Быт. Исх. Лев. Чис. Втор. Нав. Суд. Руф. 1Цар. 2Цар. 3Цар. 4Цар. 1Пар. 2Пар. 1Ездр. Неем. 2Ездр. Тов. Иудиф. Эсф. 1Мак. 2Мак. 3Мак. 3Ездр. Иов. Пс. Притч. Еккл. Песн. Прем. Сир. Ис. Иер. Плч. Посл.Иер. Вар. Иез. Дан. Ос. Иоил. Ам. Авд. Ион. Мих. Наум. Авв. Соф. Агг. Зах. Мал. Мф. Мк. Лк. Ин. Деян. Иак. 1Пет. 2Пет. 1Ин. 2Ин. 3Ин. Иуд. Рим. 1Кор. 2Кор. Гал. Еф. Флп. Кол. 1Фес. 2Фес. 1Тим. 2Тим. Тит. Флм. Евр. Откр.

 
3-я книга Маккавейская

 
  • Филопатор, узнав от прибывших к нему, что Антиохом отняты бывшие в его владении местности, отдал приказ всем войскам своим, пешим и конным, и, взяв с собою сестру свою Арсиною, отправился в страну Рафию, где расположены были станом войска Антиоха.
  • Тогда некто Феодот решился исполнить свой замысел, взял с собою лучших из вверенных ему Птоломеем вооруженных людей и ночью проник в палатку Птоломея, чтобы наедине убить его и тем предотвратить войну.
  • Но его обманул Досифей, сын Дримила, родом Иудей, впоследствии изменивший закону и отступивший от отеческой веры: он поместил в палатке одного незначительного человека, которому и пришлось принять назначенную Птоломею смерть.
  • Когда же произошло упорное сражение и дело Антиоха превозмогало, то Арсиноя, распустив волосы, с плачем и слезами ходила по войскам, усильно убеждая, чтобы храбрее сражались за себя, за детей и жен, и обещая, если победят, дать каждому по две мины золота.
  • И так случилось, что противники поражены были в рукопашном бое, и многие взяты в плен.
  • Достигнув своей цели, Филопатор рассудил пройти по ближним городам, чтобы ободрить их.
  • Исполнив это и снабдив капища дарами, он одушевил мужеством подвластных ему.
  • Когда потом Иудеи отправили к нему от совета и старейшин послов поздравить его, поднести дары и изъявить радость о случившемся, то он пожелал как можно скорее прийти к ним.
  • Прибыв же в Иерусалим, он принес жертву великому Богу, воздал благодарение и прочее исполнил, приличествующее священному месту;
  • и когда вошел туда, то изумлен был величием и благолепием и, удивляясь благоустройству храма, пожелал войти во святилище.
  • Ему сказали, что не следует этого делать, ибо никому и из своего народа непозволительно входить туда, и даже священникам, но только одному начальствующему над всеми первосвященнику, и притом однажды в год; но он никак не хотел слушать.
  • Прочитали ему закон, но и тогда не оставил он своего намерения, говоря, что он должен войти: пусть они будут лишены этой чести, но не я. И спрашивал, почему, когда он входил в храм, никто из присутствовавших не возбранил ему?
  • И когда некто неосмотрительно сказал, что это худо было сделано, он отвечал: но когда это уже сделано, по какой бы то ни было причине, то не должно ли ему во всяком случае войти, хотят ли они того, или не хотят.
  • Тогда священники в священных одеждах пали ниц и молились великому Богу, чтобы Он помог им в настоящей крайности и удержал стремление насильственно вторгающегося; храм наполнился воплем и слезами, а остававшиеся в городе сбежались в смущении, полагая, что случилось нечто необычайное.
  • И заключенные в своих покоях девы выбегали с матерями и, посыпая пеплом и прахом головы, оглашали улицы рыданиями и стонами.
  • Другие же во всем наряде, оставив приготовленный для встречи брачный чертог и подобающий стыд, беспорядочно бегали по городу.
  • А матери и кормилицы, оставляя и здесь и там новорожденных детей, иные в домах, другие – на улицах, неудержимо сбегались во всесвятейший храм.
  • Так разнообразна была молитва собравшихся по случаю святотатственного покушения.
  • Вместе с тем некоторые из граждан возымели смелость не допускать домогавшегося вторгнуться и исполнить свое намерение. Они воззвали, что нужно взяться за оружие и мужественно умереть за закон отеческий, и произвели в храме великое смятение:
  • с трудом быв удержаны старейшинами и священниками, они остались в том же молитвенном положении.
  • Народ, как и прежде, продолжал молиться. Даже бывшие с царем старейшины многократно пытались отвлечь надменный его ум от предпринятого намерения.
  • Но, исполненный дерзости и все пренебрегший, он уже делал шаг вперед, чтобы совершенно исполнить сказанное прежде.
  • Видя это, и бывшие с ним начали призывать вместе с нашими Вседержителя, чтобы Он помог в настоящей нужде и не попустил такого беззаконного и надменного поступка.
  • От совокупного, напряженного и тяжкого народного вопля происходил невыразимый гул.
  • Казалось, что не только люди, но и самые стены и все основания вопияли, как бы умирая уже за осквернение священного места.
  • А первосвященник Симон, преклонив колени пред святилищем и благоговейно распростерши руки, творил молитву:
  • «Господи, Господи, Царь небес и Владыка всякого создания, Святый во святых, Единовластвующий, Вседержитель! Призри на нас, угнетаемых от безбожника и нечестивца, надменного дерзостью и силою.
  • Ибо Ты, все создавший и всем управляющий, праведный Владыка: Ты судишь тех, которые делают что-либо с дерзостью и превозношением.
  • Ты некогда погубил делавших беззаконие, между которыми были исполины, надеявшиеся на силу и дерзость, и навел на них безмерную воду.
  • Ты сожег огнем и серою Содомлян, поступавших надменно, явно делавших зло, и поставил их в пример потомкам.
  • Ты дерзкого фараона, поработившего Твой святый народ, Израиля, посетил различными и многими казнями, явил Твою власть и показал Твою великую силу.
  • И когда он погнался за ним, Ты потопил его с колесницами и множеством народа во глубине моря, а тех, которые надеялись на Тебя, Владыку всякого создания, Ты провел невредимо, и они, увидев дела руки Твоей, восхвалили Тебя, Вседержителя.
  • Ты, Царь, создавший беспредельную и неизмеримую землю, избрал этот город, и освятил это место во славу Тебе, ни в чем не имеющему нужды, и прославил его Твоим величественным явлением, обращая его к славе Твоего великого и досточтимого имени.
  • По любви к дому Израилеву Ты обещал, что, если постигнет нас несчастье и обымет угнетенье и мы, придя на место сие, помолимся, Ты услышишь молитву нашу.
  • И Ты верен и истинен, и много раз, когда отцы наши подвергались бедствиям, Ты помогал им в их скорби и избавлял их от великих опасностей.
  • Вот и мы, Святый Царь, за многие и великие грехи наши бедствуем, преданы врагам нашим и изнемогли от скорбей.
  • В таком упадке нашем этот дерзкий нечестивец покушается оскорбить это святое место, посвященное на земле славному имени Твоему.
  • Ибо, хотя жилище Твое, небо небес, недостижимо для людей, но Ты, благоволив явить славу Твою народу Твоему, Израилю, освятил место сие.
  • Не отмщай нам за нечистоту их и не накажи нас за осквернение, чтобы не тщеславились беззаконники в мыслях своих и не торжествовали в превозношении языка своего, говоря: мы попрали дом святыни, как попираются домы скверны.
  • Оставь грехи наши, отпусти неправды наши и яви милость Твою в час сей; скоро да предварят нас щедроты Твои; дай хвалу устам упадших духом и сокрушенных сердцем; даруй нам мир».
  • Тогда всевидящий Бог и над всеми Святый во святых, услышав молитву смирения, поразил надмевавшегося насилием и дерзостью, сотрясая его туда и сюда, как тростник ветром, так что он, лежа недвижим на помосте и будучи расслаблен членами, не мог подать даже голоса, постигнутый праведным судом.
  • Тогда его друзья и телохранители, видя внезапную и тяжкую казнь, постигшую его, и опасаясь, чтобы он не лишился жизни, поспешно вынесли его, будучи сами поражены чрезвычайным страхом.
  • Через несколько времени, придя в себя после испытанного наказания, он нисколько не пришел в раскаяние и удалился с жестокими угрозами.
  • Возвратившись в Египет и умножая дела своей злобы, он с упомянутыми участниками в пиршествах и друзьями, забывшими всякую справедливость, не только пресыщался бесчисленными студодействами, но дошел до такой дерзости, что произносил там проклятие на Иудеев, и многие из друзей его, смотря на пример царя, и сами следовали его желаниям.
  • Наконец он решился публично предать позору народ Иудейский, и поставил на башне своего дворца столб, сделав на нем надпись: «Кто не приносит жертв, тому не входить в свои священные места; Иудеев же всех внести в перепись простого народа и зачислить в рабское состояние, а кто будет противиться, тех брать силою и лишать жизни;
  • внесенных же в перепись отмечать, выжигая им на теле знак Диониса – лист плюща, после чего отпускать их в назначенное им состояние с ограниченными правами».
  • Но чтобы не сделаться ненавистным для всех, он прибавил в надписи, что, если кто из них пожелает жить по обрядам языческим, тем давать равные права с Александрийскими гражданами.
  • Посему некоторые, ради права гражданского презрев отечественное благочестие, поспешно передались, как будто могли они от будущего общения с царем приобщиться великой славы.
  • Но бо́льшая часть укрепились мужеством духа и не отпали от благочестия; они отдавали деньги за жизнь свою, и небоязненно пытались избавиться от записи, имея добрую надежду получить помощь,
  • и от отпавших отвращались, почитая их врагами своего народа и избегая всякого общения с ними и дружественного обхождения.
  • Узнав о том, нечестивец пришел в такое неистовство, что не только озлобился против Иудеев, живших в Александрии, но обнаружил жестокую вражду и против обитавших в целой стране, приказав немедленно собрать всех вместе и предать позорнейшей смерти.
  • Когда готовилось это дело, распространен был людьми, одномысленными злодейству, злой слух против народа Иудейского по поводу к такому распоряжению, будто они уклоняются от исполнения законных обязанностей.
  • Между тем Иудеи хранили доброе расположение и неизменную верность к царям; но они почитали Бога, жили по Его закону и потому в некоторых случаях допускали отступления и отмены: по этой причине они и казались некоторым враждебными; у всех же других людей добрым исполнением всего справедливого они приобретали благоволение.
  • Несмотря на то, известный добрый образ жизни этого народа иноплеменники считали ни во что. Они замечали только различие в богопочтении и пище и говорили, что эти люди не допускают общения трапезы ни с царем, ни с вельможами, что они завистники и великие противники государства, и таким образом разглашали о них намеренные хулы.
  • Жившие в городе Еллины, не испытавшие от них никакой обиды, видя неожиданное волнение против этих людей и внезапное их стечение, хотя не могли помочь им, – ибо царское было распоряжение, – однако утешали их, негодовали и надеялись, что дело переменится:
  • ибо нельзя было пренебрегать таким множеством народа, ни в чем не повинного.
  • Впрочем, некоторые соседи и друзья и производившие с ними торговлю, тайно принимая некоторых из них, обещали помогать им и делать все возможное к их защите.
  • А он, надмеваясь временным благополучием и не помышляя о власти величайшего Бога, думал неизменно остаться в том же умысле и написал против них такое письмо:
  • «Царь Птоломей Филопатор обитателям Египта и местным военачальникам и воинам – радоваться и здравствовать. Я же сам здоров, и дела наши благоуспешны.
  • После похода, предпринятого нами в Азию, который, как вы сами знаете, неожиданною помощью богов и нашею силою, согласно нашему намерению, достиг счастливого окончания, мы думали благоустроить народы, обитающие в Келе-Сирии и Финикии, не силою оружия, но снисхождением и великим человеколюбием, охотно благодетельствуя им.
  • Давая по городам богатые вклады в храмы, мы пришли и в Иерусалим, положив почтить святилище этих негодных людей, никогда не оставляющих своего безумия.
  • Они же, приняв наше прибытие на словах охотно, а на деле коварно, когда мы желали войти в храм и почтить его подобающими и наилучшими дарами, напыщенные своею древнею гордостью, возбранили нам вход, не потерпев от нас насилия по человеколюбию, какое мы имеем ко всем людям.
  • Явно обнаружив свою враждебность против нас, они одни только из всех народов упорно противятся царям и своим благодетелям и не хотят исполнять ничего справедливого.
  • Мы же, снисходя их безумию, и тогда, как возвращались с победою, и в самом Египте, принимая человеколюбиво все народы, поступали, как надлежало.
  • Между прочим, объявляя всем о нашем непамятозлобии к их одноплеменникам, мы решились ввести перемены: так как они служили нам на войне и занимались весьма многими делами, издавна по простоте предоставленными им, то мы хотели даже удостоить их прав Александрийского гражданства и сделать участниками исконного жречества.
  • Они же, приняв это в противность себе и, по сродному им злонравию, отвергая доброе и склоняясь всегда к худому, не только презрели неоценимое право гражданства, но и гласно и негласно гнушаются тех немногих из них, которые искренно расположены к нам, постоянно надеясь, что мы вследствие беспорядочного образа жизни их скоро отменим наши установления.
  • Посему мы, достаточно убедившись опытами, что они при всяком случае питают неприязненные против нас замыслы, и предвидя, что когда-нибудь, при возникшем неожиданно против нас возмущении, мы будем иметь за собою в лице этих нечестивцев предателей и жестоких врагов,
  • повелеваем, как скоро будет получено это письмо, тотчас упомянутых нами людей с их женами и детьми, с насилиями и истязаниями заключив в железные оковы, отовсюду выслать к нам на смертную казнь, беспощадную и позорную, достойную таких злоумышленников.
  • Если они в один раз будут наказаны, то мы надеемся, что на будущее время наши государственные дела придут в совершенное благоустройство и наилучший порядок.
  • Если же кто укроет кого из Иудеев, от старика до ребенка, не исключая грудных младенцев, должен быть истреблен со всем его домом жесточайшим образом.
  • А кто откроет кого-либо, тот получит имение виновного и еще две тысячи драхм из царской казны, получит свободу и будет почтен.
  • Всякое место, где будет пойман укрывающийся Иудей, должно быть опустошено и выжжено, так чтобы никому из смертных ни на что не было годно на вечные времена». Таков был смысл письма.
  • Везде, куда приходило это повеление, у язычников учреждались народные пиршества с радостными кликами, как будто закореневшая издавна в душе вражда теперь обнаружилась дерзновенно.
  • А у Иудеев началась неутешная скорбь, горький плач и рыдание; ибо жгли сердце достигавшие со всех сторон стоны оплакивающих неожиданную, внезапно определенную им погибель.
  • Какая область или город, или какое обитаемое место, или какие дороги не наполнились их плачем и воплями?
  • Жестоко и без всякой жалости они были вместе высылаемы властями каждого города, так что при виде этой необыкновенной кары и некоторые из врагов, смотря на общее страдание и помышляя о неведомой превратности жизни, оплакивали злополучнейшее их изгнание.
  • Гнали толпу престарелых, покрытых сединами, сгорбленных от старческой слабости в ногах, и по требованию насильственного изгнания бесстыдно принуждали их к скорейшему шествию.
  • Отроковицы, только что сочетавшиеся супружеским союзом и вошедшие в брачный чертог, вместо ликования начали плач, посыпали пеплом благоухавшие от мастей волосы, были ведены непокрытыми и вместо брачных песней поднимали общий вопль, будучи мучимы истязаниями иноплеменных. В оковах они открыто влекомы были с насилием, до ввержения в корабль.
  • А их супруги, вместо венков перевязанные по шеям веревками, в цветущем юношеском возрасте, вместо пиршества и наслаждения молодости, проводили остальные дни брака в плаче, ибо под ногами у себя видели открытый ад.
  • Везены они были по подобию зверей под игом железных оков; одни прикованы были за шеи к корабельным скамьям, другие крепкими узами привязаны были за ноги. Кроме того, накрытые плотным помостом, они отлучены были от света, так что, со всех сторон окруженные тьмою, во все время плавания содержались подобно злоумышленникам.
  • Когда же они привезены были на место, называемое Схедия, и плавание было окончено, как назначено было царем, тогда он приказал поставить их перед городом на конском ристалище, которое имело обширную окружность и весьма удобно было для примерного поругания в виду всех, шедших в город и обратно отправлявшихся внутрь страны, так чтобы они ни с войском не имели сообщения, ни вообще не были удостоены никакого крова.
  • Когда это было исполнено и царь услышал, что одноплеменники их часто выходят тайно из города оплакивать позорное бедствие братьев, то весьма разгневался и приказал и с этими поступить точно так же, как и с теми, чтобы они никак не меньшее получили наказание.
  • Он велел переписать весь народ по именам, не для тяжкого рабского служения, незадолго пред сим возвещенного, а для того, чтобы, измучив их объявленными казнями, вконец погубить в один день.
  • И хотя эта перепись производилась с крайнею поспешностью и ревностным старанием от восхода до захождения солнца, но совершенно окончить ее не могли в продолжение сорока дней.
  • Царь же, чрезмерно и непрестанно предаваясь удовольствию, пред всеми идолами учреждал пиршества, и умом, далеко уклонившимся от истины, и нечистыми устами славословил тех, которые глухи и не могут говорить или подать помощи, а на величайшего Бога произносил неподобающее.
  • После сказанного промежутка времени писцы донесли царю, что они не в состоянии сделать переписи Иудеев, по причине бесчисленного их множества; притом еще большее число их находится в областях; одни остаются в домах, другие рассеяны по разным местам, так что сделать этого невозможно даже всем властям в Египте.
  • Когда же царь еще строже угрожал им, предполагая, что они подкуплены дарами и коварно избегали наказания, тогда пришлось осязательно убедить его в том. Они доказали, что недостает у них ни хартий, ни необходимых для того письменных тростей.
  • Это было действие непобедимого небесного Промысла, помогавшего Иудеям.
  • Тогда царь, исполненный сильного гнева и неизменный в своей ненависти, призвал Ермона, заведовавшего слонами, и приказал на следующий день всех слонов, числом пятьсот, накормить ладаном в возможно больших приемах и вдоволь напоить цельным вином и, когда они рассвирепеют от данного им в изобилии питья, вывести их на Иудеев, обреченных встретить смерть.
  • Дав такое приказание, он отправился на пиршество, пригласив особенно тех из своих друзей и воинов, которые враждовали против Иудеев; а Ермон, начальствующий над слонами, в точности исполнил его повеление.
  • Назначенные при этом служители пошли вечером вязать руки несчастным и другие принимали против них предосторожности, думая, что через ночь весь народ подвергнется конечной гибели.
  • Иудеи же, казавшиеся язычникам лишенными всякой защиты, ибо отовсюду стеснены они были тяжкими узами, призывали всемогущего Господа, властвующего над всякою властью, своего милосердого Бога и Отца, призывали все непрестающим воплем со слезами, умоляя отвратить от них нечестивый умысел и спасти их от приготовленной им смерти Своим славным явлением.
  • Прилежное моление их взошло на небо. Ермон, напоив неукротимых слонов, после обильной дачи им вина и ладана утром явился во дворец донести о сем царю.
  • Но Бог послал царю крепкий сон, этот добрый дар, от века ниспосылаемый Им и в нощи и во дни всем, кому Он хочет.
  • Божиим устроением погруженный в приятный и глубокий сон, он забыл о своем беззаконном предприятии и совершенно обманулся в своем непременном решении.
  • Иудеи же, избавившись предназначенного часа, восхваляли святаго Бога своего и снова умоляли Благопримирительного показать гордым язычникам силу всемогущей десницы Своей.
  • Когда прошла уже половина десятого часа, служитель, которому поручены были приглашения, видя, что приглашенные уже собрались, вошел к царю будить его. С трудом разбудив его, он объявил, что время пиршества проходит, и дал отчет в своем поручении. Поверив его и отправившись пить, царь приказал пришедшим на пир возлечь прямо против себя.
  • Когда это было исполнено, он поощрял собравшихся на пиршество проводить настоящую часть пиршества в полном веселье.
  • Во время продолжительной беседы царь, призвав Ермона, строго и грозно спрашивал, по какой причине Иудеи допущены пережить настоящий день?
  • Тот объявил, что еще ночью исполнил порученное ему, и друзья царя подтвердили это. Тогда царь, в жестокости лютый более, нежели Фаларис, сказал, что они должны быть благодарны сегодняшнему сну:
  • «А ты непременно на завтрашний день так же приготовь слонов на истребление беззаконных Иудеев».
  • Когда царь сказал это, все присутствующие с удовольствием и радостью изъявили ему свое одобрение, и разошлись каждый в свой дом. Время ночи употреблено было не столько на сон, сколько на изобретение всяких поруганий над мнимыми преступниками.
  • Рано утром, лишь только запел петух, Ермон вывел зверей и стал раздражать их на обширном дворе. В городе толпы народа собрались на плачевное зрелище, с нетерпением ожидая рассвета.
  • Иудеи непрестанно, томясь духом, творили молитву со многими слезами и плачевными песнями и, простирая руки к небу, умоляли величайшего Бога опять послать им скорую помощь.
  • Не распространились еще лучи солнца, и царь еще принимал своих друзей, как предстал пред ним Ермон и приглашал на выход, донося, что все готово, чего желал царь.
  • Выслушав это и изумившись предложению необычного выхода, он совершенно обо всем забыл и спрашивал: что это за дело, которое он с такою поспешностью исполнил? Было же это действием властвующего над всем Бога, Который навел на ум его забвение обо всем, что он сам прежде придумал.
  • Ермон и все друзья объясняли, говоря: царь! звери и войска приготовлены по твоему настоятельному повелению.
  • Он же исполнился сильного гнева на такие речи – ибо промыслом Божиим разрушено было все его умышление – и, сверкая глазами, сказал с угрозою:
  • если бы у тебя были родители или дети, то они послужили бы изобильною пищею для диких зверей вместо невинных Иудеев, которые мне и предкам моим сохраняли неизменную и совершенную верность. Если бы не привязанность моя к тебе по воспитанию и не заслуги твои, то ты вместо них был бы лишен жизни.
  • Так встретил Ермон неожиданную и страшную угрозу и изменился во взоре и лице, а каждый из друзей вышел с неудовольствием, и всех собравшихся отпустили каждого на свое дело.
  • Когда Иудеи услышали о такой благосклонности царя, то восхвалили Бога и Царя царей за помощь, полученную от Него.
  • После таких решений царь опять учредил пиршество и приглашал предаться веселью. Призвав же Ермона, грозно сказал: сколько раз я должен приказывать тебе, негодный, об одном и том же? Вооружи опять слонов на утро для погубления Иудеев.
  • Тогда возлежавшие вместе с ним родственники, удивляясь непостоянным его мыслям, сказали: долго ли, царь, ты будешь искушать нас как несмысленных, в третий раз повелевая истребить их, и опять, когда дойдет до дела, отменяешь и уничтожаешь свои повеления?
  • От этого и город от ожидания находится в тревоге, наполняется толпами народа и часто подвергается опасности разграбления.
  • После этого царь, совершенно, как Фаларис, исполнившись безрассудства и почитая за ничто происходившие в нем душевные перемены в пользу Иудеев,
  • подтвердил нечестивейшею клятвою и определил немедленно послать их в ад, изувеченных ногами и ступнями зверей, затем предпринять поход на Иудею, вскоре опустошить ее огнем и мечом, и недоступный нам, говорил он, храм их сжечь огнем и сделать его навсегда пустым для всех, желающих приносить там жертвы.
  • Тогда друзья и родственники, весьма обрадованные, разошлись с доверием и расположили в городе в удобнейших местах войска для стражи.
  • А начальствующий над слонами, приведя зверей, можно сказать, в бешеное состояние благоуханным питьем вина, приправленного ладаном, вооружил их страшными орудиями, и рано утром, когда уже бесчисленные толпы стремились из города на конское ристалище, пришел он во дворец и напомнил царю о том, что предлежало исполнить.
  • Царь же, полный сильного гнева, с нечестивым замыслом, вышел целым походом со зверями, желая по жестокости сердца видеть собственными глазами плачевную и бедственную гибель упомянутых людей.
  • Когда Иудеи увидели пыль, поднимавшуюся от слонов, выходивших из ворот, и следовавшего с ними вооруженного войска и также от множества народа, и услышали сильно раздавшиеся клики, то подумали, что настала последняя минута их жизни и конец их несчастнейшего ожидания.
  • Подняв плач и вопль, они целовали друг друга, обнимались с родными, бросаясь на шеи – отцы сыновьям, а матери дочерям,
  • иные же держали при грудях новорожденных младенцев, сосавших последнее молоко.
  • Зная, однако же, прежде бывшие им заступления с неба, они единодушно пали ниц, отняв от грудей младенцев,
  • и громко взывали к Властвующему над всякою властью, умоляя Его помиловать их и явить помощь им, стоящим уже при вратах ада.
  • Между тем некто Елеазар, уважаемый муж, из священников страны, уже достигший старческого возраста и украшенный в жизни своей всякою добродетелью, пригласил стоявших вокруг него старцев призывать святаго Бога и молился так:
  • «Царь всесильный, высочайший, Бог Вседержитель, милостиво управляющий всем созданием! призри, Отец, на семя Авраама, на детей освященного Иакова, на народ святаго удела Твоего, странствующий в земле чужой и неправедно погубляемый.
  • Ты фараона, прежнего властителя Египта, имевшего множество колесниц, превознесшегося беззаконною дерзостью и высокомерными речами, погубил с гордым его войском, потопив в море, а роду Израильскому явил свет милости.
  • Ты жестокого царя Ассирийского Сеннахирима, тщеславившегося бесчисленными войсками, покорившего мечом всю землю и восставшего на святый город Твой, в гордости и дерзости произносившего хулы, низложил, явно показав многим народам Твою силу.
  • Ты трех отроков в Вавилоне, добровольно предавших жизнь свою огню, чтобы не служить суетным идолам, сохранил невредимыми до волоса, оросив разжженную печь, а пламень обратил на всех врагов.
  • Ты Даниила, клеветами зависти вверженного в ров на растерзание львам, вывел на свет невредимым; Ты, Отец, и Иону, когда он безнадежно томился во чреве кита, обитающего во глубине моря, невредимым показал всем его присным.
  • И ныне, Отмститель обид, многомилостивый, покровитель всех, явись вскоре сущим от рода Израилева, обидимым от гнусных беззаконных язычников.
  • Если же жизнь наша в преселении наполнилась нечестием, то, избавив нас от руки врагов, погуби нас, Господи, какою Тебе благоугодно, смертью,
  • да не славословят суеверы суетных идолов за погибель возлюбленных Твоих, говоря: не избавил их Бог их.
  • Ты же, Вечный, имеющий всю силу и всякую власть, призри ныне:
  • помилуй нас, по несмысленному насилию беззаконных лишаемых жизни, подобно злоумышленникам.
  • Да устрашатся теперь язычники непобедимого могущества Твоего, Преславный, обладающий силою спасти род Иакова.
  • Умоляет Тебя все множество младенцев и родители их со слезами: да будет явно всем язычникам, что с нами Ты, Господи, и не отвратил лица Твоего от нас;
  • соверши так, как сказал Ты, Господи, что и в земле врагов их Ты не презришь их».
  • Только что Елеазар окончил молитву, как царь со зверями и со всем страшным войском пришел на ристалище.
  • Когда увидели его Иудеи, подняли громкий вопль к небу, так что и близлежащие долины огласились эхом, и возбудили неудержимое сострадание во всем войске.
  • Тогда великославный Вседержитель и истинный Бог, явив святое лице Свое, отверз небесные врата, из которых сошли два славных и страшных Ангела, видимые всем, кроме Иудеев.
  • Они стали против войска, и исполнили врагов смятением и страхом, и связали неподвижными узами; также и тело царя объял трепет, и раздраженную дерзость его постигло забвение.
  • Тогда слоны обратились на сопровождавшие их вооруженные войска, попирали их и погубляли.
  • Гнев царя превратился в жалость и слезы о том, что пред тем он ухищрялся исполнить.
  • Ибо, когда услышал он крик Иудеев и увидел их всех преклонившимися на погибель, то, заплакав, с гневом угрожал друзьям своим и говорил:
  • вы злоупотребляете властью и превзошли жестокостью тиранов и меня самого, вашего благодетеля, покушаетесь лишить власти и жизни, замышляя тайно неполезное для царства.
  • Тех, которые так верно охраняли укрепления нашей страны, кто безумно собрал сюда, удалив каждого из дома?
  • Тех, которые издревле превосходили все народы преданностью нам во всем и часто терпели самые тяжкие угнетения от людей, кто подверг столь незаслуженному позору?
  • Разрешите, разрешите неправедные узы, отпустите их с миром в свои домы, испросив прощение в том, что прежде сделано; освободите сынов небесного Вседержителя, живаго Бога, Который от времен наших предков доныне подавал непрерывное благоденствие и славу нашему царству.
  • Вот что сказал царь. В ту же минуту разрешенные Иудеи, избавившись от смерти, прославляли своего святаго Спасителя Бога.
  • После того царь, возвратившись в город и призвав заведующего расходами, приказал в продолжение семи дней давать Иудеям вино и прочее потребное для пиршества, положив, чтобы они на том же месте, на котором ожидали себе погибели, в полном веселье праздновали свое спасение.
  • Тогда они, бывшие перед тем в поругании и находившиеся близ ада или, лучше, нисходившие в ад, вместо горькой и плачевной смерти учредили пиршество спасения и, полные радости, разделили для возлежания место, приготовленное им на погибель и могилу.
  • Оставив жалостнейшую песнь плача, они начали песнь отцов, восхваляя Спасителя Израилева и Чудотворца Бога, и, отвергнув все сетование и рыдание, составили хоры в знамение мирного веселья.
  • Равно и царь, составив по сему случаю многолюдное пиршество, выражал свою признательность к небу за славное, торжественно дарованное им спасение.
  • Те же, которые обрекали их на погибель и на пищу хищным птицам и с радостью делали им перепись, теперь, объятые стыдом, восстенали, и дышавшая огнем дерзость угасла с позором.
  • А Иудеи, как сказали мы, составив упомянутый хор, отправляли празднество с радостными славословиями и псалмопениями.
  • Они сделали даже общественное постановление, чтобы во всяком населении их в роды и роды радостно праздновать означенные дни, не для питья и пресыщения, но в память бывшего им от Бога спасения.
  • Потом они предстали царю и просили отпустить их в домы.
  • Перепись их производилась с двадцать пятого дня месяца Пахона до четвертого дня месяца Епифа, в продолжение сорока дней; погубление их назначалось от пятого дня месяца Епифа до седьмого, в течение трех дней, в которые славным образом явил Свою милость Владыка всех и спас их невредимо и всецело.
  • Праздновали они, довольствуемые всем от царя, до четырнадцатого дня, в который они и представили прошение об отпуске их.
  • Царь, соизволив им, великодушно написал в их пользу, за своею подписью, следующее послание к городским начальникам.
  • «Царь Птоломей Филопатор начальникам Египетским и всем поставленным в должностях – радоваться и здравствовать. Здравствуем и мы и дети наши, ибо великий Бог благопоспешествует нам в делах по нашему желанию.
  • Некоторые из друзей наших по злоумышлению своему часто представляли нам и убеждали нас собрать всех Иудеев, находящихся в царстве, и замучить необычайными казнями, как изменников,
  • присовокупляя, что, доколе не будет этого сделано, дела нашего царства никогда не будут благоустроены по ненависти, которую питают они ко всем народам.
  • Они-то привели их в оковах, с насилием, как невольников, или, лучше, как наветников, и без всякого рассмотрения и исследования покушались погубить их, изобретая жестокости, лютейшие даже Скифских обычаев.
  • Мы строго воспретили это и по благоволению, которое питаем ко всем людям, тотчас даровали им жизнь; а когда узнали, что небесный Бог есть верный покров Иудеев и всегда защищает их, как отец сынов, еще же приняв во внимание известное их доброжелательство к нам и к предкам нашим, мы справедливо освободили их от всякого обвинения в чем бы то ни было
  • и приказали всем и каждому возвратиться в свои домы, так чтобы нигде никто ни в чем не оскорблял их и не укорял в том, что произошло без их вины.
  • Знайте, что если мы предпримем против них что-либо злое или вообще оскорбим их, то будем иметь против себя не человека, но властвующего над всякою властью всевышнего Бога отмстителем за дела наши во всем и всегда неизбежно. Будьте здравы».
  • Получив это послание, Иудеи не спешили тотчас отправиться, но просили царя, чтобы те из рода Иудейского, которые самовольно оставили святаго Бога и закон Божий, получили через них должное наказание,
  • присовокупляя, что преступившие ради чрева постановления Божественные никогда не будут иметь добрых расположений и к правлению царя.
  • Царь нашел, что они говорят правду, одобрил их и дал им полномочие на всё, чтобы они преступивших закон Божий истребили во всяком месте царства его беспрепятственно, без особого позволения или надзора царя.
  • Тогда, возблагодарив его, как надлежало, священники и все народное множество воспели «аллилуия» и радостно отправились.
  • Всякого соплеменника из осквернившихся, которого встречали на пути, они наказывали и убивали в пример другим.
  • В этот день они умертвили более трехсот мужей и торжествовали с весельем, умерщвляя нечистых.
  • Сами же, пребыв с Богом до смерти и получив полную радость спасения, поднялись из города, увенчанные всякими благоуханными цветами, с весельем и восклицаниями, хвалами и благозвучными песнями, благодаря Бога отцов, вечного Спасителя Израиля.
  • Придя в Птолемаиду, называемую по свойству места Родофором [розоносною], в которой по общему их уговору ожидали их корабли семь дней,
  • они учредили там пиршество спасения, ибо царь щедро снабдил их всем, что потребно было каждому до прибытия в свой дом.
  • Так как они достигли сюда в мире, с приличными благодарениями, то и здесь также установили весело праздновать эти дни во время пребывания своего.
  • Освятив эти дни и утвердив свой обет поставлением столба на месте пиршества, они отправились далее сушею и морем и рекою, каждый в свое жилище, невредимые, свободные, в полной радости, охраняемые царским повелением. Тогда-то приобрели они бо́льшую, нежели прежде, силу и славу и сделались страшными для врагов, ни от кого нисколько не притесняемые в своем владении,
  • и все получили свое по описи, так что, кто имел что-либо у себя, с величайшим страхом отдавали им, ибо величайшие благодеяния явил им величайший Бог на спасение их.
  • Благословен Спаситель Израиля на вечные времена! Аминь.
  • Егда́ Филопа́торъ увѣ́да от­ воз­вѣсти́в­шихъ бы́в­шее держи́мыхъ от­ себе́ мѣ́стъ от­ня́тiе Антiо́хомъ, заповѣ́да всѣ́мъ во́емъ сво­и́мъ пѣшце́мъ и ко́н­никомъ [собра́тися]: взя́въ же и сестру́ свою́ Арсино́ю, изы́де вско́рѣ да́же до Рафі́йскихъ мѣ́стъ, идѣ́же ополчи́шася во́и и́же при­­ Антiо́хѣ.
  • Ѳеодо́тъ же нѣ́кто испо́лнити навѣ́тъ умы́сливъ, поя́тъ предвруче́н­ныя ему́ крѣпча́йшыя ору́жники Птоломе́евы, прiи́де но́щiю на Птоломе́евъ наме́тъ, я́ко да са́мъ убiе́тъ его́ и си́мъ разруши́тъ бра́нь.
  • Сего́ же проведе́ Досиѳе́й сы́нъ Дрими́ловъ нарица́емый, ро́домъ Иуде́анинъ, послѣди́ же измѣни́въ зако́ны и от­ оте́ческихъ догма́товъ от­чужди́вся, незнамени́та нѣ́ко­его заключи́ въ наме́тѣ то́мъ, ему́же случи́ся подъя́ти о́наго муче́нiе.
  • Соста́влен­нѣй же бы́в­шей тя́жцѣй бра́ни и во́емъ Антiо́ховымъ па́че мужа́ющымся, Арсино́а безпреста́ни проходя́щи во́и, со умиле́нiемъ и слеза́ми плетени́цы вла́съ разрѣши́в­ши, моля́ше, да помо́гутъ сами́мъ себѣ́ и ча́домъ и жена́мъ му́же­с­т­вен­но, обѣщава́ющи да́ти побѣди́в­шымъ кому́ждо два́ мна́са зла́та.
  • И та́ко супоста́томъ случи́ся рукосѣче́нiемъ побѣжде́нымъ бы́ти и мно́гимъ плѣне́н­нымъ я́тымъ бы́ти.
  • Получи́въ же намѣ́ренiе, суди́ бли́жнiя гра́ды при­­ше́дъ утѣ́шити.
  • Сотвори́въ же сiя́ и ка́пищемъ да́ры да́въ, му́же­ст­вен­ны подру́чныя поста́ви.
  • Егда́ же Иуде́е посла́ша от­ пресви́теръ и старѣ́йшинъ къ Филопа́тору поздравля́ющихъ его́ и да́ры при­­нося́щихъ и о случи́в­шихся благополу́чiихъ сра́ду­ю­щихся, случи́ся ему́ па́че вожделѣ́ти, да скорѣ́е къ ни́мъ прiи́детъ.
  • Прише́дъ же во Иерусали́мъ, и вели́кому Бо́гу пожре́, и благодаре́нiе воз­да́въ, и про́чая, я́же лѣ́ть бѣ́ мѣ́сту, сотвори́.
  • И в­ше́дъ на мѣ́сто, и худо́же­ст­ву и благолѣ́пiю его́ удиви́вся, та́кожде и благо­чи́нiю хра́ма почуди́вся, съ вожделѣ́нiемъ зѣ́лнымъ восхотѣ́ вни́ти во святи́лище.
  • О́нымъ же ре́кшымъ, ника́коже подоба́етъ бы́ти сему́, зане́ ниже́ су́щымъ от­ ро́да на́­шего лѣ́ть е́сть входи́ти [та́мо], ниже́ всѣ́мъ иере́омъ, но то́кмо еди́ному пе́рвѣйшему всѣ́хъ архiере́ови, и сему́ еди́ножды въ лѣ́то, о́нъ же ника́коже восхотѣ́ послу́шати.
  • Зако́нъ же презрѣ́въ, не оста́ся похотѣ́нiя сво­его́, глаго́ля: подоба́етъ вни́ти ми́: а́ще же они́ и лиша́ют­ся сицевы́я че́сти, но мнѣ́ не подоба́етъ. И вопроша́­ше, чесо́ ра́ди при­­ходя́щу ему́ во вся́кое ка́пище ни еди́нъ воз­брани́ от­ при­­су́щихъ?
  • Нѣ́кто же неразсуди́тельно рече́: злѣ́ са́мо сiе́ чу́до смы́слися. Бы́в­шу же, рече́, сему́, ко́­ея ра́ди вины́ не вся́ко вни́ти ми́ подоба́етъ, и хотя́щымъ и́мъ, или́ ни́?
  • Иере́омъ же во святы́хъ оде́ждахъ при­­па́дшымъ и моля́щымъ вели́каго Бо́га помощи́ и́мъ въ настоя́щей и́хъ ну́жди и устремле́нiе злѣ́ наше́дшаго премѣни́ти: и внегда́ во́пля со слеза́ми хра́мъ напо́лниша, тогда́, и́же во гра́дѣ оста́в­шiися воз­мути́в­шеся, изскочи́ша, безвѣ́стно мня́ще бы́ти твори́мое.
  • Та́кожде и заключе́н­ныя дѣ́вы въ черто́зѣхъ съ ро́ждшими избѣго́ша, и пе́пеломъ и пра́хомъ главы́ посы́пав­шя, рыда́нiя и стена́нiя сто́гны испо́лниша:
  • ины́я же всецѣ́ло укра́шен­ныя, на срѣ́тенiе угото́ван­ныя черто́ги и подоба́ющiй сты́дъ оста́вльшя, тече́нiе нечи́н­ное во гра́дѣ творя́ху.
  • И новорожде́н­ныя младе́нцы, ма́тери же ку́пно и до­и́лицы оставля́юшя сѣ́мо и ова́мо, еди́ны по домѣ́хъ, другі́я же по путе́хъ, неуде́ржно въ превы́шнее святи́лище собира́хуся.
  • Бя́ше же разли́чна моли́тва въ то́е со́бран­ныхъ о начина́емыхъ от­ него́ беззако́н­но.
  • Съ си́ми же гра́ждане дерзну́в­ше не попуска́ху ему́ коне́чно належа́щу и намѣ́ренiе свое́ испо́лнити умы́слив­шу: и воз­гласи́в­ше вооружи́тися кому́ждо и му́же­с­т­вен­нѣ за оте́ческiй зако́нъ умре́ти, ве́лiе смяте́нiе сотвори́ша на мѣ́стѣ.
  • Едва́ же от­ старѣ́йшинъ и пресви́теровъ уде́ржани, на то́мже моле́нiя стоя́нiи ста́ша.
  • И мно́же­с­т­во у́бо люді́й, я́ко и пре́жде, въ си́хъ пребыва́­ше моля́щееся: а и́же при­­ цари́ старѣ́йшины мно́гажды покуша́хуся прего́рдый его́ у́мъ премѣни́ти от­ намѣ́рен­наго совѣ́та:
  • о́нъ же де́рзостенъ бы́въ и вся́ от­ри́нувъ, уже́ и вхо́дъ творя́ше, соверши́ти непщу́я предрѣче́н­ное.
  • Сiя́ у́бо и су́щiи при­­ не́мъ зря́ще, обрати́шася е́же съ на́шими при­­зыва́ти вся́ содержа́щаго, дабы́ при­­су́т­ст­ву­ю­щымъ помо́глъ, не попуска́я беззако́н­наго и прего́рдаго дѣ́ла.
  • От премно́гаго же и болѣ́знен­наго наро́довъ совоку́плен­наго во́пля, несказа́н­ный нѣ́кiй бѣ́ кли́чь.
  • Мня́шеся бо, я́ко не то́кмо человѣ́цы, но и стѣ́ны и ве́сь помо́стъ вопiе́тъ, а́ки бы уже́ тогда́ вси́ сме́рть прiима́ли за оскверне́нiе мѣ́ста.
  • Архiере́й у́бо Си́монъ проти́ву хра́ма преклони́въ колѣ́на и ру́цѣ просте́ръ благо­чи́н­но, творя́ше моли́тву сiю́:
  • Го́споди, Го́споди, Царю́ небе́сный и Влады́ко вся́каго созда́нiя, Святы́й во святы́хъ, Единонача́лниче, Вседержи́телю, вонми́ на́мъ озло́блен­нымъ от­ непреподо́бнаго и скве́рнаго, проде́рзостiю и си́лою напыще́н­наго:
  • Ты́ бо, созда́вый вся́ и вся́ содержа́щь, си́ленъ и пра́веденъ еси́, и со укори́зною и го́рдостiю что́ либо творя́щымъ су́диши:
  • Ты́ пре́жде беззако́нiе сотво́ршихъ, въ ни́хже и исполи́ни бы́ша, на си́лу и де́рзость упова́в­шiи, погуби́лъ еси́, наве́дъ на ни́хъ безмѣ́рную во́ду:
  • Ты́ прего́рдая творя́щихъ Cодо́млянъ, въ я́вныхъ зло́бахъ бы́в­шихъ, огне́мъ и жу́пеломъ попали́лъ еси́, о́бразъ по ни́хъ бу́дущымъ соста́вль:
  • Ты́ свирѣ́паго фарао́на поработи́в­шаго лю́ди твоя́ святы́я Изра́иля, разли́чными и мно́гими искуси́лъ еси́ му́ками, показа́въ си́лу твою́,
  • и во о́нѣхъ ве́лiю держа́ву твою́ яви́лъ еси́, и гоня́щаго его́ съ колесни́цами и наро́довъ мно́же­с­т­вомъ погрузи́лъ еси́ во глубинѣ́ морстѣ́й, вѣ́ру­ю­щихъ же Тебѣ́, вся́кимъ созда́нiемъ облада́ющему, невре́дны преве́лъ еси́: и́же и ви́дѣв­ше дѣла́ Тво­ея́ руки́, восхвали́ша Тебе́ Вседержи́теля:
  • Ты́, Царю́, созда́вый безконе́чную и безмѣ́рную зе́млю, избра́лъ еси́ гра́дъ се́й и освяти́лъ еси́ мѣ́сто сiе́ во и́мя Тебѣ́ ничто́же тре́бу­ю­щему, и просла́вилъ еси́ во явле́нiи великолѣ́пнѣмъ, составле́нiе сотвори́вый его́ ко сла́вѣ вели́каго и честна́го и́мене Тво­его́:
  • и лю́бящь до́мъ Изра́илевъ, обѣща́лъ еси́, я́ко а́ще бу́детъ на́мъ злоключе́нiе и объи́метъ на́съ тѣснота́, и при­­ше́дше на мѣ́сто сiе́ помо́лимся, услы́шиши моли́тву на́шу:
  • и у́бо вѣ́ренъ еси́ и и́стиненъ, а поне́же мно́гащи оскорбле́н­нымъ бы́в­шымъ отце́мъ на́шымъ, помо́глъ еси́ и́мъ Ты́ во смире́нiи и изба́вилъ еси́ я́ от­ вели́кихъ бѣ́дъ:
  • се́ у́бо ны́нѣ́, Святы́й Царю́, мно́гихъ ра́ди и вели́кихъ на́шихъ грѣхо́въ стра́ждемъ, и повину́емся враго́мъ на́шымъ, и есмы́ въ не́мощехъ:
  • въ на́­шемъ же низпаде́нiи де́рзостивый и скве́рный се́й начина́етъ оби́дѣти на земли́ воз­вы́шен­ное и́мени сла́вы Тво­ея́ свято́е мѣ́сто:
  • а́ще бо и жили́ще Твое́ небо небесе́ непости́жно человѣ́комъ е́сть, но поне́же благоволи́лъ еси́ сла́ву Твою́ въ лю́дехъ тво­и́хъ Изра́или, освяти́лъ еси́ мѣ́сто сiе́:
  • да не от­мсти́ши на́мъ нечистото́ю си́хъ, ниже́ да нака́жеши на́съ скве́рною си́хъ: да не похва́лят­ся пребеззако́н­нiи въ я́рости сво­е́й, ниже́ да воз­ра́дуют­ся въ го́рдости язы́ка сво­его́, глаго́люще: мы́ попра́хомъ хра́мъ святы́ни, я́коже попира́ют­ся хра́мы ме́рзостей:
  • оста́ви грѣхи́ на́шя и разруши́ непра́вости на́шя и яви́ ми́лость Твою́ въ ча́съ се́й, ско́ро да предваря́тъ ны́ щедро́ты Твоя́, и да́ждь хвале́нiя во уста́ низпа́дшихъ и сокруше́н­ныхъ душа́ми, сотвори́вый на́мъ ми́ръ.
  • Здѣ́ всеви́децъ Бо́гъ и пре́жде всѣ́хъ Святы́й во святы́хъ, услы́шавъ моли́тву смире́нiя, хуло́ю и де́рзостiю вельми́ воз­несе́н­наго уязви́, от­сю́ду и от­ону́ду сотря́съ его́, я́коже тро́сть вѣ́тромъ, я́ко и на помо́стѣ недѣй­ст­ви́телну ктому́ лежа́ти и у́дами разсла́блен­ну, ниже́ прогласи́ти воз­мощи́ ему́, пра́веднымъ уя́звлен­ну судо́мъ.
  • Отню́дуже дру́зи и тѣ́ла его́ охрани́теле внеза́пную и о́струю ви́дѣв­ше объе́мшую его́ ка́знь, убоя́в­шеся, да и живота́ не лиши́т­ся, вско́рѣ его́ извлеко́ша во́нъ, превели́кимъ уя́звлен­ни стра́хомъ.
  • По вре́мени же при­­ше́дъ въ себе́, ника́коже въ покая́нiе прiи́де нака́зан­ный и съ преще́нiемъ го́рькимъ отъи́де.
  • Прише́дъ же во Еги́петъ и зло́бу умножа́ющь чрезъ предрѣче́н­ныхъ при­­трапе́зниковъ и друго́въ от­ вся́кiя пра́вды от­луче́н­ныхъ, не то́кмо безчи́слен­ными студодѣя́нiи дово́л­ст­вовася, но и на толи́кую де́рзость про­изы́де, я́ко хуле́нiя на мѣ́стѣхъ соста́ви, и мно́зи дру́зи взира́юще на ца́рское хотѣ́нiе, и ті́и послѣ́доваша о́наго во́ли.
  • И предложи́ ца́рь наро́днѣ на язы́къ Иуде́йскiй изда́ти хулу́: и повелѣ́въ на столпѣ́ су́щемъ при­­ дворѣ́ поста́вити и́дола, извая́ писа́нiе: е́же ни еди́ному от­ нежру́щихъ во свята́я и́хъ входи́ти, всѣ́хъ же Иуде́евъ вписа́ти въ лю́ди просты́я и въ служе́бный чи́нъ поста́вити, сопроти́въ же глаго́лющихъ ну́ждею я́тыхъ живота́ лиши́ти.
  • Тѣ́хже запи́сан­ныхъ назна́меновати и огне́мъ на тѣ́лѣ знамени́тымъ Дiони́са ки́ссовымъ листо́мъ, и тѣ́хъ от­лучи́ти въ преждесокраше́н­ную свобо́ду.
  • Но да не всѣ́мъ ненави́димь яви́т­ся, подписа́: а́ще же нѣ́цыи от­ ни́хъ про­изво́лятъ жи́тел­ст­вовати во обря́дѣхъ язы́ческихъ, сі́и ра́вни гра́жданомъ Александри́йскимъ бу́дутъ.
  • Тѣ́мже у́бо нѣ́цыи во гра́дѣ, благо­че́стiя своя́ ни во что́же вмѣня́юще, съ ра́достiю себе́ вда́ша, мня́ще себе́ а́ки ве́лiей нѣ́ко­ей иму́щiи при­­общи́тися сла́вѣ от­ бу́дущаго со царе́мъ сожи́тел­ст­ва.
  • Мно́жайшiи же хра́брою душе́ю укрѣпи́шася и не от­ступи́ша от­ благо­че́стiя: и сре́бреники за живо́тъ обѣща́в­ше во измѣне́нiе да́ти, безбоя́знен­но тща́хуся свободи́ти себе́ от­ вписа́нiй: благонаде́жни бы́ша по́мощь получи́ти,
  • а от­лучи́в­шихся от­ ни́хъ гнуша́хуся, и а́ки супоста́товъ ро́ду сво­ему́ суди́ша, и о́бщаго сожи́тел­ст­ва и благодѣя́нiя лиша́ху.
  • Сiя́ увѣ́давъ нечести́вый въ толи́ко разгнѣ́ванiе прiи́де, я́ко не то́кмо на су́щихъ во Александрі́и разгнѣ́вася, но и су́щымъ во странѣ́ тя́жцѣ сопроти́вися и повелѣ́ тща́телнѣ всѣ́хъ собра́ти въ ку́пу и лютѣ́йшею сме́ртiю живота́ лиши́ти.
  • Си́мъ же устро́енымъ бы́в­шымъ, вѣ́сть зла́я про­исхожда́­ше на ро́дъ [Иуде́йскiй], человѣ́комъ согласу́ющымъ на злотворе́нiе, егда́ вина́ даде́ся ко уставле́нiю, а́ки бы и́мъ воз­браня́ли от­ зако́новъ.
  • Но Иуде́е бѣ́ху сохраня́юще ко царе́мъ у́бо неразвра́тное послуша́нiе и вѣ́рность, че­ст­ву́юще же Бо́га и зако́на его́ держа́­шеся, олуче́нiе творя́ху въ нѣ́кiихъ и от­мѣ́ны: ея́же ра́ди вины́ нѣ́кiимъ ненави́дими явля́хуся: пра́ведныхъ же благотворе́нiемъ украша́юще сожи́тел­ст­во, всѣ́мъ человѣ́комъ благопрiя́тни сотвори́шася.
  • Тѣ́мже у́бо о ро́дѣ во всѣ́хъ сла́вимое благотворе́нiе иноплеме́н­ницы ни во что́ вмѣня́ху, разли́чiе же въ поклоне́нiихъ и бра́шнахъ разглаша́ху, глаго́люще, я́ко сі́и человѣ́цы ниже́ царю́, ниже́ во́емъ согла́сни су́ть, но вражде́бни су́ть и вельми́ нѣ́како дѣло́мъ проти́вни: и нестерпи́мымъ огласи́ша и́хъ хуле́нiемъ.
  • Е́ллини же су́щiи во гра́дѣ ни чи́мъ оби́дими от­ ни́хъ, ви́дяще смяте́нiе неча́ян­ное на ни́хъ и собра́нiя внеза́пно быва́ющая, помощи́ у́бо не мого́ша: мучи́телское бо бя́ше повелѣ́нiе.
  • Утѣша́ху же и негодова́ху и мину́ти си́мъ вско́рѣ непщева́ху, и́бо не бу́детъ та́ко презрѣ́но толи́кое мно́же­с­т­во ничто́же согрѣши́в­шее.
  • И уже́ нѣ́цыи сосѣ́ди и дру́зи и сокупе́ч­ст­ву­ю­щiи, та́йно нѣ́кiихъ при­­зва́в­ше, вѣ́рность дая́ху помога́ти и вся́кое усе́рдiе твори́ти къ защище́нiю.
  • О́нъ же у́бо по настоя́щему благоде́н­ствiю разгордѣва́яся и не зря́ вели́каго Бо́га держа́вы, непщу́я же вы́ну въ сицево́мъ пребыва́ти злосовѣ́тiи, написа́ на ня́ посла́нiе сицево́­е:
  • ца́рь Птоломе́й Филопа́торъ су́щымъ во Еги́птѣ и по мѣсто́мъ страти́гомъ и во́иномъ ра́доватися и здра́в­ст­вовати: здра́встую же и а́зъ са́мъ, и ве́щы на́шя:
  • по бы́в­шей на́мъ ра́ти во Асі́и, ю́же вѣ́сте и вы́, я́же бого́въ неча́ян­нымъ споборе́нiемъ и на́­шею си́лою разу́мно въ до́брый коне́цъ при­­веде́ся, суди́хомъ не ну́ждею ору́жiя, но кро́тостiю и мно́гимъ человѣ́ко­любiемъ благо­устро́ити живу́щыя въ килисирі́и и Финикі́и язы́ки и благотвори́ти ра́достнѣ:
  • и су́щымъ во градѣ́хъ ка́пищемъ да́в­ше дохо́ды премно́ги, прiидо́хомъ и во Иерусали́мъ, воз­ше́дше почти́ти хра́мъ суему́дрен­ныхъ и никогда́же престаю́щихъ от­ безу́мiя:
  • они́ же сло́вомъ у́бо прiя́ша на́­ше при­­ше́­ст­вiе, дѣ́ломъ же ле́стнѣ, воз­желѣ́в­шымъ на́мъ вни́ти во хра́мъ и́хъ и лѣ́потными и добрѣ́йшими да́ры почти́ти, ті́и по дре́вней [сво­е́й] го́рдости воз­брани́ша на́мъ вни́ти, немощнѣ́йшiи [су́ще] на́­шея си́лы, за человѣколю́бiе, е́же и́мамы ко всѣ́мъ человѣ́комъ,
  • сво­е́ же зломы́слiе къ на́мъ явле́н­но показа́в­ше, а́ки еди́ни то́чiю от­ язы́къ царе́мъ и и́хъ благодѣ́телемъ вы́и не покаря́юще, ничто́же пра́ведно хо́щутъ носи́ти:
  • мы́ же си́хъ безу́мiе усмотри́в­ше, и съ побѣ́дою воз­врати́в­шеся, и во Еги́птѣ со всѣ́ми язы́ки любо­человѣ́чнѣ срѣ́тив­шеся, я́коже подоба́­ше, сотвори́хомъ:
  • и въ тѣ́хъ ко единоплеме́н­никомъ и́хъ непамятозло́бiе всѣ́мъ сказу́юще, и ра́ди споборе́нiя, и ввѣ́рен­ныя съ простото́ю и́мъ издре́вле безчи́слен­ныя ве́щы дерзну́в­ше премѣни́ти, восхотѣ́хомъ и гражда́н­ства Александрі́йскаго сподо́бити и́хъ и при­­ча́ст­ники всегда́ жерце́мъ поста́вити:
  • они́ же въ проти́вность прiе́млюще, и при­­ро́днымъ злонра́вiемъ до́брое от­ри́нув­ше, и при́сно въ зло́е уклоня́ющеся, не то́кмо от­ри́нуша честно́е гражда́н­ство, но и гнуша́ют­ся сло́вомъ и дѣ́ломъ, молча́нiемъ тѣ́хъ, и́же немно́гiи от­ ни́хъ къ на́мъ неле́стнѣ доброжела́тель­ни су́ть, по вся́къ ча́съ ча́юще, я́ко мы́ вско́рѣ нестро́йнымъ житiе́мъ низврати́мъ исправле́нiя.
  • Тѣ́мже и показа́ньми до́брѣ увѣща́в­шеся, я́ко сі́и по вся́кому о́бразу зломы́слятъ на́мъ, и мы́ проразумѣва́юще, да не когда́ внеза́пну пото́мъ мяте́жу наше́дшу на ны́, си́хъ нечести́выхъ созади́ преда́телей и ва́рваровъ воз­ъимѣ́емъ супоста́товъ,
  • повелѣ́хомъ у́бо, егда́ прiи́детъ къ ва́мъ посла́нiе сiе́, вско́рѣ во еди́нъ ча́съ вышепи́сан­ныхъ собра́в­ше съ жена́ми и ча́ды, съ доса́дою и озлобле́нiемъ посла́ти къ на́мъ у́зами желѣ́зными от­всю́ду окова́н­ныхъ, на лю́тое и злосла́вное подоба́ющее зломы́слящымъ убiе́нiе:
  • по умуче́нiи бо си́хъ упова́емъ, я́ко въ про́чее вре́мя соверше́н­но на́мъ ве́щы во благостоя́нiи и въ предо́брѣмъ состоя́нiи устро́ят­ся.
  • А́ще же кто́ скры́етъ ко­его́ либо Иуде́анина, от­ ста́ра да́же до младенца и да́же до ссу́щихъ, прелютѣ́йшими му́ками уму́ченъ бу́детъ со всѣ́мъ до́момъ:
  • а́ще же кто́ воз­вѣсти́тъ, се́й прiи́метъ имѣ́нiе подпа́дшаго ка́зни, еще́ же и от­ ца́рскаго сребра́ дра́хмъ двѣ́ ты́сящы, и свобо́ду получи́тъ, и увѣнча́ет­ся:
  • вся́ко же мѣ́сто, идѣ́же а́ще я́тъ бу́детъ весьма́ кры́ющься Иуде́анинъ, пу́сто и огне́мъ сожже́но да бу́детъ, и вся́кому сме́ртному есте­ст­ву́ по всему́ неключи́мо да бу́детъ въ вѣ́чное вре́мя. И у́бо посла́нiя о́бразъ си́це напи́санъ бы́сть.
  • И вездѣ́, идѣ́же прiи́де сiе́ повелѣ́нiе, наро́днѣ составля́шеся язы́комъ у́бо пи́ръ съ восклица́ньми и ра́достiю, а́ки бы заматерѣ́лая издре́вле въ мы́сли и́хъ, ны́нѣ съ де́рзостiю явля́лася вражда́:
  • Иуде́омъ же бя́ше непрестаю́щь пла́чь и зѣло́ рыда́теленъ со слеза́ми во́пль, стена́ньми сожже́н­ну су́щу се́рдцу и́хъ от­всю́ду, рыда́ющихъ о неча́ян­нѣй внеза́пу уста́влен­нѣй на ни́хъ поги́бели.
  • Ка́я страна́ или́ гра́дъ, или́ ко́е весьма́ обита́емое мѣ́сто, или́ кі́я сто́гны пла́ча и рыда́нiя о ни́хъ не наполня́хуся?
  • Си́це бо съ го́рькою и немилосе́рдою душе́ю от­ страти́говъ су́щихъ по градо́мъ единоду́шно изсыла́еми бя́ху [ко царю́], я́ко о необы́чныхъ муче́нiихъ, и нѣ́цыи от­ враго́въ взе́млюще предъ очеса́ о́бщую бѣ́дность и помышля́юще неизвѣ́стную житiя́ измѣ́ну, [да не когда́ и и́мъ случи́т­ся сiе́,] пла́каху о пребѣ́д­с­т­вен­нѣмъ и́хъ изсла́нiи.
  • Ведо́мо бо бя́ше престарѣ́лыхъ мно́же­с­т­во сѣди́нами укра́­шен­ныхъ, ра́ди бы́в­шаго от­ ста́рости косне́нiя но́гъ сля́ченыхъ, за наси́льное изгна́нiе стремле́нiя, безъ вся́каго студа́ зло­употребля́ющихъ ко ско́рому ше́­ст­вiю.
  • Та́кожде и неда́вно сочета́в­шыяся къ житiя́ сообще́нiю, въ бра́чный в­ше́дшыя черто́гъ отрокови́цы, вмѣ́сто весе́лiя взе́мшя пла́чь, и пра́хомъ миро­уха́н­ныя власы́ посы́пав­шя, непокрове́ны же ведо́мы, рыда́нiе вмѣ́сто пѣ́сней бра́чныхъ единоду́шно начина́ху, а́ки расте́рзаны иноязы́чныхъ муче́нiемъ, и свя́заны наро́днѣ влеко́мы бы́ша съ ну́ждею да́же до вверже́нiя въ кора́бль.
  • Супру́зи же си́хъ въ цвѣту́щемъ ю́ношестѣмъ во́зрастѣ, у́жами вмѣ́сто вѣнце́въ на ші́яхъ оплете́ни, вмѣ́сто пи́рше­ст­ва и ю́ношескаго упоко­е́нiя про́чыя дни́ бра́ка въ рыда́нiихъ провожда́ху, при­­ нога́хъ уже́ ви́дяще а́дъ лежа́щь.
  • Веде́ни же бы́ша звѣри́нымъ о́бразомъ, влеко́ми во у́захъ желѣ́зныхъ ну́ждныхъ: и о́ви у́бо къ сѣда́лищемъ кора́бленымъ при­­гвожде́ни бы́ша ші́ями, ині́и же за но́ги нерасте́рзными пу́тами укрѣпле́ни, еще́ же и све́рху ча́стыми дщи́цами обложе́н­ными от­ свѣ́та заключе́ни, я́ко да от­всю́ду помраче́ни очесы́, поведе́нiе а́ки навѣ́тницы во все́мъ пла́ванiи имѣ́ютъ.
  • Си́мъ же на глаго́лемую ладiю́ при­­веде́нымъ бы́в­шымъ, и пла́ванiю соверши́в­шуся, я́коже бѣ́ повелѣ́но от­ царя́, повелѣ́ и́хъ предъ гра́домъ на конориста́телнѣмъ мѣ́стѣ поста́вити, на вели́цѣмъ простра́н­ствѣ, и на поруга́нiе вельми́ уго́днѣмъ всѣ́мъ входя́щымъ во гра́дъ, та́кожде и от­ту́ду во страну́ посыла́емымъ ко изше́­ст­вiю: да ниже́ съ во́ями его́ сообща́ют­ся, ниже́ от­ню́дъ сподо́бят­ся ко́­его покро́ва.
  • Егда́ же бы́сть сiе́, услы́шавъ [ца́рь], я́ко нѣ́цыи от­ ро́да и́хъ изъ гра́да та́йно исхожда́ху ча́сто опла́кивати безче́стную бра́тiи бѣ́дность, разгнѣ́вався зѣ́ло, повелѣ́ со при­­лѣжа́нiемъ и си́мъ та́кожде я́коже и о́нѣмъ сотвори́ти, да ника́коже ме́ншую о́нѣхъ воз­ъимѣ́ютъ му́ку, и написа́ти вся́ко колѣ́но по и́мени:
  • не къ ма́ло преждеобъя́влен­нѣй многотру́днѣй рабо́тѣ, но уму́чен­ныхъ повелѣ́н­ными ка́зньми, въ коне́цъ истреби́ти во вре́мя еди́наго дне́.
  • Бы́сть же у́бо си́хъ написа́нiе съ го́рькимъ тща́нiемъ и любо­че́стнымъ при­­сѣдѣ́нiемъ от­ восхо́да со́лнечнаго да́же до захожде́нiя, и не воз­мого́ша конца́ сотвори́ти во дне́хъ четы́редесятихъ.
  • Ца́рь же непреста́н­но ра́достiю вельми́ исполня́яся, пи́рше­ст­ва у всѣ́хъ и́доловъ составля́я, заблужде́нымъ дале́че от­ и́стины ра́зумомъ и скве́рными усты́, нѣма́я у́бо и не могу́щая глаго́лати и́мъ или́ помощи́ похваля́я, на превели́каго же Бо́га неподоба́ющая глаго́ля.
  • По предрѣче́н­нѣмъ же вре́мене разстоя́нiи, воз­вѣсти́ша кни́жницы царю́, я́ко ника́коже ктому́ мо́гутъ описа́нiе иуде́й сотвори́ти, безчи́слен­наго ра́ди и́хъ мно́же­ст­ва, и поне́же су́ть еще́ премно́зи по страна́мъ, ині́и же по домо́мъ обрѣта́ют­ся, а ині́и по мѣсто́мъ, я́ко не воз­мощи́ от­ню́дъ всѣ́мъ, и́же во Еги́птѣ, страти́гомъ сотвори́ти сего́.
  • Егда́ же ца́рь запрети́ и́мъ жесточа́е, а́ки дара́ми подку́пленымъ на кова́р­ст­во избѣжа́нiя, случи́ся и́мъ извѣ́стнѣ его́ о се́мъ увѣ́рити, глаго́лющымъ съ показа́нiемъ, я́ко и Хартiи́ уже́ и писа́телныя тро́сти, и́хже употребля́ху, оскудѣ́ша.
  • Сiе́ же бѣ́ дѣ́й­ст­во помога́ющаго Иуде́емъ съ небесе́ про́мысла непобѣди́маго [Бо́жiя].
  • Тогда́ [ца́рь] тя́жцѣ испо́лненъ гнѣ́ва и я́рости, весьма́ непремѣ́ненъ, при­­зва́въ е́рмона слоно́мъ нача́лника, повелѣ́ во гряду́щiй де́нь изоби́лнѣ накорми́ти слоны́ рукоя́тьми Лива́нскими и вино́мъ мно́гимъ несмѣ́шенымъ всѣ́хъ напо­и́ти, и́хже бѣ́ число́мъ пя́ть со́тъ, и разсверѣ́пѣв­шихъ от­ вина́ неща́дно да́н­наго повести́ во срѣ́тенiе сме́рти Иуде́йскiя.
  • Сiя́ же повелѣ́въ воз­врати́ся на пи́рше­с­т­во, собра́въ наипа́че тѣ́хъ друго́въ и во́иновъ, и́же ненави́дяху Иуде́овъ: а слононача́лникъ е́рмонъ повелѣ́н­ное при­ли́чно соверша́­ше.
  • Къ си́мъ же слузи́ въ ве́черъ исходя́ще вяза́ху ру́цѣ бѣ́дныхъ и про́чую ухищря́ху о ни́хъ стра́жу, мня́ще, я́ко въ нощи́ прiи́мутъ Иуде́е вку́пѣ коне́чную поги́бель.
  • Иуде́е же вся́каго покро́ва лише́ни бы́ти непщу́еми язы́комъ, ра́ди объе́мшiя и́хъ от­всю́ду во у́захъ ну́жды, Вседержи́теля Го́спода и вся́кою си́лою облада́ющаго ми́лостиваго Бо́га сво­его́ и Отца́ непреста́н­нымъ во́племъ вси́ со слеза́ми при­­зыва́ху моля́щеся, да совѣ́тъ непра́ведный, и́же на ни́хъ, премѣни́тъ и изба́витъ и́хъ от­ су́щiя предъ нога́ма угото́ван­ныя сме́рти съ великолѣ́пнымъ явле́нiемъ.
  • Си́хъ у́бо при­­лѣ́жная моли́тва взы́де на небо: е́рмонъ же неукроти́мыхъ слоно́въ напо­и́въ испо́лнен­ныхъ подая́нiемъ мно́гаго вина́ и Лива́номъ напита́въ, ра́но во дво́ръ прiи́де о си́хъ воз­вѣсти́ти царю́.
  • От вѣ́чнаго же вре́мене благо́е созда́нiе въ нощи́ и во дни́ подава́емое от­ благодѣ́тел­ст­ву­ю­щаго всѣ́мъ, и́мже а́ще са́мъ хо́щетъ, сна́ ча́сть посла́ царю́.
  • Сладча́йшимъ же и глубо́кимъ одержи́мь бѣ́ дѣ́й­ст­вiемъ Влады́ки, о беззако́н­нѣмъ у́бо предложе́нiи мно́го прельсти́ся, въ непрело́жнѣмъ же совѣ́тѣ зѣ́лнѣ обольще́нъ бы́сть.
  • Иуде́е же предназна́менован­наго часа́ избѣжа́в­ше, свята́го Бо́га сво­его́ восхваля́ху, и па́ки моля́ху благопримири́телнаго, да пока́жетъ великомо́щныя сво­ея́ руки́ держа́ву язы́комъ прего́рдымъ.
  • Преполовля́ющуся же уже́ а́ки деся́тому часу́, и́же ко зва́нiю учине́н­ный, ви́дя зва́н­ныхъ собра́в­шихся, при­­ше́дъ ко царю́ толкну́, и едва́ воз­буди́въ его́, показа́ пи́ра вре́мя преходя́щее уже́, о си́хъ сло́во предложи́въ: е́же ца́рь [въ себѣ́] размы́сливъ и обра́щься на пи́ръ, повелѣ́ при­­ше́дшымъ на пи́ръ кому́ждо проти́ву себе́ воз­лещи́.
  • Егда́ же бы́сть сiе́, поощря́ше въ пирова́нiе вда́в­шихся, дабы́ настоя́щую пи́рше­ст­ва ча́сть попремно́гу пра́здну­ю­ще въ весе́лiи препроводи́ли.
  • Мно́зѣй же бесѣ́дѣ бы́в­шей, ца́рь е́рмона при­­зва́въ, съ го́рькимъ преще́нiемъ вопроша́­ше, ко́­ея ра́ди вины́ оста́влени Иуде́е въ се́й де́нь жи́ви бы́ти?
  • О́ному же показа́в­шу, я́ко но́щiю повелѣ́н­ное въ коне́цъ при­­веде́, ксему́ же и друго́мъ спослу́ше­с­т­вовав­шымъ сему́ бы́ти та́ко, свирѣ́п­ст­во лютѣ́йшо па́че Фалари́да имѣ́я, рече́: дне́шнему сну́ благода́р­ст­во да и́мутъ:
  • ты́ же непрело́жнѣ во гряду́щiй де́нь по пре́жнему угото́ви слоны́ въ погубле́нiе беззако́н­ныхъ Иуде́евъ.
  • Сiя́ же ре́кшу царю́, любе́знѣ вси́ съ ра́достiю при­­су́т­ст­ву­ю­щiи ку́пно восхвали́в­ше, кі́йждо въ до́мъ сво́й от­идо́ша: и не та́ко на со́нъ изнури́ша вре́мя нощно́е, я́ко на ухищре́нiе вся́кихъ поруга́нiй мни́мымъ окая́н­нымъ.
  • Егда́ же але́кторъ воз­гласи́ у́трен­нiй, и звѣ́ри вооружи́въ е́рмонъ на вели́цѣмъ дворѣ́ поощря́ше: во гра́дѣ же мно́же­с­т­во наро́да собра́шася на жа́лостное позо́рище, ожида́юще у́тра со тща́нiемъ.
  • Иуде́е же безпреста́н­но от­ души́ стеня́ще, многосле́зную моли́тву съ плаче́вными пѣ́сньми [творя́ху] простира́юще ру́цѣ на не́бо, моля́ху вели́каго Бо́га па́ки и́мъ помощи́ вско́рѣ.
  • Еще́ же со́лнечнiи лучи́ не разсѣ́яшася, и царю́ друго́въ прiе́млющу, е́рмонъ предста́въ зва́­ше ко исхожде́нiю, показу́я превоз­желѣ́н­ное царе́мъ гото́во бы́ти.
  • О́нъ же услы́шавъ и ужасну́вся о пребеззако́н­нѣмъ изше́­ст­вiи, по всему́ невѣ́дѣнiемъ одержи́мь бы́въ вопроша́­ше: что́ дѣ́ло сiе́, е́же вско́рѣ ему́ соверши́? Сiе́ же бѣ́ дѣ́й­ст­вiе всѣ́ми Влады́че­ст­ву­ю­щаго Бо́га, и́же предугото́ван­ная на иуде́и [муче́нiя] въ забве́нiе ему́ вложи́.
  • Е́рмонъ же пока́зоваше и вси́ дру́зи, я́ко звѣ́рiе и во́и угото́вани су́ть, о, царю́! по тво­ему́ понужда́ющему повелѣ́нiю.
  • О́нъ же о рѣче́н­ныхъ испо́лнися тя́жкiя я́рости, я́ко о си́хъ про́мысломъ Бо́жiимъ разори́ся все́ его́ умышле́нiе, воз­зрѣ́въ рече́ съ преще́нiемъ:
  • а́ще тебѣ́ роди́теле бы́ли бы, или́ ча́дъ роди́телницы, свирѣ́пымъ и ди́вiимъ звѣре́мъ угото́вали бы изоби́лную пи́щу вмѣ́сто непови́н­ныхъ, мнѣ́ и прароди́телемъ мо­и́мъ показа́в­шихъ всецѣ́лую тве́рдую вѣ́рность изря́дно Иуде́евъ: то́ а́ще не любве́ ра́ди совоспита́телныя и потре́бы, живота́ вмѣ́сто си́хъ лише́нъ бы́лъ бы еси́.
  • Си́це е́рмонъ неча́ян­ное и пребѣ́д­с­т­вен­ное подъя́ преще́нiе и зра́комъ и лице́мъ измѣни́ся. И кі́йждо от­ дру́говъ сѣ́тованiемъ одержи́ми бы́в­ше, со́бран­ныхъ от­пусти́ша ко­его́ждо на свое́ дѣ́ло.
  • Иуде́е же я́же от­ царя́ услы́шав­ше, явле́н­наго Бо́га [и Го́спода] и Царя́ царе́й хваля́ху, получи́в­ше сiю́ по́мощь его́.
  • По си́мъ же обы́чаемъ ца́рь па́ки соста́вивъ пи́ръ, моля́ше [друго́въ] на весе́лiе премѣни́тися. Е́рмона же при­­зва́въ съ преще́нiемъ рече́: ко́ль кра́ты потре́бно тебѣ́ о то́мже повелѣва́ти, преокая́н­не! еще́ и ны́нѣ вооружи́ слоны́ во у́трiе на погубле́нiе Иуде́йское.
  • Совоз­лежа́щiи же сро́дницы непостоя́н­ному его́ смы́слу дивя́щеся, про­изнесо́ша сiя́: доко́лѣ, о, царю́, а́ки безслове́сныхъ на́съ искуша́еши, повелѣва́я уже́ тре́тiе си́хъ погуби́ти и па́ки о ве́щехъ премѣ́н­но разрѣша́я, я́же тобо́ю повелѣ́н­ная?
  • и́хже ра́ди гра́дъ о ожида́нiи стужа́етъ, и испо́лнися уже́ смяте́нiя, и бѣ́д­ст­вуетъ мно́жицею расхище́нъ бы́ти.
  • Отону́дуже ца́рь испо́лнився безслове́сiя по всему́, а́ки Фалари́дъ, и бы́в­шая ко при­­зрѣ́нiю Иуде́йску въ себѣ́ премѣне́нiя души́ ни во что́ вмѣни́въ,
  • нечести́вѣйшею подтверди́ кля́твою, опредѣли́въ си́хъ у́бо неот­ло́жно посла́ти во а́дъ нога́ми и копы́ты звѣ́рскими сокруше́н­ныхъ, на Иуде́ю же поше́дъ съ во́ин­ствомъ, огне́мъ и копiе́мъ со земле́ю соравни́ти вско́рѣ, и невхо́дный на́ми хра́мъ и́хъ огне́мъ сожещи́ а́бiе, и соверша́ющихъ та́мо же́ртвы пу́стъ въ вѣ́чное вре́мя поста́вити.
  • Тогда́ съ ра́достiю дру́зи и сро́дницы от­ше́дше, съ вѣ́рою повелѣ́ша во́иномъ стрещи́ уго́дная мѣста́ гра́да.
  • Слононача́лникъ же звѣ́ри, а́ки бы рещи́, въ состоя́нiе неи́стовое при­ве́дъ благово́н­ными питiя́ми вина́ съ Лива́номъ смѣ́шенаго, стра́шными ору́дiями устро́ен­ныя, у́тро ра́но, гра́ду уже́ мно́же­ст­вы безчи́слен­ными на мѣ́стѣ ко́нскаго риста́нiя напо́лнену бы́в­шу, в­ше́дъ во дво́ръ на предлежа́­шее поощря́ше царя́.
  • Ца́рь же гнѣ́вомъ тя́жкимъ напо́лнивъ злочести́вое се́рдце, все́ю си́лою со звѣрьми́ свирѣ́пыми изы́де, хотя́щь неукроти́мымъ се́рдцемъ и зѣ́ницами оче́съ ви́дѣти болѣ́знен­ную и бѣ́д­с­т­вен­ную проназна́менованыхъ па́губу.
  • Егда́ же слоны́ исхожда́ху врата́ми, и спослѣ́доваша и́мъ во́ини вооруже́н­нiи, и от­ мно́гихъ ше́­ст­вiя пра́хъ уви́дѣв­ше и тя́жка гла́са кли́чь услы́шав­ше Иуде́е, воз­мнѣ́в­ше себѣ́ бы́ти послѣ́днiй коне́цъ живота́ сво­его́ во мгнове́нiи,
  • от­ бѣ́днаго ча́янiя во умиле́нiе и стена́нiе премѣни́в­шеся, облобыза́ху дру́гъ дру́га сплета́ющеся со сро́дники и на вы́и напа́да­ю­ще роди́теле ча́домъ и ма́тери ю́нотамъ,
  • и́ны же новорожде́н­ныхъ у сосце́въ иму́щя младе́нцевъ послѣ́днее ссу́щихъ млеко́:
  • оба́че воспомяну́в­ше и преждебы́в­шая и́мъ съ небесе защище́нiя, единоду́шнѣ ни́цъ пове́ргше себе́ и младе́нцы от­лучи́в­ше от­ сосе́цъ, возопи́ша гла́сомъ ве́лiимъ зѣло́,
  • вся́кiя си́лы облада́теля моля́ще, да уще́дритъ и́хъ съ явле́нiемъ, при­­ вратѣ́хъ а́да уже́ стоя́щихъ.
  • Елеаза́ръ же нѣ́кто му́жъ знамени́тый от­ иере́й страны́ тоя́, въ ста́рости лѣ́тъ уже́ дости́гъ и вся́кою добродѣ́телiю въ житiи́ укра́­шенъ, о́крестъ себе́ устро́ивъ пресви́теры при­­зыва́ти свята́го Бо́га, моля́шеся си́це:
  • Царю́ великодержа́вный, вы́шнiй, Вседержи́телю Бо́же, и́же созда́нiе все́ стро́яй въ щедро́тахъ, воз­зри́ ны́нѣ на сѣ́мя Авраа́мле, на освяще́н­наго Иа́кова ча́да, ча́сти свяще́н­ныя люді́й тво­и́хъ, въ земли́ чужде́й стра́н­ству­ю­щихъ, непра́ведно погиба́ющихъ, о́тче!
  • ты́ фарао́на пе́рвѣе Еги́птомъ си́мъ облада́ющаго, умно́женаго въ колесни́цахъ, воз­не́сшагося беззако́н­ною де́рзостiю и язы́комъ велерѣ́чивымъ, съ го́рдымъ во́ин­ствомъ въ по́нтѣ погруже́н­ныхъ погуби́лъ еси́, ро́ду же Изра́илеву свѣ́тъ прояви́лъ еси́ ми́лости:
  • ты́ безчи́слен­ными си́лами воз­вели́чив­шагося сен­нахири́ма тя́жкаго царя́ Ассирі́йскаго, копiе́мъ подру́чну уже́ сотвори́в­шаго всю́ зе́млю и воз­не́сшагося на святы́й тво́й гра́дъ, ху́льная глаго́лющаго съ киче́нiемъ и де́рзостiю, Влады́ко, сокруши́лъ еси́, извѣ́стну показа́въ язы́комъ мно́гимъ твою́ держа́ву:
  • ты́ въ Вавило́нѣ трiе́хъ отроко́въ огню́ ду́шы самово́льнѣ преда́в­шихъ, за е́же не служи́ти скве́рнымъ, разжже́н­ную ороси́въ пе́щь, изба́вилъ еси́ да́же до вла́са невреди́мыхъ, пла́мень на вся́ посла́въ сопроти́вныя:
  • ты́ данiи́ла оболга́ньми зави́стными вве́ржена въ ро́въ на снѣде́нiе льво́мъ звѣре́мъ свирѣ́пымъ, на свѣ́тъ изве́лъ еси́ здра́ва: и Ио́ну во чре́вѣ ки́та морска́го та́ющаго неща́днѣ, всѣ́мъ сво­и́мъ невреди́ма показа́лъ еси́, о́тче!
  • и ны́нѣ, оби́дъ ненави́стниче, многоми́лостиве, всѣ́хъ покрови́телю, вско́рѣ яви́ся су́щымъ от­ ро́да Изра́илева, от­ язы́къ же беззако́н­ныхъ ме́рзкихъ оби́димымъ:
  • а́ще же нече́стiемъ объя́то е́сть въ преселе́нiи житiе́ на́­ше, ты изба́вивъ на́съ от­ руку́ вра́гъ си́хъ, я́коже про­изво́лиши, Влады́ко, погуби́ на́съ сме́ртiю,
  • да не су́етными суему́дрен­нiи похва́лят­ся о погубле́нiи воз­лю́блен­ныхъ тво­и́хъ, глаго́люще: ниже́ Бо́гъ и́хъ изба́ви и́хъ:
  • ты́ же вся́ку си́лу и крѣ́пость имѣ́яй всю́, превѣ́чный, ны́нѣ́ при́зри,
  • поми́луй на́съ, оби́дою беззако́н­ныхъ безслове́сною живота́ лиша́емыхъ о́бразомъ преда́телей,
  • да удивя́т­ся ны́нѣ язы́цы непобѣди́мѣй крѣ́пости тво­е́й, пречестне, имѣ́яй си́лу о спасе́нiи ро́да Иа́ковля:
  • мо́литъ тя́ все́ мно́же­с­т­во младе́нцевъ и роди́теле и́хъ со слеза́ми: да пока́жет­ся всѣ́мъ язы́комъ, я́ко съ на́ми еси́, Го́споди, и не от­врати́лъ еси́ лица́ тво­его́ от­ на́съ:
  • но я́коже ре́клъ еси́, я́ко ниже́ въ земли́ враго́въ сво­и́хъ су́щихъ презрѣ́лъ еси́ и́хъ, си́це соверши́, Го́споди.
  • Елеаза́ру же конча́ющу уже́ моли́тву сiю́, ца́рь со звѣрьми́ и все́ю си́лы го́рдостiю при­­бли́жися ко ипподро́му.
  • Уви́дѣв­ше же Иуде́е, вельми́ возопи́ша на небо, я́ко и при­­лежа́щая удо́лiя ку́пно съ ни́ми вопiю́щая неудержи́мь пла́чь сотвори́ша всему́ во́ин­ству.
  • Тогда́ великосла́вный Вседержи́тель и и́стин­ный Бо́гъ, яви́въ свято́е свое́ лице́, от­ве́рзе две́ри небе́сныя, изъ ни́хже снидо́ста два́ сла́вна, стра́шна ви́домъ а́нгела явле́н­нѣ всѣ́мъ кромѣ́ Иуде́овъ,
  • и сопротивоста́ста, и си́лу супоста́тъ испо́лниста смяте́нiя и у́жаса, и неподви́жными пу́ты связа́ста: та́кожде и тѣ́ло ца́рское тре́петно бы́сть, и забве́нiе де́рзость его́ тя́жкую объя́.
  • И обрати́шася звѣ́рiе на послѣ́ду­ю­щыя вооруже́н­ныя си́лы, и попира́ху и́хъ и погубля́ху.
  • И обрати́ся гнѣ́въ ца́рскiй во умиле́нiе и сле́зы о предугото́ван­ныхъ от­ него́ муче́нiихъ.
  • Услы́шавъ бо во́пль и ви́дѣвъ преклоне́н­ныхъ всѣ́хъ въ погубле́нiе, прослези́вся со гнѣ́вомъ друго́мъ преща́­ше, глаго́ля:
  • вы злѣ́ ца́р­ст­во управля́ете и мучи́телей превосхо́дите лю́тостiю, и мене́ сама́го ва́­шего благодѣ́теля тщите́ся от­ вла́сти уже́ и ду́ха низложи́ти, та́йно ухищря́юще неполе́зная ца́р­ст­ву:
  • кто́ держа́в­шихъ на́шя въ вѣ́рности страны́ тверды́ни, от­ до́му от­лучи́въ, ко­его́ждо безслове́снѣ собра́ сѣ́мо?
  • кто́ си́хъ, и́же изъ нача́ла благопрiя́т­ст­вомъ къ на́мъ по всему́ превосхо́дятъ всѣ́хъ язы́ковъ и злѣ́йшыя мно́жицею от­ человѣ́къ подъя́ша бѣды́, си́це беззако́н­ными обложи́ у́зами?
  • рѣши́те, разрѣши́те непра́ведныя у́зы и во своя́ и́хъ съ ми́ромъ посли́те, о преждесодѣ́лан­ныхъ при­­мири́в­шеся: разрѣши́те сы́ны Вседержи́теля небе́снаго Бо́га жива́го, и́же от­ на́шихъ прароди́телей да́же доны́нѣ непреткнове́н­но во сла́вѣ благостоя́нiе подае́тъ ве́щемъ на́шымъ.
  • Ре́кшу же у́бо ему́ сiя́, Иуде́е вско́рѣ разрѣше́ни бы́в­ше благословля́ху, уже́ избѣжа́в­ше сме́рти, свята́го спаси́теля Бо́га сво­его́.
  • Посе́мъ ца́рь во гра́дъ воз­врати́вся и при­­зва́въ надъ росхо́ды старѣ́йшаго, повелѣ́ дая́ти вино́ и про́чая къ пирова́нiю потре́бная Иуде́омъ на дні́й се́дмь, суди́въ и́мъ та́можде во вся́цѣмъ весе́лiи де́нь спасе́нiя провожда́ти, въ не́мже мѣ́стѣ мнѣ́ша поги́бель прiя́ти.
  • Тогда́ сі́и, и́же пре́жде въ поноше́нiи и бли́зъ а́да бы́ша, па́че же въ него́ соше́дшiи, вмѣ́сто го́рькiя и плаче́вныя сме́рти, пи́рше­с­т­во спасе́нiя соста́вив­ше, мѣ́сто угото́ван­ное и́мъ ко паде́нiю и гро́бу, на воз­лежа́нiя раздѣли́ша, испо́лнени ра́дости.
  • И оста́вив­ше рыда́нiя всеплаче́вную пѣ́снь, воспрiя́ша пѣ́снь оте́ческую, хва́ляще спаси́теля и чудодѣ́теля Бо́га: и вся́кiй пла́чь и стена́нiе от­ри́нув­ше, ли́ки соста́виша во зна́менiе весе́лiя ми́рнаго.
  • Та́кожде и ца́рь о си́хъ соста́вивъ пирова́нiе ве́лiе, безпреста́н­но на небо исповѣ́дашеся великолѣ́пнѣ о пресла́внѣмъ бы́в­шемъ себѣ́ спасе́нiи.
  • Полага́в­шiи же Иуде́евъ пре́жде въ поги́бель и въ снѣ́дь пти́цамъ и съ ра́достiю описа́в­шiи, срамото́ю объя́ти бы́в­ше стеня́ху, огнедыха́телнѣй и́хъ де́рзости безче́стно уга́сшей.
  • Иуде́е же, я́коже предреко́хомъ, соста́вив­ше предрѣче́н­ный ли́къ, со учрежде́нiемъ во исповѣ́данiихъ весе́лыхъ и псалмѣ́хъ провожда́ху,
  • и о́бщiй опредѣли́в­ше о си́хъ уста́въ, во вся́цѣмъ преселе́нiи сво­е́мъ въ ро́ды, е́же бы предрече́н­ныя дни́ пра́здновати въ весе́лiи, не питiя́ ра́ди и яде́нiя, но спасе́нiя ра́ди бы́в­шаго и́мъ от­ Бо́га.
  • Прiидо́ша же ко царю́ прося́ще от­пуще́нiя во своя́ си.
  • Опи́сани же бы́ша от­ два́десять пя́таго дне́ ме́сяца пахо́на да́же до четве́ртаго дне́ ме́сяца епифа́, во дне́хъ четы́редесятихъ: соста́виша же и́мъ поги́бель от­ пя́таго дне́ ме́сяца епифа́ да́же до седма́го, въ въ трiе́хъ дне́хъ: въ ни́хже и пресла́вно яви́въ ми́лость свою́ всеси́льный, изба́ви и́хъ безвре́дныхъ ку́пно.
  • Пи́рше­с­т­воваша же всѣ́ми от­ царя́ снабдѣва́еми да́же до четвертаго­на́­де­сять дне́, въ о́ньже и проше́нiе сотвори́ша о от­пуще́нiи сво­е́мъ.
  • Похвали́въ же и́хъ ца́рь, написа́ и́мъ нижепи́сан­ное посла́нiе ко страти́гомъ су́щымъ по градо́мъ, великоду́шнѣ усе́рдiе иму́щее.
  • Ца́рь Птоломе́й Филопа́торъ, су́щымъ во Еги́птѣ страти́гомъ и всѣ́мъ вчине́н­нымъ надъ дѣла́ми, ра́доватися и здра́в­ст­вовати: здра́в­ст­вуемъ же и мы́ и ча́да на́ша, управля́ющу на́мъ вели́кому Бо́гу ве́щы, я́коже жела́емъ:
  • нѣ́цыи дру́зи на́ши злонра́вiемъ сво­и́мъ ча́стѣе на́мъ при­­лѣжа́ще, по­усти́ша на́съ на сiе́, е́же бы во ца́р­ст­вiи на́­шемъ собра́ти всѣ́хъ Иуде́овъ во еди́но мѣ́сто а́ки от­сту́пниковъ и уму́чити стра́н­ными му́ками,
  • сказу́юще, я́ко никогда́же во благостоя́нiи ца́р­ст­ва на́­шего ве́щы бу́дутъ, вражды́ ра́ди, ю́же и́мутъ сі́и ко всѣ́мъ язы́комъ, доне́лѣже не соверши́т­ся сiе́:
  • и́же и свя́заныхъ и́хъ при­­ведо́ша къ на́мъ со озлобле́нiемъ я́ко плѣ́н­никовъ, па́че же я́ко преда́телей, безъ вся́каго разсужде́нiя и испыта́нiя хотѣ́ша и́хъ погуби́ти, свирѣ́пѣйшею лю́тостiю па́че зако́на ски́ѳска вооруже́ни:
  • мы́ же о си́хъ жесточа́е запрети́в­ше по смирен­ному́дрiю, е́же и́мамы ко всѣ́мъ человѣ́комъ, едва́ живо́тъ и́мъ дарова́в­ше, и небе́снаго Бо́га позна́в­ше крѣ́пко заступа́ющаго Иуде́евъ и я́ко Отца́ за сы́ны вы́ну спобо́р­ст­ву­ю­ща, ксему́ же и любо­́вь, ю́же и́мутъ къ на́мъ извѣ́стну, и ко прароди́телемъ на́шымъ благопрiя́т­ст­во разсуди́в­ше, пра́ведно от­пусти́хомъ, по вся́кому ко­ея́ либо вины́ о́бразу:
  • и повелѣ́хомъ кому́ждо всѣ́мъ во своя́ и́мъ воз­врати́тися, дабы́ на вся́цѣмъ мѣ́стѣ никто́ и́хъ от­ню́дъ озлобля́лъ, ниже́ укаря́лъ о содѣ́ян­ныхъ и́мъ безъ вины́:
  • вѣ́домо бо да бу́детъ ва́мъ, я́ко а́ще что́ зло­ухи́тримъ на ни́хъ лука́вое, или́ въ че́мъ оскорби́мъ и́хъ весьма́, то́ не человѣ́ка, но всѣ́хъ си́лъ Влады́ку и Бо́га вы́шняго проти́вящася на́мъ во от­мще́нiе веще́й по всему́ неизбѣ́жнѣ всегда́ имѣ́ти бу́демъ. Здра́в­ст­вуйте.
  • Прiи́мше же [Иуде́е от­ царя́] посла́нiе сiе́, не потща́шася вско́рѣ от­ити́, но моли́ша царя́, дабы́ су́щiи от­ ро́да Иуде́йска, от­ свята́го Бо́га и от­ зако́на Бо́жiя самово́льнѣ от­ступи́в­шiи получи́ли и́ми до́лжное муче́нiе,
  • при­­глаго́лав­ше, я́ко чре́ва ра́ди сво­его́ Боже­ст­вен­ная повелѣ́нiя преступи́в­шiи ниже́ ца́рскимъ повелѣ́ниемъ благопослу́шни бу́дутъ.
  • О́нъ же по­и́стин­нѣ сiя́ глаго́ла та́ко бы́ти, и похвали́въ даде́ и́мъ вла́сть надъ всѣ́ми, е́же бы престу́пниковъ зако́на Бо́жiя во всѣ́хъ мѣ́стѣхъ ца́р­ст­вiя его́ со дерзнове́нiемъ, безъ вся́кiя ца́рскiя вла́сти или́ разсмотре́нiя, убива́ти и искореня́ти.
  • Тогда́ [Иуде́е] воз­благодари́в­ше [царя́] я́коже подоба́­ше, иере́е же и́хъ и все́ мно́же­с­т­во вку́пѣ воз­гласи́в­ше аллилу́iа, съ ра́достiю от­идо́ша.
  • Тогда́ при­­клю́чшагося на пути́ престу́пника, и́же бя́ше от­ ро́да и́хъ, му́чаху и во о́бразъ ины́мъ убива́ху.
  • И въ де́нь то́й уби́ша бо́лѣе трiе́хъ со́тъ муже́й, убива́юще же скве́рныхъ съ ра́достiю веселя́хуся.
  • Са́ми же и́же да́же до сме́рти со Го́сподемъ Бо́гомъ пребы́ша, получи́в­ше соверше́н­ное спасе́нiе, увѣнча́в­ше себе́ разли́чными благово́н­нѣйшими цвѣта́ми, от­идо́ша от­ гра́да со весе́лiемъ и восклица́нiемъ, во хвале́нiихъ и всеблагогла́сныхъ пѣ́нiихъ благодаря́ще Бо́гу отце́въ и́хъ вѣ́чному, Спа́су Изра́илеву.
  • Прише́дше же во Птолемаи́ду, нарица́емую за сво́й­ст­во мѣ́ста родофо́ръ, идѣ́же ожида́ху и́хъ корабли́ мно́зи, по о́бщему и́хъ совѣ́ту дні́й се́дмь,
  • та́мо сотвори́ша пи́ръ Спа́сенiя: ца́рь бо дарова́ благоду́шно ко­ему́ждо и́хъ вся́ потре́бная на пу́ть да́же до жили́ща и́хъ.
  • Дости́гше же ми́рно въ подоба́ющихъ исповѣ́данiихъ, та́кожде и та́мо уста́виша сiя́ дни́ пра́здновати со весе́лiемъ во вре́мя при­­ше́л­ст­вiя и́хъ.
  • И́хже и освяти́в­ше на столпѣ́ при­­ мѣ́стѣ пи́рше­ст­ва обѣ́томъ утверди́в­ше, от­идо́ша невре́дни, свобо́дни, прера́достни, земле́ю и мо́ремъ и рѣко́ю, охраня́еми ца́рскимъ повелѣ́нiемъ, кі́йждо во своя́ си, и одержа́в­ше вла́сть надъ враги́ бо́лшую не́же пре́жде, со сла́вою и стра́хомъ, весьма́ ни от­ кого́ лиша́еми имѣ́нiя.
  • И вся́ своя́ вси́ воспрiя́ша от­ описа́нiя, я́ко иму́щiи что́ со стра́хомъ ве́лiимъ от­дая́ху и́мъ, вели́чiя превели́кому Бо́гу сотво́ршу соверше́н­но во спасе́нiе ихъ.
  • Благословенъ изба́витель Изра́илевъ во вѣ́чная времена́. Ами́нь.

    Коне́цъ кни́зѣ тре́тiей маккаве́йстѣй: и́мать въ себѣ́ гла́въ 7.