Скрыть
2:5
2:7
2:8
2:9
2:11
2:12
2:13
2:14
2:15
2:16
2:17
2:23
2:24
2:25
2:27
2:28
2:31
2:32
2:33
2:36
2:39
2:40
2:41
2:42
2:45
2:48
2:49
3:2
3:3
3:4
3:6
3:7
3:8
3:11
3:13
3:14
3:19
3:20
3:21
3:22
3:23
3:24
3:25
3:26
3:27
3:28
3:29
3:30
3:31
3:32
3:33
3:34
3:35
3:36
3:37
3:38
3:39
3:40
3:41
3:42
3:43
3:44
3:45
3:46
3:47
3:48
3:49
3:50
3:51
3:52
3:53
3:54
3:55
3:56
3:57
3:58
3:59
3:60
3:61
3:62
3:63
3:64
3:65
3:66
3:67
3:68
3:69
3:70
3:71
3:72
3:73
3:74
3:75
3:76
3:77
3:78
3:79
3:80
3:81
3:82
3:83
3:84
3:85
3:86
3:87
3:88
3:89
3:90
3:91
3:97
3:98
3:99
4:1
4:3
4:4
4:8
4:13
4:16
4:18
4:20
4:21
4:23
4:25
4:26
4:33
5:1
5:3
5:4
5:6
5:9
5:14
5:15
5:16
5:17
5:22
5:24
5:25
5:26
5:28
5:30
6:1
6:2
6:6
6:7
6:9
6:11
6:12
6:13
6:14
6:15
6:16
6:18
6:19
6:21
6:25
7:1
7:2
7:3
7:5
7:6
7:15
7:17
7:23
7:28
Церковнославянский (рус)
И глаго́лаше халде́е Си́рски царе́ви: царю́, во вѣ́ки живи́: ты́ повѣ́ждь со́нъ рабо́мъ тво­и́мъ, и сказа́нiе его́ воз­вѣсти́мъ ти́.
Отвѣща́ же ца́рь халде́омъ и рече́: сло́во от­ступи́ло е́сть от­ мене́: а́ще у́бо не воз­вѣстите́ ми́ сна́ и сказа́нiя его́, въ па́губу бу́дете, и до́мове ва́ши разгра́бят­ся:
а́ще же со́нъ и сказа́нiе его́ воз­вѣстите́ мнѣ́, дая́нiя и да́ры и че́сть мно́гу прiи́мете от­ мене́: то́чiю со́нъ и сказа́нiе его́ воз­вѣсти́те мнѣ́.
И от­вѣща́ша второ́е и рѣ́ша: ца́рь да повѣ́сть со́нъ рабо́мъ сво­и́мъ, и сказа́нiе его́ воз­вѣсти́мъ ему́.
И от­вѣща́ ца́рь и рече́: по­и́стин­нѣ вѣ́мъ а́зъ, я́ко вре́мя вы́ [то́чiю] искупу́ете, поне́же ви́дите, я́ко от­ступи́ло е́сть сло́во от­ мене́:
а́ще у́бо сна́ не воз­вѣстите́ мнѣ́, вѣ́мъ, я́ко сло́во ло́жно и растлѣ́н­но совѣща́стеся рещи́ предо мно́ю, до́ндеже вре́мя мине́тъ: со́нъ мо́й повѣ́дите мнѣ́, и увѣ́мъ, я́ко и сказа́нiе его́ воз­вѣстите́ мнѣ́.
Отвѣща́ша же па́ки халде́е предъ царе́мъ и рѣ́ша: нѣ́сть человѣ́ка на земли́, и́же сло́во царе́во воз­мо́жетъ воз­вѣсти́ти, я́ко вся́къ ца́рь вели́кiй и кня́зь не вопроша́етъ сицева́го словесе́ обая́теля, волхва́ и халде́а:
поне́же сло́во, его́же вопроша́етъ ца́рь, тя́жко, и нѣ́сть друга́го, и́же воз­вѣсти́тъ е́ предъ царе́мъ, но то́чiю бо́зи, и́хже нѣ́сть житiе́ со вся́кою пло́тiю.
Тогда́ ца́рь въ я́рости и во гнѣ́вѣ мно́зѣ рече́ погуби́ти вся́ му́дрыя вавило́нскiя.
И изы́де повелѣ́нiе, и му́дрiи убива́хуся: и взыска́ша данiи́ла и друго́въ его́ уби́ти я́.
Тогда́ данiи́лъ от­вѣща́ совѣ́тъ и ра́зумъ Арiо́ху архимаги́ру ца́рску, и́же изы́де уби́ти му́дрыхъ Вавило́нскихъ,
и вопроша́­ше и́ глаго́ля: кня́же царе́въ, о чесо́мъ изы́де изрѣче́нiе безсту́дное от­ лица́ царе́ва? Возвѣсти́ же Арiо́хъ сло́во данiи́лу.
Данiи́лъ же вни́де и моли́ царя́, я́ко да вре́мя да́стъ ему́, и сказа́нiе его́ воз­вѣсти́тъ царю́.
И вни́де данiи́лъ въ до́мъ сво́й и воз­вѣсти́ сло́во Ана́нiи и аза́рiи и Мисаи́лу, друго́мъ сво­и́мъ:
и щедро́тъ проша́ху у Бо́га небе́снаго о та́йнѣ се́й, я́ко да не поги́бнутъ данiи́лъ и дру́зiе его́ со про́чiими му́дрыми Вавило́нскими.
Тогда́ данiи́лу во снѣ́ но́щiю та́йна от­кры́ся: и благослови́ данiи́лъ Бо́га небе́снаго
и рече́: бу́ди и́мя Го́спода Бо́га благослове́но от­ вѣ́ка и до вѣ́ка, я́ко прему́дрость и смы́слъ и крѣ́пость его́ е́сть,
и то́й премѣня́етъ времена́ и лѣ́та, поставля́етъ цари́ и преставля́етъ, дая́й прему́дрость му́дрымъ и ра́зумъ вѣ́дущымъ смышле́нiе:
то́й от­крыва́етъ глубо́кая и сокрове́н­ная, свѣ́дый су́щая во тмѣ́ и свѣ́тъ съ ни́мъ е́сть:
тебѣ́, Бо́же отце́въ мо­и́хъ, исповѣ́даюся и хвалю́, я́ко прему́дрость и си́лу да́лъ ми́ еси́ и воз­вѣсти́лъ ми́ еси́, я́же проси́хомъ у тебе́, и видѣ́нiе царе́во воз­вѣсти́лъ ми́ еси́.
И прiи́де данiи́лъ ко Арiо́ху его́же при­­ста́ви ца́рь погуби́ти му́дрыя Вавило́нскiя, и рече́ ему́: му́дрыхъ Вавило́нскихъ не погубля́й, но введи́ мя предъ царя́, и сказа́нiе сна́ воз­вѣшу́ ему́.
Тогда́ Арiо́хъ съ потща́нiемъ введе́ данiи́ла предъ царя́ и рече́ ему́: обрѣто́хъ му́жа от­ плѣ́н­никъ жидо́вскихъ, и́же сказа́нiе царю́ воз­вѣсти́тъ.
И от­вѣща́ ца́рь и рече́ данiи́лу, ему́же и́мя Валтаса́ръ: мо́жеши ли ми́ воз­вѣсти́ти со́нъ, его́же ви́дѣхъ, и сказа́нiе его́?
И от­вѣща́ данiи́лъ предъ царе́мъ и рече́: та́йны, ея́же ца́рь вопроша́етъ, нѣ́сть му́дрыхъ, волхво́въ, ниже́ обая́телей газари́новъ [си́ла] воз­вѣсти́ти царю́:
но е́сть Бо́гъ на небе́си от­крыва́яй та́йны и воз­вѣсти́ царю́ навуходоно́сору, и́мже подоба́етъ бы́ти въ послѣ́днiя дни́. Со́нъ тво́й и видѣ́нiе главы́ тво­ея́ на ло́жи тво­е́мъ сiе́ е́сть, царю́:
помышле́нiя твоя́ на ло́жи тво­е́мъ взыдо́ша, чесому́ подоба́етъ бы́ти по си́хъ, и от­крыва́яй та́йны яви́ тебѣ́, и́мже подоба́етъ бы́ти:
и мнѣ́ не прему́дростiю су́щею во мнѣ́ па́че всѣ́хъ живу́щихъ та́йна сiя́ от­кры́ся, но ра́ди того́, я́ко да воз­вѣщу́ сказа́нiе царю́, да уразумѣ́еши размышле́нiя се́рдца тво­его́.
Ты́, царю́ ви́дѣлъ еси́: и се́, тѣ́ло еди́но, ве́лiе тѣ́ло о́но, и обли́чiе его́ высоко́, стоя́що предъ лице́мъ тво­и́мъ, и о́бразъ его́ стра́­шенъ:
тѣ́ло, его́же глава́ от­ зла́та чи́ста, ру́цѣ и пе́рси и мы́шцы его́ сре́бряны, чре́во и сте́гна мѣ́дяна,
го́лени желѣ́зны, но́зѣ, ча́сть у́бо нѣ́кая желѣ́зна и ча́сть нѣ́кая скуде́льна:
ви́дѣлъ еси́, до́ндеже от­то́ржеся ка́мень от­ горы́ безъ ру́къ, и уда́ри тѣ́ло въ но́зѣ желѣ́зны и скуде́льны, и истни́ и́хъ до конца́:
тогда́ сотро́шася вку́пѣ скуде́ль, желѣ́зо, мѣ́дь, сребро́ и зла́то, и бы́сть я́ко пра́хъ от­ гумна́ лѣ́тня: и взя́тъ я́ премно́гiй вѣ́тръ, и мѣ́сто не обрѣ́теся и́мъ: ка́мень же порази́вый тѣ́ло бы́сть гора́ вели́ка и напо́лни всю́ зе́млю.
Се́й е́сть со́нъ, а сказа́нiе его́ рече́мъ предъ царе́мъ.
Ты́, царю́, ца́рь царе́й, ему́же Бо́гъ небе́сный ца́р­ст­во даде́ крѣ́пко и держа́вно и че́стно:
во вся́цѣмъ мѣ́стѣ, идѣ́же живу́тъ сы́нове человѣ́чи и звѣ́рiе по́льстiи, и пти́цы небе́сныя и ры́бы морскі́я да́лъ е́сть въ ру́ку твою́ и поста́вилъ тя́ властели́на всѣ́мъ: ты́ еси́ глава́ злата́я.
И послѣди́ тебе́ воста́нетъ ца́р­ст­во друго́е ме́ншее тебе́, е́же е́сть сребро́, ца́р­ст­во же тре́тiе, е́же е́сть мѣ́дь, е́же соодолѣ́етъ все́й земли́,
и ца́р­ст­во четве́ртое, е́же бу́детъ крѣ́пко а́ки желѣ́зо: я́коже желѣ́зо стончева́етъ и умягча́етъ вся́, та́кожде и то́ истончи́тъ и истни́тъ вся́.
А я́ко ви́дѣлъ еси́ но́зѣ и пе́рсты, ча́сть у́бо нѣ́кую желѣ́зну, ча́сть же нѣ́кую гли́няну, ца́р­ст­во раздѣле́но бу́детъ, и от­ ко́рене желѣ́зна бу́детъ въ не́мъ, я́коже ви́дѣлъ еси́ желѣ́зо смѣ́шено съ гли́ною:
и пе́рсты ножні́и, ча́сть у́бо нѣ́кая желѣ́зна, ча́сть же нѣ́кая гли́няна, ча́сть нѣ́кая ца́р­ст­ва бу́детъ крѣпка́ и от­ него́ бу́детъ сокруше́на.
Я́ко ви́дѣлъ еси́ желѣ́зо смѣ́шено со гли́ною, смѣ́шены бу́дутъ во пле́мени человѣ́чи, и не бу́дутъ при­­лѣпля́ющеся се́й къ сему́, я́коже желѣ́зо не смѣша́ет­ся со гли́ною.
И во дне́хъ царе́й тѣ́хъ воз­ста́витъ Бо́гъ небе́сный ца́р­ст­во, е́же во вѣ́ки не разсы́плет­ся, и ца́р­ст­во его́ лю́демъ инѣ́мъ не оста́нет­ся, истни́тъ и развѣ́етъ вся́ ца́р­ст­ва, то́е же ста́нетъ во вѣ́ки,
я́коже ви́дѣлъ еси́, я́ко от­сѣче́ся от­ горы́ ка́мень безъ ру́къ и истни́ гли́ну, желѣ́зо, мѣ́дь, сребро́, зла́то. Бо́гъ вели́кiй воз­вѣсти́ царю́, и́мже подоба́етъ бы́ти по си́хъ: и и́стиненъ со́нъ, и вѣ́рно сказа́нiе его́.
Тогда́ ца́рь навуходоно́соръ паде́ на лице́ и поклони́ся данiи́лу, и рече́ да́ры и благово́нiя воз­лiя́ти ему́.
И от­вѣща́въ ца́рь рече́ данiи́лу: по­и́стин­нѣ Бо́гъ ва́шъ то́й е́сть Бо́гъ бого́въ и Госпо́дь господе́й и Ца́рь царе́й, от­крыва́яй та́йны, поне́же воз­мо́глъ еси́ от­кры́ти та́йну сiю́.
И воз­вели́чи ца́рь данiи́ла, и да́ры вели́ки и мно́ги даде́ ему́, и поста́ви его́ надъ все́ю страно́ю Вавило́нскою и кня́зя во­ево́дамъ, надъ всѣ́ми му́дрыми Вавило́нскими.
И данiи́лъ проси́ у царя́ и при­­ста́ви надъ дѣ́лы страны́ Вавило́нскiя седра́ха, Миса́ха и Авденаго́. Данiи́лъ же бя́ше во дворѣ́ царе́вѣ.
Въ лѣ́то осмонадеся́тое навуходоно́соръ ца́рь сотвори́ тѣ́ло зла́то, высота́ его́ ла́ктiй шести́десяти и широта́ его́ ла́ктiй шести́, и поста́ви е́ на по́ли деи́рѣ во странѣ́ Вавило́нстѣй.
И посла́ [навуходоно́соръ ца́рь] собра́ти ипа́ты и во­ево́ды и мѣстонача́лники, вожди́ же и мучи́тели, и су́щыя на власте́хъ и вся́ кня́зи стра́нъ, прiити́ на обновле́нiе кумíра, его́же поста́ви навуходоно́соръ ца́рь.
И собра́шася мѣстонача́лницы, ипа́тове, во­ево́ды, вожде́ве, мучи́телiе вели́цыи, и́же надъ властьми́, и вси́ нача́лницы стра́нъ на обновле́нiе тѣ́ла, е́же поста́ви навуходоно́соръ ца́рь: и ста́ша предъ тѣ́ломъ, е́же поста́ви навуходоно́соръ ца́рь.
И проповѣ́дникъ вопiя́ше со крѣ́постiю: ва́мъ глаго́лет­ся, наро́ди, лю́дiе, племена́, язы́цы:
въ о́ньже ча́съ а́ще услы́шите гла́съ трубы́, свирѣ́ли же и гу́сли, Самви́ки же и псалти́ри и согла́сiя, и вся́каго ро́да мусикі́йска, па́да­ю­ще покланя́йтеся тѣ́лу злато́му, е́же поста́ви навуходонсо́ръ ца́рь:
и и́же а́ще не па́дъ покло́нит­ся, въ то́й ча́съ вве́рженъ бу́детъ въ пе́щь огне́мъ горя́щую.
И бы́сть егда́ услы́шаша лю́дiе гла́съ трубы́, свирѣ́ли же и гу́сли, Самви́ки же и псалти́ри и согла́сiя, и вся́каго ро́да мусикі́йска, па́да­ю­ще вси́ лю́дiе, племена́, язы́цы, покланя́хуся тѣ́лу злато́му, е́же поста́ви навуходоно́соръ ца́рь.
Тогда́ при­­ступи́ша му́жiе Халде́йстiи и оболга́ша Иуде́евъ,
от­вѣща́в­ше рѣ́ша навуходоно́сору царе́ви: царю́, во вѣ́ки живи́:
ты́, царю́, положи́лъ еси́ повелѣ́нiе, да вся́къ человѣ́къ, и́же а́ще услы́шитъ гла́съ трубы́, свирѣ́ли же и гу́сли, Самви́ки же и псалти́ри и согла́сiя, и вся́каго ро́да мусикі́йска,
и не па́дъ покло́нит­ся тѣ́лу злато́му, вве́рженъ бу́детъ въ пе́щь огне́мъ горя́щую.
Су́ть у́бо му́жiе Иуде́е, и́хже поста́вилъ еси́ надъ дѣ́лы страны́ вавилiо́нскiя, седра́хъ, Миса́хъ и Авденаго́, и́же не послу́шаша за́повѣди тво­ея́, царю́, и бого́мъ тво­и́мъ не слу́жатъ и тѣ́лу злато́му, е́же поста́вилъ еси́, не покланя́ют­ся.
Тогда́ навуходоно́соръ въ я́рости и гнѣ́вѣ рече́ при­­вести́ седра́ха, Миса́ха и Авденаго́. И при­­веде́ни бы́ша предъ царя́.
И от­вѣща́ навуходоно́соръ и рече́ и́мъ: а́ще во­и́стин­ну, седра́хъ, Миса́хъ и Авденаго́, бого́мъ мо­и́мъ не слу́жите и тѣ́лу злато́му, е́же поста́вихъ, не покланя́етеся?
ны́нѣ у́бо а́ще есте́ гото́ви, да егда́ услы́шите гла́съ трубы́, свирѣ́ли же и гу́сли, Самви́ки же и псалти́ри и согла́сiя, и вся́каго ро́да мусикі́йска, па́дше поклони́теся тѣ́лу злато́му, е́же сотвори́хъ: а́ще же не поклоните́ся, въ то́й ча́съ вве́ржени бу́дете въ пе́щь огне́мъ горя́щую: и кто́ е́сть Бо́гъ, и́же и́зметъ вы́ изъ руки́ мо­ея́?
И от­вѣща́ша седра́хъ, Миса́хъ и Авденаго́, глаго́люще царю́ навуходоно́сору: не тре́бѣ на́мъ о глаго́лѣ се́мъ от­вѣща́ти тебѣ́:
е́сть бо Бо́гъ на́шъ на небе́ссѣ́хъ, ему́же мы́ слу́жимъ, си́ленъ изъя́ти на́съ от­ пе́щи огне́мъ горя́щiя и от­ руку́ твое́ю изба́вити на́съ, царю́:
а́ще ли ни́, вѣ́домо да бу́детъ тебѣ́, царю́, я́ко бого́мъ тво­и́мъ не слу́жимъ и тѣ́лу злато́му, е́же поста́вилъ еси́, не кла́ня­емся.
Тогда́ навуходоно́соръ испо́лнися я́рости, и зра́къ лица́ его́ измѣни́ся на седра́ха, Миса́ха и Авденаго́, и рече́: разжжи́те пе́щь седмери́цею, до́ндеже до конца́ разгори́т­ся.
И муже́мъ си́льнымъ крѣ́постiю рече́: окова́в­ше седра́ха, Миса́ха и Авденаго́, вве́рзите въ пе́щь огне́мъ горя́щую.
Тогда́ му́жiе о́нiи око́вани бы́ша съ га́щами сво­и́ми и покрыва́лы, и сапогми́ и со оде́ждами сво­и́ми, и вве́ржени бы́ша посредѣ́ пе́щи огне́мъ горя́щiя.
Поне́же глаго́лъ царе́въ превоз­мо́же, и пе́щь разжже́на бы́сть преизли́шше: и муже́й о́ныхъ, и́же вверго́ша седра́ха, Миса́ха и Авденаго́, уби́ пла́мень о́гнен­ный.
И му́жiе ті́и трiе́, седра́хъ, Миса́хъ и Авденаго́, падо́ша посредѣ́ пе́щи огне́мъ горя́щiя око́вани,
и хожда́ху посредѣ́ пла́мене пою́ще Бо́га и благословя́ще Го́спода.
И ста́въ съ ни́ми аза́рiа помоли́ся си́це и от­ве́рзъ уста́ своя́ посредѣ́ огня́ рече́:
благослове́нъ еси́, Го́споди, Бо́же оте́цъ на́шихъ, хва́льно и просла́влено и́мя твое́ во вѣ́ки,