Скрыть
21:4
21:5
21:6
21:8
21:9
21:11
21:12
21:14
21:16
21:17
21:18
21:27
21:28
22:1
22:9
22:10
22:12
22:20
22:26
22:28
22:31
22:33
22:36
22:37
22:40
22:42
22:51
Церковнославянский (рус)
И бы́сть по глаго́лѣхъ си́хъ, и виногра́дъ еди́нъ бѣ́ у навуѳе́а Иезраили́тянина при­­ гумнѣ́ Ахаа́ва царя́ самарі́йска.
И рече́ Ахаа́въ къ навуѳе́ю, глаго́ля: да́ждь ми́ виногра́дъ тво́й, и бу́детъ ми́ во вертогра́дъ зе́лiй, я́ко бли́зъ е́сть се́й до́му мо­его́, и да́мъ ти́ вмѣ́сто сего́ виногра́дъ и́нъ до́бръ па́че сего́: а́ще же уго́дно предъ тобо́ю, да́мъ ти́ сребро́ измѣ́ну виногра́да сего́, и бу́детъ ми́ во вертогра́дъ зе́лiй.
И рече́ навуѳе́й ко Ахаа́ву: да не бу́детъ мнѣ́ от­ Го́спода Бо́га мо­его́ да́ти наслѣ́дiе оте́цъ мо­и́хъ тебѣ́.
И прiи́де Ахаа́въ въ до́мъ сво́й смуще́нъ и оскорбле́нъ о словеси́, е́же глаго́ла къ нему́ навуѳе́й Иезраили́тянинъ, и рече́: не да́мъ тебѣ́ наслѣ́дiя оте́цъ мо­и́хъ. И бы́сть ду́хъ Ахаа́вль смуще́нъ, и у́спе на одрѣ́ сво­е́мъ и покры́ лице́ свое́ и не яде́ хлѣ́ба.
И вни́де Иезаве́ль жена́ его́ къ нему́ и рече́ къ нему́: что́ ду́хъ тво́й е́сть смуще́нъ, и не я́си ты́ хлѣ́ба?
И рече́ къ не́й [ахаа́въ]: я́ко глаго́лахъ навуѳе́ю Иезраили́тянину глаго́ля: да́ждь ми́ виногра́дъ тво́й за сребро́: и а́ще хо́щеши, да́мъ ти́ виногра́дъ и́нъ вмѣ́сто его́: и рече́: не да́мъ ти́ наслѣ́дiя оте́цъ мо­и́хъ.
И рече́ къ нему́ Иезаве́ль жена́ его́: ты́ ли ны́нѣ твори́ши та́ко, царю́ Изра́илевъ? воста́ни и я́ждь хлѣ́бъ и молча́ бу́ди, а́зъ же да́мъ ти́ виногра́дъ навуѳе́а Иезраили́тянина.
И написа́ кни́гу на и́мя Ахаа́вле, и запеча́та ю́ печа́тiю его́, и посла́ кни́гу къ старѣ́йшинамъ и свобо́днымъ живу́щымъ съ навуѳе́емъ.
И пи́сано бя́ше въ кни́зѣ та́ко: пости́теся посто́мъ и посади́те навуѳе́а и въ нача́лѣ люді́й:
и посади́те два́ му́жа сы́ны законопресту́пныхъ проти́ву ему́, и да засвидѣ́тел­ст­вуютъ о не́мъ, глаго́люще, я́ко [не] благослови́ Бо́га и царя́: и да изведу́тъ его́ и побiю́тъ ка́менiемъ, и да у́мретъ.
И сотвори́ша та́ко му́жiе гра́да его́ старѣ́йшiи и свобо́днiи живу́щiи во гра́дѣ его́, я́коже посла́ къ ни́мъ Иезаве́ль, и я́коже пи́сано бя́ше въ кни́гахъ, я́же посла́ къ ни́мъ:
и нареко́ша по́стъ, и посади́ша навуѳе́а въ нача́лѣ люді́й,
и прiидо́ста два́ му́жа сы́нове законопресту́пныхъ и сѣдо́ста проти́ву его́, и засвидѣ́тел­ст­воваша на него́ му́жiе от­сту́пницы навуѳе́овы предъ людьми́, глаго́люще: се́й [не] благослови́ Бо́га и царя́. И изведо́ша его́ во́нъ изъ гра́да и поби́ша его́ ка́менiемъ, и у́мре.
И посла́ша ко Иезаве́ли, глаго́люще: ка́менiемъ побiе́нъ бы́сть навуѳе́й и у́мре.
И бы́сть егда́ услы́ша Иезаве́ль глаго́лющихъ, я́ко побiе́нъ навуѳе́й и у́мре, и рече́ Иезаве́ль ко Ахаа́ву: воста́ни, наслѣ́дуй виногра́дъ навуѳе́а Иезраили́тянина, и́же не взя́ у тебе́ сребра́, и уже́ нѣ́сть навуѳе́й жи́въ, но у́мре.
И бы́сть егда́ услы́ша Ахаа́въ, я́ко убiе́нъ бы́сть навуѳе́й Иезраили́тянинъ, и раздра́ ри́зы своя́ и облече́ся во вре́тище. И бы́сть по си́хъ, и воста́ и сни́де Ахаа́въ въ виногра́дъ навуѳе́а Иезраили́тянина наслѣ́дити его́.
И рече́ Госпо́дь ко илiи́ Ѳесви́тянину, глаго́ля:
воста́ни и сни́ди на срѣ́тенiе Ахаа́ву царю́ Изра́илеву, и́же въ самарі́и, се́ бо, се́й въ виногра́дѣ навуѳе́евѣ, я́ко сни́де та́мо наслѣ́дити его́:
и рече́ши ему́, глаго́ля: си́це глаго́летъ Госпо́дь: поне́же ты́ уби́лъ еси́ [навуѳе́а] и прiя́лъ еси́ въ наслѣ́дiе [виногра́дъ его́], сего́ ра́ди та́ко глаго́летъ Госпо́дь: на мѣ́стѣ, идѣ́же полиза́ша свинiи́ и пси́ кро́вь его́, та́мо поли́жутъ и кро́вь твою́, и блудни́цы измы́ют­ся въ кро́ви тво­е́й.
И рече́ Ахаа́въ ко илiи́: обрѣ́лъ ли еси́ мя́, вра́же мо́й? И рече́ илiа́: обрѣто́хъ: поне́же ты́ всу́е про́данъ еси́ сотвори́ти лука́вое предъ Го́сподемъ, во е́же разгнѣ́вати его́:
си́це глаго́летъ Госпо́дь: се́, а́зъ наведу́ на тя́ зла́я и попалю́ за́дняя твоя́, и искореню́ Ахаа́вля моча́щагося къ стѣнѣ́, и содержи́мыя и оста́в­шихся во Изра́или:
и преда́мъ до́мъ тво́й я́коже до́мъ иеровоа́ма сы́на нава́това, и я́коже до́мъ Ваа́сы сы́на Ахі́ина, о прогнѣ́ванiихъ, и́миже прогнѣ́валъ мя́ еси́, и грѣ́шити сотвори́лъ еси́ Изра́иля.
И ко Иезаве́ли рече́ Госпо́дь, глаго́ля: пси́ снѣдя́тъ ю́ въ предгра́дiи Иезрае́ля:
уме́ршаго Ахаа́вля во гра́дѣ снѣдя́тъ пси́, и уме́ршаго его́ на по́ли снѣдя́тъ пти́цы небе́сныя:
и въ суетѣ́ ты́ еси́, Ахаа́ве, и́же про́данъ бы́сть сотвори́ти лука́вое предъ Го́сподемъ, я́ко преврати́ его́ Иезаве́ль жена́ его́.
И омерзи́ся зѣло́, е́же ходи́ти вслѣ́дъ ме́рзостей, я́же сотвори́ Аморре́й, его́же истреби́ Госпо́дь от­ лица́ сыно́въ Изра́илевыхъ.
И бы́сть егда́ услы́ша Ахаа́въ словеса́ сiя́, умили́ся от­ лица́ Госпо́дня, и идя́ше пла́чася, и раздра́ ри́зы своя́, и препоя́сася вре́тищемъ по тѣ́лу сво­ему́ и пости́ся: и бѣ́ облече́нъ во вре́тище от­ дне́, въ о́ньже уби́ навуѳе́а Иезраили́тянина, и хожда́­ше ско́рбенъ.
И бы́сть глаго́лъ Госпо́день руко́ю раба́ его́ илiи́ о Ахаа́вѣ,
и рече́ Госпо́дь: ви́дѣлъ ли еси́, я́ко умили́ся Ахаа́въ от­ лица́ мо­его́? сего́ ра́ди не наведу́ зла́ во дне́хъ его́: но во дне́хъ сы́на его́ наведу́ зло́ на до́мъ его́.
И сѣ́де три́ лѣ́та, и не бѣ́ бра́ни между́ сирі́ею и между́ Изра́илемъ.
И бы́сть въ лѣ́то тре́тiе, и сни́де Иосафа́тъ ца́рь Иу́динъ къ царю́ Изра́илеву.
И рече́ ца́рь Изра́илевъ ко отроко́мъ сво­и́мъ: вѣ́сте ли, я́ко моя́ е́сть ремма́ѳа Галаа́дская, и мы́ молчи́мъ взя́ти ю́ от­ руки́ царя́ сирі́йска?
И рече́ ца́рь Изра́илевъ ко Иосафа́ту: взы́деши ли съ на́ми въ ремма́ѳу Галаа́дскую на бра́нь? И рече́ Иосафа́тъ: я́коже а́зъ, та́кожде и ты́: я́коже лю́дiе мо­и́, лю́дiе тво­и́: я́коже ко́ни мо­и́, ко́ни тво­и́.
И рече́ Иосафа́тъ ца́рь Иу́динъ къ царю́ Изра́илеву: вопроси́те у́бо дне́сь Го́спода.
И собра́ ца́рь Изра́илевъ вся́ проро́ки я́ко четы́реста муже́й, и рече́ ца́рь и́мъ: взы́ду ли въ ремма́ѳу Галаа́дскую на бра́нь, или́ оста́влю? И рѣ́ша: взы́ди, я́ко дая́ преда́стъ Госпо́дь въ ру́ки царе́вы.
И рече́ Иосафа́тъ къ царю́ Изра́илеву: нѣ́сть ли здѣ́ проро́ка Госпо́дня, и вопроси́ли бы́хомъ Го́спода и́мъ?
И рече́ ца́рь Изра́илевъ ко Иосафа́ту: еще́ е́сть еди́нъ му́жъ на вопроше́нiе и́мъ Го́спода, и а́зъ воз­ненави́дѣхъ его́, я́ко не глаго́летъ о мнѣ́ до́брѣ, но зла́я, Михе́а сы́нъ Иемвлаа́нь. И рече́ ца́рь Иосафа́тъ Иу́динъ: не глаго́ли, царю́, та́ко.
И при­­зва́ ца́рь Изра́илевъ скопца́ еди́наго и рече́: ско́ро иди́ по Михе́ю сы́на Иемвлаа́ня.
Ца́рь же Изра́илевъ и Иосафа́тъ ца́рь Иу́динъ сѣдя́ста кі́йждо на престо́лѣ сво­е́мъ вооруже́ни во вратѣ́хъ самарі́йскихъ, и вси́ проро́цы прорица́ху предъ ни́ми.
И сотвори́ себѣ́ седекі́а сы́нъ Ханаа́нь рога́ желѣ́зна и рече́: та́ко глаго́летъ Госпо́дь: си́ми рога́ми избоде́ши сирі́ю, до́ндеже сконча́ет­ся.
И вси́ проро́цы прорица́ху та́ко, глаго́люще: взы́ди въ ремма́ѳу Галаа́дскую, и наста́витъ тя́, и преда́стъ Госпо́дь въ ру́цѣ тво­и́ царя́ сирі́йскаго.
И посо́лъ ше́дъ при­­зва́ти Михе́ю, рече́ ему́, глаго́ля: се́, ны́нѣ вси́ проро́цы усты́ еди́ными глаго́лютъ до́брая о цари́, бу́ди у́бо и ты́ въ словесѣ́хъ тво­и́хъ по словесе́мъ еди́наго от­ си́хъ и глаго́ли до́брая.
И рече́ Михе́а: жи́въ Госпо́дь, я́ко я́же рече́тъ Госпо́дь ко мнѣ́, сiя́ воз­глаго́лю.
И прiи́де ко царю́. И рече́ ему́ ца́рь: Михе́е, взы́ду ли въ ремма́ѳу Галаа́дскую на бра́нь, или́ оста́влю? И рече́ ему́: взы́ди, и благопоспѣши́тъ Госпо́дь въ ру́ки царе́вы.
И рече́ ему́ ца́рь: еще́ а́зъ два́жды заклина́ю тя́, да рече́ши и́стину предъ Го́сподемъ.
И рече́ Михе́а: не та́ко: ви́дѣхъ всего́ Изра́иля разсѣ́яна по гора́мъ я́коже стада́, и́мже нѣ́сть па́стыря: и рече́ Госпо́дь: не Госпо́дь ли си́мъ въ Бо́га? да воз­врати́т­ся кі́йждо въ до́мъ сво́й съ ми́ромъ.
И рече́ ца́рь Изра́илевъ ко Иосафа́ту царю́ Иу́дину: не рѣ́хъ ли тебѣ́, я́ко не прори́четъ се́й ми́ до́брая, но то́кмо зла́я?
И рече́ Михе́а: не та́ко: не а́зъ: слы́ши глаго́лъ Госпо́день: не та́ко: ви́дѣхъ Го́спода Бо́га Изра́илева сѣдя́щаго на престо́лѣ сво­е́мъ, и все́ во́ин­ство небе́сное стоя́ше о́крестъ его́ одесну́ю его́ и ошу́юю его́:
и рече́ Госпо́дь: кто́ прельсти́тъ Ахаа́ва царя́ Изра́илева, и взы́детъ и паде́тъ въ ремма́ѳѣ Галаа́дстѣй? и рече́ се́й та́ко, и се́й та́ко:
и изы́де ду́хъ, и ста́ предъ Го́сподемъ, и рече́: а́зъ прельщу́ и́:
и рече́ къ нему́ Госпо́дь: въ че́мъ? и рече́: изы́ду и бу́ду ду́хъ лжи́въ во устѣ́хъ всѣ́хъ проро́къ его́: и рече́: прельсти́ши и воз­мо́жеши: изы́ди и сотвори́ та́ко:
и се́, ны́нѣ даде́ Госпо́дь ду́хъ лжи́въ во уста́ всѣ́хъ проро́къ тво­и́хъ си́хъ, и Госпо́дь глаго́ла на тя́ зла́я.
И при­­ступи́ седекі́а сы́нъ Ханаа́нь, и порази́ Михе́ю въ лице́ и рече́: каковы́й се́й пре́йде Ду́хъ Госпо́день от­ мене́, е́же глаго́лати въ тебѣ́?
И рече́ Михе́а: се́, ты́ у́зриши въ де́нь о́нъ, егда́ вни́деши въ ло́жницу сокро́вища тво­его́, е́же скры́тися ту́.
И рече́ ца́рь Изра́илевъ: по­ими́те Михе́ю, и воз­врати́те его́ ко Аммо́ну кня́зю гра́да и ко Иоа́су сы́ну царе́ву,
и рцы́те, да поса́дятъ его́ въ темни́цу, и да ко́рмятъ его́ хлѣ́бомъ печа́льнымъ и водо́ю печа́льною, до́ндеже воз­вращу́ся въ ми́рѣ.
И рече́ Михе́а: а́ще воз­враща́яся воз­врати́шися въ ми́рѣ, то́ не глаго́ла Госпо́дь мно́ю. И рече́: слы́шите, лю́дiе вси́.
И взы́де ца́рь Изра́илевъ и Иосафа́тъ ца́рь Иу́динъ съ ни́мъ въ ремма́ѳу Галаа́дскую.
И рече́ ца́рь Изра́илевъ ко Иосафа́ту царю́ Иу́дину: при­­кры́й мя́, и вни́ду въ сѣ́чь, и ты́ облецы́ся въ ри́зу мою́. И при­­кры́ся ца́рь Изра́илевъ и вни́де въ сѣ́чь.
Ца́рь же Си́рскiй заповѣ́да князе́мъ колесни́цъ сво­и́хъ три́десятимъ и дву́мъ, глаго́ля: не бі́йтеся ни съ вели́кимъ ни съ ма́лымъ, но то́кмо съ царе́мъ Изра́илевымъ еди́нымъ.
И бы́сть егда́ узрѣ́ша во­ево́ды колесни́цъ Иосафа́та царя́ Иу́дина, и рѣ́ша: ви́дит­ся ца́рь Изра́илевъ се́й. И обступи́ша его́ е́же срази́тися съ ни́мъ: и возопи́ Иосафа́тъ.
И бы́сть егда́ узрѣ́ша во­ево́ды колесни́цъ, я́ко нѣ́сть ца́рь Изра́илевъ то́й, и воз­врати́шася от­ него́:
и наляче́ лу́къ еди́нъ му́жъ при­­мѣ́тно, и порази́ царя́ Изра́илева между́ ле́гкимъ и щито́мъ. И рече́ [ца́рь] вса́днику сво­ему́: обрати́ ру́ки твоя́, и изведи́ мя от­ бра́ни, я́ко я́звенъ е́смь.
И умно́жися бра́нь въ то́й де́нь, и ца́рь бѣ́ стоя́ на колесни́цѣ проти́ву сирі́анъ от­ у́тра да́же до ве́чера, и лiя́шеся кро́вь изъ я́звы въ нѣ́дра колесни́цы, и у́мре въ ве́черъ, и излива́­шеся кро́вь от­ я́звы да́же до нѣ́дръ колесни́цы.
И ста́ проповѣ́дникъ о за́падѣ со́лнца, глаго́ля: кі́йждо ва́съ да и́детъ во сво́й гра́дъ и во свою́ зе́млю, я́ко у́мре ца́рь.
И прiидо́ша въ самарі́ю, и погребо́ша въ самарі́и царя́.
И омы́ша кро́вь съ колесни́цы на исто́чницѣ самарі́йстѣмъ, и полиза́ша свинiи́ и пси́ кро́вь его́, и блудни́цы измы́шася въ кро́ви его́, по глаго́лу Госпо́дню, его́же глаго́ла.
Про́чая же слове́съ Ахаа́влихъ, и вся́ я́же сотвори́, и хра́мъ слоно́вый, его́же созда́, и вся́ гра́ды, я́же сотвори́, не се́ ли, сiя́ пи́сана бы́ша въ кни́зѣ слове́съ дні́й царе́й Изра́илевыхъ?
И у́спе Ахаа́въ со отцы́ сво­и́ми, и воцари́ся Охозі́а сы́нъ его́ вмѣ́сто его́.
И Иосафа́тъ сы́нъ а́сы воцари́ся надъ Иу́дою въ четве́ртое лѣ́то Ахаа́ва царя́ Изра́илева.
Иосафа́тъ сы́нъ три́десяти пяти́ лѣ́тъ [бѣ́], егда́ нача́ ца́р­ст­вовати, и два́десять пя́ть лѣ́тъ ца́р­ст­вова во Иерусали́мѣ. И́мя же ма́тери его́ азува́, дщи́ Салаи́ля.
И хожда́­ше по всѣ́мъ путе́мъ а́сы отца́ сво­его́, не уклони́ся от­ него́, творя́ пра́вое предъ очи́ма Госпо́днима, то́кмо высо́кихъ не разори́: еще́ лю́дiе жря́ху и кадя́ху на высо́кихъ.
И умири́ся Иосафа́тъ съ царе́мъ Изра́илевымъ.
Про́чая же слове́съ Иосафа́товыхъ, и си́лы его́, ели́ка сотвори́, не се́ ли, пи́сана су́ть въ кни́зѣ слове́съ дні́й царе́й Иу́диныхъ?
И про́чее ме́рзости, е́же оста́ся во дни́ а́сы отца́ его́, отъ­я́ от­ земли́.
И царя́ не бѣ́ во Едо́мѣ поста́влен­наго.
Ца́рь же Иосафа́тъ сотвори́ корабли́ Ѳарси́йскiя, е́же ити́ во офи́ръ по зла́то, но не по­идо́ша, зане́ сокруши́шася корабли́ во Асео́нъ-гаве́рѣ.
Тогда́ рече́ Охозі́а сы́нъ Ахаа́вль ко Иосафа́ту: да и́дутъ раби́ мо­и́ съ рабы́ тво­и́ми въ корабле́хъ. И не восхотѣ́ Иосафа́тъ.
И у́мре Иосафа́тъ со отцы́ сво­и́ми, и погребе́нъ бы́сть у оте́цъ сво­и́хъ во гра́дѣ дави́да отца́ сво­его́. И воцари́ся Иора́мъ сы́нъ его́ вмѣ́сто его́.
И Охозі́а сы́нъ Ахаа́вовъ воцари́ся надъ Изра́илемъ въ самарі́и, въ лѣ́то седмо­е­на́­де­сять Иосафа́та царя́ Иу́дина, и ца́р­ст­вова надъ Изра́илемъ въ самарі́и лѣ́та два́,
и сотвори́ лука́вое предъ Го́сподемъ, и нача́ ходи́ти по путе́мъ отца́ сво­его́ Ахаа́ва и по пути́ Иезаве́ли ма́тере сво­ея́, и во грѣсѣ́хъ до́му иеровоа́ма сы́на нава́това, и́же введе́ во грѣ́хъ Изра́иля:
и порабо́та Ваа́лу, и поклони́ся ему́, и разгнѣ́ва Го́спода Бо́га Изра́илева, по всѣ́мъ бы́в­шымъ пре́жде его́.
И было после сих происшествий: у Навуфея Изреелитянина в Изреели был виноградник подле дворца Ахава, царя Самарийского.
И сказал Ахав Навуфею, говоря: отдай мне свой виноградник; из него будет у меня овощной сад, ибо он близко к моему дому; а вместо него я дам тебе виноградник лучше этого, или, если угодно тебе, дам тебе серебра, сколько он стоит.
Но Навуфей сказал Ахаву: сохрани меня Господь, чтоб я отдал тебе наследство отцов моих!
И пришел Ахав домой встревоженный и огорченный тем словом, которое сказал ему Навуфей Изреелитянин, говоря: не отдам тебе наследства отцов моих. И [в смущенном духе] лег на постель свою, и отворотил лице свое, и хлеба не ел.
И вошла к нему жена его Иезавель и сказала ему: отчего встревожен дух твой, что ты и хлеба не ешь?
Он сказал ей: когда я стал говорить Навуфею Изреелитянину и сказал ему: «отдай мне виноградник твой за серебро, или, если хочешь, я дам тебе другой виноградник вместо него», тогда он сказал: «не отдам тебе виноградника моего, [наследства отцов моих]».
И сказала ему Иезавель, жена его: что за царство было бы в Израиле, если бы ты так поступал? встань, ешь хлеб и будь спокоен; я доставлю тебе виноградник Навуфея Изреелитянина.
И написала она от имени Ахава письма, и запечатала их его печатью, и послала эти письма к старейшинам и знатным в его городе, живущим с Навуфеем.
В письмах она писала так: объявите пост и посадите Навуфея на первое место в народе;
и против него посадите двух негодных людей, которые свидетельствовали бы на него и сказали: «ты хулил Бога и царя»; и потом выведите его, и побейте его камнями, чтоб он умер.
И сделали мужи города его, старейшины и знатные, жившие в городе его, как приказала им Иезавель, так, как писано в письмах, которые она послала к ним.
Объявили пост и посадили Навуфея во главе народа;
и выступили два негодных человека и сели против него, и свидетельствовали на него эти недобрые люди пред народом, и говорили: Навуфей хулил Бога и царя. И вывели его за город, и побили его камнями, и он умер.
И послали к Иезавели сказать: Навуфей побит камнями и умер.
Услышав, что Навуфей побит камнями и умер, Иезавель сказала Ахаву: встань, возьми во владение виноградник Навуфея Изреелитянина, который не хотел отдать тебе за серебро; ибо Навуфея нет в живых, он умер.
Когда услышал Ахав, что Навуфей [Изреелитянин] был убит, [разодрал одежды свои и надел на себя вретище, а потом] встал Ахав, чтобы пойти в виноградник Навуфея Изреелитянина и взять его во владение.
И было слово Господне к Илии Фесвитянину:
встань, пойди навстречу Ахаву, царю Израильскому, который в Самарии, вот, он теперь в винограднике Навуфея, куда пришел, чтобы взять его во владение;
и скажи ему: «так говорит Господь: ты убил, и еще вступаешь в наследство?» и скажи ему: «так говорит Господь: на том месте, где псы лизали кровь Навуфея, псы будут лизать и твою кровь».
И сказал Ахав Илии: нашел ты меня, враг мой! Он сказал: нашел, ибо ты предался тому, чтобы делать неугодное пред очами Господа [и раздражать Его].
[Так говорит Господь:] вот, Я наведу на тебя беды и вымету за тобою и истреблю у Ахава мочащегося к стене и заключенного и оставшегося в Израиле.
И поступлю с домом твоим так, как поступил Я с домом Иеровоама, сына Наватова, и с домом Ваасы, сына Ахиина, за оскорбление, которым ты раздражил Меня и ввел Израиля в грех.
Также и о Иезавели сказал Господь: псы съедят Иезавель за стеною Изрееля.
Кто умрет у Ахава в городе, того съедят псы, а кто умрет на поле, того расклюют птицы небесные;
не было еще такого, как Ахав, который предался бы тому, чтобы делать неугодное пред очами Господа, к чему подущала его жена его Иезавель;
он поступал весьма гнусно, последуя идолам, как делали Аморреи, которых Господь прогнал от лица сынов Израилевых.
Выслушав все слова сии, Ахав [умилился пред Господом, ходил и плакал,] разодрал одежды свои, и возложил на тело свое вретище, и постился, и спал во вретище, и ходил печально.
И было слово Господне к Илии Фесвитянину [об Ахаве], и сказал Господь:
видишь, как смирился предо Мною Ахав? За то, что он смирился предо Мною, Я не наведу бед в его дни; во дни сына его наведу беды на дом его.
Прожили три года, и не было войны между Сириею и Израилем.
На третий год Иосафат, царь Иудейский, пошел к царю Израильскому.
И сказал царь Израильский слугам своим: знаете ли, что Рамоф Галаадский наш? А мы так долго молчим, и не берем его из руки царя Сирийского.
И сказал он Иосафату: пойдешь ли ты со мною на войну против Рамофа Галаадского? И сказал Иосафат царю Израильскому: как ты, так и я; как твой народ, так и мой народ; как твои кони, так и мои кони.
И сказал Иосафат царю Израильскому: спроси сегодня, что скажет Господь.
И собрал царь Израильский пророков, около четырехсот человек и сказал им: идти ли мне войною на Рамоф Галаадский, или нет? Они сказали: иди, Господь предаст его в руки царя.
И сказал Иосафат: нет ли здесь еще пророка Господня, чтобы нам вопросить чрез него Господа?
И сказал царь Израильский Иосафату: есть еще один человек, чрез которого можно вопросить Господа, но я не люблю его, ибо он не пророчествует о мне доброго, а только худое, – это Михей, сын Иемвлая. И сказал Иосафат: не говори, царь, так.
И позвал царь Израильский одного евнуха и сказал: сходи поскорее за Михеем, сыном Иемвлая.
Царь Израильский и Иосафат, царь Иудейский, сидели каждый на седалище своем, одетые в царские одежды, на площади у ворот Самарии, и все пророки пророчествовали пред ними.
И сделал себе Седекия, сын Хенааны, железные рога, и сказал: так говорит Господь: сими избодешь Сириян до истребления их.
И все пророки пророчествовали то же, говоря: иди на Рамоф Галаадский, будет успех, Господь предаст его в руку царя.
Посланный, который пошел позвать Михея, говорил ему: вот, речи пророков единогласно предвещают царю доброе; пусть бы и твое слово было согласно с словом каждого из них; изреки и ты доброе.
И сказал Михей: жив Господь! я изреку то, что скажет мне Господь.
И пришел он к царю. Царь сказал ему: Михей! идти ли нам войною на Рамоф Галаадский, или нет? И сказал тот ему: иди, будет успех, Господь предаст его в руку царя.
И сказал ему царь: еще и еще заклинаю тебя, чтобы ты не говорил мне ничего, кроме истины во имя Господа.
И сказал он: я вижу всех Израильтян, рассеянных по горам, как овец, у которых нет пастыря. И сказал Господь: нет у них начальника, пусть возвращаются с миром каждый в свой дом.
И сказал царь Израильский Иосафату: не говорил ли я тебе, что он не пророчествует о мне доброго, а только худое?
И сказал [Михей]: [не так; не я, а] выслушай слово Господне: я видел Господа, сидящего на престоле Своем, и все воинство небесное стояло при Нем, по правую и по левую руку Его;
и сказал Господь: кто склонил бы Ахава, чтобы он пошел и пал в Рамофе Галаадском? И один говорил так, другой говорил иначе;
и выступил один дух, стал пред лицем Господа и сказал: я склоню его. И сказал ему Господь: чем?
Он сказал: я выйду и сделаюсь духом лживым в устах всех пророков его. Господь сказал: ты склонишь его и выполнишь это; пойди и сделай так.
И вот, теперь попустил Господь духа лживого в уста всех сих пророков твоих; но Господь изрек о тебе недоброе.
И подошел Седекия, сын Хенааны, и, ударив Михея по щеке, сказал: как, неужели от меня отошел Дух Господень, чтобы говорить в тебе?
И сказал Михей: вот, ты увидишь это в тот день, когда будешь бегать из одной комнаты в другую, чтоб укрыться,
и сказал царь Израильский: возьмите Михея и отведите его к Амону градоначальнику и к Иоасу, сыну царя,
и скажите: так говорит царь: посадите этого в темницу и кормите его скудно хлебом и скудно водою, доколе я не возвращусь в мире.
И сказал Михей: если возвратишься в мире, то не Господь говорил чрез меня. И сказал: слушай, весь народ!
И пошел царь Израильский и Иосафат, царь Иудейский, к Рамофу Галаадскому.
И сказал царь Израильский Иосафату: я переоденусь и вступлю в сражение, а ты надень твои царские одежды. И переоделся царь Израильский и вступил в сражение.
Сирийский царь повелел начальникам колесниц, которых у него было тридцать два, сказав: не сражайтесь ни с малым, ни с великим, а только с одним царем Израильским.
Начальники колесниц, увидев Иосафата, подумали: «верно это царь Израильский», и поворотили на него, чтобы сразиться с ним. И закричал Иосафат.
Начальники колесниц, видя, что это не Израильский царь, поворотили от него.
А один человек случайно натянул лук и ранил царя Израильского сквозь швы лат. И сказал он своему вознице: повороти назад и вывези меня из войска, ибо я ранен.
Но сражение в тот день усилилось, и царь стоял на колеснице против Сириян, и вечером умер, и кровь из раны лилась в колесницу.
И провозглашено было по всему стану при захождении солнца: каждый иди в свой город, каждый в свою землю!
И умер царь, и привезен был в Самарию, и похоронили царя в Самарии.
И обмыли колесницу на пруде Самарийском, и псы лизали кровь его, и омывали блудницы, по слову Господа, которое Он изрек.
Прочие дела Ахава, все, что он делал, и дом из слоновой кости, который он построил, и все города, которые он строил, описаны в летописи царей Израильских.
И почил Ахав с отцами своими, и воцарился Охозия, сын его, вместо него.
Иосафат, сын Асы, воцарился над Иудеею в четвертый год Ахава, царя Израильского.
Тридцати пяти лет был Иосафат, когда воцарился, и двадцать пять лет царствовал в Иерусалиме. Имя матери его Азува, дочь Салаиля.
Он ходил во всем путем отца своего Асы, не сходил с него, делая угодное пред очами Господними. Только высоты не были отменены; народ еще совершал жертвы и курения на высотах.
Иосафат заключил мир с царем Израильским.
Прочие дела Иосафата и подвиги его, какие он совершил, и как он воевал, описаны в летописи царей Иудейских.
И остатки блудников, которые остались во дни отца его Асы, он истребил с земли.
В Идумее тогда не было царя; был наместник царский.
[Царь] Иосафат сделал корабли на море, чтобы ходить в Офир за золотом; но они не дошли, ибо разбились в Ецион-Гавере.
Тогда сказал Охозия, сын Ахава, Иосафату: пусть мои слуги пойдут с твоими слугами на кораблях. Но Иосафат не согласился.
И почил Иосафат с отцами своими и был погребен с отцами своими в городе Давида, отца своего. И воцарился Иорам, сын его, вместо него.
Охозия, сын Ахава, воцарился над Израилем в Самарии, в семнадцатый год Иосафата, царя Иудейского, и царствовал над Израилем [в Самарии] два года,
и делал неугодное пред очами Господа, и ходил путем отца своего и путем матери своей и путем Иеровоама, сына Наватова, который ввел Израиля в грех:
он служил Ваалу и поклонялся ему и прогневал Господа Бога Израилева всем тем, что делал отец его.
Копировать текст Копировать ссылку Толкования стиха
Библ. энциклопедия Библейский словарь Словарь библ. образов