Скрыть
4:1
4:3
4:6
4:7
4:9
4:10
4:11
5:2
5:3
5:4
5:7
5:8
5:12
5:14
6:1
6:3
6:4
6:6
6:7
6:9
6:13
6:15
6:17
7:1
7:2
7:4
7:5
7:6
7:7
7:8
7:11
7:12
7:13
8:1
8:6
8:7
8:8
8:9
8:10
8:11
8:12
8:13
9:1
9:2
9:3
9:5
9:7
9:10
9:11
9:12
9:13
9:14
9:15
9:16
9:17
9:18
9:19
9:20
9:21
10:2
10:3
10:8
10:10
10:11
Церковнославянский (рус)
По си́хъ ви́дѣхъ: и се́, две́ри от­ве́рсты на небеси́, и гла́съ пе́рвый, его́же слы́шахъ я́ко трубу́ глаго́лющь со мно́ю, глаго́ля: взы́ди сѣ́мо, и покажу́ ти, ему́же подоба́етъ бы́ти по си́хъ.
И а́бiе бы́хъ въ ду́сѣ: и се́, престо́лъ стоя́ше на небеси́, и на престо́лѣ сѣдя́щь:
и сѣдя́й бѣ́ подо́бенъ видѣ́нiемъ ка́мени Иа́спису и сарди́нови: и [бѣ́] дуга́ о́крестъ престо́ла подо́бна видѣ́нiемъ смара́гдови.
И о́крестъ престо́ла престо́ли два́десять и четы́ри: и на престо́лѣхъ ви́дѣхъ два́десять и четы́ри ста́рцы сѣдя́щыя, облече́ны въ бѣ́лыя ри́зы, и имя́ху вѣнцы́ зла́ты на глава́хъ сво­и́хъ.
И от­ престо́ла исхожда́ху мо́лнiя и гро́ми и гла́си: и се́дмь свѣ́щниковъ о́гнен­ныхъ горя́щихъ предъ престо́ломъ, и́же су́ть се́дмь духо́въ Бо́жiихъ:
и предъ престо́ломъ мо́ре сткля́но, подо́бно криста́ллу: и посредѣ́ престо́ла и о́крестъ престо́ла четы́ри живо́тна испо́лнена оче́съ спреди́ и созади́.
И живо́тно пе́рвое подо́бно льву́, и второ́е живо́тно подо́бно телцу́, и тре́тiе живо́тно иму́щее лице́ я́ко человѣ́къ, и четве́ртое живо́тно подо́бно орлу́ летя́щу.
И живо́тна четы́ри, еди́но ко́­еждо и́хъ имѣ́яху по ше́сть кри́лъ о́крестъ, и внутрьу́ду испо́лнена оче́съ: и поко́я не и́мутъ де́нь и но́щь, глаго́люще: свя́тъ, свя́тъ, свя́тъ Госпо́дь Бо́гъ Вседержи́тель, и́же бѣ́ и сы́й и гряды́й.
И егда́ да́ша живо́тная сла́ву и че́сть и благодаре́нiе сѣдя́щему на престо́лѣ, живу́щему во вѣ́ки вѣко́въ,
падо́ша два́десять и четы́ри ста́рцы предъ сѣдя́щимъ на престо́лѣ, и поклони́шася живу́щему во вѣ́ки вѣко́въ, и положи́ша вѣнцы́ своя́ предъ престо́ломъ, глаго́люще:
досто́инъ еси́, Го́споди, прiя́ти сла́ву и че́сть и си́лу, я́ко ты́ еси́ созда́лъ вся́ческая, и во́лею тво­е́ю су́ть, и сотворе́на.
И ви́дѣхъ въ десни́цѣ сѣдя́щаго на престо́лѣ кни́гу напи́сану внутрьу́ду и внѣу́ду, запеча́тану седмiю́ печа́тiю.
И ви́дѣхъ а́нгела крѣ́пка проповѣ́да­ю­ща гла́сомъ вели́кимъ: кто́ есть досто́инъ разгну́ти кни́гу и разрѣши́ти печа́ти ея́?
И никто́же можа́­ше ни на небеси́, ни на земли́, ниже́ подъ земле́ю, разгну́ти кни́гу, ниже́ зрѣ́ти ю́.
И а́зъ пла́кахся мно́го, я́ко ни еди́нъ обрѣ́теся досто́инъ разгну́ти и прочести́ кни́гу, ниже́ зрѣ́ти ю́.
И еди́нъ от­ ста́рецъ глаго́ла ми́: не пла́чися: се́, побѣди́лъ е́сть ле́въ, и́же сы́й от­ колѣ́на Иу́дова, ко́рень Дави́довъ, разгну́ти кни́гу и разрѣши́ти се́дмь печа́тей ея́.
И ви́дѣхъ, и се́, посредѣ́ престо́ла и четы́рехъ живо́тныхъ и посредѣ́ ста́рецъ а́гнецъ стоя́щь я́ко заколе́нъ, иму́щь рого́въ се́дмь и оче́съ се́дмь, е́же е́сть се́дмь духо́въ Бо́жiихъ, по́слан­ныхъ во всю́ зе́млю.
И прiи́де и прiя́тъ кни́гу от­ десни́цы сѣдя́щаго на престо́лѣ.
И егда́ прiя́тъ кни́гу, четы́ри живо́тна и два́десять и четы́ри ста́рцы падо́ша предъ а́гнцемъ, иму́ще кі́йждо гу́сли и фiа́лы зла́ты по́лны ѳимiа́ма, и́же су́ть моли́твы святы́хъ:
и пою́тъ пѣ́снь но́ву, глаго́люще: досто́инъ еси́ прiя́ти кни́гу и от­ве́рзти печа́ти ея́, я́ко закла́л­ся и искупи́лъ еси́ Богови на́съ кро́вiю сво­е́ю от­ вся́каго колѣ́на и язы́ка и люде́й и племе́нъ,
и сотвори́лъ еси́ на́съ Богови на́­шему цари́ и иере́и: и воцари́мся на земли́.
И ви́дѣхъ, и слы́шахъ гла́съ а́нгеловъ мно́гихъ о́крестъ престо́ла и живо́тныхъ и ста́рецъ, и бѣ́ число́ и́хъ ты́сяща ты́сящами {тмы́ те́мъ и ты́сящы ты́сящей},
глаго́люще гла́сомъ вели́кимъ: досто́инъ е́сть а́гнецъ заколе́н­ный прiя́ти си́лу и бога́т­ст­во, и прему́дрость и крѣ́пость, и че́сть и сла́ву и благослове́нiе.
И вся́ко созда́нiе, е́же е́сть на небеси́ и на земли́, и подъ земле́ю и на мо́ри я́же су́ть, и су́щая въ ни́хъ, вся́ слы́шахъ глаго́лющыя: сѣдя́щему на престо́лѣ и а́гнцу благослове́нiе и че́сть, и сла́ва и держа́ва во вѣ́ки вѣко́въ.
И четы́ри живо́тна глаго́лаху: ами́нь. И два́десять и четы́ри ста́рцы падо́ша и поклони́шася живу́щему во вѣ́ки вѣко́въ.
И ви́дѣхъ, егда́ от­ве́рзе а́гнецъ еди́ну от­ седми́ печа́тей, и слы́шахъ еди́наго от­ четы́рехъ живо́тныхъ глаго́люща я́коже гла́съ гро́мный: гряди́ и ви́ждь.
И ви́дѣхъ, и се́, ко́нь бѣ́лъ, и сѣдя́й на не́мъ имѣ́яше лу́къ, и да́нъ бы́сть ему́ вѣне́цъ: и изы́де побѣжда́яй, и да побѣди́тъ.
И егда́ от­ве́рзе печа́ть втору́ю, слы́шахъ второ́е живо́тно глаго́лющее: гряди́ и ви́ждь.
И изы́де другі́й ко́нь ры́жь: и сѣдя́щему на не́мъ дано́ бы́сть взя́ти ми́ръ от­ земли́, и да убiю́тъ дру́гъ дру́га: и да́нъ бы́сть ему́ ме́чь вели́кiй.
И егда́ от­ве́рзе тре́тiю печа́ть, слы́шахъ тре́тiе живо́тно глаго́лющее: гряди́ и ви́ждь. И ви́дѣхъ, и се́, ко́нь во́ронъ, и сѣдя́й на не́мъ имѣ́яше мѣ́рило въ руцѣ́ сво­е́й.
И слы́шахъ гла́съ посредѣ́ четы́рехъ живо́тныхъ глаго́лющiй: мѣ́ра пшени́цы за дина́рь и три́ мѣ́ры ячме́ня за дина́рь: и еле́а и вина́ не вреди́.
И егда́ от­ве́рзе четве́ртую печа́ть, слы́шахъ гла́съ четве́ртаго живо́тна глаго́лющiй: гряди́ и ви́ждь.
И ви́дѣхъ, и се́, ко́нь блѣ́дъ, и сѣдя́й на не́мъ, и́мя ему́ сме́рть: и а́дъ идя́ше вслѣ́дъ его́: и дана́ бы́сть ему́ о́бласть на четве́ртѣй ча́сти земли́ уби́ти ору́жiемъ и гла́домъ, и сме́ртiю и звѣрьми́ земны́ми.
И егда́ от­ве́рзе пя́тую печа́ть, ви́дѣхъ подъ олтаре́мъ ду́шы избiе́н­ныхъ за сло́во Бо́жiе и за свидѣ́тел­ст­во, е́же имѣ́яху.
И возопи́ша гла́сомъ вели́кимъ, глаго́люще: доко́лѣ, Влады́ко святы́й и и́стин­ный, не су́диши и не мсти́ши кро́ве на́­шея от­ живу́щихъ на земли́?
И даны́ бы́ша ко­ему́ждо и́хъ ри́зы бѣлы́, и рѣче́но бы́сть и́мъ, да почі́ютъ еще́ вре́мя ма́ло, до́ндеже сконча́ют­ся и клевре́ти и́хъ и бра́тiя и́хъ, иму́щiи избiе́ни бы́ти, я́коже и ті́и.
И ви́дѣхъ, егда́ от­ве́рзе шесту́ю печа́ть, и се́, бы́сть тру́съ ве́лiй, и со́лнце мра́чно бы́сть я́ко вре́тище вла́сяно, и луна́ бы́сть я́ко кро́вь:
и звѣ́зды небе́сныя падо́ша на зе́млю, я́коже смоко́вница от­мета́етъ пу́пы своя́, от­ вѣ́тра вели́ка дви́жима:
и не́бо от­лучи́ся я́ко сви́токъ свива́емо, и вся́ка гора́ и о́стровъ от­ мѣ́стъ сво­и́хъ дви́гнушася:
и ца́рiе зе́мстiи и вельмо́жи, и бога́тiи и ты́сящницы и си́льнiи, и вся́къ ра́бъ и вся́къ свобо́дь скры́шася въ пеще́рахъ и ка́менiи го́рстѣмъ,
и глаго́лаша гора́мъ и ка́менiю: пади́те на ны́ и покры́йте ны́ от­ лица́ сѣдя́щаго на престо́лѣ и от­ гнѣ́ва а́гнча:
я́ко прiи́де де́нь вели́кiй гнѣ́ва его́, и кто́ мо́жетъ ста́ти?
И по се́мъ ви́дѣхъ четы́ри а́нгелы стоя́щыя на четы́рехъ у́глѣхъ земли́, держа́щыя четы́ри вѣ́тры зе́мскiя, да не ды́шетъ вѣ́тръ на зе́млю, ни на мо́ре, ни на вся́ко дре́во.
И ви́дѣхъ и́наго а́нгела восходя́ща от­ восхо́да со́лнца, иму́ща печа́ть Бо́га жива́го. И возопи́ гла́сомъ ве́лiимъ къ четы́ремъ а́нгеломъ, и́мже дано́ бы́сть вреди́ти зе́млю и мо́ре, глаго́ля:
не вреди́те ни земли́, ни мо́ря, ни древе́съ, до́ндеже запечатлѣ́емъ рабы́ Бо́га на́­шего на челѣ́хъ и́хъ.
И слы́шахъ число́ запечатлѣ́н­ныхъ: сто́ четы́редесять четы́ри ты́сящи запечатлѣ́н­ныхъ от­ вся́каго колѣ́на сыно́въ Изра́илевыхъ.
От колѣ́на Иу́дова два­на́­де­сять ты́сящъ запечатлѣ́н­ныхъ: от­ колѣ́на Руви́мова два­на́­де­сять ты́сящъ запечатлѣ́н­ныхъ: от­ колѣ́на га́дова два­на́­де­сять ты́сящъ запечатлѣ́н­ныхъ:
от­ колѣ́на Аси́рова два­на́­де­сять ты́сящъ запечатлѣ́н­ныхъ: от­ колѣ́на Нефѳали́мля два­на́­де­сять ты́сящъ запечатлѣ́н­ныхъ: от­ колѣ́на Манассі́ина два­на́­де­сять ты́сящъ запечатлѣ́н­ныхъ:
от­ колѣ́на Симео́нова два­на́­де­сять ты́сящъ запечатлѣ́н­ныхъ: от­ колѣ́на Леві́ина два­на́­де­сять ты́сящъ запечатлѣ́н­ныхъ: от­ колѣ́на Иссаха́рова два­на́­де­сять ты́сящъ запечатлѣ́н­ныхъ:
от­ колѣ́на Завуло́ня два­на́­де­сять ты́сящъ запечатлѣ́н­ныхъ: от­ колѣ́на Ио́сифова два­на́­де­сять ты́сящъ запечатлѣ́н­ныхъ: от­ колѣ́на Венiами́нова два­на́­де­сять ты́сящъ запечатлѣ́н­ныхъ.
По си́хъ ви́дѣхъ, и се́, наро́дъ мно́гъ, его́же исчести́ никто́же мо́жетъ, от­ вся́каго язы́ка и колѣ́на, и люді́й и племе́нъ, стоя́ще предъ престо́ломъ и предъ а́гнцемъ, облече́ны въ ри́зы бѣлы́, и фи́ницы въ рука́хъ и́хъ.
И возопи́ша гла́сомъ ве́лiимъ, глаго́люще: спасе́нiе сѣдя́щему на престо́лѣ Бо́гу на́­шему и а́гнцу.
И вси́ а́нгели стоя́ху о́крестъ престо́ла и ста́рецъ и четы́рехъ живо́тныхъ: и падо́ша на лицы́ предъ престо́ломъ и поклони́шася Бо́гу,
глаго́люще: ами́нь: благослове́нiе и сла́ва, и прему́дрость и хвала́, и че́сть и си́ла и крѣ́пость Бо́гу на́­шему во вѣ́ки вѣко́въ. Ами́нь.
И от­вѣща́ еди́нъ от­ ста́рецъ, глаго́ля ми́: сі́и облече́н­нiи въ ри́зы бѣ́лыя кто́ су́ть и от­ку́ду прiидо́ша?
И рѣ́хъ ему́: го́споди, ты́ вѣ́си. И рече́ ми: сі́и су́ть, и́же прiидо́ша от­ ско́рби вели́кiя, и испра́ша ри́зы своя́, и убѣли́ша ри́зы своя́ въ кро́ви а́гнчи:
сего́ ра́ди су́ть предъ престо́ломъ Бо́жiимъ и слу́жатъ ему́ де́нь и но́щь въ це́ркви его́, и сѣдя́й на престо́лѣ всели́т­ся въ ни́хъ:
не вза́лчутъ ктому́, ниже́ вжа́ждутъ, не и́мать же па́сти на ни́хъ со́лнце, ниже́ вся́къ зно́й:
я́ко а́гнецъ, и́же посредѣ́ престо́ла, упасе́тъ я́ и наста́витъ и́хъ на живо́тныя исто́чники во́дъ, и отъ­и́метъ Бо́гъ вся́ку сле́зу от­ о́чiю и́хъ.
И егда́ от­ве́рзе седму́ю печа́ть, бы́сть безмо́лвiе на небеси́ я́ко по́лъ часа́.
И ви́дѣхъ се́дмь а́нгеловъ, и́же предъ Бо́гомъ стоя́ху: и дано́ бы́сть и́мъ се́дмь тру́бъ.
И другі́й а́нгелъ прiи́де и ста́ предъ олтаре́мъ, имѣ́яй кади́лницу зла́ту: и даны́ бы́ша ему́ ѳимiа́ми мно́зи, да да́стъ моли́твамъ святы́хъ всѣ́хъ на олта́рь златы́й су́щiй предъ престо́ломъ.
И изы́де ды́мъ кади́лный моли́твами святы́хъ от­ руки́ а́нгела предъ Бо́га.
И взя́тъ а́нгелъ кади́лницу, и напо́лни ю́ от­ огня́ су́щаго на олтари́, и положи́ на земли́ {пове́рже на зе́млю}: и бы́ша гла́си и гро́ми и блиста́нiя и тру́съ.
И се́дмь а́нгелъ, и́же имѣ́яху се́дмь тру́бъ, угото́вашася, да востру́бятъ.
И пе́рвому а́нгелу воструби́в­шу, бы́сть гра́дъ и о́гнь, смѣ́шены съ кро́вiю, и падо́ша на зе́млю: и тре́тiя ча́сть дре́ва погорѣ́, и вся́ка трава́ зла́чная погорѣ́.
И вторы́й а́нгелъ воструби́, и я́ко гора́ вели́ка огне́мъ жего́ма вве́ржена бы́сть въ мо́ре: и бы́сть тре́тiя ча́сть мо́ря кро́вь,
и у́мре тре́тiя ча́сть созда́нiй су́щихъ въ мо́ри, иму́щихъ ду́шы, и тре́тiя ча́сть корабле́й поги́бе.
И тре́тiй а́нгелъ воструби́, и паде́ съ небесе́ звѣзда́ вели́ка, горя́щи я́ко свѣща́, и паде́ на тре́тiю ча́сть рѣ́къ и на исто́чники водны́я:
и и́мя звѣздѣ́ глаго́лет­ся а́псинѳосъ: и бы́сть тре́тiя ча́сть во́дъ я́ко пелы́нь, и мно́зи от­ человѣ́къ умро́ша от­ во́дъ, я́ко го́рьки бѣ́ша.
И четве́ртый а́нгелъ воструби́, и уя́звена бы́сть тре́тiя ча́сть со́лнца и тре́тiя ча́сть луны́ и тре́тiя ча́сть звѣ́здъ, да затми́т­ся тре́тiя ча́сть и́хъ, и дне́ тре́тiя ча́сть да не свѣ́титъ, и но́щь та́кожде.
И ви́дѣхъ и слы́шахъ еди́наго а́нгела паря́ща посредѣ́ небесе́, глаго́люща гла́сомъ вели́кимъ: го́ре, го́ре, го́ре живу́щымъ на земли́ от­ про́чихъ гласо́въ тру́бныхъ трiе́хъ а́нгелъ хотя́щихъ труби́ти.
И пя́тый а́нгелъ воструби́, и ви́дѣхъ звѣзду́ съ небесе́ спа́дшу на зе́млю: и да́нъ бы́сть е́й клю́чь студенца́ бе́здны:
и от­ве́рзе студенца́ бе́здны, и взы́де ды́мъ от­ студенца́ я́ко ды́мъ пе́щи вели́ки, и оме́рче со́лнце и воз­ду́хъ от­ ды́ма студени́чнаго.
И от­ ды́ма изыдо́ша пру́зи на зе́млю, и дана́ бы́сть и́мъ о́бласть, я́коже и́мутъ о́бласть скорпі́и земны́я.
И рѣче́но бы́сть и́мъ, да не вредя́тъ травы́ земны́я, ни вся́каго зла́ка, ни вся́каго дре́ва, но человѣ́ки то́чiю, и́же не и́мутъ печа́ти Бо́жiя на челѣ́хъ сво­и́хъ.
И дано́ бы́сть и́мъ, да не убiю́тъ и́хъ, но да му́ку прiи́мутъ пя́ть ме́сяцей: и муче́нiе и́хъ я́ко муче́нiе скорпі́ево, егда́ усѣ́кнетъ человѣ́ка.
И въ ты́я дни́ взы́щутъ человѣ́цы сме́рти, и не обря́щутъ ея́: и вожделѣ́ютъ умре́ти, и убѣжи́тъ от­ ни́хъ сме́рть.
И уподобле́нiя пруго́въ подо́бна ко́немъ угото́вленымъ на бра́нь: и на глава́хъ и́хъ я́ко вѣнцы́ уподо́блени зла́ту, и ли́ца и́хъ я́ко ли́ца человѣ́ческа:
и имѣ́яху власы́, я́ко власы́ же́нскiя, и зу́бы и́хъ, я́ко льво́въ бѣ́ша:
и имѣ́яху броня́, я́ко броня́ желѣ́зны, и гла́съ кри́лъ и́хъ, я́ко гла́съ колесни́цъ, егда́ ко́ни мно́зи теку́тъ на бра́нь:
и имѣ́яху о́шибы подо́бны скорпі́инымъ, и жа́ла бя́ху во о́шибѣхъ и́хъ: и дана́ бѣ́ о́бласть и́мъ вреди́ти человѣ́ки пя́ть ме́сяцъ.
И имѣ́ли надъ собо́ю царя́ а́ггела бе́здны, ему́же и́мя Евре́йски Ава́ддонъ, а е́ллински аполли́онъ.
Го́ре еди́но отъи́де: се́, гряду́тъ еще́ два́ го́ря по си́хъ.
И шесты́й а́нгелъ воструби́, и слы́шахъ гла́съ еди́нъ от­ четы́рехъ рого́въ олтаря́ злата́го су́щаго предъ Бо́гомъ,
глаго́лющiй шесто́му а́нгелу имѣ́ющу трубу́: разрѣши́ четы́ри а́нгелы свя́заны при­­ рѣцѣ́ вели́цѣй Евфра́тъ.
И разрѣше́ни бы́ша четы́ри а́нгели угото́вани на ча́съ и де́нь, и ме́сяцъ и лѣ́то, да избiю́тъ тре́тiю ча́сть человѣ́къ.
И число́ во́иновъ ко́н­ныхъ двѣ́ тмѣ́ те́мъ: и слы́шахъ число́ и́хъ.
И та́ко ви́дѣхъ въ видѣ́нiи ко́ни, и сѣдя́щыя на ни́хъ иму́щыя броня́ о́гнен­ны и иаки́нѳовы и жу́пелны: и главы́ ко́немъ [и́хъ] я́ко главы́ льво́мъ, и изъ у́стъ и́хъ исхожда́­ше о́гнь и ды́мъ и жу́пелъ.
И от­ трiе́хъ я́звъ си́хъ поги́бе тре́тiя ча́сть человѣ́ковъ, от­ огня́ и от­ ды́ма и от­ жу́пела, исходя́щихъ изъ у́стъ и́хъ:
о́бласть бо ко́ней во устѣ́хъ и́хъ бѣ́ [и во о́шибѣхъ и́хъ], и {и́бо} о́шиби и́хъ подо́бни змие́мъ, иму́ще главы́ и тѣ́ми па́кости дѣ́юще.
И про́чiи от­ человѣ́къ, и́же не врежде́ни бы́ша {не избiе́ни бы́ша} я́зывами си́ми, ниже́ пока́яшася от­ дѣ́лъ ру́къ сво­и́хъ, да не покло́нят­ся де́мономъ, ни и́доломъ златы́мъ и сре́брянымъ, и мѣ́дянымъ и ка́мен­нымъ и древяны́мъ, и́же ни ви́дѣти мо́гутъ, ни слы́шати, ни ходи́ти:
и не пока́яшася от­ убі́й­ст­въ сво­и́хъ, ни от­ волхвова́нiй сво­и́хъ, ниже́ от­ блуда́ сво­его́, ниже́ от­ та́тьбъ сво­и́хъ.
И ви́дѣхъ и́наго а́нгела крѣ́пка сходя́ща съ небесе́, оболче́на во о́блакъ, и дуга́ надъ главо́ю [его́], и лице́ его́ я́ко со́лнце, и но́зѣ его́ я́ко столпи́ о́гнени,
и имѣ́яше въ руцѣ́ сво­е́й кни́гу разгибе́ну: и поста́ви но́гу свою́ десну́ю на мо́ри, а шу́юю на земли́,
и возопи́ гла́сомъ вели́кимъ, я́ко ле́въ рыка́я: и егда́ воз­гласи́, глаго́лаша се́дмь громо́въ гла́сы своя́.
И егда́ воз­гласи́ша {глаго́лаша} се́дмь громо́въ гла́сы своя́, хотѣ́хъ писа́ти: и слы́шахъ гла́съ съ небесе́ глаго́лющь ми́: запечатлѣ́й, я́же глаго́лаша се́дмь громо́въ, и сего́ не пиши́.
И а́нгелъ, его́же ви́дѣхъ стоя́ща на мо́ри и на земли́, воз­дви́же ру́ку свою́ на не́бо
и кля́т­ся живу́щимъ во вѣ́ки вѣко́въ, и́же созда́ не́бо и я́же на не́мъ, и зе́млю и я́же на не́й, и мо́ре и я́же въ не́мъ, я́ко лѣ́та уже́ не бу́детъ:
но во дни́ гла́са седма́го а́нгела, егда́ и́мать воструби́ти, тогда́ сконча́ет­ся та́йна Бо́жiя, я́коже благовѣсти́ сво­и́ми рабы́ проро́ки.
И гла́съ его́ слы́шахъ съ небесе́ па́ки глаго́лющь со мно́ю, и глаго́ла: иди́ и прiими́ кни́жицу разгну́тую въ руцѣ́ а́нгела стоя́щаго на мо́ри и на земли́.
И идо́хъ ко а́нгелу, глаго́ля ему́: да́ждь ми́ кни́жицу. И рече́ ми́: прiими́ и снѣ́ждь ю́: и горька́ бу́детъ во чре́вѣ тво­е́мъ, но во устѣ́хъ ти́ сладка́ бу́детъ я́ко ме́дъ.
И прiя́хъ кни́гу от­ руки́ а́нгела и снѣдо́хъ ю́: и бѣ́ во устѣ́хъ мо­и́хъ я́ко ме́дъ сладка́: и егда́ снѣдо́хъ ю́, горька́ бя́ше во чре́вѣ мо­е́мъ.
И рече́ ми́: подоба́етъ ти́ па́ки проро́че­с­т­вовати въ лю́дехъ и во племенѣ́хъ, и во язы́цѣхъ и въ царе́хъ мно́зѣхъ.
После сего я взглянул, и вот, дверь отверста на небе, и прежний голос, который я слышал как бы звук трубы, говоривший со мною, сказал: взойди сюда, и покажу тебе, чему надлежит быть после сего.
И тотчас я был в духе; и вот, престол стоял на небе, и на престоле был Сидящий;
и Сей Сидящий видом был подобен камню яспису и сардису; и радуга вокруг престола, видом подобная смарагду.
И вокруг престола двадцать четыре престола; а на престолах видел я сидевших двадцать четыре старца, которые облечены были в белые одежды и имели на головах своих золотые венцы.
И от престола исходили молнии и громы и гласы, и семь светильников огненных горели перед престолом, которые суть семь духов Божиих;
и перед престолом море стеклянное, подобное кристаллу; и посреди престола и вокруг престола четыре животных, исполненных очей спереди и сзади.
И первое животное было подобно льву, и второе животное подобно тельцу, и третье животное имело лице, как человек, и четвертое животное подобно орлу летящему.
И каждое из четырех животных имело по шести крыл вокруг, а внутри они исполнены очей; и ни днем, ни ночью не имеют покоя, взывая: свят, свят, свят Господь Бог Вседержитель, Который был, есть и грядет.
И когда животные воздают славу и честь и благодарение Сидящему на престоле, Живущему во веки веков,
тогда двадцать четыре старца падают пред Сидящим на престоле, и поклоняются Живущему во веки веков, и полагают венцы свои перед престолом, говоря:
достоин Ты, Господи, приять славу и честь и силу: ибо Ты сотворил все, и все по Твоей воле существует и сотворено.
И видел я в деснице у Сидящего на престоле книгу, написанную внутри и отвне, запечатанную семью печатями.
И видел я Ангела сильного, провозглашающего громким голосом: кто достоин раскрыть сию книгу и снять печати ее?
И никто не мог, ни на небе, ни на земле, ни под землею, раскрыть сию книгу, ни посмотреть в нее.
И я много плакал о том, что никого не нашлось достойного раскрыть и читать сию книгу, и даже посмотреть в нее.
И один из старцев сказал мне: не плачь; вот, лев от колена Иудина, корень Давидов, победил, и может раскрыть сию книгу и снять семь печатей ее.
И я взглянул, и вот, посреди престола и четырех животных и посреди старцев стоял Агнец как бы закланный, имеющий семь рогов и семь очей, которые суть семь духов Божиих, посланных во всю землю.
И Он пришел и взял книгу из десницы Сидящего на престоле.
И когда Он взял книгу, тогда четыре животных и двадцать четыре старца пали пред Агнцем, имея каждый гусли и золотые чаши, полные фимиама, которые суть молитвы святых.
И поют новую песнь, говоря: достоин Ты взять книгу и снять с нее печати, ибо Ты был заклан, и Кровию Своею искупил нас Богу из всякого колена и языка, и народа и племени,
и соделал нас царями и священниками Богу нашему; и мы будем царствовать на земле.
И я видел, и слышал голос многих Ангелов вокруг престола и животных и старцев, и число их было тьмы тем и тысячи тысяч,
которые говорили громким голосом: достоин Агнец закланный принять силу и богатство, и премудрость и крепость, и честь и славу и благословение.
И всякое создание, находящееся на небе и на земле, и под землею, и на море, и все, что в них, слышал я, говорило: Сидящему на престоле и Агнцу благословение и честь, и слава и держава во веки веков.
И четыре животных говорили: аминь. И двадцать четыре старца пали и поклонились Живущему во веки веков.
И я видел, что Агнец снял первую из семи печатей, и я услышал одно из четырех животных, говорящее как бы громовым голосом: иди и смотри.
Я взглянул, и вот, конь белый, и на нем всадник, имеющий лук, и дан был ему венец; и вышел он как победоносный, и чтобы победить.
И когда он снял вторую печать, я слышал второе животное, говорящее: иди и смотри.
И вышел другой конь, рыжий; и сидящему на нем дано взять мир с земли, и чтобы убивали друг друга; и дан ему большой меч.
И когда Он снял третью печать, я слышал третье животное, говорящее: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь вороной, и на нем всадник, имеющий меру в руке своей.
И слышал я голос посреди четырех животных, говорящий: хиникс* пшеницы за динарий*, и три хиникса ячменя за динарий; елея же и вина не повреждай. //*Малая хлебная мера. /**Монета, соответствующая дневной плате поденщику.
И когда Он снял четвертую печать, я слышал голос четвертого животного, говорящий: иди и смотри.
И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя «смерть»; и ад следовал за ним; и дана ему власть над четвертою частью земли – умерщвлять мечом и голодом, и мором и зверями земными.
И когда Он снял пятую печать, я увидел под жертвенником души убиенных за слово Божие и за свидетельство, которое они имели.
И возопили они громким голосом, говоря: доколе, Владыка Святый и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу?
И даны были каждому из них одежды белые, и сказано им, чтобы они успокоились еще на малое время, пока и сотрудники их и братья их, которые будут убиты, как и они, дополнят число.
И когда Он снял шестую печать, я взглянул, и вот, произошло великое землетрясение, и солнце стало мрачно как власяница, и луна сделалась как кровь.
И звезды небесные пали на землю, как смоковница, потрясаемая сильным ветром, роняет незрелые смоквы свои.
И небо скрылось, свившись как свиток; и всякая гора и остров двинулись с мест своих.
И цари земные, и вельможи, и богатые, и тысяченачальники, и сильные, и всякий раб, и всякий свободный скрылись в пещеры и в ущелья гор,
и говорят горам и камням: падите на нас и сокройте нас от лица Сидящего на престоле и от гнева Агнца;
ибо пришел великий день гнева Его, и кто может устоять?
И после сего видел я четырех Ангелов, стоящих на четырех углах земли, держащих четыре ветра земли, чтобы не дул ветер ни на землю, ни на море, ни на какое дерево.
И видел я иного Ангела, восходящего от востока солнца и имеющего печать Бога живаго. И воскликнул он громким голосом к четырем Ангелам, которым дано вредить земле и морю, говоря:
не делайте вреда ни земле, ни морю, ни деревам, доколе не положим печати на челах рабов Бога нашего.
И я слышал число запечатленных: запечатленных было сто сорок четыре тысячи из всех колен сынов Израилевых.
Из колена Иудина запечатлено двенадцать тысяч; из колена Рувимова запечатлено двенадцать тысяч; из колена Гадова запечатлено двенадцать тысяч;
из колена Асирова запечатлено двенадцать тысяч; из колена Неффалимова запечатлено двенадцать тысяч; из колена Манассиина запечатлено двенадцать тысяч;
из колена Симеонова запечатлено двенадцать тысяч; из колена Левиина запечатлено двенадцать тысяч; из колена Иссахарова запечатлено двенадцать тысяч;
из колена Завулонова запечатлено двенадцать тысяч; из колена Иосифова запечатлено двенадцать тысяч; из колена Вениаминова запечатлено двенадцать тысяч.
После сего взглянул я, и вот, великое множество людей, которого никто не мог перечесть, из всех племен и колен, и народов и языков, стояло пред престолом и пред Агнцем в белых одеждах и с пальмовыми ветвями в руках своих.
И восклицали громким голосом, говоря: спасение Богу нашему, сидящему на престоле, и Агнцу!
И все Ангелы стояли вокруг престола и старцев и четырех животных, и пали перед престолом на лица свои, и поклонились Богу,
говоря: аминь! благословение и слава, и премудрость и благодарение, и честь и сила и крепость Богу нашему во веки веков! Аминь.
И, начав речь, один из старцев спросил меня: сии облеченные в белые одежды кто, и откуда пришли?
Я сказал ему: ты знаешь, господин. И он сказал мне: это те, которые пришли от великой скорби; они омыли одежды свои и убелили одежды свои Кровию Агнца.
За это они пребывают ныне перед престолом Бога и служат Ему день и ночь в храме Его, и Сидящий на престоле будет обитать в них.
Они не будут уже ни алкать, ни жаждать, и не будет палить их солнце и никакой зной:
ибо Агнец, Который среди престола, будет пасти их и водить их на живые источники вод; и отрет Бог всякую слезу с очей их.
И когда Он снял седьмую печать, сделалось безмолвие на небе, как бы на полчаса.
И я видел семь Ангелов, которые стояли пред Богом; и дано им семь труб.
И пришел иной Ангел, и стал перед жертвенником, держа золотую кадильницу; и дано было ему множество фимиама, чтобы он с молитвами всех святых возложил его на золотой жертвенник, который перед престолом.
И вознесся дым фимиама с молитвами святых от руки Ангела пред Бога.
И взял Ангел кадильницу, и наполнил ее огнем с жертвенника, и поверг на землю: и произошли голоса и громы, и молнии и землетрясение.
И семь Ангелов, имеющие семь труб, приготовились трубить.
Первый Ангел вострубил, и сделались град и огонь, смешанные с кровью, и пали на землю; и третья часть дерев сгорела, и вся трава зеленая сгорела.
Второй Ангел вострубил, и как бы большая гора, пылающая огнем, низверглась в море; и третья часть моря сделалась кровью,
и умерла третья часть одушевленных тварей, живущих в море, и третья часть судов погибла.
Третий Ангел вострубил, и упала с неба большая звезда, горящая подобно светильнику, и пала на третью часть рек и на источники вод.
Имя сей звезде «полынь»; и третья часть вод сделалась полынью, и многие из людей умерли от вод, потому что они стали горьки.
Четвертый Ангел вострубил, и поражена была третья часть солнца и третья часть луны и третья часть звезд, так что затмилась третья часть их, и третья часть дня не светла была – так, как и ночи.
И видел я и слышал одного Ангела, летящего посреди неба и говорящего громким голосом: горе, горе, горе живущим на земле от остальных трубных голосов трех Ангелов, которые будут трубить!
Пятый Ангел вострубил, и я увидел звезду, падшую с неба на землю, и дан был ей ключ от кладязя бездны.
Она отворила кладязь бездны, и вышел дым из кладязя, как дым из большой печи; и помрачилось солнце и воздух от дыма из кладязя.
И из дыма вышла саранча на землю, и дана была ей власть, какую имеют земные скорпионы.
И сказано было ей, чтобы не делала вреда траве земной, и никакой зелени, и никакому дереву, а только одним людям, которые не имеют печати Божией на челах своих.
И дано ей не убивать их, а только мучить пять месяцев; и мучение от нее подобно мучению от скорпиона, когда ужалит человека.
В те дни люди будут искать смерти, но не найдут ее; пожелают умереть, но смерть убежит от них.
По виду своему саранча была подобна коням, приготовленным на войну; и на головах у ней как бы венцы, похожие на золотые, лица же ее – как лица человеческие;