, не слушать голоса совести и жить, угождая только страстям своим!
   И нельзя думать, что это удел лишь каких-то совсем исключительных злодеев, каковым был Ирод. Нет! Всякая страсть начинается с малого ничтожного и, как кажется, извинительного послабления себе, а затем, ничем не обуздываемая, не укрощаемая здравым смыслом, растет все больше и больше, целиком захватывает человека и делает его рабом своим. Может быть, иной раз и хотел бы он выпутаться из цепких объятий ее, но уже нет сил: страсть, не укрощенная своевременно слишком укоренилась в нем, поработила его разум и волю — и вот, он — раб, презренный раб, гадливое животное, чудовище порока.
   Необходимо тут оттенить одну черту, которая была неотъемлемым свойством характера Ирода, как и всех ему подобных людей. Эта черта характера особенно широко распространена в современном человечестве, ее считают более или менее нормальным явлением или, по крайней мере, не борются с ней, как бы следовало, и она пожинает свои гибельные плоды среди современных людей, незаметно производя величайшее опустошение в душах человеческих и отравляя существование, как самому обладателю этой пакостной черты, так и всем окружающим.
   Что же это за черта?
   Отчего так особенно неистово разгневался Ирод, почему он пришел в такое бешенство, что приказал умертвить всех младенцев в Вифлееме и пределах его?
   На это мы как раз и находим объяснение в сегодняшнем евангельском чтении.
    «Тогда Ирод, видев, яко поруган бысть от волхвов, разгневася зело»  (Матф 2:16). Итак, вот в чем причина этого особенно страшного гнева и неистовства Ирода. Ирод увидел себя «поруганным», то есть осмеянным волхвами, и это именно привело его в такое неистовое бешенство.
   Но разве волхвы действительно хотели надругаться над Иродом?
   Ничего подобного!
   Они просто «получив во сне откровение не возвращаться к Ироду, иным путем отошли в страну свою»  (Матф. 2:12). Они даже не задавались мыслью, какое впечатление произведет на Ирода их уход, а просто, по долгу совести, исполнили данное им повеление
   Где же тут какое-либо надругательство?
   А между тем, Ирод решил, что волхвы именно надругались над ним.
   Какая же эта черта характера, что это за свойство души?
   Это — крайне-обостренная мнительность и подозрительность.
   Мнительному и подозрительному человеку все что-то кажется, чего даже и в помине н