Святой Нил Мироточивый и его пророчества о последних судьбах нашего мира

Святой Нил Мироточивый и его пророчества о последних судьбах нашего мира

(10 голосов4.6 из 5)

В книге описаны чудесные события на Святой Горе с 1813 по 1819 годы, записанные со слов афонского инока Феофана. Иноку, по его словам, являлся преподобный Нил Мироточивый, назидая и обличая в его лице грехи святогорцев.

По словам митр. Илариона (Алфеева): «Надо отметить, что «Посмертные вещания преподобного Нила Мироточивого» относятся скорее к апокрифам, чем к святоотеческой литературе. Кроме того, русскому читателю они известны в очень тенденциозном и неаккуратном переводе».

Посмертные вещания прп. Нила Мироточивого, 1912. 16,7 Мб

***

Прп. Нил Мироточивый († 1651) прибыл на Св. Гору вместе со своим дядей иером. Макарием и стал подвизаться в пещере, на обрывистом юж. предгорье Афона, именовавшемся «Св. скала». Прп. Нил назван Мироточивым (Μυροβλύτης) в связи с тем, что после кончины его глава стала источать миро столь обильно, что его неоскудевающий поток достигал моря. По молитвам местных монахов, приходивших в смущение из-за множества приплывавших за миром на лодках паломников, мироточение остановилось и переместилось в обитель Малевийской Божией Матери (Пелопоннес) — на родину преподобного. От храма, построенного прп. Нилом и иером. Макарием, сохранился только св. престол в алтарной части. Над пещерой в 1744 г. был воздвигнут храм в честь Успения Пресв. Богородицы (расписан в 1752). В 1812 г. кавсокаливийские отцы в благодарность за чудесные исцеления по молитвам к прп. Нилу решили устроить храм в его честь внутри самой пещеры. Во время строительства были обретены мощи прп. Нила и перенесены в В. Л., где они были торжественно встречены К-польским Патриархом Григорием V, будущим новомучеником, в то время подвизавшимся в В. Л. В наст. время в келлиях св. Евфимия и Всех святых, находящихся рядом с пещерой прп. Нила, живут 5 монахов. В самой пещере прп. Нила после его кончины никто не жил.
Источник: Православная энциклопедия, «Великая Лавра».

***

Пророческая характеристика людей пред концом мира: Люди же, чем больше будут на них находить бедствия, тем больше будут возделывать зла, вместо того, чтобы каяться, будут озлобляться на Бога…

Пророчество о воцарении антихриста: Сребролюбие есть предтеча Антихриста… Все то, что домостроительно и промыслительно подготовляло и подготовляет людей к вере и следованию за Господом, есть, была и будет истина. Наоборот, все, что подготавливает людей к отвержению закона Божия и Спасителя их, есть ложь, эта ложь домостроительно подготовляет пришествие Антихриста и принятие его родом человеческим…

Пророчество об Афонской Горе и об отшествии из нее Иверской иконы Божией Матери (Ч. III, ГЛ. 94)

О преподобнейшие отцы, удаление Спасения будет таково.

Во-первых, за малое время вперед потрясется монастырь, в котором жительствует лик Царицы Спасения. Значит бесчувственная земля восчувствует, что имеет обнищать от Хранителя своего, Которая хранит ее до сего дня. После трясения, будут очень трястись все деревья насажденные и будут наклонять всех насажденных, говорим, всех укорененных, ради Царицы в плен (т.е. будет мученическое истребление православных монахов на Горе). Афон будет биться страшным шумом, будет исходить тонкий глас; когда будет уходить лик Госпожи нашей Богородицы, то будет знамение страшное и трепетное.

Знамение будет такое: все церкви будут наклонены ради удаления Спасения, как провод Спасению и поклон. Ради этого, говорю вам, нечувствие будет ощущать, а чувство будет помрачено, и не будет сознавать, что удаляется Спасение. Итак, говорю вам, преподобнейшие отцы, до тех пор, пока находится лик Госпожи нашей Богородицы внутри Горы сей, да не подвигнется никто уходить из Горы сей честной; как только подвигнется уйти с Горы сей честной, тотчас имеет найти на него наказание душевное и телесное (попущение). Когда же увидят, что удалилась икона Всесвятой с Горы сей честной, тогда уходите и вы, куда угодно, только обет монашеской жизни сохраните целым и чистым.

Пророческая характеристика людей пред концом мира  (Ч. I, ГЛ. 28)

Какое сделается тогда хищение? Какое мужестрастие, прелюбодейство, кровосмешение, распутство будет тогда? До какого упадка снизойдут тогда, люди, до какого растления блудом? Тогда будет смущеннее великим любопрением (пристрастием к спорам), будут непрестанно препираться и не обрящут ни начала, ни конца. Потом соберется Восьмой Собор, чтобы разобрать спор, и явить благое благим и злое злым… будут отлучены, отделены добрые от злых, т.е. правоверующие от еретиков, и на некоторое малое время мирствовать будут люди… Но потом снова превратят расположение (благое) свое, обратятся ко злу злою погибелью погибающих, так что не будут познавать, что есть брат и что сестра, что отец с матерью, и что мать с сыном ея, не будут признавать и брачного венца. Будут иметь только одну погибель, одно падение в погибель, как Содом и Гоморра, т.е. и пяти праведников не найдется… И будет брат иметь сестру, как жену, мать иметь сына, как мужа, будет умерщвлять сын отца и прелюбодействовать с матерью, и иные тьмы зол войдут в обычай. Поскольку же станут к людям прививаться злые дела, постольку будут находить на них бедствия… Люди же, чем больше будут на них находить бедствия, тем больше будут возделывать зла, вместо того, чтобы каяться, будут озлобляться на Бога. Злодеяния же, которые будут творить люди, превзойдут злодеяния современных потопу людей. У всех будет разговор только о зле, намерения только злые, соизволение злое, сотоварищество только назло, деяния у всех только злые, всеобщее злое хищение, всеобщее злое притеснение, всеобщее злое обособление; всеобщее злое разъединение. При всем этом будут думать, что и делатель зла спасается… Поскольку будет умножаться корыстолюбие, постольку будут умножаться и бедствия в мире.

Пророчество о воцарении антихриста (Ч. I, ГЛ. 21-25)

Сребролюбие есть предтеча Антихриста… Все то, что домостроительно и промыслительно подготовляло и подготовляет людей к вере и следованию за Господом, есть, была и будет истина. Наоборот, все, что подготавливает людей к отвержению закона Божия и Спасителя их, есть ложь, эта ложь домостроительно подготовляет пришествие Антихриста и принятие его родом человеческим… Как Предтеча проповедовал крещение Истиною и этим обращал людей на путь спасения, так (наоборот) многозаботливость будет помрачать чувства человека, чтобы сделать человека нечувственным ко спасению своему, чтобы он от множества плотских забот не мог ощущать спасения. Люди не будут ощущать ни желания вечной будущей жизни, ни страха вечного осуждения… Ей, пребудет спасение и не отымется от мира, возможность спастись и спасающиеся пребудут до конца мира. Ей, и тогда будет спасение, но для кого оно будет? Для тех, которые не будут покоряться делам антитипа (предтечи Антихристова) … От нечистой блудной родится Антихрист. В сей деве совокупятся распутства, она будет сокровищница прелюбодейства. Всякое зло мира, всякая нечистота, всякое беззаконие воплотится в ней. В зачатом ею от тайного блуда, совокупятся воедино во чреве нечистоты и с обнищанием мира оживотворятся… Зачнется от тайного противоестественного блуда плод, который будет вместилищем всякого зла…

Сей плод родится на свет тогда, когда обнищает мир добродетелями… Но что за обнищание такое постигнет мир?..

Во-первых, обнищает мир любовью, единодушием, целомудрием.

Во-вторых, обнищает каждое селение и град от подвластности своей, главенствующие лица удалятся от града, села и округа, так что не окажется никакого главенствующего лица ни во граде, ни в селе, ни в округе.

Ответ на вопрос: «Что значит: «Приблизилось Царство Небесное» и «Уготовьте путь»?»

«Как только грешник обратится к покаянию, сейчас же оказывается близ Царства Небесного; посему и говорит в проповеди Предтеча: «Покайтеся, ибо приблизилось Царство Небесное». Или говорится: «В пустыне вопиет Предтеча Христов: уготовьте пути и стези Бога нашего» и т. д. Что значит: уготовьте путь? Это значит: когда царь захочет пойти в какое малое и низшее село, то посылает вперед чиновных своих, чтобы уготовали путь». В духовной жизни это значит: «чтобы покаялись, обратились, очистились, исповедались и просветились». А если место плохое, то можно ли ввести царя в него? Ради того и послал Он сановника Своего, а именно: Предтечу, — дабы уготовал он путь Господень.

О страсти осуждения в людях.

«Есть ли какая польза от этого осуждения других, что так между вами оно распространено? Страсть осуждения есть чрезвычайная проказа для человека, от которой он в большей степени страдает, чем от других своих прегрешений». По учению преподобного Нила, «человек, если он осуждает, не может спастись никоим образом, так как в чем бы ни осудил он другого, все на его голову возвращается. По гордости своей мнит он о себе, что он — чистый сосуд и потому якобы имеет право осуждать ближнего, не представляет же себе, несчастный че­ловек, что он сам нечист в том, за что осуждает!» «Поэтому, — наставляет старец, — не осуждающие один другого неповинны пред Богом, как говорится: «Не судите, да не судимы будете!..» (Мф. 7:1).

Посмертные вещания преподобного Нила Мироточивого Афонского

Предисловие

Не обличай злых, да не возненавидят тебе; обличай премудра и возлюбит тя; даждь премудрому вину и премудрший будет, сказуй праведному и приложит приимати.

(Притч.9:8-9)

В книге сей описаны чудесные события, совершившиеся во Святой Горе в промежуток времени от 1813 до 1819 года, а именно: ряд чудесных явлений преподобного отца нашего Нила Мироточивого одному иноку афонскому, именем Феофан, ради спасения которого, находившегося в безвыходном положении, святой многократно являлся наяву и во сне, причем исцелил его вначале от грыжи и беснования, поселил его в пустынной каливе, поучал, спасал неоднократно от сетей диавольских и от явных нападений на него бесов, наказывал его и, наконец, что особенно важно для нас, передал ему слова обличительные для монашествующих1 и указующие истинный путь спасения. Также передал и некоторые пророчества.

Судьбы Божии неисповедимы и, поэтому, мы не можем с точностью сказать, что именно вызвало божественное и небесное посольство на землю святого Нила, но из слов преподобного можно заключить, что, во-первых, ближайшим поводом к сему было покаяние Феофана, который, низринувшись в бездну тягчайших грехов, возымел благое намерение положить начало покаянию, исправиться и с этой целью вторично прибыл во Святую Гору, которую, было, покинул, но, по действию диавольскому, встретил столько препятствий для осуществления своего благого намерения, что поневоле был вынужден отказаться от этого намерения, стал собираться покинуть Святую Гору и отправиться в Царьград.

Феофан был уже накануне отъезда и пошел в лес собрать укропу, чтобы выменять его на хлеб для дороги, когда встретил святого в лесу в образе неизвестного старца, святой показал ему заброшенную пустынную хижину и повелел ему поселиться в ней, обещая заботиться о всем необходимом для его жизни. Феофан не знал, что с ним говорит святой, но послушал его, явив здесь свое благое произволение. С тех пор началось необычайное промышление и попечение небожителя о земном и глубоко падшем Феофане.

Как видно из откровенной исповеди Феофана, он был преисполнен пороков, был легкомыслен, непостоянен, сластолюбив, вспыльчив, мечтателен, подвержен блудной страсти, нерадив к подвигам, ленив к молитве, но зато в нем были и некоторые добродетели, а именно — великое простосердечие, искренность и глубокое сознание своего недостоинства. Кроме того, несомненна, чиста и православна была его вера в Бога и велико упование на Него. Эти добродетели заставляли взирать на сего величайшего грешника не как на чадо диавольское, но как на заблудшую овцу стада Христова.

Эту-то заблудшую овцу, которую преследовали не только демоны, но и своя братия-люди, и сошел с неба, чтобы спасти, святой Нил; с великим долготерпением, мало-помалу очищая его, делая его победителем над врагом и страстями, успел святой, наконец, довести Феофана до того, что повелел ему принять высший ангельский образ-схиму, причем в схиме повелел принять имя Эхмалотос, т. е. Пленник, в знак того, что он есть пленник святого, ибо святой восхитил Феофана из рук пленившего его диавола.

Происходившие с ним чудесные события Феофан, по просьбе некоторых из скитской братии Кавсокаливского скита, записывал, а потом и сам святой Нил повелел ему. записать без утайки и сокращения все его слова. Так как Феофан был малограмотным, то записывать помогал ему один иеромонах, именем Герасим, из Царьграда.

Феофана, которого и без того уничижали и презирали гордые и злые, еще больше возненавидели, когда он начал передавать обличения святого. Нечестивцы, не желая отстать от пороков своих, которые так явно обличал прп. Нил, для оправдания своего неверия, стали хулить и воздвигать клеветы на самого Феофана, причем чудесные явления называли “прелестью” или вымыслом Феофана ради корыстных целей, просто и не литературно передаваемые Феофаном слова святого — безграмотной и безсмысленной болтовней, пророчества же св. Нила о грядущем бедствии на Св. Гору, в случае нераскаяния и не- исправления, — ложью.

Особенно сильно враждовал против Феофана некто Дионисий, владелец келлии Спанон, т. е. Безбородых, которая расположена над самою пещерою св. Нила. Дионисий увлекся морским промыслом, завел парусную лодку, а также развел пчел на острове Тассо. Так как это было не богоугодно, ибо от сего страдала духовная жизнь братии, опускалось богослужение, то святой приказал Феофану в одном из самых первых своих явлений передать Дионисию, чтобы он продал лодку и пчел, чтобы братия его занималась бы рукодельями по примеру древних отцов, в противном же случае — угрожал большими убытками. Но Дионисий не желал покинуть излюбленный предмет своей страсти, похулил даже слова святого и распространял среди прочих святогорцев неверие к словам, передаваемым Феофаном. Второй причиной небесного посланничества Феофана было, как он сам высказал, призвать святогорцев к возвращению на путь жизни святых отцов, от которой они начали отступать, пренебрегая духовными подвигами и безмолвием, увлекаясь же суетою и многостяжанием. Вследствие пренебрежения духовною жизнью, развились среди них и другие тяжкие пороки; все это неизбежно навлекало на себя гнев Божий.

В то время монастыри и обители Святой Горы были многолюдны и по внешности благоденствовали; преобладающим элементом среди национальностей монашествующих были греки.

Святой передавал через Феофана, что он послан Богом, как Ной к допотопным людям и как Иона к Ниневии, что Бог готов принять покаяние и тягчайших трешников, как готов был принять покаяние Иуды, вися на кресте, ждал его обращения и скорбел о его гибели. Святой говорил, что главное зло происходит от многословия, празднословия, осуждения, а также от многопопечений, многостяжаний и многозаботливости, которые убивают монашеский дух, открывая дверь прочим страстям и порокам. Святой обличал также пороки духовников, старцев, общежительных, скитян, послушников, открывал истинную картину современного монашества и возвещал то, что должно ожидать к концу века, а также предвозвещал грядущий в ближайшем будущем меч и воду, что и сбылось через три с небольшим года после его последнего пророчества, и что могло бы быть предотвращено, если бы святогорцы приняли слова его, которые им передавал Феофан.

Так как одним из главных виновников поразительного неверия святому, которым заразилось большинство тогдашних насельников Святой Горы, был Дионисий, яростно хуливший Феофана, то, по проречению святого, он погиб от укушения ехидной, в знак возмездия за то, что он, как выразился святой, “ехидным ядом своей клеветы» — отравил святогорцев. Сей Дионисий скончался и погребен не на своей келлии — в знак возмездия и кары за то, что чрез него столько монашествовавших тогда на Афоне должно было бежать вскоре с Афона от нашествия агарян и скончать жизнь не на Афоне.

Такова была вторая причина небесного посольства святого Нила.

Третьей же промыслительной причиной чудесных откровений Феофану было, как видно из слов святого, раскрытие для будущих монашествующих поколений диавольских сетей, которыми враг усиленно старается ныне опутать покинувших мир, вступивших на путь покаяния и богоугождения, чтобы поругаться над их благим намерением и заставить их в монашестве еще более, чем в миру, работать себе, т. е. греху.

Так как грядут времена лютые, про которые Господь говорит: “Обаче Сын Человеческий пришел, обрящет ли веру на земли?» — то святой возвещает ищущим спасения в убежище Афона, под покровом Божией Матери, чтобы они не смущались, не ужасались, не теряли бы веры в покров Матери Божией и не покидали бы Афон, пока икона Иверской Матери Божией не покинет Афон, но чтобы пребывали в покаянии и надежде спасения, в безмолвии, смирении и послушании, стараясь хранить нерушимо то малое, что еще останется от прежней высокой монашеской жизни, особенно же целомудрие. Открывает святой также о печати антихриста, о всемирной анархии, которая будет предшествовать пришествию антихриста, о насилиях над убогими земледельцами, о времени, когда надо ожидать сего, о степени развращенности последнего поколения, об умалении роста людей, о том, как ожесточительно будет действовать на сердца человеческие принятие ими печати антихриста, о проповеди Эноха и Илии против печати, о призыве их к людям знаменовать себя крестным знамением и еще много тому подобного.2

Итак, третьей причиной небесного посольства святого были мы и те, которые грядут по нас. Если с этой стороны размыслим, почему святой выбрал для своей проповеди такого глубоко падшего человека, как Феофан, то, думается, нам несколько уяснится сокровенный смысл его.

Падший Феофан, впавший в тяжкие грехи, но сохранивший православную веру несомненной, простоту сердечную, а также сокрушение о своих грехах и сознание своего падения — такой, чуждый лукавства, Феофан есть прообраз монашества последних веков. Бог не дал Феофану быть пожертым диаволом, но послал святого Нила на взыскание его. Посему современное и последующее монашество не должно отчаиваться в спасении, лишь бы только, при всех падениях, сохраняло оно неповрежденной свою православную веру, нелукавый нрав, смирение и сокрушение о грехах своих. На самом деле, как свидетельствуют духовные наши наставники, например, епископ Игнатий Брянчанинов, епископ Феофан Затворник, иеросхимонах Амвросий Оптинский и прочие, мы так же далеко отступили от древней святоотеческой жизни, как Феофан отступил от заповедей Божиих; несмотря на это, милосердый Бог, видя искренность его желания совершить покаяние, посылает ему на помощь угодника с неба. Это свидетельство о неизреченной любви к нам Бога должно служить для нас утверждением упования нашего, отгнанием уныния и отчаяния и побуждением к духовной брани со врагом.

Четвертой причиной необычайного попечения о Феофане, святой Нил поясняет, была великая греховность Феофана, в пример чего святой приводит из жития Иоанна Богослова его продажу себя в рабство самой ужаснейшей женщине, которая когда-либо существовала, Романе. Вследствие необычайной ее греховности отдал себя ей в рабство Иоанн, чтобы исхитить ее из рук диавола.3 Еще приводит в пример род иудейский, самый жестоковыйный и неблагодарный, который когда-либо существовал, но именно его избрал Господь и к нему пришел спасать его.

Люди, говорит святой, не в силах постичь духовного состояния человека, судя его по внешности, как невозможно по внешности различить гнилого плода граната от хорошего; только когда разрежешь гранат, тогда узнаешь по нестерпимому смраду, что он согнил. Тем труднее человеку судить человека, ибо страсти в человеке бывают не от одних и тех же причин, но есть страсти, в которых всецело виновен сам человек, и есть страсти, промыслительно попускаемые Богом ради того, чтобы человек не возмечтал или не впал бы еще в большие грехи. Эту притчу велел святой передать тем скитянам, которые смущались тем, что святой являлся именно Феофану, а не кому другому.

После пострижения в схиму в 1819 году Феофан по повелению святого должен был совместно с Герасимом покинуть Афон, причем одним из главных поводов к этому было: ненависть обличаемых к Феофану и их злобный умысел подстеречь и убить его, чтобы потом воспользоваться этой смертью для распространения клеветы, будто Феофан был в сношении с бесами, которые являлись ему, выдавая себя за св. Нила, а потом его удушили.

С другой стороны, повеление преподобного Феофану оставить Афон и переселиться на другое место напоминало повеления Господа ветхозаветным пророкам выполнить те или иные символические действия. Например, Господь повелевает пророку Иеремии купить льняной пояс, препоясать им чресла свои и спрятать его в расселину скалы (Иер.13:1-4); в другой раз Господь повелевает Иеремии купить кувшин у горшечника и в присутствии старейшин, пред вратами города, разбить сей кувшин в знак отвержения Богом еврейского народа (Иер.19:1-13). А вот еще более близкий и подходящий к уходу Феофана с Афона пример. Господь повелевает пророку Иезекиилю взять свои вещи и переселиться с своего местожительства на другое (Иез.12:112), в знаменование будущего разрушения Иерусалима и переселения евреев в Вавилон. Равным образом, уход Феофана с Афона, по повелению прп. Нила, символически знаменовал грядущее Божие наказание Афону — его разгром и запустение при нашествии иноплеменников, когда множество иноков, по своей слабости не могущих претерпеть мученический венец и восприять мученическую кончину, разбегутся с Афона в более спокойные города и селения, а, может быть, и за границу…

Но прежде, чем покинуть Афон, святой повелел Феофану записать его 18часовую беседу с ним 18 января 1817 года, которая не была еще записана. Однако Феофан упустил это исполнить и, как только освободился от эпитимии, которую возложил на него святой, выехал с Афона вместе с Герасимом. Но святой возбранил ему выполнить эту поездку, которая лишила бы все будущие поколения монашествующих на Афоне духовного сокровища, которое принес с неба Божий посланник, и, как ни старались Феофан с Герасимом достичь Царьграда, это им никак не удавалось. Тогда Феофан понял, что это не есть случайность, но запрещение святого Нила, и, раскаявшись в нерадении своем, поспешил возвратиться обратно на Афон и здесь в течение целого года, диктуя изо дня в день Герасиму, списал без утайки и без сокращения все, что совершилось с ним от 1817 года, и все, что сказал святой. Все это вместе с прежними записями составило книгу приблизительно в 1000 страниц полулистового формата, т. е. около 400 страниц книги обыкновенного формата.

По окончании списания Феофан и Герасим покинули благополучно Афон и уехали в Палестину, в обитель св. Саввы4, книгу же списали многие лица и приобрели монастыри, в библиотеках которых и поныне она хранится.

Афонцы воспользовались сим сокровищем так же различно, как воспользовались иудеи сошествием с неба Христа: одни уверовали и спаслись, другие ожесточились и отвергли призыв ко спасению, пока не нашло на них всегубительство римского меча…

Так сбылось пророчество святого, ибо через несколько лет мера долготерпения Божия исполнилась, нашел на Святую Гору агарянский меч, многолюдная Гора запустела, умалилось преобладание эллинов по численности над прочими и умножилось неожиданно монашество славянское, в частности, русское. Поэтому нам подобает ныне особо тщательно бдеть и поучаться из примеров церковной истории, чтобы не впасть в те же грехи, чтобы не навлечь и на себя гнева Божия, ибо “аще Бог естественных ветвей не пощаде, да не како и тебе не пощадит”. “Некие от ветвей отломишася… неверием отломишася, ты же верою стоиши, не высокомудрствуй, но бойся…” (Рим.11:20-21). Кроме меча, святой угрожал еще Афону водою; эта угроза также сбылась в те же годы, ибо лил 30 дней страшный дождь; недавно отшедшие от нас старожилы, одни из немногих пребывшие в Святой Горе во время нашествия, например, известный подвижник Хаджи Георгий, говорили, что все малые потоки обратились в бурные реки, даже вид поверхности скатов горы изменился, небольшой ручей, который протекает в Карее около соборного храма, так переполнился водою, что наводнил храм и на воде плавали деревянные формы (стасидии). Часть зданий в монастыре Ивере унесло в море.

Исполнение этого пророчества есть прообраз той кары, которую возвестил святой последним насельникам Святой Горы. За нечестия нечестивых Святая Гора погрузится в море, когда, наконец, Матерь Божия отымет покров Свой от удела Своего. Тогда благочестивые должны поспешить покинуть Афон, как только уйдет Чудотворная Иверская Икона.

О покрове же Матери Божией над Святою Горою Феофану было замечательное видение 20 августа 1816 года.

Тогда за грехи нечестивых Святой Горе угрожал меч албанцев и римлян, погибель была близка, если бы святые отцы афонские, как то видел Феофан, не умолили Владычицу и Она не дала Сыну произнести Свой грозный суд. Враги были воспящены и еще около семи лет после того мирствовала Святая Гора, пока, наконец, умножившиеся беззакония и неверие святому Нилу не навлекли меч агарянский, который нечестивых потребил, а благочестивых увенчал мученическими венцами, как о том свидетельствует святой.

Страшны знамения гнева Божия, но увы! Наше нечувствие предает все забвению. С такой поразительной истинностью сбылись пророчества святого Нила, возвещенные чрез Феофана, но мы, частью, нерадим о том, чтобы познакомиться с ними, частью; продолжаем являть то же неверие и хулу, какую явили предшественники наши. Громадное большинство насельников Афона знают по преданию некоторые пророчества преподобного, но не имеют возможности, при всем желании, познакомиться с книгой, сокрытой в нескольких монастырских библиотеках.

Господь сподобил нас познакомиться с этою редкою книгой, потрудиться над переводом и литературным изданием её на русском языке. Мы исповедуем несомненно и глубоко веруем в истинность небесного явления святого Нила и божественность вещаний его, несмотря на то, что форма, в которой Феофан передал содержание беседы его со святым, весьма несовершенна; встречаются места труднопонятные, встречается немало повторений, в других же местах недомолвки, но, при внимательном рассмотрении, с помощью Божией усматриваются следы благодати, которая вещала устами Феофана, ибо в грубо и малосвязно высказанных словах обретается тончайшая и истиннейшая духовная нить, анализ духовной брани и тому подобные мысли, которых Феофан сам не понимал и потому несколько затемнил смысл, но, несмотря на сие, эти духовные сокровища не потерялись.5

Каждый читатель легко усмотрит, что вся книга, от первой строки до последней, представляет собою одно тесно связанное, неразрывное, логически и органически целостное духовное созерцание величия благодати Божией, излитой на христиан новозаветных вообще и на афонских священномонахов в частности, отсюда — о великой ответственности пред Богом сих избранников Божиих, о великой каре праведного гнева Божия, грядущего на них, если они начнут пренебрегать сими великими благодатными дарами Бога, закопают их в землю, в грязь греховности, лености, нечистоты духовной и не покаются в своем нечестии. Эта истина, подобно душе, оживляющей в человеческом организме каждую самомалейшую каплю крови, дышит и движется в каждой строке, каждом слове огромной книги «Вещаний».

Для смиренномудро взыскующего истины сама книга послужит несомненным доказательством божественности происхождения ее, смиренномудрый не соблазнится тем, что Феофан малограмотно изложил то, что сказал ему святой Нил, ибо он вспомнит, что и апостолы были рыбари и что их простым учением тоже соблазнялись эллины (1Кор.1:23). Восемнадцатичасовую беседу со святым Феофан изложил на пространстве нескольких сотен печатных страниц. Некоторые, указывая на сей объем, сомневаются, чтобы в течение 18 часов возможно было столько наговорить. Для нас же именно это обстоятельство служит наилучшим доказательством того, что Феофан не забыл ничего из слов святого и ничего не утаил, ибо, если отнять неизбежные повторения при изложении такой длинной беседы, которую записывали под диктовку изо дня в день в течение года, причем списчик Герасим относился с благоговением к словам Феофана, не смея даже исправлять их, хотя и мог бы это сделать, ибо был хорошо грамотен, итак, если отнять повторения, что в общем составит около 100 страниц, то получится именно такой объем, сколько в разговорном собеседовании можно проговорить в течение этого времени. Приведем пример из учебной жизни: студенты, готовясь к экзаменам, свободно и не торопясь прочитывают по 30 страниц обыкновенных печатных в час, идут отвечать экзаменатору и получают успешные баллы. Если принять во внимание, что они все-таки несколько скорее читают, чем можно проговорить голосом, то окажется и получится около 400 печатных страниц, которые вполне возможно проговорить в течение 18 часов.

Другое обстоятельство служит также удостоверением истинности Феофана: мы видим, что он, не дерзая преступить повеления святого о том, чтобы не умалять его слов, откровенно пишет не только то, что сказал святой и что относится ко всем, но и те слова, в которых святой обличает Феофана в тайных его, никому неведомых, крайне позорящих его, грехах скудных и смертных. Если бы воистину не явился бы ему святой и не говорил ему всего того и не повелел передать обо всем письменно последующим родам, то неужели сам Феофан стал бы так себя позорить?

Не говоря о всем прочем, несомненно удостоверяющем смиренномудрого и спасающегося в истинности божественного послания на землю святого Нила, укажем еще на одно обстоятельство. Книга, списанная Феофаном, по содержанию своему представляет изложенный в замечательной последовательности ряд глубочайших духовных истин, раскрывающих все стороны монашеской духовной брани. Здесь с поразительной обстоятельностью раскрываются все причины падения монашествующих, раскрыты приемы действия вражиего, с которым сатана устремляется на монашество, даны образцы добродетелей, указан путь к стяжанию их, высказан ряд обличений всех слоев монашества, от старцев до послушников и от пустынников до монастырей, предложен ряд предостережений для подвизающихся. Одним словом, по богатству материала из области аскетической психологии «Вещания” с полным правом могут занять видное место в ряду таких знаменитых святоотеческих творений этого рода, как, например, «Лествица”, слова прп. Ефрема Сирина, Исаака Сирина, Макария Великого и других. Во многих местах речь преподобного полна дивной художественности, чудного лиризма, блещет огнем высокой поэзии, благодатного вдохновения, напоминая то огненный язык библейских пророков (при обличении нечестивцев), то чудные новозаветные вдохновенные песнопения Иоанна Дамаскина (при изображении, например, глубочайших тайн домостроительства Божия о спасении людей). Для уяснения библейских событий преподобный иногда высказывает такие подробности библейского факта, о которых в Библии ничего не говорится. Это расширение (так называемая амплификция) подробностей того или иного библейского факта имеет целью наилучшее уяснение тех или иных библейских событий, наилучшую, так сказать, наглядную, рельефно выпуклую обрисовку действующих библейских лиц и т. п.

Некоторые святогорцы, смущаясь якобы чрезмерным, подавляющим преобладанием меланхолии, скорби, грусти, разочарованности и плача в «Посмертных вещаниях», говорили такие слова: «Когда читаешь святых отцов и, вообще, писания древнехристианских подвижников, то так и проникаешься веянием небесного утешения, благодатного веселия, мира и радости о Дусе Святе. Здесь же в «Посмертных вещаниях” одна скорбь, одна подавленность, одна меланхолия; невольно задыхаешься в этой удушливой атмосфере. После сего будет ли полезна для читателя такая книга?»

На такое недоумение весьма охотно даем — следующий ответ. Благодать Божия, входя в соприкосновение с человеком, которого избирает своим сосудом и посредником, не подавляет свободной воли этого человека, не стесняет его духовного облика, но, возвышая и поднимая его дух в области высшие, заоблачные, надземные и сверхчувственные, она, при всем том, действует в связи со складом личности (с духовным типом) этого человека. Феофан по своей природе был склонен к меланхолии; нравственные потрясения и треволнения жизни эту меланхолию в нем усилили и закрепили; она сделалась неизменной подругой и спутницей Феофана, положив неизгладимый отпечаток на все его существо. Отсюда меланхолический оттенок, весьма ясно ощущаемый почти на каждой странице «Посмертных вещаний», — дело вполне понятное и естественное; иначе и быть не могло. Прп. Нил говорил чрез меланхолика; отсюда меланхолическая окраска «Вещаний”. Далее, совершенная неправда, будто в «Посмертных вещаниях» одно сплошное разочарование, одна меланхолия, одно отчаяние. В этой книге немало и радостных, ободряющих мест, например, при изображении искупления, совершенного Господом Иисусом Христом, или хвалебная песнь «Возмите врата князи ваша”, изображающая победу Христа над силами ада, и прочее. Сам Феофан, при всех своих падениях, житейских треволнениях и искушении, — “с кораблем потопляемый грехи», — как бы совсем опрокидываемый волнами греховного моря, все-таки, в конце концов, “выплывает”, спасается, торжествует над этими волнами, восходя даже на высшую ступень монашеской жизни и принимая схиму по заповеди преподобного и богоносного отца нашего Нила, — восходя «от смерти к жизни, от земли к небеси». Разве это безнадежная меланхолия?

Разве это — безпросветное отчаяние?! Наконец, как много в «повестях», сообщаемых прп. Нилом Феофану, изображено и обрисовано светлых образов истинного подвижничества!.. «Но, все-таки, — скажут нам, — в «Посмертных вещаниях” немало найдется мест, навевающих грусть, скорбь, тоску и меланхолию»…

Не будем спорить. Однако необходимо принять во внимание следующее. А церковные молитвословия и песнопения, разве они целиком состоят из одной радости и ликования, из одного ликующего пасхального канона Иоанна Дамаскина “Воскресения день”?! А великопостный покаянный канон св. Андрея Критского. “Откуда начну плакати окаянного моего жития деяний?!” “Увы, мне, окаянная душе!” «Согрешихом, беззаконновахом!” «Душе моя! душе моя! возстани! что спиши? Конец приближается и имаши смутитися!” Или, например, вот слова из общеизвестной молитвы: “Не ввери мя человеческому предстательству”. Здесь находим следующее.

“Скорбь одержит мя, терпети не могу демонскаго стреляния, покрова не имам, ниже где прибегну окаянный”, всегда побеждаем и т. д. Значит, в самом церковном Богослужении есть не одна лишь “Светлая Пасха”, но и святая Четыредесятница, Великий пост… С другой стороны, в «Посмертных вещаниях», как подробно изъяснено выше, не одна сплошная скорбь и меланхолия. За густыми облаками скорби, за темными тучами меланхолии здесь легко заметить царственное сияние лучей небесного утешения, легко заметить просвет, озаряющий и указывающий путь к выходу из мрака безпросветного отчаяния, — это призыв к покаянию, одухотворяющий каждую строчку, можно сказать, каждую букву “Вещаний”. Вы грешите и не приносите покаяния в грехах. Горе вам за это! Гнев Божий близок к вам! Покайтесь и тогда гнев Божий не постигнет вас! Вот кратко выраженная общая мысль, идея «Вещаний”! Какая же здесь меланхолия?! Так может говорить некающемуся грешнику всякий православный пастырь, конечно, не наемник, а именно такой пастырь, которому дорого спасение овец, искупленных Честною Кровию Христовой. Наконец, в аскетической святоотеческой письменности немало найдем мест меланхолических, плач о грехах и призыв к покаянию (например, у прп. Ефрема Сирина). В духовной жизни христианина не должно быть ни постоянной скорби, ни постоянной радости. Когда нападает гордость, самодовольство и самомнение, полезно углубляться в “меланхолические» места аскетической литературы; когда, наоборот, душа терзается безпросветною скорбью, унынием и отчаянием, — необходимо читать, преимущественно, утешительные места из св. отцов (особенно св. Иоанна Златоуста о покаянии и т. п.). «Воспалительные болезни лечатся прохладительными лекарствами, а противоположные им — горячительными”, — сказал один из древних подвижников. Для лиц, недугующих воспалительною болезнью тщеславия, фарисейской гордости, надменности и т. п., «Посмертные вещания” будут прекрасным прохладительным лекарством!..

Мысли “Вещаний» проникнуты строгоправославным характером и направлением. Преподобный очень часто и очень усиленно внушает истину о необходимости живого духовно-нравственного союза с православною церковию, о необходимости частого приобщения св. Таин, исповеди пред духовником, о великом значении благодати священства, коему дано высокое право совершения безкровной евхаристийной жертвы и т. п. Когда означенная книга еще печаталась, многие афонцы были недовольны этим и говорили: “Зачем ее печатать?! Пусть бы оставалась она в афонских библиотеках в качестве рукописи!” Какие же доводы высказывали афонские иноки против печатания? Первый довод — тот, что эта книга якобы может произвести «раздоры и разделения между афон- цами…” На это скажем следующее. А до печатания сей книги, а сейчас, а после — разве не было, нет и не будет разделения между афонцами?! Конечно, афонцы стремятся жить в мире и единении, но яко человецы не чужды и греха разъединения; келлиоты не всегда мирны на крупные обители и обратно; греки не всегда мирны на русских и обратно; одним словом, раздоров и разделений на Афоне хоть отбавляй, и напрасно тут возводить вину на “Посмертные вещания прп. Нила”.

Далее, афонцы делают еще и такое возражение: “В книге часто обличается грех мужеложства (особенно с юными), а сего омерзительного греха на Св. Горе и слухом не слыхано и видом не видано; монах Феофан был просто душевнобольной, меланхолик, надиктовавший о. Герасиму много лжи и клеветы на святогорцев”. Конечно, грехопадения (особенно тайные, наподобие мужеложства), кто их видал? Грехопадения кто разумеет? (Пс.18:13), — скажем словами псалмопевца, но были, конечно, серьезные основания у Вселенского патриарха, еще не так давно, издавать по Св. Горе афонской распоряжение об удалении из афонских монастырей и скитов юных и безбрадых.

Конечно, дело шло тут не о пустяках и не о мелочах. Вселенский патриарх, не ограничиваясь письменным распоряжением, даже командировал сего ради на Афон одного из своих архиереев для приведения в исполнение вышеуказанной патриаршей грамоты (очевидно, дело было серьезное и животрепещущее). Архиерей даже взял себе в помощь представителя гражданской власти (турецкого чиновника); они вместе отправились по монастырям и келлиям “изгонять юных”. Кое-кого изгнали… Впрочем, из сего патриаршего распоряжения и сего «ревизорского объезда” афонских обителей не вышло никакого толку. Доброе дело, как это часто бывает на свете с добрыми делами, сошло на «нет”. Ревизоры, с великим почетом, вниманием и гостеприимством принимаемые в афонских обителях, скоро закончили свой объезд, весьма довольные “исполнением патриаршего поручения”. Юные же не только не исчезли “с лица земли афонской, но стали приумножаться” (особенно по келлиям), “а юные изгнанники” снова вернулись назад и все пошло по-старому. Ни о каких административных мероприятиях на Афоне против юных теперь уже не слышно… Ясное дело, что «Вещания прп. Нила” заслуживают самого серьезного внимания афонцев…

Примечание: Мы говорим лишь о недавних, современных патриарших распоряжениях против юных, не касаясь древних афонских узаконений и патриарших на сей счет распоряжений, им же несть числа и о них же не леть есть ныне глаголати подробно. Все эти узаконения и распоряжения во множестве собраны у епископа Порфирия в его книге «Второе путешествие по Афону» (Москва, 1880 г., приложения 271–529 стр.). Отсылаем туда любителей документальных справок. Там они найдут много подтверждающего “Посмертные вещания прп. Нила”. Все-таки мы и здесь делаем из вышеуказанного места епископа Порфирия выписку, именно из текста Завещания Иакова Приканы, игумена лавры св. Афанасия (1363 года) во дни царя Иоанна Кантакузена и Константинопольского патриарха Филофея: “Вы, допускающие дружбу с юными, — читаем здесь, — должны много остерегаться безбородых юношей, никого из них не впускать в обитель, во избежание соблазнов… ради великой немощи людей. Ибо Содом и Гоморра, эти пять городов, за все это погибли от огня и покрыты водою (т. е. здесь читаем почти буквально то же самое, что в “Посмертных вещаниях» (гл. XVII). Далее Прикана говорит, что прежде в монастырях и лаврах сияла благодать Божия, пока они имели страх Божий и целомудрие, и продолжает: “Когда же в них воцарилось презрение духовных старцев и непослушание им, появились любования с мужчинами, пиршества с молодыми и безбородыми, стихотворства, стремления к запрещенному, разжигания и осязания удов, сочетания для неестественного совокупления, когда омрачение, выказавшееся в таких делах, охватило многие и различные души, беззаконие осталось неисправляемым — тогда Бог оставил сии места; обитающие тут, по причине многих приражений и скорбей, скончали житие свое, а места сии с той поры опустошаются варварами за недостоинство настоящего рода. Внимайте, прошу вас, святые отцы мои и братие, да за невнимательность и непослушание отеческим уставам не впадите и вы в пропасть безпутий, да не разгорится у вас неестественное зло и да не разгневается на вас Господь, так что святое место сие осквернится и запустеет ради недостоинства вашего…” Одним словом, здесь находим Те же мысли, даже почти те же выражения, что и в “Посмертных вещаниях прп. Нила». Такие же читаем обличения, такие же угрозы. Отсюда: странно объяснять обличения афонцев в «Посмертных вещаниях» меланхолией и душевною болезнью Феофана, как странно было бы обвинять в меланхолии и психической ненормальности вселенских патриархов, вышеупомянутого игумена лавры св. Афанасия Иакова Прикану (XIV в.) и других духовных ратоборцев, добре на Св. Горе Афон против “юных и безбрадых” подвизавшихся?!

Однако иные святогорцы не успокаиваются и на этом. Против “Вещаний прп. Нила» они выставляют вот еще какие возражения: “Эта книга может подорвать в корне уважение русского народа к Афону, а, самое главное, может иссушить поток денежных лепт, широкой рекой льющийся на Св. Гору”!.. На это отвечаем следующее. Издатели приняли меры, чтобы эта книга распространялась только на Афон. В России же будет распространяться лишь сокращенное издание “Вещаний прп. Нила», в каковом сокращенном издании заботливо и предусмотрительно выпущено все то, что имеет отношение лишь к Св. Горе (особенно насчет афонских грехов). Значит, опасаться нечего. Да хотя бы эта книга вся целиком и полностью ходила по всей Руси Православной, по всему белому свету и где угодно — будет ли от этого какой-либо убыток для афонцев?! Да ровно никакого!

Давно напечатаны и широко распространены по всей России многотомные сочинения архим. Порфирия об Афоне. В этих объемистых, толстых книгах покойный епископ Порфирий (не тем будь помянут он на том свете), шаг за шагом осмеивает и отрицает путем научных данных чуть не каждое афонское предание о том или ином чуде, проявляет очень мало благоговения к афонским святыням, осмеивает святогорцев в их подвигах и т. д.; эти книги в России можно встретить в каждой духовной библиотеке, во многих Церквах, есть они и на Афоне в монастырских библиотеках. Одним словом, книги епископа Порфирия, по-видимому очень способные подорвать уважение к Св. Горе, по России широко распространены; однако отразилось ли это сколько-либо на отношении православной Руси к Афону, на размерах денежных лепт, идущих на Афон?! Нисколько! Св. Гора Афонская находится под особым покровом Царицы Небесной. Сама Богоматерь, Царица неба и земли, печется об Афоне, Сама Она, Пречистая, как прекрасно изъясняет прп. Нил Феофану, направляет отовсюду поток денежных лепт на Афон! Может ли громадная, каменная афонская скала поколебаться от прибоя морской волны?! Может ли ослабнуть любовь Руси к Афону, любовь, вдохновляемая самой Царицей Небесной, может ли эта любовь ослабнуть от ничтожных писаний либерального богослова епископа Порфирия?! Тем более не следует афонцам опасаться по поводу появления в печати “Вещаний прп. Нила”! Все это чудное творение, от первой строки до последней, проникнуто какой-то пламенной, неземной любовью к Афону, как особому уделу Царицы Небесной. Если эту книгу прочтет лицо постороннее Афону, но лицо верующее и любящее Афон, то не только не охладеет к Афону от чтения сей книги, а, наоборот, возымеет великое уважение к святогорцам, которые с истинно христианским мужеством открыто исповедуют пред Господом грехи своя, нисколько не заботясь о том, будет ли это кому-либо приятно или неприятно. В древней христианской Церкви широко было развито публичное исповедание грехов, каковое обстоятельство не только не вело к чему-либо дурному, а, наоборот, способствовало подъему христианской жизни (вспомним «общую исповедь» у приснопамятного о. Иоанна Кронштадтского). Так и афонцы, смиренные и кающиеся о них же соделаша согрешениях, не только не потерпят урона, убытка, оскудения денежных лепт и т. п., а, напротив, по Евангелию, смиряяй себе вознесется (Лк.18:14), Господь еще более увеличит их славу на земле, а Царица Небесная отовсюду, как перепелов, нагонит им много денежных лепт…

Конечно, обличения во грехах не всякому приятно слушать. “Вещания прп. Нила” переполнены обличениями; отсюда многие немощные афонцы не любят сию книгу, обзывая монаха Феофана душевно больным и меланхоликом… Иное дело, если бы в этой книге, в каждой строке, в каждой букве, сыпались одни лишь похвалы и одобрения!..

Тогда с восхищением афонцы встретили бы сию книгу, не помышляя вовсе о том, насколько будут полезны для духовной их жизни такие похвалы… Наоборот, “имеющий мудрость от Бога” с любовию приимет обличения, как это прекрасно выражено в тексте из книги Притч.9:8-9, приведенном вначале сего предисловия.

Многие из русских обвиняют афонцев в самообольщенности, ставят им в вину усиленное зазывание русских на обитание в афонских обителях6; недовольны многие русские монахи, паломничающие на Афон, тем, что афонцы усиленно зазывают их зачем-то вторично приехать на Афон, заманивают перейти из России к афонцам — мало того, даже выступают предсказателями и прорицателями, с важным видом предсказывая: «Вот эта келлия со временем будет местом ваших подвигов на Афоне» и т. д. и т. д. (конечно, и «вклад денежный» тут молчаливо подразумевается). Такая самообольщенность, нередко наблюдаемая у афонцев, легко объясняется тем, что к ним постоянно едут отовсюду (наипаче из России) богомольцы… Трудно тут удержаться от самодовольства, самообольщения, превозношения над св. Русью Православной; поневоле забывается, что и св. Русь с безчисленным множеством чудотворных икон Царицы Небесной, есть тоже «удел Богоматери» (пусть удел младший, позднейший, а все-таки — удел). Издаваемые смиренными афонцами «Посмертные вещания прп. Нила”, где афонцы откровенно каются «о них же соделаша согрешениях”, красноречиво докажут, что далеко не все афонцы грешат самообольщением, что далеко не все афонцы подобятся самообольщенным фарисеям, к которым Господь послал обличителем Иоанна Крестителя, наименовавшего их “порождениями ехидны”, запретившего гордым фарисеям именоваться чадами Авраама и предвозвестившего, что “секира при корене дерева лежит” (Мф.3:7-10)… Эта книга покажет, что среди афонцов есть и смиренные мытари, которые чужды самообольщенного взгляда на себя, как людей превосходящих россиян, как на особо великих избранников Царицы Небесной, смиренные афонцы, памятующие, что и из сих камней, из сих скал Царица Небесная, если захочет, может воздвигнуть Себе избранных духовных чад, смиренные афонцы, памятующие, что за грехи, не омытые покаянием, катастрофа, гнев Божий грозит и секира при корене дерева лежит… Вспомним покойного “святогорца” (Царство ему Небесное!), проводившего в своих “Письмах” ошибочную мысль, будто все, живущие на Афоне (уже из-за того, что живут на Афоне) непременно спасутся!.. Этою мыслью «святогорца” был весьма недоволен московский митрополит Филарет.

Когда явился к богоизбранному народу еврейскому с обличениями Иоанн Креститель, то иудеи отнеслись двояко к его обличениям — одни, смиренные мытари, воздав славу Богу, крестились от Иоанна, другие, фарисеи и законники, отвергли волю Божию и не крестились от Него (Лк.7:30), даже более — говорили, что Иоанн Креститель одержим бесом (Мф.11:18). Не сомневаемся, что «Вещания прп. Нила” встретят двоякое отношение со стороны афонцев: смиренные афонцы, подобно мытарям — «воздав славу Богу”, с любовию приимут сию книгу и немало извлекут из нее “на пользу душевную»; другие же отвергнут сию книгу и внушительно заявят, что Феофан был “одержим бесом».

Во всяком случае, утешительно, что еще раньше предлагаемого издания стали появляться печатные издания “Вещаний” на русском языке. Очевидно, нужда в таком издании живо сознавалась и чувствовалась всеми смиренными афонцами. Настоящее издание отличается от предшествующих своею полнотою, а также тем, что оно редактировано православными учеными богословами, которые составили здесь же и свои подстрочные изъяснительные примечания.

Данная книга предназначается автором для распространения среди насельников Афона, ибо к ним-то она преимущественно и относится. Но, так как в книге содержится немало ценного и для русского монашества, то, одновременно с этим изданием, выпускается печатное издание и для России, но значительно сокращенное, сравнительно с этим изданием, предлагаемым благосклонному вниманию святогорцев. В русском издании предусмотрительно выпущено все то, что имеет отношение исключительно к Афону, вообще, все неудобоприемлемое для слуха россиян. В греческом подлиннике рукописи нет никаких делений и подразделений. Здесь же, для лучшего усвоения, книга разделена на 5 частей и каждая часть на главы. А именно: в первой части изложены те вещания 18-часовой беседы святого, которые имеют общепоучительный духовный смысл; во второй — те части 18-часовой беседы, которые особо поучительны для монашествующих, в третьей помещаем относящееся только до святогорцев прошлого столетия, в четвертой — поучительную повесть о ските Сервия. В пятой части помещено житие прп. Нила и описание самих явлений его Феофану. Издатель, приступая к сему великому и ответственному делу и дерзая на это ради благословения старца, смиренно просит читателей, отцов и братии простить ему невольные его погрешности в сем многотрудном деле.

Благословение преподобного и богоносного отца нашего Нила Мироточивого да пребудет на всех почитающих и читающих его и поучающихся словесам его! Аминь.

Часть 1. О предметах духовных вообще

Глава 1. Толкование того, как неверие и похоть рождают грех, а грех рождает смерть. Изъяснение грехопадения прародителей

Чувства души человека имеют двух мысленных охотников, которые, один перед другим, стараются завладеть чувствами души и беспрестанно гоняются за душою. Один охотник есть вера, а другой — неверие; говорим: надежда и отчаяние. Эти благие охотники7 с чрезвычайною ревностью гоняются за душою, стремясь сочетаться с нею браком; когда восторжествует вера над неверием и сочетается с душою, тогда воспоминает душа Бога и рождает надежду. Так победила вера душу благоразумного разбойника, родила ему надежду спасения, и он воскликнул: «Помяни мя, Господи», — и поминается церковию до скончания века сего. Напротив, другой разбойник был побежден неверием, родил в себе отчаяние, похулил Христа, но похулен остался сам до скончания века сего. Так бывает и со всяким человеком, обуреваемым страстью неверия; тогда же он пребывает и в отчаянии, потому что за неверие оставляется Богом, в нем рождается отчаяние и упорная хула на Бога, которая, как боль в язве телесной, не может прекратиться, пока существует и не исцелеет сама язва, т. е. пока сия язва душевная не исцелится покаянием.

Почему же человек впадает в бездну отчаяния, неверия и в блато нечистоты? Из-за «псилафизма», т. е. из-за мысленного прельщения чувственностями и небрежения о небесных благах. (Иначе говоря, из-за того, что в молитвах церковных часто именуется «лукавым и плотским мудрованием»).8

Каким же образом псилафизм превращается в отчаяние? Вера, уловляя человека, привлекает его и удерживает надеждою благ небесных; неверие же, чтобы уловить человека, прельщает его похотением благ земных, чувственных и, так как удовлетворение их связано с нарушением заповеди Божией, то, прельстив человека и возбудив в нем похотение запрещенного, неверие возбуждает затем в нем сомнение в истинности слов Божиих, наводит на вопросы: так или нет? истинно ли или нет? Вожделенна похоть для человека, но удовлетворить его она не может. Прельщается человек похотением и напрягает свои усилия к тому, чтобы удовлетворить плотскую похоть. Но, сколько ни насыщает ее, остается неудовлетворенным; видя свои напрасные труды и старания достичь счастия, удовлетворяя страстям и похотям, ввергает мысль свою в пропасть и болотную тину отчаяния. Таким же образом и хулитель разбойник, не веруя (в небесные блага) и не доставив душе удовлетворения чрез наслаждения чувственные, вверг свою мысль в благо хулы на Господа, распятого на кресте.

Так точно и ныне все прочие,9 находящиеся во власти неверия (т. е. уловленные неверием), терзаются вместе с сим и страстию отчаяния, которое, как мы сказали, произошло в них от похотения и неверия.

Так исторгла эта страсть праотца нашего Адама из тех великолепных обителей рая, в которых вселил его Зиждитель Бог.

С подобною страстию приступил змий и к Еве, стремясь уловить ее в сеть неверия похотливым мудрованием и удержать в этой сети отчаянием, успел змий в этом, ибо Ева приняла его весть, что они могут сделаться как боги; с великою радостию и с такою же стремительною радостию приступила к Адаму; но радость вести змия превратилась в великую печаль, пребывающую на людях и поныне. Адам же еще до прихода Евы, слушая ее беседу со змием, начал (плотски и лукаво) мудрствовать касательно (обязательности) заповеди Божией, стал сомневаться в заповеди Божией и говорить в помысле своем: да так ли на самом деле должно быть, как Бог сказал (т. е. неужели умрем); да истинно ли то, что Бог сказал? И вот, когда Адам мудрствовал в себе таким (плотским) мудрованием (досл.; псилафизовался такими псилафизмами), приступила к нему с соблазнами змия Ева и окончательно отравила его советом змия. Когда же он (т. е. змий) отравил Адама своим советом, переданным Адаму через Еву, то змию так же (легко было совершенно овладеть Адамом), как рыбаку, ловящему рыбу на отраву, бросаемую в воды озера, легко уловить ее без помощи рыболовных снастей.

Так чрез Еву диавол, как отраву, вкинул в мысль Адама совет змия, и Адам воспринял мыслию сей псилафизм (т. е. плотское мудрование или обольстительную мечту); они поступили с Евой по совету змия — и тотчас же отравились; говорим: отчаялся Адам. Как рыба, отравившись, выбрасывается из воды на берег озера и легко, без всяких снастей и труда, завладевает ею рыболов — так случилось и с Адамом, когда Ева отравила его советом змия. Адам подвигся тогда против заповеди Божией и, подобно рыбе, выбросился из недосязаемых рыбаком вод на берег, в руки ловящего; говорим: отступил (Адам) от заповеди Божией и последовал совету змия. Когда же Адам исполнил совет змия, то сейчас же обнажился от благодати Божией: совет Божий презрели прародители и заповеди Божией не поверили, совет же змия приняли, — и тотчас стали прокаженными, говорим: тотчас ослепли их очи благодатные (т. е. духовное зрение), — и отверзлись в них очи лукавства (т. е. лукавое мышление, эта проказа ума); и доныне семена сих страстей пребывают в людях.

И со всяким так бывает: как только душа слукавствует, сейчас же она совлекается благодати Божией, благодать, подосланная человеку от Бога, утрачивается.

Так и у Адама: как только родилось в нем похотение чувственностей (псилафизм), он тотчас же излукавился, мысленно сочетавшись с обольстительной мечтой; мгновенно отступило от него сияние Солнца Солнц, и Адам, обнажившись от благодати (т. е. утратив благодатное осияние), стал тьмою (т. е. темным, не сияющим, каковы люди и поныне).10

Бог до грехопадения Адама даровал ему владеть всеми благами рая, но возбранил плоды лишь одного древа; для того воспретил Бог Адаму древо сие, чтобы сохранил Адам сознание (т. е. не забылся бы, как Денница, и не возмечтал бы о себе, но, видя себя ограниченным во владении чрез сию заповедь, всегда помнил бы своего Владыку и Творца и смирялся перед Ним). Но Адам не внял повелению Божию, а внял вести змия, вследствие похоти и неверия, — и чрез сие оказался возбранен прекраснейших благ рая, обнажен, лишен благодати Божией и облечен в одежду лукавства.

Бог же, Иже бе Сый и Грядый, ведущий вся происходящая, Творец Неба и Земли, сотворивший и сердце Адама, — познал обнажение Адама и долготерпеливо стал ожидать того, чтобы люди припали к Богу с молением о прощении и исповедали бы пред Ним свое преступление, которым нарушили заповедь Божию. За сие Бог готов был дать им первую их одежду (т.е. свет благодатного сияния) и все то, что имели раньше, но люди не пожелали того, что угодно было Богу, а пребыли во тьме, что угодно было ненавистнику и начальнику зла…

…Ибо Адам во всем винил Бога и, пребывая во тьме лукавого плотского мудрования (псилафистического лукавства), говорил в себе так: я не виноват в этом; Бог Сам виноват: зачем дал Он мне такую заповедь, а если запретил плод, то зачем дал (запретному плоду) такую красоту? Будь я один, я соблюл бы заповедь, но так как Бог присовокупил мне сию, говорим: Еву, — то по совету ее я преступил заповедь, данную мне Богом, ибо красота плода и совет помрачили меня, и я преступил заповедь Божию. И другие, подобные сему, плотские мудрования (псилафизмы) кружились стаей в Адаме.

Бог, призывавший Адама к покаянию, услышав его лукавые мудрования (псилафизмы), стал усиленно призывать его к покаянию. Услыхав, Адам должен был выйти в сретение Богу, исповедать свое преступление и испросить прощения. Когда Бог приблизился к Адаму, Адам, услыхав звук шагов Божиих, спрятался и не вышел навстречу Богу, спрятался от Бога со своим беззаконием и преступлением.

Бог же (сойдя в рай) все еще ничего не говорил, выжидая первых слов Адама, чтобы он вышел навстречу Богу, как тот блудный сын, и сказал: согрешил, моя вина… Тогда Бог, услыхав сие вожделенное покаяние, принял бы Адама в объятия, говорим: совлек бы с него ризу беззакония и облек бы его в первую одежду. Готов был Бог и желал сделать это Адаму, но Адам не восхотел выйти навстречу Богу и произнести слова покаяния.

В то время, как Бог призывал Адама к покаянию, Адам думал лишь о том, где бы ему спрятаться от Бога с беззаконием своим. Бог, конечно, знал, где находится Адам и где укрылся с беззаконием своим, но желал, чтобы Адам вышел навстречу и произнес вожделенные слова покаяния.

Но покаяния Бог от Адама не услышал и приближения его навстречу не увидел.

Тогда Бог весьма опечалился сему бессмыслию Адама, т. е. его прельщению и лукавому мудрованию (псилафизму), ибо от чувственного похотения (псилафизма) рождается безумие; обезумев, человек не понимает, что с ним происходит, помрачается и не весть, что творит.

Так похотение чувственных (псилафизм) вовлекает человека в безумие, безумие же вводит во тьму, тьма же доводит до возделывания всех тех злых дел. Поэтому и Адам, обезумевший и омрачившийся чрез похотение и лукавство, услыхав звук (приближения) Бога, не вышел к Нему навстречу и не отвергся плотского и лукавого мудрования неверия.

Тогда Бог, видя все это, воскликнул и сказал Адаму сии слова: «Адам, где ты?» Адам же, не будучи в силах вынести гласа Божия, воскликнул и сказал: «Здесь я, но я наг и не могу предстать Божеству Твоему». Подождал еще Бог слов покаяния от Адама, но ничего подобного и никакого гласа от Адама не услыхал.

Тогда Бог опять вопросил Адама: «Отчего ты обнажился? Не преступил ли того, что тебе было заповедано (досл.: не погубил ли ты той споспешницы, или пособницы, т. е. заповеди)? Так сказал Бог для того, чтобы Адам не таил более греха и явил бы покаяние.

Этим вопросом Бог несколько пособствовал Адаму покаяться и сознать свою вину и (это снисхождение Бог оказал) ввиду того, что Адам был весьма помрачен чрез свою похоть и лукавство.

Псилафистическое лукавство прародителей (т. е. лукавство их плотского мудрования) не допускало их открыть болезнь свою Врачу, чтобы Он излечил их. В высшей степени Врач вожделевал их излечения, но сила действовавшего в них плотского мудрования омрачила их духовное око, оглушила их духовный слух, так что они не могли со своею глухотою и тьмою внимать повелениям Божиим, но внимали лукавому и плотскому мудрованию змия и от этого безумствовали. Бог первоначально сотворил их всемудрыми, потом же лукавство плотского мудрования (псилафистическое лукавство), соделало их всебезумными и они, обезумев, соизволяли змию.

Следуя гласу лукавого мудрования, Адам ответил Богу так: «Да, не соблюл, ибо Ева ввела меня в соблазн и я прельстился; Твоя вина, ибо Ты дал мне ее в сожительницу»; только это одно и сказал Адам Богу и никакого более исповедания и просьбы о прощении не принес своему Творцу.

Бог, услыхав эти слова и видя такое ожесточение Адама, отвратился от Адама и стал взыскивать таким же образом покаяния от Евы. Ждал Бог от Адама вожделенного покаянного исповедания, но не услыхал его, посему обратился к Еве, не услышит ли Он сего от нее.

Мы знаем, что многие жены (своими мольбами) высвободили мужей своих из темничных уз.11 Тем более всеблагий Бог мог простить Адама ради молитв Евы.

Но Ева, услыхав шаги Божий, стала еще более скрываться, чем Адам, ибо женщины боязливее (более хоронятся), чем мужчины. Вследствие этого, Ева горевала и имела большую скорбь, нежели Адам, как и ныне жены опечаливаются сильнее мужей.

Сострадая горю Евы, Бог пошел к ней, как к Адаму, чтобы услышать от нее то вожделенное покаянное исповедание, которое Бог столь желал услышать от Адама и не услышал. Ева не шла навстречу Богу.

Не возмогла вынести Ева гласа Божия и ответила: «Здесь я, но нага и не смею явиться пред Тобою». Сказал Бог: «Отчего вы обнажились?» Не сказал Бог: «Отчего ты обнажилась?», а сказал: «Отчего вы обнажились?» — ибо, если бы сказал: отчего ты обнажилась, то из этого явствовало бы, что Адам оправдывается и одна только Ева осуждается, потому-то и сказал Бог: почему вы обнажились? Все же это сказал Бог для того, чтобы (в случае их нераскаяния) одинаково осудить обоих на сию презренную жизнь, что и произошло.12

Это сказал Бог, чтобы вызвать Еву на многожелаемое покаянное исповедание, но Ева не произнесла покаянного признания Богу, а вместо этого сказала: «Змий соблазнил меня, и я прельстилась сим». Пождал еще Бог, чтобы услышать от нее слова покаяния, но Ева больше ничего не произнесла.

Итак, Бог, видя, какою погибелью погибли люди по совету змия, сказал Адаму: «За то, что ты послушался голоса жены твоей и съел от древа, которое одно Я тебе не позволил от него есть, ты же съел, — да будет проклята земля в делах твоих, в скорби будешь питаться от нее во все дни жизни твоей; терние и волчцы произведет она тебе; в поте лица твоего будешь есть хлеб твой, пока не возвратишься в землю, из которой ты взят, потому что ты земля и в землю пойдешь».

Также сказал Бог Еве: «Умножая, умножу скорби твои и воздыхания твои; в болезни будешь рождать детей; к мужу твоему обращение твое и он будет господствовать над тобою». Змия же осудил трижды (т. е. сугубо больше): «За то, что сотворил ты сие, проклят ты от всех скотов и от всех зверей земных» и пр. Обоим же вместе сказал: «Уйдите от Меня, но приимите сие обетование от Меня (благовещение о Спасителе); а также еще сказал: «С трудами и с трудами будете возделывать пищу, в поте будете вкушать хлеб свой, с печалью будете одеваться в одежду свою и со страхом возделывать путь свой»… (Быт. гл. 3).

Глава 2. Как велика была утрата людьми рая и блаженства. Первое убийство

Посему Бог опять сказал: «Изыдите от Меня», — и тотчас шестокрылый херувим с огненным мечом изгнал их из тех прекраснейших красот райских, они остались вне рая и переселились на место, находящееся против рая. Там горько восплакали они, взирая на красоты рая (т.е. взирая в сторону утраченного рая и вспоминая райские блага). О том же, сколь прекрасен был рай, — суди по следующему сравнению. Если и ныне человек сильно восхищается красотою неба, беспредельностью небесного свода, сиянием солнца, стройностью движения звезд, светом луны, блистанием сверкающей молнии, грохотом грома из грозовой тучи — то сколь же было восхитительно для первозданного человека созерцание третьего неба, взирание на Бога, созерцание вечности и безграничности Его сияния, воинства ангельского Его и силы Его?..

Если ныне, по грехопадении, как свидетельствует Псалмопевец, душа человеческая может просветиться и убедиться, паче снега: «Окропиши мя иссопом и очищуся, омыеши мя и паче снега убелюся» (Пс.50:9), то, следовательно, как сияли радостию и блаженством души первозданных людей в раю?!

Если ныне, после зимней стужи, земля, покрытая снегом, после весенних дождей расцветает и делается подобной по красоте раю и благам его, столь украшается от солнечных лучей… — то как же она должна была расцвести тогда в раю, будучи осияваема светом благодати Божией!..

Итак, если ныне столь великие блага доступны человеку, который подобен траве и дни которого подобны полевому цвету (Пс.102:15), — то каковы же должны были быть блага райские?.. Если ныне души грешников, окропившись иссопом, столь убеляются и столь великих созерцаний достигают, — то каково же было блаженство в раю прародителей и как расцветали души их?.. Какие блага вкушали (досл.: цветособирали) они?.. Следовательно, может ли кто познать те прекраснейшие блаженства рая, которых око не виде, — первозданный же человек видел все эти красоты рая, которые несравнимы ни с блистанием молнии, ни с сиянием солнца… И кто может уразуметь сие (т. е. неописуемость красот райских и степень блаженства человека в раю)? Только верующий (могущий веровать). Кто верит, что сверкание молнии есть сила сотворенная, того эта вера побудит размыслить и сказать: если свет молнии, которая есть тварь, имеет такую силу, то какова же сила сияния самого Творца, Который сотворил молнию. Каков же был тот, который мог взирать на такое сияние? Сколь великою благодатию был облечен тот, который беседовал с таким Творцом, сотворившим такое сияние? Никто другой не видел Бога и не беседовал с Ним, один только Адам видел Бога и беседовал с Ним. И как мог бы он так беседовать с Ним (т. е. с Богом), если бы сам не был облечен в свет, ибо Бог есть молниесиянный свет светов?..

Примечание. Святая Церковь в некоторых песнопениях свидетельствует, что не только души первых людей были облагодатствованы, но и самые их тела светились сиянием благодатного света, как ныне сие и дает нам уразуметь св. Нил. В одной из стихир малой вечерни на праздник Преображения поется: «Иже с Моисеем глаголавый древле на горе Синайстей образы… днесь на горе Фаворстей преображен, началообразное показа лучами облистаяся», т. е. показал то началообразное сияние, которым сиял Адам. И еще там же: «Днесь Христос на горе Фаворстей, Адамово пременив очерневшее естество, просветив богосодела…» Также в третьей песни канона: «Во всего Адама облекся Христе, очерневшее изменив, просветил еси древлее естество» — (очерневшее), следовательно, оно раньше было светлым.

Также на стиховне великой вечерни говорится: «На сию бо возшед гору со ученики Твоими, очерневшее Адамово естество, преображея, блистати паки сотворил еси». Итак, причина, почему люди не видели до грехопадения своей наготы, заключалась не только в непорочности их чистой души, для которой все было чисто, но также и в том, что они были облечены в свет, как в ризу… Так же толкует сие и Симеон Новый Богослов («Обнажился Адам от нетленного оного одеяния и славы»… (4, I стр. 371).

Бог же (не желая лишать людей сих благ райских) вожде-левал от Адама и Евы лишь покаяния, но Адам и Ева ответили ему словом погибели и этим сами погубили (свое обладание) всеми благами и сиянием рая!.. И от таких-то благ рая отреклись они, несчастные!.. И такою проклятою жизнью осчастливили себя несчастные (т. е. желавшие по совету змия сами себя осчастливить еще более, чем их осчастливил Бог, и за это обретшие проклятие). Итак, уступили они свое наследство (небесное) и, взамен его, наследниками сделались столь проклятой земли, и пребывает (сие наследие уделом людей) столькие годы!.. Потом, в свое время, стали чадотворить, народили детей, и семя от семени расплодилось; детям рождаемым давали различные имена. Первыми же из всех имен были два имени, говорим: Каин и Авель. Со временем же, летом, по собрании жатвы, от приплода стали люди выделять части; каждый из своего сбора или приплода, по своему усмотрению, брал и возносил ее в жертву… Один (из сих первых двух детей Адама) был добродушный и праведный; такова же была и его жертва, как сказано: «Жертва правды, возношение и всесожигаемая» (Пс.51:21); говорим: жертва его приносилась им от избытка любви к Богу, о которой говорится: «Ублажи, Господи, благоволением Твоим Сиона» (Пс.50:20) (т. е. жертву истинного боголюбца, в нем же, как в истинном израильтянине — «льсти нет» (Ин.1:47). Каин же душою мудрствовал плотская и лукавая (досл.: Каин с псилафистическим лукавством); это породило в нем зависть; зависть же породила убийство, как говорится: зависть есть зародыш убийства. Какая же была причина тому, что Каин позавидовал брату своему и убил его? Зависть произошла так. Однажды летом, во время жертвоприношений, принес и Каин жертву, но для жертвы оставил лишь негодное (из отделенной части плодов), плоды же отобрал.

И явился дым этой жертвы смрадом лукавства и псилафистического неверия (т. е. лукаво и плотски мудрствующего неверия).

Так мудрствуя, Каин говорил: соберу я сначала плоды в житницу мою, а ненужное, то есть солому, принесу в Жертву мою: так и сотворил, с таким лукавым и плотским мудрованием совершил жертвоприношение. Бог же сказал Каину: «Не приноси больше подобной жертвы; приноси жертву с простотою, да не приносишь жертвы Богу с лукавством».13 Однако Каин не перестал приносить в жертвоприношение подобной мерзкой жертвы, ибо мерзость есть пред Богом жертва лукавства. Сего ради Бог отверг жертву ради ее лукавства, жертву же брата принял, так как она была жертвой правды перед Богом, как говорится: «Жертва Богу дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит» (Пс.50:19). И, так как брат Каина, т. е. Авель, совершал жертвоприношение и приносил Богу часть свою без всякого лукавства, то Бог выразил благоволение Авелю за жертву (т. е. дал знамение благоугодности жертвы тем, что дым ее взошел к небу), Каину же не явил сего. Этим Бог (как бы) говорил Каину: «Перестань приносить такую жертву, не приноси больше такой жертвы». Но Каин не внял тому, что говорил Бог, и не послушал Его, вместо же этого послушал своего плотского и лукавого мудрования (псилафистического лукавства) и приумножил свое зло.

Когда Бог увидел такое превратное расположение Каина, Он опечалился о нем и сказал брату его Авелю: «Пожалей брата своего, ибо он находится в погибельном состоянии и чрез него народится погибель человеку» (т. е. для человечества). Ответил Авель Богу: «Господи, кто же меня жалеть будет?» (Т. е. слово «пожалей» означает «помолись»; ибо основание молитвы за ближних есть сострадание к ним. Авель же ответил: кто меня пожалеет, — потому что сознавал собственное недостоинство и глубину своего падения.)

Сказал Бог: «Аз есмь оправдание печали твоей» (т. е. молись за брата, и Я вменю молитву тебе). Ибо, если будешь жалеть о погибели брата твоего, то и Я буду жалеть о тебе. Тогда возымел Авель дерзновение печаловаться пред Богом о погибели брата своего.14

Говорим: возлюби брата твоего и Бог возлюбит тебя; ибо любовь рождает сострадание; если не любишь брата твоего, не можешь печаловаться о нем.

Так произошло и с Каином. Не возлюбив брата своего, он не мог и сострадать ему; вследствие ненависти к брату возникла безжалостность, и взамен любви (Авеля, Каин) воздал безжалостностию, и взамен печали его о нем (т. е. вместо молитвы взаимной, которую впервые заповедал Бог Авелю), совершилось убийство.

Плотское мудрование (псилафизм) порождает лукавство; лукавство же — неверие, неверие же возращает безжалостность (т. е. нечувствие, бесстрашие, ожесточение), ожесточение же опьяняет человека и представляет ему убийство, как ничто.15 Так и сотворил Каин: произвел в себе ожесточение и, опьянев им, совершил братоубийство.

Как постепенно образуется опьяняющее вино из зерна, посеянного на земле, так постепенно развился грех в душе Каина и завершился убийством. Виноградная лоза сначала пускает почку с листьями, потом рождает цвет, цвет же мало-помалу наливается, зреет и рождает грозды, грозды же рождают вино, а человек, пив то вино, возвеселяется сердцем и опьяняется. Так и зло в человеке сначала пустило почку лукавого, злого, плотского мудрования (псилафизм), плотское же мудрование породило лукавство, лукавство же, мало-помалу, наливаясь и созревая, возросло в неверие. Грех сначала веселит сердце человека, как вино, потом овладевает им, лишая человека сознания. И неверие, в конце концов, порождает отчаяние: человек пьет отчаяние, впадает в нечувствие, наконец, выгоняет из виноградных выжимков еще сильнейший спирт и окончательно упивается им.

Взяв из потатира выжимки, человек заставляет их бродить, перегоняет через огонь, извлекает из выжимок спирт, пьет его, опьяняется и не ведает, что творит; так и Каин: сорвал плоды с лозы зла, выжал вино в потатире, выпил водку отчаяния и отчаялся (сперва возвеселившись прелести любостяжания); и не знал, что с ним сделалось (вернее: что ему делать); он собрал все выжимки, которые были собраны в потатире, говорим: внутренняя своя, — перебродил их на лукавом и плотском мудровании (псилафистическом лукавстве), выгнал спирт отчаяния, выпил его, опьянел, впал в зависть и безжалостность. Помрачила его зависть и объяло ожесточение, он подвигся на убийство брата своего и убил его, братоубийца Каин!

Так он положил начало братоубийству, закончить же его имеет и конец его есть противообразныи, говорим: антихрист. (Противообразным называет его св. Нил потому, что в нем ни малейшего подобия Богу не будет, будут лишь одни пороки в совершеннейшей степени). Каин есть начало возделывателей убийства, противообразныи же (антихрист) соделается концом возделывания убийства. (Т. е. превзойдет всех убийствами, и сам будет последний, убитый на земле, ибо по Писанию, Сам Господь убьет его духом уст Своих (2 Сол.2:8).

Глава 3. Как из первых грехов Адама и Каина развились все прочие страсти

Уподобление греха плющу, противление людей Богу, желавшему очистить Свой виноградник. Воплощение Господа и учреждение Им Церкви как тела Своего и питание ее Телом и Кровию Своею. Союз со Христом чрез веру и союз с диаволом чрез неверие и восприемлемое от сего пятиобразное подобие диаволу. 33 ветви греховного плюща. Уподобление страстей алфавиту. Совокупление добродетелей со страстями. Книга мира и Страшный суд. Как вера и неверие соперничают из-за обладания душою человека

Итак, от Каина день ото дня, год от года, век от века умножалось возделывание зла; от поколения к поколению умножалось беззаконие Каина, оно распространило свои ветви, эти ветви затмили собою все мысленные способности человека, и помрачился человек.

Как плющ (взойдя на дерево) распространяет ветви свои поверх его, покрывая ими все дерево и затмевая его совершенно, так и преступление, насадившись на земле в Адаме, постепенно, с течением времени, распространило ветви свои. Говорим: родил (Адам братоубийцу) Каина, и этим распростерлась ветвь (тьма) над мыслью человека. Как плющ, когда прострет только одну ветвь свою на дерево, то восходит и наверх его, выпускает ветвь плюща отростки, охватывая ими все дерево и тремя ветвями своими покрывает все существо его, говорим: природную зелень, — дерево лишается сущности своей (т. е. присущей естеству своему зелени), так точно лишается свойственного существу своему (т.е. свойственных человеку добродетелей) и тот, кто воспринимает в мысль свою ветвь плюща (греховного). Дерево, наконец, высыхает, остается во власти плюща и истощается среди плющевых ветвей. Вместо дерева возрастает на нем естество плюща, говорим: его зелень, — которою он охватывает дерево, объятое им, говорим: естество плюща берет господство над деревом.16

Подобие греха плющу еще в следующем: как сущность всех трех ветвей — одна, хотя и различаются ветви между собою, так и грех (всякий по существу) есть одинаковое отречение (отступление от Бога), но мучения в аду за разные грехи — различаются.

Свойства плюща сходны со грехом еще в следующем. Плющ наименьшую имеет силу производить вверх (т. е. расти в вышину), но в высшей степени способен распространяться по поверхности и овладевать всем тем, что находит перед собою. Он больше всех дерев приносит плодов; но плод его не потребен на вид, не сладок на вкус, питательность его мала, по упругости он не крепок, хотя ширина плюща и являет его якобы сильным (т.е. с виду он довольно раскидист и ветвист).

Когда же представится ему какой-либо вид (т. е. случай овладеть деревом), то он так искусно оплетает его своими тридцати тремя отростками, что не может дерево избавиться от него. Для этого плющ охватывает тремя главными ветвями вид (т. е. ствол дерева), который обрел перед собою, овладевает им, и передает 30 отросткам, а те тридцать ветвей схватывают его своими когтями, говорим — побегами, и, чтобы господствовать над ним, производят столь искусное плетение, какое рукодел-искусник не может сотворить. Говорим: и грех так искусно оплел человечество (как плющ дерево), что ни мудрый художник руками не может то произвести, ни паук сетями соделать.

Бог же, видя такое порабощение людей грехом, неоднократно хотел освободить их чрез посланников Своих. Послал Перводелатель (Бог) рабов Своих истребить мнимосильные, но немощные (по существу) ветви, которые столь дерзко распространились поверх дерева, овладели им и иссушили его, но искусники (т. е. великие мира сего, стоящие во главе народов и племен) не дали освободить себя и истребить мнимые и бессильные ветви плюща, но обесчестили посланников Божиих и отослали назад. И возвестили рабы Перводелателю все происшедшее, Перводелатель же, выслушав, долго терпел. Но вот посему видит Перводелатель, как (еще более) распространился плющ своими тридцатью ветвями в винограднике и как глушит деревья, чтобы господствовать своими бессильными ветвями над всею площадью виноградника, говорим: над всею мыслию человека (греч.: «обнесение и выражение мысли, перифраз», — тут игра слов и выражение того, что как плющ покрывает листву, так враг все помыслы человеческие из благих перефразирует во злые). Увидав таковой замысел, Перводелатель опять послал других рабов, говорим: пророков, — защитить виноградник. И опять искусники, говорим: книжники и фарисеи, — увидев тех рабов, смутились весьма, схватили и заключили их, совещаясь между собою, что им предпринять по поводу происшедшего и что сотворить. Совещавшись, рассудили сотворить следующее: извели их из темницы и поступили с ними, как со злодеями; говорим: сначала мучили, а потом казнили.

Когда же придет Сам Перводелатель, то увидит, как виноградником Его овладел плющ, как плющ в винограднике охватил лозы своими 33-мя ветвями и взошел на деревья, так что, наконец, засохло естество (т. е. природные листья и плоды) лоз и деревьев. Говорим: взошел псилафизм (плотское, лукавое и злое мудрование) со всеми своими 33-мя ветвями на органы чувств человека и замолкла природа в человеке (т. е. свойственное человеку влечение к духовным благам и к Богу), человек стал бесчувственным (духовно), женский род и мужской…. Что сотворит тогда Перводелатель с искусниками? Злых зле погубит их от виноградника Своего.17

И передал Он искусство речения (т. е. хранения закона и служение Слова) иному искуснику; говорим: передал виноградник другому народу (т. е. даровал ему способность произрастать те плоды, которые раньше получал лишь от первого виноградника), говорим: римлянам (т. е. язычникам).

Говорим: пришел Перводелатель (вернее по смыслу — первоучитель) именем Иисус, и дал нам виноградник, говорим: дал нам Церковь вместе с Телом Своим и вместе с Кровию Своею, как и Сам о сем сказал: «Приимите, ядите, сие есть Тело Мое, еже за вы ломимое во оставление грехов». Дал же нам сии три, говорим: Церковь Свою, Тело Свое и Кровь Свою, — трем чувствам нашим (вере, надежде и любви), чтобы мы восчувствовали и хранили благодать Христову несомненно и верно, были бы чувствительны ко Христу, а не уподоблялись иноверцам, вавилонянам, которые чувствительны к Босфору (т. е. падшему ангелу, Деннице). (Т. е. да любим Христа в заповедях Его, и да не любим Денницу в пороках и греховных сладостях, внушаемых им).18

Безутешен всякий, который лишится этих трех чувств, говорим: веры, надежды и любви, — ибо (тем самым) отступает от Христа всеми своими тремя чувствами, презирает существо Христа (т. е. Тело и Кровь Его) и не верит в Церковь; таковой тотчас делается добычей плюща, который охватывает его 33-мя ветвями, утверждая свое господство над ним искусным плетением.

Когда же растением овладеют три ветви плюща, и обхватят его тридцать других ветвей плюща и возгосподствуют над ним своею сетью, то каким насилиям подвергается это растение, пока оно обладается плющом? Никто другой не знает, одно растение знает, каким насилиям оно подвергается от плюща. Говорим: тот, который презрит те три чувства (веру, надежду и любовь) и сущность закона, того тотчас похитят три нечувствия. Три нечувствия суть: а) псилафизм ума — мудрование плотское, злое, лукавое, не духовное, прелестное, б) лукавство ока и в) нечувствие неверия (т. е. нечувствие сердца).

Следовательно, кто похищается этими тремя отраслями (первых трех) ветвей Денницы (т. е. кого окружат и обовьют прелесть, неверие и лукавство, как плющ), тот становится затем пленником и прочих тридцати ветвей ада (овладевают им и прочие страсти). Тотчас беззакония восхитят этого беззаконного человека, схватят его тридцать ветвей ада, говорим: предстоятели тирана, Денницы, — и будут господствовать над ним, оплетя его насильственным своим плетением… Какие насилия понесет тот беззаконный человек ради нечувствия своего?..

Эти орудия адских пыток какими волнениями сердечными изнурят его?.. Какими ухищренными мучительствами будут они мучить его (досл.: ухищренными тиранствами тиранить, что может иметь смысл и насилия греховного)? Никто другой не знает сего, кроме того, который находится в возделывании этих 33-х дел беззакония…

Говорим: эти 33 ветви беззакония суть следующие: прежде всего пять, воспринятых человеком: во-первых, — псилафизм ума (земное и вещественное мудрование, как говорится в вечерней молитве); во-вторых, — лукавство; в-третьих, — неверие в заповеди; в-четвертых, — преступление заповедей; в-пятых, — закоснение в преступлении заповедей и презорство. Таковые пять ветвей (из числа 33-х) отростков суть пятиобразие19 змия, которое он внушил Еве, передал Адаму и чрез принятие которых Адам утратил блага рая.

Затем на первенце Адама (Каине) произросли (следующие побеги): первое — зависть, второе — хищение, третье -безжалостность (братоненавидение) и четвертое — убийство.

Говорим: Каин позавидовал (богоугодной) жертве брата, святотатствовал свою собственную жертву и явил безжалостность к брату, которого убил.

Бог же (и сие грехопадение готов был простить и восставить Каина, если бы Каин покаялся, и) спросив его: «Где брат твой» (ожидал от Каина покаяния и просьбы о помиловании)? Но, так как тот надменный (оказался нераскаянным и дерзко) ответил: «Разве я пастырь брату моему», — то отверг его Бог и предал Каина духу беззаконному (т. е. злому духу), дабы (злой дух как) ветр (потрясал его), дабы убийца согласно Слову (Божию) был преследуем им и (проводил жизнь) скрываясь, несчастный!..

Потом же (в-третьих), произросли те прочие 24 ветви и оттоле (начали) плетение, потому что способ действия первых девяти заключается в том, чтобы подыскать себе кого-нибудь и, подкравшись, уловить в погибель (или погибелью, т. е. мудрованием, лукавством и законопреступлением), чтобы затем поразить его копьем о 24-х душепагубных зубьях погибели…

(В переплетении же сих душепагубных 24-х ветвей они) уподобляются буквам письма. Ибо, как разнообразные содержания всех письмен изображает азбука (своими 24-мя) буквами, так точно и 24 ветви беззакония производят всевозможные побеги погибели…

Например, страсть осуждения, возбуждая в человеке стремление осуждать, производит в осуждающем злопамятство к осужденному. И все те 24 ветви зла повсюду усиленно стараются возбуждать (подходящие страсти и, если не успевают возбудить одну страсть, то стремятся возбудить другую, ей противоположную); например, похоть и отчаяние (кого не успевают увлечь к деятельной погоне за сладострастными наслаждениями, того пытаются истомить унынием).20

Страстное влечение (ко греху) — есть альфа, уныние — омега; то есть — начало и конец (во всяком грехе). Начало похоти, начинающая похоть возбуждает деятельность, конец же похоти есть начало уныния. Поэтому, мудрование ума и лукавство ока (которые возбуждают греховную деятельность в человеке) начало имеют, а конца не имеют (т. е., возбудив однажды похоть и внушив человеку грех, они этого грешника, если он не освободится от них раскаянием, — поражают унынием, которое по смерти превращается в муку вечную); так и слоги письмен: начало имеют, но конца не имеют (т. е. сложившееся однажды из букв слово никогда не утратит своего смысла и всегда сохранит тот же смысл, пока существуют письмена).

Говорим: «альфа» есть первая буква, «омега» — последняя, «вита» — вторая, «пси» — предпоследняя, «ламбда» и «кси», равно как «ми» и «ни», следуют (по порядку) одна за другой; так и страсти, хотя произошли некогда последовательно, вписавшись как алфавит на хартии человечества, но потом конца уже не имеют, соединяясь во всевозможные взаимосочетания, как буквы в слогах и словах, между собою. Так и псилафизмы (т. е. мудрования греховные), которые суть начало (т. е. подобно первой букве азбуки — альфе, написались первыми на хартии души человека), конца не имеют. Одинаково с мудрованием, и лукавство начало имеет, а конца не имеет… Все (24) ветви (греха), как буквы азбуки, означают все беззакония мира и не имеют конца…

Мир для человека есть как бы книга, которую он исписывает своими делами, как письмена — слогами, которые имеют начало, но конца не имеют; отнюдь не забудется во веки веков (все, что ни сотворит) человек от самого рождения до своей смерти, потому что от самого рождения какие слоги письмена ни изобразит человек в книге мира, по смерти человека все они имеют быть разобраны по слогам, будет прочитано каждое сложение так, как сложил его человек, и каждое сложение получит свою часть, воздаяние.

Как в слогах письмен (одним звуком выражается слог, сложенный из нескольких букв, из которых каждая имеет свое особое) выражение и нисколько не соприкасаются (по месту нахождения в азбуке) между собою, (в слоге же выговариваются вместе), где одна, там и другая; (так и в делах человеческих соединяются в одном и том же деле разные и противоположные побуждения, добрые и худые, несмотря на свою несовместимость). Например, альфа и омега, или вита и пси, (хотя стоят на разных, противоположных концах азбуки, но совместно могут встретиться в одном слове); подобно сему и псилафизмы, то есть греховные плотские мудрования человека, подмешиваются к добрым начинаниям его.

Злой и благой подразумевается: ангел-хранитель и злой дух, подвизающие человека один на добро, а другой на зло. Они суть чрезвычайные противники между собою; если добрый старается направить человека к благому, то злой, в свою очередь, всеми силами стремится расслабить энергию (человека, направленную к осуществлению) благого произволения; так старается сделать растлитель благих произволений для того, чтобы человек не взирал ни на что благое, не предпринимал бы ничего благого; подобным образом и благой старается и расслаблять злую энергию (в человеке), желает, чтобы человек не взирал на зло (т. е. не желал бы зла) и не стремился ко злу.

Души людей подобны семьям юных двоеженцев, причем у одной из молодиц родился мальчик, а у другой — девочка. Одна любит девочку так, как злой любит зло, другая так любит своего сына, как благой любит добродетель. Имеющая девочку не любит сынка, а имеющая сына не любит девочку… Подобно сему, взаимно стараются превозмочь друг друга в глубинах человеческого произволения благой дух и злой, стремясь вписать свои победы в книге жизни всего мира (т. е. побудить человека к соответственному делу).

Человек ныне не остерегается от беззаконий мира сего, не понуждает себя взывать о помощи к Богу, чтобы Он избавил его от сих беззаконий, как сказано: «Яко Той есть Бог наш, избавлей нас от беззаконий наших»… (Октоих, глас 1, стихиры).

Избавитель избавляет человека от злых, но желает, чтобы и сам человек имел чувство к Сигору (т. е. к небу, как говорится в великом каноне: «В Сигор угонзай»), сознавал бы (в себе) те тридцать три ветви беззаконных письмен жизни и не вплетался бы в те 24 буквы погибели.

Говорим: эти 24 буквы суть: происходящие от похоти плоти: 1 — прелюбодеяние; 2 — блуд (в том числе объедение и пьянство); 3 — разжжение; 4 — обольщение; 5 — наряжение, (возбуждающее) блудное похотение; б — изнеженность (ласкосердство) взаимного обращения, роскошь и человекоугодие; 7 — расслабление (или разленение) ума; 8 — утучнение плоти и услаждение прочих органов чувств; 9 — безумная любовь; 10 — чародеяние; 11 — кровосмешение; 13 — мужеложство.

Эти 24 ветви плотских похотей для всякого, кто поддастся им, становятся темным покрывалом, всецело затмевая его, так что человек не видит Солнца Солнц. Делатели этих 24 ветвей сладострастии не узрят лица Божия, предадутся смерти и в пучине сладострастия потонут…

Похоть же ока лукавого (производит следующие ветви): уныние, которое развивает отчаяние; отчаяние же возжигает ярость (гнев или злобу).

(Злоба же) влечет человека в следующие девять: 1 — осуждение; 2 — злоречие; 3 — клевета; 4 — презорство (и вместе с тем возношение, гордость и пр.); 5 — алчность; 6 — хищение; 7 — ложь и несправедливый донос (т. е. клевета); 8 — притворство добродетелей или лицемерие; 9 — коварное советование. Сим подвергаются осуждающие ближнего своего..

От корней всех этих 33-х ветвей зачинается один корень травы отвратительной на вид (досл.: непотребной зрению); она называется ядом и отравляет все, чего бы ни накопил (благого, или какие бы благие дела ни сотворил) человек. Если окажется посреди посева, то препятствует произрасти плодам; люди ныне называют его — волчец; (примечание первых списателей: этот волчец есть растение, которое имеет свойство, когда находится среди посеянной пшеницы, погублять пшеницу).

Посреди корней 33-х ветвей произрастает еще одно противоестественное беззаконие, говорим: хуление. Оно произносит хулу на книгу закона и на тех, которые учат согласно закону веры; у кого оно окажется, тому препятствует быть слушателем закона и плодоприносить согласно учению веры.

Глава 4. О том, как пал Денница, какие свойства приобрели павшие духи и какую брань ведут они с человеком

Итак, вот каковы суть два разряда страстей и (страсти) трех возделываний (т. е. происходящие от похоти плоти, похоти очес и гордости житейской, приводящей к братоненавидению).

Говорим: поскольку добродетели суть (сияние образа .Божия в. человеке) и дары Божий человеку, постольку же все перечисленные пороки суть дарование Денницы.

Сияние Божие есть: вера, надежда и любовь, очищающие от всех беззаконий; сияние же Денницы следующее: неверие, отчаяние, вражда и памятозлобие. Если спросишь, каким образом приобрел такое сияние Денница, то послушай и увидишь.

(Возмечтал некогда Денница присвоить себе все свойства Божий, достичь такой) же красоты, как Солнце Солнц,21 говорим: (превзойти высоту) диска, (силу) луча и (свет) сияния, которые суть (нераздельны), — ибо, если не будет круга солнечного, то откуда будут исходить лучи вокруг? И, если не будет лучей, как возможно сиянию распространяться до концов вселенной? Также, если не будет сияния у лучей, как возможно будет сиять сиянию дня? С этим подобием сияния Божества (и попытался Денница) сравняться. Говорим: пожелал утвердить свой трон выше трона Божия.

Когда же начало обнаруживаться сие мудрование (псилафизм) лукавства, помысл неверности и лживая мечта нечувственности (т. е. нелюбви), то возмутились тотчас небеса небес, отверзлись врата небесные, и Денница немедленно низвергся со своим проклятым троном, т. е. со своим оскверненным полчищем. Число всех отвратившихся (от Бога) и отпавших с Денницею есть тридцать три тысячи тысяч мириад мириадов. Каждого праведника борют тридцать три тьмы тем отпавших вельзевулов, т. е. аггелов сатаны. Вид их отвратителен, существо неисправимое;22  в вышину имеют рост наималейший, в ширину широту наибольшую, обладают глубиною,23 во власти своей — бессильны, насилуют со своим бессилием грешника, подобного тебе (Феофану), который прельщается бессилием диавола (т. е. наслаждениями страстей, воображает диавола якобы сильным, боится его, покоряется ему, столь бессильному); овладевают сим человеком бессильные злые духи, закрепляя его в своей власти посредством безнадежья (иначе, отчаяния).24

Глава 5. Греховное обольщение и упоение благодатию Св. Духа. Сравнение греховного обольщения с опьянением от вина. Упоение благодатию Св. Духа и его превосходство пред греховным опьянением25

Мириада мириад, мнящая себя быть сильной, расставляет три западни (для уловления греховными приманками людей), у каждой западни свой особый тайный крючок, говорим: воображение, гордость и осуждение (т. е. диавол, прельщая людей, старается извратить в них правое разумение о сущем или через воображение, т. е. превратное представление об окружающем, или через гордость, т. е. превратное мнение о самом себе, или через осуждение, превратное отношение к ближнему; все это суть крючки диавольских удочек, ибо во всех мыслях, внушаемых человеку врагом, всегда скрыто что-либо или горделивое и враждебное Богу, или злое и братоненавистное, или что-либо мечтательное, похотное и вредное для самого человека).

Как пьяницу влечет вино в корчемницу, так и грешника влечет грех в западни диавольские. В корчемницу идут упиться соком хмельной лозы. Грешник идет в западню диавольскую, чтобы упиться вином греховной лозы; как только выпьет, опьяневает; когда же пьет и опьяневает, то, пока не отрезвится, не ведает, что с ним происходит, — царских повелений не боится, бесчестия себе не вменяет, презрения не избегает, на поругание не глядит; он единственно поглощен упоением той лозы, одного только (желая) — иссушить то существо лозное, говорим: вино, — которое нынешние люди называют — краси. («Краси» — значит вино разбавленное; святой употребляет это название для противоположения силы опьяняющего вина греховного — вину духовному, которым, когда бывает упоен человек, то ничто не в силах отрезвить его, ни время, ни страдания и т. п.).

(Итак, если то) разбавленное вино доставляет пиющим его столь сильное упоение (что они теряют всякий страх человеческий, не тем ли паче сильнейшее действие должно быть от упоения духовного?) Говорим: обретший вожделенное упоение (Св. Духа) не боится тех трех обольщений человеческих (т.е. похотения плоти, очес и гордости китайской), не боится никаких страданий, не устрашается ни ввержения в огонь, ни ввержения в воду. Какими бы ухищренными мучительствами его не изнуряли, он не уловляется в те дела, к которым принуждают его люди.

Если существо тленного вина способно столь упоять человека и опьянять его, то не тем ли паче (должно в превосходнейшей степени обладать этим свойством, упоять, приводить к забвению о земном) вино лозы небесных виноградников?! Если упившиеся земным вином люди находят столь великое упоение в пьянстве, что перестают страшиться повелений царей земных, то (упоенный небесным упоением, каких прещений земных царей может убояться)? Какую славу земных царей может во что-либо вменить? Каких тем людей и мысленных князей может устрашиться? Какая сила бессильных мириад мириадов может его (подвигнуть), какая похвала (т. е. лесть) отверженных и мерзких вельзевулов (может его усладить)? Какие диавольские ловушки (могут его уловить)? Если упивающийся существом лозным человек столь упояется им, что не ведает и не помышляет о западнях вражиих, если пьющий разбавленное вино столь опьяняемся, то сколь упояюще должно действовать растворение небесное? Пиющие небесное растворение упояются упоением Святаго Духа; следовательно, находящегося в таком упоении кто может разочаровать, кто может одолеть? И, на самом деле, никто и никогда не был побежден из таковых, но только всегда были ими побеждены 33 тысячи тысяч ангелов Денницы и мириады мириадов мириад веельзевулов…

(Так восстало это множество на брань против упоенных Святым Духом людей, вообразилось в человеке, вселившись в царя земного), т. е. некогда восстал диавол на христиан, вооружив против них род человеческий и царя земного), говорим: Диоклитиана и Максимиана, — дабы принудить христиан и питаться плодом погибели нечестивых, и отречься духовного упоения. Таким образом, эта пара служителей диавольских хотела было истребить в человечестве род христианский. Так до самой кончины мира будет неистово преследовать Церковь диавол, чтобы уничтожить род христианский; так же каждого отдельно человека, до самой ночи, т. е. смерти его, преследует враг, чтобы лишить преследуемого всех плодов добродетелей его.

Говорим: выступили некогда на брань против рода христианского Диоклетиан и Максимиан, чтобы низложить его, лишить млекопитания плодом жизни и ввергнуть в погибель нечестивых, т. е. принудить отречься от Христа, — но (вместо этого, достигли совершенно противоположного); сколько людей тогда в течение тех дней и ночей приняли крещение и (вместо того, чтобы принуждать христиан отрекаться от Христа, сами в купели отреклись от диавола и дел его), прославили и возблагодарили Бога за действие крещения (т. е. за дарование им свободы от рабства греховного). Благодатное действие Крещения они сподобились познать, увидев силу его на упоенных Духом Святым мучениках и, вместо того, чтобы принуждать христиан отрекаться от Христа и принести жертву идолам, сами отреклись от идолов, от жертв богам эллинским, вознесши жертву Богу по реченному: «Жертва Богу дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит» (Пс.50:19).

И я говорю, что упоенный человек не может быть объят страхом и убояться. Такого упоенного всуе будет пытаться мир привлечь к себе, противники всуе будут стараться пробудить его от упоения, множества тысяч и мириады веельзевулов всуе будут стараться устрашить его страхом своего множества, ибо он ни во что вменяет их тысячи и не будет устрашен тьмами тем язык, согласно сказанному: «Не убоюся от тем людей окрест нападающих на мя. Воскресни, Господи, спаси мя, Боже мой, яко Ты поразил еси вся враждующие ми всуе, зубы грешников сокрушил еси; Господне есть спасение и на людех Твоих благословение Твое» (Пс.3:7-9).

Упоенный человек подобен преподобной Марии (Египетской), стяжавшей высшую меру совершенства монашеской жизни. Она сильно была борима тысячами и тьмами веельзевулов, которые старались привлечь ее ко греховному миру, чтобы заставить творить первые (греховные) ее дела, — но всуе потрудились над ней…

Упоенный человек подобен еще тому учителю, ревностно охранявшему апостольское учение (и проповедовавшему поклонение иконам), который не убоялся прещения царя Конона быть сожженным со своею школою (т. е. с великою библиотекою), ни во что вменил его сожжение, и сгорел.

Упоенный человек подобен и св. Иакову Персянину, который сперва было погрузился в корчемницу, испил все растворение лозы нечестивых, лишился соединения с нетленной лозой — Церковию, но хмельность не до конца удержала его в сем погружении, он весьма быстро отрезвел, отверг от себя упоение хмельное, отверзлись очи его, уразумел он свое нечувствие (т. е. неблагодарность Богу), узрел свою неверность (Богу), восплакал горько, как Петр, и чрез многое пролитие слез погрузился в погружение Всесвятаго Духа.

Ибо слезы, изливаемые в праведность (т. е. скорбь о грехах) — погружают мысль человека в погружение Всесвятаго Духа.26 Даже плачущих перед заптиями (магометанскими местными судьями) судьи прощают, видя слезы подсудимых. Если заптия, тленный человек, отпускает вину ради слез, то не наипаче ли Нетленный Бог призирает на таковые слезы (изливаемые) пред Ним ради оправдания и спасения души? Господь помогает таковому, посылая ему помощь свыше, и кающийся погружается в погружение слез покаяния.

Посему внял (Бог) воздыханиям сего Иакова, призрел на его покаянные слезы и послал ему помощь свыше. Иаков окреп в помощи Вышнего и столь упоился упоением помощи сей, что не устрашился великих страданий и не малодушествовал, когда ему один за другим отрезали все члены тела.

Сначала ему срезали все пальцы на руках и не сразу весь палец, но все три сустава пальца, один за другим, порознь; отрезали и ступни до щиколотки, голени до колен, руки до плеч, начиная с кистей, отрезали порознь все кости до ключиц; отрезали и все ребра; наконец, отрезали бедра; осталась одна плоть его как голый ствол дерева, говорим: как обстриженная лоза.

Упоение же его, которым он упоился от помощи свыше, было столь велико, что св. Иаков даже не замечал того, что стал подобен обстриженному винограду, не взирал и на члены свои, которые, как ветви у обстриженного винограда, были разбросаны на земле, помышляя лишь о том, каким бы даром покаяния воздать за помощь Всесильному Помощнику своему, и говорил: «Владыко, Господи Иисусе Христе, Отче Вседержителю, и Святый душе! Благодарю Тебя, укрепившего меня, и что я потерпел сие имени ради Твоего Святаго. Мне отрезали все мои члены, нет у меня ног, чтобы восстать и поклониться державе Твоей за силу, ниспосланную мне в помощь свыше, ни рук нет у меня, дабы благодарно воздеть их к Тебе за помощь Твою, которою Ты дал мне превозмочь сию жесточайшую муку»…

И другие многие умилительные слова ко Всесвятому Духу он произнес и склонил честную свою главу, которая и была отсечена; сам же стал наследником жизни вечной.

Увидали злые духи такое исповедание и содрогнулись; узрели присутствующие и подивились; мучители, отрезавшие члены Иакова, изнемогли; верные же христиане, зря терпение и стойкость Иакова непоколебимого, — утвердились.

Постарались было мучители пробудить Иакова от его благодатного упоения, чтобы заставить упиться ревностию о царе (земном), но не возмогли разлучить его от упоения Всесвятаго Духа, хотя и растерзали тело его… Постарались было отторгнуть от лозы живота вечного, чтобы предать его вечной смерти, как и душу каждого человека диаволы стараются уловить, дабы развенчать ее от ее славы и ввергнуть во тьму, постарались (злые духи сделать то же и с Иаковом), чтобы посрамить погружение (восхищение) Всесвятаго Духа, но сами были посрамлены.

Денница же, за то, что дерзнул попытаться восхитить образ (трисиянной славы) Святыя Троицы, был присужден к сим трем (греховным) славам; говорим: к мудрованию (вместо премудрости), к лукавству (вместо простоты) и к неверию (т.е. к слепоте, вместо созерцания Божия). Денница, дерзнув восхитить подобие (т. е. свойства) Святыя Троицы, уготовал себе трон, чтобы вознестись на нем превыше трона Божия (т. е. склонил, отторгнув от Бога, часть ангелов, которые суть престол Божий, дабы сделать их своим престолом и принудить прочих ангелов присоединиться к Деннице); как только стал он осуществлять свой нечистый замысел в духовном мире, то потряслися небеса, поколебались ангелы (досл.: закружились); не поддержи их Михаил-архангел могучим гласом своим к сопротивоборству (единодушных с ним) словами: «Станем добре, станем со страхом Божиим»,27 не предвари он сказать сих слов, утвердивших единодушных с ним, — единый Бог весть, что могло бы тогда произойти с небесами небес; единому Богу то известно. По гласе же Михаила-архангела очутился (досл.: остановился) Денница в бездне ада вместе со своим проклятым троном; говорим: вместе со своим оскверненным полком.

Глава 6. Неверие, нечистота и отчаяние суть три двери, открывающие для диавола доступ в душу человека. Двоякий способ искушения диаволом людей: немощных — похотями, а праведников – лестию

Душа человеческая, подобно дому, имеет три двери, чрез которые вор может проникнуть в нее; одна называется — порта, т. е. главная дверь, другая — парапорта, т. е. боковая дверь, и третья — боковая дверца (калитка) — парафири. Если хотя одна из этих дверей будет открыта, то вору открыт доступ и в дом, ибо, если будет закрыта только боковая дверца, то будет освещать вторая дверь (т. е. открывать взору врага то, что находится внутри дома); если же окажется закрытой и вторая дверь, то будет освещать главная дверь. Если же закрыть и главную дверь, то совершенно скроется (от взоров врага) внутренность дома, вор не увидит ни единой самомалейшей вещицы в нем, не будет знать, что ему украсть, как проникнуть, не увидит, что и в какой щели припрятано, чтобы нащупать пальцами, разыскать, похитить и убежать, ибо сокровенность охраняет жилище неокраденным. Зажечь же свет, чтобы чрез окно разглядеть внутренность, достать что-либо рукой и, ощупав, похитить, — боится, чтобы не увидал сосед его огня, не пришел бы и не поймал бы его. Поэтому и боится вор света лампады, при наружном же свете не боится…28 Ибо тогда видит он, в каком уголке жилища драгоценности, ворует, похищает, убегает, и дом остается пуст.

Подобно сему и у человека есть три мысленные двери: одна называется неверием, другая — нечистотою, а третья -отчаянием. (Неверие святой называет главной дверью, ибо чрез неверие в заповеди Божий и чрез забвение Бога люди больше всего согрешают, нечистота же открывает двойной доступ диаволу, усиливая его власть над человеком, а отчаяние совершенно предает человека врагу. Следует заметить, хотя человек и будет нравственно жить и, следовательно, закроет доступ врагу чрез дверь нечистоты, но если не уверует как должно, то не закроется доступ диаволу чрез дверь неверия и не избежать человеку окрадения).

Если же затворится дверь нечистоты, то будет показывать диаволу ход дверца отчаяния, если же и дверца отчаяния заключится, то все-таки будет освещать путь главная дверь неверия. Когда же затворится и главная дверь неверия, тогда сердце озаряется благодатию Всесвятаго Духа, просветляется мысль человека, и он начинает творить заповеди Христа своего, Распятого Иисуса.

Тогда благодать Всесвятаго Духа становится для бесов как бы тьмою, скрывающею душу от (взора бесов) проныр и всех клеветников (диаволов), скажем лучше — от всех неверующих (т. е. ослепших духовным зрением, которое есть вера, и не могущих взирать на сияние Всесвятаго Духа).

Если же, наоборот, найдут проныры все три двери отверстыми, что способны они тогда наделать с душой? Не обнажат ли они дом тот, не оставив в нем и гвоздя? Не ограбят ли его совершенно и отымут рассудок, так что человек начнет творить сам для себя безумие (т. е. сам себя губит); не так ли? Коварные же проныры есть полк Денницы (которых мы так называем по следующей причине): когда Денница преткнулся, превратился в веельзевула, очутился в аду с полчищем своим, где пребывает и поныне, с того самого времени, как Михаил-архангел воскликнул: «Станем добре, станем со страхом Божиим», — тогда падшие духи, свергшись с неба, одни остановились на высотах (надземных), другие — в воздухе, третьи — в водах, прочие же вместе с Денницею — в земле (т. е. в безднах ее). Пребывающие же вне ада (т. е. на поверхности земли, в водах, воздухе и на высотах) называются коварными пронырами, ибо они и наверх восходят,29 и наниз опускаются (т. е. восходящих в добродетелях преследуют, подражая добродетелям, павшим же соделывают явное зло).

Восхождение бесов наверх означает следующее (т. е. восходящую в добродетелях душу они искушают следующим образом). Как только душа праведника начнет восходить (к совершенству), шествовать путем Господним, тотчас устремляются за нею и коварные проныры, говорим — клеветники (диаволы), чтобы запнуть душу праведника и свергнуть вниз, во ад. Стараются же они так усиленно из-за того, чтобы не дать (человеку) преуспеть и взойти на ту высоту, с которой сами низверглись. В этой зависти своей они поступают так, как какой слуга, раньше служивший царю или вельможе, или архиерейский диакон, или какой подмастерье мастеру, изгнанные от своих господ за дерзкое бесчиние; одним словом, как убежавшие: ученик от мастера, диакон от архиерея, слуга от вельможи… Диакон, убежавший от своего архиерея, злословит и осуждает его, чтобы никто другой не стал бы с архиереем жить; когда же кто поступит к архиерею, убежавший диакон всячески старается, чтобы другой не ужился у архиерея, дабы тем оправдать себя перед людьми, что не он, диакон, виноват, но архиерей, и что-де другие люди тоже не могут ужиться с архиереем.

Так поступает и прогнанный слуга по отношению к господину своему; подобное творит и подмастерье мастеру своему. Подобно сему и злые духи оклеветывают во всем судьбы и заветы Божий, дабы из зависти не дать людям унаследовать то место, которое они утратили, и дабы явить себя правыми, Бога же неправым, а выполнение заповедей Его якобы невозможным…

Если злые духи видят человека, имеющего благодать Всесвятаго Духа, говорим: незлобивого, не воздающего злом за зло, возделывающего все добродетели, — то, следовательно, (какой завистию распаляются) против души сего праведника, сколь сильно колебать, сотрясать в подвигах должны они ее, будучи злоборцы по естеству, и сколь злобна должна быть брань их?

С одинаковою яростью преследуют эти проныры душу, как при восхождении, так и при нисхождении (т. е. праведников стараются запнуть в восхождении по ступеням духовных подвигов, а грешников ввести в тягчайшие грехи), чтобы не дать ни единой душе взойти и возобладать задатком праведных (т. е. чтобы не дать человеку приобрести благодать, когда же приобретет, — не дать ему удержать дара Святаго Духа — задатка будущего блаженства). Какой бы (благодати) ни сподобился праведный, проныры устремляются (за праведным и на сию степень), стараясь и здесь отторгнуть его руки от рук праведных (т. е. ангелов) и свергнуть во ад следующим способом: сначала стараются нацепить его на свой крючок гордости, приучить творить дела погибели, чтобы, таким образом, сама душа заклала бы себя в жертву аду своею погибельною гордостию, чтобы сею погибелью принудить руки праведных (т. е. ангелов, защищающих душу человеческую, приявшую благодать), отвратиться от нее (т. е. перестать защищать и путеводить возгордившегося праведника и предоставить его во власть врагов).

С этою целью злые духи искусно льстят праведнику, начиная велиим гласом восхвалять его (когда все попытки иначе запнуть праведника окажутся безуспешными); бесы говорят: «Победила ты нас, о душа; праведностию твоею в конец низложила нас; боролись мы со тьмами душ, одолели их, обладаем ими; вступили мы и с тобою в борьбу, чтобы завладеть тобою, как завладели теми душами; но не успели и начала положить, как ты уже одолела нас, взошла на высшую степень праведности; ныне мы не можем больше бороться с тобой, ибо теперь Праведник держит тебя на руках Своих с праведностию твоею, а посему мы бежим от тебя, продолжай восходить беспрепятственно, ибо никто не в силах помешать твоему восхождению в добродетели, ты окрепла в добродетелях, как никто другой. Никто другой не совершал такого пощения, какое ты совершала и совершаешь; никто не имел такого смирения, какое ты имела и имеешь; за это Бог даровал тебе разум и мудрость, чтобы ты поучала погибающие души душевному спасению и тем отвращала бы их от погибели, избавляла от кары. Радуйся, о, душа! Радость тебе (сугубая), ибо ты не только свою душу спасла, но еще и другие многие души спасешь славою твоих добродетелей; слава о тебе разгласилась до концов вселенной, и призывающие имя твое тотчас исцеляются от всякой болезни и всякой немощи. Отныне не подвизайся больше о своем спасении, ибо душа твоя стала господствовать над страстями, ибо Бог держит ее на руках Своих; ничто для нее больше не опасно; подвизайся лишь о том, чтобы совершенствовались души других, так как они прослышали о тебе, о славе твоей, и нуждаются в тебе, желают видеть твой ангельский лик, дабы ты отверз свои всемудрые уста, подвиг бы свой спасительный язык, и силою слова твоего умудрил бы слушателей, внимающих тебе. Когда же они уйдут, то, пока не придут другие слушатели, ты позаботься о том, чтобы приготовиться, что сказать им, ибо сильно желают послушать тебя. Поэтому, отныне не прилагай усердия к совершению дневных служб и канона твоего, — твои службы и твой канон будут теперь состоять в заботе о приготовлении поучений слушателям, ибо ты получил от Бога дар возвещать великие изречения слушателям и словом твоим просвещать их!»… Также и другие преславные дела внушают они творить, дабы вложить ему в мысль свой сильнейший яд погибельного мудрования (псилафизмов погибели, т. е. самомнения), чтобы он, прияв их, погиб бы. Ради этого они на время отступают от подвижника (т. е. перестают возбуждать в нем греховные помыслы и похотения, как то делали раньше, когда пытались ввергнуть его в грех явного беззакония), отходят, отстраняются, пока не успеют во всем (т. е. пока тот не поверит их лести и не примет их лестных предложений). Когда примет несчастный человек в мысль свою сей бесовский яд, начинает прельщаться самим собою (псилафизоваться) и, если совершил какие-либо, хотя незначительные подвиги, то, в мудровании своем и в погибельной мысли своей (т. е. в гордостном помысле), мнит о себе, что достиг будто верха совершенства в добродетели, не давая себе отчета в том, в каком состоянии находится душа его. Мудрования ложные объемлют его (т.е. помыслы самомнения); он соглашается со всем, что бы они (лукавые помыслы) ни сказали, верит им и пускает душу свою стремглав низвергаться в пекло адское, воображая, что восходит якобы на верх совершенства…

Он начинает учительствовать, заботиться о поучениях, что сказать и как поучать слушателей своих, внимающих ему. Приходит к нему один из его слушателей и говорит: «Радуйся, отче! Радость тебе! Ты славою своею спас столькие души и наши души украсил венцами с каменьями бесценными; какими же, следовательно, многоценными драгоценностями украшаешь ты собственную душу твою? Лик твой ангельский, подобный херувимам и серафимам, свидетельствует о великой благодати, которую ты приял!..» Сказавшие это слушатели, получив благословение, уходят — льстец же остается с ним в доме его (т. е. дух льстящий остается с ним в мысли его); праведника объемлют помыслы; эти обольстительные помыслы совершенно увлекают его, он мнит, что взошел на верх совершенства и повторяет за диаволом: «Не только одну свою душу украсил я столькими венцами добродетелей, возделанных мною, но и многие души других, вне, в миру, украсил я многоценными камнями, за что и исплетается мне славою моею драгоценнейший венец, как о том свидетельствуют восхваляющие меня слушатели мои, получившие пользу для душ своих. Не будь меня, в миру, чтобы спасти их, надо было бы вторично прийти Христу. Христос же, придя в первый раз, хотя и сотворил столькие чудеса, однако не мог исправить мира; в довершение всего, Его Самого на древе распяли, а я славою своих совершенств спас столькие души, и слава моя исплела драгоценные венцы этим душам»…

Отступило чадо гордости от подвижника, приступила мать лености, и вот он начинает сосать молоко матери лености, повторяя за ней: «Подвизавшись добрыми подвигами с самых юных лет моих, я ныне завершил себе венец совершенств со столькими многоценными камнями, славою моей праведности спас столькие души за время от преполовения лет моих до нынешней старости моей; ныне же, на старости моей, да упокою несколько на ложе тело мое, ибо тело сие приобрело мне славу с великими трудами; да почиет же ныне плоть сия на старости своей». И впадает он в нерадение лености.

Отступает от него мать лености, приступает дочь блуда, и повторяет он за ней следующее: «Я, стяжавший столь великую славу и спасший столькие души, не обрету блага для души своей, если сам не рожду чад и не спасу их; тогда лишь буду я вполне уверен, что спас душу свою». И начинает он псилафизоваться (т. е. обуреваться помыслами) о плоти своей, ищет много — разнообразных снедей, дабы укрепить плоть свою для детородства; наконец, впадает в блато нечистоты, как свинья в грязь…

Тогда отступает от него дочь блуда, приступает сын злобы (досл.: враждоборства); праведник злословит Церковь и говорит: «Не признаю я ни Церкви, ни установлений церковных.., ибо славою моих совершенств я спас столькие души в миру…»

Ради этого всего я и говорю тебе: когда проныры найдут все три двери открытыми (т. е. дверь неверия, дверцу нечистоты и дверцу отчаяния), то не оставят ни дощечки, ни гвоздя. Говорим: не допустят проныры тогда ни пребыть покорным Церкви, ни целомудрие сохранить неоскверненным, но разобручат подвижника с Церковию Христовою, осквернят его целомудрие сладострастными делами, обнажат человека от даров Божиих, окончательно удалят его от руки Божией, низведут к Деннице; станет он тогда подвластным Деннице, хотя будет считать себя находящимся «в руце Божией» (т. е. думать, что имеет ту благодать, которую стяжал прежде и, прельстившись самомнением, теперь утратил).

Глава 7. Подвижник, хотя и впадает в грех, не должен отчаиваться. Бог приемлет покаяние от всякого, и почему невозможно покаяние для злых духов

Когда подвижник (или иной человек) усмотрит свое падение, поймет, где он был, т. е. на какой духовной высоте и в какой близости к Богу, и куда ниспал, то отчаивается подобно мухе, летавшей по воздуху, избежавшей всех внизу разостланных тенет, но попавшейся в разостланные поверху и впавшей в отчаяние. Так и проныры, как пауки, ткут свои тенета не только по низу, но и на высочайших пределах бранного пути, чтобы, как муху, миновавшую нижние сети, уловить подвижника, захватить в верхних плетениях и там опутать его мысленной своей паутиной. Когда же подвижник запутается в паутине, как муха или как рыба, пойманная в сеть, то отчаивается и говорит: «Нет у меня теперь тела (т. е. сил телесных), чтобы летать, нет у меня крыльев, чтобы удержаться на воздухе, нет у меня больше непорочного тела, которое было порабощено душе; нет у лица моего очей (т. е. прежнего дерзновения в молитве), дабы возвести их на небо, чтобы умолять за мою несчастную душу; теперь мне не спастись, ибо поработился я греху; поэтому не стану дольше и стараться достигнуть спасения, ибо это для меня невозможно…»

О, человече, почему ты решил, что невозможно тебе достичь спасения? Почему ты думаешь, что не следует тебе больше подвизаться, а не решаешь наоборот, что тебе тем паче следует подвизаться о спасении? Воспряни, не бойся, ибо Бог претерпел крест ради спасения твоего! Как же после сего ты утверждаешь, что для тебя больше нет спасения? Зачем страшишься бессильных? К чему считаешь их сильными? Крест Господень сокрушит всю силу их ухищрений, все хвастовство, которым они, бессильные, кичились быть сильными!

(Затем, в ответ на часто рождающуюся мысль: возможно ли покаяние для злых духов, святой приводит известный пример из жития св. Антония Великого, как явился ему бес и вопросил, возможно ли для беса покаяние, и как бесу помешало воспользоваться сею возможностию кичение своею греховною властью над людьми. Подобное кичение проявил диавол, когда приступил к Господу на сорокадневной горе и показал ему «царства мира», т. е. свое греховное владычество) (Мф.4:8).

Попытались было однажды бессильные хитро, кичением и хулою поругаться над одним преподобным отцем.30 Чтобы прехитро ввергнуть преподобного в кичение и хулу, сказал подвижнику явившийся ему бес: «Каким образом, отче, возможно мне спастись?»

Это вопрошение беса о возможности для него покаяния есть коварный умысел ввести преподобного в кичение или хулу, ибо, если бы он поддался на сие коварство и принял бы к сердцу столь неслыханное дело, как спасение беса, то неизбежно впал бы в тщеславное самомнение и кичение сим небывалым делом, а, с другой стороны, если бы отверг, как невозможное, то похулил бы Творца, Который оказался побежденным тварию Своею в милосердии.

Понял преподобный, которому открыла сие благодать Всесвятаго Духа, что это один из обольстителей, проныр-веельзевулов. Преподобный отвечал ему: «Иди на высокую гору, обнажись, стань совсем наг и изливай мольбы к Богу, Царю Небесному, чтобы Он отпустил тебе твое лукавое мудрование» (досл.: псилафистическое лукавство). Отвечал проныра преподобному: «Какую же молитву творить мне на высокой горе и как мне обнажиться? Я и без того одежды не ношу? Как же ты говоришь, чтобы мне обнажиться?»

Святой же отвечал ему: «На высокой горе сотворись наг, обнажив себя от ухищрений своих и лукавого мудрования, да не имеешь никакого коварства в сердце твоем. Так стой совершенно нагим на высокой горе 40 дней и 40 ночей (в житии сказано три года, может быть, здесь Феофан ошибся), не имея никакого покрывала на главе своей, т. е. никакой хитрости в мыслях, воздевай руки свои горе и повторяй беспрестанно в течение сорока дней: «Помилуй мя, Боже, помилуй мя, меня — мерзость запустения во царствии Твоем!.. Яко к Тебе, Господи, Господи, очи мои; на Тя уповах, не отрини душу мою!..»

Не успел преподобный закончить своей речи, как демон, весьма разгневавшись, воскликнул: «Замолчи, гнилой старик! Ничтожному ли царю поклониться мне? Кто другой имеет такое царство, какое мы имеем? В руках наших находится третья часть Его царства, и что осталось у Него, чтобы нам кланяться Ему, как Царю?..» Ясно тогда стало преподобному, что это есть дух хулы; вспомнил тогда преподобный, что и Христа бес также пытался в пустыне обольстить и кичился перед Ним грехами человеческими…

Вспомнив все это, преподобный сотворил молитву к Богу, проклял демона, и тот как дым исчез от него. Воздал преподобный славу Богу за избавление свое от духа хулы, который лукавством своим намеревался ввести подвижника в хулу или в гордость и чрез то ввергнуть в бездну адскую, как свергнул множество монахов…

Но Бог не имеет ненависти к этим погибшим монахам, которые еще могли и по падении иметь надежду на спасение. Ненавистны Богу лишь сии четыре: говорим — хула, блудная нечистота, неверие закону и ложь, именуемая идолослужением; всякий, говорящий ложь, именуется идолослужителем у Бога. Итак, бесы безвозвратно погибают не оттого, чтобы для них не было прощения, но оттого, что они не только не каются, но еще и гордятся своими богомерзкими делами…

Глава 8. Чем был вызван потоп. Проповедь Ноя о покаянии. Ожесточение людей и ненависть их к Ною. Знамения, предшествовавшие потопу. Умысел людей с ковчегом погубить Ноя, как виновника всех бедствий

Ради этих-то всенизменных, земных страстей и излился потоп, которому подобало бы перейти во всеконечное затопление, если бы не предуспело и не превзошло пред Богом покаяние Ноя.

Скорбел Ной, плакал пред Богом о предстоящей кончине всего мира и молился так: «Долготерпеливе, Долготерпеливе; подолготерпи, подолготерпи еще до сорока лет; не покаются ли они и не отвратятся ли от своего превратного влечения к таковым грехам. Если же не сотворят покаяния и не отвратятся от своего пристрастия к погибельной страсти блуда, то да будет воля Твоя и сотвори с ними как Ты судил…»

И сказал Бог Ною: «Се кротость долготерпения Моего будет долготерпеть им, и не сорок лет да долготерпит, но трижды сорок лет буду долготерпеть; долготерпит еще Мое долготерпение и пождет их покаяния, но нет в них склонности к покаянию…».31

И сказал Бог Ною: «Уготовься ты, дабы не подпал бы и ты под сей гнев Мой, ибо до 120 лет буду ожидать, давая время на покаяние, дабы они покаялись; если придут к покаянию, то благо им будет и благосотворю им на земле сей; если же нет, если не обратятся они к покаянию во оставление грехов, то имеет найти на вселенную потоп, весь мир потонет в водах, и подымется вода высоко, превыше гор и холмов…»

Выслушав эти слова Божий, праведный Ной сказал Богу: «Милосерднейший мой и долготерпеливый! Какое уготовление желаешь Ты, дабы я сделал?» И сказал Бог Ною: «Возвести людям, к какой каре Моей они присуждены, и сотвори сооружение, дабы оно шествовало поверх воды…» Это сооружение Ной наименовал ковчегом.

И начал Ной проповедовать, как сказал ему Бог; превратные же люди, которым Ной проповедовал, слушая проповедь Ноя, — одни поносили его, другие бесчестили, иные мучили, и все вместе, в противность Богу и наперекор проповеди Ноя, удвоили свои беззакония.

Таким образом, в продолжение 17 лет подвизался Ной своею проповедью, дабы привести их к обращению в покаяние, — но не возмог…

И ожидал Бог 17 лет покаяния от этих превратных людей, но не только никакого покаяния не услыхал от них, но увидал, что они впали еще в худшее. Подобным же образом и с нынешними людьми бывает так: Бог ожидает от них покаяния, они же низвергают свою мысль в еще худшее блато и в бездну многозаботливости…

По истечении 17 лет объявил Бог Ною и изрек гневное решение: «Ной, Ной! Сотвори, как Я сказал тебе: поспеши, поспеши и не медли в деле сем» (т. е. поспеши строить ковчег и не теряй больше времени на проповедь).

И сотворил Ной кивот в 103 года, как повелел ему Бог, семнадцать же .лет потратил он на проповедь, увещевая покаяться тех превратных людей, которые, вместо этого, стали делать еще худшие беззакония, как то творят и нынешние люди; вследствие сего отступился от них тогда Ной и обратился к постройке ковчега; стал прилежать к построению ковчега и крепко сколачивать его скрепами, скажем: гвоздями. Слыша стук сей, превратные люди говорили: «Это Ной для Бессмертного бессмертную постройку делает, творит же толикий труд, чтобы осуществилось его желание (т. е. чтобы умолить Бога исполнить его пророчество погубить землю потопом)».

Великим гневом прогневался Бог (т. е. совершился гнев Божий на людях), и сказал Бог Ною: «Ной, Ной! Поспеши, поспеши и войди в ковчег с семейством твоим, как Я сказал; исполни то, что Я приказал, ибо у людей сих распространилось дело невыносимое и, вместо покаяния, они все творят в противность Божеству Моему…» Услыхав от Бога таковые слова, Ной, воздохнув из глубины сердца своего, сотворил, как сказал ему Бог, устремился в ковчег вместе с семейством своим, взявши с собою всех животных, какие повелел ему Бог, два-два от каждых животных; когда все вошли, то Бог затворил их в ковчеге; тогда исполнилось 103 года сверх скончания неоконченного дела, т. е. 103 года по окончании Ноем семнадцатилетней бесплодной проповеди; все же вместе составит 120 лет или три сорока, которые Бог продлил людям ради молитвы Ноя.

Так и ныне, не в силах человек сам собою свершить своего канона, т. е. одного покаянного подвига не достаточно для того, чтобы обеспечить монаху спасение, как и труды Ноя, несмотря на продолжительность и на величие их, оказались недостаточными для его спасения; потребовалось для сего еще особое содействие Бога, Который Сам закрыл крышу ковчега, как о том свидетельствует Писание.

И теперь, не в силах человек скончать своего канона, чтобы он ни делал, т. е. каких бы подвигов ни совершал, не может он завершить его (сколько бы времени ни подвизался), но завершает его Церковь в среде заключения литургийного (т. е. во всеобъемлемости Жертвы литургийной, где Сам Христос отпускает грехи ради искупительной Жертвы Своей и тем возглавляет ковчег спасения, который для подвижника заключается в каноне и подвигах покаяния, как некогда Бог возглавил ковчег Ноя…).

Тогда сотворил Бог знамения ужасные и страшные, дабы люди покаялись, отверз водные бездны небесные (досл.: катаракты небесные, т. е. «воды яже превыше небес», как о них гласит Писание, воды, существование которых открыто было некоторым святым в видениях, как о том повествуется в житиях святых, например, в житии св. Киприана, 2 октября) — до трех часов; но и посем те люди, которые уцелели, скрывшись в своих жилищах, продолжали творить скверные дела.

Тогда огонь ниспал на их селения, разливаясь со страшным шипением (разумеется огненная масса или лава), потрясаясь со страшным треском, гремела земля, камни распадались, солнце померкло — люди же склонились еще низменнейше, т. е. стали повально развратничать еще более неистово, разврат преумножили, блуд ублажили, мужеложство совершали, многостяжательности всеми своими силами поклонялись; видя те знамения страшные и ужасные, умозаключили безумные, что это все чарования Ноя, что все это он им наворожил, и сотворили они совет разбить ковчег и казнить Ноя!..

В этом деле тех превратных людей проявилась та же страсть зависти к праведникам, которая есть и ныне: когда кто-либо делает какое-либо богоугодное дело, то в другой части (т. е. части диавольской) возгорается зависть; бес старается разрушить то богоугодное дело и убить того, который усердствует в нем.

Такая же зависть возникла в развращенных душах и тех древних людей; они устремились на разрушение богоугодного дела, постройки Ноя, которая была ради их же пользы? Польза же — привести их к покаянию постоянным напоминанием самой той постройкой о грядущей каре Божией за их превратную жизнь. Это, однако, ни к какому покаянию не привело их, но возбудило в них ярость; они яростно устремились к ковчегу, дабы разрушить его и казнить Ноя!..

Когда Бог увидел такую ярость, с которою они устремились на ковчег, чтобы разбить его, то повелел, дабы отверзлись бездны вод небесных, — они отверзлись, и сказал Бог земле, дабы отверзлись ее источники (подземные) и устремились бы кверху (так о сем писано и в Библии). И сказал Бог водам небесным и водам земным: «Совокупитесь на высоте и посем рассеивайтесь по поверхности земли до 40 дней» (т. е. дождите)…

Когда совокупились воды небесные с земными, то (столкнувшись) остановились в верхних пределах, образовав, как бы второй небосклон (над поверхностию земли), и так до семи дней совокуплялись в своем противоустремлении; число семь знаменует отмщение семи смертных грехов, которые и вызвали потоп.

Число же тех превратных людей, которые выступили разрушать ковчег, — мужей и жен с детьми было 7000. Подобно семиглавому зверю (беззакония, устремляющемуся против праведников), устремились они против постройки Ноя, дабы разрушить и истребить ее вместе с Ноем, — но сами были истреблены и исчезли от лица земли…

Когда они толпой двинулись на ковчег Ноя, постиг их гнев Божий… Они потеряли дорогу к ковчегу, бродили, бросались, ища спасения от вод, туда и сюда, погружаемые водами!..32

Глава 9. Невозможно не прийти искушению… Как был соблазняем Несоблазняемый. Кто блажен и кто треблажен

Нет греха, когда человек бывает искушаем, но есть грех, когда человек бывает побеждаем.

О соблазне, которым был соблазняем Несоблазняемый. Если спросишь, каким искушением Он был искушаем, — послушай и увидишь.

Понял доброненавистный дух Денницы, что пришел Иисус Христос на сию проклятую землю, но кто Он таков, не знал. Делал он столькие и столькие испытания, чтобы найти Несоблазняемого, дабы соблазнить Его, но разыскать Его не мог: (ибо) Иисус Христос, нас ради снизшедший, сделался совершенным человеком и скончал (т. е. до конца подверг Себя) всем человеческим ощущениям, говорим — гонению, алчбе, жажде, презрению и всем другим… (ибо скорби необходимы каждому человеку, как огонь для пищи). Повар (когда хочет) что сварить, то, положив в котел что бы то ни было, говорим: воду, овощи, масло, — становит котел на очаг, разводит огонь, варит кушанье, снимает с огня (когда сварится), опорожняет котел и подает в трапезу; когда старшая братия сядет (за стол), то охотно ест это произведение кухни, ибо оно прекрасное кушанье (так как хорошо сварилось)… Однако, когда в нем нет соли, то оно невкусно и его нисколько не пользует (то, что оно сварилось; т. е. и человека, хотя бы он претерпел искушения и скорби, не попользуют оне, если в нем не будет «соли»). Таково есть искушение для человека. Человек, хотя бы и все добродетели исправил, — искушения же не имел, — не имеет еще никакого прибытка, ибо искушение есть возглавление добродетели (т. е. совершение крыши в здании доброго подвига).

Блажен, имеющий терпение (в перенесении скорбей), не побеждающийся теми соблазнами, которыми его соблазняют, и побеждающий терпением тех, которые вводят в искушение ближнего (т. е. блажен благий, побеждающий злого терпением наносимых ему зол). Но тот, который вводит в соблазн (т. е. наносит скорби человеку), тот уподобляется искусителю, соблазнявшему Несоблазняемого!..

Если хочешь узнать, кто был искуситель и кто есть Несоблазняемый, — услыши.

Несоблазняемый есть Господь наш Иисус Христос, облекшийся в человека и ставший совершенным человеком, свершивший все скорби человеческие, как я говорю тебе, и смиривший искушавшего Его… И познал несколько (диавол) Иисуса (т. е. устрашен был знамениями Его Божественной силы, явленной в чудесах), но не было ему допущено узнать Его совершенно… Если какому человеку приснится во сне, что он переходит по мосту, а другой человек (т. е. противник его) сверг его с моста, человек, пробудившись от сна, запоминает сон и говорит: «Сбудется ли это, или нет?» Начинает расследовать и допытываться, чтобы найти того противника (по приметам), указанным ему содержанием сна; допытывается, испытует всевозможными способами, чтобы разыскать искомого человека и уничтожить того, который там с моста сверг его…

Настолько и Бог дал возможность (диаволу) искусителю познать воплощение, промысл Божий, настолько, но не больше…

Также и то, что диавол получил власть искушать Христа, яко человека, было ради того, что Христос стал совершенным человеком в защиту (на спасение) человека, который искушается воображением помыслов творить то, что воображает ему помысел…

Такими же соблазнами был искушаем и Несоблазняющийся; мечта (воображение) окружила и Его — Немечтающего, Не-воображающего в Себе ни злой, ни какой-либо иной земной мечты, нисколько, ни о чем в помысле Своем не мечтающего, ни очами Своими (несоблазняемого) — Того, у кого очи блистающие и помыслы чистые!..

Человек же есть искушаемый, ибо очи его помутившиеся, помысл осквернен всеми злодеяниями человеческими, — и что необыкновенного искушаться ему?..

Но искушаемый еще не становится чужд,33 чужд бывает тот, который побеждаем… Победитель же (т. е. Иисус Христос) — побеждает. Сильный силою Своею, Он побеждает все соблазны злобы и всякое-находящее искушение… (Т. е. в ком вселится благодать и сила Христова, тот благодатию Христовою побеждает всякий соблазн и всякое искушение); как сказано: «Побеждается естества чин»…

Блажен побеждающий (т. е. праведник, не познавший великих грехопадений), но бывает блажен и побежденный… Который же? Тот, кто (кается и восстает) подобно Давиду, который, быв побежден прелюбодеянием с чужою женою, быв побежден убийством ее мужа, быв побежден гордостным помыслом (желанием узнать), сколько мира ему подвластно, быв так сильно побежден этими тремя язвами, что душа его изъязвилась, как проказой, — столь скорбно возболезновал душою своею, что восчувствовал болезнь и во всем теле своем… Восчувствовал Давид содеянные беззакония, размыслил о исчислении воинов своих, покаялся в содеянном беззаконии, говорим: в содеянном прелюбодеянии и убийстве… Явил он такое покаяние пред Богом и столь раскаялся, что язвы те стали блистающими ризами церкви, златотканными украшениями богослужений и драгоценными одеждами Давиду!..

И опять блажен бывает побежденный, но кто таков? Тот, кто подобен преподобной Марии (Египетской), которая, будучи побеждена блудом мира и став блудницею семнадцать лет, по семнадцати летах показала толикое покаяние Богу, — не как Давид, не как Манассия, не как аскеты пустыни, но как никто другой; такое показала она покаяние Богу, что стала светильником Египта!.. Блажен и тот, кто побеждается, но который? Тот, кто исповедует (по падении своем) Христа Богом истинным от Бога истинного, кто подобен разбойнику, узнавшему во Христе Бога, исповедавшему Его Божество (на кресте) и сказавшему: «Помяни мя, Господи, егда приидеши во Царствии Твоем!..»

Глава 10. Отчего один из распятых со Христом разбойников познал во Христе Бога, а другой похулил

Спрашиваю я тебя: как узнал благоразумный разбойник Христа на кресте, что Он истинный Бог?.. Какой свет (просветил его, что) он познал Божество Христово на кресте и осудил другого разбойника, чтобы он замолк и не хулил?.. Он (был) разбойник и другой — разбойник; чего же ради было одному исповедать Божество Христово, а другому хулить Его?.. Выслушай, как соделалось то, что один разбойник исповедал Христа и Божество Его на кресте, а другой — похулил. Разбойник тот (первый) был млековскормлением34 Пресвятыя, другой же произошел от семени Иуды Искариотского, говорим: предателя.

Когда смутился Ирод из-за Иисуса, быв поруган волхвами, ангел повелел (Иосифу), дабы удалился оттуда; удалились Иосиф и Богоматерь с Младенцем, отправились в путь; пришли в селение, называемое по-еллински Фексанион (Странноявленное); настигло их время вечернее, вошли они в селение, пришли в один дом и там заночевали. Приняли их с толиким радушием, (хотя и) не знали, кто они такие. Такое страннолюбив проявил не один только тот дом, но и все селение слыло страннолюбивым, почему и прозвалось Фексанион по-еллински.

В доме том, где они почили, им по обычаю стали готовить трапезу; когда со стольким радушием ее приготовляли, младенец дома был оставлен и, как свойственно детям, страшно кричал и жалостно плакал.

Видит Пресвятая, что младенец плачет, — взяла его на руки, чтобы он успокоился и, открыв пречистую Свою грудь, млеконапитала его, как обычно младенцев… После же ночлега, когда рассвело, отправились они в путь и пришли туда, куда повелел ангел…

Младенец со временем вскормился; (потом) стал зрелым человеком; как человек, победился соблазнами, хотя и был от части Давида (т.е. как бы от семени Давида, ибо вкусил молока Божией Матери) — стал разбойничать вместе с семенем Иуды… Они были схвачены властию царской и представлены на судилище в тот час, когда книжники и фарисеи осудили Господа нашего Иисуса Христа; было постановлено решение распять Христа посреди двух разбойников, что и сотворили; и распят был Господь наш Иисус Христос — «яко овча на заколение…» — между двумя разбойниками. Тогда молоко Богоматери, некогда питавшее во младенчестве разбойника, оказало свое действие, и на кресте отверзлись очи распятого разбойника, познал он Божество Христово, помянул стран-нолюбие, которое было проявлено в дому родителей его, и воскликнул: «Помяни мя, Господи, егда приидеши во Царствии Твоем». Разбойник как бы так говорил: «Господи! Сии пречистые руки Твои благословляли дом отца моего, и приняли (досл.: познали) родители мои Божество Твое; теперь же зрю я руки Твои пригвожденными ко кресту ради грехов моих родителей и ради содеянных мною грехов — благослови убо и меня во царствии Твоем…» — «Помяни мя, Владыко, егда приидеши во Царствии Твоем…»

Услыхав такое исповедание от разбойника, Иисус воскликнул и сказал: «Аминь, глаголю тебе, днесь со Мною будеши в рай».

Видишь ли (из этого), что сострадающий ближнему и творящий милость ему, не потеряет ее, — мало ли, много ли, чужому ли, другу ли, родному ли, доброму ли, злому ли делает ее, — не забудется (оказанное) милосердие и незабвен будет тот, который творит милостыню ближнему своему, будь-то словом или делом… Возьми пример с Госпожи Богородицы (т. е. из того, какое благо оказала Она, накормив младенца млеком Своим ради оказанной Ей и Сыну Ее милости). Благодаря сему был облагодетельствован разбойник (т. е. благодать пречистого молока Божией Матери отверзла ему духовные очи к познанию Божества Христова, и), быв накормлен Ее грудью, он на кресте сделался исповедником Сына Ее!

Послушайте о другом разбойнике.

Иуда Искариотский, предатель, был некогда в еллинском доме слугою семь месяцев, потом бежал оттуда. Когда же он был в еллинском доме, то, будучи прелюбодеем, прелюбодействовал с женою сына еллина, сын же находился в дальнем путешествии. Возвратившись из путешествия и увидав, что жена его беременна, он ничего не говорил ей и не совокуплялся с нею совокуплением супружеским. Поняла из этого жена, что узнал муж о ее беременности и возвестила о сем Иуде. И сказал ей Иуда: «Разве ты что открыла ему о нашем прелюбодеянии?» Сказала жена: «Не открывала (ничего) и не спрашивал он меня нисколько о сем». Сказал Иуда: «Куда он сейчас пошел?» Сказала прелюбодейца: «Вышел вон озабоченный, и не знаю, куда пошел». Иуда пошел искать его во всем доме — вверху и внизу — и (наконец) видит, что он в раздумьи сидит на верху кровли. Увидав его сидящим на высоте, стал размышлять Иуда, каким бы образом свергнуть его вниз, чтобы никому не сказал он о беззаконии; и обдумав, Иуда нашел способ, как свергнуть его; там был столб, на котором держалась крыша, где сидел муж; Иуда подкопал под основание, привязал к столбу толстую веревку, потянул за веревку всеми силами, и упал столб вместе с террасой и с человеком; муж жены убился жалостным сокрушением, сокрушившим несчастному все члены его. Жена же, увидав, какое дело совершил Иуда, стала много, принуждать его сделаться ее мужем, но Иуда не хотел, боясь, как бы не открылись два зла — убийство и прелюбодеяния с женою, и сказала жена: «Если не возьмешь меня в жены, то знай, что я расскажу о беззаконии твоем, содеянном тобою в доме со мною». Услыхав эти слова, Иуда убоялся и скрытно удалился.

И родила жена младенца, говорим: семя Иуды; младенец вскормился и стал совершенным мужем. Обремененный злом отца своего, впал, подобно ему, во зло, стал разбойником и вовлек (в разбой) благословенного разбойника. Тот вместе с ним 12 лет вращался в разбойническом деле, потом они были совместно распяты по сторонам креста Христова: один, исповедавший Его, — справа, а другой, хуливший Его, — слева. Говорим: праведницы — одесную, грешницы же — ошуюю. Двенадцать же тех лет означают образ суда на Страшном суде, когда узрятся на Страшном суде 12 апостолов, седящих на 12 престолах, чтобы праведным судом судить на Страшном суде 12 колен Израиля. Говорим: исповедники (будут поставлены) одесную, а хулители ошуюю…

Видишь ли, как отец посеял зло, сын же зла пожал хулу, жертвопринес бесчестие, за что и сам будет обесчещен на Страшном суде; восхищен он будет огненною рекою; сойдет в ненасытный хулою ад… сказавший: «Если Ты Сын Божий, сойди со креста, спаси Себя и нас…» И все книжники и фарисеи, услыхав от разбойника эти слова, восклицали так вместе с ним, пытаясь низвести Бога вторично на землю… но, вместо этого, сошел тот (хулитель) сам вторым во ад. Говорим: первым сошел Иуда — отец с предательством своим в преисподнюю ада, вторым же сошел сын предателя, началовождь хулы, со огненною хулою своею… Говорим: со огненной рекой сошел во ад, сопровождая, сын — Иуду, отца своего во объятия Денницы. И принял их Денница в объятия свои, как первородных своих… Отец предал Его; сын похулил Его. Отец, повесившись на древе, с непомерным своим лукавством был презрен; сын же, влекомый огненною хулою, был обесчещен!

Глава 11. Иуда-предатель как пример несказанного долготерпения Божия. Его происхождение, смертные грехи его юности, апостольство и хозяйственная должность у апостолов. Попытка его присвоить власть духовную и ограничить милосердие Христово; лукавые побуждения, вызвавшие предательство и самоубийство

Не соблюдаешь ты постоянной решимости твоей, т. е. не постоянно предложение твое в духовном подвиге, не мирствует настроение твое, но как вихрь вертится в голове твоей; не знаешь ты, что творится с тобою, ни добро добрым не признаешь, ни зло злым, как и Иуда, который обладал таким смыслом, что сладкое для него делалось горьким, а горькое сладким. Сие явствует из того, что он повесился на древе, дабы сделать тем себе обручение вечного мучения… Бог же не попускал Иуде совершить желаемого, т. е. промыслительно делал так, что первые попытки самоубийства ему не удавались. Бог, как непомнящий зла, возбранял Иуде — не покается ли он, как Манассия, или как разбойник, или как блудница, он же, сей Иуда вертоголовый, оставался таким же, каким был раньше; снова обращался головой своей и расположением, т. е. мыслию и сердцем, ко злу, уклоняясь от милосердия Божия!.. Он Господа предал, Бог же, милосердуя о нем, повелел ветви (на которой он повесился) приклониться, и наклонилась она; но Иуда, порабощенный злом, устроил себе место еще выше, взлез на это место, укоротил петлю для своей шеи и бросился с высочайшего места, дабы совершить несовершившееся и завершить тем вся злая своя!.. Бог опять нагнул ветвь, но сей, ненасытный злом, снова завязал петлю, устроив третий этаж высоте своего зла, которым и погубил себя; снова влез на высоту третьего этажа, навязал себе петлю на шею, и сбросил нечистое свое тело с третьей степени высоты, говорим: (тело треоскверненное) убийством отца, прелюбодеянием с материю и убийством брата.

Примечание. Выше святой сказал об истории Иуды: «Как мы слышим» — и на самом деле об Иуде существует известное на Востоке предание, на которое намекает здесь святой. В одном из списков книги о святом Ниле это предание приведено целиком, и мы его также считаем нужным привести.

Иуда происходил из селения Искарии. Имя отца его — Ровель. Перед зачатием Иуды мать увидала страшный сон и с криком проснулась. На вопрос мужа она сказала, что видела, что зачнет и родит мужеский пол и будет он разрушителем рода иудейского. Муж же укорил ее за веру во сны. В ту же ночь она зачала (не вняв, следовательно, сему предостережению от Бога) и посем родила сына. Ввиду того, что воспоминаемый сон продолжал устрашать ее, они согласились с мужем выкинуть ребенка на волю судьбы; сделали ящик и, осмолив его, доложили в него младенца и бросили в озеро Геннисаретское. Напротив Искарии находился небольшой остров, на котором зимой пасли овец и жили пастухи; к ним-то и принесло ящик с младенцем; пастухи вынули его из воды, накормили ребенка овечьим молоком и отдали некоей женщине вскормить его; эта женщина назвала ребенка Иудой. Когда он несколько подрос, пастухи взяли его от кормилицы и привели в Искарию, чтобы отдать кому-нибудь в приемыши; тут повстречался с ними отец Иуды, Ровель, и, не ведая, что это его сын, взял его к себе в приемыши. Отец и мать очень полюбили Иуду, который был лицом весьма красив и, скорбя о брошенном в воду сыне, усыновили Иуду. После этого родился у них сын, и Иуда стал завидовать ему, опасаясь, как бы не лишиться из-за него наследства, ибо Иуда по природе был зол и сребролюбив. Иуда стал беспрестанно обижать брата своего и бить его, за что родители часто наказывали Иуду, но Иуда все более и более разжигался завистию к брату, увлекаемый страстью сребролюбия и, наконец, воспользовавшись однажды отсутствием родителей, умертвил брата. Схватив камень, он убил брата, а затем, испугавшись последствий, бежал на тот остров, на котором его вскормили, и здесь поступил в услужение в еллинский дом, в котором в конце концов вошел в прелюбодейную связь с женою сына хозяина и, убив его, бежал в Иерусалим. В Иерусалиме Иуду приняли во дворец Ирода, где Ирод полюбил его за ловкость и красивую внешность; Иуда стал управителем дворца и покупал все потребное. Родители же его, не зная, что он убил их сына, и, видя, что он без вести пропал, скорбели о нем. Так прошло много времени; наконец произошли в Искарии великие смуты, так что Ровель с матерью Иуды переселились в Иерусалим, и купили себе дом с прекрасным садом, рядом со дворцом Ирода. Тогда-то и убил Иуда отца своего, как будет изложено устами святого ниже, женился на матери своей и родился у них сын. Посем, случайно в беседе с женою, открылось, что они суть кровные — сын с матерью; Иуда, оставив мать, пошел ко Христу с намерением покаяться, был взят Христом в ученики, сделан казнохранителем и распорядителем, но по сребролюбию своему продолжал похищать деньги и тайно отсылать их матери, якобы ради пропитания ее.

И познал Иуда беззаконие свое, т. е., что взял в жены мать свою, убив ее мужа, который был отцом ему и, убив отрока, который был брат ему, узнал из слов матери своей, так как раньше о сем не знал; и услыхав, что Иисус учит в окрестностях Иерусалима (сиречь призывает грешников к покаянию), пошел, нашел Его и присоединился к Нему, чтобы следовать за Ним.

Увидав сего Иуду, Иисус Христос понял, что он — человек доброненавистный, злоумышленный и злообразный, но принял его с великою радостию, дабы уврачевать душу Иуды. И возвел Иуду Христос в распорядители над всеми апостолами, чтобы он распоряжался всем; и приказал апостолам Христос: все потребное для плоти, в чем нуждаетесь, спрашивайте у Иуды.

Услыхав это повеление Христово, апостолы исполняли его с готовностию, не роптали по поводу того, что творил Иуда, и никогда не жаловались на него Христу, хотя и видели многие его ослушания или бесчиния, ибо всякое слово Христа принимали от Него, с решимостию исполнить его на деле.

Поэтому и не роптали нисколько на брата своего Иуду. Тогда Иуда был братом апостолов и ученик Христов; Христос умыл ему ноги, как и прочим апостолам; после же предательства сделался он братом диавола, учеником Денницы и стал как один из других диаволом. Тогда он был апостол, ныне же диавол… Это (случилось с ним) потому, что апостолы, исполняя на деле (слова Христовы), сделались столбами райскими, Иуда же, хотя и внимал словам Христовым, но не слушал их с готовностию, безропотно и не имел решимости к делу, т. е., чтобы исполнять их на деле, (слушался) с ропотом и повиновался неохотно. Апостолы держались за слова Христовы, как за столбы непоколебимые, и стали сами столбами райскими; Иуда же держался за слова Христовы, как за столб гнилой, и сам сделался обвалом, т. е. как бы оторвался и отвалился от части Господней и апостолов, низвергшись в преисподнюю ада.

Не ограничился он тем, что имел власть внешнего распоряжения над всем мирским, говорим: над сокровиществованием, продажей и покупкой, — но возжелал захватить в свое распоряжение и внутренний обмен; говорим: желал Иуда возбранить людям приносить Христу веру, миро и божественную славу, т. е. не хотел давать людям чтить Христа, как Бога, славить Его, как Бога, и возливать на Него драгоценное миро, на что люди того времени расходовались, как тратятся и ныне люди, чтобы приносить дары в церковь, говорим: для литургии, которая есть отпечаток Христов; фимиам же (возжигаемый в кадиле и приносимый Господу в богослужении) есть тип (или отпечаток) мира (возлиянного на Господа при жизни); как говорит пророк-царь Давид: «Да исправится молитва моя, яко кадило пред Тобою…». Свеча же, носимая пред священником на выходах, есть тип честного предтечи Крестителя и его учения в пустыне перед пришествием Христовым, как сказано у пророка: «Глас вопиющего в пустыне, исправьте путь Господень…» И опять: «Покайтеся, приблизилось Царствие Небесное…» И опять: «Се Агнец Божий, вземляй грех мира…» И опять: «Я крещу вас водою, но грядет Крепчайший меня, которому-я недостоин отрешить ремень от сапог Его, Тот крестит вас Духом Святым и огнем…» (Лк.3:4-6 и Ин.1:36).

Это (т. е. эти жертвы Христу как Богу) и хотел воспретить Иуда, вознамерившись воспрепятствовать (приношению их, т. е. излиянию мира на Христа) — но сам был возбранен и низвергся с безграничным своим сребролюбием, коварный, которым прельстил его Денница, во ад следующим образом.

Одна душа принесла Христу миро многоценное; Христос повелел сохранить его на время погребения Его, Сына Человеческого; Иуда же искал продать его, ибо стоимость его была чрезмерна. Христос же сказал: «Да сохранится оно на день погребения Моего…»

Нечто подобное случилось и в то время, когда Иуда попрал сад отца своего, взяв прекраснейшие, именуемые ароматами, цветы; мать убоялась что-либо сказать ему, так как он был царский человек; Иуда же и не спрашивал у матери (позволения сорвать цветы); но, будучи хищником и властителем, сам смело сорвал благоуханные и драгоценные цветы, вышел вон из дома отца и встретил отца перед дверьми, возвращающегося с работы в дом свой. Отец, увидя в руках Иуды ароматы, спросил: «Зачем сорвал ты эти благоухания?» Иуда же с великою дерзостию отвечал: «Нужны они мне, что спрашиваешь?» Отец же, когда услыхал такое слово от Иуды, разгневался и сказал: «Тебе нужны, а мне не нужны?» (Потому и) Христос изрек Иуде: «Оставь, оно Мне нужно на время погребения Моего…»

Иуда же сказал отцу: «Как разговариваешь ты смело со мною, не знаешь разве, что я царский человек?» Отец же сказал ему: «Пусть ты и царский человек, зачем же дерзко говоришь так мне? Что мне тебя бояться? Как смел ты войти в дом мой и взять вещь без спросу», — и попытался отец отнять их из рук Иуды. Иуда же, будучи заносчив и горд, не перенес слов отца своего, не позволил выслушать от него даже малого слова, но тотчас схватил в руки камень и, ударив им по голове, убил отца своего, — отцеубийца Иуда!.. С великою надменностью пошел он затем к повелителю своему и показал ему ароматы. И сказал ему повелитель: «Каким образом дали их тебе?» И сказал Иуда: «Я не искал того, чтобы мне их дали, но убил его и взял!» Сказал ему повелитель: «Правда ли, что говоришь?» Говорит Иуда: «Свидетельствуюсь жизнью -моею, я убил его, господин мой, ибо поносил он повелительство твое и меня оскорбил». Сказал повелитель: «Сейчас пошлю человека, узнать правда ли, что говоришь, и если это верно, то изгоню я тебя из палат моих и накажу как следует, ибо не ему ты сделал, но мне сделал ты такое бесчестие». Послал повелитель человека, тот нашел его убитым; возвратился посланный и возвестил о случившемся; повелитель, услыхав, что это правда, разгневался и смутился зело. Иуда же, будучи лукав, прибег к защите ходатаев; и пошли вместе с ним (к царю заступаться за него дворцовые люди); повелитель же, увидав, что возмутились дворцовые люди, смутился, оказал ему снисхождение, пожалел его и, согласно закону, повелел, чтобы он взял себе в жены жену убитого мужа.

Иуда, как сосуд лукавый зла, принял это, мать же не желала и говорила, что берет другого, а этого не хочет, но повелитель грозно повелел ей, дабы она не смела брать другого, но только этого. Ввиду такой беды, мать, не желая, приняла его -и взял Иуда мать свою себе в жены…

Потому и сказал Христос (чтобы напомнить Иуде все это), что пусть останется миро на время погребения Моего…

И закипело кипение в сердце кипящего злобою, Христос же, как Сердцеведец, понял замысел Иуды…

В день тот, по омовении ног апостолам, когда все сотрапезовали и Иуда был при сем, во время трапезы воздохнул Христос и сказал, что из вас двенадцати есть один, который предаст Меня в руки человеков-грешников. И говорили апостолы между собою: кто есть тот, который предаст Его? Христос же, увидав это волнение среди апостолов, сказал, что протягивающий руку свою передо Мною, — и Иуда тотчас протянул руку свою перед Христом (к солилу).

Не попустил Христос произойти смуте, как сие свойственно нынешним людям, но дал одну только примету и ничего больше не говорил…

Тогда предал Он Жертву литургийную,35 которую мы возносим и ныне… Потом, после трапезы, удалился Иуда от союза апостольского, скажем лучше, от братии своих, стал союзником Денницы и братом диаволу…

И сказал коварный в своем коварном и нечистом помысле: возьму дары от ищущих Его, попрошу (еще) и, что попрошу, мне дадут… Тотчас пошел он в синагогу еврейскую и великим гласом сказал: что даете мне, — и я предаю вам Его? Евреи тотчас одарили его тридцатью сребрениками. Получив их, Иуда сказал: последуйте за мной. Взяв в руки светильники, палки, ножи, веревки и другие подобные бичи, они последовали за ним…

Иисус Христос тогда молился, после молитвы пришел к апостолам и сказал: «Бдите и молитесь; не ведаете ни дня, ни часа… ибо Сын Человеческий предается»… Опять пошел на место молитвы Своей и молился на мног час… Снова пошел к апостолам, увидел их спящими и сказал с кротостию: «Восстаньте, бдите и молитесь, ибо не ведаете ни дня, ни часа, ибо Сын Человеческий предается…» Опять пошел к месту молитвы Своей, молился и говорил: «Отче, аще возможно, да мимоидет от Мене чаша сия». Тотчас, при этих словах Его, приспел Иуда со светильниками, от множества огней стало светло, как днем, час же был ночной… И сказал Иуда евреям: «Кого я обниму и облобызаю, того хватайте»… Тогда вошло множество воинов туда, где были собраны вместе апостолы. Иуда, со сребрениками в руке, обнял хищно нечистый Чистого, сказал: «Радуйся, Равви», — коварно приложил сквернейшие свои губы к нескверному Лику и, оказав Ему сию честь пред воинами, предоставил Его им, удалившись сам во тьму сребролюбия (т. е. во мрак со своим сребролюбием, от Света Христа — к диаволу)… И схватили Христа воины; апостолы же, увидав Его схваченным воинами, весьма смутились. Петр схватил одного раба, поверг его вниз, выхватил короткий нож, который имел и, побуждаемый ревностию, урезал рабу ухо. Тогда воскликнул Христос и сказал: «Петре! Петре! Вложи нож в ножны, ибо нож (если) даешь, нож и приемлешь…» И взяли Христа, как разбойника, на судилище, и «поучашася тщетным на Господа и на’Христа Его» (Пс. 22). Тогда поругание окружило Его!.. Красная хламида облекла Его!.. Терновый венец возложили на главу Его, над которою трепетала рука Предтечи!.. Очи Его завязали и биениями били Его!.. Слова проречений требовали от Него!.. И иными непомерными (терзаниями) терзали!..

Увидев эти страсти Христовы, помраченный сребролюбием Иуда — разомрачился и весьма раскаялся, но не припал к покаянию, говорим: ко Христу — и, горько плача, не оплакал беззаконие свое, подобно Петру, но пошел и поверг сребреники там, где их приял, и сказал: «Зло сотворил я, возьмите ваши сребреники…» Отвечали ему книжники и сказали: «Ты узришь…» И были озабочены, говоря между собою, что не достоит класть их в корвану; озабоченно они вопрошали, что с ними сделать? Наконец, сделали странно-погребальницу, которая обретается и поныне…

Потом Иуда, бросив там сребреники, удалился в глубокое место и, удаляясь, был озабочен, что такое сделать там (в овраге). Когда, он размышлял об этом, пришел ему (на ум) скверный помысл совершить самоубийство. Внял нечистый нечистому и совершил то дело следующим образом. На месте, где он размышлял, было одно дерево, как нарочно для казни. Тотчас снял Иуда с себя пояс, который был из верблюжьей шерсти, одним концом его затянул свою шею, другим — привязал себя к дереву… ветвь в тот же час наклонилась (т. е. когда он свергся, чтобы повиснуть)…

Бог же не хочет смерти грешника, но еже обратитися и живу быти ему. Всевозможным образом действовал Бог, чтобы не повесился (Иуда), ибо Иуда был все же человек. Бог ожидал покаяния Иуды. Но Иуда не освобождал себя из петли, чтобы пойти, припасть к подножию креста и сказать: «Я Тебя распял, прости меня!.. Моя злая мысль вознесла Тебя на крест; благосердствуй обо мне…» Если бы изрек он перед крестом эти три слова, исполнив их и делом (выразив свое покаяние), Христос принял бы его. А каким же исполнить делом? Дело сие: дабы слезил горько, стенал рыдая и жалостно плакал; но Иуда так не поступал (т. е. не хотел повергнуться на землю перед крестом Христовым во спасение свое), но повергался на землю, чтобы повеситься (не взирая на то, что) ветвь приклонялась, а на кресте был предружелюбнейший Христос (о Котором Иуда мог быть несомненно уверен, что Он не отвергнет его покаяния)!.. Как дружелюбствовал Василий Великий Иосифу (которого крестил на смертном своем одре), так дружелюбствовал и Христос Иуде, ожидая от него покаянных слов, но Иуда (вместо того, чтобы сказать эти слова, предпочитал) крепко затянуть петлею горло свое — Искариот!.. Взирает вдаль Христос на обе стороны креста Своего, не увидит ли Иуды… Он, Который жаждет спасения людей, жаждал также Иудиного покаяния и искал его… Великим гласом Христос со стенанием воскликнул: «Жажду». Иудеи поняли, что Он требует воды и со своим иудейским бесстыдством, наложив губу на трость, напоили его желчью и уксусом… Опять воскликнул Он и сказал: «Свершилось»… Скажи теперь, чего ради пришел Иуда ко Христу повидать Его? Ради своей гибели или спасения? Если для спасения, то почему погиб, злосчастный? Потому что не имел твердой веры пренетвердейший (пренепостояннейший).

Глава 12. Почему не всякая молитва святыми исполняется

Желал бы сей преподобный (святой говорил про себя) щедро разливать чудеса милосердия, целить бесноватых, хромых и болящих от всякой болезни и немочи, но лукавство и неверие человеческое возбраняет сему, подобно тому, как лукавство и неверие лукавых иудеев возбранило силе апостольской… Посему воскликнул Господь: «О, роде неверный и развращенный! Доколе буду с вами…» Тогда подвели бесноватого ко Христу и тотчас исцелился болящий. Апостолы вопросили Христа, почему они не могли исцелить его? Отвечал Христос: «Ради неверия вашего; род сей ничем не изгоняется, только молитвою и постом…» (Мф.17:20, 21).

Преподобный благорасположен исполнить всякое прошение того, кто молится и призывает его с верою, не лукаво, имея готовность при сем (к добродетельной жизни и спасению)… Но кто сии блаженные? Те, которые добронравны, и, получив помощь от святого, укрепляются в вере и молитвенном благодарении преподобному… Но злонравный… и злообразный, какую помощь может получить?! Если исполнится желание его, он будет потом непослушным (т. е. если и откроется ему путь ко спасению, он все равно не пойдет этим путем), будет вором (т. е. восхитит милость воровски, пребывая верным слугой диавола), убийцею (т. е. человеконенавистником, несмотря на полученную милость) и таким же неверующим (каким был) и раньше в своем лукавстве… Не исполняет преподобный (желаний) сих (людей) и прочие преподобные не хотят слушать таковых, но предают этих людей, согласно гласу апостольскому, «сатане во измождение36 плоти, да дух спасется в день Господень…» (1Кор.5:5).

Глава 13. О потребности самопонуждения к очищению сердца своего

Силою, силою понуждая себя, понудься искоренить из твоей души ехидненный яд беспечности, которым отравился ты и не разумеваешь того, несчастный человече!..

Силою, силою, понудь себя, понуждался, чтобы избавиться от ехидненного яда нерадения, которым ты отравился! (Ехидненный сей порок весьма лукав). О, силою, силою понуждая себя, понудься отцепить от себя погибельный яд — хулы!..

О, силою, силою, понуждаемый, понудь себя отвязаться от тартарского яда обжорства, а также тщеславия, которым ты отравился и не разумеваешь того, несчастный человек… (Святой здесь становит порок тщеславия рядом с объедением — не потому ли, что любовь к похвале есть такое же лакомство для души, как снедь для чрева?)

О, силою, силою понуждался, понудь себя отвязаться от огненного яда злопамятства, которым ты огне-отравился и не разумеваешь того, несчастный человече!..

О, силою, силою понуждался, понудь себя (освободиться от вцепившегося в тебя) когтя горькоядия лжи, которою ты горько отравился и не понимаешь того, несчастный человече…

О, силою, силою понуждался, понудь себя с насильем искоренить из себя желчный яд злорадства, которым ты желче-отравился и нисколько не ведаешь того, человече…

О, силою, силою понуждаяся, понудься исторгнуть из себя семь когтей дракона мира сего, которые впились в злое твое расположение, а также в нечистоту мысли твоей.., т. е. семь страстей.

Эти усиленные воззвания святого показывают, сколь великая борьба и понуждение потребны желающим улучить спасение, чтобы освободить сердце свое от столь распространившихся пороков.

Глава 14. Пшеница пахаря для посева и пшеница мельника для размола; дела благодатные и дела вражий

Потом разберется основа, т. е. сердечные намерения в каждом37 деле; будет явлено, которая пшеница пригодна на семена и которая на размол. Говорим: будет явлено, кто причастен силе божественной благодати и кто порабощен бессилием бессильных,38 которым насилуют они людей.

Дела благодати суть как пшеница земледельца, который, посеяв ее в землю, со временем пожинает, собирает в житницу, и не оскудевают житницы.

Мельник сыплет пшеницу в мельничный ящик; она растирается внизу под камнем; делается прахом, яко дым; исчезает облик пшеничный и видение лица ее… Так и бессильный (диавол) с бессилием своим кладет людей в ящик39 совещательного своего бессилия; человек падает вниз под камень погибели, исчезает, яко дым, и скрывается от лица земли… Семенное зерно пшеницы сеется в землю, восходит и плодоносит на земле — такова же сила и божественной благодати, посеваемая в человеке, которую потом люди собирают и сокровиществуют в житницы силы их; она преизбыточествует в их мысленных житницах, так что не возмогают они вместить ее и в житницах своих, и в пристройках…

Невместимый же Христос не только вместился в чувства человека, но там сеется и паки сокровиществуется в ящик мысли человека; паки сеется, паки собирается, — пока не исполнится отпадение Денницы… (Т. е. пока не исполнится человеками число отпадших ангелов).40

Глава 15. Бегство Ионы произошло промыслительным попущением Божиим. Покаяние Ниневии

В городе Ниневии люди сперва были богобоязненны, но следующие поколения забыли Бога и возделывали злые похотения свои, подобно развращенным допотопным людям. Господь Бог, видя, что низверглись люди в погибель погибели, в семиглавие беззакония, многоразличными путями пытался освободить град от плена погибели и семиглавия беззакония. Но жители града желаниями своими поклонялись царице погибели и семиглавию беззакония… Какую же помощь оставалось Богу оказать граду сему, который добровольно предавал сам себя в пасть царицы погибели и семиглавие беззакония? Видит Бог град Ниневию, что нуждается он в помощи, но никого нет в городе, чтобы ему помочь; есть люди (т. е. рабы Божий) во граде, но нет такого, который был бы способен освободить, т. е. обличить жителей и возбудить их к покаянию.

Точно так же не осталось никого и в требующей помощи Горе сей Афонской, дабы освободить ее от плена погибели семиглавого беззакония; хотя и находится кое-кто в Горе сей, но он недостаточен,41 чтобы освободить ее от сего плена.

Видит Бог, что почти весь град Ниневия уклонился в погибель погибели и в погибель нечестия; узрел Бог таковое возделывание зла — и повелел пророку Ионе, подобно Ною, проповедовать покаяние. Однако Иона не исполнил повеления Господа, но по морю бежал от Лица Божия.

Однако эта жестокость сердца Ионы была попущена Богом. Ибо Бог видел, что если пошлет к ниневитянам, творящим такие беззаконные дела, Иону по суху, то Иона, придя во град сей ради проповеди покаяния, — не будет услышан; говорим: не будут ниневитяне слушать проповеди Ионы, но поругаются над ним препоругательно, и способны будут лишь к тому, чтобы изгнать его из городских стен вон, бия его. Разумевая все это пророческим чувством, Иона ожесточился сердцем своим, ибо они сказали бы Ионе: «Ты ли, беззаконник, пришел исправлять нас?»

Сердцеведец же и Премудрость Божия, Который создал сердце человека и ведает все помышления человека, ведал о сердце ниневитян, что оно было неподобное; ради этого и не умягчил к сему сердца Ионы.

Иона же отговаривался пред Богом следующей отговоркой: «Божество Твое милосердо и милостиво; если возвещу я граду Ниневии глагол сей, то они покаются, Ты отменишь Свой приговор по безграничному милосердию Твоему, помилуешь их, а я окажусь лжецом в тех словах, которые буду проповедовать. Поэтому никогда не пойду я туда».

Такой ответ воздал он Богу и по морю бежал от Лица Божия.

Бог же42 повелел четырем ветрам воспротивиться кораблю; корабль так раскачало на морских волнах, что моряки решили, что потонут. Моряки выбросили весь груз в море, чтобы облегчить корабль. Но кораблю от этого ничуть легче не стало. Говорили моряки: «Что есть сие?» Иона же спустился в трюм и заснул от многого страха. Моряки, увидав Иону спящим в трюме корабля, стали укорять его и говорили между собою: «Не видали мы когда-либо человека, который бы так спал… Мы погибаем в море, а сей спит и почивает». Отвечал Иона и сказал: «Что нам делать, — я сего не знаю». Сказали моряки: «Хлеб накладывать в тело свое знаешь, а Бога молить не знаешь?» Говорили моряки между собою, что никогда не находило на них такой непогоды; потом сказали: «Метнем жребий, чтобы узнать, ради кого из нас сотворилось сие зло?» Бросили жребий и пал жребий на Иону. Иона сейчас же открыл свою ошибку пред всеми моряками и сказал, что он преслушал Бога, бежал от Лица Его и просил моряков ввергнуть его в море, дабы и они не погибли вместе с ним. Выслушав сие, моряки сказали Ионе: «Да простишь нам, равви, что мы так обесчестили тебя…» Простил Иона то бесчестие, которое они ему сотворили, оскорбив его с таким негодованием. Потом моряки выбросили его в море… Бог же повелел рыбе, называемой драмидион, принять Иону во чрево свое за то, что исповедал он ошибку свою пред людьми. Бог оказал помощь Ионе, чтобы не погиб он в море (т. е. и за исповедь, и за самоотверженное сострадание к спутникам своим).

Так бывает и ныне: когда кто сознает ошибку свою и исповедует ее пред людьми, Бог посылает тотчас же ангела Своего, который покрывает его кровом крыл своих, и исповедавший свою ошибку не погибает, как и Иона не погиб в море.

Тогда рыба, приявшая Иону во чрево свое, изменила своего естества чин (досл.: утратила действо естества), содержа три дня и три ночи Иону во чреве своем, которое расширилось ради сего (т. е. по естеству у кита горло весьма узкое, но оно, как и чрево, расширилось чудом Божиим)… Иона же, находясь там в таком страдании, умолял Бога; Бог, услышав молитву его, взывавшего «из чрева адова», повелел рыбе изблевать Иону невредимо на землю ниневитян. Бог рек сие и бысть по глаголу Божию.

Посему Бог опять повелел Ионе идти в город ниневитян проповедовать покаяние; Иона послушал тогда веления Божия, пошел в Ниневию и проповедовал, с великим гласом и воплем взывая: «Ниневитяне через три дня будут разрушены и исчезнут с лица земли»; здесь же пророк подробно сказывал все те деяния, которые они соделали.

Так и я, подобно Ионе, говорю вам все те деяния, которые вы соделали против Бога…43

Видят ниневитяне, что Иона вышел из моря невредимо телом и немокренно одеждою; услыхав слова от Ионы, ниневитяне боялись и смутились весьма; тотчас все стали каяться и обращаться к Богу… Царь же показал такое покаяние Богу, что уподобился Давиду и Манассии. Весь город вместе с царем возопил: «Господи! Да не яростию Твоею обличиши нас, ниже гневом Твоим накажеши нас»; и другими превосходнейшими молениями каялись они пред глаголом Божиим, пока не скончались те три дня… Итак, каким воплем вопиял город тот к Богу?!.. Иона же среди этого вопля градского удалился на возвышенное место, дабы видеть разрушение города, но, так как не уничтожал Бог Ниневии ради доброго покаяния его, Иона опечалился весьма. Бог же, чтобы удалить его печаль, повелел одной тыквице вырости за ночь на том месте, где сидел Иона; утешен был несколько Иона тенью тыквицы от зноя солнечного. И опять повелел Бог, наутро засохла тыквица, и опечалился Иона до смерти. Говорит Бог Ионе: «Из-за тыквицы ли так опечалился ты, над которой сам не трудился? Как же Мне не пожалеть города Ниневии, сотворенного Мною (т. е. созданий Божиих в нем)? Вот я вижу вопль покаяния града предо Мною, и как мнит сердце твое о вопле покаяния сем? В тебе есть печаль из-за тыквицы, а во Мне радость о покаянии града Ниневии». Сие изрекли уста Господни Ионе.

Видите, честнейшие братья, какой ответ дал Бог Ионе? Видите, Бог всегда есть с вами и ожидает вашего покаяния истинного. Обратитесь же и вы со смиренным покаянием к Богу, и ваше покаяние примет Бог, как и покаяние Ниневии…

Посему с понуждением, с понуждением, поскорее, понуждением понудьте себя к покаянию, честнейшие отцы, дабы не покинула вас Царица Спасения, и не возгосподствовала над вами царица погибели и семиглавие беззакония!..

Глава 16. Повесть о том, как премудрый Рамуил доказал вельможам и мудрецам ниневитским достоверность проповеди Ионы

В то время, как город Ниневия укрощался проповедью Ионы, был в нем некий богатейший человек, именем Мерхий, бесчадный во плоти своей. Между тем, как Иона проповедовал, он пригласил некоторых вельмож на пир; было приглашено и несколько премудрых в делах науки; пришли на сей пир также и семь мужей мудрецов. Сидя за трапезой, каждый говорил свое слово о проповеди Ионы: как это возможно, чтобы погиб город сей? Услыхав сие, другой мудрец отвечал и сказал всем людям за трапезой сидящим: «Мужи, братия! Вот, премудрость моя действием своим умудрила меня в таком деле. Если поставить на высоком месте магнит в 50 литров, то он в силах будет удержать 500 литров железа». Отвечали все люди мудрецу: «Это невозможное дело!» Сказал мудрец: «Это невозможно для человека, но возможно проповеди Ионы осуществить сие дело» (т. е. если человеку невозможно поднять магнитом 500 литров железа, то невозможно верить и проповеди Ионы, а если возможно, то несомненна и грядущая кара Божия, возвещаемая Ионой). Услыхав сие, другие мудрецы позавидовали и отвечали сему премудрейшему, требуя, чтобы он истиннейше доказал им достоверность проповеди Ионы, ибо «никак не может быть это дело». Отвечал премудрый и сказал: «Возможно есть (т. е. доказать этим путем), и сотворю сие». 24 именитых мужа возражали этому мудрецу и в споре опровергали его. При этом споре еще больше стали завидовать ему мудрецы и переглянулись друг с другом, говорим: сделали условный знак, да сотворят дело сие; сотворили же его с искусством и премудростию; вознесли мудрецы магнит на высоком месте и повелели, чтобы произошло это дело на самой высокой вершине. Мудрецы поставили магнит на самом высоком месте для того, чтобы подвергнуть железо действию воздушной стихии, чтобы никоим образом не мог магнит удержать железа. Окончили это дело, было положено железо пред магнитом; схватил его магнит, поднял его и, как ни качал ветер магнит вместе с железом, железо от магнита не отрывалось. Наконец оторвалось, — но не вследствие качания ветром, а потому, что заржавело железо… Тогда премудрый схватил его, отчистил, и опять железо было принято магнитом, как прежде.

Тогда возобновил премудрый сей речь о проповеди Ионы и говорил с великим гласом: «Мужи ниневитяне! Видите, как снова удержал магнит железо? Ибо в силах магнит не только 500 литров железа поднять, но в силах и 500 тысяч литров удержать, лишь бы не имелось ни на каком куске ржавчины, потому что ржавого44 железа магнит не принимает». И опять взывал, говоря: «Мужи ниневитяне! Братия, вонмите примеру сему, который я представил вам к проповеди Ионы; не словом говорю вам сие, но представляю вам и делом, дабы вы поняли, что проповедь Ионы есть истиннейшая… Железо — суть люди огражденного града сего; магнит — есть Бог; Чистейший держит лишь чистых людей. Равно удерживал Бог и град сей, но потом осквернились люди града, и оставил их Бог в погибель. Как я, предуспев, отчистил железо, и принял его магнит опять, так и Иона отчистил нас от ржавчины проповедью покаяния, предпоставив нас пред Бога Вышнего, и опять принял нас Бог, как и раньше!»

Услыхав ниневитяне премудрость, которую он представил им (чрез доказательство словом и делом), согласились с ним и подивились уму его. Однако завистливые мудрецы, увидав, как вняли мудрецу ниневитяне, позавидовали еще больше и, соделав всевозможные козни, убили благословенного Рамуила.

Глава 17. Скорбь св. Иоакима и Анны, перешедшая в радость и исходатайствовавшая миру утешение — Богородицу и Спасителя Бога. Уподобление голубице Ноевой

Подобно всем праведным, жертву правды принесли и сии двое праведников, говорим: Иоаким и Анна, — которые скорбною молитвою своею вознесли сами себя в жертву Богу. Иоаким окончательно решил не возвращаться больше в дом свой и, молясь там (т. е. в пещере хозевитской) сокрушенною молитвою, всесожигал сердце свое пред Вышним. Принята была Всевышним жертва моления их, и была им послана помощь свыше, как говорится: «Помощь моя от Господа, сотворившего небо и землю» (Пс.120:2). Кто же возможет нам истолковать, что это за помощь, о которой здесь сказано? Во образ сего приимем Ноя, испросившего от Господа помощь, ветвь масличную. Когда послал он голубицу из ковчега, посмотреть, есть ли суша или нет, голубица отправилась, нашла землю, сухую от воды; присев на масличном дереве, несколько отдохнула; отломила от маслины веточку и принесла в ковчег. Все в ковчеге, увидав ее, возрадовались и утешились: люди, животные и пресмыкающиеся… Ныне люди, видя Госпожу Богородицу, держащую в объятиях Своих Спасение человеческое, яко младенца, видя это, все роды христианские, архиереи, иеромонахи, иереи, миряне при виде Ее, Госпожи Богородицы, живописно изображенной и держащей во объятиях Своих Младенца — утешались, утешаются Ею доныне, и будут утешаться до скончания века.

Кто же принес миру такое утешение? Утешение миру было принесено чрез претерпение бесчестия Иоакимом и мольбу (досл.: обращение) Анны. Принял Бог моление их, взошло оно на среду Божества и сбылось во Всесвятом Духе. Оторвался цвет прекраснейший, и был принесен миру в утешение человеку… Как голубица принесла ветвь масличную в ковчег в уверение об избавлении ковчега, так молитва Иоакима и Анны принесла цвет Святаго Духа на среду иудеев.45

Глава 18. Сравнение человечества Христова с цветком розы и Божества Его — с благовонием ее, рода же иудейского — с колючим кустом розовым

Род иудейский есть род неблагодарный, и ради этой неблагодарности им глаголали пророки Духом Святым, дабы уготовать род иудейский к приятию дара Духа Святаго.

Тридцатилистное дерево (т. е. розовое, ибо в розе насчитывают по тридцати листочков), если не имеет цвета, непотребным делается, — не так ли? Но цвет благоукрашает сие негоднейшее дерево, и люди имеют его в чести. Когда же цвет с дерева опадет, то чем делается оно, не остается ли оно непотребнейшим? Так стало и с родом иудейским, когда он утратил цвет Всесвятаго Духа.

Прекраснейший этот цветок есть цвет девства, а благоухание его есть Божество Бога. Посему говорится: «Красоте девства Твоего… Гавриил удивися… — Богородичен отпуст, глас 3.

Чтобы сбросить с себя цвет (т. е. утратить его прогневлением Бога), листья (иудеи) восстали против цветка. Говорим: собрался весь род иудейский, чтобы скинуть цвет Всесвятаго Духа с рода своего. О сем сказано: «Векую шаташася языцы и людие поучишася тщетным? Предсташа царие земстии и князи собрашася вкупе на Господа и на Христа Его. Расторгнем узы их и отвержем иго их!» (Пс.2:1-3).

Посему, когда спрашивал Пилат собравшихся иудеев: «Что сотворю Иисусу?» — собравшиеся в один голос отвечали: «Скорей, скорей, распни Его». Не довольствуясь высказывать это голосом и говорить: «Да распнется», они и руки вверх поднимали, показывая как Его распять, другие же крест руками изображали, чтобы так Он был распят, и все вместе вопияли: «Да распнется!»

Поэтому Пилат, видя такую ярость иудеев, осудил Его на распятие.

Он же волею распялся ради спасения человеческого.

Ради того (т. е. промыслительно, попущением Божиим) повелел Пилат бичевать Иисуса, сплести терновый венец и возложить его на главу Иисусу, потом взял воду, умыл руки свои пред собравшимися иудеями и сказал: «Не повинен я от крови Праведника сего, вы узрите». И отвечал весь народ едиными устами: «Кровь Его на нас и на чадах наших». Сие было взыскание, которого они добивались «против Господа и против Христа Его» (т. е. чтобы Кровь Его пала на них и на чад их, в безумии их греховном). И получили его (т.е. то, чего искали) в час тот, и злосчастное сие клеймо пребывает на них и доныне!

Поэтому венец терновый возложили на главу Его ради посрамления, но Иисус этим прославился, прияв волею венец на главу Свою, над которою трепетала рука Предтечи; они же сами себя посрамили, ибо тем возложили на свои главы проказу Гиезия… И доныне на детях их пребывает клеймо, которое они себе испросили и сказали: сия каплющая кровь не только на нас, но и на чадах наших да пребудет. Посему остается проказа Гиезия на главе их и доныне!

Почему же не процвел тридцатилистник (т. е. роза) на каком-либо полезном дереве и на прекрасной ветви, но процвел на колючем дереве и бесплодной ветви? Потому, что не находилось другого, столь бесплодного и непотребного дерева. Ради сего и процвел такой цветок, чтобы благоукрасить сие дерево с его бесплодной ветвью. Какая же потреба быть сему прекрасному цветку на таком дереве? Процвети он на ином дереве, сказали бы так: «Само дерево прекрасно, оттого и процвел на нем такой прекраснейший цветок». Говорим: почему воплотился Христос от рода еврейского, а не иного рода? Потому, что не нашлось другого рода, подобного ему, неблагодарного; посему и воплотился Христос от евреев, чтобы благоукрасить сей род еврейский. Но неблагодарность омрачила иудеев и не познали они спасения человеческого, Которое воплотилось в их среде. Так и ныне помрачившиеся люди, впав во тьму бесчувствия из-за многопопечения и житейских забот, скинули с себя прекраснейший цвет монашеской жизни и уклонились в одно бесполезнейшее попечение о плотском. Цвет спасения презрели, а цвет погибели предпочли. Ложь ублажают, хищение восхваляют, осуждением утешаются, о спасении же душ своих — нерадят. Утешаются цветком осуждения, считая его благоуханным, а он — злосмрадие и проказа.

Глава 19. О страсти осуждения в людях

Дивлюсь я. Есть ли какая польза от этого осуждения других, что так между вами оно распространено? Страсть осуждения есть чрезвычайная проказа для человека, от которой он в большей степени страдает, чем от других своих прегрешений.

Самомнение и гордость, будучи одной двоицей, произвели чадо единородное; прозвалось оно — осуждением. Оно непотребно и по имени, и по действию своему. Двоица та непотребнейшего младенца родила, ибо подобной двоице так и подобало… так как оно (т. е. осуждение) было уродливо, и никто не принимал его, чтобы чадородить с ним, то приняла его мать себе в мужа, родили чадо единородное, и назвалось оно «предательством». Так как и это чадо, подобно отцу своему, было ни к чему не годно, и никто не принимал его, чтобы чадотворить с ним, то опять мать его приняла в мужа себе; они чадотворили, и сотворили чадо единородное, которое называется «злой навет». И взял он46 в жены дочь самомнения, называемую «презорством», родили они чад — мальчика и девочку; сын называется «ненависть», а дочка – «зависть»; переженились дети между собою и соделали одно непотребнейшее чадо, называемое «убийство».

Спрашиваю я вас: какая польза от таких всескверных чад? Не суть ли они все дети осуждения, сии всескверные чада?.. Ибо проныры Денницы47 ловят человека в ловушку, кладя на удочку страшно ядовитую приманку — самомнение, и этим приманивают в ловушку гордости… Мнящий много о себе действием мечтательности своей впадает в ловушку гордости, сплавляется же в плавильню чрез осуждение (т. е. гордость сама по себе не убивает еще человека и легко избавиться от нее человеку смирением, но осуждение, присоединившись к гордости, делает человека братоубийцею, воздвигая на него гнев Божий; вот почему и говорится, что осуждение сплавляет в плавильню).

Как Денница возмечтал о себе нечистой мечтой, вверг оскверненную мысль свою в гордость, извергая в плавильню адскую, и плавится в пламени гееннском, воображая, что он в прохладе и в славе, точно так же в ту же геенну впадает человек чрез осуждение. Ибо человек, если он осуждает, не может спастись никоим образом, так как в чем бы ни осудил он другого, все на его голову возвращается. По гордости своей мнит он о себе, что он — чистый сосуд и потому якобы имеет право осуждать ближнего, не представляет же себе, несчастный человек, что он сам нечист в том, за что осуждает!

Так человек, когда осуждает, имеет в себе и смрадное — зелие предательства, ибо, осуждая, возводит донос предательства (т. е. действием своего осуждения взывает к правде Божией, требуя отмщения грешащему брату), говоря: вот что сделал такой-то; представляет злокозненное доказательство, доказывая, что так было и так есть…48

С другой же стороны раздувается зависть и говорит: почему это так и так? зачем делают? Вслед за нею идет презорство к грешащим со стороны осуждающих, помогает зависти и говорит: я не допускаю, чтобы было так и чтобы было этак… Между завистью и презорством становится посредник — злопамятство; сей посредник ходатайствует об убийстве (т.е. ненависти) и, когда содеется убийство, с убийством приходит смерть и по действию сему уносит их (т. е. людей осуждающих) буря мысленная, как говорится: «В тот день погибнут вся помышления его…» (Пс.145:4).

Человек и люди, будучи страстными, уловляются в девять страстей; уловляемые ими составляют из себя тот мечтательный престол Денницы, которым он прельщается (т. е. то свое царство, о котором он хвалился пред Господом), воображая, что обладает девятью чинами сил и говоря о себе, что он силен бессильный…

С этою мечтательною силою своего бессилия удалось ему во образе змия принудить с насильем бессилия своего человека на грех… И понуждал он человека и говорил: «Вкусите силу, которую я даю вам, и не бойтесь, что умрете; не умрете, но будете жить соизволением принять силу, которую я даю вам». Жена изъявила согласие и сказала мужу, что снедь сия добрая; принял снедь муж, съел вместе с нею, уловились они чрез это соизволение, тотчас обнажились, и остались наги.

Ныне же, кто может осуждать и сказать: «Я одет, а другой наг?..» Не видишь разве, что вы оба наги; как же осуждаешь другого за то, что он наг?..

Ради этого я говорю вам, что страсть осуждения есть одна сверхъестественная проказа в человеке; человек от нее прокажается в большей степени, нежели от других своих прегрешений, которыми согрешает Богу…

Поэтому, не осуждающие один другого неповинны пред Богом, как говорится: «Не судите, да не судимы будете!..» (Мф.7:1).

Ради этого говорю вам: все люди, мужчины и женщины, — одинаково пристрастны к греховному вкушению; какое согрешение имеет один, — имеет его и другой; эта склонность греховная называется «подобострастием»… Если же мы все подобострастны, то как можно, чтобы люди осуждали друг друга? Не во грехе ли родится человек?!

Глава 20. Об очищении себя таинством Покаяния

Разве матерь родит человека без кровей? Разве родится человек без греха?.. Ради этого дал нам Христос крещение во спасение, для очищения грязи,49 крови родительских согрешений, но нам надлежит исполнить правду и присовокупить к этому в жертву Богу чистоту сердечную (досл.: мысли), так как с крещением Он даровал нам чистоту сердечную (досл.: мысли) и праведность. (Т. е. нам подобает подвизаться, дабы сохранить неокраденными сокровища, получаемые при крещении, и незагрязненными крещальные одежды).

Но опять же, люди суть человеки; всегда человек будет ошибаться, ибо он несовершен, во всем, что ни делает, погрешает (т. е. не обходится без погрешностей во всяком деле); поэтому, если ошибется человек, пусть сознает свою ошибку, чтобы исправить ее. Но как ее исправить? Благой человек, который сознает свою ошибку, знает и Человека, Который может ее исправить… Но злобнейший человек, у кого дух превратный, не сознает своей ошибки и не знает Человека, Который может ее исправить ему… Он оправдывает себя по бесчувствию своему самооправданием своим и говорит о духовнике: «Человек он есть такой же, как и я». Благомыслящий же человек не говорит такового, но говорит: «Одежды сердца моего загрязнились, пойду в купель отдать их, чтобы вымыли». Когда он идет сим путем, встречается ему человек, который не сознает ошибки своей, и спрашивает его: «Куда идешь?» Другой же отвечает ему и говорит: «В купель иду, дать одежды свои измыть»; говорим: «Помыслы свои, ибо загрязнил я их и не в силах носить их больше на себе». Тот же, услыхав это, смеется, бесчувственный, и говорит ему: «Если они и грязные, то ты в купели ли их разгрязнишь? Лучше так их носи, нежели тебе ходить в купель, ибо ныне, вследствие того, какими сделались измывалыцики, невозможно давать им никакой одежды в мытье, ибо они ее, вместо того, чтобы вымыть, загрязнят больше». Рассудительный же отвечает неразумному следующее: «Я, любезный брат мой, сколько раз ни отдавал в купель, ни одного разу грязным не получал; отдаю их грязными, а получаю пресветлыми; не знаю, что ты мне говоришь, и не понимаю, как можешь ты мне так отвечать, бесчувственный, не чувствующий, что с тобою делается; мне нет дела до того, каковы суть измывальщики ныне, лишь бы мне мои одежды вымывали»…

И удаляются они друг от друга. Идет рассудительный к измывальщику, отдает ему одежды свои, ему моют их, потом он их получает, одевает и всегда ходит сияющий, сияя душою и телом!..

Тот же, который не доверяет купели (т. е. таинству Исповеди) — всегда находится грязным, какую бы опрятность у себя ни держал… Говорим: тот, который не доверяет себя, поведения своего духовнику, бывает смущен и не имеет мира в себе…

Глава 21. Помощь моя от Господа, сотворшего небо и землю

Кто теперь не сознает зла своего, в час смерти сознает его… Но какая ему будет тогда от этого польза? Тогда сбудутся слова «нет покаяния в аду» (Пс.6:6). Теперь покаяние, тогда же — ответ. Теперь радостные дни покаяния, тогда же будет плач погибели… Посему сказано: «Отступите от Меня вси делающие беззаконие… во огнь вечный…» (Пс.6:9), который вы сами уготовали себе…

Теперь считаете вы книги Церкви Христовой за болтовню (т. е. не страшитесь того, что писано в них о Страшном суде); тогда же познаете, что они истиннейшие, но только истина там не попользует вас нисколько! Те же, которые теперь признают книги Церкви нашей истиннейшими (т. е. веруют писанному и живут по Писанию), тогда узрят Истину и обретут помощь свою…

Если ныне, слухом слыша о том, что есть на небе блаженство, вы от этого так вспомоществуетесь, тем более, какую помощь получает человек, читая книги церковные, как вспо-моществуется он сам? Посему говорится: «Помощь моя от Господа, сотворшего небо и землю» (Пс.120:2).

Бог сотворил небо и землю: спрашиваю я вас, для кого же сотворил? Для животных, для птиц, или для человека? Опять вас спрашиваю: если Он сотворил для человека, для кого же распялся Он, Творец и Создатель сей безгрешный, вземляй грех мира? (Т. е. обычно говорите вы, что Бог создал все блага земные для человека, дабы человек наслаждался ими; в ответ на это святой вопрошает: для кого же распялся Господь, если только для того и создал мир, чтобы люди на земле плотию наслаждались).

Для кого погребся Он Неискусимый, Которого окружили скорби смертельные, Сей Милостивый в милостях и щедротах, «вземляй грех мира?» Все это ради души человеческой претерпел Он, страданиями Своими на земле пополнил исполнение и долг уплатил… Ради искупления людей и избавления их от проклятия, погребся плотию!..

Господня земля и исполнение ее (Пс.23:1) — уплатил Бог долг земле и ожидает покаяния человека.

Господня земля и исполнение ее. Уплатил Собезначальный долг на кресте и ждет спасения человека.

Господня земля и исполнение ее. Исполнила Ипостасная Премудрость и Сила, уплатив долг, быв бичеванной у колонны, и ожидает несения скорбей от человека.

Сей, Невместимый Щедродавец, вмeqтилcя в страдание и оправданием страстей Своих ждет взыскания спасения человеком.

Но следует ли из этого, что так и подобало Ему страдать, чтобы спасти человека? Не подобало Ему страдать ради оправдания страданиями. Если бы я так сказал, что Ему следовало это претерпеть, то оказалось бы, что я нашел некую вину в Боге и оправдываю человека (т. е. нахожу оправдание для грехопадения Адама и, следовательно, виню Бога, что Он создал Адама несовершенным на погибель его)…

Поэтому и суть Его страдания — оправдание для людей. Он безвинно пострадал и оправдал этим человека… Был погребен, сокрушил ад, расторг его праведностию страстей Своих и с оправдательным судом Своим рек: «Возмите врата князи ваша, и возмитеся врата вечная, и внидет Царь Славы» (Пс.23:7).

Глава 22. Возмите врата князи ваша и возмитеся врата вечная и внидет Царь Славы

Возмите врата князи ваша, и возмитеся врата вечная, и внидет Царь Славы»… Отвечали Ему князи адские: «Кто естъ сей Царь Славы?» И сильнее еще утвердили врата ада, чтобы не вошел Царь Славы и не освободил узников ада Своим оправданием.50

И приподнял Царь Славы пречистую ногу Свою, надавил ею врата адские, как какой тимпан; сокрушились тотчас врата адские, расточились житницы осужденных, и извлек Царь Славы изнутри осужденных, тех, которые были осуждены ради преступления Адама…

Заутра врата адовы сокрушил еси, и смерти державу упразднил еси, и мертвые, во тьме от века сидящие, совосставил еси… Божественным и славным воскресением Твоим… Яко Царь всех и Бог Всемогущий…51

Итак, не с несправедливостию (т. е. не с насилием и произволом власти) пришел Он сокрушить ад и извлечь из него Свое создание, но извел лишь тех, которые вняли призыву Его, — тех извел из житниц пытки, говорим: из муки адской…

Тот же, который не пожелал внять призыву Его, остался внутри ада во веки веков… Так и ныне: кто не вонмет увещаниям Церкви, останется во тьме навсегда, на веки вечные…

Глава 23. Толкование молитвы «Отче наш» в связи с обличением празднословия во время обеда

О, несчастные нынешние люди! Не довольно с вас того, что пути вашего покаяния оскверняете вы хождением вашим (т. е. живете нераскаянно), но еще охуждаете других в кругу трапезы?.. Едите хлеб насущный с празднословием осуждения и осуждаете должников ваших по делам их, какими они должны вам. Ибо так делают ныне люди среди круга трапезного; едя и пия, они многословят с празднословием осуждения своего, осуждая все, что только попадется злобе их.

Не на пользу ли души должают перед вами люди, делая нечто злое52 вам, как вы и сами о том просили прежде, чем сесть за трапезу, и говорили: «Отче наш! Иже еси на небесех, да святится Имя Твое… и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим…»

Говорим: «Отче Небесный», потому что, создав нас, Ты снизошел к естеству человеческому, послал Единородного Твоего Сына и Слово, Который воплотился от Духа Святаго, вочеловечился, прияв естество человеческое, по естеству став человек и путевождь спасения людей. Ради спасения нашего воплотился Сын и Слово Божие. Быв неосязаемым, сделался и стал осязаемым, пребыл тем, чем был — Единородный Сын и Истинный Сущий Бог, удержав два естества — Божеское и человеческое… Всесильный, превысший над всем созданием, поставил Он нас над всеми в творении Своем. Мы же заповеди Того, Который поставил нас владыками в создании Своем, преступили; и изгнало нас грехопадение из того, что мы преступили, изверглись мы из благодати Святаго Духа (т. е. обнажились от благодати) и не в силах сами собою облещись в нее, в благодать Святаго Духа… Научи же нас оправданиям Твоим, спасению нашему, да познаем Создателя нашего, сотворшего небо и землю… Ты человека положил владыкою над всем, и завладело естество человеческое горами, холмами, древами плодоносными, всеми кедрами и прочее. Ты насадил рай на востоке, поселил в нем человека, которого создал, и поставил властителем над созданием Твоим. Но человек не соблюл завета Твоего, который Ты завещал ему: не ешь от запрещенного древа, чтобы не умереть. Человек преслушался, вкусил от плода преслушания и смертию смерти умер…

Преслушание низвергло человека, и опять послушание человека — ввело его. Говорим: диавол победил нашего праотца древом преслушания (имевшим на себе плод познания), — так и Второй Адам, Сын и Слово Божие, Владыка наш Иисус Христос, Древом Крестным победил диавола и ввел праотца Адама в рай. И завладело человеческое естество (т. е. вновь воцарилась над созданием всяческих, соединилась с зиждительного всех Божиею Мудростию Силою, как говорится: «Со-детельная и Содержительная всех Божия Мудросте и Сило! Непреклонну, недвижиму Церковь утвердили, Христе, Един бо еси Свят, во Святых почиваяй» — Ирмосы Успению Пресвятой Богородицы, песнь 3.

Святит и святится тот, кто пьет чашу, которую пил Сын и Слово Божие; только такой и свят (т. е. святит Имя Отчее) по благодати Святаго Духа. Говорим: тот есть во благодати, кто хранит заповеди Божий непоколебимо и пьет Христову чашу, таковой получает благодать Святаго Духа и святит Имя Божие. Да, пил Христос ее, но как пил? Не так, как воду (т. е. не была сладка вода сей чаши), но Христос напоен был, как горькою водою из горчицы, волею испив сию горькую и спасительную воду… Что же значит пить горчичную воду? Пить горчичную воду, — значит сносить презрение, которое Он претерпел волею, гонение, поругание, голод, жажду, ударения, темницу, бичевания, обиды, уничижения, послушание, пост, молитву, заушения от раба, обнажение риз, когда обнажили Его и о одежде Его метали жребий. Все сие Он терпел до смерти, смерти же крестной… Сия есть чаша, которую пил Сын и Слово Божие… Тот, кто пьет сию чашу безропотно, терпит скорби с благодарностию, — тот есть во благодати почивающий (иначе сказать, в нем, как во Святом, благодатно почивает и упокоевается Христос).

Зиждитель Бог заповедал Адаму, глаголя: «От всякого древа еже в рай, снедию снеси, от древа же еже разумети доброе и лукавое, не снесте от него, в оньже аще день снесте от него смертию умрете». Да, умерли люди древом преслушания… Сын же и Слово Божие воскресил их древом53 креста; крещением истины оживотворилось естество человеческое. Сам Христос сделался для нас Путевождь спасения, открывший нам три соприсносущных Лица — Истинного Бога Отца, Бога Сына и Бога Духа Святаго, едино божество, едину силу.

Много благотворит Всеблагий Бог душе человека, но люди унизительными деяниями оскверняют свои несчастные души; чего не сделал Всеблагий Бог (для спасения человека) — Бог воплотился ради человека; Бог заушен был ради человека; Бог бичеван был ради человека; Бог поруган был ради человека, Бог распялся ради человека, погребен был ради человека и Бог воскрес ради человека… Не только воскрес Сам, но и человека воскресил крещением Истины от мертвости греховной, да прославится всесвятое Имя Его… И ниспослав Духа Истины, в соединение вся призвал…

Да, воля Твоя Святая, Царю Небесный, яко послал нам Духа Истины — Иже везде сый и вся исполняли, Сокровище благих и жизни Податель. Посему, как послал Ты нам безмерную милость Твою, милосердия Твоего ради пошли нам и хлеб насущный, да прославим Имя Твое во веки веков… Буди, Господи, милость Твоя на нас, якоже уповахом на Тя!..

Мы просим Бога: «Хлеб наш насущный даждь нам днесь, и остави нам долги наша»…

Сие слово имеет два значения — хлеба Небесного и хлеба земного.

Глава 24. О происхождении «хлеба насущного». Что означает это слово?

Прошение это имеет два значения — Хлеба Небесного и хлеба земного. Первое — хлеб земной, есть сие: Когда создал Бог небо и землю, стали произрастать из земли различные растения; наконец, появились различные зерна. Когда за преступление заповеди Божией Адам был изгнан (из рая) и утратил неисследимое богатство благ и красоты, которыми украсил Бог (человека и рай), даровав человеку безвестная и тайная Премудрости «еже око не виде, ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша» — тогда обнищал несчастный Адам и лишился создания Премудрости (т. е. рая, насажденного руками Божиими)… Кто (говорит, что) любит Бога, заповедей же Его не хранит, лжец есть и разбойник, ибо Бог любим бывает в заповедях Своих. Да, ты любишь Бога (как говоришь), но заповедей Его не соблюдаешь; какая же (тебе) польза от такой любви к Богу? Любил Адам Бога, но когда не соблюл заповеди Его, то потерял и любовь, которую имел к Богу. Преслушание изгнало Адама из рая, сего недомыслимого наздания Божественной Премудрости… Итак, когда своею непокорностию Адам сам лишил себя тех благ, созданных Божией Премудростию, то чрез сие обнищал бедственно, познал наготу, потом и алчбу; ощутив голод, собрал он те семена, поел их и укрепилось сердце его. Сначала Адам вкушал хлеб зернами, а потом делал мукой и, оросив слезами своими, ел, но это стал делать после рождения Каина. Пока же не родил Каина, ел рожь, орошенную слезами. Когда же родил Каина, тогда стал раздроблять рожь и есть ее. Но как омокал он ее и ел? Омокал ее слезами своими!..54

Горько плакал Адам, взирая на блага рая (в то время, когда раздроблял зерна и делал из них муку); смесив слезы с мукою, делал тесто, как грязь, и так ел его; говорим: руками замесив его, воспоминал брение, из которого создал его Бог, тяжко воздыхал, и со стенанием ел закваску сию. Каин, зачавшись вслед за преступлением (досл.: с преступлением) Адама, получил и вещество преступления Адамова (т.е. семя, зараженное духом гордыни, неверия, непокорства и богохульства; вот почему и сам он (впоследствии) презрел (в жертве своей Бога), как презрел Бога Адам; когда Бог сказал Каину: отступи от такой жертвы, — Каин не послушал того, что сказал ему Бог, но презрел слово Божие. Подобно тому, как Адам презрел заповедь Божию, так презрел и Каин (слово Бога) и за непослушание Каина сделалась жертва его мерзостию перед Богом… Авель же зачался с покаянием и со слезами Адама; вследствие чего и беседовал Бог с Авелем (т. е. Авель получил от зачатия семя, облагоуханное духом смирения и сокрушения сердечного, а посему вырос смиренный, кроткий сердцем, и осуществимо стало для Авеля богообщение). Да, собеседовал Бог с Авелем, Авель слов Божиих не презрел, и то, что повелел ему Бог, (исполнил)… Так покаяние делает человека (способным) познавать Благодетеля своего; преслушание же препятствует сему, как было и у Каина, преслушавшего слово Божие и не познавшего Благодетеля своего… Авель же с готовностию сотворил по глаголу Божиему, познав Благодетеля своего; и не только познал Его, но и угодил Ему своею жертвою правды, возношением и всесожигаемым, как говорится: «Жертва Богу дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит» (Пс.50:19). Авель зачался тогда, когда каялся Адам, когда сердце у Адама стало сокрушенным, дух — смиренным; в сокрушении кающейся души, во смирении сердечном зачал Адам Авеля… и Бог не презрел Авеля, но принял его жертву «в воню благоухания». Сокрушение души Адама и смирение сердца его было (т. е. соделало) сие…

Глава 25. «Хлеб наш насущный» — испрошение Хлеба Небесного

Во-вторых, это есть Хлеб Небесный (которого просим у Бога в молитве «Отче наш»), тот Хлеб, который именуется «Хлебом Животным» (Ин.6:51). В молитве сначала просим Хлеба Небесного и земного, а вслед за этим говорим: «Остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим». Сие прошение показывает, что Бог не отпустит грехов наших, если мы сперва не отпустим врагам нашим прегрешений их; посему сказано: «Аще ли же не отпущаете, ни Отец ваш, Иже есть на небесех, отпустит вам согрешений ваших» (Мк.11:26). Если мы не будем отпускать врагам нашим все, в чем бы они ни погрешили в отношении к нам, то и Бог никогда не отпустит нам грехов наших. За сколько дней и седмиц враг наш однажды согрешил пред нами;55  это согрешение произошло по нашей собственной вине, а мы не в силах отпустить? Насколько же больше согрешаем мы пред Богом на всяк час, на всякую минуту, прося отпустить нам прегрешения, которыми прегрешили пред Богом? Как же будем просить у Бога прощения, если сами вперед не отпустим врагам нашим? Никогда не отпустит Бог прегрешений человеку, если не отпустит человек (долга) врагу своему. Если же отпускает человек врагу своему и соблюдает заповеди Божий, то да взыскует от Бога Хлеба Жизни (т. е. св. Причастие). Если же не отпускает своему врагу, то и да не взыскует, и да не глаголет просительно: «Хлеб наш насущный даждь нам днесь».

Да, даст тебе Бог Хлеб насущный (по молитве твоей), но когда даст Он его тебе (святой здесь говорит о св. Тайнах и о достойном приобщении их). Если ты отпускаешь противнику твоему, (тогда) ешь Хлеб Жизни, дабы оживотворилась душа твоя, так как и ты любовию твоею живешь (т. е. живым оставляешь, не казнишь за долг) врага твоего, — пусть же за это и твоя душа живится в Хлебе Животном (т. е. во Христе). Если же не отпустишь врагу твоему, то и твоя душа не оживотворится Хлебом Жизни. Не говорим — хлебом пищным (потому, что Бог не лишает пищи грешников), но говорим о Хлебе Жизни. Хлеб Жизни есть тот, который так наименовал Иисус Христос Всесвятыми устами Своими, сказав: «Аз есм Хлеб Животный, сшедый с небесе» (Ин.6:51). И потом на самом деле (подлинным образом) сие удостоверил, когда, прияв хлеб и чашу с вином в Свои непорочные руки, сказал: «Приимите, ядите, сие есть Тело Мое, еже за вы ломимое во оставление грехов». Посем, держа чашу в непорочных руках Своих, сказал: «Пиите от нея вси, сия есть Кровь Моя Новаго Завета, яже за вы и за многия изливаемая во оставление грехов». Это и есть Хлеб Жизни, который оживляет человека душевно и телесно, как говорится: «Хлеб живота вечнующаго» — Канон ко св. Причащению.

Да, воистину жив будет тот, который с чистым сердцем ест Хлеб Жизни, — он жить будет с радостию там, «идеже праведнии упокояются»; но тот, который ест Хлеб Жизни со злым, нечистым сердцем, не оживится. И как могут, т.е. как дерзают таковые (т. е. в злобе сердца), есть Хлеб Жизни, чтобы жить вечно?! Они едят, т. е. причащаются невозбранно, несмотря на недостоинство свое; хотя и вкушают таковые Хлеб Жизни, но не оживают.., смертию умрут!.. Но не только ядущие недостойно Хлеб Жизни смертию умрут, но и ядущие недостойно хлеб пищный (телесный) лишаются спасения своего… Итак, если ядущий недостойно хлеб пищный утрачивает спасение свое, то тем паче не будет жить, но смертию умрет тот, который Хлеб Животный, дающий жизнь вечную, ест недостойно?..

Осквернение недостойного человека, проистекающее от злых дел, есть плод зла и происходит от следующих подразделяющих (причин): а) любовь к земному, т. е. к земным благам и земным наслаждениям; б) ненависть; в) неправедность; г) убийство, т. е. и осуждение; д) зависть; ж) зависторвение;56 з) сребролюбие, еже есть корень зла (Тим.6:10). Тот, кто ест Хлеб Животный, возделывая путь таковой (греховный), — смертию умрет.

В особенности же, у кого соблюдается злато в росте, тот да не вкушает Хлеба Жизни, а если вкусит — смертию умрет. Если же от всего сердца покается, то да вкушает Хлеб Жизни с чистотою сердечною. Он будет жить вовеки там, идеже праведнии упокояются; посему говорится: «Ты еси Хлеб Животный, источник святыни, податель благих…» — Молитва по св. Причащению.

Сей Хлеб Жизни, только при чистом расположении сердца живит душу.57

Хлеб пищный (телесный) живит тело. Но когда живит? Живит при молчании за столом; да памятует (человек, вкушая пищу), как сделался он пищным и пришел на трапезу, т. е. да памятует человек — падение Адама, лишение райских благ, покаяние Адамово и прочее последование истории бытия человеческого… Да, рождает хлеб земля, т. е. сама собой растит зерно, но какой труд и утеснение принял Адам, пока не устроил его (зерно) себе и не установил хлебом?.. Т. е. сколько слез он пролил, когда до рождения Каина питался одними зернами, омоченными слезами, а потом до рождения Авеля сырою мукою, замешанною на слезах.

Ныне же, получая его (хлеб пищный) готовым, вместо благодарности (воздают Богу) неблагодарность, вместо возношения (хвалы) — навет, т. е. осуждение ближнего. Неблагодарность же людей заключается в том, что, когда они восседают за столом и едят, то не молчат, но многословят с осудительным празднословием… Сели и едят, чтобы оживить тело свое, но сидя и едя с осудительным многословием и осуждая с празднословием, умерщвляют несчастную душу свою… И не только умерщвляют они душу свою, но и смертию умрут…

Глава 26. Ублажение молчания, и о том, сколь мерзко благодарение (молитвенное) после многословной трапезы

Зачем осуждаешь другого, несчастный человече? Тебя ли только облек Бог во спасение, а другого облек только в погибель? Нет, ни тебя не облек в одно только спасение, ни другого только в погибель, но вас обоих облек в ризы кожаные,58 как говорится: «И сотвори Господь Бог Адаму и жене его ризы кожаные и облече их. И рече Бог: се Адам бысть, яко един от Нас, еже разумети доброе и лукавое; и ныне, да не когда прострет руку свою, и возмет от древа жизни, и снест и жив будет во веки» (Быт.3:21-22). Говорим: приложи руку твою к устам твоим, приими молчание жизни,59 вкушай его, и жива будет душа твоя. Молчание есть как бы некая пища для души человека. Молчание есть как бы некий свет, ибо путеводит человека ко спасению. Молчание за столом делает то, что человек встает сытым от стола (хотя бы ел немного); многословие же за столом делает то, что человек встает от стола голодным и ввергается в бездну таиноядения. Молчание за столом располагает человека к воссыланию благодарственного возношения Богу.

Вот какое возношение (молитвенное) молчания, т. е. после трапезы без многословия, и возношение по многословии, т.е. после трапезы с многословием. Воссылает человек возношение Богу (перед едой), просит, чтобы настал мир посреди трапезного круга, чтобы избавиться от беседы соблазнительной; как говорится: «Но избави нас от лукаваго». Призывает так (молитвою) на каждый день мир Господень. Ей, приходит призываемый человеком мир, дабы сохранить его от лукавого. Бог по молитве его посылает ангела на среду круга трапезного. Почему же ты не хранишь себя от многословия на трапезе, но еще многословишь с осудительным празднословием, прогневляя хранителя (ангела) твоего, охраняющего едение твое от всякого осквернения, и своим празднословием осудительным сам оскверняешь себя? Вместо того, чтобы в мире возносить возношение мира Господу, ты этим осудительным празднословием прогневляешь хранителя твоего, не встречаешь его с благодарностию, провожаешь не с благодарственным возношением, а с недовольством; вместо чести, провожаешь его с бесчестием, вместо возношения — со сквернословием, ибо многословие сквернит глаголание речи человека, осудительное же празднословие всеоскверняет его.

Глава 27. Извещение одному преподобному о том, сколь греховно осуждение пред Богом

Когда встают со стола (после трапезы, за которою осуждали) и воссылают возношение, то это возношение восходит как мерзость пред Богом. Спрашиваю я вас, отчего молитва ваша делается мерзостию пред Богом? Делается — ради празднословия. Через осудительное празднословие оскверняется благодарение (молитвенное) трапезовавших людей, становясь как серный дым пред Богом… Некий преподобный просил и молил Бога сжалиться над осуждающими. Раз, два, три и четыре раза воссылал он моление о сем к Богу. Бог, видя такую молитву, ежедневно воссылаемую ему (преподобным), удостоверяет его следующим чудесным образом в том, что возношение наветников60  есть мерзость пред Богом. Посылает Бог ангела собрать на одно блюдо (изображения) всего того, что происходит от возделывания наветниками зла своего. Собрал все это (ангел) и, держа все в руках своих, принял образ человека, делая вид, что (хочет) пронести сие мимо преподобного. Преподобный же, когда ангел приблизился, отвернул от него лицо свое. Ангел сказал: «Отчего, авва, отворачиваешь ты лицо твое?» Говорит преподобный: «Не в силах выносить я сего смрада и зловония». Говорит ангел: «Ты и на малое мгновение не в силах вынести такого зловония, как же (просишь), чтобы Бог ежедневно выносил его пред Лицом Своим? Т. е. не отвращал бы Лица Своего от мерзких молитв осуждающих и от душ их? Уже одно долготерпение Бога, с которым Он долготерпит подобному зловонию, есть великое милосердие Божие…».

Ради этого и говорю я вам: благодарение (молитвенное) осудителей есть мерзость пред Богом… Осудительное многословие делает человека недостойным неба и земли. Молчание делает человека досточтимым. Многословие доводит до того, что человек становится отвратительным… Это проклятое многословие производит сквернословие; сквернословие же предает человека блуду; блуд развивает пристрастие к брату (мужестрастие); пристрастие же к брату растлевает молитву в человеке.

Глава 28. Пророческая характеристика людей пред концом века

Ради этого говорю вам… Если пройдет седьмое число лет и пяти восходящим к полпути восьмого, там на половине числа пятого (или пятерки), следовательно, какое смущение произойдет от четвертого до пятого (т.е. по прошествии 7 400 лет от сотворения мира, то между четвертым и пятым столетием, от четвертого столетия до пятого, или, так сказать, в течение двадцатого прошлого века). Какое сделается тогда хищение! Какое мужестрастие, прелюбодейство, кровосмешение, распутство будет тогда? До какого упадка снизойдут тогда люди, до какого растления блудом? Тогда будет смущение с великим любопрением (т.е. революции и борьба партий), будут непрестанно препираться и не обрящут ни начала, ни конца.61 Потом соберется восьмой собор, чтобы разобрать спор, и явить (досл.: сотворить) благое благим и злое злым… Земледелец отделяет пшеницу от мякины. Пшеница — для человека, мякина же — для скота. Говорим: будут отлучены, отделены добрые от злых, т. е. правоверующие от еретиков, и на некоторое малое время мирствовать будут люди. (Об этом говорится и в Византийских пророчествах). Но потом снова превратят расположение (благое) свое, обратятся ко злу злою погибелию погибающих, так что не будут распознавать, что есть брат и что сестра, что отец с матерью, и что мать с сыном ее, не будут признавать и брачного венца. Будут иметь только одну погибель, одно общее падение в погибель, как Содом и Гоморра, т. е. и пяти праведников не найдется… И будет брат иметь сестру, как жену, мать иметь сына, как мужа, будет умерщвлять сын отца и прелюбодействовать с материю; и иные тьмы зол войдут в обычай.62 Поскольку же станут к людям прививаться злые дела, постольку будут находить на них и бедствия.

Нынешний золотой будет тогда ходить, как теперешняя фола (меньше полушки). Люди же, чем больше будет на них находить бедствий, тем больше будут возделывать зла, т. е. вместо того, чтобы каяться, будут озлобляться на Бога. Злодеяния же, которые будут творить люди, превзойдут злодеяния современных потопу людей. У всех будет разговор только о зле, намерения только злые, соизволение злое, сотоварищество только на зло, деяния у всех только злые, всеобщее злое хищение, всеобщее злое притеснение, всеобщее злое обособление; всеобщее злое разъединение. При всем этом будут думать, что и делатель зла спасается.

Тогда будут иметь злато сокровиществованное, т. е. будут обладать капиталами и говорить, что не имеют (т. е. жаловаться, что им не хватает).63 Тогда будут иметь злато в росте, будут возращать рост на рост; будут просить милостыни, чтобы живопитаться, будут плакать, что нечего есть. Цель же (главная) у них будет — собрание капитала (сокровища), дабы стяжать больше имущества; поскольку будет умножаться корыстолюбие, постольку будут умножаться и бедствия в миру.64 Тогда жадные обманщики будут ходить нагими, чтобы собрать злата для отдачи в рост…

Пророчество об умножении нищеты, преследовании бедняков-крестьян, переселениях их и хлебной монополии пред наступлением времени рождения антихриста

Нищих станут притеснять ради областных расходов.65 Нищие же, не будучи в состоянии уделять из части своей на расходы (требуемые, областные), будут уходить со своих мест и переселяться на другие, чтобы там упокоиться и умириться, но и там будут находить то же самое и даже в два раза хуже. Тогда, не будучи больше в силах переселяться на другое место, пойдут на могилы и скажут: «Подберите и нас; довольно покоились вы, дайте и нам мало-мало почить, пока не пробудит нас праведный Суд». Еще многое иное будут говорить на могилах мертвых и взыдут стенания убогих, яко фимиам пред Бога. Видя таковые стенания, Бог подаст благополучие для всего мира (урожай), и бедняки, увидав такое благополучие, с великою радостию будут славить Бога за урожай; когда же соберутся плоды на гумно, придет на гумно любостяжатель, снесет зерно в свои житницы, и даст повеление, чтобы тот, кто требует пшеницы, ходил бы к нему, любостяжателю, и получал, кто сколько хочет. Тогда беднота станет ходить за хлебом к любостяжателю, т. е. свой же хлеб будут покупать крестьяне у монополии и покупать пшеницу. Любостяжатель же будет потом брать за пшеницу двойную цену против ее прежней прошлогодней цены; беднота, увидав, что любостяжатель и благословение Божие превратил в дороговизну, возропщет на Бога, — все, малые и великие, говорим: бедные и богатые, — причем, богатые еще больше возропщут, чем бедные, ибо беднота чужда любостяжания: и, чего она имеет два, то одно отдает за душу, т.е. повинность, другое удерживает себе; если же имеет один, и его отдает поневоле; если же ни одного не имеет, и за это славит Бога. Лихоимец же вообразит, что у бедняка якобы имеется имущество, и станет притеснять бедного, чтобы последнее отнять у него. Будет изыскивать для сего всякий повод, самомалейший, будет притеснять его. Ей, будет притеснять, но как? По суду будет отбирать от него все, что тот имеет; если же ничего иметь не будет, то притеснит его темницею, где станет томить бедняка за то, что ему нечего дать, чтобы освободиться. Лихоимец будет приходить в темницу и истязать бедняка, чтобы получить от него дары под тем предлогом, что взыскивает их на местные расходы; цель же его — получить свой рост на злато, которое он отдал66 в рост на местные расходы; поэтому и старается он, чтобы оно преизбыточествовало. А откуда ему преизбыточествовать? Умножить доход свой лихоимец хочет с бедноты. Ей, будет умножать доход свой с бедноты, но у бедняков нет того, чтобы дать ему, чего он ищет… Убогому нечего есть, а он, богатый, еще отобрать нечто старается… Дивится сему убогий и недоумевает, что отдать лихоимцу? Дивится и лихоимец, недоумевая, что взять с бедняка? Если же так оставить, то потерпит убыток, т. е. злато, отданное в рост, роста не даст. Однако, хотя и жаждет отнять что-либо от убогого, но тому давать нечего… Видит лихоимец богача, что ходит он в рваной одежде, т. е. того, который дал свой капитал в рост для местных расходов и по бедности крестьян дохода не получил, и бедняка, т. е. крестьянина, ходящего в чистой одежде, и будет жалеть лихоимец богача, бедняка же не будет сожалеть, так как у него одежды чистые; не понимает лихоимец того, что чистые одежды убогого суть подобие чистого его сердца, ибо у него нет никакой хитрости лукавства в сердце, чтобы лукавить и притворяться, что не имеет (что одеть). Но богач имеет… и сделал своим лукавством (т. е. сетованием в удержании своего золота) сердце свое изодранным, как и одежда его. Таковым было и будет сердце богатого; сердце же бедняка есть и будет блистающее. Но у какого бедняка сердце будет блистающим? У того, который терпелив и который будет терпеть лихоимцу, т. е. не озлобляться на его несправедливые притеснения. Блажен тот, который будет терпеть лихоимцу все то, что тот будет ему делать, ибо в час Суда, пред страшным судилищем будет он признан за брата Страшным Судией, который скажет: «Понеже сотвористе единому сих братии Моих меньших Мне сотвористе». Видишь, слышишь: за кого признает бедняков на судилище страшном? Говорит: «Сих братии Моих меньших?» (Мф.25:40).

Глава 29. Обличение любостяжателей и воззвание к беднякам

О, любостяжатель! Разбойническая твоя душа. Доколе будешь ты мучить бедняка?.. Некогда услышишь ты страшное изречение, которое будет сказано тебе: «Идите от Мене проклятии во огнь вечный». Ей, уготовляешь ты сам его себе: но (знаешь ли), какими путями ты его себе готовишь, скажи мне? Ты не знаешь, посему послушай и посмотри на дела, какими уготовляешь его себе. Уготовление (себе огня вечного) – есть67 попечение, забота и сокровиществование. Готовишь себе (огнь) тем, что только печешься о земных, готовишь себе (огнь) тем, что только заботишься о веществах мира. Готовишь себе (огнь) тем, что только (и делаешь), что сокровиществуешь земные металлы в свою сокровищницу. Ей, готовишь себе (огнь) тем, что собрал сокровища и сокровиществуешь. Но что же за сокровище ты собрал и что сокровиществуешь? Накопил ты и накопляешь: зависть, злое умышление, злопамятство, вражду. Ей, стяжал ты сокровище, но что стяжал? Стяжал и стяжеваешь: сребролюбие, лихоимство, вымогание роста с нищих. Ей, приобрел ты сокровище, но что приобрел? Приобрел ты блуд, прелюбодейство, мужестрастие, малакию, мужеложство мужеложника. Ей, стяжал ты: расточительное чревоугодие, ненасытное хищение и распутное пьянство. Ей, притяжал ты: тщеславящуюся гордость с кичливым твоим самолюбием и надменностию. Да, стяжал ты нерадивую леность своей беспечности с рассеянною безнадежностию малодушия, с безбожным своим забвением. Да, собрал ты сокровище, но что ты собрал? Собрал: жестокость, малодушие, хулу, гнев, которым озлоблялся против бедных. Ей, накопил ты сокровище, но какое накопил? Накопил: многословие, злословие, осуждение, которым судишь ты, что такой-то худой, такой-то презренный, а сам ты будто бы лучше всех…

Так-то, тогда (в те времена пред антихристом) будут все много думать о себе, промеж себя будут все друг друга осуждать… Будет лихоимец осуждать бедноту и говорить: «Есть у бедняка (деньги)»; за то, что бедняк не будет уплачивать годичного своего, начнет лихоимец сажать бедняков в темницу и истязать, будет обдирать их, пока не возьмет у них сребро и злато, дабы собирать рост на деньги свои. Бедные же, увидав, что лихоимец истязает их, начнут также сами скоплять и припасать сребро и злато про запас ради лихоимца. Соберет деньги беднота ради лихоимца, но при собрании бедняк и сам прельстится (стяжанием), начнет накоплять для самого себя; собрав с избытком, захочет еще удвоить избытки свои, а когда успеет в сем, то эти двойные избытки захочет сделать учетверенными избытками; и вот, умедлив в сем достижении учетверения, почил он, уснул, и очнулся в аду, тело же его погребли по обычаю страны. Смотрят лихоимцы, что у бедняка оказались двойные сбережения, сейчас же онеправдовали его, т. е. оправдывают свое лихоимание и вымогательство, говоря: «Видишь бедного, который плакал и говорил, что у него ничего нет, мы пожалели его; смотри, какие у него оказались двойные сбережения». Когда они так говорили, почил другой бедняк, когда и этого похоронили, то нашлись у него четверные сбережения. Лихоимец же, опять увидав, что у другого бедняка оказались четверные сбережения, снова начинает оправдываться и говорит: «Какая теперь может быть жалость к бедным? Стоит ли кто-либо, чтобы его сожалеть?»

О, несчастный лихоимец, чем бедняк виноват был перед тобою, что ты с насилием вымогал от него и не было у него что дать тебе? Ты не смотрел на то, что у него ничего нет, но с насилием притеснял его… Видел, что ему нечего тебе дать, и поэтому еще больше насиловал его, чтобы взять с него сребро и злато, добыть рост, взяв рост на злато (свое, отданное в рост на местные расходы), ибо, если не станешь насиловать бедняка, не в силах будешь получить рост на злато. Ради этого ты и насиловал бедноту, чтобы взять злато и получить рост на рост. Беднота же, увидав, какой ты злобный, стала стараться и стараются собирать, дабы уплачивать тебе. Когда же бедняки, скопляя деньги, накопили излишек, то этот излишек, который они накопили, был по вине твоей, потому что ты насилуешь бедняка, а когда ему нечего дать, истязуешь темницею.

Видя твое зверство, беднота начала забывать Христа ради стяжания злата. Так забывают бедняки мало-помалу Христа и стяжевают злато. Из-за тебя, лихоимец, чтобы не попасть в темницу, бедняк преумножает (злато), собирая его, умедляет в сем собирании, засыпает и, заснув, открывает очи свои в аду; ты же, видя, что у неимущего остались сбережения, осуждаешь его и бедноту (всю) в том, что находятся у них сбережения? За то, что ты так уничижаешь бедняка пред другими, тем более, что сам причинен тому (в чем он виноват), уничижит и тебя за это Судия Праведный на Суде Своем и скажет тебе: «Понеже не сотвористе единому из сих братии Моих меньших… ни Мне сотвористе».

Ты же, бедняк, зачем взялся за такую душепагубу, т. е. многостяжание и копление денег? В нестяжании провел ты всю жизнь твою и Бог не давал тебе погибнуть: ныне же, при виде насилия лихоимца, пленился любостяжанием, стал парой лихоимцу, получил часть лихоимца, и опроказил душу свою, как Гиезий? Всю жизнь просветлял ты душу свою нестяжанием, и чуть-чуть накинулся лихоимец, испугался его принуждения и получил часть его, — стал лихоимствовать вместе с ним? Поэтому и сделался равен ему. Любостяжание — путевождь погибели. Нестяжание — путевождь спасения. Начал любостяжать — и спасение свое потерял. Вот почему спасению человеческому (грозит) погибельная опасность от любостяжания. Это, проклятое любостяжание, именно и внесет несчастие в мир, истребит благополучие мира. Говорим: забудете мир, что такое благополучие, господствовать всюду будет злополучие. Сие, проклятое, любостяжание установит и установило разногласие в миру… В особенности же (гибельно и угрожает) любостяжание монашеской жизни, где столь преуспело сие проклятое любостяжание со своим разногласием, что угрожает погубить и самую монашескую жизнь. И почти погибла благословенная монашеская жизнь! И не только монашеская жизнь расстроилась, но и почти весь мир расстроился от этого проклятого любостяжания.

Глава 30. Корень зла — любостяжание, сиречь сребролюбие. Сребролюбие есть дух антихриста

Любостяжание есть предтеча антихриста. Пророки, т. е. Дух Святый в пророках, пророчествовали домостроительство воплощения Божия, т. е. глашали об истине миру, а любостяжание внесло в мир ложь. Пророки возвещали нам путь спасения, лихоимцы же возвещали путь погибели; как чрез апостолов воссияло нам спасение и благодать Всесвятаго Духа, так многопопечение мира сего будет помрачать спасение человека; погибельная же многозаботливость вовлечет людей на путь беззакония, на путь ложью лгущих, неправедным хищением обижающих и лживою душою своею сокровиществующих сокровища.

Ей, соберут стяжатели сокровища, но какие сокровища соберут? Сокровиществуют ложь лживым нравом своим. Отвергли же и отвергают истину от чувств68 своих; проникает и проникла ложь в чувства их. Стало чувство их бесчувственным к истине; они не будут ощущать, что истинно, ощущать же будут одно ложное, лжи будут покоряться; истины же слушать не станут.

Но известно ли вам, что такое истина и что такое ложь?

Истина есть домостроительство воплощения Господа нашего Иисуса Христа, т. е. Христос; ложь же — домостроительство воплощения погибели. Т. е. все то, что домостроительно и промыслительню подготовляло и подготовляет людей к вере и следованию за Господом, есть, была и будет истина; наоборот, все, что подготовляет людей к отвержению закона Божия и Спасителя их, есть ложь; эта ложь домостроительно подготовляет пришествие антихриста и принятие его родом человеческим. Ложь приведет к воплощению погибели, когда наступит великое бедствие для всего мира; как речь пророков была предвозвещением того, что наступит домостроительное воплощение спасения, так точно усиливающиеся мирские попечения предзнаменуют близкое воплощение домостроительства погибели в мире, т. е. нарождение антихриста, который всецело будет сосуд диавольский, будет воплощенною пагубою. Как Предтеча проповедовал крещение Истиною и этим обращал людей на путь спасения, так (наоборот) многозаботливость будет помрачать чувства человека, чтобы сделать человека нечувственным ко спасению своему, чтобы он от множества плотских забот не мог ощущать спасения, т. е. люди не будут ощущать ни желания вечной будущей жизни, ни страха вечного осуждения (что и ныне явно в обезверившихся интеллигентах).

Ей, пребудет спасение и не отымется от мира, т. е. возможность спастись и спасающиеся пребудут до конца мира. Ей, и тогда будет спасение, но для кого оно будет? Для тех, которые не будут покоряться делам антитипа (т. е. предтечи антихристова или духа любостяжания). Проявление же антитипа, т. е. проявление духа антихристова в миру, есть сие: забота мира сего, сокровиществование металлов земных, забота о сущих мира сего; сии суть главизны зла, которые губят спасение человеческое и увлекают на путь погибели. Путь же погибели есть разрушение спасения, т. е. исчезновение в людях ревности о спасении и страха вечной муки. Ибо, когда возгосподствует в человеке погибель, тогда утрачивается человеком спасение (т. е. чувство страха Божия), тогда уклоняются люди во всякие погибельные дела, отчаявшись так, как кто тяжко задолжал; так отчаиваются и грешники о спасении своем.

Посему говорит Давид: «Вси уклонишася, вкупе непотребни быша» (Пс.13:3). Ей, уклонились, но во что уклонились? Уклонились в неправду, в хищение, в непокорство, в сокровиществование злата…

Что такое есть сокровиществование злата? Сокровиществование злата есть именно антитип, говорим: антихрист (т.е. предтеча антихристов). Ибо чувственно антихрист еще должен прийти, а мысленно он уже в миру; с тех пор, как он низринулся в мир со своим проклятым троном, с тех пор и пребывает он в миру, производя в мире всякое зло. Зло же это старается он делать всеми способами; во-первых, отнимает у человека чувство спасения мирскою многопопечительностию и многозаботливостию о суете мирской. Ей, многопещись будут и мно-гозаботиться, но о чем? Будут многопещись и стяжут мужеложство; будут заботиться и стяжут блуд, соберут сокровище прелюбодеяния. Таким образом утратят люди чувство свое,69 не будут ощущать Бога. Вдадутся они в плотское питие и ядение роскошных яств, в обстраивание себя прекраснейшими постройками; в сих постройках предадутся плотским чувствам своим, т. е. теша плоть свою, якобы брак ей творя всегдашний пиршественный. Так как вдадут они чувства свои в плотское, то ощутительна будет для них красота и доброта только снедная, к которой они лишь и будут стремиться. Чрез такое свое стремление к плотской нечистоте люди мерзки будут Богу.

Ей, возгнушается ими Бог, как возгнушался предпотопными людьми, но все-таки допотопным людям Бог оказал милосердие. Ей, милосердие оказал, но какое милосердие? Омилосердовал их ковчегом покаяния, так как Бог желал, чтобы древние люди, взирая на построение ковчега, каялись бы; но они ввергли чувства свои в плотское, стали бесчувственны к Богу и к ковчегу, не чувствовали того, что означает ковчег. Это бесчувствие и свело их во глубину вод!..

Видишь, до какого состояния довело человека его бесчувствие? Так и ныне оно погубит людей, ибо и теперь люди пекутся, заботятся и стяжевают подобно предпотопным людям. Так сильно возлюбили они эту деятельность, как бы какое прекрасное и доброе яство…

Да, добрая (т. е. вкусная) эта снедь, но не спасительная, эта снедь — губительная; тот, кто вкушает снедь сию, проводит жизнь свою на погибель себе. И погибель завладевает чувством человека, увлекая его на путь бесчувствия, человек не ощущает больше, где находится путь спасения, а только на погибель проводит жизнь свою. Ей, проводит он жизнь весело и в роскоши, но как проводит? Проводит жизнь с неправдою, с воровством, с хищением, с предательством, с лжеязычием, с мужестрастием в сообращении, с обжорственным чревоугодием, с гордостию, с ропотливым безнадежием, в беспечности, т. е. беспечностию в деле спасения и хульном сложении вины всех бед на Бога, с жестоким гневом сердечным, с неблагодарною враждою злопамятства и любостяжательным сребролюбием.

И, поскольку тогда преуспевать кто будет в стяжании сокровищ в воровскую сокровищницу свою своим любостяжательным сребролюбием, постольку же, одновременно с сим, будет все более и более помрачаться бесчувствием и сокровиществовать всякие дела, которые сотворят его виновным во всех беззакониях мира, т. е. все эти плоды любостяжания доведут мир до крайнего разврата, венцом которого будет пришествие антихриста.

Глава 31. Антихрист родится тогда, когда обнищает мир духовно и когда наступит всемирная анархия. Всемирное воцарение антихриста

От нечистой блудной девы родится антихрист. В сей деве совокупятся распутства, она будет сокровищница прелюбодейства; всякое зло мира, всякая нечистота, всякое беззаконие воплотятся в ней, т. е. в зачатом ею от тайного блуда совокупятся воедино во чреве нечистоты и с обнищанием мира оживотворятся. Когда обнищает мир от благодати Всесвятаго Духа, тогда сей оживотворится во чреве нечистоты, от самой сквернейшей и злейшей мнимой девы, худшей всех когда-либо бывших; зачнется от тайного противоестественного блуда плод, который будет вместилищем всякого зла, в противоположность тому, как Христос был совершенством всякой добродетели, а Пречистая Матерь Его была совершеннейшая в женах. Сей плод родится на свет тогда, когда обнищает мир добродетелями.

Ей, оживится (т. е. родится) при обнищании мира; но что за обнищание такое постигнет мир? Много видов этой нищеты, которая будет окружать и как бы охватывать постепенно мир. Во-первых, обнищает мир любовию, единодушием, целомудрием. Во-вторых, обнищает каждое селение и град от подвластности своей, главенствующие лица удалятся от града, села и округа, так что не окажется никакого главенствующего лица ни во граде, ни в селе, ни в округе. Также и Церковь почти обнищает от главенства духовных властей.

После сего обнищания «иссякнет любы многих» (Мф.24:12), «удержай от среды ят будет» (2Фес.2:7) — и родится нечистый от чрева нечистоты. Потом же нечистое это рождение будет производить знамения и чудеса мечтаниями бесовскими. Мир будет воображать, что сей антихрист кроток и смирен сердцем, а на самом деле он будет по сердцу — лисицей, по душе — волком; смущение людей будет его пищею. Когда превращаться70 будут люди, тогда живопитаться будет антихрист.

Смятение же людей будет сие: осуждение, зависть, злопамятство, ненависть, вражда, любостяжание, мужестрастие, забвение веры, прелюбодейство, похвальба блудом. Это зло будет пищею антихриста. В противоположность тому, как Христово брашно было исполнение воли Отца Его, так брашно антихриста будет исполнение воли отца его диавола. Этим будет живопитаться антихрист.

И сделается антихрист главою над городами, над селами и над округами сел, после того, как не окажется (т. е. упразднится) никакой главы в селах, городах и округах сельских. Тогда он захватит власть над миром, станет распорядителем мира, начнет властвовать также и над чувством человека. Люди будут верить тому, что он будет говорить, потому что он будет действовать как единодержец и самодержец на погубление спасения, т. е. люди, и без того сделавшиеся сосудами диавольскими, возымеют крайнее доверие к антихристу, сделают его всемирным единодержцем и самодержцем, так как он будет орудием диавола в последней попытке его истребить христианство с лица земли. Находясь в погибели, люди будут думать, что он есть Христос Спаситель и что он содеет их спасение. Тогда Евангелие Церковное будет в пренебрежении.

Посему, когда погибель внесет великое бедствие в мир, тогда во время сих бедствий произойдут страшные знамения. Наступит страшный голод, на мир же найдет великая алчба (т. е. ненасытимость): сравнительно с тем, сколько съедает человек в нынешнее время, тогда будет съедать в семь раз больше и не насыщаться.71 Великое бедствие настанет повсеместно. Тогда любостяжатели откроют свои любостяжательные житницы, т. е. капитализм упразднится, имущество уравняется на началах социализма. Тогда злато обесценится как навоз по дороге…

Глава 32. Дух Христа и дух антихристов

Тогда оживится (т. е. зачнется и родится) зло мира в нечистом чреве девы зла, которая даст плоть антихристу. Тогда за беззаконные деяния мира и нечистоту его отступит от беззаконного мира благодать Духа Святаго, которая доныне содержит мир, и тогда исполнится мера беззаконий мира, по словам: «И не сочтуся со избранными их» (Пс.140:4); тогда воплотится дух антихристов, ныне действующий в миру, то есть народится человек, который будет преосквернен и сделается совершеннейшим сосудом диавольским еще во утробе матери своей: родится он от девы зла и в деве блуда, т. е. от злой блудницы, хотя по наружным признакам и девственницы.

Ей, воплотится зло (т. е. родится антихрист) безо всякого мужнего семени. Ей, с семенем родится, но не с сеянием человеческим, а с излитым семенем воплотится. (Здесь поставлено слово «авлос», которое, в зависимости от знака на ипсилоне, имеет два смысла, а именно: излитый и невещественный. Святой имеет ввиду оба эти смысла, во-первых, для означения того, каким образом произойдет мнимо-чудесное зачатие антихриста от мнимой девы, о чем пророчествуют и другие св. отцы; а во-вторых, употребляет слово «авлос» в смысле невещественного семени антихристова или духа его, действующего в людях. (Известно, например, что обсеменение с излитым семенем уже и ныне производится, для получения жеребят от знаменитейших жеребцов на Западе).

Что же такое есть семя невещественное (антихристово)? Семя невещественное (антихристово) есть злоба, попечение, забота и стяжание.

Однако, разного рода суть попечения, т. е. не всякое попечение гибельно и не всякая беспопечительность хороша; главное для человека — попечение о спасении своем. Спасение же человека есть: любовь, кротость, целомудрие, нестяжание, чистота девственная, справедливость, милосердие милостивости, которое есть «елей» спасения человеческого, т. е. приточный евангельский елей дев мудрых. Праведность72  есть сострадательность к человеку; милостивость бывает двух родов: одна — милостивость, выражаемая щедролюбием, другая — утешение словом, которым кто утешает какого-нибудь угнетенного. Если не имеется возможности помочь Несчастному, то да утешают (несчастного) утешительным словом. И за одно утешительное слово, которым утешаете несчастного, удостоитесь того, что и вас утешит Праведный Судия решающими словами Своими на Суде праведном, когда скажет: «Приидите благословеннии Отца Моего: наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира». Если же не будете утешать удрученных утешительными словами, то и сами потом имеете услышать от Праведного Судии безутешные слова: «Идите от Меня проклятии во огнь вечный, уготованный диаволу и ангелом его!» Ибо милостивая любовь освобождает человека от гнева Божия.

Любовь делает с человеком то, что он становится кротким и смиренным сердцем. Вражда же делает человека неистовым. Любовь всегда терпит и никогда не причиняет соблазна; злопамятство же всегда нетерпеливо, всегда причиняет соблазн сердцу человека, так что никогда не имеет мира сердце его.

Злопамятство есть печать антихриста, ибо злопамятство запечатлевает сердце человека как бы антихристовою печатию.

Глава 33. Какова печать антихриста, запечатлевающая ныне злых, и какова та, которою запечатлевать будет антихрист по воцарении?

Злопомнение есть печать антихриста и сердце злопамятного запечатлено печатию его. И когда антихрист (т. е. дух антихристов, действующий в миру) кладет эту печать, то от этой печати злопамятства всегда обмирает сердце человеческое (т. е. делается как бы мертвым, не способным к скорби о грехе, к прочим духовным чувствам и страху Божиему). Говорю: так обмирает человек, когда сердце его бывает запечатлено ненавистию. Это проклятое злопамятство делает человека столь бесчувственным, что люди сами умерщвляют себя разными смертями. Иного делает оно отступником от веры; иного — самоубийцею; иного заставляет идти на нож; иного делает предателем; иного делает хулителем; иного — тоскливым; и нисколько не дает сердцу человека мирствовать. Не замечают того несчастные люди, что все это производит злопамятство и доводит их до смерти. (На этих строках следует несколько остановиться: святой, открывая корень главных смут человечества, причину революций, ненависти чад к родителям и других нестроений, говорит нам, что все это от злопамятства, т. е. горделивого осуждения недостатков ближних, непочтительности родителям, подчиненных к начальникам и т. п. Если мы вникнем в дух времени и образ действий противников Церкви и Государства, то увидим, что они основывают успех свой весь именно на том, чтобы отравлять людей осуждением и ненавистию, а, отравив, — делать послушным своим орудием. Особенно тонко этот яд осуждения излит в творениях Толстого и других знаменитостях современной литературы. Читающая их с увлечением молодежь отравляется от юности ядом злопомнения и осуждения, печатлеется печатию антихристовою, теряет доверие к Церкви, к родителям и часто оканчивает жизнь самоубийством. Пишущий эти строки лично может сие засвидетельствовать, ибо из его школьных товарищей 6 чел. окончило самоубийством).

Итак, когда антихрист будет налагать печать свою на людей, сердца их будут делаться как бы мертвыми.

И тогда73 многие будут умирать на дорогах. Люди сделаются как хищные птицы, набрасывающиеся на падаль, будут пожирать тела мертвых. Но какие люди будут пожирать тела мертвых? Те, которые запечатлены печатию антихриста; христиане, хотя им не будет ни выдаваться, ни продаваться хлеб за неимением ими на себе печати, не станут есть трупы; запечатленные же, несмотря на доступность им хлеба, — станут пожирать мертвецов. Ибо, когда запечатлеется человек печатию, сделается сердце его еще более бесчувственным; будучи не в силах выносить голод, люди будут хватать трупы, и где попало, сев в стороне от дороги, пожирать их. Наконец, умертвится и сам, запечатленный антитипом; на печати же написано будет следующее: «Я твой есм». — «Да, ты мой еси». — «Волею иду, а не насильно». — «И я по воле твоей принимаю тебя, а не насильно». Сии четыре изречения или надписи изображены будут посреди той проклятой печати.

Глава 34. Бедствия, которые постигнут мир по воцарении антихриста: иссохнет море; умрут животные; ускорится время

О, несчастен тот, который запечатлеется этой проклятой печатию! Эта проклятая печать наведет великое бедствие на мир. Мир тогда столь будет угнетен, что люди станут переселяться с места на место. Туземцы же, увидав пришельцев, скажут: о, несчастные люди! Как решились вы покинуть собственное, столь благодатное, место и прийти в проклятое место сие, к нам, у которых не осталось никакого человеческого чувства?! Так будут говорить на каждом месте, куда люди будут переселяться со своего места на другое… Тогда Бог, увидав смятение людей, от которого они зло бедствуют, переселяясь с мест своих, повелит морю восприять прежде свойственную ему горячесть, которую оно раньше имело, чтобы не переходили бы для переселений с места на место. И когда воссядет антихрист на проклятом троне своем, тогда море74 вскипит так, как кипит вода в котле. Когда вода долго кипит в котле, то не испаряется ли она паром? Так будет и с морем. Кипя, оно будет испаряться и исчезнет как дым от лица земли. Иссохнут на земле растения, дерева дубравные и все кедры, от морского жара все иссохнет, жилы водные иссохнут; животные, птицы и пресмыкающиеся, все умрут. День будет вращаться как час, неделя — как день, месяц — как неделя и год — как месяц. Ибо лукавство человеческое сделало то, что и стихии стали напряженными, начали еще более спешить и напрягаться, чтобы поскорее окончилось прореченное Богом число для восьмого числа веков. (Т. е. на восьмое тысячелетие от сотворения мира).

Глава 35. Проповедь Эноха и Илии людям, чтобы не принимали печати антихриста и знаменовались всегда крестом. Умерщвление сих проповедников

Когда же проклятая слава увидит Эноха и Илию, проповедующих и говорящих людям, чтобы не принимали печати антихриста, то повелит схватить их. Они же будут убеждать людей не принимать печати антихриста, будут говорить: кто явит терпение и не запечатлеется печатию антихриста, тот спасется, и Бог непременно примет его в рай, ради одного того, что он не принял печати. И да знаменуется каждый честным крестом, творя знамение креста на всякий час, ибо печать крестная освобождает человека от муки адской; печать же антихриста приводит человека в муку адскую. Если алчете и требуете еды, малое время потерпите, и Бог, увидав терпение ваше, пошлет вам помощь свыше; вы оживотворитесь (досл.: живонасытитесь) помощию Бога Вышнего. Если же не окажете терпения, будете печататься печатию сего нечистого царя, то потом раскаетесь в этом.

Люди будут говорить Эноху и Илии: «Почему же благодарны антихристу те, которые приняли печать?» Тогда скажут Энох и Илия: «Они благодарны, но кто благодарен (т. е. кто благодарит их устами)? Не люди это благодарят, а печать сама только благодарит (т. е. злоба, возгосподствовав над людьми, устами их выражает утеху и радость, ибо успела погубить сих людей, как то бывает и со злодеями, торжествующими и радующимися по поводу совершенного злодеяния).

И что такое есть их благодарность? Их благодарность есть то, что воссел в них сатана, вообразился в чувстве человека, и человек не сознает того, что с ним делается. Тот, кто печатлеется печатию антихриста, становится демоном; хотя утверждает, что якобы не чувствует ни алчбы, ни жажды, однако алкает и жаждет еще больше, и не только больше, но в семь раз больше против вас. Потерпите только малое время. Не видите разве, что тот, кто принимает печать антихриста, не будет жить (т. е. духом мертв и ожидает его вечная мука)? Ужели вы также желаете погибнуть с печатию в муке вечной, чтобы там быть с теми, которые запечатлелись ею. Идеже плач и скрежет зубов?»

И иными многими увещаниями будут проповедовать людям Энох и Илия.

Услышит антихрист, что проповедуют два человека, называющие его льстецом, чародеем, обманщиком и коварным диаволом; услыхав это, разгневается, повелит их схватить, привести к себе, и с льстивыми словами вопросит их: «Какие вы погибшие овцы, ибо не запечатлены царской печатию?» Тогда скажут Энох и Илия: «Льстец и обманщик! Демон! По твоей вине столькие души погибли в аду! Препроклята печать твоя вместе со славою твоею! Эта твоя проклятая печать и преоскверненная слава низвели мир в погибель; твоя погибель довела мир до сего состояния, скончался мир и настал ему конец…» Такие слова услышит антитип от Эноха и Илии и скажет им: «Как смеете вы так говорить предо мною, самодержцем и царем?» И ответит Илия: «Царство твое презираем, а славу твою проклинаем, вместе с печатию твоей». Тогда разгневается антихрист, услыхав такой презрительный ответ, сделается как бешенный пес и собственными руками убьет их.

Глава 36. По убиении Эноха и Илии антихрист снимет с себя личину нравственности, совершатся крайние злодеяния. Люди отождествятся по лукавству с бесами. Знамением сего будет постепенное умаление роста людей. Ко времени антихриста средний рост человека будет 1 3/4 аршина

По убиении же Эноха и Илии выпустит антихрист всезлейших чад своих (т. е. даст волю злым духам, которых он дотоле сдерживал). Эти чада, или духи зла, суть: прелюбодеяние, блуд, мужеложство, убийство, хищение, воровство, неправда, ложь, мучительство, продажа и покупка людей, покупка мальчиков и девочек для блужения с ними, подобно псам на улицах. И повелит антихрист духам злым, послушным ему, довести людей до того, чтобы люди в десять раз делали бы больше зла, чем раньше; исполнят всезлейшие чада его сие повеление погибельное и устремятся на уничтожение человеческой природы многообразием беззаконий. От усиленного напряжения и крайней энергией его всезлейших чад погибнет чувственно и мысленно природа человеческая в людях… Люди, сделавшиеся столь лукавыми по душе, и по телу будут умалены, будут ростом 1 3/4 аршина, говорим: пять пядей длина тела человеческого. Деяниями же лукавства своего эти люди превзойдут демонов, и будут — один дух с демонами.

Увидит антихрист, что человеческое естество стало лукавее и суетнее, нежели злейшие чада его, весьма возрадуется о том, что зло в человечестве приумножилось, природные свойства человеческие утратились и стали люди лукавее бесов… И вот на антихриста, радующегося при виде человеческого зла, найдет внезапно свыше «меч обоюдоострый», которым он будет поражен, и исторгнется нечистый дух его из преоскверненного его тела. Со смертию антихриста настанет конец убийству в людях; Каин положил начало убийству, антитип же (антихрист) соделает конец, то есть на нем оно окончится.

Глава 37. Кто такие «козлы» и кто такие «овцы»

Когда же свершится и закончится дело убийства,75 тотчас же разовьются скрепления небесные и земные (т. е. нарушится всемирное тяготение)… Что будет посем — ведает Бог един. Мы же ведаем только одно, что истязаны будут дела, содеянные в жизни: блуд, прелюбодейство, мужеложство, малакия, мужестрастие распутное, злословие, празднословие и многословие осудительное, оклеветание, злоумышление, зависть, зависторвение, ненависть, злопамятство, вражда, враждострастие, злость, злорадство, предательство умышленное, гордость тщеславия, высокомерие, сребролюбие, любостяжание, непокорность Церкви, роскошествование, ядение обжорственное и прочие множайшие беззакония, содеянные в жизни сей, — все будут разобраны, чтобы отделились от злых дел дела добрые, как отлучают овец от козлов.

Овцы же суть сии: любовь, мир, единодушие, целомудрие, кротость, нестяжание, чистота, праведность, доброе соблюдение закона, благопокорность, смирение, воздержание, пост, доброречие, прилежание ко спасению, благодарность, благопослу-шество Церкви, благопослушество духовной жизни, хранение незапятнанным Божественного крещения, дабы сохранить его чистым, неопущение богослужения церковного и канона в жизни монашеской; таковы суть благие дела спасения.

Глава 38. О нераскаянности человеческой и долготерпении Божием

Долготерпел Бог и долготерпит с безмерною милостию, ожидая покаяния. Ради безмерной милости и долготерпеливого милосердия Своего ожидает Бог покаяния людей, милосердуя о них, как о детях: и юных милует, и стариков долготерпит; говорим: милосердствует о человеке в утре его (или в детстве), милует его в полдень — в юношестве, долготерпит в вечер — старости. Долготерпит к детям — не найдет ли их покаявшимися в юношестве? Долготерпит к юноше — не приобретет ли его в старости. Долготерпит к старости — не найдет ли здесь старческого покаяния? Сегодня дети все лукавства знают, все непристойные дела делают, а что есть покаяние, того не знают и имени его даже не ведают, чтобы возделать им дело покаяния; во всю юность свою только о том и старается юноша, чтобы сокровиществовать; усокровиществовал он себе многопопечение житейское, его только познал и ведает, а сокровище покаяния не познал, но одни только непотребные дела безчиния делает. И от старика ожидал Бог покаяния с детства до юности и не нашел его: от юности вотще в суете истратил он лета свои. Как говорится: юность суетна? Сего ради76 умилительного покаяния требует Бог хотя в старости. Покаяние старика, поэтому, должно быть жалостным плачем покаяния: то есть он должен припомнить все беззаконные дела, которые соделал от детства и до юношества своего, от юности и до старости своей… До вечера ждет Бог покаяния от старца; говорим: до смерти его смотрит, нет ли покаяния в старце; если же и в старости не видит покаяния в человеке, тогда прогневляется на старца за нечувствие его. И вот отверзает, наконец, старец очи свои,77 очутившись в аду карания, и бывает казним за непокорство свое, за то, что не прибег к покаянию в беззакониях своих. Бог давал ему каяться, но он губил себя с утра до вечера,78 к вечеру почил и уснул, а к рассвету (очнулся) в муках ада… Ибо сказано: «Бдите, ибо не знаете — утром ли, в полдень ли, вечером ли познает» (т. е. сколько жить еще вам осталось). Люди сегодня очень сведущи стали, но в чем сведущи? В подлинности земных вещей и на этих земных вещах, тленностях тления, утверждаются и ради многопопечительства сокровиществования губят себя. Сокровиществуют, наполняют кладовые различными лакомствами; потом, взирая на кладовые, полные лакомств, радуются и говорят: «Сей, мой бог и прославлю его»; обращаются к душе своей и говорят: «Душе моя, душе моя! Виждь блага, которые для тебя усокровиществованы: ешь, пей, веселись (тем), что в кладовые собраны блага и отданы тебе». О, безумный, безумный старик! В полночь душу твою истяжут от тебя; при всех сокровищах твоих очнешься ты в муках адских и жестоко мучим будешь за эти разные лакомства, которые усокровиществовал. Итак, собрал ты эти тленности тления, исполнил ими склады твои для мучения твоего, мучим будешь в пламени огненном; тогда вспомнишь о тех, которые (при жизни) не собирали суетных и ложных, как ты, безумец, о спасении своем не заботившийся, не прилагал усилий стремительно освободиться от мук и пламени огненного, которым будешь пламенно гореть среди мучений и просить одной капли воды… Будешь просить малую каплю воды, чтобы прохладить язык твой, который именно и привел тебя сюда с безмерным празднословием осуждения твоего (указывается на то, сколь велик грех осуждения).

Глава 39. Богатый коварно просил Авраама послать Лазаря к нему во ад с каплею воды

Ныне (в аду) взыскуешь ты милости у незаботившихся о тлении, просишь единой капли воды, чтобы оросить язык гортани твоей? Безумный! Ныне воды тленной просишь, а не просил себе раньше воды нетленной? Если и все реки вселенной обратить в горло твое и великое течение Черного моря, то и от них язык твой не ощутит никакой прохлады. И с какою же целью просишь ты одну лишь каплю, чтобы Лазарь принес тебе во ад, на язык твой? Ты просишь не-заботившегося о тлении (по зависти к нему), ты злоухищренно просишь, чтобы другой пришел и оросил язык твой, ибо желаешь, чтобы и он вместе с тобою пламенел в муках огненных… Если (даже) теперь, когда ты находишься в муках огненных, держишь в себе такое коварство, то каких же коварств не делал ты в жизни твоей? Доставили тебе эти злоухищрения благая при жизни твоей, а тот, который о тлении не заботился, приял жизнь вечную, нетленную, и, как ему помянулось его делание нетления в жизни его, так помянулись и тебе (твои коварства).

Глава 40. Как избегнуть пламени огненного

И сегодня люди, как тот, не заботившийся о спасении своем, небрегут о спасении, озабочены суетными и ложными, озабочены вещественными предметами мира сего для кары своей в неугасающем море пламенном. Здесь они тружда-ются всуе и ложно, в неправдах, а там беспрерывно будут терзаться и просить капли воды, чтобы остудить язык свой…

О, человече! (Пока) здесь имеешь время прохлады, остужай же язык свой покаянием со слезами умиления от сердца сокрушенного, плачь о (своем) изгнании воздержись от греха! Удерживай себя от всех делающих беззакония, т. е. от греховных помыслов, плачь сам о себе, но не пред человеки, как фарисеи, а в одиночестве, в тайне сердца своего, как и грехи возделывал в тайне сердца. Сокрушайся в себе, что сделался преступником обещания своего, данного при св. Крещении; с умиленными словами плачь слезами покаяния, кайся в беззакониях, содеянных тобою и о злых твоих деяниях.

Если хотите угасить пламень огненный и не хотите быть казненными в пытках мучения, то вот что сделайте: имейте любовь между собою, держите чистоту целомудрия, имейте воздержание со смирением; со умиленным сердцем исповедуйте деяния, содеянные вами. Молю и прошу вас, преподобнейшие отцы, оставьте осуждение, которым вы осуждаете друг друга с празднословием. Это и есть, говорю вам, средство освободиться от той огненной реки, которая повлечет человека за дела его во тьму внешнюю, туда, где плач и скрежет зубов. Это проклятое осуждение переставляет человека на сторону ошуюю, туда, где козлища. Это проклятое осуждение предоставляет человека горькой смерти. Это проклятое, осудительное оклеветание приводит человека во чрево великого отступника.79 Это проклятое, осудительное многословие ввергает человека во блато нечистоты. Это проклятое, мысленное осуждение приводит человека во вражду; враждоборствуют из-за этого люди друг с другом и весьма прогневляют сим Бога.

Глава 41. Как зарождаются вражда и осуждение дел ближнего

Вражда есть семя плодовитое, она засевается внутри человека; в человеке произрастает семя вражды, делается ненавистью и объемлет людей силою злопамятства; люди злобствуют друг на друга и видеть один другого не хотят. Один начинает осуждать другого с осудительным оклеветанием или с клеветливым осуждением; этот с празднословием осудительным осуждает, а тот любопытствует и говорит: «Зачем он, осуждаемый, это делает, и как это сделалось?» Начинает другой исследовать поступок ближнего и говорит: «Не так это было, а вот как». «Почему же так? Почему это так, а это так? Отчего это? Отчего эти такие, те — такие? А этот каков? А тот каков? И как они дошли до того? Почему допустили себя до того? Как они довели себя до того?» Стоит любопытствующий среди осуждающих и пересуживающих, стоит, недоумевает, начинает расследовать то, что слышит слух его; расследует и говорит: «Ба! Как это и то?» Этим недоумением он приводит себя к предательству, нарушению заповеди о любви к ближнему, производит такую смуту среди людей, какой и бесы сделать не в силах.80

Глава 42. О самооправдании своего осуждения

Такое осуждение ближних делает сегодня человек, и чрез сие возделывание мысль его омрачается лукавством демонским, начинает он мысленно всем соблазняться (т.е. находит в каждом что-либо осудительное), а самого себя оправдывает сугубым оправданием (т. е. не только оправдывает себя, но в своем грехе винит других лиц), все приписывает соблазну других.

Ах, преподобнейшие отцы! Не оправдывайте себя в человеке (т. е. не вините другое лицо в своем грехе) и не оправдывайте себя соблазном. Ни люди перед вами не виноваты, ни соблазны-причины (грехи), но вы сами дали место у себя страсти своей, и оттого вините людей, что они соблазняют вас… Вы даете место в себе страстной вашей зависти, она соблазняет вас, а вы волею соблазняетесь; чем же виноваты здесь пред вами люди? Вы дали место страстному вашему гневу, сердитесь, делаетесь свирепы, как бессловесные; чем же виноват перед вами81 соблазн? Вы сами дали в себе место враждебной страсти, начали враждовать против другого; чем же человек тот пред вами виноват? Вы дали в себе место страстному вашему непокорству и делаетесь непокорными волею; чем же соблазны виноваты пред вами? Волею дали вы в себе место страстям, они хороводят вами, как хотят, вы стали с ними заодно; чем же виноваты в том другие? Если ты сребролюбец, то чем виноват в том игумен? Если ты непокорный, то чем виноват в том эконом? Если вы таинники зла и скрываете помыслы свои, — чем виноват пред вами духовник? Если вы неблагодарные, — чем виноват пред вами игумен, который вас принял, как детей своих? Если вы имеете злопамятство, то чем виновата пред вами братия? Если в вас вселилось враждоборство, — чем виноват пред вами ближний ваш? Ах, преподобнейшие отцы! Если бы ведал каждый страсти свои, которыми он искушается, никогда не стал бы в соблазне своем делать повинным другого.

Человек так обвит страстями, как дерево плющом. Что станется с деревом, когда оно даст на себя взойти плющу? Плющ имеет способность воздействовать на дерево и восходить на него, но только тогда, когда древесный ствол примет его; тогда он поднимается наверх; если же дерево не примет его, никогда не взойдет плющ на дерево (т. е. если само дерево не предоставит ему для восхождения своих веток). Если бы такую власть плющ имел, чтобы подниматься на древа самому, хотя бы и не хотело дерево принять его, то все дерева иссохли бы на земле… Говорим: если бы главный отступник, или властитель тьмы, имел власть восходить на ум человека и помрачать смысл его против соизволения его, то никогда человек не мог бы оказаться светлым, но был бы всегда во грехе и совершенно помрачен. Ей, имеет отступник власть соблазнять, но над кем имеет власть? Ум какого человека имеет власть омрачать? Того, который принимает соблазны; тот и бывает сострелян луком отступника, начальника власти тьмы.

Глава 43. О стрелах отступника и об указателе пути спасения

Отступник имеет обычай такой: берет свое войско и выходит на охоту; вооружен он и войско его разными луками; держит горсть стрел и раздает войску, каждому по одному луку и по 24 стрелы, посылает на охоту, чтобы уловить и добыть какую-либо душу праведную и принести ее как дар и приношение великому апостату. И соперничают бесы между собою, каждый первым старается устрелить и принести добычу в дар великому отступнику, чтобы принять похвалу самую первейшую; посему сражаются они ревностно, стараясь душу праведника совсем закружить разными недомыслимыми искушениями, причем одни из уловляемых побеждаемы бывают и низвергаются, а другие осиливают и утверждаются в добродетели, говорим: венчаются.

Главный лук есть грех вообще, а 24 стрелы суть различные прегрешения и главизны греха: 1 — осуждение, оклеветание и тайный наговор коварства; 2 — гордость; 3 — тщеславие; 4 — кичение; 5 — жестокость; 6 — непокорство; 7 — гнев; 8 -непослушание; 9 — неблагодарность; 10 — зависть; 11 — вспыльчивость (или ярость); 12 — вражда; 13 — ненависть; 14 — злопамятство; 15 — злоумышление; 16 — лжесвидетельство; 17 — малодушие; 18 — хула; 19 — сребролюбие; 20 — блуд; 21 — сваление; 22 — мужеложство; 23 — малакия; 24 — прелюбодеяние. Сии суть 24 стрелы греховные, которыми воюют враги всякий день и всякую ночь, стараясь закружить ими души праведников.

Итак, тем паче оставят ли они вас неискушенными? Но вы до того сегодня уже ими побеждены, что не требуете для своего поражения ни лука, ни стрелы, ибо вас победили и побеждают ваши страсти; нет больше нужды врагам сражаться с вами, ибо довольно с вас одних ваших страстей, которыми вы побораетесь, которые вас победили; вы сделались пленниками своих плотских страстей и стали мертвецами по отношению к вашему спасению.

О, преподобнейшие, честнейшие священники, священномонахи и монахи, находящиеся в сей Горе Святой, сосуде спасения! Что стало с вами, ибо умертвились вы и сделались земными мертвецами? Говорим: ненавистниками спасения своего и неверующими ему. Говорим: разуверившимися во спасение свое; вы не верите во спасение свое, т. е. заповедей и чина жизни не соблюдаете, ибо не верите, что и вам, как во дни оны древним, возможно и должно достигать духовного совершенства.

Если бы вы не имели указателя спасительного пути, как возможно было бы вам найти спасение свое? Ей, имеете вы путевождя спасения, который остался вам от праотцов (т. е. их жития и заветы), но вы это с себя скидываете. Без священных предметов может ли литургисать иерей? А вы без всякого путевождя как ищете спастись? Всуе труды иерея, чтобы литургисать, если у него нет потира; и вы, если не будете иметь путевождя, всуе будете трудиться над спасением. Если не постараетесь обрести путевождя своего, то и не чайте себе спасения, пока не сбросите с себя непокорение спасению; тогда лишь познаете, что спасаетесь.

Путевождь же спасения есть сие: вера, надежда, любовь, кротость, единодушие, мир, смирение, целомудрие, послушание, покорность, нестяжание в уме, нестяжание в речи, нестяжание в очах, нестяжание в слухе и нестяжание на языке, нестяжание в поступе ног, нестяжаниее в сребре и злате (т.е. воздержание всех своих чувств от похотения или деятельного стремления к чему-либо земному).

Но мы делом своего спасения заниматься не хотим, мы нестяжательны только по отношению к одному своему спасению, а по отношению к земным благам стяжательность свою — удваиваем; вы стараетесь о том, чтобы преумножать деньги; преумножаете сребро с ростом преступным; так же преумножаете вы и злобы ваши с преступными противозакониями вашими, сочетаваясь с делающими беззакония и не сочтетесь со избранными.

Глава 44. Пятиобразие непокорства спасению и семистрастие

И в этом, т. е. в любостяжательности, есть ваше непокорство спасению; и представлю вам, что главизна непокорства есть гордость, кичение и тщеславие (т. е. это побуждает человека быть любостяжательным).

Эти три подобообразия зла делают (человека) чуждым спасения; (человек чрез любостяжание) делается врагом себе и союзником зла.

По сторонам главизны: на одном краю — оклеветание и осуждение, сокровиществование всякой злой противности спасению; говорим: вражда, зависть, злоумышление против брата, злорадство и соревнование во зле. Эти пятиобразия зла совокупляются союзом зла. На одном же краю от главизны, т. е. на внешнем пятиугольнике, есть шум зла, т. е. тщеславные страсти, а на втором краю от главизны находится сокровиществование беззаконий, посредине сего пятиобразного союза зла собраны пути всех зол; говорим: жестокость, малодушие, гнев, непокорство, преслушание. Остерегайтесь же от сего непокорства спасению и покоряйтесь спасению вашему.

Если же вы исполнены зависти, то как можете покоряться спасению вашему? Если вы полны ненависти, как можете познать спасение свое? Если вы исполнены вражды, как можете научиться тому, что есть спасение? Если вы исполнены ярости, как можете между собою мирствовать для спасения своего? Если вы исполнены взаимного злопамятства, как взыщете того, чтобы прийти к вышнему миру спасения? Если вы взаимно осуждаете, как вам оправдаться в Царстве Небесном? С ветром осуждения загасили вы лампаду благодати. Что для лампады ветер, то для благодати Божией осуждение. Язык человека, по действию своему, уподобляется вихрю; дунет язык осуждением ближнего — и погасла в человеке лампада благодати. Как от вихря гаснет лампада, так чрез осуждение угашается сияние светоносия лампады благодати, говорим: возделывание добродетелей. Вражда и злопамятство уничтожают благодать Божию в человеке. Неблагодарность же и ненависть утверждают человека в погибели. И осуждение, как начало всего этого, — погибель погибели деет, говорим: зависти, ярости, ненависти, вражды, злопамятства и неблагодарности. Смешение зла.

Так сегодня и смесились люди со злом, стали одним союзом зла, т. е. между собою и с лукавым. Стали союзом зла в хищении, любостяжании, сребролюбии, лжи, в завясторвении, в гордости, в похвальбе, в тщеславии, в многоразнообразности вещей. Единодушествуют они в любостяжании, как будто не монахи, и бедствуют в волнах погибели кружения мирского.

Глава 45. О дивном милосердии Божием и о том, кому именно сорадуются ангелы

Ох, недоумею я о толиком милосердии Божием! Как это Он вам столь милосердствует и столь долготерпит, когда Моисею и малого ропота не потерпел? Сие же потому, что тогда был Бог отмщений, как говорится: «Бог отмщений Господь, Бог отмщений не обинулся есть». Тогда был Бог отмщений, а ныне — благословен Христос Бог. Тогда был Бог отмщений, а ныне — Бог благоутробия (Бог милостей и щедрот), Который милосердует о нас и милует, а вы Его преогорчеваете вашими злыми наклонностями. Тогда был Бог отмщений, ныне же — Бог Слово воплощенное. Тогда был Бог отмщений, ныне же — пред Ним Заступница, Матерь Бога Вышнего, плотию родившая Бога Слово, Творца всей твари видимой и невидимой, село пространное, Бога вместившее. Посему говорится: «Радуйся, Божие пространное селение! Радуйся, кивоте Нового Завета! Радуйся, позлащенная стамно, в ней же манна, яже с небес, всем дадеся».

Тогда был Бог отмщений, ныне же — Бог, рукою изведший Адама из ада и свободивший. Ныне есть милующий, благосердный, многомилостивый, щедрый и долготерпеливый Бог, Бог долготерпящий, милосердующий и помиловавший: блудного, блудницу, Манассию, разбойника, мытаря; гордым же противящийся.

Спрашиваю я вас, преподобнейшие отцы, как смилосердовался Бог о таковых, помиловал их и милует? Такую блудницу нечистоты, блудного, в блуде иждившего?.. Манассию, погибавшего пагубой душевной; мытаря, хищения неправды делавшего; разбойника, кровопролития соделавшего? Дивлюся, почему радуются о них ангелы на небесах и славословят люди? В песнях поют их? Не за те злые деяния, которые они соделали, славословят их ангелы и песнословят люди, но все славословие и песнословие всецело восхваляет истинное покаяние их, стойкость покаяния, решимость в покаянии. Радуются ангелы о том, что делавшие грех обратились к истинному покаянию, содеяли удаление от зла и решимость воздерживаться, утвердились в истинном покаянии до конца жизни своей, а по смерти предали душу свою, как дар, в приношение Богу. И принял их Бог во славу Божества Своего и преставил туда, идеже праведнии упокоеваются в радовании ангельском, где сорадуются и свеселятся они в Бозе с праведниками (досл.: в Божестве Божием).

Видят ангелы, что покаяние грешника достигло Бога с таким удобством, таким дерзновением, такою скоростью, видят напряженность их покаяния, безбоязненность отвращения от греха — видят святые ангелы такое скоропослушество Божие, такое покаяние грешника и начинают славословить, как говорится: «Радость бывает (Лк.15:7) на небесех о едином грешнике кающемся». Славословят ангелы, но кого славословят? Славословят то неисследимое море благосердия, ту милость покаяния. Славословят, но кого славословят? Славословят ту Благость, Тот Свет снисшедший, Тот Глагол, Тот Путь покаяния на земле, который говорит: «Покайтеся, ибо приблизилось Царство Небесное» (Мф.3:2).

Славословят, но кого славословят? Славословят то неописуемое долготерпение, которым долготерпел Он нам и долготерпит вам с безмерной милостию, долготерпит с неисследимым морем покаяния, которым долготерпит злой наклонности человека.82 Долготерпит, но кому? Тому, кто кается с покаянием истинным; долготерпит тому, кто кается от всего сердца, от всей души и всею мыслию; тому, кто отвращается от греха, удаляется от беззакония, празднословия, осуждения, нечистоты; тому, кто по обращении к покаянию деет противоположное злу. Таковому Бог не только долготерпит, но с корнем исторгает древо злой наклонности из человека; чрез такое покаяние происходит забвение греха Богом, Бог забывает все зло, содеянное человеком, так же, как забыл Манассии его злое расположение, блуднице — ее злое деяние, разбойнику — кровопролитие, ибо истинное покаяние посекает ветви греха, а утверждение в покаянии вырывает греховный корень. За истинное покаяние забывает Бог грех человеку, но каким образом забывает?

Глава 46. Об исторжении греха из сердца. Сравнение души с садом, а греха — с тернием в саду

Понмите, о преподобнеишие, о том, как забывает Бог грех человеку. Душа согрешившая подобна тому, как если в каком царском саду, на самой середине дорожки окажется колючее дерево, называемое паллурий, вроде плюща, весьма колючее и крайне цепкое. Это дерево не красиво, имеет свойство распространяться и испускать множество побегов, подобно греху. Когда кто проходит около сего дерева, то оно так же цепляется к проходящему, как грех; если же взойдет на верхушку дерева — производит весьма большую тень, так что не дает саду видеть лучей солнечных, согреваться ими и давать плоды, в дар Царю — чтобы, прияв дар, любоодарил Царь садовника своим царским дарованием. Спрашиваю я вас, отцы преподобнеишие: если будет у садовника такое колючее дерево в саду, то что тогда можно садовнику принести в дар Царю, чтобы приять от него царскую награду?

Чистое устроение человека есть как бы некое садовное украшение пред Богом, а тело человека — как садовник (т. е. человек должен достигать телесными подвигами чистого устроения и удерживать тело свое от всякого греха). Если не получит садовник от сада дохода, плодов садовных, то всуе трудился он за время целого года. Говорим: если убыточествует монах в плоде жизни монашеской и пресветлом покаянии, то всуе труды его целого года. Поэтому садовник спешит, как только появится колючий плющ в саду, тотчас искоренить колючее дерево, чтобы тенью своею оно не мешало саду и не перестал бы от этого сад приносить плодов. Говорим: не лишился бы подвижник различных дарований. И начинает садовник искоренять то непотребное дерево, говорим: древо греховное, — и разделывает то место, на котором находилось колючее дерево. Говорим: начинает человек очищать мысль свою и отделять грех от чувств своих, т. е. отвращать чувства свои от греха; дух свой и расположение свое делает добрым, по сердцу делается человек расположения чистого, доброго. Начинает же садовник искоренять колючее дерево для того, чтобы сад плодоносил. Начинает с улучшения, т. е. с решимости исправить сад и избавить его от терния. Говорим: начинает с того, что прощает ненавидящих и обидящих его, и уже одно это прощение от всей души и всего сердца есть улучшение для человека. Потом выкапывает корень дерева, чтобы вырвать его. Говорим: терпит скорби, которые, если хочет кто уничтожить древо греховное, каждый час находят на него. Обезветвляет дерево, говорим: бегает осуждения. Ибо, кто осуждает — себя обессиливает и в три раза большие грехи сотворит — блуд ли, или прелюбодеяние, или воровство, или хулу, или малакию, или другие какие согрешения. Тот, кто другого обвиняет и осуждает за то, что в нем находится какой-либо малый или великий грех, тот есть бес,83 а не человек. Тот чужевер, а не христианин. Ради сего, говорю я вам, что избегающий осуждения избегает греха, исторгает древо греховное, искореняет его, кладет в огонь грех свой, сожигает его, и грех становится пеплом. Приходит ветер с дождем, разносит его и исчезает он от лица сада, говорим: от расположения человеческого, — получает сад покой, видит лучи солнечные, деревья начинают плодоносить и красуется сад плодами.

Видит садовник, что исторглось колючее дерево, что с исторжением его получили отраду плодоносные деревья, и забывает садовник о дереве, которое отравляло дерева сада и лишало их плода; говорим: древо греха, которое отравляет душу человека. Итак, забыл садовник о дереве, так как оно исчезло из сада.

Так и Бог забывает грех человеку. Забывает Бог грех, но как забывает и что забывает? Забывает — с отвращением от греха, от беззакония и всех возделывающих беззакония, но самый содеянный грех, зло и беззаконие не забываются. Ей, прощает, но не забывает. Так должен поступать и человек, подобно садовнику, который вырвал дерево зла для того, чтобы в грядущий год не лишиться плода, и начал улучшать сад; выкапывать, говорим — молиться; искоренять, говорим — воздерживаться; расчищать, говорим – подвизаться;84 искоренять, говорим — нести канон; исповедовать, говорим — являть делом, т. е. делать дела противные прежним грехам; обносит оградою и деянием обрабатывания своего искореняет древо греховное, плод беззакония из расположения своего; и не видно больше дерева того в саду. Говорим: обработка себя человеком делает то, что самое расположение его с чувством очищается, не ощущается больше расположения нечистого, но одно лишь чувствуется расположение к чистому, благому. и делается он очищенным, пресветлым и прекраснейшим. Грех такому забывается и покаяние очищает его. Грех изглаждается, и покаяние осиявает рану греховную. Боли греховные забываются, но место поранения не забывается, как и у того, кто ранен был ножом или пулей. Когда же раненное место загниет, то не попечется ли человек о том, чтобы исцелить тяготу раны своей? А если нет, то не достигнет ли гной до сердца? А если воспаление дойдет до сердца, то не умрет ли он? Если же он позаботится о ране и исцелится, то, спрашиваю я вас, перестанут ли боли? Еще спрашиваю я вас: когда исцелится раненый, говорим: грешник, — и обретет здравие свое, говорим: покаяние свое, — то прекратятся боли, говорим: помыслы, — и затянется поранение раны, говорим: отгородится от греха. Когда затянется рана, не будет ни боли, ни стенания. Спрашиваю я вас: останется ли все-таки место поранения явственно означенным? И когда увидит знак раны, воспоминает ли он болезни свои или нет? Ей, воспоминает, но не страдает. Воспоминает, но не воздыхает. Воспоминает, но не уязвляется ими. Но какой труд должен воспринять садовник, когда захочет искоренить то колючее дерево, чтобы с корнем вырвать его? Говорим: человеку, который хочет отвратиться от греха, какой потребен ему труд, пока не исторгнет он грех? Какой предлежит ему подвиг, когда будет он отсекать ветви или побеги греховные, говорим: злые помыслы? Какой предлежит ему подвиг, когда будет осуществлять на деле удаление от празднословия? Какой подвиг будет иметь, когда станет исторгать грех, содеянный в жизни своей? Ах, и как представить мне пред вами, преподобнейшие отцы, таковой подвиг? Ей, представлю я вам, но каким образом представлю? Представлю вам в пример св. Иакова Персянина. Берите себе пример с его подвига, подвизаясь так и сами по силе вашей. Сей Иаков, яко человек, шествуя путем жизни своей, зацепился платьем за то колючее дерево зла, говорим: за грех отречения; потом взыскал, как бы отцепиться от того злого соизволения на грех, чтобы опять прийти в расположение благое и снова приять благодать Крещения.85

Ей, воспринял он ее, но каким борением боролся, чтобы воспринять? Вы скажете, что сей отрекся и оттого так боролся, а нам какая необходимость борения., когда мы не отрекались подобным отречением? Ах, преподобнейшие отцы, кто согрешает волей или неволей, одинаково допускает отречение пред Богом, ибо содеяние греха есть жертва бесу, как и Иаков принес жертву чрез отречение свое — идолам. Обратите внимание, преподобнейшие, каким борением боролся в деле подвига Иаков. Обратите внимание и на собственную вашу погибель, что из-за сребра и злата погибелию погибели погибаете вы, поклоняясь сребру и злату, как идолопоклонники идолам. У идолопоклонников было чрезмерное соревнование, кто первый принесет жертву идолам и поклонится им; то же бывает и у людей, которые соперничают из-за земного суетного тления и этим губят себя, говорим: погибают они из-за вскружения многопопечительностию тления, губят спасение свое с кружением вещным, соперничают в том, кто первый осуществит себя лживою лихвою в лихоимстве, стяжет различные лакомства, будет помещать и превращать сребро и злато в росте, поклоняться сребру и злату вместо идолов.

Глава 47. Об осквернении молитвы помыслами любостяжательными

Вы скажете: мы молитвы идолам не приносим, как же говоришь ты такое? Да, правду сказали вы, что Богу молитву приносите, но, вопрошу я вас: когда вы молитву устами вашими приносите — «Господи Иисусе Христе Сыне Божий, помилуй мя», — подвигаете язык на молитву, то мысль вашего сердца где бывает? Где гуляет, где кружится и о чем размышляет? Ибо ныне люди не таким образом молятся, чтобы молитва их была им во спасение, но таким образом, чтобы строить суетная и ложная. Входят в церковь, чтобы читать службу, но не прелагают слуха к тому, чтобы слушать службу со страхом и трепетом, читая божественные слова; образ лишь делают, т. е. принимают личину молящихся, воображают же различные образы и помыслом своим помышляют о суетных и лживых земных вещах: как бы обогатиться кому сребром и златом, какую бы постройку построить, как выстроить прекраснейший дом, чтобы он был длинный, широкий, высокий — трехэтажный, имел просторную вместительность, как сад развести с различными деревами плодовыми; в возникновении таких помыслов проходит служба церковная и оканчивается, но помыслы у человека не прекращаются, и он уходит из церкви, не заметив, как и служба прошла. Даже не сознает того, что вышел из церкви, т. е. что стоял в церкви, но выходит с таким впечатлением, как бы шел из театра, потому что он как в театре стоял во время богослужения, взирая на помыслы свои, суетные и ложные, и так стоял в стойке своей.

Мирянин, если хочет жить праведно, должен непрестанно в душе своей молиться и, когда сидит за делом, говорить: «Господи, Господи, не отврати Лица Твоего от мене и Духа Твоего Святаго не отыми от мене!» — «Господи, Иисусе Христе, помилуй мя грешника!» — «Пресвятая Богородица, спаси немощную душу мою!» — «Кресте Христов, спаси мя силою Твоею!» — «Вси святии, предстательствуйте о мне грешном!» С такими молитвами подобает аскетам делать свое рукоделье, и не только аскетам, но и всем монахам-христианам, дабы, работая руками, два дела рукодельничали – чувственное86 и мысленное, говорим: рукоделье телесное и душевное в правде и целомудрии. Правда же состоит вот в чем: да трудится каждый, монах ли, или всякий из рода христианского, возделывая дело рук своих, со справедливостию да берет и дает; да размышляет о себе самом, каков он есть и что он всех грешнейший, недостойнейший душою и телом. Тогда, если и повздорит с соседом своим, по действию диавольскому и оскорбят один другого, то почитающий себя недостойным, не возмутится от бесчестия и брани, но пребудет спокойным и несмущенным, как будто бы другого кого обесчестили, а не его. Сие дело есть праведность и справедливость для каждого монаха и мирянина. Чистота же целомудрия есть сие: каждый монах и христианин, когда сидит за делом рук своих, да не принимает никакого ядовитого помысла клеветы, которая есть орудие осуждения.

Глава 48. О тимпанах и ликах, вихрях осуждения и к чему это приводит

Как труба требует песни, т. е. мотива, так и многословие требует клеветы; как пение требует (аккомпанемента) гитары, так и злословие — лжи; как гитаре потребны тимпаны и лики, во струнах и органе, так злопамятство ищет злоумышления. Итак, когда эти пять вихрей мира, в союзе тимпанном, бьют в струны тимпана, т. е., когда деется осуждение и в союзе с ним начинают действовать и прочие страсти, выше поименованные, тогда увлекается мир гласом тимпана, оставляет простой народ дело занятия своего, чтобы развлечься на зрелище оком своим и насладиться слухом своим, т. е. музыкой осуждения. Оставляют дела службы своей, устремляются на звук дела тимпанного и там возделывают эти пять вихрей мира.

И наслаждаются слушанием и зрением того, как толкут ветер, а плода никакого не получают. Прекратился глас тимпана, глас органа делания бесплодия, которое лишь окончательный убыток нанесло87 занятию… Потолкали люди ветер,88 взалкали, а плода не получили никакого. Взалкав, вспомнили они о занятии своем, вернулись к делу долга своего, видят, что другие уже потрудились в занятиях своих, т. е. окончили, а они лишь приходят только начинать в час вечерний. Когда же89 открывать? Когда работать, чтобы продать дело работы своей? Говорим: состарившемуся человеку когда открывать занятие покаянное, чтобы возделывать путь покаяния, ибо в тимпане и лике прошли дни жизни его; наконец, алчба спасения потребовала покаяния, но когда ему каяться, чтобы живонапитаться покаянием?

О, старче, ты, который по неведению израсходовал дни жизни твоей на тимпаны, лики, пирования мира суетного и в этом застал тебя вечер, востань же ныне и покажи хотя вмале чрезвычайное покаяние Богу, ибо смерклось, и прежде, нежели вечер сделает отпуст, сделай ты дело покаяния твоего. Но сегодня не имеют склонности к слушанию трубы покаяния; почти все предались трубе погибели, тщеславному оклеветанию гитары многословия и, многословя, ликуют, как в тимпане и лике, во гласе радования, в кичении злопамятства, в ликовании празднословия, во струнах и органах осуждения…

Глава 49. «Се бо в беззакониях зачат есм и во гресе роди мя мати моя»

Да, родила мать младенца по чину и естеству женскому, но младенец не носился (во чреве) по чину и естеству младенческому.

Младенец, когда выйдет из ложесн матери своей и породится банею пакибытия в крещении во Имя Отца, и Сына, и Святаго Духа, отверзаются в нем по крещении очи духовные и видит он Трисолнечное Солнце Солнц.

Но сегодня не оберегают себя женщины, как то подобает для чревоносящих по чину и естеству женскому. Закон женский — ведать одного своего законного мужа, с которым повенчана, ведать также и дни соитий своих, т. е. когда закон дозволяет и когда не дозволяет; потому что законным венцом сочетаваются ради чадорождения, а не ради услаждения. Та, которая блюдет себя от лукавства, ту и Бог бережет вместе с младенцем ее; если же мать не будет блюсти себя от лукавства, как будет хранить Бог ее и младенца ее?

Но сегодня много мужей и жен не берегут себя от лукавнования своего,90 не хранят праздников, ни Владычних, ни Богородичных, ни воскресений, ни иных каких-либо праздников, но одно только делают дело чадорождения своего безо всякого страха Божия и разбора. Чадорождают, но как чадорождают? Чадорождают младенцев с зачатием лукавым, т. е. в сладострастии. Скажете: что такое лукавнование? Лукавнование есть сие: если младенец рождается, когда мать его чиста была от плотской страсти, то становится и младенец семенем чистым.

После теперешних людей, у потомков их младенцы заговорят сразу по выходе из ложесн матери, молвить будут91 с бабкой, скажут ей: «Осел, жар, понимаю». Говорим: осел — хочет сказать отец или, как ныне говорят: Гайдар. Жар — хочет сказать: занятие (матери). Понимаю — хочет сказать: «Понял лукавство родителей моих, т. е. подобно безсловесному животному, ослу, жарко зачат я был в распутстве родителей моих, блудивших и прелюбодействовавших друг с другом; я понял лукавство мира, быв во чреве матери моей, подобен я порождению ослиному. Сие животное не ведает греха, ведает только содеяние плотское и то не всегда: человек же не только ведает грех плотской, но и возделывает оный, также всякие грехи и беззакония мира. Свою жизнь проводит в поведении собачьего распутства, не ведает ни дня, ни часа, но утром, вечером, в полдень, и в полночь «совокупляются люди, как псы; так родился я, жарко зачавшись, как осел, и понял лукавое распутство родителей моих…»

Это и означают слова: «Осел, жарко и понимаю».

Ей, понял, но кого понял? Не иного кого, но лукавство родителей своих в зачатии.

Спрашиваю я вас: когда засеют поле семенем, смешанным с семенем терновым, и поле будет посреди места тернистого, то что произойдет от семени, когда оно прозябнет в земле? Можно ли тогда будет отделить семя тернистое от семени благого? Не иначе разделить можно бы было, как если бы это сделать прежде, нежели посеется: раньше отобрать, а потом посеять; если так отобрано будет семя, а потом посеяно, тогда будет рожь хорошая, не лукавая, но если рожь для посева не будет отобрана, тогда сделается всезлейшею и вселукавою. И не только отборным должно быть семя мужа, но отборным должно быть и поле, или жена. Терновое же семя, которое следует тщательно отбирать от семени хлебного, есть помыслы (сладострастные). Если засеется семя мужа с помыслом благим, то и младенец благим родится; если же засеян будет с прелюбодейством и блудом, то, с каким зачатием зачался, с тем и родится; чадородят его, но не порадуются о нем, ибо покинет родителей чадо их, убежит на чужбину и не пребудет с ними, потому что лукавство соединялось с ним при зачатии его родителями, и ради сего не порадуются ни родители о чаде своем, ни чадо о родителях своих. Если мать совратится с пути (законного) в иной, — тогда отстраняется Бог, т. е. оскорбляется благодать таинства Брака, младенец сугубо истощается, почему и не возможет увидеть мать младенца своего (благополучным), ни младенец (порадоваться) о матери своей. Младенец разлагается душевно еще во утробе матери своей, вследствие того, что была она нечистой и сносилась противозаконно, уже имея во чреве своем.

Лукавнование же родителей состоит в том, что лукавые говорят: это венец мой, для того я и повенчался, чтобы исполнить вожделение мое. Да, это есть венец твой, почему и не имеет по закону права на него никто другой, но вы рождаете не по закону, не с чистым расположением. По закону вы венчаетесь, но с противозаконием чадорождаете. Раз вы чадорождаете с противозаконием, то от этого противозаконного зачатия что станет потом с младенцем, который есть сеяние беззакония и добыча распутства? Никакой нет пользы младенцу от такого вашего чадорождения; по вашему лукавству отверзаются у него очи на лукавство еще во чреве матери. Чистота помрачает зрение лукавства, отверзая зрение благодати; в отношении к земному чистота души делает людей непонимающими и, наоборот, просвещенными по отношению к невещественному; лукавство же наоборот: делает людей по отношению к земному — просвещенными, а по отношению к невещественному — помраченными. Поэтому, когда выходит из чрева лукавое семя, которое родилось и вскормилось с лукавством, то оно окажется с воровством, с лжесловием, неправдами, распутством, мужеложством, прелюбодеянием и другими различными грехами. Если скажешь: почему же оно будет таким, когда вскормится? Потому, что пропал в нем страх Божий. Когда же пропал в нем страх Божий? Т. е. разве не получил он даров Духа Святаго при крещении, а с ними и страха Божия? Да, он крестился, нашла на него благодать Всесвятаго Духа вместе со страхом Божиим и вселилась в нем, но родители не наставляли его на путь спасения; он делал, что хотел и как хотел; ради сего возросло в нем расположение злое, и стал он чадом злым, так как погубили его родители своим распутством. Стало это чадо родителям своим не покоряться, Бога не бояться, потому что пропал в нем страх Божий и поселилось непокорство, прекословие и бесстрашие. Отчего и по какой причине стал он таким? По той причине, что родители не соблюли дня его зачатия, а когда родился, не остерегали его, чтобы он не творил злых своих похотений.

Рождают с преступлением, а посему и не порадуются о чаде своем, рожденном с преступлением.

Глава 50. Еще о чадородстве мирян

Да, прожорствуют92 чадородцы, т. е. миряне, однако, по сравнению с монахами, некоторое имеют извинение, ибо суть в супружестве: но и чадородцам подобает соблюдать себя от обжорства, если хотят, чтобы дети их стали мужами добродетельными и крепкими. Надлежит блюсти воздержание; когда младенец засеменится и зачнется,

тогда подобает, чтобы соблюдали себя и не смешивались больше муж с женой; ибо от этого происходит обоюдный вред: во-первых, потому что изнуряется мать, а во-вторых, потому что повреждается младенец; вред младенцу в том, что истощается сила младенца; сила же его — есть премудрость его. Поэтому у еллинов, когда младенец зачинался, отец с материю соблюдали себя, чтобы больше не соединяться, воздерживались также от прожорственных и многообразных яств, чтобы не усиливалась в них сила плотская, чтобы мужу не впасть с женой в сношение, не осквернить этим младенца и тем не обессилить его. И у всякого, кто воздерживался от прожорства и плотского сладострастия, дети бывали мудрые. Все ученые мудрецы произошли от таких родителей. Но оставим мудрость еллинов и обратимся к бессловесным скотам. У бессловесных животных, когда, по соединении самки с самцом, почувствует она, что восприняла семя, то потом больше самца не принимает, чтобы не испортить в рождаемом природы.

Если у людей мать не убережется от телесного совокупления, имея во чреве, то весьма повреждается сим младенец, так как питается кровию матери своей; если эта кровь матери осквернится семенем мужа и станет ею питаться младенец, то и молоко матери будет оскверненным через невоздержание; тогда что станет с младенцем, который вскормился с нечистотою? Сей младенец будет впоследствии или прокаженным, или паршивым, или худосочным, или с каким иным недостатком; невозможно, чтобы не был он чем-либо заклеймен; жизнь его будет лукава, запятнана ложью, воровством или иным чем подобным; ибо зачат он был с распутством, вскормлен кровию оскверненною и молоком распутства. Итак, подобает, чтобы мать чиста была от всякия скверны, дабы и младенец чист был от всякого осквернения. Если она будет хранить себя от обжорства и плотского соединения, то и младенца своего охранит чистым, младенец ее будет всегда кротким, навсегда останется при родителях своих, т. е. хотя и не телом, но будет любить их. Если же родители не будут блюсти себя от этих двух вин, то узрят и младенца своего диким, преслушным, всегда смущающим родителей своих (или прогневляющим).

Мнят таковые родители, что родили чадо ради промышления о них в старости, но, так как вскормился он в нечистоте их, то и не имеет потому страха Божия в себе, а причиняет родителям своим только печали.

Глава 51. Мир погибает от блуда, прелюбодеяния и разврата, а монашество — от многопопечения, многозаботливости и многостяжания

Подобно тому, как приходящий из мира в монашескую жизнь должен отлепиться от вещества мира, так и младенец должен отлепиться от утробы матери своей, выйти из ложесн и соединиться с миром, т. е. вступить в жизнь.

Да, соединяется младенец с беззаконием мира, но почему? Соединяется младенец с погибелью мира потому, что и родители его погружены в погибель погибели; отсюда и младенец ведает всегда только о земных, а о небесных забывает, к погибели делается чутким, а ко спасению бесчувственным; боится так подвига спасения своего, как будто за это мучим будет в погибели, самой же погибели не боится, но наиболее печется о ней, как бы ею надеясь спастись. Так и в монашеской жизни ныне бывает.

Монашество и мир есть супружество. Если муж ведет целомудреннейшую жизнь, то благообразит ею и жену, т. е. делает и ее нравственною. Говорим: если монахи живут с чистым расположением, то и мир благообразится, т. е. делается нравственнее.

Чистое расположение монаха состоит в том, дабы совершенно отречься от жизни мирской, кружительной; кружения же жизни мирской суть: многопопечения, многозаботливость и сокровиществование.

Действие сих трех последних на мир таково, что из-за них помрачает себя мир и не видит благодати Божией. Так точно помрачается этими тремя и монашеская жизнь.

Но какие суть те три другие, которыми наипаче лишается мир света благодати Божией? Они суть: блуд, прелюбодеяние и распутство. Ибо, если блудит отец, то блудить будет и чадо; если прелюбодействует отец, будет прелюбодействовать и чадо; если распутствует отец, распутствовать будет и чадо…

Итак, если монашеская жизнь утратила спасение свое, то не тем ли паче утратил мир целомудрие, и нечистыми сделались миряне? Монах, как мы выше сказали, есть муж, он потерял силу свою, тем более жена — мир — удержит ли силу свою?

Мир есть женщина в сравнении с монашеством… Если муж бессилен, то жена еще бессильнее; не тем ли паче бессильным будет и семя их? Т. е. последующие поколения христиан и монахов.

Как зачинаться будут, таковы будут и младенцы? Младенцы будут бессильны подобно отцу и матери своей, т.е. новые поколения монахов. Ибо отец растратил силу свою в много-попечении и сокровиществовании, а жена, которая по естеству бессильна, паче того обессилела от трех дел мира: говорим — блуда, прелюбодеяния и разврата. Эти и обессиливают жену, т. е. мир.

Глава 52. Дивное домостроительство Божие о спасении человека. Воплощение, омовение первородного греха крещением, искупление Адама распятием. Дарование людям второго крещения покаянием

Человек становится преступником и нечистым от зачатия своего, т. е. получает зародыши нечистоты. Ради этого сошел с неба Бог и даровал божественное крещение, чтобы очищать человека от прародительской нечистоты и ради сего Сам Сын Человеческий крестился. Но зачем крестился и почему, раз Он не был зачат в беззаконии, но воплотился от Духа Свята? Великого Совета Ангел сделался совершенным человеком и был совершенный Бог, крестился крещением, очистив тем нечистоту беззаконного зачатия и преступного рождения.

Но не вместе с крещением очищения явил крещение покаяния, но, во-первых, явил крещение очищения, а потом -крещение покаяния. Крещение очищения производится без горечи, но с благодушием, с возрадованием, а крещение покаяния — со слезами и со скорбями.

Беззаконное же зачатие и по крещении продолжает действовать, т. е. влиять на помысл человека, как змий на Еву, т. е., хотя чиста была тогда Ева, однако приступил к ней змий с искушением. Так и по крещении — обычный грех, изведанный душою, приступает к душе и по освобождении ее от него через таинственное крещальное действие Духа Святаго. Душа, хотя и освободилась в крещении, но легко принимает снова совет змиев и снова впускает духа нечистого в дом свой, выметенный и пустой. Конечно, душа, зачатая от праведных родителей и меньше знакомая со грехом от зачатия своего, будет и по крещении тверже сопротивляться советам змиевым и сильнее ненавидеть их.

И вот воздействует помысл, т. е. мысленное греховное вожделение, на плоть, оскверняя крещение подобно тому, как подействовал змий чрез Еву на Адама, и осквернились оба чрез преступление.

Авель же зачат был после Каина и омыт был благословенный горчайшими оправданиями, т. е. слезами покаяния Адама и Евы.

Итак, весь род человеческий стал зачинаться во грехе и рождаться в беззаконии, но Ева с Адамом не были зачаты с беззаконием, но осквернили себя нечистотою преступления и были изгнаны за сие преступление. Итак, кому возможно было очистить их от преступления?

Адам, по преступлении своем, сидя напротив рая, на той проклятой земле, горько плакал и показал великое покаяние: день и ночь, взирая на преступление свое, он говорил, стеня и рыдая: «Горе мне, несчастному! Что это я сделал? Ох, как изгнался я из рая?! От какого сладчайшего Создателя всяческих я отогнан!.. Увы мне, лишенному тех благ райских, которых око не видало, ухо не слыхало и язык не изрекал о таковых!.. Я же как лишился их? Как я изгнался? Никто другой не изгнал меня, сам я соделал преступление мое…» Так сознавал Адам преступление свое и горько плакал, но что была за польза? Кто мог теперь освободить его из ада? Никто не мог освободить его из той проклятой бездны преступления, только единый Бог, Создатель, Царь создания, Который и воплотился ради сего от Духа Свята; Великого Совета Ангел, Чуден Советник, в вертепе родивыйся, снисшел с небес. Но кто Его низвел? Низвело Его покаяние и плач Адама. Слезы Адама притянули Его, как магнит железо. Сошел, воплотился, стал совершенный человек, пребыл же и совершенный Бог, очистивший нечистоту зачатия человеческого. Очистил, но как очистил? Очистил ее Духом Святым и огнем.

Но для очищения Адама требовалась прискорбнейшая горечь, т. е. страдания. И совершил Господь сие, устремившись в баню страстей — и пострадал; как говорится: «И страдавша, и погребенна». Вкусил смерть, как совершенный человек, каким был, скончавши тем все присущее человечеству. Как совершенный же Бог, крестившись крещением очищения, очистил естество человеческое от беззаконий зачатия, а потом явил крещение покаяния — словом и делом.

Явил словом, когда сказал: «Можете ли пить чашу, которую Я пию и крещением, которым Я крещаюся, креститься?» (Мк.10:38). Делом же было то, когда Он претерпел скорби, долготерпел в страстях, смирился до смерти с долготерпением Своим — заушился, был бичеван, поруган, от раба в ланиту ударен спасения нашего ради, венец из терния приял, переносил злострадания и муки человеческие с долготерпением, так как был совершенный человек, всякое действие человеческое совершал, т. е. ходил, ел, спал, как совершенный человек, кроме только греха, так как был Он Един совершенно безгрешный. Сие подобно тому, как если бы был какой человек злого расположения, соделывающий дело злое, и был бы другой — доброго расположения. Добрый видит злого, делающего противозаконие и погибель души своей, печалится, сетует, стенает о погибели брата и посылает ему письма об исправлении. Но злой получает то письмо, бросает его под ступни ног своих, даже узнать не желает, что говорится в письме. И слышит доброжелательный человек, что злой не покоряется его совету, который он ему написал ко исправлению его, — посылает он людей верных, чтобы они убедили его ко исправлению. Пошли те благословенные люди, стали злому советовать исправиться; он же, услыхав советы посланных, убеждавших его исправиться, разгневался, содеял им зло, одних бил, других посадил в темницу, иных казнил, иных убил. Когда доброжелательный человек услыхал, что злой убил тех, которые были посланы к нему, то опечалился, скорбя о погибели человека.

Можно ли ему что сделать, чтобы исправить человека? Да, можно, но что можно? Можно было бы употребить наказание во отмщение. Но отмщение уже деялось, ибо человек отмщения ради погибал, как говорится: «Бог отмщений Господь, Бог отмщений, не обинулся есть». Ей, отмщал Бог человеку, но человек из-за отмщения Божия погибал.

Глава 53. Посольство Моисея

И Бог, как тот доброжелатель, ведая греховность человека, послал людям чрез Моисея скрижали с десятью заповедями, а так как Моисей был косноязычный, то имел при себе брата, Аарона, чтобы тот излагал народу заповеди, написанные на скрижалях, и передавал их в чувство человека… И меня Бог послал, как скрижали, к тебе, который косноязычен…93 И вот увидел Бог, что глаголов скрижалей не слушают, что люди сделались бесчувственны ко исправлению своему и творят злые дела подобно тому, как и ныне люди стали бесчувственны ко глаголам спасения.

Так как люди сделались непокорны к повелениям Божиим, данным чрез Моисея, то вслед за ним послал Бог пророков, чтобы прорекли они, что имеет быть, и истолковывали бы скрижали, которые изрек Бог Моисею.

Увидели неблагодарные иудеи, как объясняют пророки скрижали и что предсказывают, разгневались против пророков, иных побили, других затворили, а иных убили. Тогда Бог, увидав непокорство людей, послал Сына Своего Единородного, чтобы Он истолковал им скрижали Моисея.

Глава 54. О посольстве Ионы, бывшего прообразом не только погребения тридневного, но и воплощения

Итак, послал Бог Сына Своего, но как послал? Если бы Он послал Его просто и как придется, то кто поверил бы Ему, что Он есть Сын Божий? Ей, верим мы Ему, но почему верим? Мы верим потому, что родился Он чудесно, как прообразовал Его пророк Иона.

Когда послал Бог Иону в Ниневию проповедовать, то сначала ожесточил сердце его, а потом повелел идти. Иона бежал в другое место, но укрыться от Бога не мог, потом пошел в Ниневию. И так первое его бегство было промыслительно попущено Богом, чтобы ему прийти в Ниневию чудесно, во чреве кита. Ибо, если бы он пришел просто и как придется, то не стали бы ему верить. Ради этого вошел он предварительно в чрево рыбы, во образ Сына Божия, вошедшего волею во чрево человеческое; через три дня Иона вышел из рыбы на берег Ниневии и стал проповедовать. Ниневитяне поверили, так как увидели, что Иона невредимо вышел из рыбы. Подобно этому, Сын, Слово Божие, вышел из утробы Девы Марии, и никакая человеческая скверна не коснулась Богородицы. Подобно тому, как Иона оставался во чреве рыбы и по трех днях невредимо вышел, так и Всесвятая Дева родила неиску-сомужно Сына Своего, Младенец не поболел, а Дева Богородица не искусилась в девстве Ее, но и по рождестве, как и до рождества, пребыла Она нетленной; посему говорится: «До рождества Дева, в рождестве Дева и по рождестве Дева…»

Глава 55. Посольство Крестителя

Бог предсказал о пророчестве верных пророков Своих, говоря: «Глас вопиющего в пустыни, уготовайте путь Господень» (Ис.40:3). Кто же есть сей глас в пустыни? Глас есть Иоанн Креститель, вопль есть — покаяние, а пустыня — проповедь покаяния, ибо тот, кто привлекается проповедью покаяния, делает себя пустым от всех благ земных. Сего ради и сказано, что проповедал Иоанн в пустыне иудейской. Еще смысл имеет пустыня — преступление заповедей, Иудея же — непокорство человеческое, ибо люди не покоряются заповедям Божиим, как иудеи. Проповедовал Иоанн глаголы скрижалей, которые рек Моисею Бог: чти отца твоего и матерь твою; не прелюбы сотвори; не кради; не убий; не лжесвидетельствуй против ближнего твоего; не пожелай жены ближнего твоего: ни села его, ни раба его. Сии и другие подобные глаголы гласили скрижали Моисея. Предтеча же в своей проповеди толковал глаголы скрижалей в призыве к покаянию.

Посему говорится: в пустыне вопиет Предтеча. Да, вопиет, но что вопиет? Вопиет и говорит: «Покайтеся, приблизилось бо Царствие Небесное» (Мк.1:15). Что же означают сии слова? Приблизилось Царство Небесное есть сие. Господь Бог, видя непокорство человека, совет сотворил послать возлюбленного Своего Сына — не постыдятся ли Его, не покорятся ли Единородному Его Сыну?

Глава 56. Как исполнять в монашестве заповедь о почитании отца и матери

Заповедь говорит: «Чти отца твоего и матерь твою». Это означает сие: Отец для человека есть Сын Божий, Матерь же есть Святая Дева Мария, из Которой Он воплотился и вочеловечился, чтобы ты всю любовь твою и все почитание твое всецело имел к Сыну Божию и пламенною любовию любил бы Матерь, Всесвятую Владычицу нашу Богородицу и Приснодеву Марию.

Если же любишь и чтишь Всесвятую Богородицу вместе с Сыном Ее, то чтишь и любишь также мать и отца твоего по плоти; ради сего и изрек Бог эти глаголы в скрижали Моисея: «Чти отца твоего и матерь твою» и «Люби ближнего твоего, как себя». Если же ты не чтишь отца твоего и матерь твою, которых видишь каждый день перед собою, то как возможешь любить Сына Божия и Матерь Его, Которых не видишь? И как говоришь, что любишь Бога, если ненавидишь отца своего и матерь свою; если ты говоришь, что любишь Бога, то лжешь пред Богом94.

Отец же есть старец твой, а мать — духовник твой. Итак, если не любишь старца твоего и духовника твоего, если ты еще и преслушлив к старцу твоему и духовнику, не имеешь их в почете, противоречишь тому, что они тебе говорят, а при всем том говоришь, что любишь Бога, то ты лжец пред Богом. Тогда только не подобает слушаться старца своего, когда он блудник, еретик или ведет тебя на путь погибели и к догматам еретическим. Подобно же и духовника твоего, тогда только да не слушаешь, если он блудник или еретик. Если же они не таковы, а ты не хочешь любить их и слушаться их, и говоришь, что любишь Бога, то лжешь пред Богом. И опять, если и любишь старца своего, но не делаешь то, что он повелевает тебе по Бозе, а говоришь, что соблюдаешь заповеди Божий, то лжешь пред Богом.

Потому-то не сказал Бог в глаголах, которые дал Моисею на скрижалях: «Меня любите» или «Покоряйтесь тому, что говорю вам», но сказал: «Чти отца твоего и матерь твою». Это значит, если родителей не будете чтить, то не будете покоряться Мне и глаголам Моим, которые Я изрек на скрижалях, дабы чтили и любили Сына Моего с Материю Его.

Глава 57. Так возлюбил Бог мир, что Сына Своего дал. Кто званые

Если положил Бог совет послать Единородного Своего Сына, то кто в силах был возбранить Ему, т. е. какие грехи, злодейства и неблагодарность людей могли остановить этот совет Божиего человеколюбия?

Положил и Авраам совет, т. е. решился принести сына своего в жертву Богу, так как имел чрезвычайную любовь к Нему. Но совершил ли он совет свой? Нет, не совершил, потому что ему помешали, не люди помешали ему, но воспрепятствовала тому безграничная милость Божия и любовь благостыни Его.

Какой человек возможет возлюбить Бога больше того, нежели сколько Бог любит человека? Да, человек любит Бога, но почему же не принес он в жертву сына своего? Очевидно, потому, что не имел такой любви к Богу, какую Бог имеет к человеку.

Любит человек Бога, но с двойственностью; Бог же никакой двойственности в любви Своей к человеку не имеет. По чрезвычайной Своей любви к человеку принес Бог в жертву Единородного Сына Своего. Положил человек совет принести в жертву сына своего, но был остановлен, воспрепятствовал ему в том Бог. Но Богу кто был бы в силах воспрепятствовать? Сделал совет и сотворил дело. Совет же Его был: да принесу в жертву Сына Моего и созову званых Моих, дабы возвеселились в Царстве Моем.

Званые суть грешники, кающиеся. Поэтому, кто кается во грехах, тот возрадуется во Царствии Божием.

Глава 58. Что значит: «Приблизилось Царство Небесное» и «Уготовьте путь»?

Как только грешник обратится к покаянию, сейчас же оказывается близ Царства Небесного; посему и говорит в проповеди Предтеча: «Покайтеся, ибо приблизилось Царство Небесное». Или говорится: «В пустыне вопиет Предтеча Христов: уготовьте пути и стези Бога нашего прямы сотворите» и т. д. Что значит: уготовьте путь?

Это значит сие: когда царь захочет пойти в какое малое и низшее село, то посылает вперед чиновных своих, чтобы уготовали путь, то есть подмели бы. Говорим: чтобы покаялись, обратились, очистились, сиречь, исповедались и просветились. Спрашиваю я вас: если место плохое, то можно ли ввести царя в него?

Ради того и послал Он сановника Своего, говорим: Предтечу, — дабы уготовал он путь Господень. Итак, село есть человек; презренное есть преступление. Посему и уподобляю я его селу тому.

Итак, если то село осквернено псилафизмами, загрязнено злым расположением, неочищенно от злосмрадностей, тогда как возможно царю прийти в то место?

Итак, Бог, увидав такое осквернение, положил в предвечном совете освятить естество человека и сего ради послал Предтечу, чтобы он приуготовал путь Господень; потом Сам пришел Бог и исполнил совет Свой о спасении людей.

Глава 59. О трех предначертаниях предвечного совета

Но как исполнил Бог совет Свой, чтобы прийти и освятить естество человеческое? Ей, пришел, стал человеком, снова освятил человека человеческим естеством Своим, т. е. освятил воды во Иордане, потом искупил грех крестными страданиями человечества Своего, дав Плоть Свою и Кровь Ж Свою в снедь людям. Почему не сделался Он человеком с обыкновенным зачатием человеческим, но зачался Мариею Девою со словом Божиим (архангела)?.. Очевидно, потому что должен был воплотиться Великого Совета Ангел, Чуден Советник, посему и Совет Предвечный был о вочеловечении Его. Поэтому Сын Божий воплотился, не с семенем человеческим зачавшись. Но Он стал совершенный человек, показал Свое человеческое естество тем, что был обрезан нашего ради спасения, вскормлен, послушен даже до смерти и смерти крестной. Положил Бог в Совете, чтобы Он воплотился, и вот Он воплотился и с промыслительным воплощением исполнил Совет.

Бог, увидев, что исполнился совет Его о промыслительном воплощении, исполнил и второе Свое предначертание. Оно заключалось в том, чтобы освятилась рождаемая плоть человеческая, ибо осквернился человек от зачатия; поэтому и был второй Совет Божий, чтобы освятить человека. Но как освятить? Так, чтобы и святым сделать. Освятить — это то, что говорит Предтеча: «Я крещаю вас водою» (Мф.3:11), а делать святым есть следующее: «Грядет Крепкий, мене вслед, Ему же несм достоин отрешити ремень сапогу Его. Сей крестит вы Духом Святым и огнем» (Мф.3:11). Это и значит сделать святым. Так содеялся и второй совет о оправдании крещением, как о том сказал Иисус Иоанну: «Остави ныне, тако бо подобает нам исполнити всякую правду» (Мф.3:15). Когда Великого Совета Ангел промыслительно воплотился, то исполнил первый совет Божий, второй совет был тот, чтобы Дух Святый сошел в виде голубином и пришел к Нему вместе с гласом: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Нем же благоволих» (Мф.3:17).95

Совершив второй совет, Бог приступил к окончанию и третьего совета. Третий же совет был тот, чтобы ради любви, которую имеет Бог к человеку, пострадать Христу. Скажете, зачем Сыну Божию должно было пострадать?

Когда преступил Адам заповедь Божию и изгнан был из рая, то восплакался горько, взирая на блага рая; но не помогали ему те плачи, как не помогают и тем людям, которые в аду. Звала их Церковь к покаянию, но они пребывали во грехе; наконец, отдали общий долг, отверзли очи свои в аду, мучатся там, каются, жалостно плачут, но пользы от того никакой не имеют, как говорится: «В аду нет покаяния»… Так было и с Адамом, когда он плакал безутешно, взирая на те блага райские, и каялся.

Принес Адам пред Бога покаяние недомыслимое, печалился Бог об Адаме, видя такое его покаяние, но как было можно освободить Адама, когда преступление его стало стеной медяной между ним и Богом? Вот, сего ради и сошел Бог, воплотился и пострадал то, что пострадал в тех Святых Страстях Своих. Прежде же того явил крещение правды,96 а потом показал долготерпение Свое в страстях.

Глава 60. О том, как делом показал Господь крещение покаяния

Таким же образом явил нам делом Господь и крещение покаяния.

Одним водным крещением Адам не освящался, но требовал еще горького трения, чтобы отпал от него грех. Ради сего потом и отверзся Царский Источник, т. е. Ребро Господне и ток Крови Его, чтобы омылось преступление Адама, чтобы тридневною смертию освободился бы Адам из того плена греховного, в который за противозаконие впал даже до глубины ада. Тернием же горчичным, целительным для Адама, были страсти Господа нашего Иисуса Христа, долготерпение Его, уничижение, которым Он был уничижен, претерпел изгнание, предательство, заушение, бичевание и прочее; все эти терзания были и суть целительная горчица, которою подобает целиться людям. Поскольку тереть будет себя человек горчицей этой, постольку будет освящаться душою и телом, так же, как и Адам, согрешивший и покаявшийся, ради покаяния его просвещенный теми страстями Господа нашего Иисуса Христа и очищенный от беззакония.

Итак, чтобы скончать совет Божий и омыть преступление Адама, отверзся этот источник Царский для омовения преступления. Как же отверзся тот недосязаемый источник и потек? Не ино отверзся сей источник, но с искупительными страданиями Самого Господа, со стенаниями, со скорбью, с печалью о погибели человека; весьма прискорбен был Христос о грехах человека: «Прискорбна есть душа Моя до смерти».

Поэтому и человеку подобает быть прискорбным о пагубе своей, которая ему приключается, т. е. весьма болезновать должен человек о грехах, случившихся с ним, с великим сожалением о них каяться, а не холодно и легкомысленно. Да, каждый подвержен греху и яко человек погибает, т. е. впадает в грехи человеческие, но не должно быть беспечным 6 погибели своей, но следует озаботиться о том, чтобы иметь и сокровиществовать печаль в сердце своем, всю жизнь быть прискорбным до смерти, как говорил Господь: «Прискорбна есть душа моя до смерти» (Мф.26:38).

Глава 61. О том, как отверзся Царский Источник из ребра Спасова

Итак, чтобы скончался спасительный совет Бога, восстали против Него столькие искушения; Он искушен был святыми страстьми. По заушении, оплевании, бичевании, поругании, оклеветании вознесли его на страсть на возвышенном месте, на позор человекам, пригвоздили, как злодея, посреди двух разбойников, из которых был один хульник, а другой поминается.97 Вознесли Его на высоком месте; на крест, чтобы опозорить Пречистое Тело Его, но этим мучители опозорили самих себя и до днесь. Вознесли Его на высоком месте, сие было делом промыслительным, ибо, если у кого есть сад, то где роется систерна, чтобы могла она напаять сад? Конечно, на месте высоком, т. е. выше уровня сада лежащем, ибо, если она будет на низменном, сад не может напаяться и дерева плодовые останутся безплодными. Поэтому и скончал Он совет Свой на месте высоком, отверз тот пресветлый источник,98 напоил и напаяет сад до сего дня и, поскольку упаяются им древа плодоносные, постольку дерева и плоды приносят, так что одно приносит плод десятерицею, а другое остается бесплодным…

Глава 62. Почему кровь Господня одних искупила и взошли они в рай, а другие и по воскресении Господнем остались в аду

Когда совершился тот третий совет Божий — распяться Ему и волею излить Пречистую Кровь Свою, как говорится: един от воин копием ребра Его прободе и абие изыде Кровь и вода (Ин.19:34); когда распростерся Чуден Советник на Кресте, отверзся пресветлый источник, потекла та сладчайшая Кровь, то Христос сошел во ад. Сошел, но как сошел? Когда приял Иисус оцет, сказал: совершишася (Ин.19:30), и предал дух. Куда предал его?99 Одесную Отца, как говорится: «Седяща одесную Отца, и паки грядущаго со славою судити живых и мертвых». Да воссиял одесную Отца, но не тотчас воссиял, но когда вывел праотца Адама и прочих праотцев, потом лишь вознесся Пречистым Телом Своим и воссел одесную Отца.

Вывел праотцев из темницы адской, но как вывел? Вывел их следующим образом. Когда стал сходить Иисус Христос во ад, чтобы освободить праотцев, то не отворяли Ему врат ада, ибо только при входе во ад грешника открываются врата просто и без задержки.

Так как Господь наш Иисус Христос был безгрешен, то и не открывали100 Ему врат адских. Там был святый Предтеча и говорил: «Грядет Освободитель наш, чтобы нас освободить». И ожидали веровавшие события слов, которые говорил Честной Предтеча, взыскивая, наследуя и испытывая, когда же придет Христос, чтобы их освободить.

Посему говорится: «Врата адовы сокрушил еси Господи» — Октоих, глас 4, воскресная стихира. Да, сокрушил Он врата адовы, но как сокрушил их? Сокрушил их с правдою. Не всех держимых там Он вывел, но только веровавших и чаявших Его. Наступил Христос пречистой стопой Своей на врата, тотчас сокрушились они, вошел Иисус Христос во ад, пошел туда, где были собраны праведные праотцы, поучал их о божестве Своем, как воплотился Он для того, чтобы освободить человека, и исполнилось то, о чем поучал Предтеча. Те, которые уверовали, освободились из ада.

Глава 63. Кто будут «благословеннии Отца Моего» и кто будут «проклятии»

Сова: «Приидите благословеннии Отца Моего» будут сказаны для тех, которые уверовали, что Господь наш Иисус Христос есть Единородный Сын и Слово Божие. Подобает не только веровать, но и соблюдать нерушимо заповеди Божий. Ибо, если заповеди не соблюдаются, то вера без дел не пользует нисколько: «Идите от Мене проклятии», — будет сказано немилосердным, неправедным, злодеям и прочим грешникам. Таковым Судия Праведный скажет: «Идите от Мене проклятии», о вас, в беззакониях зачатых и в нечистоте греха рожденных, Я, воплотившись и став совершенным человеком, много промышлял, много потрудился, чтобы очистить вас от той проказы зачатия, дал вам заповеди, а, если по немощи вашей осквернитесь и победитесь грехам, яко человеки, — дал вам для очищения от этого слезы покаяния, но вы не только не каялись в том, что осквернили благодать Божественного крещения, Мною вам данного, но осквернили еще и крещение покаяния, сделались еще худшими, чем прежде, презрели заповеди, которые Я изглаголал вам для спасения вашего. Сколь вы неблагодарны: Я терпел вам семьдесят крат седмерицею; хотя и видел неблагодарность вашу, долготерпел вам до сна смертного, ожидая вашего покаяния, но вы, получив покаяние, осквернили его грехами. Посему идите от Мене, проклятии, во огнь вечный для мучения в вечном огне.

Глава 64. Что значит: древо, насажденное при исходищах вод? О происхождении Креста. О покаянии Лота, как прообразе монашеского покаяния

Было насаждено древо, прозябло в раю, отросло и принесло прекрасные плоды.101 Животворящий Крест Христов на Голгофе не дал чувственных плодов, но духовный плод дал прекраснейший. И отдает сие древо спасающимся весь Плод свой, т. е. всего Господа, древо не обеспложивается и благодать плода не истлевает. Посему человек, когда впадет в грех, то спешит к покаянной исповеди; покаяние исповедное простирает к нему руку, как Авраам Лоту,102 дает кающемуся обгоревшие палки для насаждения на месте безводном и слезного поливания — жизнь монашескую; принимает ее человек — и она поставляет его на делание спасения; монашескою жизнию возделывает он спасение свое, слезами омываясь, как возделывал и Лот покаяние свое за содеянное в опьянении, ради чего и напаял, согласно канону своему, то древо, нося издалека воду для поливки и поливая себя слезами. Так подобает и человеку возделывать дело спасения своего (т. е. в монашестве), чтобы соделалось спасение его и осияла его жизнь монашеская преосиянием делания спасительного. Ей, возделывали и осиявали монашескую жизнь прежние отцы, но сегодня, вместо того, чтобы возделывать свое спасение, нерадят о нем, омрачают себя жизнию мира сего; вместо того, чтобы работать в жизни монашеской, закруживают себя сокровиществованием веществ мира сего, вдаваясь в житейские заботы и попечения. Пекутся, заботятся, сокровиществуют, но разоряются в спасении своем (досл.: нищими делаются). И так пропал путь спасения (т.е. извратилась жизнь монашеская).

Глава 65. Христос воскрес — воистину воскрес!

Распяли иудеи Царя своего и Благодетеля, хулили и хулят Его до сего дня, говорят, что ученики украли Его. Но как могли украсть Его ученики, когда Он был окружен столькими воинами? При такой охране гроба, при стольких воинах, вооруженных и охранявших Его, как возможно было ученикам отлепить синдон от Пречистого Тела Его? И еще: какая была им нужда отлеплять синдон от Тела? Спрашиваю, теряет ли вор даром время во время воровства? Если бы тело Христа было похищено, то похититель немедленно и убежал бы; какая была бы ему еще нужда сидеть и тратить попусту время? Ученики Христа, если бы на самом деле украли тело Господа, то что за нужда была бы им стоять там, отклеивать синдон от Тела и производить такой шум? Самое это обстоятельство свидетельствует о том, что воистину Господь наш Иисус Христос воскрес, а не украли Его; почему в знамение истинности воскресения оставил Он синдон Свой и сударь. Удивились весьма воины, увидев сие знамение воскресения и возвестили все иудеям. Иудеи же, услыхав, что Господь наш Иисус Христос воскрес, смутились весьма и сказали воинам: «Возьмите дары и скажите, что пришли ученики и украли Его, когда мы спали». Итак, прияв дары и прочее, воины стали разглашать в городе, что ученики украли Его «нам спящим» (Мф.28:11-15).

Некоторый человек, услыхав, что воины разглашают, будто Тело Иисуса Христа украдено, вопросил воинов и сказал: «Где же вы были, когда украли тело Иисуса Христа?» Говорят воины ему: «Мы спали, те пришли и похитили Его». Говорит человек: «Сколько было вас стражей?» Говорят ему: «Двадцать пять». Говорит человек: «Двадцать пять стерегло?» Говорят ему: «Двадцать пять». Говорит человек: «Пусть двадцать пять, но вас в сотне пятьдесят, где же были другие двадцать пять?» Говорят воины: «Не было их, мы только были». Говорит человек: «Пусть будет двадцать пять, но как при двадцати пяти человеках в силах они были прийти и украсть Тело Иисуса Христа? Итак, этим вы не т.о проповедуете, что Его украли, но то проповедуете, что воистину воскрес Иисус Христос. И, так как ученики Его из боязни иудеев не проповедуют о воскресении Иисуса Христа, то вот вы сами это восполняете и сами иудеи платят вам за то, чтобы вы проповедовали, что воистину Христос воскрес».103

Так сказал человек воинам.

Итак, проповедь воинов была проповедью воскресения, а не хулы украдения.

Да, проповедуют воины, что пришли ученики и украли Его. Сумасшедшие, слыша лживую проповедь воинов, верят, но люди просвещенные не верят тому, а верят, что воистину воскрес Господь наш Иисус Христос.

Часть 2. О монашестве

Глава 1. О хранении иереями сердца своего неоскверненным по святом Причащении

Иерею подобает прилежно блюсти себя по совершении литургии, хранить дух свой мирным и несмущенным, отнюдь не допуская в себе гнева, ни делом, ни словом, ни мыслию, ни воспоминанием.

Иерею подобает возбуждать в себе любовь к Господу, как говорится: «Возлюблю Тя, Господи, крепосте моя; Господь — утверждение мое, прибежище мое, избавитель мой, Бог мой, помощник мой и уповаю на Него»; Бог любви ради Своей ежедневно погребается в сердце иерея (на литургии); иерей становится тогда обителию Господа, Его сосудом и сокровищницей.

Иерею подобает особо остерегаться празднословия, дабы не загрязнить себя им, ибо празднословие, сия зловоннейшая грязь души, оскверняет сердце иерея.

Празднословие заражает смрадом дыхание иерея, которым только что вдыхал благоухание Пречистых Тела и Крови Господних.104 Празднословие оскверняет язык иерея; празднословие оскверняет губы и уста иерея. Празднословие оскверняет голос иерея.

О, иерей! Грязнящим празднословием помрачаешь ты чувство ока, т. е. духовное зрение или свет души.

О, иерей! Грязнящим празднословием грязнишь ты слово твое!..

Празднословящий иерей оскверняет все свои семь чувств мысленных, т. е. веры, надежды, любви и прочих добродетелей. Можно ли иерею, когда он столь осквернен, чистою совестию возглашать: «Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любы Бога и Отца, и причастие Святаго Духа буди со всеми вами»?

Но видишь ли ты, о, иерей, какую белую, тонкотканную благодать даровал тебе Бог? Зачем же загрязняешь и оскверняешь свою душу празднословием?

О, иерей! Не буду тебе больше подробно изъяснять, скажу лишь, что празднословие порождает все беззакония.

Вонмите, освященные, иеромонахи и вы, всечестнейшие монахи, словам божественного апостола, который говорит: «Не прелыцайтеся, ибо ни хищницы, ни неправедницы, ни ленивцы, ни досадители, ни пьяницы, ни любостяжатели, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложцы Царствия Божия не наследят» (1Кор.6:9-10).

Глава 2. Увещание св. Нила послушникам не прельщаться мечтой об уединенном подвижничестве и безмолвии и не уходить из обителей своих

Вонмите, священницы, иеромонахи и вы, досточтимейшие иноки, не взыскуйте одиночества, ибо в одиночестве оба пути, т. е. спасения и погибели, покрыты мраком и неизвестностию; трудно отличить в одиночестве дорогу, которая приводит в ад кромешный, в наследие Денницы, от той дороги, которая приводит во всечестное наследие Господа и Спасителя нашего, Иисуса Христа, т. е. в прекрасный, благолепный, цветоукрашенный рай, о котором говорится: «Приидите благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам царство от сложения мира» (Мф.25:34).

Послушай меня, о монаше: славно одиночество, но не для тебя оно ныне; одиночество должно привести к одному из двух: человек делается в нем или небесным ангелом, или диаволом в душе; послушник же, живущий в братстве, творящий послушание без всякого ропота, сей уже есть наследник Царствия, ибо присвоился Господу нашему Иисусу Христу, и к Его небесному наследию приводится ревностным возделыванием своего послушания.

Если желаешь знать, монаше и иеромонаше, почему жизнь в общежитии, т. е. подвиг послушания, дает надежду наследия, спасения, то выслушай, монаше, иеромонаше, ты уединенник, живущий в одиночестве, послушай и увидишь. Дитя, воспитывающееся и растущее в объятиях отчих, видящее всегда перед собою своих родителей и так возрастающее от возраста в возрасте, из года в год, в доме отца своего, — радуется оно и веселится, или нет? Таково есть подобие и общежительной жизни. Если ты на это, уединенник, возразишь, что таково же и одиночество, что и безмолвник возрастает духовно в объятиях отчих, радуясь о спасении, то я тебе скажу, что ты ошибаешься.105 Послушай, одинокий, посмотри и увидишь, таково ли одиночество, или не таково. Оно подобно несчастному дитяти, утратившему мать в первых днях своего рождения и вскормленному чужим молоком разных кормилиц, которым отец отдавал его для вскормления. Теперь, спрашиваю тебя, одинокий, чья участь лучше? Т. е. первого ли дитяти, которому подобен послушник в братстве, или сего сироты, которому подобен одинокий. Что лучше для младенца: молоко разных кормилиц, или одно, родное, материнское молоко? При молоке различных кормилиц не избежать того, что у какой-либо из них молоко окажется ядовитым, т. е. вредным; если младенец будет питаться им, то не умертвит ли оно его? Такова участь и одинокого, когда осиротеет он от своей матери — послушания, т. е. когда ради безмолвия на одиночестве выйдет из общежития. Тогда отец предает младенца различным женщинам, и он сосет всевозможное молоко; говорим: одиночество подвергает человека различным искушениям и он должен сосать различные помыслы. (Т. е. прежде в послушании он сосал одно родное молоко, ибо не имел своей воли, а, следовательно, и смущения помыслов, как поступить в том или другом случае, ибо все это определялось послушанием, как родным, материнским молоком; утратив же послушание, подвижник неизбежно должен сам выбирать себе путь, руководствоваться различными соображениями, а враг этим пользуется, стараясь наводить подвижника на то, что ему несоответственно; вот эти вражеские помыслы и суть для него ядовитое молоко, которого одинокому весьма трудно избежать, ибо для этого надо быть бесстрастным и иметь «дар рассуждения»). Итак, если среди этих, разнообразных, помыслов хотя один окажется ядовитым, а отшельник примет его и станет питаться им, то неизбежно он должен отравиться и пасть, как ниспали и многие, подобно тебе бросившие общежитие!.. Так, или нет? Сколь благолепна жизнь в братстве, можешь ты еще видеть из свидетельства о ней Самого «Господа: «Идеже, еста два, или трие собрани во Имя Мое, ту есмь посреде их» (Мф.18:20). Вонми этим словам ты, мечтающий об одиночестве, — можешь ли ты что-либо возразить против них?

О, стремящийся в одиночество! Не хочешь ли послушать еще одного свидетеля общежительной жизни? Это — пчела. Одинокую ли жизнь ведет она, или подвизается и творит свой мед в общежитии? По своей ли воле пчела живет, или в послушании общежитию? По своей ли воле летит собирать мед, или будучи послана? В старании своем, обирая цвет, одним ли родом цветов довольствуется, или во многих испытывается? (Т. е. послушник испытывается в обители на разных послушаниях). Скажем еще: вернувшись, нагруженная набранной добычей, сама ли распоряжается ею, раскладывая воск и мед, или это делают другие? Если скажешь, что пчела сама по себе складывает свой мед, то ошибешься, ибо, вернувшись, она у дверей общежития пчелиного кладет мед, другая несет его внутрь улья, где принимает третья, передает следующей, та — эконому, а эконом представляет игумену пчел, говорим — матке, которая одна повелевает пчелам: все слушаются ее приказаний и согласно им подвизаются. Так и игумен есть матка, кормящая все общежитие млеком послушания; вкушающие сего млека становятся смиренными, приемля его внимательно и с потом (т. е. безропотно усердствуя в послушании и добросовестно относясь к нему). Сим воспитывает она дикость своих младенцев, новоначальных монахов, которым говорится: «Повинуйтесь наставникам вашим и покоряйтесь им: тии бо бдят о душах ваших, яко слово воздати хотяще» (Евр.13:17).

Понятно ли тебе отсюда преимущество общежития, свидетельствуемое сей летучей тварью? Если же не понятно, то выслушай еще одно свидетельство о сем, от светлой лампады, висящей пред иконою Христовою; вонми сему свидетельству, рассмотри его своим мысленным оком, ибо это, т. е. образ общежития, есть для твоего ока печать, и да запечатлеется сие навсегда в твоем оке, т. е. в уме и памяти. Что же именно? Что такое в лампаде есть отпечаток общежития? Этот отпечаток заключается в совокупности лампады, масла и фитиля, служащих для горения и для света: сосуд лампады подобен общежитию; он есть как бы малый монастырек, в котором масло — благое намерение людей, живущих в нем, угождать Богу и спасаться, а фитиль, по которому сие благое произволение может восходить к огню и превращаться в свет, — суть общежительные подвиги и послушания, если они творятся безропотно. При хорошем фитиле в лампаде она горит светом немерцающим и не гаснет. Подобно сему, кто в общежитии подвизается безропотно, то бывает почтен благодатию Божией; благодать возгорается в нем на мысленном фитиле отсечения своей воли, как пламя на фитиле лампады. Точно так же, подобно лампадкам, горящим пред ликом Христа, все подвизающиеся в общежитии горят, пред Христом и этим огнем пережигаются все беззакония, раньше содеянные в их жизни; как примеси в масле, очищаются души их, и в будущей жизни они просветятся, как солнце в лике преподобных…

(Поставленному в условия необходимости жить одиноко святой внушает, взамен отсечения воли, которое представляется в общежитии послушанием, не предпринимать ничего без совета с духовником, ибо «муж бессоветен сам себе враг»).

Послушай, одинокий, взгляни чувственным оком твоим на следующий образ превосходства жизни общежительной: пойди на берег морской, взгляни на камни: как красивы делаются они, вследствие того, что перетираются один о другой, и как блестят по сей причине. Подобно тому и живущих в общежитии жизнь бьет, как волнами. Это безропотное перетирание чрез разные послушания в общежитии (т. е. самоотвержение, отсечение своей воли) делает подвижников прекраснейшими и преславнейшими.

Послушайте, освященные иеромонахи и вы, досточтимейшие монахи, послушай и ты, несчастный, мечтающий об одиночестве, еще следующий пример. Если я буду поучать тебя словом, но не поясню его притчею, примером и не растолкую самой притчи, то будет ли слово мое для тебя вразумительным? Таково подобие спасения в одиночестве, ибо, если имеешь одиночество, но не имеешь послушания, отсечения своей воли, то не можешь познать и монашеского безмолвия; если живешь по внешности в монашеском безмолвии, но не имеешь общения духовного, т. е. не советуешься ни с кем, не исповедуешь никому твоих помыслов, то сам не знаешь, что имеешь (т. е. какие опасности угрожают тебе и какие страсти побеждают тебя), во-первых, потому, что спокойствие одиночества и мнимая свобода от страстей — рождает леность, во-вторых, спокойствие одиночества рождает тайноядение; в-третьих, тишина и спокойствие в уединении рождают псилафизмы, т. е. похотения страстей и сластей; в-четвертых, одиночество способствует увлечению человека в прелесть, говорим: в одиночестве ниспадает человек в глубину ада, как и ниспало в одиночестве множество монахов. Ради этого и говорю я тебе, монаше: беги одиночества, т. е. не стремись мечтою из общежития в одиночество; если же имеешь, то не имей, т. е. если и живешь одиноко, то не будь одинок, а имей советника или старца. Говорим: если по старости живешь одиноко, не имея сил подвизаться в братстве, то имей какого-либо человека, который угашал бы пламя, возжигаемое одиночеством, которым пламенеешь, сам того не чувствуя; т. е. если по старости не принимают в братство, то имей в одиночестве доверенного человека, повинуйся ему и открывай свои помыслы, возжигаемые одиночеством. Послушай, одинокий, как питательно для человека общежитие (досл.: как насыщает) и как тоще одиночество (досл.: как алкает); пойди на кухню и поставь на огонь 2 кастрюли, чтобы вскипели; в одну положи полную тарелку какого-нибудь съедобного вещества: фасоли, бобов или иного чего, а в другую положи только одну фасолину, или один боб; пусть теперь обе кастрюли одинаково кипят; когда снимешь с огня, неси в трапезу, поставь одну кастрюлю на один стол, а другую — на другой, позови, говорим: позвони к обеду, пусть старшая братия разделится, сядет за оба стола и кушают; когда же пообедают, спроси отцев по очереди: сыты ли вы и довольны ли? Конечно, те, которые кушали из кастрюли, в которой варилось много питательных веществ, окажутся сытыми и довольными, а те, которые кушали из кастрюли с одним только зернышком, окажутся голодными и недовольными. Подобно сему и одиночество (т. е. так же скудно благодатию), и так же сытно общежитие для подвизающихся в нем; посему говорится: «Окрест трапезы твоея, яко стеблия видя исчадия твоя, радуйся и веселися, приводя сия Христови Пастыреначальнику» — антифон, глас 7.

Смысл сей притчи следующий: две кастрюли — два подвижника: в общежитии и в одиночестве; много бобов у первого — многократно привлекаемая им на себя благодать ради самоотвержения его, являемого в послушании, и отсечения своей воли; одинокое зерно второго означает скудость привлекаемой им благодати, ибо он не отсекает своей воли; звонок, трапеза и обед — богослужение; старшая братия — святые угодники, совместно с нами молящиеся, радующиеся при виде в одних обилия благодати и скорбящие о скудных благодатию, в пояснение чего и приводит святой антифон.

Ушедший из общежития в одиночество потом возропщет и скажет: «Зачем не остался я в общежитии, ибо теперь страдаю от внутренней, мысленной брани…»

Да, уходят в одиночество из общежития ради того, что дорожат своими деньгами, своими кастрюлями, но каковы суть эти деньги и кастрюли, из-за которых уходят в одиночество? Деньги и кастрюли для таковых есть следование своей воле и помыслам; ради сего кидают они общежитие, не ведая того, что своя воля соделается для них котлом, а излюбленные помыслы — огнем, на котором будут они кипеть в одиночестве.

О, мечтающий об одиночестве! Ты подобен самарянке, с которой беседовал Иисус Христос, т. е. имея семь мужей -семь страстей, не имеешь законного мужа и мечтаешь об одиночестве, как она о Мессии. Возгласил Господь сей жене, и я ныне, беседуя об одиночестве, возглашу монахам, стремящимся к уединению. «О, жено! Даждь ми воды пити! Аз дам ти воду, от неяже не вжаждешися во веки… всяк пияй от воды сея вжаждется паки, а иже пиет от воды юже Аз дам ему, не вжаждется во веки» (Ин.4:7, 13-14). Видишь ли, кто будет пить воду в одиночестве, тот вжаждется паки, а кто напоит Христа в общежитии, т. е. служа братии и подвизаясь в отсечении своей воли, тех Сам Господь напоит водою живою, от которой не вжаждешься вовеки. Т. е. уми-рение души от браней в одиночестве своими усилиями — не устойчиво; мир же, даруемый свыше, ради самоотвержения, — сей вечен.

Послушай, мечтатель, про одиночество. Когда умрет нищий отец того несчастного младенца, который осиротел от матери своей, оставит ли он ему какое-либо наследство? Очевидно, никакого наследства он не получит от нищего отца. Точно так же, одинокий, когда умрет это несчастное тело, ничего не стяжавшее, никакого наследия не оставившее для несчастной души, — тогда душа по смерти несчастного, развратного тела, ничего не стяжавшего, что получит в наследство? Очевидно, ничего иного не унаследует, кроме чужого молока и чужой пищи (подразумеваем: различные помышления, которые сегодня были одни, а завтра другие, сменяясь наподобие различных кормилиц), и происходившие от них пожелания, которыми ты услаждался, как младенец молоком, и которые по смерти тела превратятся в вечное твое наследие.

Послушай, мечтающий об одиночестве, не слышишь ли, что говорит псаломник: «Се что добро или что красно, но еже жити братии вкупе» (Пс.132:1).

Закончив этими словами разбор преимуществ спасения в общежитии, святой обращается к распространенному пороку в общежитии, а именно, — празднословию.

Спрашиваю я всех вас, иеромонахи, почтеннейшие иноки и тебя, несчастный одинокий: что рождает ехидна?106 Разве рождает она незлобивого голубя или нескверную горлицу? Нет, она не рождает ни голубя, ни горлицу, а рождает астридов (т. е. ядовитых, подобных себе, ехидн). Мы этим хотим сказать: от многословия и празднословия может ли родиться какая добродетель? Не рождаются ли наоборот ядовитые гады, отравляющие девственное безмолвие души? Подобно сему бывает и со всяким иереем: если он занимается многословием, то не избежит и празднословия, как порождения ехиднина, и осквернит им девство молчания своего. Многословие лишает иерея плодов литургии его и всем монахам препятствует достойно причащаться.

По сравнению молчания с многословием, молчание есть дева, а многословие — блудница. Ибо девственность в человеке имеет троякое толкование: во-первых, девственность плоти; во-вторых, девственность души чрез удаление от многостяжания; в-третьих, девственность молчаливого ума чрез удаление от многоглаголания. Эти три добродетели не могут произойти от многословия, как от ехидны невозможно родиться голубю, горлице или соловью.

Вот еще сравнение: голубь хранит молчание, а соловей держит многоглаголание; голубь молчанием спасает жизнь свою от охотника, ибо охотнику тогда трудно узнать, где голубь, чтобы его убить, соловья же, благодаря его многословию, охотник легко находит и схватывает. Видишь, что наносит многословие человеку, и как, благодаря ему, он делается легкою добычею охотника?

Глава 3. Уподобление монахов, ропщущих на продолжительность службы, предпотопным людям

Из 120 лет, которые Бог продлил роду человеческому, ожидая покаяния, Ной 17 лет употребил на бесплодную проповедь и призыв людей к покаянию; затем, по повелению Бога, обратился к постройке ковчега, который, вместо словесной проповеди, был немым обличителем неправды людей, напоминателем о грядущей каре; посему люди возненавидели эту постройку; слыша стук молота, которым Ной сколачивал строящийся ковчег, говорили между собою: «Это Ной Бессмертному бессмертную постройку делает, старается осуществить свое желание» (т. е. дождаться возвещенной им погибели земли от потопа). Подобно сему и нынешние люди, когда раздается удар гласа церковного, т. е. колокола и ручных бил, молвят между собою так: «Это что?» «Это на бдение звонят», — отвечают другие. И многие говорят: «Пусть себе звонит, сколько хочет, кто пойдет, когда все заняты делами?»

О, человече, какие это у тебя дела, что ты так занят?.. Не оставил ли ты всех дел мира, чтобы обрести здесь свободную от сует жизнь, зачем же опять мятешься?..

Ты спросишь меня: чем же мы подобны тем превратным древним людям?

Отвечаю тебе и вопрошаю тебя: «Не вопияли ли они с ропотом против ковчега и не поносили ли строителя его Ноя? Не ропщете ли также и вы ныне против церкви, когда идете в нее на бдение, к литургии, к молебну, на чтение? Если продлится литургия, молебен, бдение или чтение, то не ропщете ли вы, не поносите ли служащего, взаимно вопрошая и отвечая: «Что он там так долго делает?» А другой, подобный тебе, говорит в ответ: «Медлит, чтобы показаться благоговейным; для того и затягивает службу, чтобы выказать себя богомольным»». Допотопные, превратные люди рассуждали подобное сему между собой и роптали по поводу сооружения ковчега.

И ныне я, смиреннейший жрец, говорю, что вы неблагодарны, ибо во время богослужения стоите вне церкви, занимаетесь скверным вашим словопрением, соединенным с осуждением, осуждая ближнего своего.

Делайте себе, как делаете, но завтра вы восплачете, и плач сей будет бесполезен!..

Некогда Бог прогневался на превратных допотопных людей за то, что среди них распространялись злые дела, и не мог долее терпеть Бог таковых дел, нынешние же люди творят те же дела!..107

Глава 4. Воззвание преподобного к посвятившим себя Богу, дабы хранили монашеские добродетели и питали горячее чувство любви ко Христу. Притча о пустынной горнице

Так и нынешнего времени люди, подобно людям допотопным, утратившим спасительный путь к ковчегу, — утратили путь монашеской жизни. Т. е. не желают следовать указанным от древних св. отец путем покаяния и спасения. Посему, нынешних людей, как и тех древних, настигла царица погибели, семиглавое беззаконие, многопопечительное скряжничество; они чем дальше, тем становятся все хуже, нисколько не исправляясь, но все больше развращаясь, подобно допотопным людям. Вонмите, освященные — иеромонахи и вы, досточтимейшие монахи, — отселе и впредь блюдите себя, блюдите, ибо вот я вам, как преподобный Ной, говорю и возвещаю: берегитесь, чтобы не постигло вас внезапное губительство на земле.

Хранение же ваше да будет в следующем: избегайте всяких многопопечительных, мирских забот, избегайте многословия, осуждения, дабы вам держаться взаимной любви и быть между собой единодушными; избегайте также многообразия в еде; сосредоточивайте ум ваш в монашеское делание, т. е. в молитву, держитесь целомудрия, чистоты, бегите невоздержания.

Бегите, бегите, всечестнейшие монахи, плотских страстей, нечистоты, многословия и осуждения!

Подражайте, досточтимейшие мои братие, этим трем птицам: голубю — чистотою, соловью — неумолкаемой молитвой и горлице — пустыннолюбием!

Голубь, благодаря молчанию своему, укрывает себя, т. е. спасает душу свою, как Ной в ковчеге. Соловей же, обладая многословием и горделивым рвением, лишает жизнь свою зрения лица солнечного. Т. е. его пение обнаруживает его охотникам, которые ловят соловья ради пения его; поймав, сажают в клетку и лишают тем свободы под солнцем.

В противность превратным людям, которые ради телесных и плотских лишили себя света солнечного, — подражай горлице, которая хранит верность (досл.: девство) к подругу своему с величайшим целомудрием.

Когда из пары горлиц один был умерщвлен, другая горлица, чтобы не сойтись с иным, бежала в горы и холмы, рыдая там о подруге, который замучился ради нее…

Если ты, освященный, вопросишь: каким образом умертвился подруг горлицы ради нее, то послушай сию притчу.

Некая горлица, ради снеди вожделенной для чувств своих, ушла однажды от подруга своего, была уловлена на охоте, посажена в клетку, содержалась заключенной некоторое время, пока другая горлица не отправилась на розыски подруги своей и не дала себя уловить на охоте; когда эту вторую горлицу стали сажать в клетку, тогда вылетела из нее первая горлица; гонители же, скажем иудеи, услыхав о сем, умертвили подруга ее; оставшаяся в живых опечалилась весьма, покинула все, обезобразила вид свой, лишилась перьев, которые большею частью сама повырывала с себя ради скорби, которую имела о подруге своем, замученном ради ее… И вот удаляется она в горы и холмы, садится на сухую ветвь, плачет беспрестанно о содеянном ею беззаконии, которым изменила подругу своему.

Горлица ушла в горы и холмы, чтобы найти там пустынное убежище, где, сидя на сухой ветви, могла бы оплакивать подруга своего, который столь возлюбил ее. Посмотри, как ведет себя горлица, как хранит она свою верность (досл.: девство) ради любви к подругу своему…

О, иерей! Почему ты, подобно сей горлице, не бежишь в горы и холмы, не скрываешься в пустынное ущелье, не садишься на сухую ветвь и не плачешь о подруге твоем, который замучился, взыскав тебя?..108

О, горлице (т. е. пустынолюбный монах)! Ради чего ты ушла из мира, пришла в пустынное убежище и воссела на сухой ветке? Не ради ли любви к подругу твоему, т. е. ко Христу-Жениху и Искупителю?

Освященный! Зачем пришел ты в пустынное ущелье, взял сухую ветвь, возложил ее на рамена своя? Чего ради столь суховетвишься, т. е. изнуряешь себя? Не ради ли любви к Спасителю твоему, Который распялся, взыскуя тебя? Посему и ты принял крест Христов и сухораспинаешься на нем?..

Крест же этот только чувственно представляется сухим и безлиственным, духовно же он является зеленеющий, многоветвистый, плодоносящий многоценные плоды…

Освященные иеромонахи и всечестнейшие монахи! Празднословие творит человека лишенным многоценнейших плодов драгоценного Креста, говорим: рая, — т. е. лишает человека рая, купленного ценою Креста.

О, иерей! Празднословием ты бываешь воспящен от безценнейшего плода литургии твоей… О, иеромонах! Когда выйдешь от совершенной тобою литургии, буди безмолвен, по крайней мере, до трех часов после окончания литургии.109

О, иерей! Когда что говоришь, — сначала размерь, а потом скажи; сначала подобает слово примерить, а потом его сказать. Ибо неразмеренность, необдуманность речи иерея рождает запятие священству его. Портной не бывает ли опорочен, если скроит одежду не по мерке? Так и священство твое порочится неразмеренностию, необдуманностью слов твоих. Неразмеренность слов человека наводит на него вся злая. Посему и говорю тебе, иерей, беги многословия, празднословия и храни меру в словах твоих.

Глава 5. Монашество — воинская служба Царю Небесному

Приняв схиму, носи ее неопустительно; переодеваясь, тотчас опять надевай ее на себя; поверх схимы носи куртку и опояшься, да не уподобляешься фарисеям и не подашь сим народу великого соблазна… Но сие да будет ведомо тебе: как только скинешь с себя схиму, тотчас будешь пленен непристойными помыслами; посему неопустительно имей на себе схиму, чтобы не сделаться пищею великого отступника.110

Какая польза от воина, который, идет в бой с духом двоедушным, идет необученным и несведущим в военном деле? Когда неожиданно наступит бой и напавшие противники увидят воина неподготовленным к битве, то не заберут ли его в плен? То же бывает и у монаха с двоедушным настроением (при духовной брани).

Принятие рясофора есть вписание себя в войско и беспрестанное изучение боевого дела.

Мантия же есть выступление в поход, подобно тому, как при наступлении войны войска выступают на войну и шествуют военным походом.

Принятие же великого образа, схимы есть вступление в решительное сражение, когда войска достигнут места боя и приведут себя в полную боевую готовность.

Возвращение из рясофорного пострига111 в мир так же недопустимо, как если бы кто вписался в войско, потом дезертировал и не присоединился к войскам, пошедшим на войну; он становится отступником царя. Когда царь увидит сего отступника, сего преслушника царского веления, вычеркнет его из списка. Подобное сему постигнет того, кто, вознамерившись быть монахом и вписавшись в воины Царя Небесного, потом раскается в сем намерении, выпишется, сделается рабом мира, поработившись и делам мира — смраду греховному… Какое негодование Царя Небесного должен он возбудить против себя?.. Однако некоторые из нынешних выражают скверное, распространившееся между ними мнение, будто рясофор не мешает человеку повенчаться и рождать детей, ибо ряса дается лишь ради чести и отличия, принявший же ее лишь испытывает себя, как начинающий послушник; если же усмотрит, что не в силах вынести жизни монашеской, то да венчает себя в детородительное дело.

О, безумные и косные сердцем! Как допустимо это для того, кто добровольно и сознательно посвятил себя войску царя, сделавшись царским воином? Как возможно допустить, чтобы воин царский становился потом рабом шкурного ремесла? Говорим: рабом грехов и делателем беззаконий?..

Вот каково значение возвращения рясофорного в мир, и да боится сего тот, кто принял рясофор!

Принятие же мантии означает следующее. Когда издадут царский приказ и выступит войско в военный поход, то каждый воин заботится о подобающем снаряжении к войне, подпоясывает меч к поясу своему и следует по Царскому повелению, согласно сказанному: «Возьми крест твой и следуй за Мной…» (Мк.8:34). Войско выступает в поход. Однако бывают воины, которые на пути к сражению начинают трусить, малодушествовать, жалеют о том, что сделались воинами и, как только представится случай, поворачиваются назад… Но куда же пойти такому монаху? Куда ему скрыться? Ибо сказано: «Грешницы, камо бежим?., на небо? — тамо еси… во аде попрал еси смерть… во глубины морския? — и тамо десница Твоя, Господи…»112

Если же случая бежать не представится, то малодушный продолжает поход, но идет в сражение с робостию, с тайными помыслами: что мне сделать, чтобы избавиться боя?.. Как мне избавиться военной службы? Как только у воина появятся эти помыслы, тотчас делается он неспособным и нерадивым к воинскому делу.

Когда же войска достигнут поля брани, тогда воин, подготовившийся к бою, т. е. изучивший действие оружием и укрепившийся мужеством, стяжевает славу… Тогда облекается воин в военные доспехи, говорим: монах принимает Великую ангельскую схиму — становится великосхимником, — а когда прославится, т. е. получит обильную благодать, то делается военачальником…

Когда препояшутся силы доспехами, дабы биться с врагами в великом бою, тогда войско делает боевой клич, т. е. бросается на ура, — и бьются с крайним напряжением.

Если же кто по нерадению допустит свое оружие заржаветь и боязливыми мыслями, как водою, подмочит свой порох, то может ли он в бою быть храбрым воином?!

Спрашиваю я вас далее: когда монах в бою будет побежден страстями, то не опозорит ли он ангельскую схиму? Какого таковый может ждать себе спасения?..

Да, вооружается воин, даются ему воинские доспехи, но какая от сего польза воину, который своим нерадением и трусостию служит лишь худым примером для всего войска?.. Говорим: монах вооружается, как в доспехи, в ангельскую схиму, получает при сем благодать и помазание Всесвятаго Духа, но какая польза от блеска ангельских схим и небесных дарований для ленивых, которые лишь худой пример вносят в монашескую жизнь нерадением своим, вместо того, чтобы подвизаться в борьбе со страстями, обманывают ближнего, обижают его, и умышляют, как бы предать другого?

Не таков бывает добрый воин в бою. Он имеет в себе лишь один дух бодрый, т. е. не водится никакими посторонними лукавыми соображениями и намерениями, не скрывается от врага, на всякий час готовит себя к бою, во всякое мгновение готов внять призыву боевого сигнала, говорим: звона к службе церковной. Он всегда бодр, бдителен; говорим: всегда долготерпелив, всегда прощает зло, которое ему творят…

Если же с таким бодрым воином случится какое-либо несчастие, как некогда случилось с Иаковом Персянином, отрекшимся было от Христа, придут ему в голову трусливые помыслы, вознерадит он о своей боевой готовности, подмокнет у него порох и заржавеет оружие, тогда добрый воин тотчас берется за порох свой и оружие, говорим: оскверненные помыслы и злые дела, — идет из сечи в место мирное и солнечное; говорим: идет к человеку, имеющему добрый образ мыслей, т. е. дар рассуждения, ведущему духовную жизнь, скидывает пред ним бремя с головы своей, расстилает на лучах солнца порох и доспехи свои, начинает чистить оружие и ждет, пока не высохнет порох; говорим: выкидывает нечистый помысел из своей головы, расстилает мысль свою против лучей духовного рассуждения, перебирает все мысли и дела свои, добрые и злые, и исповедует все ржавые деяния свои, подобно Иакову Персянину.

Увидав же, что высох его порох и заблестело оружие, воин снова опоясуется, воспринимает в сердце боевую решимость и, взяв в руки оружие, принимает снова участие в бою… Препоясанный мечом, с оружием в руках, воин храбро устремляется в средину боя и побеждает противников, как победил преподобный Иаков, некогда тяжко согрешивший, а потом низведший молитвою дождь с неба во время засухи, и избавляет все войско…

Воины же, увидав такое мужество его, сотворили великий натиск, все войско, воодушевившись, ринулось с великою стремительностию и устремилось на врагов!.. Увидав такового воина с храбрым войском, противостоявшие им враги дрогнули, поколебались и исчезли от такой силы устремления воинов!..

Воину, ради воинства его, присваивается право на ношение великолепных царских доспехов, которыми царь благоволил украсить войско свое; воин, видя себя украшенным царскими доспехами, очень бережется, чтобы не опозорить царских доспехов, чтобы не прикоснуться к чему-либо, от чего могли бы они запятнаться, дабы по подвергнуться страшному суду и не услыхать страшного гласа Судящего: «Рабе лукавый и ленивый, — где одежда брачная?..» Точно так же и монах, препоясанный обетованным спасением и благолепием веры, во все продолжение монашеской жизни или монашеского подвига весьма остерегается злых дел, дабы не опозорить ими своего крещения и не запятнать великой ангельской схимы…

Человек покусился бы соделать тысячи и тьмы зол, но при воззрении на свою схиму удерживается от многих грехов, вспоминая, что дал обет и не может его нарушить… Поэтому-то я и говорю тебе: не снимай с себя схимы, дабы не овладели тобою противники твои и не стать тебе пищею великого отступника…

Какая польза человеку, аще мир весь приобрящет, душу же свою отщетит? Говорим: какая польза, если то, чего желают плотские похоти, приобретем, душу же свою оскверним?..

И когда увидит Жених столь оскверненную душу, пригласит ли Он ее в Свой чертог, как сказано: «Се Жених грядет в полунощи, и блажен раб, егоже обращет бдяща, недостоин же паки, егоже обрящет унывающа. Блюди убо, душе моя, не сном отяготися, да не смерти предана будеши, и царствия вне затворишися, но воспряни зовущи: Свят, Свят, Свят еси Боже, Богородицею помилуй нас».

Глава 6. Как потребны подвижнику простота веры и смирение, пример пророка Елисея

Отчего столь склонен ты к тому, чтобы от добра обращаться вспять и соизволять на зло? Оттого, что обуреваемый вихрями твоими,113 не молишь и не просишь так, как Елисей, т. е. молитв ради св. отец, чтобы перейти тебе реку соблазнов и выйти на берег мира. Елисей же, вооружившись крайним своим смирением, перешел на ту сторону реки Иордана следующим образом.

Елисей был покорнейшим и послушнейшим учеником пророка Илии. Во время пребывания своего с пророком Илией он весьма желал творить вдвойне против Илии деяния, которые творил Илия, но Елисей имел одно запятие!.. Если спросишь, каковы были его деяния и каково запятие, то слушай и увидишь.

Сей Елисей не только зависти не имел, но и слышать о ней не хотел; не только лжи не имел, но и слышать о ней не хотел; не только сребролюбия не имел, но и слышать о нем не хотел; не только сластолюбия не имел, но и слышать о нем не хотел; не только невоздержания не имел, но и слышать о нем не хотел; не только неверия не имел, но и слышать о нем не хотел; не только хулы не имел, но и слышать о хулителях не хотел! Когда же совершил он главное свое исправление, т. е. когда за решимость и дерзновенное моление свое получил сугубую благодать, то оказалась у него и препона. Воспящение же было такое. Вместе с простотою духа, которою он обладал, имел он и нечто от высокомудрия. Когда пророческие дети сказали ему: «Будет вознесен учитель твой», он сказал: «Знаю это и я, только молчите». Отправились они оба к Иордану… И сказал пророк Илия Елисею: «Постой здесь, пока я схожу напротив». И сказал Елисей: «Жив Господь и жива душа твоя, не покину тебя…» Один и два раза ответил он ему таковые слова… Увидев же пророк Илия в пророке Елисее такую решительную готовность на подвиги, сказал: «Вот я ухожу, что же тебе оставить, — проси, что хочешь, чтобы я дал тебе?» Елисей сказал: благодать, которую ты имеешь от Бога, да будет на мне вдвойне… Сказал ему пророк Илия: «Велика твоя просьба, но если увидишь, как я буду вознесен от тебя, то да будет сия сугубая благодать в тебе…» Собеседующим им между собою предстало внезапно вооружение, говорим: колесница; вошел в нее пророк Илия и вознеслось то вооружение вместе с пророком Илией; понуждающийся же, т. е. великий подвижник Елисей, подхватил мех, т. е. меховую милоть, которую обронил ему пророк Илия; милоть осталась в руках Елисея!.. Когда же он вернулся к Иордану и кинул в реку милоть Илии, чтобы перейти на ту сторону, то воспящен был вследствие того, что несколько возомнил о себе и вознесся духом, не возмог перейти, и посему воскликнул!.. Как воскликнул? Не сказал: «Где исправления (добродетели) мои, которые я исправил?» Но сказал: «Где Бог отца моего Илии?..» Тотчас кинул ее, т. е. меховую милоть, в воду и перешел немокренно Иордан…114

Видишь, какую помощь получили душа и тело от молитвенного призывания святого? Не тем ли паче мы получим помощь от Господа и Спаса нашего Иисуса Христа, Его Пречистой Матери и всех святых, от века Господеви благоуго-дивших!..

Глава 7. Слово святого Антония Павлу про двоякую гибель для монаха: от самомнения и нерадения

Подобно Елисею, при сугубой благодати потерпевшему занятие, был запят и Павел (Препростый). Сей Павел, получив сугубую благодать, также лишился было ее, как Елисей, когда хотел перейти реку. Преподобный Павел, исправлявший исправления преподобного отца нашего Антония115 вдвойне, сделался столь славен своими подвигами, что стал земным ангелом и небесным человеком, как преподобная Мария!

Преподобная Мария, имевшая лишь мысленную брань, была сильно борима и одолела, как древле (Амалика) Израиль, она распростиралась крестовидно, когда находила на нее мысленная буря; преподобный же Павел и чувственным оком зрел бесовскую брань, был борим двояко — чувственно и мысленно, и такую приял власть над бесами, что бесы трепетали его, Антоний посылал к нему немощных и болящих, а Павел целил их недуги!

Однажды нашел на него бес высокомудрия, чтобы воспятить его. Павел был воспящен, подобно Елисею! Воспящение же сие заключалось в сведении его с той степени смиренномудрия, на которой держался, чтобы не впасть в пропасть высокомудрия, подобно фарисею. Если спросишь: что это было за высокомудрие, которым был запят святой, — послушай и увидишь.

Однажды, помыслив о себе в простоте своей, стал он думать и говорить: почему это преподобный Антоний посылает своих болящих ко мне? Когда он это помышлял о себе, в тот час пришли три человека, держа одного бесноватого, который был прислан преподобным Антонием для исцеления. Павел начал произносить обычную молитву для болящих, то есть на изгнание бесов, но бес начал препираться с преподобным дикими словами и не хотел выходить. Услыхав такое прекословие беса, преподобный изумился, и сказал бесу: «Во имя Господа нашего Иисуса Христа изыди!» Бес опять стал препираться; преподобный изумился и не знал, что ему делать. Снова Павел воскликнул: «Во имя Господа нашего Иисуса Христа и ради молитв преподобного отца нашего Антония изыди из создания Владыки Христа!» Демон тотчас вышел из больного, и болящий исцелился.

Преподобный Павел спросил Антония: почему меня постигла такая неудача? Преподобный Антоний ответил: «Два слова, которые ты сказал наедине, были воспящением для тебя». Преподобный Павел вопросил: «Что это были за два слова, которые я промолвил, отче?» Отвечал ему св. Антоний: «Отчего это преподобный посылает больных своих ко мне?» Услыхав эти слова преподобного Антония, Павел изумился и сказал: «Отче, как тонка беседа монаха в одиночестве», т. е. ужели могут оказать влияние на духовную жизнь столь тончайшие помыслы в одиноком монахе? И отвечал преподобный Антоний: «Послушай, чадо мое Павле! Благодать Божия в душе подобна блеску в хрустальном сосуде, самомнение же, рождающееся при одиночестве, есть как бы удар, нанесенный хрустальному сосуду; расколотился хрусталь и пропал блеск. Так бывает и у монаха в одиночестве; стал высокомудрствовать монах — отнялась от него сила божественной благодати, он низвергается с высоты смирения, ниспадает в глубину заблуждения и уподобляется Деннице, ибо Денница чрез высокомудрие заблудился, свергся с высоты небесной и ниспал во глубину адскую». Изумился преподобный Павел, услыхав такое слово от преподобного Антония, ужаснулся и не мог ничего промолвить преподобному. И сказал ему преподобный Антоний: «О чем помышляешь, чадо мое, что ничего не говоришь?» Павел тотчас сказал преподобному Антонию: «Благодарю тебя, отец мой, что избавил меня от заблуждения мира сего».

И сказал ему преподобный Антоний: «Благодари! И да возблагодарим Бога, приведшего нас в сию святую монашескую жизнь! Но, чадо мое Павле, враг не спит, и ни на мало не престает в работе своей, будучи непрестанным делателем зла. Благодарение же Богу, которое ныне воздаем, да пребудет от нас Ему до конца!.. Но да не воздадим, чадо Павле, потом Богу неблагодарностию вместо благодарности, ибо конец ублажается, о, чадо мое Павле!.. Начало монашеского подвига есть как бы цвет пшеницы, конец же есть хлеб трапезный… Помысли, чадо мое Павле, какое испытание терпит цвет пшеничный от животных, от людей, от птиц, от погоды, пока не придет на трапезу; какие опасности должен он миновать, чтобы прийти на трапезу!

Так и монах подобен цвету пшеничному!.. Вначале показывает ревность, а под конец часто показывает небрежение… Сей цвет пшеничный так много обещает, такую проявляет силу вначале, что предстоятели, приточно — святые и ангелы — изумляются силе и ревности пшеницы. Когда же поле сожнется, то господин дома видит одни плевелы вместо пшеницы; снова помышляет, не найдет ли сам 8 или 10 в посеве, не вернет ли хотя семя, которое посеял, но не находится и этого. Видит он одни плевелы! Что же сотворит домохозяин сим плевелам? Кладет их в огонь и сжигает, не так ли? Видишь ли, чадо мое Павле, что конец ублажается!..»

Услыхав притчи сии, еще более испрямился (досл.: раскрутился Павел Препростый) и великую стяжал духовную силу…

Эти притчи преподобного Антония он хранил в сердце до смертного своего издыхания и отселе так побеждал бесов, что они трепетали, приходили в смятение и бывали обращаемы Павлом в прах!..

Если Павел, при всей великой простоте своей, так сильно был воспящен малым запятием, которое ему случилось, что чуть было не утратил благодати, то как же ты, будучи лукав, как жена Лотова, слукавившая и за лукавство свое превратившаяся в соляной столб, как ты устоишь, чтобы перейти сие греховное море и прийти на собрание в дому Давидовом?..

Глава 8. О прехождении в «Дом Давидов» и уготовлении себя к сему

Церковь Христова так восклицает и говорит: «В Дому Давидовом страх велик, тамо бо престолом поставленным, судятся вся племена и языцы» — антифон, глас 4.

При этих словах Феофан улыбнулся, святой же сказал ему: «Воздыхай, несчастный, о пути, по которому имеешь плестись, а ты и доселе еще смеешься?.. Где теперь находишься, где потом будешь находиться? Доныне ты еще вертишься в колесе, т. е. подобно белке, суетишься всуе! Воздыхай, несчастный, находящийся далеко-далеко от дому Давидова!..

Видишь, несчастный, какой путь тебе еще плестись, а ты печешься всуе, стяжевая себе запятия, которые задержат тебя в дороге, когда будешь идти в дом Давидов…

Тебе же, как монаху, не надо заботиться ни о чем, кроме сих пяти сокровищ, ты же печешься о многом бесполезном, из этих же пяти не имеешь ничего, не заботишься ни об одном из них!

Путешественники, отправляясь в странствие, поступают разно: один, подобно тебе, заботится о разных лакомствах; когда же попадет на дороге в засаду воров, что возможет он тогда поделать со своими лакомствами? Если оставит их и убежит, то пойдет в путь тощим; если же не покинет, то схвачен будет ворами. Когда воры захватят такого путешественника с сими лакомствами, что сделают они с ним? Убьют его и заберут его вещи. Другой путешественник берет расписку, говорим: доказательство от предстоятеля монастыря, что предстоятель вручил ему все свое имущество, идет в путешествие беспрепятственно, безвредно и нигде не досматривается. Когда проходит чрез таможни, то как не имеющего рухляди таможенные пропускают и не допытывают его; когда постигнет его в море буря и корабль будет бедствовать, то эта качка корабля нисколько его не смущает, ибо у него нет никаких вещей, и значит нет заботы о том, чтобы вещи сохранить в целости, чтобы волны не сорвали их и не унесли в море, чтобы не раскидало их во время качки корабля; не боится он бури морской, говорим: смерти и смущения страха предсмертного…

Несчастный человече! Верблюдов поглощаешь, а комаров оцеживаешь?! Смотри, берегись, как бы не застряли в гортани твоей эти верблюды, которых ты поглощаешь, и при воздаянии суда не выступили из горла твоего как ядовитые змеи и скорпионы! Ныне ты, несчастный, скрываешься со своею греховностию; тогда же сделаешься явным, несчастный грешник! Ради этого и предостерегаю я тебя, несчастный человече!..

Не то бывает с человеком, который отправился в путь, взяв расписку, говорим — ангельскую схиму монашеской жизни, в которой вписаны пять монет, называемых «смертопребыванием».

Монеты эти суть следующие:

а) зришь;

б) слышишь;

в) нем;

г) странен;

д) непоколебим.

Сии пять монет суть сокровище монашеской жизни, о котором свидетельствует расписка.

Монах пусть видит, и не видит; да слышит, и не слышит; да разговаривает, и не разговаривает; да будет соблазняем, и да не соблазняется; да будет возмущаем, и да не возмущается; да владеет всегда устами своими!

Принимает же добровольно различные скорби, претерпевая их, ради «Тебя — Судии Праведнейшего», т. е. перенося скорби с мыслию, что он достоин их по грехам своим. Каждая душа, так знаменованная, встречается в Дому Давидовом ангелами, как детьми еврейскими, носившими ваий во время оно, и восклицавшими: «Благословен грядый во Имя Господне!..»

Смотри, несчастный! Путь в Дом Давидов — длинен, тесен и скорбен!..

Елисею, хотя и надо было перейти Иордан, но настоятельной необходимости, неизбежности перехода он не имел; человеку же нужда есть переходить море на пути к Дому Давидову, как говорится: «Царствие Небесное нудится и нуждницы восхищают е…» (Мф.11:12). И опять говорит Писание: «Бдите и молитеся, так как не знаете ни дня, ни часа» (Мф.24:44).

Елисей с простотою своею кинул мех (милоть Илии) в реку Иордан и перешел реку. Расстояние того пути было невеликое, теснота, нужда, малая; кольми паче тебе потребно стяжать простоту, чтобы сие греховное море перейти безбедно! Ты же, имея великое препятствие — твое лукавство, как превозможешь сие пространное море? Бог ненавидит лукавых, как и лукавые люди ненавидят Бога.

Бог зрит не на лицо верного и неверного, т. е. не на одно только то, что человек крещен Богу, но Бог взирает на простосердечие, лукавый же, хотя и крещеный, — мерзость пред Богом. Кто простосердечен, тому и благотворит Бог; как только человек излукавится, тотчас оставляет Бог такого человека… Смотри же, человек, старайся совсем оставить лукавство, старайся удалять лукавые помыслы и сопричисляйся к простосердечным… Кая польза, аще мир весь приобрящем, душу же свою отщетим — лукавством и грехами? Грех же отчего происходит? От лукавства человеческого. Иоанн Богослов с простотою своею и целомудрием удержал девство, стал сосудом Св. Троицы. Иуда же, с крайним своим лукавством, сам погубил себя и сделался сосудом Денницы…

Глава 9. Сравнение кипариса стройного с растрепанным в показание того, что надлежит собирать свои мысли

Берегись, берегись, смотри, собирай себя и не распространяй ветвей своих, т. е. помыслов своих, подобно дикому кипарису! Видишь ли, как утрачивает свою ценность кипарис, у которого ветви рассеяны, наклонились, повисли, беспорядочно изогнуты, такой кипарис никому не угоден для взора. Срубить такой кипарис непременно постарается тот, на чьем месте он находится, чтобы не виднелось это некрасивое дерево, безобразящее собою и все то место, на котором оно растет. Кипарис же сей, несмотря на уродство свое, продолжает мнить о себе, что ветви его в надлежащем виде, а не знает, что они суть бесчестие его и что он позорится ими. Посмотри теперь на домашний кипарис, имеющий ветви свои крепко собранными и цветущими, зеленеющими. У кого возрастет в усадьбе такой кипарис, какое удовольствие получает хозяин сада от видения прекрасного кипариса? Если придется разрушить место, где растет кипарис, то домовладыка предпочитает иногда дом свой разрушить, нежели тронуть кипарис!.. Таков бывает и человек пред Богом… Некий владелец кипариса потщался дом свой разрушить, чтобы дерево кипарисное не повредить… Так и совершилось.., т. е. Господь не пожалел храма плоти Своей разрушить ради человека, зрящего горе, к Богу… Христос распялся, был погребен, воскрес, живет и царствует во вся веки… Лукавый же человек, если умрет во грехе-то, не возобновляется больше и не воскресает в жизнь вечную!..

Берегись, берегись, крепко держись, чтобы не постичь тебе в третье лицо.., т. е. чтобы не оказаться причтенным к рабу нерадивому, получившему талант и зарывшему его в землю. Сиди в каливе твоей, не заботясь о том, что делает один и что делает другой!..

Глава 10. О благотворности трудов послушания для успокоения помыслов

Если бы не имел он честолюбивого (досл.: барского самомнения) высокомудрия своего, разве стал бы делать то, что делает? Т. е. это говорится об одном подвижнике, помысл которого увлекал в пустыню и внушал ему, что совместное жительство в общежитии невыносимо. Что получил он с того, т. е. какую получит пользу от того, что отречется нести труды послушания? Никакой пользы, только один помраченный помысл неверия.., т. е. одно помрачение помыслами за неверие свое.

Каким же образом рождается эта страсть? Высокоумие и мысленное помрачение?

Эта страсть рождается тогда, когда ты затворен в келлии своей. Вследствие сей страсти многие затворники погибли и многие столпы сверглись в ад… Затворнику нужно иметь силу, как у преподобного Арсения… Но, будучи тем, что есть, как покушается он на делание безмолвия?..

Безмолвие юного есть — да трудится. Монах, иеромонах, царь, царский сын, боярин, боярский сын, сильный, малосильный, болящий, молодой — да трудятся непрестанно, каждый по силе своей, безропотно, т. е. в послушании. Сие есть покой, от мысленной брани, для монаха. В особенности же для иеромонаха его мир душевный заключается в том, чтобы он беспрестанно трудился. Вопроси кого-либо из трудящихся иеромонахов: какие помыслы искушают его? И посмотри, что ответит он тебе. Не даст он ответа, и не знает, что рассказать тебе о сем, ибо ничего этого не ведает; возделывание заповедей покрывает его, как покровом, от действия помыслов, и не воображает он их, помыслы в себе.

Подобное высокоумие было некогда в одном боярине, бывшем в добродетельнейшем общежитии, куда он пришел ради спасения своего, но по высокоумию своему нисколько не заботился, несчастный, о спасении своем.

Если спросишь, в чем было его высокоумие, — послушай и увидишь, какую гордость он имел, и как запят был ею в спасении своем.

Боярин сей был во времена отца нашего Саввы (Освященного), когда отцы были добродетельны и угодны Богу. Сей, будучи благороден и богат, также пришел к Савве: чтобы стать монахом. Преподобный принял его с радостию, дал ему особое правило, так как он не был привычен к труду; преподобный не пускал его возделывать землю и трудиться в трудных работах лавры, как прочие, которые трудились до девяти часов, т. е. трех часов дня, потом приходили и читали сообща последование, и лишь после вечерни все общежительно жившие вкушали однажды в день пищу. Боярин же не в силах был делать того — единственно из-за сомнения и барского своего тщеславия.

Видя в боярине такое высокоумие, преподобный велел ему трудиться внутри монастыря по силе своей, как может, но поститься до прихода прочей братии, чтобы по чину общежития лавры пищу есть вместе. Однако боярин держал свой барский дух и, будучи одержим гордостью, не исполнял заповеди преподобного, ел в келлии своей, что приносили ему его родственники, и не ходил к монастырской службе. Преподобный же не возбранял ему сего, не говорил ему о сем ни слова, но лишь молился Богу день и ночь о том, чтобы исправилось расположение боярина, чтобы вместе с братиею монастыря сопричли бы его к лику трапезы, к совместным трудам с братией и к входу в попечение о душе. Бог услышал молитву преподобного и явил сие следующим образом.

Наступил праздник Успения Пресвятой Богородицы 15 августа. Был канун Пресвятой. Братия пошли работать. Преподобный сказал им, чтобы они с работ пришли скорее, чем обыкновенно, для того, чтобы петь последование, боярину же приказал, чтобы он пришел ко времени вечерни в церковь, смотрел бы, когда братия будут приходить, и возвестил бы преподобному, когда все братия сойдутся в церковь. Тогда-то и проявилась там молитва преподобного следующим образом.

Когда собрались отцы, видит боярин, что один, сияющий на вид юноша, в белой одежде, держал в руках своих белое полотенце и отирал им лица отцов, одного за одним. Позади юноши была одна шестикрылая женщина, сиявшая, подобно юноше; она держала в руках своих чашу с золотой лжицей и приобщала тех, которых отер полотенцем юноша. Приблизился к нему и боярин, чтобы юноша отер его и чтобы боярину причаститься, подобно прочим, юноша же сказал ему: «Я вижу, что ты пота трудового не имеешь на лице твоем». Юноша отошел и стал отирать других братьев. Тогда боярин приблизился к сияющей деве, чтобы она приобщила его, но сияющая дева сказала: «Отойди от меня, ибо вижу, что трудового пота ты не имеешь на лице своем; постного облика также нисколько не вижу я на виде твоем». Так сказав, Она прошла мимо, и стала причащать утружденных братьев… Увидав это, боярин преогорчился, возвестив о сем преподобному; преподобный же сказал ему, чтобы боярин сам усматривал, что ему на пользу; тогда боярин стал усердно подвизаться в служениях, смирил свой нрав наравне с прочими братиями, вменял себя прахом ног их; до самой смерти поминал о пагубе своей, которую раньше возделывал, и великая печаль уязвляла его, что не подвизался он так с самого начала!..

Видишь ли, в какое убранство облекает душу возделывание заповедей, как перегоняет (т. е. дистиллирует) и шлифует, подобно кристаллу…

Если инок испрямит расположение свое, расстелет себя (т. е. якобы под ноги братьев, как подножку), усядется в расположении своем (т. е. откажется от выхода из общежития в пустыню, мирствовать будет в послушании, собирая свои помыслы и смиряясь пред братиями), то велиим наречется. Если же нет, если будет удерживать завистострастное самомнение свое и барство, то не только у людей разорвутся сердца, когда услышат они и увидят, что произойдет с ним, но и леса, если бы могли слышать, засохли, и камни расселись бы… Кто принуждал его давать обещание116 пред жертвенником?..

Но да не делают они сего (т. е. да не враждуют братия).., да живут дружно, как раньше, совокупно… И да ведает малый великого, как говорит (Писание): «Повинуйтеся наставником вашим и покоряйтеся им». Да правит великий малым, и да правит немощь его (т. е. да несет немощь его), и да знает немощной немощь свою…

Глава 11. О целомудрии. О поведении юных в общежитиях и отношении к ним старших

Да не отдает брат платье свое другому брату. Тот, кто дает одежду свою без дозволения предстоятеля другому, порождает бесчиния; от сего рождается нечистота среди киновии и человек становится бесчинником нечистоты.

Если брат нуждается в чем потребном, пошли его к эконому, ибо в каждом монастыре имеется для этой цели распорядитель, а братия не должна иметь между собой даяния и принимания.

Да не наряжаются иноки в нарядные рясы… Если имеют в обители юного, да одевают его всегда в ветхую рясу. Пусть юный не глядит в лицо и не смеется… Когда же с кем беседует, да приклоняет главу свою долу и так да отвечает…. Да не моет он лица своего водой и да острижет кудри свои, чтобы они не свешивались у него на лицо, как у девицы, ибо эти проклятые кудри благоукрашают человека для возделывания блуда.

Да, прокляты кудри, но у кого они прокляты? У того, кто служит им, т. е. лелеет их со злым намерением (нравиться), сей воистину препроклят вместе со своими локонами!.. Поэтому и говорю: да отрезают юным локоны, да не возобновится в них злое расположение, т. е. дух блудный, мирской, от которого они бежали в монастырь… Камилавку свою да надвигает себе на лоб и да прикрывает грудь свою, чтобы не дать соблазна кому-либо из братьев, тем более, что среди них есть и иереи; если же введен будет в соблазн иерей, то на соблазнившего падет ответственность за соблазнение иерея…

Феофан сказал святому: «Кто станет исполнять сие ныне?»

Святой же сказал: «Тем более необходимо исполнять это ныне, ибо сие только теперь и осталось», т. е. от прочих обетов монашеских осталось целомудрие, которое еще хранится; если же блудная страсть получит права гражданства среди монахов, то монашеская жизнь так же исчезнет, как сила евреев…

Если сотворят это, как я говорю тебе, то добро; если же нет, то беги от общения с ними, дабы не осквернилась совесть твоя еще в большей степени, как осквернилась она прежними делами, возделываемыми тобою…»

Феофан же сказал: «Откуда мне знать, поверят ли они? Человека не познаешь, верит он, или не верит. Считаешь по виду человека надежным, а он внутри — сосуд лжи, как разузнать дух его?»

Святой сказал: «Приими сию примету и будешь знать, как я говорю тебе: когда отыму руку мою от них (святой говорит именем Господним, когда отымется благодать Святаго Духа, живущая ныне в православном монашестве), тогда будут творить бдения и литургии вскачь по большой дороге, как то и ныне на западе… Будут взаимно посылать послания и получать послания разнообразного содержания и по различным предлогам, т. е. монашествующие вдадутся в литературу, в исследования научных и политических вопросов, как то и ныне на западе, расположение же их от духовных благ обратится всецело к суете.

Только, горе, горе, и пять крат горе душам таковых старцев, которые берут на свою ответственность и под свое руководство такую душу, т. е. юного, и не исправляют ее… Нынешние монахи держатся сего, любят, чтобы их звали «старцами», а до души послушников им нет никакого дела, хоть запустей она… Мирская пословица говорит: «Окрещу и миром помажу, а дальше пусть живет, или не живет!..»

О, несчастные старцы, губящие такую жизнь, т. е. юного послушника своего, не знаете, что имеете быть истязаны за душу учеников ваших и имеете ниспасть в кромешную адскую тьму?! Послушник там будет возлагать на старца ответственность за падение свое; душа послушника будет негодовать на душу старца своего и говорить: «О, злосчастный старец! Так-то ты постарался спасти меня, взял душу мою на свою злосчастную душу, а теперь мы жалостно мучаемся вместе?..» Чрезмерными укоризнами воздавать будет вину душа послушника душе старца. Душа старца тоже будет говорить слова укорительные душе послушника: «Что говоришь мне, злосчастный, что не наставлял я тебя, когда я говорил тебе и указывал путь?» И опять душа послушника будет говорить: «О, несчастный мой старец! Приведший меня сюда, в адскую муку, зачем ты не наказывал меня по делам моим; художник, если учитель не станет наставлять его, не может научиться никакому искусству; так и теперь, если бы наставлял меня ты монашеской жизни, то я не навык бы бесчинию, не впал бы в мучения, которыми ныне мучусь, мучается также и душа твоя, приемля часть, сообразную бесчиниям твоим. Через тебя я стал бесчинником, соделав проступки против монашеской жизни!.. Блажен монах, наставляемый старцем своим!.. Обесчещен же будет монах, который нерадит о наставлении ученика своего!.. Так обесчестились и мы с тобою, здесь, среди тьмы кромешной!.. И другими чрезмерными укорами будут укорять один другого, говорим: душа послушника и душа старца.

Глава 12. До чего довести может неумеренная снисходительность старца. Страшный случай, бывший в Иорданской пустыне

Некогда в пределах реки Иорданской было много монастырьков. В этих монастырьках было много безмолвников; среди таких безмолвников жили три брата, т. е. монаха, в послушании под началом у одного добродетельного безмолвника, который был — святая душа. Сей благословенный старец имел ревность о том, чтобы избавились от вечных мук его послушники; вся забота старца всецело была направлена к спасению их. Но эти, несмысленные, не смыслили спасения своего, роптали против своего старца, говорили, что он жесток и немилосерд, и иные роптания высказывали на старца. По малом времени почил о Господе старец их; остались эти три послушника; по обычаю один из них стал на место старца их и начал нарушать чин, установленный старцем, чтобы явить себя милосерднейшим против старца своего… И нашли его послушники по нраву своему… Постриг он их, поделал монахами… Монахи, видя такового старца, милосерднейшим и добродушнейшим в сравнении с прежними, славили Бога, что нашли такого пастыря по духу своему… Бог же нисколько не был прославляем ими, но даже был в презрении у них. И они были презрены, оставлены Богом и низверглись в блато страсти нечистоты… Старец же ни в чем не перечил им, чтобы быть хвалимым от них за кротость и смирение, на самом же деле, внутренне, он весь был всецело — гордость нечистоты ума своего, мыслил лишь о том, что к погибели, но не о том, что ко спасению души его…

И что же из этого вышло? Когда умер сей злосчастный старец и погребен был в землю, земля не только не приняла его, но извергла вон три раза, и не принимала в свои недра. Ученики рассуждали, что им делать; когда они все вместе обсуждали это, явился ангел и велиим гласом сказал собравшимся людям, чтобы взяли одну песью самку и положили ее в могилу вместе с мертвецом, да примет его земля, аки пса, а не как монаха, ибо он не хранил заповедей благословенного старца своего, которые должны были быть покровом ему!..

По смерти старца умертвились таким же образом и ученики его, ибо, видя умерщвление старца своего, погребение с псиной самкой, — не раскаялись в тех беззакониях, которые соделывали. Сие возделывали они после похорон мертвеца… Возделывая же сие, возбесились, наконец задушены были бесами, и умертвились так же, как и восхваленный их старец. Погребли их в землю, но земля не принимала их, а тотчас извергала вон… Видя это, предстоятели еще более недоумевали, совещаясь, что следует делать; явился вдруг со страшным громом ангел и сказал предстоятелям: «Возьмите песьих щенят и положите в могилу вместе с ними; так как деяния их были подобны псиным, то, да примет их земля, как песьих щенят, а не как монашеских чад»… И сотворили, как сказал ангел, тогда приняла их земля, аки песьих щенят, а не как монашеских детей…117

Глава 13. Другой пример строгого старца к благословенного послушника в той же Иорданской пустыне

В те же дни был один добродетельный безмолвник, суровый к послушникам своим; вследствие великой своей суровости он их очень сильно наказывал.

Воспитание же его было сие: после захода солнца допрашивал он послушников, что делали они сегодня; потом читали вечернее последование. Со страшным прещением испытывал он чад своих, дабы не скрывали от него ни слова, ни дела, ни помысла; когда же слышал, что кто-либо хотя мыслию, в помысле, согрешил, давал канон следующий (т. е. покаянную епитимию).

Становились они оба (т. е. и старец, и послушник) на молитву, на целую ночь, в течение трех суток; затем читал старец молитву послушнику (разрешительную), брали они рукоделье и рукодельничали.

Рукоделье же их было — четки, старец имел обычай вязать одну четку в день; рукоделье творили вместе с молитвой. Смертельным же грехом считалось сие: когда слышал он при допросе, что (послушник) без дозволения старца беседовал с кем-либо из братьев: беседою же считалось (досл.: было) и то, когда, произнося ответ (на чей-либо вопрос, послушник) не склонял главы своей к земле, но открыто (взирал) в лице; особенно испытывал он о молчании и собеседовании: каким образом безмолвствовал кто в рукоделии и как собеседовал с братиями-аскетами. Испытывал (не было ли) осуждения, взаимных взоров (досл.: зрительной беседы), злословия, праздного собеседования; и когда слыхал о сих грехах при испытании своем, то тяжко наказывал; вместе с наказуемым послушником трехдневный канон (епитимию) нес и старец. Так они совместно изнуряли себя, никто не в силах был выносить такое суровое воспитание и выстаивать со старцем канон; старец оставался один, и получил от своих учеников имя «жесточайший» и «суровейший». С течением времени пришел к нему один послушник из Палестины, был он учен всей философской науке; но, имея философские познания, испытывал и жизнь отцев-безмолвников: как безмолвствуют они и какую жизнь ведут; испытывая это, пошел он к жесточайшему старцу, одобрил его жестокость, и угодна была ему такая жизнь. Тогда присоединился он к пути жесточайшего старца — письменно и неписьменно (т. е. дав обязательство письменное и словесное неуклонно последовать и повиноваться старцу). Смиренно терпел сей послушник суровое воспитание жестокого своего старца, и мудро говорил себе: «Пшеница, если не всеется в землю, не умножится; если же и умножится в зерне, но не смелется на мельнице, не будет мукой; мука же, если не заквасится в корыте и не положится в горячую печь, не получит свойства хлеба и не назовется хлебом трапезным. Так и послушник: если не покорит себя человеку, не получит спасения, но и при сем, если не будет терпеть суровостей от спасения своего (т. е. от старца), не назовется спасающимся человеком; но и спасающийся человек, если не положит души своей на претерпение сурового воспитания, если не опалится бесчестием и поруганием человеческим — не получит свойств хорошего хлеба, не будет положен на трапезу, но будет выброшен свиньям… И тесто, если не сожмется само в себя, то не пойдет на трапезу, но сделается хлебом для свиней…

Поэтому, пусть я сам себя сожму в жестокой жизни сего честного старца, дабы не стать мне хлебом для свиней…» Так всегда говорил он и мужественно терпел суровое воспитание старца, пока не упокоился о Господе.

На утро старец пошел посмотреть его могилу и, увидав могилу, воскликнул: «Чадо мое, где ты?»

В тот час заблагоухала могила, из трещин земли вышло прекрасное благоухание; сие благоухание было ответом и говорило: «Здесь есм, отче, успокойся и не бойся, ибо безропотно и непоколебимо до конца претерпевший в заповедях старца и духовника своего не приемлет смерти, но почивает посреди ангелов, поэтому перестань, не плачь; потерпи и ты (до конца) твою собственную суровость, так же, как я терпел твою».

После сих слов могила закрылась, благоухание прекратилось, старец вернулся в келлию свою, благодаря Бога.

Видишь, как спас старец послушника и как послушник спасает старца терпением послушания и крайним смирением?..

Глава 14. Обличение людей нынешнего времени в нечувствии к духовным благам и пристрастии к земным

Дивлюсь я тому, до какой степени стали презренны книги нашей церкви днесь… Книги церковные суть истиннейшие — до (последнего) выражения, до (последней) буквы… Отчего же столь презирают их, отчего не повинуются нынешние люди книгам нашей церкви? Потому, что ныне люди упились чашею бесчувствия, не чувствуют слов книг церковных; по своему великому бесчувствию нынешние люди сократили богослужение; влияют на чувства их — сребро, злато и дела рук человеческих, посему и не дают теперь люди совершать богослужения в совершенстве, но с торопливым понуждением понуждают, как бы поскорее окончить его и выйти вон, чтобы взяться за свое рукоделье, собрать побольше сребра и злата, дабы похваляться своим богатством. Некогда (монашествующие) имели в (почете) и похваляли Великого Антония и Великого Арсения, а нынче люди восхваляют того, кто имеет больше сребра и злата. Того, кто обладает сребром и златом, имеют в предпочтении. Кого приветствуют? Того, который всех больше возделывает дела рук человеческих. И сие осталось ныне (т.е. от прежнего монашества)!.. И сие возделывают люди днесь!.. Но только не довольно нынешним людям того, что приветствуют их и почитают за труды, но стремятся они еще к тому, чтобы их славили и за дела беззаконные, стараются быть предпочтенными со своими беззакониями.

Монах, который возделывает подобное беззаконие, есть мерзость мерзостей пред Богом!.. Монах, пребывающий в обетах жизни монашеской, но имеющий (в то же время) деньги в росте, получающий барыш со сребра и злата — есть мерзость пред Богом и всеми святыми!..

Глава 15. Сравнение сердца монаха с зеркалом

Монашеская жизнь пред Богом есть как бы зеркало (т.е. в чистом сердце, как в зеркале, отражается Бог, а жизнь монашеская должна быть беспрестанным созерцанием Бога). Человек смотрит в зеркало, взирает там на лицо свое, любуется им; потом на зеркало падает дыхание человека, и зеркало солжет, человек уже не может в замутившемся зеркале зреть лица своего. (В этой притче многоразличный смысл: Богу приятно и угодно чистое человеческое сердце, отражающее в себе Лик Божий; можно видеть здесь и ту мысль, что чистое сердце мгновенно утрачивает свой блеск, как только человек допустит в себе какое-либо сомнение и горделивое самолюбие). Если от дыхания человеческого мутнеет зеркало, то не тем ли паче мутнеет монашеская жизнь от тленного дыхания сердца человеческого, устремляющегося к тленным благам. Но зеркало (легко) отирается и проясняется, монаху же затруднительно отереться, когда он загрязнится. Зеркало, когда загрязнится человеческим дыханием, отирается одним лишь тонким платком, чистота зеркала проясняется, и (снова) зрит в нем человек красоту лица своего; монах же, если загрязнится беззакониями своими, не отирается тонким платком, чтобы прояснить блеск чистоты своей, чтобы чистота его (снова) привлекла взор Божий к себе, ибо, если станет отираться тонким платком, то платок замарается и станет потом никуда не годен. (В этой притче преподобный, по-видимому, хочет сказать, что смертные грехи для монаха еще более тяжки, чем для мирянина, и требуют сугубого покаяния). Говорим: если монах впадает в грех, возделывая беззаконие волею и неволею, словом, делом, или помышлением, если он и сознается в сем, подобно блудному сыну, покается, но покается словом, а не делом, то не попользует такое покаяние его; покаяние должно осуществляться делом, а не проявляться лишь словом.

Говорим: если не положите печаль на сердце ваше, если сокрушением плача не будете тереть сердца вашего, то никоим образом не возможете обрести путь спасения, ибо отступили вы от пути спасения, взяли другую дорогу, которая не ведет ко спасению! Говорю вам: вернитесь обратно с печалью и сокрушением сердца, да обрящете путь спасения вашего, ибо путь греха есть путь погибели, но не спасения.

Глава 16. О свободе духа и легком бремени истинного монашества, уклонение современного монашества к суете сует

Дивлюсь я тому, как осмеливаются люди оставаться на пути погибели, когда есть такой (т. е. столь доступный и удобный) путь спасения?

О, какая легкость свободы есть монашеская жизнь! О, как легко утратиться такой свободе от людей!

О, какое удобство для спасения живущим на горе сей!

О, какую свободу мы имеем здесь для возделывания монашеской жизни!

Ох, какими люди сделались ныне!

«Иго Мое благо и бремя Мое легко есть», — Христос не повелевает нам переставлять скалы, не повелевает нам держать рукою канат корабля во время бури — повелевает же нам лишь иметь чувство сознания своего собственного бремени и бремени общего (т. е. оплакивать свои немощи и грехи, а также общее падение монашества и скорбеть о сем).

«О рекших мне, внидем во дворы Господни, возвеселися мой дух, срадуется сердце» — антифон, глас 4.

Мы здесь во дворе Господнем, т. е. в обители монашеской, но мирствуем ли мы здесь? Да (т. е. живем спокойно), но во дворах Господних не есьмы!

Что же это за дворы Господни? Дворы Господни суть пять чувств; говорим: вера, любовь, милосердие, целомудрие и кротость, — как говорится: «Научитеся от Мене, яко кроток есм и смирен сердцем» (Мф.11:29). Сии пять чувств запечатлел Бог в человеке, говорим: в руках и в ногах, на память человеку (т. е. в знамение сих пяти чувств сделал по пяти пальцев на руке и ноге). Но люди позабыли. Они оставили бремя (легкое), переставляют скалы и держат в руке канат, в такую бурю!

Нынешние люди считают лучшим для себя не только скалы переставлять, но за благо почтут переставить Афонскую гору на место Олимпа, а гору Олимп на место Афона, канаты кораблей всей вселенной предпочтут удерживать в руках во время бури, нежели вступить под иго Господне! И Бог (все-таки) не отнимает своего ярма до часа судного, долготерпит, налагает раны, чтобы люди опомнились!

Сии же пять чувств, которые (должны) хранить люди, (так же необходимы им), говорим: как пять пальцев на руке. Если у кого не хватит лишь одного пальца, а останутся четыре, (все равно) его будут называть калекой, не так ли? То же и с заповедями Божиими (т. е. хотя одной из них не соблюди, ты духовно уже урод).

К мирножителям. Мирны ли мы? Нет, но соблазняем друг друга!

Мирны ли мы? Нет, но предаем друг друга!

Мирны ли мы (т. е. в возражение тем, которые утверждают, что, удалившись от мира, они мирствуют, хотя и не подвизаются о спасении)? Нет, но презираем друг друга!

Мирны ли мы? Нет, но осуждаем друг друга!

Мирны ли мы? Нет, но не покоряемся друг другу! И как прейдем мы таким образом ко дворам Господним, чтобы возвеселился дух наш и сорадовалось бы сердце наше?

Мирны ли мы так, чтобы возвеселялся бы дух наш? Нет, соделали мы дух наш диким по отношению к тем пяти чувствам и мирны (при этом).

Мирны ли мы так, чтобы и сердце наше сорадовалось бы? Нет, мы (хотя и) мирны, но почему же сердце наше стало жестким по отношению к этим пяти чувствам?

(Если мы мирны, как то предполагаем), то почему же сделались такими непокорными и безумными? Потому, что люди ныне уклонились от долготерпения. Потому, что отстранились от легкого бремени, приблизились ко бремени тленному, без-плодному, тягчайшему, вступили под него, и несут на плечах своих сие бремя, как будто кто их на рабство осудил, несчастные люди! Позабыли они совсем, что они монахи, что они находятся не на базаре, а во Святой Горе, говорим: во дворах Господних в уделе Всецарицы, Честной Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии! Матери долготерпения, Всепетой Богородицы, христиан Предстательницы, Посещения архиереев, Покрова иереев, Путевождя в жизни монашеской, Охранительницы девства и целомудрия, монашеской жизни Наставницы!

Многопопечительность житейская производит язву в душе и до такой степени изъязвляет человека, что делает его как бы прокаженным. Суета сует и всяческая суета есть многопопечительство человека!.. Многопопечительность отнимает от человека благодать Божию! Многопопечительность побуждает человека призывать царицу погибели! Многопопечительность побуждает человека отвергать Царицу Спасения! Многопопечительность приводит человека в погибель погибели, как погибли и ныне монахи со своею многопопечительностию.

Спросишь у меня, монаше: неужели мы погибли? Зачем спрашиваешь это, монаше? Ты и сам знаешь, что от многопопечительности заботы ты находишься в погибели погибели, даже не сознаешь себя монахом, даже не чувствуешь того, что ты внутри двора Господня, дабы возвеселился бы от этого сознания дух твой и сорадовалось сердце твое, дух твой всецело рассеян и сердце помрачено. Ты даже не понимаешь, что такое словесный человек.

Скажешь, монаше: чем же мы не словесные люди, ужели мы животные?

Да, правду говоришь ты, о, монаше (т. е. эти слова относятся к монаху, увлекшемуся многостяжанием и суетой), ты не таков, как животное, ибо животное беззаконий не творит, а ты ежедневно творишь беззакония и злые похотения; в тебе такой же превратный ум погибели, как у древних людей при Ное… Во время самого потопа Бог весьма опечалился; но из-за чего опечалился? Из-за развращенных людей, подобных тебе, монаше, а не из-за животных, которые ни в чем не провинились пред Богом, но должны были погибать с людьми. Поэтому Бог, слыша рев животных, погибавших посреди вод, весьма печалился!

Вас же, преступивших заповеди в монашестве, ожидает Он с безграничным долготерпением Своим, дабы услышать от вас вожделенное покаяние, и имеет для вас готовую милость!

Из-за чего же вы губите себя многопопечительностию погибели, на всяк день взывая к царице погибели, к семиглавому беззаконию и преогорчая каждый день, каждый час и каждую минуту Царицу Спасения?!.

Вот сегодня прошу и молю вас, освященные иеромонахи и вы, честнейшие монахи: не вверяйте себя царице погибели и семиглавому беззаконию, чтобы не покинула вас Царица Спасения и не остались вы пусты от благодати монашеской жизни. Ибо Царица Спасения есть Дева чистейшая, не допускающая и следа ржавчины (прим.: «кори» — по-гречески есть и дева, и око, т. е. Богородица есть Око чистейшее, не терпящее в монашестве ржавости обетов, а в особенности ржавости целомудрия), как то любит царица погибели, выжидающая гибели мира всего… Сия же чистейшая Царица Спасения не желает и слышать о таковом погибельном деле в уделе Своем, т. е. в монашестве вообще и во Св. Горе в частности.

Глава 17. Воззвание к афонским инокам и возвещение о погибели Афона, если не покаются

Вонмите, иереи, иеромонахи и вы, честнейшие монахи: сказывал вам и паки говорю: сохраните себя, храните строго монашескую жизнь и чистоту, заповеди спасения нерушимо, чтобы не сделаться для рода христианского виною соблазна.

Если же нет, если же нет, если не послушаете сих слов моих всех, не обратитесь к покаянию покаяния, не придете в такое же покаяние, как город Ниневия, — имеете дать вину всемирному великому соблазну мира; издали будут взирать на место сие, с моря и с суши, будут указывать пальцем на место сие и говорить: «На месте этом обитали спасавшиеся люди, смиренные монахи, ведшие ангельскую жизнь аскеты, пустынники, содержавшие крайнее безмолвие, никогда не желавшие насытиться досыта хлебом и водою, во всю жизнь свою». А ныне это место погрузилось во глубину моря?! Будут сие говорить, подобно тому, как ныне говорят о городах Содоме и Гомморе.

Глава 18. О славной обители Неусыпающих и почему запустела она

Увидал некто известную обитель Неусыпающих опустошенной и разоренной; увидал также и то, что в обители на святом месте сидит некое животное… Увидел это человек и, из глубины сердца вздохнув, сказал: «Горе нам ныне! Как пала сия обитель, в которой обитали неусыпающие, праведные и освященные души; до чего она пала: в обители обитает дикое животное, на святой Трапезе!» Сказав это, схватил он камень в руки, чтобы прогнать этого зверя, но услышал глас и страшное слово: «Оставь животное в покое! Для Меня лучше иметь это животное, нежели тех несчастных монахов, которые позорят свою монашескую жизнь, впали в многопопечительность, заботы о стяжаниях, и соперничают в том, кто первый слукавит, кто первый солжет, кто первый неправедно похитит, кто первый обесчестит ближнего, кто первый накопит сребро и злато, кто первый обогатится многоразличием трапезы, кто будет первым в возделывании многословия осуждения. Да, не усыпали они, но, с другой стороны, и многословие осуждения у них никогда «не усыпало»; поэтому и говорю Я тебе, что лучше для Меня иметь это животное, нежели тех превратных монахов!».118

Услыхав сей голос, благословенный человек тот остался в изумлении от этих громовых слов.

Вот сегодня и вас я спрашиваю: понятны ли вам слова мои для ушей ваших? Дайте мне сей ответ. Если же все еще не можете мне сие ответить (т. е. что понятны), то слушайте и четвертое сказание, дабы я чист был от дел, которые вы делаете!..

Глава 19. Обращение к святогорцам; притча о магните и железе

Послушайте, преподобнейшие иеромонахи и вы, честнейшие монахи! Когда в Ниневии, во время проповеди Ионы, мудрец Рамуил поставил на высоком месте магнит, а к нему привесил железо, то железо удерживалось магнитом, несмотря ни на какие воздушные стихии (ветры и т.п.). Ж. Ибо, пока железо чисто, магнит не боится ни тяжести, ни ветра, ни долговременности, но ржавости железа он не выносит: заржавело железо, и магнит его не держит; освободилось оно от ржавчины — и опять принимает его магнит; если же не разоржавеет, то магнит его не принимает, железо пребывает ржавым и бывает не годно ни на что.

Так же держит над Афоном Богородица, чистейшая Дева, Царица Спасения, покров «крилу Своею», всегда покрывала Она и покрывает Гору сию до днесь, подобно магниту. Если магнит, будучи бездушною тварью Божией, имеет такую державную силу, то тем более Всецарица Госпожа наша Богородица какою обладает силою? Хотя и не в силах я это рассказать вам, но вы и сами видите державную силу Богородицы.

Равным образом, как качали ветры магнит, чтобы упустил он железо, и не возмогли, так колеблют и язычники Гору сию, чтобы отлепить Афон от руки Пресвятой. Наконец Св. Гора отомкнётся от руки Пресвятой, но каким образом упустится Афон из руки Ее? Не из-за шатаний язык, а по причине беззаконий, так как Она выносить их не в силах, ибо беззакония человеческие пред Богоматерию Госпожею нашею Богородицею то же, что ржавчина железа пред магнитом; ржавчина разлучает железо от магнита; беззакония живущих в Святой Горе могут разлучить их от Богородицы.

Глава 20. Обличение торопливости богослужения

Вы имели и имеете один злой обычай, за который не сочтетесь со избранными, как говорится: «С человеки делающими беззаконие не сочтуся и со избранными их». Спросите, что это за беззакония, ради которых мы не будем со избранными? Своих богослужений мы не опускаем, не пропускаем ни литургии, ни вечерни, ни девятого часа; как же ты говоришь, что мы не будем со избранными? Это ли отвечаете вы мне? Дивлюсь я, почему вы требуете изъяснения вам ваших беззаконий, которые сами же творите, но не сознаете их, несчастные! И как не беззаконничает человек ныне? Т. е. это ли мните себе оправданием, что вы службы не опускаете? Служба ваша никуда не годна по торопливости. Как гнилая доска полезна столяру, так пользует и торопливая служба монаха. Насколько поломанная игла потребна портному, настолько и торопливая литургия пользует иерея…

Сколь потребна ржа для железа, столь же пользует и пост злопамятного человека!..

Глава 21. Возлюбим друг друга, да единомыслием исповемы. Пример св. Никифора, Саприкия и патриарха Авраама

Если истончите шею вашу постом, если и плоть вашу иссушите, как сушеную скумбрию (морская рыба вроде селедки), любви же не будете иметь — никакого плода не принесете!.. Посему говорится: возлюбим друг друга, да единомыслием исповемы. Не будешь иметь любви, и исповедания иметь не будешь… Если даже будешь и исповедание иметь, а любви у тебя не будет, то лишишься исповедания, подобно Саприкию…

Возлюбим друг друга, да единомыслием исповемы… Кто истолковал эту тайну? Ее изъяснили два человека, духовный и бесчувственный; говорим: Никифор с Саприкием…

Раньше они были оба чувствительными, любящими, имели равноангельское единомыслие любви, но Никифор поссорился с Саприкием, виноват был Саприкий; любовь, которую они имели, преложилась в злопамятство; эта страсть вкоренилась во внутренностях Саприкия; он не хотел даже видеть пред собою Никифора, но за такое злопамятство Саприкий лишился мученического венца, которым Венцедавец готов был уже увенчать его…

Саприкий перенес такие муки, что венец небесного мздовоздания стоял всего на семь локтей над головою его, но семиглавие беззакония злопамятства не дало венцу спуститься на голову Саприкия… Ибо, сколько ни умолял его Никифор о взаимном снисхождении, т. е. прощении, Саприкий не желал снизойти; за то снизшел до принесения жертвы идолам и отрекся от Христа!.. Что же было виною сему? Злопамятство.

Никифор же, как кроткий и смиренный, приял венец от венцедавца Христа. Видишь, как бесчувствие Саприкия лишило его исповедания, как оно вместе с жестокосердием злопомнения низвергло его в блато идолопоклонства?..

Никифор, по чистосердечной любви, пал в ноги и поклонился Саприкию, чтобы заключить любовь, но Саприкий не хотел и смотреть на Никифора, а не только сотворить любовь!..

И вменилась Никифору любовь к Саприкию в мученичество, в мужественное исповедание, и совершила ему мученический венец!..

Хороша любовь к человеку, но не чрезмерная…

Два рода есть любви — человеческая и Божественная…

Кто разъяснит нам чрезмерность любви к человеку, и кто изъяснит нам чрезмерность любви к Богу? Пример чрезмерности любви человека к человеку есть Саприкий, ибо он раньше чрезмерно любил Никифора, которого потом возненавидел…

Какой теперь человек может показать чрезмерную любовь к Богу? Патриарх Авраам доказал чрезмерную любовь к Богу словом и делом; за это познал Авраам и любовь к себе Бога, когда Бог возбранил ему заклать сына своего!..

Но кто возбранит Богу, дабы Сын Божий не приносился за людей в жертву на жертвеннике?..

Невозможно никому возбранить Богу, чтобы не жерся Сын Его; явно, что любовь Бога к человеку превосходит любовь человека к Богу…

Глава 22. Сравнение монахов, отступивших от иноческого подвига, с неблагодарными израильтянами

Бог возлюбил человека словом и делом, а человек презрел 1 Бога словом и делом; так израильтяне, чрезмерно любимые Богом, явили Богу великую неблагодарность. И ныне монахи, отпавшие от иноческого подвига, за многую любовь к ним Бога, избавившего их от агарянского плена, т. е. от мира греховного и насилий агарянских, творимых над мирянами, Бога, приведшего их в землю мира и спасения, явили неблагодарность Богу, бросили путь спасения, презрели призвание Божие, впали в излишества телесные, как будто и Бога всевидящего нет!.. Мысль их окружена плотскими вожделениями!.. Всецело вожделевают они жизни погибельной, презрели и презирают жизнь спасительную, а в оправдание бесчувствия своего говорят, что в нынешнее время без житейских попечений трудно управиться и без хлопотливых забот нельзя и жить!.. С таким отрицательным убеждением, в невозможность ведения в наши дни жизни нестяжательной, отказываются они от монашеского подвига совсем — с отчаянием безнадежности говорят и толкуют так: если не будем иметь огромных домов, разнообразной роскоши, многоразличных трапезных снедей, если не будем о всех этих суетах заботиться, то не можем понести монашеской жизни; без сих плотских утешений она невозможна.119 Евреи, будучи неблагодарны к освободившему их от фараона Царю Славы, наконец отреклись от Господа и распяли Его, своего Освободителя, Царя Славы; ныне люди отреклись от Царицы Спасения, призвали себе на помощь царицу погибели, многопопечительную суетливость; заботятся лишь о пагубном скряжничестве, которым и грязнят свою душу.

Глава 23. О тени и сени смертной

О, честнейшие отцы! Если бы вы видели пременение смертное, когда душа отлагает тело, то не стали бы заботиться ни об одном зернышке, ни об одной ниточке для вашего тела, но бесчувствие помрачило вас тьмою и сенью смертною погибели. Своею многопопечительною заботой о суете ввели вы себя во мрак тьмы и сени смертной и не видите света истины, который ежедневно сияет пред вами. Говорим о сне мертвых в усыпальнице и мертвости погребенных, которая вопиет пред вами…

Вы хороните мертвого в землю, по времени глядите могилу, от мертвого остаются сухие кости, отрешенные от плоти.120 Вы их перемешиваете и оне не возмущаются против вас!.. Вы говорите им, но они не отвечают вам. Вы их бесчестите, но они не бесчестят вас… Если такова кончина человека, чего же печетесь вы в заботливых многопопечениях, омрачаясь тьмою и сенью?.. Пробудитесь, взыщите истину, ибо ходяй во тьме, во тьме и остается.

Вы говорите: если не будем заботиться и многопещись о плоти нашей, — не жить нам на месте сем…

Ах, честнейшие отцы, для чего пришли вы сюда? Чтобы умерщвлять тело, оживляя душу, или оживлять плоть и умерщвлять душу?!

Ради сих глаголов вашего бесчувствия, ради того, что вы ходите во тьме и сени смертной, — Бог послал вам сияние истины, оно не далеко, оно ни справа, ни слева, ни на высоте, но у самых ног ваших, и вы ежедневно видите пред собою таковое сияние истины (т. е. смерть)!

Глава 24. Увещания кавсокаливитов быть нищелюбивыми

Вы скажете (про некоего нищего Ивана, проживавшего в полном нестяжании в одной пещере близ Кавсокаливы), что он беззаконничал? Я не говорю вам, чтобы вы подражали беззаконию его (по-видимому, у этого нищего Ивана была какая-то явная немощь, может быть, он выпивал?), но говорю вам о беспечности его (т. е. отрешенности от земного), в которой он пребывал тридцать лет. Прожив в стольких злостраданиях, он не заботился ни о кресале (кремне), чтобы высечь огонь, ни о жаровне, чтобы развести жар, ни о сребре и злате; рукоделья человеческого не творил, постели себе никогда не постелил; не ведал ни кушанья варить, ни о продаже пещись, ни о покупке заботиться. Спрашиваю я вас: где живет человек сей с такой жестокой жизнью (т. е. не здесь ли с вами, говорящими, что ныне нет больше возможности так жить)? Вы скажете мне: «Не призирай мы его телесно, не мог бы выносить он такой жестокой жизни». Вот, вас призирает Бог, помогая вам с безграничною милостию милосердия Своего… Почему же вы не подражаете такой его жестокой жизни, прогневляя Бога многопопечительностию заботы? Как вас милует Бог, так милуйте и вы его… Вы же (хвалящиеся милостыней своей, подаваемой ему), как пренебрегаете им?! Приходит он к вам в дом, вы же изгоняете его с бесчестием, точно какого злодея!.. Поскольку пред людьми он кажется злодеем и беззаконником, постольку вы злодеи и беззаконники пред Богом… Беззаконие же его есть немощь; он немощствует, вами искушаемый; если вы не будете его искушать, тогда и он перестанет немощствовать. Искушается он злыми духами, а вы искушаете его делом искусительным; как человек, он побеждается в этой страсти, но бремя искушения, которым вы искушаете его, тяготеет на вас (досл.: уделено вам). Искушение же ваше есть сие: приходит он, чтобы вы уделили ему немного хлеба; вы же, вместо хлеба, раскаляете его вашим празднословием, он впадает в это беззаконие и, возвратившись в дом свой, псилафизуется (т. е. искушается в помыслах) вашим празднословием… Посему, вам уделено беззаконие121 его, и вы дадите двоякий ответ за эту дущу: во-первых, дадите ответ вместе с богаом (евангельсикм), во-вторых, дадите ответ о душе сей за ваше искусительное празднословие.

Глава 25. О неуместности веселия в монахе

Вступившему в монашескую жизнь подобает быть траурным, темным, озабоченным и всегда сокрушенным. Он должен иметь озабоченность, подобную озабоченности воина, идущего в бой. Воин озабочен (предстоящим) трудом бранным и говорит: отобьюсь ли я от врага в сем сражении? Ох! Горе мне! Объял меня страх боязливости (т. е. боюсь за себя, что не хватит мужества)! И, таким образом, сердце его все в трауре (досл.: в черноте), от сознания того, что он подвержен опасности погибнуть.

В чем заключается военное дело монаха? Оно есть: воздержание, пост, мужество, голод, жажда и страх (т. е. всегдашнее опасение и бдение) — сии суть беспокойства военные… Когда воины выстроятся в боевой порядок, тогда бьют врагов в голову различным боем… Когда же воины освободятся от смертной опасности и, победив, выйдут из боя без всякой раны, то, как победители, идут к царю, ликуя о победе, радуясь избавлению от опасности бранной и восклицая: «Радуйся, Царица, благодаря Которой мы идем победителями, победив силою Твоею!» Радуйся, Царица сил!.. Как говорится: «Взбранной Воеводе победительная, яко избавлыпеся от злых, благодарственная восписуем Ти раби Твои Богородице: но, яко имущая державу непобедимую, от всяких нас бед свободи, да зовем Ти: Радуйся Невесто неневестная!..»122

Глава 26. Обличение духовников, не хранящих тайны исповеди

Господь Иисус Христос, дав нам крещение во очищение нечистоты души нашей, одновременно с этим дал и (еще) баню с дверью, приделал замок замыкать и отмыкать, поставил преемников (пастырей), отдал им ключ от двери, чтобы замыкали и отмыкали, сказав: «Аще свяжете на земли, будет связано на небесех и еже аще разрешите на земли, будет разрешено на небесех» (Мф.18:18).

О, несчастные духовники, имеющие123 самомнение и становящиеся на исповедь! Приходит пред вас бедствующая душ изливает пред вами все помыслы свои; а вы, вместо того, чтобы утешить ее в ее бедствии, делаете ее еще более бедствующей, ибо она слышит от вас осудительное празднословие; она слышит, как вы рассказываете другому человеку то, что пред вами исповедовали люди, как празднословите об этом и осуждаете то, что слышали на вашей исповеди…

О, несчастные духовники, которые водитесь (досл.: держите) нечистотою ума своего и посему многих отсылаете в муку, так как вследствие того, что вы не способны хранить тайну исповеди, они не дерзают исповедовать вам свои грехи.

Несчастные духовники, которые таковы…

О, несчастные нынешние духовники, вы наполняете ад и истощаете рай!

О, бедные нынешние духовники! Вы чрез это делаетесь союзниками Денницы, уподобляясь овчарке, которая хранит стадо овец и в то же время делается другом волку; так и вы творите союз с Денницей!..

О, ржавые нынешние духовники, своею снисходительностию вы навели ржавчину на ваших духовных чад, ибо попускаете творить волю свою и злые дела свои…

Глава 27. Повесть о страшной каре, постигшей некоего духовника, излишне снисходительного к своему духовному чаду

Некий человек находился в одной киновии, там он зло проводил время своей жизни монашеской, подвизаясь не о Бозе, но в тайне сердца своего служа мамоне, так что сделался рабом мамоны. При всем этом он сблизился с духовником, каждый день исповедовал ему помыслы свои; но духовник бездействовал, не старался исправлять его и снисходил ему до погибели… Какой бы помысл не говорил ему сей юноша, духовник во всем снисходил к нему… Юноша же не ведал, что духовник имел содомское влечение к юным… Видя снисходительность духовника, юноша проводил время в злых делах, следуя злому нраву своему; что бы помысл ему ни сказал, он все то исполнял, вследствие погибельного соизволения духовника своего… Наконец, юноша умер в беззаконии своем и похоронили его в землю!..

Через сорок дней по смерти устроили ему поминки; после поминовения старшая братия отправились в трапезу и кушали, канонарх взошел на амвон читать, а после чтения стал говорить похвальное слово покойнику сей злосчастнейший духовник… Тот же, т. е. покойник, внезапно взошел чрез большие двери трапезы, остановился среди трапезы и стал слушать похвалы, которыми восхвалял его духовник. Духовник говорил, что никогда еще не бывало в киновии такового человека, которого я познал на исповеди, что покойный чист был в целомудрии, чист был в смирении, чист был в нестяжании, в подвиге поста, — и другими многими похвалами восхвалял духовник мертвого; наконец, восхвалил и за смерть его, как получившего блаженную кончину!.. Тогда мертвый вдруг проговорил: «Подобную смерть, которою я умер, будешь иметь и ты при кончине твоей!.. Послушайте меня, слушатели мои: из тех похвал, которыми восхвалял он меня, злосчастнейший духовник, ни единого слова не было правды, так как он столь восхвалял меня из-за того, что имел ко мне содомитское пристрастие…»

Тогда отвечал духовник и сказал: «Чадо мое, ведь ты умер и похоронен, как же после сорока дней пришел сюда?»

Мертвый слазал: «О, злосчастый духовник! Ты имеешь еще уста, чтобы возражать мне?.. Мало того, что я горю в пламени, ты меня восхваляешь еще за добро, которого я не делал… Я делал одни только злые дела, открывая тебе все помыслы мои, ты же, вместо того, чтобы исправлять меня, сделал то, что я стал делать еще худшие дела, чем раньше. Ныне же, вместо того, чтобы печалиться о делах моих, ты восхваляешь меня и этим еще больше пламенноспаляешь меня…» После сего мертвый сказал: «Пойдем со мной, чтобы и ты был там, куда низвел меня». Тотчас разверзлась земля, поглотившая обоих в пламень мужеложства, предназначенный не только для тех, которые грешат в сем делом, но и для тех, которые, не согрешая делом, имеют в себе содомитское сладострастие…

Глава 28. От бесчувствия происходит невоздержание в слове и в еде, а от этого развивается сладострастие

Есть монахи, которые, хотя и облеклись в монашество пред вратами жертвенника, но не слушают того, что вопиет им монашеская жизнь, не покоряются ее уставам… Следовательно, в какой же тьме находятся подобные монахи?! Как могут они верно познать самих себя? Как могут они представить себе все видимое: небо, землю и все произрастания земли? Не иначе, как только соответственно своему состоянию, т. е. обо всем мыслят превратно.

Подобные люди в монашестве мудрствуют таким образом: разговор — пустяки; празднословие — пустяки; кушание для человека — пустяки; Бог дал все это человеку, к чему же человеку беречь себя от них и от того, чтобы поесть? Чего ради не познавать человеку благ земных? Не познаешь благ земных, не познаешь и спасения своего…

О, несчастный! По этой причине ты и расстроен всегда от многословия осуждения, всегда пребываешь в нечистом вожделении плотского зловония — со многою твоею едою… Когда на поле случится пожар, то чем больше бывает горючих веществ, тем сильнее разгорается на нем пожар. То же есть и многословие в отношении плотских страстей. Поскольку отверзает человек беседу, постольку возжигает он многословие осуждения и горит в нем. От многословия осудительного обмирает душа; человек же это чувство изнеможения и душевной скорби принимает за алчбу, озабочивается многоразличными яствами, чтобы поесть и этим якобы утолить изнеможение сердца своего, которое в нем обмерло и которое он истощил осудительным празднословием… И вот ест человек многоразнообразные яства; от этих яств чрево его возгорается, пламенея плотскими страстями; он воспламеняется против воли, услаждается ими ежедневно, говорит себе, что это от того, что он горячий от природы, впадает в меланхолию, т. е. скуку и печаль. Да, в человеке есть пламень плотских страстей, но если не будет в нем горючего вещества, то никогда искушаться человек не будет…

Так бывает в перегонном кубе; если в котле его не будет виноградных выжимок, а окажется только вода, то выйдет ли из него хоть сколько-нибудь спирта? Пусть кипит себе, сколько бы времени ни стоял на огне и кипел, никогда не образуется спирт. Когда же в нем есть выжимки, то не успеет котел разогреться, как уже источает спирт; сколько положишь в котел выжимок, столько и выпустит очиститель спирта из выжимок… Так и человек: чрево его подобно перегонному котлу — сколько накладет он пищи во чрево, столько и сладострастия источит плоть; поскольку уменьшишь пищу для чрева, постольку умалится сатанинское услаждение плотскими страстями и разные искушения… Таковой будет искушаем малыми искушениями…

Возгорание плотского сладострастия происходит от прегрешений человека, говорим: от празднословия, от осуждения, от различных снедей трапезы; сидя за трапезой, вкушая и впивая до сытости, многословя, празднословя, осуждая, люди веселят себя, мясами славят члены свои и венчаются венцем сладострастия блудного советника (т. е. все это наконец приводит в сети бесов, которые возобладали над ними ради такого поведения).

Обратимся к устройству водочного котла: если не будет самого котла, как согреются выжимки? Как источится спирт? Если же котел будет, а колпака не будет, возможно ли будет получить спирт? Если же будет колпак, но не будет трубы, как можно будет спирту сгуститься? Если же и труба будет, но выжимок не будет, откуда тогда добудешь спирт?! Так устрояется и плотское искушение в человеке: если не будет заботы о чреве, возможно ли будет распаляться плоти его? Если забота о чреве будет, но сообращения с людьми не будет, возможно ли распаляться сладострастными страстями? Если и празднословие будет, но осуждения не будет, как могут произойти ссоры и осуждения других монахов среди круга трапезы?

Глава 29. Запретное древо познания добра и зла есть для монаха осуждение

И заповеда Господь Бог Адаму, глаголя: «От всякого древа еже в рай снедию снеси, от древа же еже разумети доброе и лукавое, не снесте от него, а в онь же аще день снесте от него, смертию умрете» (Быт.2, 16-17). Спрашиваю я вас, преподобнейшие отцы, что значит глагол сей и о чем он говорит? (Т. е. какое отношение имеют эти слова к современным инокам?) Почему это могло бы относиться к нам? Отношу я это к трапезованию, которое вы ныне творите бесчинно, едя и пия с роскошью. Ей, ядите и пейте (т. е. это благословенно Богом), но не до сытости, не с роскошью, не с прожорливостью, но в меру.

Ей, ядите от всех снедей, но от древа познания добра и зла да не вкушаете, в день же, в который вкусите, смертию умрете. Смысл этого, преподобнейшие отцы, такой: вкушайте с умеренностию от всяких снедей, которые окажутся на трапезе, от снеди же многословия и празднословных слов осуждения — не вкушайте, в который день вкусите — смертию умрете.

Ох, преподобнейшие отцы! Смерть эта не чувственная, но мысленная! Это смерть души, умерщвляемой жалом осуждения, причем погибает не только осуждающий, но и многие со-осуждающие.

Зачем досматриваешь другого, каков он есть, а не смотришь на себя, каков ты сам? Пусть он себе будет таков, каков есть, но знаешь ли ты сам себя? Если же самого себя распознать не можешь, то зачем пытаешься с осудительным празднословием распознать другого? В беззакониях ты зачат и во грехе роди тя матерь твоя; священное крещение ты осквернил скверною мира; вновь крестился крещением покаяния, говорим: (пострижением) в монашество, но и его не сохраняешь чистым, не сознаешь, что ты преосквернился, оскверняешь свое крещение в покаяние. Нет другого оскверненного, подобного тебе, один только ты — такой. За то, что осуждаешь, сидя за трапезой, несешь сугубое наказание, ибо другой внимает твоей осудительной речи, прилагая слух к осуждению твоему.

Зачем осуждаешь, несчастный человече? Тебя ли единого облек Бог во спасение, а другого в погибель? Нет, ни тебя не облек только во спасение, ни другого в погибель, но обоих вас одинаково облек в ризы кожаные, как говорится: и сотвори Бог Адаму и жены его ризы кожаные и облек их (Быт.3:26).

Глава 30. О том, сколь развит порок празднословия в монашестве

Осудительное празднословие ни в ком другом не нашло для себя столько пищи и удобства привитания, как в монашестве; оно сжигает чувство монашеской жизни. Особенно (празднословие развилось) на трапезах аскетов (т. е. скитян) и келлиотов, где оно усилилось, как лев, и пожирает души людей. В монастырях оно сильно (привитает) в воротах, преуспело и на общих рукоделиях аскетов треокаянное осудительное празднословие вместе с исчадиями своими, говорим: многословием и сквернословием! Празднословие витает в монастырских воротах — когда выходят прогуляться по монастырю важные монастырские предстоятели (т. е. старшие) в ризах висонных, в одеждах украшенных, с заячьими шубками на плечах, с драгоценными четками в руках, они с важным видом многословят: один сделал то, другой то, у того случилось то, у третьего — третье; на сие одни говорят: это так, а другие: это не так; начинается осудительный разговор, которого не могут окончить не только в один день, а часто в неделю; иногда, разговорившись спором, остаются до вечера не евши. Подобное бывает и у аскетов, когда они собираются на рукоделье, чтобы руками (вить нитку) с веретена рукоделья, а языком в то же время, как ногами, вертеть колесо осуждения, начинают (с работой) осудительный разговор по поводу того, что кто очами своими видел и что кто ушами своими слышал; не могут во время работы прекратить разговора своего, даже разойдясь, вернувшись в дом свой, усевшись за стол, поднимают снова спор, о котором спорили за рукодельем; этот же разговор начинают и за столом, оскверняя трапезование; когда, восстав от трапезы, возносят благодарение Богу, то это возношение их как мерзость (т. е. как смрадный дым) возносится пред Богом.

Глава 31. Два вида пороков, при которых молитва не может вселиться в человека

О, преподобнейшие отцы, как полезно молчание для человека! Когда человек молчалив, он становится способным к возделыванию молитвы. Наоборот, кто не хранит молчания, тот не возможет ни иметь, ни держать молитвы в сердце своем… Есть два вида препятствий, возбраняющих молитву человеку: первое — осудительное многословие. Человек с многословием осуждения злословит, вкушая и пия со своим чревонеистовым обжорством; вследствие такого сладострастного беспутства бежит от человека молитва, а на ее место вселяется бес злословия и осуждения.

Второе препятствие — многопопечительность и многозаботли-вость стяжания сокровищ. При многопопечении и многостяжа-нии ум мутится и туманится в мирском кружении; как у такого человека установиться молитве? Если бы даже она и возникла в нем, все равно ей не будет ни места, ни времени, так как суетному человеку некогда упраздниться (от житейских попечений).

Говорим: (преданный духу многостяжания) сокращает молитву, чтобы прибавить времени на тленные дела. Много печась о стяжании сокровищ нечистым воровским помыслом своим,124 он ленится в исполнении канона своего; если же и творит канон, то совершает его, ругаясь над ним великим сокращением молитв, которые ускоряет ради того, чтобы скорее заняться житейскими заботами о многостяжании. Древние отцы, когда творили канон, говорили полную, совершенную молитву, то есть «Господи Иисусе Христе, Сыне и Слове Божий, Богородицы ради, помилуй мя». Последующие, оставив слова: «Богородицы ради», начали употреблять такую молитву: «Господи Иисусе Христе, Сыне и Слове Божий, помилуй мя». Дальнейшие выбросили: «Слове Божий» — стали говорить: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя». Следующие за ними покинули: «Сыне Божий», — а стали говорить: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя». Теперешние современные отцы оставили Христа, ухватившись за Хриса (т. е. злато, по-гречески); уже позабыли Христа, а говорят: «Господи Иисусе, помилуй мя».

Будущие оставят слово «Господи», станут говорить: «Иисусе, помилуй мя». Потом оставят слово «Иисусе» — станут говорить лишь: «Помилуй мя», и не будут сознавать, что именно хотят они этим получить и не будут сознавать того, кто имеет их помиловать…

Ради этого и говорю вам: когда минут четыре двадцатипятилетия, то какова станет тогда монашеская жизнь? Если же пройдут и еще другие три двадцатипятилетия, говорим: число седьмое лет и пять восходящих к полпути восьмого, — там на половине числа пятерки какое смущение произойдет от четвертого до пятого?..125

Глава 32. Монашество — благое дело спасения, но кто воистину спасается?

Эй, благое дело есть спасение, т. е. посвящение себя монашеству; но ты, омрачившийся земными попечениями, подвизающийся, но осуетившийся и в то же время самодовольно мнящий о себе, что спасаешься, полный забот о стяжаниях, объятый и омраченный ими, ты не ведаешь, что такое дело спасения, ходишь во тьме беззакония. Ты утешаешь себя, что идешь путем спасения, любишь бо