Быт. Исх. Лев. Чис. Втор. Нав. Суд. Руф. 1Цар. 2Цар. 3Цар. 4Цар. 1Пар. 2Пар. 1Ездр. Неем. 2Ездр. Тов. Иудиф. Эсф. 1Мак. 2Мак. 3Мак. 3Ездр. Иов. Пс. Притч. Еккл. Песн. Прем. Сир. Ис. Иер. Плч. Посл.Иер. Вар. Иез. Дан. Ос. Иоил. Ам. Авд. Ион. Мих. Наум. Авв. Соф. Агг. Зах. Мал. Мф. Мк. Лк. Ин. Деян. Иак. 1Пет. 2Пет. 1Ин. 2Ин. 3Ин. Иуд. Рим. 1Кор. 2Кор. Гал. Еф. Флп. Кол. 1Фес. 2Фес. 1Тим. 2Тим. Тит. Флм. Евр. Откр.

4-я книга Царств

 
  • И жена́ еди́на от­ сыно́въ проро́чихъ возопи́ ко Елиссе́ю, глаго́лющи: ра́бъ тво́й му́жъ мо́й у́мре, ты́ же вѣ́си, я́ко ра́бъ тво́й бѣ́ боя́ся Го́спода: и заимода́вецъ прiи́де взя́ти два́ сы́на моя́ себѣ́ въ рабы́.
  • И рече́ Елиссе́й: что́ сотворю́ ти? повѣ́ждь ми́, что́ и́маши ны́нѣ въ дому́? Она́ же рече́: нѣ́сть у рабы́ тво­ея́ ничто́же въ дому́, то́кмо ма́ло еле́а, и́мже пома́жуся.
  • И рече́ къ не́й: иди́, испроси́ себѣ́ сосу́ды от­внѣ́ от­ всѣ́хъ сосѣ́дъ тво­и́хъ, сосу́ды пра́здны, не ума́ли:
  • и вни́ди, и затвори́ две́рь за собо́ю и за сыно́ма тво­и́ма, и влiе́ши [от­ еле́а тво­его́] во вся́ сосу́ды сiя́, и напо́лнен­ное во́змеши.
  • И отъи́де от­ него́ и сотвори́ та́ко, и затвори́ две́рь за собо́ю и за сыно́ма сво­и́ма: та́ при­­ноша́ста къ не́й, она́ же влива́­ше:
  • и бы́сть егда́ напо́лнишася вси́ сосу́ды, и рече́ сыно́ма сво­и́ма: при­­бли́жита ми́ еще́ сосу́дъ. И рѣ́ста е́й: нѣ́сть еще́ сосу́да. И ста́ еле́й.
  • И прiи́де и воз­вѣсти́ человѣ́ку Бо́жiю. И рече́ Елиссе́й: иди́ и прода́ждь се́й еле́й, и заплати́ ли́хву твою́, и ты́ и сы́на твоя́ жи́ти бу́дете от­ оста́в­шаго еле́а.
  • И бы́сть во еди́нъ де́нь, и пре́йде Елиссе́й въ сома́нъ, и ту́ жена́ ве́лiя и удержа́ его́ снѣ́сти хлѣ́ба: и бы́сть ему́ входи́ти и исходи́ти мно́жицею, и уклоня́шеся та́мо я́сти хлѣ́ба.
  • И рече́ жена́ къ му́жу сво­ему́: се́, ны́нѣ разумѣ́хъ, я́ко человѣ́къ Бо́жiй свя́тъ се́й ми́мо хо́дитъ на́съ при́сно:
  • сотвори́мъ у́бо ему́ го́рницу, мѣ́сто ма́ло, и поста́вимъ ему́ та́мо о́дръ и трапе́зу, и престо́лъ и свѣ́щникъ: и бу́детъ внегда́ входи́ти ему́ къ на́мъ, и уклоня́ет­ся та́мо.
  • И бы́сть во еди́нъ де́нь, и вни́де та́мо, и уклони́ся въ го́рницу, и спа́ та́мо.
  • И рече́ ко гiезі́ю о́трочищу сво­ему́: при­­зови́ ми сомани́тяныню сiю́. И при­­зва́ ю́, и ста́ предъ ни́мъ.
  • И рече́ ему́: рцы́ у́бо е́й: се́, удиви́ла еси́ на́съ всѣ́мъ попече́нiемъ си́мъ: что́ подоба́етъ сотвори́ти тебѣ́? а́ще е́сть тебѣ́ сло́во къ царю́ или́ ко кня́зю си́лы? Она́ же рече́: [нѣ́сть,] посредѣ́ люді́й мо­и́хъ а́зъ е́смь живу́щи.
  • И рече́ ко гiезі́ю: что́ подоба́етъ сотвори́ти е́й? И рече́ гiезі́й о́трочищь его́: во­и́стин­ну сы́на нѣ́сть у нея́ и му́жъ ея́ ста́ръ.
  • И рече́ при­­зови́ ю́. И при­­зва́ ю́, и ста́ при­­ две́рехъ.
  • И рече́ Елиссе́й къ не́й: во вре́мя сiе́, я́коже ча́съ се́й живу́щи, ты́ зачне́ши сы́на. Она́ же рече́: ни́, господи́не, не солжи́ рабѣ́ тво­е́й.
  • И зача́тъ во чре́вѣ жена́, и роди́ сы́на во вре́мя сiе́, я́коже ча́съ се́й живу́щи, я́коже глаго́ла къ не́й Елиссе́й.
  • И воз­мужа́ о́трочищь. И бы́сть, егда́ изы́де ко отцу́ сво­ему́, къ жну́щымъ,
  • и рече́ ко отцу́ сво­ему́: глава́ моя́, глава́ моя́ [боли́тъ]. И рече́ ко о́троку: неси́ его́ къ ма́тери его́.
  • И несе́ его́ къ ма́тери его́, и лежа́­ше на колѣ́ну ея́ до полу́дне, и у́мре.
  • И воз­несе́ его́, и положи́ его́ на одрѣ́ человѣ́ка Бо́жiя: и затвори́ его́, и изы́де, и при­­зва́ му́жа сво­его́, и рече́ ему́:
  • посли́ ми у́бо еди́наго от­ о́трокъ, и еди́но от­ осля́тъ, и теку́ до человѣ́ка Бо́жiя, и воз­вращу́ся.
  • И рече́: что́ я́ко ты́ и́деши къ нему́ дне́сь? не но́въ ме́сяцъ, ниже́ суббо́та. Она́ же рече́: ми́ръ.
  • И осѣдла́ осля́, и рече́ ко о́трочищу сво­ему́: веди́, и иди́, да не удержи́ши мене́, е́же всѣ́сти, я́коже реку́ тебѣ́: гряди́, и иди́, и прiиди́ къ человѣ́ку Бо́жiю на го́ру карми́лскую.
  • И и́де, и прiи́де до человѣ́ка Бо́жiя въ го́ру карми́лскую. И бы́сть я́ко ви́дѣ ю́ Елиссе́й гряду́щую, и рече́ ко гiезі́ю о́трочищу сво­ему́: се́, у́бо сомани́тяныня о́ная:
  • ны́нѣ тецы́ во срѣ́тенiе ея́ и рече́ши е́й: ми́ръ ли тебѣ́? И тече́ во срѣ́тенiе е́й и рече́ е́й: ми́ръ ли тебѣ́? ми́ръ ли му́жу тво­ему́, ми́ръ ли о́трочищу тво­ему́? Она́ же рече́: ми́ръ.
  • И прiи́де ко Елиссе́ю на го́ру, и я́т­ся за но́зѣ его́. И при­­бли́жнся гiезі́й от­ри́нути ю́. И рече́ Елиссе́й: оста́ви ю́, я́ко душа́ ея́ болѣ́знен­на въ не́й, и Госпо́дь укры́ от­ мене́ и не воз­вѣсти́ мнѣ́.
  • Она́ же рече́: еда́ проси́хъ сы́на у господи́на мо­его́, я́ко реко́хъ: не прельсти́ мене́?
  • И рече́ Елиссе́й ко гiезі́ю: препоя́ши чре́сла твоя́ и воз­ми́ же́злъ мо́й въ ру́цѣ тво­и́, и иди́, я́ко а́ще обря́щеши му́жа, да не благослови́ши его́, и а́ще благослови́тъ тя́ му́жъ, не от­вѣща́й ему́: и воз­ложи́ же́злъ мо́й на лице́ о́трочища.
  • И рече́ ма́ти о́трочища: жи́въ Госпо́дь и жива́ душа́ твоя́, а́ще оста́влю тебе́. И воста́ Елиссе́й и и́де вслѣ́дъ ея́.
  • И гiезі́й и́де предъ не́ю, и воз­ложи́ же́злъ на лице́ о́трочища, и не бѣ́ гла́са, и не бѣ́ слы́шанiя. И воз­врати́ся во срѣ́тенiе его́ и повѣ́да ему́ глаго́ля: не воста́ о́трочищь.
  • И вни́де Елиссе́й въ хра́мину, и се́, о́трочищь уме́рый положе́нъ на одрѣ́ его́.
  • И вни́де Елиссе́й въ до́мъ и затвори́ две́рь за двою́ собо́ю, и помоли́ся Го́споду.
  • И взы́де, и ля́же на о́трочищи, и положи́ уста́ своя́ на устѣ́хъ его́, и о́чи сво­и́ на о́чи его́, и ру́цѣ сво­и́ на ру́цѣ его́, и плеснѣ́ сво­и́ на плесну́ его́: и сляче́ся надъ ни́мъ, и ду́ну на него́, и согрѣ́ся пло́ть о́трочища.
  • И обрати́ся, и походи́ въ хра́минѣ сю́ду и сю́ду: и взы́де, и сляче́ся надъ о́трочищемъ седми́жды, и от­ве́рзе о́трочищь о́чи сво­и́.
  • И возопи́ Елиссе́й ко гiезі́ю и рече́: при­­зови́ ми сомани́тяныню сiю. И при­­зва́ ю́, и вни́де къ нему́. И рече́ Елиссе́й: прiими́ сы́на тво­его́.
  • И вни́де жена́, и паде́ на ногу́ его́, и поклони́ся ему́ до земли́: и прiя́тъ сы́на сво­его́, и изы́де.
  • И Елиссе́й воз­врати́ся въ Галга́лы. И бѣ́ гла́дъ въ земли́ то́й, и сы́нове проро́чи сѣдя́ху предъ ни́мъ. И рече́ Елиссе́й о́трочищу сво­ему́: наста́ви коно́бъ ве́лiй и свари́ варе́нiе сыно́мъ проро́чимъ.
  • И изы́де еди́нъ на село́ собра́ти зе́лiя ди́вiя: и обрѣ́тъ виногра́дъ на селѣ́, и набра́ въ не́мъ я́блока ди́вiяго по́лну ри́зу свою́, и всы́па въ коте́лъ на сваре́нiе, я́ко не разумѣ́ша,
  • и при­­несе́ муже́мъ я́сти. И бы́сть яду́щымъ и́мъ от­ варе́нiя, и се́, возопи́ша и рѣ́ша: сме́рть въ коно́бѣ, человѣ́че Бо́жiй. И не мого́ша я́сти.
  • И рече́: воз­ми́те муки́ и всы́плите въ коно́бъ. И рече́ Елиссе́й ко гiезі́ю о́трочищу сво­ему́: изнеси́ лю́демъ, да ядя́тъ. И не бы́сть ктому́ зла́го глаго́ла въ коно́бѣ.
  • И му́жъ прiи́де от­ веѳари́са и при­­несе́ къ человѣ́ку Бо́жiю перворо́дныхъ два́десять хлѣ́бовъ ячме́н­ныхъ и смо́квы. И рече́: дади́те лю́демъ, да ядя́тъ.
  • И рече́ о́трокъ его́: что́ да́мъ сiе́ сту́ муже́мъ? И рече́: да́ждь лю́демъ я́, да ядя́тъ, я́ко си́це глаго́летъ Госпо́дь: бу́дутъ я́сти, и оста́нетъ.
  • И ядо́ша, и оста́ по глаго́лу Госпо́дню.
  • Одна из жен сынов пророческих с воплем говорила Елисею: раб твой, мой муж, умер; а ты знаешь, что раб твой боялся Господа; теперь пришел заимодавец взять обоих детей моих в рабы себе.
  • И сказал ей Елисей: что мне сделать тебе? скажи мне, что есть у тебя в доме? Она сказала: нет у рабы твоей ничего в доме, кроме сосуда с елеем.
  • И сказал он: пойди, попроси себе сосудов на стороне, у всех соседей твоих, сосудов порожних; набери немало,
  • и пойди, запри дверь за собою и за сыновьями твоими, и наливай во все эти сосуды; полные отставляй.
  • И пошла от него и заперла дверь за собой и за сыновьями своими. Они подавали ей, а она наливала.
  • Когда наполнены были сосуды, она сказала сыну своему: подай мне еще сосуд. Он сказал ей: нет более сосудов. И остановилось масло.
  • И пришла она, и пересказала человеку Божию. Он сказал: пойди, продай масло и заплати долги твои; а что останется, тем будешь жить с сыновьями твоими.
  • В один день пришел Елисей в Сонам. Там одна богатая женщина упросила его к себе есть хлеба; и когда он ни проходил, всегда заходил туда есть хлеба.
  • И сказала она мужу своему: вот, я знаю, что человек Божий, который проходит мимо нас постоянно, святой;
  • сделаем небольшую горницу над стеною и поставим ему там постель, и стол, и седалище, и светильник; и когда он будет приходить к нам, пусть заходит туда.
  • В один день он пришел туда, и зашел в горницу, и лег там,
  • и сказал Гиезию, слуге своему: позови эту Сонамитянку. И позвал ее, и она стала пред ним.
  • И сказал ему: скажи ей: «вот, ты так заботишься о нас; что сделать бы тебе? не нужно ли поговорить о тебе с царем, или с военачальником?» Она сказала: нет, среди своего народа я живу.
  • И сказал он: что же сделать ей? И сказал Гиезий: да вот, сына нет у нее, а муж ее стар.
  • И сказал он: позови ее. Он позвал ее, и стала она в дверях.
  • И сказал он: через год, в это самое время ты будешь держать на руках сына. И сказала она: нет, господин мой, человек Божий, не обманывай рабы твоей.
  • И женщина стала беременною и родила сына на другой год, в то самое время, как сказал ей Елисей.
  • И подрос ребенок и в один день пошел к отцу своему, к жнецам.
  • И сказал отцу своему: голова моя! голова моя болит! И сказал тот слуге своему: отнеси его к матери его.
  • И понес его и принес его к матери его. И он сидел на коленях у нее до полудня, и умер.
  • И пошла она, и положила его на постели человека Божия, и заперла его, и вышла,
  • и позвала мужа своего и сказала: пришли мне одного из слуг и одну из ослиц, я поеду к человеку Божию и возвращусь.
  • Он сказал: зачем тебе ехать к нему? сегодня не новомесячие и не суббота. Но она сказала: хорошо.
  • И оседлала ослицу и сказала слуге своему: веди и иди; не останавливайся, доколе не скажу тебе.
  • И отправилась и прибыла к человеку Божию, к горе Кармил. И когда увидел человек Божий ее издали, то сказал слуге своему Гиезию: это та Сонамитянка.
  • Побеги к ней навстречу и скажи ей: «здорова ли ты? здоров ли муж твой? здоров ли ребенок?» – Она сказала: здоровы.
  • Когда же пришла к человеку Божию на гору, ухватилась за ноги его. И подошел Гиезий, чтобы отвести ее; но человек Божий сказал: оставь ее, душа у нее огорчена, а Господь скрыл от меня и не объявил мне.
  • И сказала она: просила ли я сына у господина моего? не говорила ли я: «не обманывай меня»?
  • И сказал он Гиезию: опояшь чресла твои и возьми жезл мой в руку твою, и пойди; если встретишь кого, не приветствуй его, и если кто будет тебя приветствовать, не отвечай ему; и положи посох мой на лице ребенка.
  • И сказала мать ребенка: жив Господь и жива душа твоя! не отстану от тебя. И он встал и пошел за нею.
  • Гиезий пошел впереди их и положил жезл на лице ребенка. Но не было ни голоса, ни ответа. И вышел навстречу ему, и донес ему, и сказал: не пробуждается ребенок.
  • И вошел Елисей в дом, и вот, ребенок умерший лежит на постели его.
  • И вошел, и запер дверь за собою, и помолился Господу.
  • И поднялся и лег над ребенком, и приложил свои уста к его устам, и свои глаза к его глазам, и свои ладони к его ладоням, и простерся на нем, и согрелось тело ребенка.
  • И встал и прошел по горнице взад и вперед; потом опять поднялся и простерся на нем. И чихнул ребенок раз семь, и открыл ребенок глаза свои.
  • И позвал он Гиезия и сказал: позови эту Сонамитянку. И тот позвал ее. Она пришла к нему, и он сказал: возьми сына твоего.
  • И подошла, и упала ему в ноги, и поклонилась до земли; и взяла сына своего и пошла.
  • Елисей же возвратился в Галгал. И был голод в земле той, и сыны пророков сидели пред ним. И сказал он слуге своему: поставь большой котел и свари похлебку для сынов пророческих.
  • И вышел один из них в поле собирать овощи, и нашел дикое вьющееся растение, и набрал с него диких плодов полную одежду свою; и пришел и накрошил их в котел с похлебкою, так как они не знали их.
  • И налили им есть. Но как скоро они стали есть похлебку, то подняли крик и говорили: смерть в котле, человек Божий! И не могли есть.
  • И сказал он: подайте муки. И всыпал ее в котел и сказал [Гиезию]: наливай людям, пусть едят. И не стало ничего вредного в котле.
  • Пришел некто из Ваал-Шалиши, и принес человеку Божию хлебный начаток – двадцать ячменных хлебцев и сырые зерна в шелухе. И сказал Елисей: отдай людям, пусть едят.
  • И сказал слуга его: что тут я дам ста человекам? И сказал он: отдай людям, пусть едят, ибо так говорит Господь: «насытятся, и останется».
  • Он подал им, и они насытились, и еще осталось, по слову Господню.
  • Una de las mujeres de los hijos de los profetas clamó a Eliseo diciendo:

    —Tu siervo, mi marido, ha muerto, y tú sabes que tu siervo era temeroso de Jehová. Pero el acreedor ha venido para llevarse a dos hijos míos como siervos.

  • Eliseo le dijo:

    —¿Qué puedo yo hacer por ti? Dime qué tienes en tu casa.

    Ella respondió:

    —Tu sierva no tiene ninguna cosa en la casa, sino una vasija de aceite.

  • Él le dijo:

    —Ve y pídeles vasijas prestadas a todos tus vecinos, vasijas vacías, todas las que puedas conseguir.

  • Luego entra y enciérrate junto a tus hijos. Ve llenando todas las vasijas y poniendo aparte las que estén llenas.
  • Se fue la mujer y se encerró con sus hijos. Ellos le traían las vasijas y ella echaba del aceite.
  • Cuando las vasijas estuvieron llenas, dijo a uno de sus hijos:

    —Tráeme otras vasijas.

    —No hay más vasijas —respondió él.

    Entonces cesó el aceite.

  • Ella fue a contárselo al hombre de Dios, el cual dijo:

    —Ve, vende el aceite y paga a tus acreedores; tú y tus hijos vivid de lo que quede.

  • Aconteció también que un día pasaba Eliseo por Sunem, y una mujer importante que allí vivía le invitó insistentemente a que se quedara a comer. Cuando él pasaba por allí, venía a la casa de ella a comer.
  • Entonces la mujer dijo a su marido:

    —Mira, yo sé que este que siempre pasa por nuestra casa es un santo hombre de Dios.

  • Te ruego que hagamos un pequeño aposento de paredes, pongamos allí una cama, una mesa, una silla y un candelabro, para que cuando él venga a visitarnos, se quede en él.
  • Aconteció que un día vino él por allí, se quedó en aquel aposento y allí durmió.
  • Entonces dijo a Giezi, su criado:

    —Llama a esta sunamita.

    El criado la llamó, y cuando ella se presentó ante él,

  • Eliseo dijo a Giezi:

    —Dile: “Ciertamente te has mostrado solícita hacia nosotros con todo este esmero; ¿qué quieres que haga por ti? ¿Necesitas que hable por ti al rey, o al general del ejército?”

    —Yo habito en medio de mi pueblo —respondió ella.

  • —¿Qué, pues, haremos por ella? —dijo él.

    Y Giezi respondió:

    —Ella no tiene hijos y su marido es viejo.

  • —Llámala —dijo Eliseo.

    Él la llamó y ella se paró en la puerta.

  • Entonces Eliseo le dijo:

    —El año que viene, por este tiempo, sostendrás un hijo en tus brazos.

    Ella dijo:

    —No, señor mío, varón de Dios, no te burles de tu sierva.

  • Al año siguiente, la mujer concibió y dio a luz un hijo, en el tiempo que Eliseo le había dicho.
  • Y el niño creció. Pero un día en que vino a ver a su padre, que estaba con los segadores,
  • comenzó a gritarle:

    —¡Ay, mi cabeza, mi cabeza!

    —Llévalo a su madre —dijo el padre a un criado.

  • Éste lo tomó y lo llevó a su madre, la cual lo tuvo sentado sobre sus rodillas hasta el mediodía, cuando murió.
  • Subió ella entonces, lo puso sobre la cama del hombre de Dios y, cerrando la puerta, salió.
  • Luego llamó a su marido y le dijo:

    —Te ruego que envíes conmigo a alguno de los criados y una de las asnas, para que yo vaya corriendo a ver al varón de Dios y regrese enseguida.

  • —¿Para qué vas a verlo hoy? No es luna nueva ni día de reposo —dijo él.

    —Quédate tranquilo —respondió ella.

  • Después hizo ensillar el asna, y dijo al criado:

    —Guía y adelante. No hagas que me detenga en el camino, sino cuando yo te lo diga.

  • Partió, pues, y llegó al monte Carmelo, donde estaba el varón de Dios. Cuando el varón de Dios la vio de lejos, dijo a su criado Giezi:

    —Ahí viene la sunamita.

  • Te ruego que vayas ahora corriendo a recibirla y le digas: “¿Te va bien a ti? ¿Les va bien a tu marido y a tu hijo?”

    —Bien —dijo ella.

  • Cuando llegó adonde estaba el varón de Dios en el monte, se asió de sus pies. Giezi se acercó para apartarla, pero el varón de Dios le dijo:

    —Déjala, porque su alma está muy angustiada y Jehová me ha ocultado el motivo; no me lo ha revelado.

  • Ella dijo:

    —¿Acaso le pedí yo un hijo a mi señor? ¿No te dije yo que no te burlaras de mí?

  • Eliseo dijo entonces a Giezi:

    —Ciñe tu cintura, toma mi bastón en tu mano y ve. Si te encuentras con alguien, no lo saludes, y si alguien te saluda, no le respondas. Luego pondrás mi bastón sobre el rostro del niño.

  • La madre del niño dijo:

    —¡Vive Jehová y vive tu alma, que no te dejaré!

  • Eliseo se levantó entonces y la siguió. Giezi se había adelantado a ellos y había puesto el bastón sobre el rostro del niño, pero éste no tenía voz ni daba señales de vida; así que volvió a encontrarse con Eliseo y le dijo:

    —El niño no despierta.

  • Cuando Eliseo llegó a la casa, el niño ya estaba muerto, tendido sobre su cama.
  • Entró él entonces, cerró la puerta detrás de ambos y oró a Jehová.
  • Después subió y se tendió sobre el niño, poniendo su boca sobre la boca de él, sus ojos sobre sus ojos, y sus manos sobre las manos suyas. Se tendió así sobre él y el cuerpo del niño entró en calor.
  • Luego se levantó y se paseó por la casa de una a otra parte. Después subió y se tendió sobre el niño nuevamente. Entonces el niño estornudó siete veces y abrió sus ojos.
  • Eliseo llamó a Giezi y le dijo: «Llama a la sunamita.»

    Giezi la llamó y, cuando ella entró, él le dijo:

    «Toma a tu hijo.»

  • Apenas ella entró, se echó a sus pies, postrada en tierra. Después tomó a su hijo y salió.

  • Eliseo volvió a Gilgal cuando había mucha hambre en la tierra. Los hijos de los profetas estaban con él, por lo que dijo a su criado: «Pon una olla grande y haz potaje para los hijos de los profetas.»
  • Uno de ellos salió al campo a recoger hierbas, halló una como parra montés y llenó su falda de calabazas silvestres. Regresó y las rebanó en la olla del potaje, pues no sabía lo que era.
  • Después sirvió para que comieran los hombres. Pero sucedió que al comer ellos de aquel guisado, empezaron a gritar:

    —¡Hombre de Dios, hay muerte en esa olla!

    Y no se lo pudieron comer.

  • Entonces Eliseo dijo:

    «Traed harina.»

    La esparció en la olla y dijo:

    «Da de comer a la gente.»

    Y no había ya ningún mal en la olla.

  • Llegó entonces un hombre de Baal-salisa, el cual trajo al hombre de Dios primicias de pan, veinte panes de cebada, y trigo nuevo en su espiga. Y Eliseo dijo:

    —Da a la gente para que coma.

  • Su sirviente respondió:

    —¿Cómo podré servir esto a cien hombres?

    Pero Eliseo insistió:

    —Da a la gente para que coma, porque así ha dicho Jehová: “Comerán y sobrará.”

  • Entonces el criado les sirvió, ellos comieron y les sobró, conforme a la palabra de Jehová.