Азбука верыПравославная библиотекапрофессор Петр Симонович КазанскийИстория православного монашества на Востоке. Часть 1
Распечатать
Скачать как mobi epub fb2 pdf Оригинал (djvu)
 →  Чем открыть форматы mobi, epub, fb2, pdf?


профессор Петр Симонович Казанский

История православного монашества на Востоке. Часть 1

Часть 1

   

Содержание

    Профессор П. С. Казанский
Часть первая. История Православного монашества на Востоке (Монашество в Египте) Предисловие Происхождение жизни монашеской Антоний Великий, основатель иноческого отшельнического жития; Пахомий Великий, учредитель общежития иноческого; Женские иноческие обители в Египте. Преподобный Антоний Великий, основатель монашества Святой сисой, пустынножитель горы святого Антония Учреждение общежития иноческого Пахомием Великим Преемники Пахомия в управлении Тавеннскими монастырями Начало женских иноческих обителей в Египте  

 
Профессор П. С. Казанский
   Среди книг, посвященных истории египетского монашества, особое место занимает сочинение профессора Московской Духовной Академии Петра Симоновича Казанского (19.XI.1819— 14.II.1878). Российские путешественники и писатели издавна посещали Египет — колыбель восточного монашества. К их числу относятся О. И. Сенковский (побывал в Египте в 1820— 1821 гг.), А. С. Норов (1834–1835 гг.), архимандрит Порфирий (Успенский) (1845, 1850 гг.) и ряд других. В их записках содержатся ценные сведения о тогдашнем состоянии монашеской жизни, но они носят путевой, очерковый характер. Что же касается систематического изложения истории древнего египетского монашества, то П. С. Казанский был едва ли не первым русским исследователем, который составил монументальный труд в этой области.
   Петр Казанский родился 19 ноября 1819 года в селе Сидоровском Звенигородского уезда Московской губернии в семье священника Симона Ивановича Лосева. Рано лишившись отца, детство и юность он провел под присмотром матери, умной и благочестивой, воспитавшей в сыне нравственную воздержанность и чистоту помыслов. С детских лет в душе Петра возгревался свет любви к Церкви Христовой и к ее учению. Один из его старших братьев — Александр — впоследствии стал наставником Вифанской и Московской духовных семинарий. Другим его старшим братом был Павел, впоследствии архиепископ Костромской Платон (ум. 1877).
   В 1832 году Петр Лосев поступил в Вифанскую духовную семинарию. По тогдашнему обычаю, при поступлении в семинарию ему дали новую фамилию — Казанский. В годы учебы его особенно увлекало чтение аскетических творений. «Живо написанная религиозная книга, — вспоминал он впоследствии, — мне нравилась несравненно более, чем ученая»1.
   Однажды Петру Казанскому пришлось быть при пострижении в монахи, и его поразил этот обряд. «Ныне у нас новый инок Ювеналий, — сообщал Петр своему другу. — Как торжественно должно быть это время принятия ангельского чина! С вечера, безмолвный, с слезами, давал он прощальное лобзание каждому из нас. Как будто в последний раз он видит мир и людей, живущих в нем. Торжественно было то мгновение, когда, как бы в погребальном шествии, под покровом чужих мантий с белыми свечами веден он был на средину церкви. При трогательном, до глубины души проникающем пении: Господи помилуй — облечен был в нового человека. О! да благословит его Господь Иисус, с Которым он теперь соединился чрез причащение»2.
   С 1838 по 1842 гг. Петр Казанский обучался в Московской Духовной Академии. Сокурсники отмечали высокий духовный настрой будущего церковного историка; один из них вспоминал: «Все мы готовили его в мыслях к монашеству, но не уготовили. Он всю жизнь любил монахов, но не сделался монахом <...> Не обижался, когда смеялись над его аскетизмом»3.
   Это — взгляд со стороны. А вот что пишет о своих духовных переживаниях сам П. С. Казанский: «Я любил быть один. Тогда мне казалось, что мир духов витал около меня и в своей душе я слышал как будто их внушения. В лунную ночь любил я устремлять свой взор к звездному небу. Там, мнилось мне, я ощущал небожителей; что-то таинственное влекло меня к этому звездному миру, как к вожделенной отчизне. <...> Всего слаще было для меня посещать древний храм с его мрачными сводами. Там, особенно когда мало было народу, любил я изливаться в слезах пред Господом»4.
   Однако Петр Казанский не решился принять монашество, словно предчувствуя свое особое послушание. В одном из писем он замечает: «Нередко хожу в церковь, но не решаюсь на самоотвержение, хочу служить Богу, находясь в дружбе с миром»5.
   В 1842 году Петр Казанский окончил курс Московской Духовной Академии и был оставлен при ней бакалавром на кафедре обшей гражданской истории. Историю он рассматривал как «развитие человечества по вечному плану Божию, для восстановления образа Божия через Иисуса Христа». Научные интересы ученого были сосредоточены на проблемах церковной археологии, в частности на истории восточного монашества. Петр Симонович приступил к исследованиям в этой области предприимчиво и энергично. В 1845 году П. С. Казанский напечатал одну из своих работ, посвященную преподобному Макарию Египетскому6. Возможно, это сочинение было написано автором еще в студенческие годы. Сам Петр Симонович говорил, что он всегда сохранял благоговейное отношение к монашеству и имел намерение проследить его судьбу как на Востоке, так и на Западе до позднейшего времени7.
   В 1853 г. в Москве был издан капитальный труд П. С. Казанского «История православного русского монашества от основания Печерской обители преподобным Антонием до основания Лавры Святой Троицы преподобным Сергием» (ряд материалов этой книги публиковался в «Прибавлениях к творениям святых Отцев», начиная с 1850 г.).
   С 1845 по 1857 гг. П. С. Казанский регулярно публиковал свои статьи по истории восточного монашества на страницах «Прибавлений к творениям святых Отцев». По тогдашней традиции, эти статьи печатались без подписи автора, и толь-ко по косвенным признакам можно судить о том, что данные публикации принадлежат перу Петра Симоновича. Впоследствии эти статьи легли в основу его двухтомной монографии «История православного монашества на Востоке» (т. I. М. 1854; т. 2. М. 1856), и поэтому небезынтересно заглянуть в «творческую лабораторию» автора. Вот далеко не полный перечень статей П. С. Казанского, относящихся к начальной истории монашества в Египте: «Св. Макарий Египетский» (1845 г.)8; «Учреждение общежития иноческого Пахомием Великим» (1851)9; «Основание женских иноческих обителей в Египте» (1853)10; «Пустынножительство в горе Нитрийской и ее окрестностях» (1855)11; «Подвижники Скитской пустыни в Египте» (1855)12; «Св. Петр, архиепископ Александрийский» (1856)13; «Св. Нил, подвижник Синайский, и его сочинения» (1857)14; «Св. Анастасий Синаит» (1857)15.
   Благодаря тому духовно-нравственному направлению, которое сложилось в Московской Духовной Академии, Петр Симонович смог положить все силы на научные изыскания в области церковной истории. Упорные труды П. С. Казанского рано обратили на него внимание русского ученого мира. Уже в 1847 году он был избран в действительные члены Императорского Общества истории и древностей Российских. В 1850 году П. С. Казанский и протоиерей А. В. Горский (будущий ректор МДА, с 1862 по 1875 гг.) стали членами-корреспондентами Петербургского Археологического общества. Как к знатоку церковной истории к Петру Симоновичу обращались с вопросами и поручениями такие видные представители российской исторической науки, как И. П. Сахаров, О. М. Бодянский, М. П. Погодин, И. И. Срезневский, А. С. Уваров и другие. За заслуги перед русской исторической наукой П. С. Казанский был избран действительным членом Московского Археологического общества и почетным членом Общества любителей духовного просвещения.
   В 1850 году Петр Симонович получил звание профессора Московской Духовной Академии, и это, казалось бы, давало ему возможность безбедной жизни. Но подвижник науки отдавал бо́льшую часть жалования своим ближним. Три поколения — сироты сестры, племянники и их дети — имели в нем истинно любящего отца. Подготавливая к изданию свою основную книгу — двухтомную «Историю православного монашества на Востоке», Петр Симонович не имел средств для ее опубликования. «Я занял 400 рублей на печатание истории монашества первой части»16, — вспоминал он много лет спустя.
   В 1854 году увидел свет 1-й том монографии, и это сразу стало заметным событием в российских научных кругах. Вот один из отзывов об этой книге, полученный автором от обер-гофмейстера В. Д. Олсуфьева (от 14 августа 1854 г.): «Я имел удовольствие получить чрез братца Вашего, отца архимандрита Платона, первую часть сочинения Вашего «История православного монашества» и приношу Вам за оную душевную благодарность. То, что я успел уже прочитать, меня заняло самым приятным образом и заставило желать, чтобы, продолжая труд Ваш, Вы описали нам историю монашества и в России. Благодаря Бога у нас на подобные книги еще читателей много, особенно когда они писаны таким слогом, как Ваш»17.
   Это пожелание побудило П. С. Казанского заняться углубленным изучением истории русского монашества, тем более что ранее он уже опубликовал ряд статей на эту тему. Работа над новой монографией шла быстро, и в 1855 году Петр Симонович опубликовал трактат, озаглавленный «История православного русского монашества от основания Печерской обители преподобным Антонием до основания Лавры Святой Троицы преподобным Сергием» (М. 1855). Таким образом, «наказ» В. Д. Олсуфьева был выполнен, о чем тот упоминает в письме к автору (от 2 февраля 1855 г.): «Усердно благодарю Вас за присланную вторую часть истории русского монашества. Я прочел ее с большим удовольствием и с таковым же нетерпением ожидаю продолжения»18.
   Однако П. С. Казанскому еще предстояло издать 2-й том «Истории православного монашества на Востоке», а средств на печатание книги не было. Свою монографию Петр Симонович представил на просмотр митрополиту Московскому и Коломенскому Филарету (Дроздову). Святитель ознакомился с рукописью и даже сделал несколько замечаний по её содержанию. Узнав, что у автора нет денег на печатание второй части «Истории», он дал их ученому бессребреннику.
   С 1842 по 1874 гг. П. С. Казанский преподавал в Московской Духовной Академии всеобщую историю. Несмотря на то, что его интересы простирались на область церковной истории, он исполнил свой долг перед Академией: в 1863 году вышло в свет пособие П. С. Казанского, озаглавленное: «Учебная книга всеобщей истории, составленная для употребления в семинариях» (Спб. 1863). Хотя по содержанию этот труд носил светский характер, его лейтмотивом была мысль о том, что «древние великие царства, покорившие себе весь тогдашний мир, так быстро падали и разрушались потому, что не исполняли той высокой миссии, которая возлагалась на них Провидением»19.
   Вот как впоследствии оценил научную деятельность П. С. Казанского профессор МДА о. Алексий (Лавров-Платонов, впоследствии архиепископ Виленский; †1890): «В обычном и постоянном течении его жизни эта любовь к Святой Церкви и вере выражалась прежде всего во всем направлении его ученой деятельности. Предметом его занятий в сем училище [МДА] была светская история. Но у него не выходила она только светскою, отделенною от истории веры и Церкви, отдельной от нее, чуждой ей <...> По глубокой любви к Церкви и вере он выбирает предметы своих ученых работ почти исключительно из области веры и Церкви, изучает жизнь святых отшельников и подвижников, исследует жития святых архипастырей, прославляет церковными песнями Матерь Божию и святых Божиих угодников; вообще за предметами для своих трудов ходит в церковную область и редко обнародывает исследования по светской истории»20.
   «История православного монашества на Востоке» долгое время оставалась непревзойденной по широте охвата этой темы. Однако в конце 60-х — начале 70-х годов Петр Симонович вернулся к этой теме, но уже на более высоком научном уровне. В одном из писем к брату (от 26 октября 1870 г.) сам профессор свидетельствует: «Лет десять тому назад переделывал я свои лекции по истории Востока — Ассирии и Египта. Теперь новые открытия заставляют вновь переписывать их. Тяжело письмо: наизусть передавать не в силах, и притом для следующего года была бы работа та же. Если хоть часть успею написать, то мне будет легче, а отстать в лекциях от движения науки не хочется»21.
   Преосвященный Платон был обеспокоен тем, что Петр Симонович тратил свои слабые силы на обширные научные исследования. «Здоровьем твоим дорожи более, нежели научными исследованиями об Ассирии, Вавилоне, Ниневии, — отвечал он брату. — Делай то, что можешь, а не то, что хочешь. Снова прошу тебя беречь свое здоровье и думать не о славе профессорской, а как-нибудь дотянуть тридцатилетие служебное. Если сбережешь свое здоровье, то и по окончании твоего профессорского поприща можешь заняться учеными трудами»22.
   Тем не менее научная работа П. С. Казанского в этом направлении продолжалась. В 1871 году в 24-й части «Прибавлений к творениям святых Отцев» появилось сразу две публикации, дополняющие прежние труды Петра Симоновича: «Об источниках для истории монашества египетского в IV и V веках»23 и «Общий очерк жизни иноков египетских в IV и V веках»24. Год спустя обе эти работы вышли в свет отдельными изданиями. Примечательно, что только «Общий очерк» был поначалу опубликован с указанием автора — «Проф. П. Казанский»; другие его статьи в «Прибавлениях», по тогдашней традиции, помещались анонимными.
   В марте 1872 года профессор П. С. Казанский представил на рассмотрение ученого совета Московской Духовной Академии диссертацию на тему: «История православного монашества в Египте» (в двух частях). В основу работы легло прежнее его сочинение, дополненное двумя упомянутыми статьями. При подготовке докторской диссертации к защите Петр Симонович пользовался научными консультациями протоиерея А. В. Горского. Ректор МДА внимательно просматривал представлявшиеся ему диссертантом новые статьи по истории монашества и сопровождал их своими критическими замечаниями25. Препроводив эти замечания П. С. Казанскому, прот. А. В. Горский отвечал ему в одном из писем (от 10 февраля 1872 г.): «Благодарю за внимание Ваше к вопросам, мною предложенным. Они расширят несколько круг Ваших исследований, думается, не без пользы дела»26.
   Профессор-протоиерей Александр Горский и был назначен одним из официальных оппонентов; другим был профессор Алексей Петрович Лебедев (†1908). Полгода длилась изнурительная борьба П. С. Казанского против недоброжелателей в ученом совете27. Однако, несмотря на интриги «заклятых друзей», Петр Симонович всё же смог приступить к защите своего многолетнего труда, и в этом большую моральную поддержку ему оказал прот. А. В. Горский. Вот отрывок из отзыва протоиерея А. В. Горского, посвященного диссертации Петра Симоновича: «Достоинство труда: обилие собранных из разных источников сведений о жизни иноков египетских; самостоятельная разработка предмета, тщательное изыскание таких памятников, в которых бы слышалось собственное слово подвижников; достойное духовного исследования благоговейное отношение к изумительным подвигам пустынножителей; особенно удовлетворительная обработка истории общежития Тавенского и Скита, также жизни и учения преп. Макария и ученых трудов Исидора Пелусиота; вообще ясное и правильное распределение дошедших до нас сказаний по местам жительства подвижников, географическое определение самых этих местностей, археологические объяснения нравов жизни, обрядов первых монастырей восточных и во всем отчетливость, дающая себя поверять по указаниям первоначальных источников»28.
   Знаменитый отечественный историк В. О. Ключевский также был на стороне П. С. Казанского. «Многие страницы книги, особенно в позднейших приложениях к ней, я прочитал с удовольствием, — пишет он в своем отзыве. — Характеристика монашества в заключительной части сочинения по своим научным достоинствам и по богатству материалов, бывших в распоряжении автора, может удовлетворить даже притязательным желаниям»29.
   2 октября 1873 года состоялась защита диссертации П. С. Казанского; Совет Московской Духовной Академии единогласно присвоил ему ученую степень доктора богословия30. Профессор МДА А. Ф. Лавров (впоследствии — архиепископ Виленский Алексий), присутствовавший на этом заседании, в одном из своих писем свидетельствует: «Сейчас возвратился с диспута. Докторант защищался с достоинством и показал обширные сведения и диалектическую ловкость в ответах. Официальные оппоненты были два: А. В. (прот. Горский — а. А.) и Л. (А. П. Лебедев — а. А.). Возражения первого были основательны, а последнего более легкие. Публики было много, и по окончании диспута доктор встречен многочисленными и продолжительными аплодисментами всех»31. За тридцать лет преподавания в Академии проф. Казанский проявил себя как чрезвычайно начитанный, знающий педагог, строго относящийся к себе и к воспитанникам. Обремененный многими болезнями, он стойко переносил невзгоды, с самоотвержением предаваясь наукам, аскетическим подвигам и благотворительности.
   В 1874 году П. С. Казанский оставил службу в Академии, всецело сосредоточившись на своих ученых трудах. Ему было суждено прожить еще четыре года, и за этот период он опубликовал целый ряд статей, среди которых есть посвященные истории византийского и русского монашества.
   В 1877 году Петр Симонович тяжело перенес кончину любимого брата — архиепископа Костромского Платона, а в феврале 1878 года и сам тяжело заболел. 14 февраля он исповедался и причастился Святых Христовых Таин и в этот же день отошел ко Господу на 59-м году жизни. «С 13 на 14 прошлого февраля в Троицком Сергиевом Посаде скончался бывший профессор Московской Духовной Академии Петр Симонович Казанский, — сообщалось в некрологе. — Он был весьма почтенный ученый, который много и усердно трудился, который искренно желал и стремился принести посильную пользу науке и который оставил после себя длинный ряд исследований и несколько целых книг»32.
   Отпевание почившего было совершено 16 февраля в Покровском храме Московской Духовной Академии. В надгробном слове профессор МДА Димитрий Федорович Голубинский (†1903) отметил заслуги П. С. Казанского как церковного историка: «Мы замечали, с какой тщательностью он старался передавать нам самый ход исторических событий, с какой осторожностью он обращался с историческими памятниками и источниками, когда нужно было решить какой-нибудь спорный вопрос. Такое изложение предмета, строго основанное на фактах, с одной стороны, способствовало развитию здравого взгляда на исторические события, а с другой и вообще приучало нас к исканию достаточных оснований для наших убеждений. Но при всей осторожности в суждениях о значении исторических фактов покойный наставник умел привлекать особенное наше внимание к тем событиям, в которых ясно обнаруживались действия Промысла Божия, таковы, например: состояние Римской империи перед явлением христианства и многие замечательные события на Западе по отделении его от церковного общения с православным Востоком»33.
   Слово прощания произнес также ученик П. С. Казанского, доцент кафедры гражданской истории Василий Александрович Соколов (впоследствии профессор МДА; †1918). Обращаясь к почившему, он сказал: «У тебя не было семьи; ты не был мужем и отцом, но многих ли старцев окружает такая многочисленная благословенная семья, какая окружала тебя?»34. И, как бы развивая эту мысль, профессор МДА Е. Е. Голубинский отметил, что «Петр Симонович не вступал в брак и провел жизнь в холостом, поистине монашеском одиночестве. Одиночество есть друг ученых занятий, но врагом покойного было его здоровье, совсем хилое...»35
   После отпевания П. С. Казанский был похоронен на академическом кладбище рядом с могилой протоиерея Александра Горского. И это не было случайно; по словам Е. Е. Голубинского, «покойный был другом и соревнователем незабвеннейшего А. В. Горского: достойный дружбы, он соревновал ему, превозмогая бодрым духом немощную плоть»36.
   После кончины П. С. Казанского исследования по истории восточного монашества продолжила целая плеяда отечественных богословов. К их числу относятся такие церковные историки, как архимандрит Сергий (Спасский)37, А. П. Лебедев38, архимандрит Палладий (Кафаров)39 и ряд других. Но в ряду этих исследователей П. С. Казанский по праву занимает первое место, о чем хорошо сказал знаменитый русский историк, профессор Московской Духовной Академии Е. Е. Голубинский (1834–1912): «Многочисленные ученые труды Петра Симоновича по всей справедливости должны быть ценимы особою высокою ценой; они приобретают значение нравственного подвига»40


1    Беляев А. А., прот. Профессор Московской Духовной Академии Петр Симонович Казанский // Памяти почивших наставников. Сергиев Посад, 1914. С. 278.
2    Беляев А. А., прот. Профессор Московской Духовной Академии П.С.Казанский и его переписка с архиепископом Костромским Платоном. Сергиев Посад, вып. 1. 1910. С. 34.
3    Беляев А. А., прот. Профессор Московской Духовной Академии П.С.Казанский и его переписка... Вып. 1. 1910. С. 32.
4    Там же. С. 32.
5    Там же. С. 34.
6    Казанский П. С. Св. Макарий Египетский // Прибавления к творениям святых Отцев. Ч. 3. М. 1845. С. 105–146.
7    Беляев А. А., прот. Профессор Московской Духовной Академии П.С.Казанский и его переписка... Вып. 1. С. 98.
8    Прибавления к творениям святых Отцев. Ч. 3. М. 1845. С. 105–146.
9    Там же. Ч. 10. М. 1851. С. 528–562.
10    Там же. Ч. 12. М. 1853. С. 598–640.
11    Там же. Ч. 13. М. 1855. С. 195–248.
12    Там же. Ч. 14. М. 1856. С. 31–73.
13    Там же. Ч. 15. М. 1856. С. 596–609.
14    Там же. Ч. 17. М. 1857. С. 14–26. Ч. 16. М. 1857. С. 7–53.
15    Там же. Ч. 16. М. 1857. С. 578–605.
16    Беляев А. А., прот. Профессор Московской Духовной Академии П. С. Казанский и его переписка... Вып. 2, 1916. С. 302. Письмо от 25 сентября 1869 г.
17    Беляев А. А., прот. Профессор Московской Духовной Академии П.С.Казанский и его переписка... Вып. 1. С. 92–93.
18    Там же. С. 93.
19    Соколов И. Из воспоминаний об академических чтениях по древней гражданской истории профессора Московской Духовной Академии П. С. Казанского» Душеполезное чтение, 1879, ч. 2. С. 48.
20    о. Алексий (А. Ф. Лавров), проф. Слово перед отпеванием заслуженного профессора Московской Духовной Академии Петра Симоновича Казанского, 16 февраля 1878 г. // Православное обозрение, 1878. т. 1. С. 489–490.
21    Беляев А. А., прот. Профессор МДА П. С. Казанский и его переписка... Вып. 2. С. 358.
22    Там же, С. 361, примечание.
23    Прибавление к творениям святых Отцев. Ч. 24. М. 1871. С. 621–676.
24    Там же. С. 789–889.
25    См.: Беляев А. А., прот. Профессор МДА П. С. Казанский и его переписка... Вып. 1. С. 57–61.
26    Там же. С. 62.
27    См.: Беляев А. А., прот. Профессор Московской Духовной Академии П. С. Казанский и его переписка... Вып. 1. С. 62–68. См. также: Беляев А. А. Профессор Московской Духовной Академии Петр Симонович Казанский // Памяти почивших наставников. Сергиев Посад, 1915. С. 280–285.
28    См.: Беляев А. А., прот. Профессор МДА П. С. Казанский и его переписка... Вып. 1. С. 282.
29    Там же. С. 283.
30    Об обстоятельствах защиты см.: «Современные известия», 1873, №275.
31    Беляев А. А., прот. Профессор МДА П. С. Казанский и его переписка... Вып. 1. С. 69, примечание 1.
32    Памяти заслуженного профессора МДА П. С. Казанского // Православное обозрение, 1878, март, т. 1. С. 499–500.
33    Памяти заслуженного профессора МДА П. С. Казанского // Православное обозрение, 1878, март, т. 1. С. 495. Речь, произнесенная профессором Академии Д. Ф. Голубинским.
34    Там же. С. 498. Речь приват-доцента Академии В. А. Соколова.
35    Памяти заслуженного профессора МДА П. С. Казанского // Православное обозрение, 1878, март, т. 1. С. 500. Речь профессора Академии Е. Е. Голубинского.
36    Там же. С. 500.
37    Сергий (Спасский), архим. "Лавсаик" и история египетского монашества/ЧОЛДП, 1882, ч. 1, отд. 1. С. 197–248.
38    Лебедев А. П. Новые и старые источники истории первоначального монашества» Богословский вестник, 1892, № 4. С. 1–37.
39    Палладий (Кафаров), архим. Новооткрытые сказания о преп. Макарии Великом по коптскому сборнику. Казань, 1898; его же: Новооткрытые изречения преп. Антония Великого. Казань, 1898; его же: Св. Пахомий Великий и первое иноческое общежитие. Казань, 1899.
40    Православное обозрение, 1878, т. 1, март. С. 500.

Часть 1