Скрыть
10:1
10:2
10:3
10:4
10:5
10:6
10:7
10:8
10:9
10:10
10:11
10:12
10:13
10:14
10:15
10:16
10:17
10:18
10:19
10:20
10:21
10:22
10:23
10:24
10:25
10:26
10:27
10:28
10:29
10:30
10:31
10:32
10:33
10:34
10:35
10:36
10:37
10:38
10:39
10:40
10:41
10:42
10:43
10:44
10:45
10:46
10:47
10:48
10:49
10:50
10:51
10:52
10:53
10:54
10:55
10:56
10:57
10:58
10:59
10:60
Церковнославянский (рус)
И бы́сть, егда́ вни́де сы́нъ мо́й въ черто́гъ сво́й, паде́ и у́мре:
и преврати́хомъ вся́ свѣ́тлая, и воста́ша вси́ гра́ждане мо­и́ во утѣше́нiе мое́, и почи́хъ да́же до друга́го дне́ до но́щи:
и бы́сть, егда́ вси́ почива́ху, да мя́ утѣ́шатъ, да поко́юся: и воста́хъ но́щiю, и бѣжа́хъ, и прiидо́хъ, я́коже ви́диши, на сiе́ по́ле,
и помышля́ю уже́ не воз­врати́тися во гра́дъ, но здѣ́ пребыва́ти, и не я́сти, ниже́ пи́ти, но безпреста́ни рыда́ти и пости́тися до́ндеже умру́.
И оста́вихъ словеса́, въ ни́хже бѣ́хъ, и от­вѣща́хъ съ я́ростiю къ не́й и реко́хъ:
бу́я па́че всѣ́хъ же́нъ, не ви́диши ли пла́ча на́­шего и я́же на́мъ случи́шася?
я́ко Сiо́нъ ма́ти на́ша вся́кою ско́рбiю скорби́тъ и смире́нiемъ смире́на е́сть и пла́четъ вельми́:
и ны́нѣ поне́же вси́ рыда́емъ и ско́рбни есмы́, я́ко вси́ при­­ско́рбни есмы́, ты́ же скорби́ши о еди́нѣмъ сы́нѣ:
вопроси́ бо земли́, и рече́тъ тебѣ́, я́ко сiя́ е́сть, е́йже подоба́етъ рыда́ти паде́нiя толи́кихъ на не́й ражда́ющихся:
и от­ нея́ от­ нача́ла вси́ рожде́ни, ині́и же прiи́дутъ, и се́, едва́ не вси́ въ поги́бель от­хо́дятъ, и истребле́нiе быва́етъ мно́же­ст­ву и́хъ:
и кто́ у́бо и́мать рыда́ти па́че сея́, я́же то́ль ве́лiе мно́же­с­т­во погуби́ла, не́жели ты́, я́же о еди́нѣмъ болѣ́знуеши?
а́ще же рече́ши мнѣ́: я́ко нѣ́сть пла́чь мо́й подо́бенъ земли, поне́же пло́дъ чре́ва мо­его́ погуби́хъ, его́же въ печа́лехъ породи́хъ и съ болѣ́знiю роди́хъ,
земля́ же по пути́ земли́, отъи́де же въ не́й мно́же­с­т­во настоя́щее, я́коже случи́ся:
и а́зъ тебѣ́ реку́: я́коже ты́ съ трудо́мъ родила́ еси́, та́ко и земля́ дае́тъ пло́дъ сво́й человѣ́ку от­ нача́ла ему́, и́же сотвори́лъ ю́:
ны́нѣ у́бо воз­держи́ сама́ у себе́ болѣ́знь твою́ и крѣ́пко носи́ я́же тебѣ́ случи́шася паде́нiя:
а́ще бо оправди́ши предѣ́лъ Бо́жiй и совѣ́тъ его́, прiи́меши во вре́мя и въ таковы́хъ похва́лишися:
вни́ди у́бо во гра́дъ къ му́жу тво­ему́.
И рече́ ко мнѣ́: не сотворю́, ни вни́ду во гра́дъ, но здѣ́ умру́.
И при­­ложи́хъ еще́ глаго́лати къ не́й и реко́хъ:
не твори́ сего́ словесе́, но со­изво́ли совѣ́ту мо­ему́: коли́ко бо паде́нiе Сiо́ну? утѣ́шися ра́ди болѣ́зни Иерусали́ма:
ви́диши бо, я́ко освяще́нiе на́­ше опустѣ́, и олта́рь на́шъ сотре́нъ е́сть, и це́рковь на́ша разоре́на е́сть,
и псалти́ръ на́шъ смире́нъ е́сть, и пѣ́снь умолче́, и ра́дость на́ша разруше́на е́сть, и свѣ́тъ свѣти́лника на́­шего угаше́нъ е́сть, и киво́тъ завѣ́та на́­шего расхище́нъ е́сть, и свята́я на́ша оскверне́на су́ть, и и́мя, е́же воз­зва́но е́сть надъ на́ми, едва́ не оскверне́но е́сть, и ча́да на́ша укоре́нiе претерпѣ́ша, и свяще́н­ницы на́ши сожже́ни су́ть, и леви́ти на́ши въ плѣне́нiе от­идо́ша, и дѣви́цы на́шя оскверне́ны су́ть, и жены́ на́шя наси́лiе пострада́ша, и пра́веднiи на́ши восхище́ни су́ть, и о́троцы на́ши изги́бнуша, и ю́ноши на́ши служи́ша, и крѣ́пцыи на́ши изнемого́ша:
а сiе́ всѣ́хъ па́че зна́менiе Сiо́ну, я́ко испаде́ от­ сла́вы сво­ея́, и́бо и пре́данъ е́сть въ ру́ки ненави́дящихъ ны́:
ты́ у́бо от­тряси́ твою́ печа́ль мно́гую и от­ложи́ от­ себе́ мно́же­с­т­во болѣ́зней, да тя́ поми́луетъ крѣ́пкiй, и поко́й сотвори́тъ тебѣ́ вы́шнiй, упоко­е́нiе трудо́въ.
И бы́сть егда́ глаго́лахъ къ не́й, лице́ ея́ воз­сiя́ внеза́пу и зра́къ, блиста́­ше видѣ́нiе ея́, я́ко бы́хъ ужа́сенъ зѣло́ от­ нея́ и помышля́хъ, что́ есть сiе́.
И се́, внеза́пу испусти́ шу́мъ гла́са вели́кiй, стра́ха по́лный, я́ко поколеба́тися земли́ от­ шу́ма жены́.
И ви́дѣхъ, и се́, ктому́ жена́ не явля́шеся мнѣ́, но гра́дъ созида́­шеся, и мѣ́сто пока́зовашеся от­ основа́нiй вели́кихъ: и устраши́хся и возопи́хъ гла́сомъ вели́кимъ
и реко́хъ: гдѣ́ е́сть урiи́лъ а́нгелъ, и́же от­ нача́ла прiи́де ко мнѣ́? поне́же то́й мя́ сотвори́ прiити́ во мно́же­ст­вѣ у́жаса ума́ сего́, и бы́сть коне́цъ мо́й въ растлѣ́нiе, и моли́тва моя́ въ поноше́нiе.
И егда́ бы́хъ глаго́лющь а́зъ сiя́, се́, прiи́де ко мнѣ́ и ви́дѣ мя́:
и се́, бы́хъ лежа́щь я́ко ме́ртвъ, и ра́зумъ мо́й от­чужде́нъ бы́сть: и удержа́ десни́цу мою́, и укрѣпи́ мя́, и поста́ви мя́ на но́зѣ мо­и́, и рече́ ми:
что́ тебѣ́ е́сть? и вску́ю смуще́нъ е́сть ра́зумъ тво́й и чу́в­ст­ва се́рдца тво­его́? и вску́ю смуща́ешися? И реко́хъ: я́ко оста́вилъ мя́ еси́,
и а́зъ у́бо сотвори́хъ по словесе́мъ тво­и́мъ, и изыдо́хъ на по́ле, и се́, ви́дѣхъ и ви́жду, я́ко не могу́ провѣща́ти.
И рече́ ко мнѣ́: ста́ни я́ко му́жъ, и воз­вѣщу́ ти́. И реко́хъ:
глаго́ли, го́споди мо́й, ты́ ко мнѣ́ и не оста́ви мя́, я́ко да не всу́е умру́,
я́ко ви́дѣхъ, я́же не вѣ́дяхъ, и слы́шу, я́же не вѣ́мъ: или́ чу́в­ст­во мое́ лже́тъ, и душа́ моя́ мечта́нiе ви́дитъ?
ны́нѣ у́бо молю́ тя, да ска́жеши рабу́ тво­ему́ о у́жасѣ се́мъ.
И от­вѣща́ ко мнѣ́ и рече́:
слы́ши мя́, и научу́ тя, и реку́ тебѣ́ о ко́ихъ бо­и́шися, я́ко вы́шнiй от­кры́ тебѣ́ та́йны мно́ги,
ви́дѣ пра́въ пу́ть тво́й, я́ко безпреста́ни скорби́ши о лю́дехъ тво­и́хъ и зѣло́ рыда́еши Сiо́на ра́ди.
Се́й у́бо ра́зумъ видѣ́нiя, е́же тебѣ́ яви́ся ма́ло пре́жде:
ю́же ви́дѣлъ еси́ рыда́ющую, нача́лъ еси́ утѣша́ти ю́,
ны́нѣ же уже́ лица́ же́нска не ви́диши, но яви́ся тебѣ́ гра́дъ созида́емый,
и я́ко воз­вѣща́­ше тебѣ́ о паде́нiи сы́на сво­его́, сiе́ е́сть рѣше́нiе:
сiя́ жена́, ю́же ви́дѣлъ еси́, сiя́ е́сть Сiо́нъ: и поне́же рече́ тебѣ́, ю́же и ны́нѣ у́зриши я́ко гра́дъ созда́нъ,
и я́ко рече́ тебѣ́, я́ко безпло́дна бя́ше лѣ́тъ три́десять: си́рѣчь, за е́же бя́ху лѣ́тъ три́десять, егда́ не бы́сть въ не́мъ еще́ же́ртва при­­ноше́на:
и бы́сть по лѣ́тѣхъ три́десятихъ, созда́ соломо́нъ гра́дъ и при­­несе́ при­­ноше́нiя тогда́, егда́ роди́ непло́ды сы́на.
А е́же рече́ тебѣ́, я́ко воспита́ его́ съ трудо́мъ, сiе́ бя́ше обита́нiе во Иерусали́мѣ.
А е́же рече́ тебѣ́, я́ко сы́нъ мо́й гряды́й въ сво́й черто́гъ ме́ртвъ бы́сть, и случи́ся ему́ паде́нiе, то́ бя́ше, е́же сотворе́но е́сть паде́нiе Иерусали́му.
И се́, ви́дѣлъ еси́ подо́бiе ея́, и я́ко сы́на рыда́­ше, нача́лъ еси́ утѣша́ти ю́. И о си́хъ, я́же случи́шася, сiя́ подоба́­ше тебѣ́ от­кры́ти.
И ны́нѣ ви́дитъ вы́шнiй, я́ко душе́ю при­­ско́рбенъ еси́ и я́ко всѣ́мъ се́рдцемъ терпи́ши о не́мъ, яви́ тебѣ́ свѣ́тлость сла́вы его́ и красоту́ лѣ́поты его́.
Сего́ бо ра́ди реко́хъ тебѣ́, да живе́ши въ по́ли, идѣ́же нѣ́сть до́мъ созда́нъ.
Вѣ́дяхъ бо а́зъ, я́ко вы́шнiй начина́­ше тебѣ́ пока́зовати сiя́:
сего́ ра́ди реко́хъ тебѣ́, да прiи́деши на ни́ву, идѣ́же нѣ́сть основа́нiя зда́нiю:
ниже́ бо можа́­ше дѣ́ло зда́нiя человѣ́ческаго содержа́тися на мѣ́стѣ, идѣ́же начина́­ше вы́шняго гра́дъ пока́зоватися.
Ты́ у́бо не бо́йся, ниже́ да устраши́т­ся се́рдце твое́, но вни́ди и ви́ждь свѣ́тлость и вели́че­с­т­во созида́нiя, коли́ко воз­мо́жно е́сть тебѣ́ видѣ́нiемъ оче́съ [ви́дѣти].
И по си́хъ услы́шиши, коли́ко прiе́млетъ слы́шанiе уше́съ тво­и́хъ слы́шати.
Ты́ бо блаже́нъ еси́ па́че мно́гихъ и зва́нъ еси́ предъ вы́шняго я́ко не мно́зи.
Въ нощи́ же, я́же зау́тра бу́детъ, пребу́ди здѣ́,
и пока́жетъ тебѣ́ вы́шнiй о́ная видѣ́нiя вы́шшихъ, я́же сотвори́тъ вы́шнiй обита́ющымъ на земли́ въ послѣ́днiя дни́.
И спа́хъ ту́ но́щь и другу́ю, я́коже рече́ мнѣ́.
Но когда сын мой вошел в брачный чертог свой, он упал, и умер.
И опрокинули все мы светильники, и все сограждане мои поднялись утешать меня, и я почила до ночи другого дня.
Когда же все перестали утешать меня, чтобы оставить меня в покое, я, встав ночью, побежала и пришла, как видишь, на это поле.
И думаю уже не возвращаться в город, но оставаться здесь, ни есть, ни пить, но непрестанно плакать и поститься, доколе не умру.
Оставив размышления, которыми занимался, я с гневом отвечал ей и сказал:
о, безумнейшая из всех жен! не видишь ли скорби нашей и приключившегося нам, –
что Сион, мать наша, печалится безмерно, крайне унижена, и плачет горько?
И теперь, когда все мы скорбим и печалимся, потому что все опечалены, будешь ли ты печалиться об одном сыне твоем?
Спроси землю, и она скажет тебе, что ей-то должно оплакивать падение столь многих рождающихся на ней;
ибо все рожденные из нее от начала и другие, которые имеют произойти, едва не все погибают, и толикое множество их предаются истреблению.
Итак кто должен более печалиться, как не та, которая потеряла толикое множество, а не ты, скорбящая об одном?
Если ты скажешь мне: «плач мой не подобен плачу земли, ибо я лишилась плода чрева моего, который я носила с печалью и родила с болезнью;
а земля – по свойству земли; на ней настоящее множество как отходит, так и приходит»:
и я скажу тебе, что как ты с трудом родила, так и земля дает плод свой человеку, который от начала возделывает ее.
Посему воздержись теперь от скорби твоей и мужественно переноси случившуюся тебе потерю.
Ибо если ты признаешь праведным определение Божие, то в свое время получишь сына, и между женами будешь прославлена.
Итак возвратись в город к мужу твоему.
Но она сказала: не сделаю так, не возвращусь в город, но здесь умру.
Продолжая говорить с нею, я сказал:
не делай этого, но послушай совета моего. Ибо сколько бед Сиону? Утешься ради скорби Иерусалима.
Ибо ты видишь, что святилище наше опустошено, алтарь наш ниспровергнут, храм наш разрушен,
псалтирь наш уничижен, песни умолкли, радость наша исчезла, свет светильника нашего угас, ковчег завета нашего расхищен, Святое наше осквернено, и имя, которое наречено на нас, едва не поругано, дети наши потерпели позор, священники наши избиты, левиты наши отведены в плен, девицы наши осквернены, жены наши потерпели насилие, праведники наши увлечены, отроки наши погибли, юноши наши в рабстве, крепкие наши изнемогли;
и что всего тяжелее, знамя Сиона лишено славы своей, потому что предано в руки ненавидящих нас.
Посему оставь великую печаль твою, и отложи множество скорбей, чтобы помиловал тебя Крепкий, и Всевышний даровал тебе успокоение и облегчение трудов.
При сих словах моих к ней, внезапно просияло лице и взор ее, и вот, вид сделался блистающим, так что я, устрашенный ею, помышлял, что бы это было.
И вот, она внезапно испустила столь громкий и столь страшный звук голоса, что от сего звука жены поколебалась земля.
И я видел, и вот, жена более не являлась мне, но созидался город, и место его обозначалось на обширных основаниях, и я устрашенный громко воскликнул и сказал:
где Ангел Уриил, который вначале приходил ко мне? ибо он привел меня в такое исступление ума, в котором цель моего стремления исчезла, и молитва моя обратилась в поношение.
Когда я говорил это, он пришел ко мне;
и увидел меня, и вот, я лежал, как мертвый и в бессознательном состоянии; он взял меня за правую руку, укрепил меня и, поставив на ноги, сказал мне:
что с тобою? отчего смущены разум твой и чувства сердца твоего? отчего смущаешься?
Оттого, отвечал я ему, что ты оставил меня, и я, поступая по словам твоим, вышел на поле, и вот увидел и еще вижу то, о чем не могу рассказать.
А он сказал мне: стой мужественно, и я объясню тебе.
Говори мне, господин мой, сказал я, только не оставляй меня, чтобы я не умер напрасно;
ибо я видел, чего не знал, и слышал, чего не знаю.
Чувство ли мое обманывает меня, или душа моя грезит во сне?
Посему прошу тебя объяснить мне, рабу твоему, это исступление ума моего. Отвечая мне, сказал он:
внимай мне, и я научу тебя, и изъясню тебе то, что устрашило тебя: ибо Всевышний откроет тебе многие тайны.
Он видит правый путь твой, что ты непрестанно скорбишь о народе твоем и сильно печалишься о Сионе.
Таково значение видения, которое пред сим явилось тебе:
жена, которую ты видел плачущею и старался утешать,
которая потом сделалась невидима, но явился тебе город созидаемый,
и которая тебе рассказала о смерти сына своего, вот что значит:
жена, которую ты видел, это Сион. А что сказала тебе та, которую ты видел, как город только что созидаемый,
что она тридцать лет была неплодна, этим указывается на то, что в продолжение тридцати лет в Сионе еще не была приносима жертва.
По истечении тридцати лет неплодная родила сына: это было тогда, когда Соломон создал город и принес жертвы.
А что она сказала тебе, что с трудом воспитала его, это было обитание в Иерусалиме.
А что сын ее, как она сказала тебе, входя в чертог свой, упал и умер, это было падение Иерусалима.
И вот, ты видел подобие ее, и как она скорбела о сыне, старался утешать ее в случившемся: то надлежало открыть тебе о сем.
Ныне же Всевышний, видя, что ты скорбишь душею и всем сердцем болезнуешь о нем, показал тебе светлость славы его и красоту его.
Для сего-то я повелел тебе жить в поле, где нет дома.
Я знал, что Всевышний покажет тебе это;
для того и повелел, чтобы ты пришел на поле, где не положено основания здания.
Ибо не могло дело человеческого созидания существовать там, где начинал показываться город Всевышнего.
Итак не бойся, и да не страшится сердце твое, но войди и посмотри на светлость и великолепие созидания, сколько могут видеть глаза твои.
После того услышишь, сколько могут слышать уши твои.
Ты блаженнее многих и призван к Всевышнему, как немногие.
На завтрашнюю ночь оставайся здесь,
и Всевышний покажет тебе видение величайших дел, которые Он сотворит для обитателей земли в последние дни.
И спал я в ту ночь и в следующую, как он повелел мне.
Копировать текст Копировать ссылку Толкования стиха

Настройки