Скрыть
5:1
5:3
5:4
5:6
5:9
5:14
5:15
5:16
5:17
5:22
5:24
5:25
5:26
5:28
5:30
11:1
11:2
11:5
11:6
11:7
11:8
11:9
11:11
11:12
11:13
11:14
11:15
11:16
11:18
11:21
11:23
11:24
11:25
11:27
11:28
11:29
11:32
11:34
11:38
11:39
11:40
11:41
11:42
11:43
11:44
11:45
13:0
13:1
13:2
13:3
13:4
13:5
13:6
13:7
13:8
13:9
13:10
13:11
13:12
13:13
13:14
13:15
13:16
13:17
13:18
13:19
13:20
13:21
13:22
13:24
13:25
13:26
13:27
13:29
13:30
13:31
13:32
13:33
13:34
13:35
13:36
13:37
13:38
13:39
13:40
13:42
13:43
13:44
13:45
13:46
13:47
13:48
13:49
13:50
13:51
13:52
13:54
13:55
13:57
13:58
13:59
13:60
13:61
13:63
13:64
Церковнославянский (рус)
Валтаса́ръ ца́рь сотвори́ ве́черю ве́лiю вельмо́жамъ сво­и́мъ ты́сящи муже́мъ,
предъ ты́сящею же вино́, и пiя́ Валтаса́ръ рече́ при­­ вкуше́нiи вина́, е́же при­­нести́ сосу́ды зла́ты и сре́бряны, я́же изнесе́ навуходоно́соръ оте́цъ его́ изъ хра́ма [Го́спода Бо́га], и́же во Иерусали́мѣ, и да пiю́тъ въ ни́хъ ца́рь и вельмо́жи его́, и нало́жницы его́ и воз­лежа́щыя [о́крестъ] его́.
И при­­несо́ша сосу́ды златы́я и сре́бряныя, я́же изнесе́ [навуходоно́соръ ца́рь] изъ хра́ма Го́спода Бо́га, и́же во Иерусали́мѣ: и пiя́ху и́ми ца́рь и вельмо́жи его́, и нало́жницы его́ и воз­лежа́щыя [о́крестъ] его́:
пiя́ху вино́ и похвали́ша бо́ги златы́я и сре́бряныя, и мѣ́дяныя и желѣ́зныя, и древя́ныя и ка́мен­ныя, а Бо́га вѣ́чнаго не благослови́ша, иму́щаго вла́сть ду́ха и́хъ.
Въ то́й ча́съ изыдо́ша пе́рсты руки́ человѣ́чи и писа́ху проти́ву лампа́ды на повапле́нiи стѣны́ до́му царе́ва, и ца́рь ви́дяше пе́рсты руки́ пи́шущiя.
Тогда́ царю́ зра́къ измѣни́ся, и размышле́нiя его́ смуща́ху его́, и со­у́зы чре́слъ его́ разслабля́хуся, и колѣ́на его́ сража́стася:
и возопи́ ца́рь си́лою, е́же ввести́ волхво́въ, халде́евъ, газари́новъ: и рече́ ца́рь му́дрымъ Вавило́нскимъ: и́же прочте́тъ писа́нiе сiе́ и ра́зумъ его́ воз­вѣсти́тъ мнѣ́, то́й въ багряни́цу облече́т­ся, и гри́вна злата́я на вы́ю его́, и тре́тiй во ца́р­ст­вѣ мо­е́мъ облада́ти на́чнетъ.
И вхожда́ху вси́ му́дрiи ко царю́ и не можа́ху писа́нiя прочести́, ни ра́зума царю́ воз­вѣсти́ти.
Ца́рь же Валтаса́ръ воз­мяте́ся, и зра́къ его́ измѣни́ся на не́мъ, и вельмо́жи его́ смуща́хуся.
И вни́де цари́ца въ до́мъ пи́рный, и рече́ цари́ца: царю́ во вѣ́ки живи́: да не смуща́ютъ тебе́ размышле́нiя твоя́, и зра́къ тво́й да не измѣня́ет­ся:
е́сть му́жъ во ца́р­ст­вѣ тво­е́мъ, въ не́мже Ду́хъ Бо́жiй: и во дни́ отца́ тво­его́ бо́дрость и смы́слъ обрѣ́теся въ не́мъ, и ца́рь навуходоно́соръ оте́цъ тво́й кня́зя поста́ви его́ волхво́мъ, обая́телемъ, халде́емъ, газари́номъ,
я́ко ду́хъ преизоби́лный [бя́ше] въ не́мъ, и прему́дрость и смы́слъ [обрѣ́теся] въ не́мъ, сказу́я сны́ и воз­вѣща́я сокрове́н­ная и разрѣша́я со­у́зы, данiи́лъ, и ца́рь нарече́ и́мя ему́ Валтаса́ръ: ны́нѣ у́бо да при­­зове́т­ся, и сказа́нiе его́ воз­вѣсти́тъ тебѣ́.
Тогда́ данiи́лъ введе́нъ бы́сть предъ царя́. И рече́ ца́рь данiи́лу: ты́ лиеси́ данiи́лъ, от­ сыно́въ плѣ́н­никъ Иуде́йскихъ, и́хже при­­веде́ навуходоно́соръ ца́рь оте́цъ мо́й?
слы́шахъ о тебѣ́, я́ко Ду́хъ Бо́жiй въ тебѣ́, и бо́дрость и смы́слъ и прему́дрость изоби́лна обрѣ́теся въ тебѣ́:
и ны́нѣ внидо́ша предъ мя́ му́дрiи, волсви́, газари́ни, да писа́нiе сiе́ прочту́тъ и сказа́нiя его́ воз­вѣстя́тъ ми́, и не мого́ша воз­вѣсти́ти мнѣ́:
а́зъ же слы́шахъ о тебѣ́, я́ко мо́жеши суды́ сказа́ти: ны́нѣ у́бо а́ще воз­мо́жеши писа́нiе сiе́ прочести́ и сказа́нiе его́ воз­вѣсти́ти мнѣ́, въ багряни́цу облече́шися, и гри́вна злата́я на вы́и тво­е́й бу́детъ, и тре́тiй во ца́р­ст­вѣ мо­е́мъ облада́ти бу́деши.
Тогда́ от­вѣща́ данiи́лъ и рече́ предъ царе́мъ: дая́нiя: твоя́ съ тобо́ю да бу́дутъ, и да́ръ до́му тво­его́ ино́му да́ждь, а́зъ же писа́нiе прочту́ царю́ и сказа́нiе его́ воз­вѣщу́ тебѣ́.
Царю́! Бо́гъ вы́шнiй ца́р­ст­во и вели́че­с­т­во, и че́сть и сла́ву даде́ навуходоно́сору отцу́ тво­ему́,
и от­ вели́че­ст­ва, е́же ему́ даде́, вси́ лю́дiе, племена́, язы́цы бя́ху трепе́щуще и боя́щеся от­ лица́ его́: и́хже хотя́ше убива́­ше, и и́хже хотя́ше бiя́ше, и и́хже хотя́ше воз­выша́­ше, и и́хже хотя́ше, то́й смиря́ше:
и егда́ воз­несе́ся се́рдце его́ и утверди́ся ду́хъ его́ е́же презо́р­ст­вовати, сведе́ся от­ престо́ла ца́р­ст­ва, и сла́ва и че́сть отъ­я́ся от­ него́,
и от­ человѣ́къ от­гна́ся, и се́рдце его́ со звѣрьми́ от­да́ся, и житiе́ его́ со ди́вiими ослы́, и траво́ю а́ки вола́ пита́ху его́, и от­ росы́ небе́сныя ороси́ся тѣ́ло его́, до́ндеже уразумѣ́, я́ко владѣ́етъ Бо́гъ вы́шнiй ца́р­ст­вомъ человѣ́ческимъ, и ему́же хо́щетъ, да́стъ е́.
И ты́ у́бо, сы́не его́ Валтаса́ре, не смири́лъ еси́ се́рдца тво­его́ предъ Го́сподемъ: не вся́ ли сiя́ вѣ́далъ еси́?
но на Го́спода Бо́га небе́снаго воз­не́сл­ся еси́, и сосу́ды хра́ма его́ при­­несо́ша предъ тебе́, ты́ же и вельмо́жи тво­и́, и нало́жницы твоя́ и воз­лежа́щыя [о́крестъ] тебе́, вино́ пiя́сте и́ми: и бо́ги златы́я и сре́бряныя, и мѣ́дяныя и желѣ́зныя, и ка́мен­ныя и древя́ныя, и́же ни ви́дятъ, ни слы́шатъ, ни разумѣ́ютъ, похвали́лъ еси́, а Бо́га, у него́же дыха́нiе твое́ въ руцѣ́ его́, и вси́ путiе́ тво­и́, того́ не просла́вилъ еси́.
Сего́ ра́ди от­ лица́ его́ по́слани бы́ша пе́рсты ручні́и и писа́нiе сiе́ вчини́ша.
Се́ же е́сть писа́нiе вчине́но­е: мани́, Ѳеке́л, фа́рес.
Се́ сказа́нiе глаго́ла: мани́, измѣ́ри Бо́гъ ца́р­ст­во твое́ и сконча́ е́:
Ѳеке́л, поста́вися въ мѣ́рилѣхъ и обрѣ́теся лиша́емо:
фа́рес, раздѣли́ся ца́р­ст­во твое́ и даде́ся ми́домъ и пе́рсомъ.
И рече́ Валтаса́ръ: [облецы́те и́]. И облеко́ша данiи́ла въ багряни́цу, и гри́вну злату́ю воз­ложи́ша на вы́ю его́, и проповѣ́да о не́мъ, е́же бы́ти ему́ кня́зю тре́тiему во ца́р­ст­вѣ его́.
Валтаса́ра царя́ Халде́йска уби́ша въ ту́ но́щь,
да́рiй же ми́дянинъ прiя́ ца́р­ст­во, сы́й шести́десяти и двою́ лѣ́тъ.
А́зъ же въ пе́рвое лѣ́то ки́рово ста́хъ въ держа́ву и крѣ́пость.
И ны́нѣ и́стину воз­вѣщу́ тебѣ́ се́, еще́ трiе́ ца́рiе воста́нутъ въ перси́дѣ четве́ртый же разбогатѣ́етъ бога́т­ст­вомъ вели́кимъ па́че всѣ́хъ и по одержа́нiи бога́т­ст­ва сво­его́ воста́нетъ на вся́ ца́р­ст­ва е́ллинская:
и воста́нетъ ца́рь си́ленъ, и облада́етъ вла́стiю мно́гою, и сотвори́тъ по во́ли сво­е́й.
И егда́ ста́нетъ ца́р­ст­во его́ сокруши́т­ся и раздели́т­ся на четы́ри вѣ́тры небе́сныя, и не въ послѣ́дняя своя́, ниже́ по вла́сти сво­е́й, е́юже совладѣ́, поне́же исто́ргнет­ся ца́р­ст­во его́ и други́мъ кромѣ́ си́хъ от­да́ст­ся.
И укрѣпи́т­ся ца́рь ю́жскiй, и от­ князе́й и́хъ еди́нъ укѣпѣ́етъ на́нь и облада́етъ вла́стiю мно́гою надъ вла́стiю его́.
И по лѣ́тѣхъ его́ смѣся́т­ся, и дщи́ царя́ ю́жска вни́детъ къ сѣ́верску царю́, е́же сотвори́ти завѣ́тъ съ ни́мъ, и не удержи́тъ крѣ́пости мы́шцы, и не ста́нетъ пле́мя ея́, и преда́ст­ся та́ и при­­ве́дшiи ю́, и дѣ́ва и укрѣпля́яй ю́ во временѣ́хъ.
И воста́нетъ от­ цвѣ́та ко́рене ея́ на уготова́нiе его́ и прiи́детъ въ си́лу, и вни́детъ во утвержде́нiя царя́ сѣ́верскаго и сотвори́тъ въ ни́хъ и одержи́тъ:
и бо́ги и́хъ со слiя́н­ными и́хъ, вся́ сосу́ды и́хъ вожделѣ́н­ны сребра́ и зла́та съ плѣ́н­ники при­­несе́тъ во Еги́петъ, и то́й воста́нетъ па́че царя́ сѣ́верска:
и вни́детъ въ ца́р­ст­во царя́ ю́жскаго, и воз­врати́т­ся на свою́ зе́млю.
И сы́нове его́ соберу́тъ наро́дъ си́ленъ мно́гъ, и вни́детъ гряды́й и потопля́яй: и ми́мо пре́йдетъ и ся́детъ, и да́же до крѣ́пости его́ сни́дет­ся.
И разсвирѣпѣ́етъ ца́рь ю́жскiй, и изы́детъ и бра́нь сотвори́тъ съ царе́мъ сѣ́верскимъ, и поста́витъ наро́дъ мно́гъ, и преда́ст­ся наро́дъ въ ру́цѣ его́.
И во́зметъ наро́ды, и воз­вы́сит­ся се́рдце его́, и соодолѣ́етъ тма́мъ, и не укрѣпѣ́етъ.
И воз­врати́т­ся ца́рь сѣ́верскiй и при­­веде́тъ наро́дъ мно́гъ па́че пре́жняго: и на коне́цъ време́нъ лѣ́тъ прiи́детъ вхо́домъ въ си́лѣ вели́цѣй и со имѣ́нiемъ мно́гимъ.
И въ лѣ́та о́на мно́зи воста́нутъ на царя́ ю́жска, и сы́нове губи́телей люді́й тво­и́хъ воз­дви́гнут­ся, е́же поста́вити видѣ́нiе, и изнемо́гутъ.
И вни́детъ ца́рь сѣ́верскiй и сотвори́тъ око́пъ и во́зметъ гра́ды тве́рды, мы́шцы же царя́ ю́жскаго не ста́нутъ и воста́нутъ избра́н­нiи его́, и не бу́детъ крѣ́пости е́же ста́ти.
И сотвори́тъ входя́й къ нему́ по во́ли сво­е́й, и нѣ́сть стоя́щаго проти́ву лица́ его́: и ста́нетъ на земли́ Савеи́, и сконча́ет­ся въ руцѣ́ его́.
И вчини́тъ лице́ свое́ вни́ти въ си́лѣ всего́ ца́р­ст­ва сво­его́, и пра́вѣ вся́ сотвори́тъ съ ни́мъ: и дще́рь же́нъ да́стъ ему́ е́же растли́ти ю́, и не пребу́детъ, и не бу́детъ ему́.
И обрати́тъ лице́ свое́ на о́стровы, и во́зметъ мно́ги, и погуби́тъ кня́зи укори́зны сво­ея́, оба́че укори́зна его́ воз­врати́т­ся ему́.
И обрати́тъ лице́ свое́ въ крѣ́пость земли́ сво­ея́, и изнемо́жетъ, и паде́т­ся, и не обря́щет­ся.
И воста́нетъ от­ ко́рене его́ са́дъ ца́р­ст­ва на угото́ванiе его́ про­изводя́й творя́й сла́ву ца́р­ст­ва: и въ ты́я дни́ еще́ сокруши́т­ся, и не въ ли́цахъ, ни въ ра́ти:
ста́нетъ во угото́ванiи его́ ункчижи́ся, и не да́ша на́нь сла́вы ца́р­ст­ва: и прiи́детъ со оби́лiемъ и соодолѣ́етъ ца́р­ст­ву лестьми́,
и мы́шцы потопля́ющаго потопя́т­ся от­ лица́ его́ и сокруша́т­ся и старѣ́йшина завѣ́та.
И от­ совокупле́нiй къ нему́ сотвори́тъ ле́сть, и взы́детъ, и преодолѣ́етъ и́хъ въ ма́лѣ язы́цѣ:
и во оби́лiе и въ ту́чныя страны́ прiи́детъ, и сотвори́тъ, я́же не сотвори́ша отцы́ его́ и отцы́ отце́въ его́: плѣне́нiе и коры́сти и имѣ́нiе и́мъ расточи́тъ, и на Еги́пта помы́слитъ мы́слiю да́же до вре́мене.
И воста́нетъ крѣ́пость его́, и се́рдце его́ на царя́ ю́жскаго въ си́лѣ вели́цѣ, ца́рь же ю́жскiй сотвори́тъ съ ни́мъ сѣ́чь си́лою вели́кою и крѣ́пкою зѣло́, и не ста́нутъ: я́ко помышля́ютъ на́нь помышле́нiя
и изъядя́тъ потре́бная его́ и сокруша́тъ его́, и си́лы разсы́плетъ, и паду́тъ я́звенiи мно́зи.
И о́ба царя́, сердца́ и́хъ на лука́в­ст­во, и на трапе́зѣ еди́нѣй воз­глаго́лютъ лжу́, и не предуспѣ́етъ, я́ко еще́ коне́цъ на вре́мя.
И воз­врати́т­ся на свою́ зе́млю со имѣ́нiемъ мно́гимъ, и се́рдце его́ на завѣ́тъ святы́й, и сотвори́тъ, и воз­врати́т­ся на свою́ зе́млю.
На вре́мя воз­врати́т­ся и прiи́детъ на ю́гъ, и не бу́детъ я́коже пе́рвая и послѣ́дняя.
И вни́дутъ съ ни́мъ исходя́щiи ки́тяне, и смири́т­ся, и воз­врати́т­ся, и воз­ъяри́т­ся на завѣ́тъ святы́й: и сотвори́тъ, и воз­врати́т­ся, и умы́слитъ на оста́вльшыя завѣ́тъ святы́й.
И мы́шцы и племена́ от­ него́ воста́нутъ и оскверня́тъ святы́ню могу́т­ст­ва и преста́вятъ же́ртву всегда́шнюю и дадя́тъ ме́рзость запустѣ́нiя,
и беззако́н­ну­ю­щiи завѣ́тъ наведу́тъ со пре́лестiю: лю́дiе же вѣ́дуще Бо́га сво­его́ премо́гутъ и сотворя́тъ,
и смы́слен­нiи лю́дiе уразумѣ́ютъ мно́го, и изнемо́гутъ въ мечи́ и въ пла́мени, и въ плѣне́нiи и въ разграбле́нiи дні́й.
И егда́ изнемо́гутъ, помо́жет­ся и́мъ по́мощiю ма́лою, и при­­ложа́т­ся къ ни́мъ мно́зи со пре́лестiю.
И от­ смы́слив­шихъ изнемо́гутъ, е́же разжещи́ я́ и избра́ти, и е́же от­кры́ти да́же до конца́ вре́мене, я́ко еще́ на вре́мя.
И сотвори́тъ по во́ли сво­е́й, и ца́рь воз­вы́сит­ся и воз­вели́чит­ся надъ вся́кимъ бо́гомъ, и на Бо́га бого́въ воз­глаго́летъ тя́жкая, и упра́витъ, до́ндеже сконча́етъ гнѣ́въ, въ сконча́нiе бо быва́етъ.
И о всѣ́хъ бо́зѣхъ отце́въ сво­и́хъ не смы́слитъ, и раче́нiи же́нъ, и о вся́цѣмъ бо́зѣ не уразумѣ́етъ, поне́же па́че всѣ́хъ воз­вели́чит­ся.
И бо́га маози́ма на мѣ́стѣ сво­е́мъ просла́витъ, и бо́га, его́же не вѣ́дѣша отцы́ его́, почти́тъ сребро́мъ и зла́томъ и камы́комъ честны́мъ и похотьми́,
и сотвори́тъ твердѣ́лемъ убѣ́жищъ съ бо́гомъ чужди́мъ, его́же позна́етъ, и умно́житъ сла́ву, и покори́тъ и́мъ мно́ги, и зе́млю раздѣли́тъ въ да́ры.
И на коне́цъ вре́мене срази́т­ся ра́тiю съ царе́мъ ю́жскимъ: и собере́т­ся на него́ ца́рь сѣ́верскiй съ колесни́цами и съ ко́н­ники и съ корабли́ мно́гими, и вни́детъ въ зе́млю, и сокруши́тъ, и мимо­и́детъ,
и вни́детъ на зе́млю Саваи́мску, и мно́зи изнемо́гутъ: сі́и же спасу́т­ся от­ руки́ его́, Едо́мъ и Моа́въ и нача́ло сыно́въ Аммо́нихъ.
И простре́тъ ру́ку свою́ на зе́млю, и земля́ Еги́петска не бу́детъ во спасе́нiе.
И владѣ́ти на́чнетъ въ сокрове́н­ныхъ зла́та и сребра́ и во всѣ́хъ вожделѣ́н­ныхъ Еги́пта и Ливи́евъ и еѳiо́повъ, въ твердѣ́лехъ и́хъ.
И слы́шанiя и потща́нiя воз­мутя́тъ его́ от­ восто́къ и от­ сѣ́вера: и прiи́детъ во я́рости мно́зѣ, е́же погуби́ти мно́ги.
И по́ткнетъ ку́щу свою́ Ефадано́ между́ моря́ми, на горѣ́ святѣ́й Савеи́, прiи́детъ да́же до ча́сти ея́, и нѣ́сть избавля́яй его́.
И бѣ́ му́жъ живы́й въ Вавило́нѣ, и́мя же ему́ Иоаки́мъ.
И поя́ жену́, е́йже и́мя соса́н­на, дще́рь хелкі́ева, добра́ зѣло́ и боя́щися Бо́га.
Роди́теля же ея́ пра́ведна, и научи́ша дще́рь свою́ по зако́ну Моисе́ову.
Бѣ́ же Иоаки́мъ бога́тъ зѣло́, и бѣ́ ему́ вертогра́дъ бли́зъ двора́ его́: и схожда́хуся къ нему́ Иуде́е, поне́же то́й бя́ше сла́внѣе всѣ́хъ.
И избра́на бы́ша два́ ста́рца от­ люді́и въ судiи́ въ то́ лѣ́то, о ни́хже глаго́ла Влады́ка, я́ко изы́де беззако́нiе изъ Вавило́на от­ ста́рецъ суді́й, и́же мня́хуся управля́ти люді́й.
Сiя́ при­­хожда́ша ча́сто въ до́мъ Иоаки́мль, и при­­хожда́ху къ ни́ма вси́ пря́щiися.
И бы́сть, внегда́ от­хожда́ху лю́дiе о полу́дни, вхожда́­ше соса́н­на и хожда́­ше во вертогра́дѣ му́жа сво­его́.
И смотря́ша ея́ о́ба ста́рца по вся́ дни́ входя́щую и исходя́щую, и бы́ша въ похотѣ́нiи ея́,
и разврати́ша у́мъ сво́й, и уклони́ша о́чи сво­и́, е́же не взира́ти на не́бо, ниже́ помина́ти суде́бъ пра́ведныхъ.
И бѣ́ша о́ба уя́звлена по́хотiю на ню́, и не воз­вѣсти́ша дру́ъ дру́гу болѣ́зни сво­ея́,
поне́же стыдя́шася исповѣ́дати вожделѣ́нiе свое́, я́ко хотя́ша бы́ти съ не́ю.
И наблюда́ша жада́юща по вся́ дни́ зрѣ́ти ю́, и рѣ́ша дру́гъ ко дру́гу:
по́йдемъ у́бо въ до́мъ, я́ко обѣ́да ча́съ е́сть. И изше́дша разыдо́шася дру́гъ от­ дру́га,
и воз­вра́щшася прiидо́ша во еди́но [мѣ́сто], и истяза́в­ша дру́гъ от­ дру́га вины́, исповѣ́даша дру́гъ дру́гу похотѣ́нiе свое́, и тогда́ о́бще уста́виша вре́мя, когда́ воз­мо́гутъ о́ную обрѣсти́ еди́ну.
И бы́сть егда́ наблюда́ша дне́ уго́днаго, вни́де соса́нна, я́коже вчера́ и тре́тiяго дне́, со двѣма́ то́чiю отрокови́цами, и восхотѣ́ мы́тися во вертогра́дѣ, я́ко зно́й бя́ше.
И не бя́ше никого́же та́мо, кромѣ́ двою́ ста́рцевъ сокрове́н­ныхъ и стрегу́щихъ ея́.
И рече́ отрокови́цамъ: при­­неси́те ми́ ма́сло и мы́ло и две́ри вертогра́дныя затвори́те, да измы́юся.
И сотвори́стѣ я́коже рече́, и затвори́стѣ две́ри вертогра́дныя, и изыдо́стѣ за́дними две́рьми при­­нести́ повелѣ́н­ное и́ма, и не ви́дѣстѣ ста́рцевъ, поне́же бя́ша сокрове́н­на.
И бы́сть, егда́ изыдо́стѣ отрокови́цы, воста́ша о́ба ста́рца, и теко́ша къ не́й, и рѣ́ша:
се́, две́ри огра́дныя затвори́шася, и никто́же ви́дитъ на́съ, а въ похотѣ́нiи тво­е́мъ есмы́: сего́ ра́ди со­изво́ли на́мъ, и бу́ди съ на́ми:
а́ще же ни́, то́ послу́ше­ст­вуемъ на тя́, я́ко бѣ́ съ тобо́ю ю́ноша, и того́ ра́ди от­пусти́ла еси́ отрокови́цъ от­ тебе́.
И воз­стена́ соса́н­на и рече́: тѣ́сно ми́ от­всю́ду: а́ще бо сiе́ сотворю́, сме́рть ми́ е́сть: а́ще же не сотворю́, не избѣ́гну от­ ру́къ ва́шихъ:
изволе́нiе ми́ е́сть не сотвори́в­шей впа́сти въ ру́цѣ ва́ши, не́жели согѣши́ти предъ Бо́гомъ.
И возопи́ гла́сомъ вели́кимъ соса́н­на: возопи́ша же и о́ба ста́рца проти́ву е́й,
и те́къ еди́нъ, от­ве́рзе две́ри вертогра́дныя.
Егда́ же услы́шаша кли́чь во вертогра́дѣ дома́шнiи, вскочи́ша за́дними две́рьми ви́дѣти случи́в­шееся е́й.
Егда́ же повѣ́даша ста́рцы словеса́ своя́, устыдѣ́шася раби́ ея́ зѣло́, я́ко николи́же рече́ся таково́ сло́во о соса́н­нѣ.
И бы́сть нау́трiе, егда́ собра́шася лю́дiе къ му́жу ея́ Иоаки́му, прiидо́ша и о́ба ста́рца по́лна беззако́н­наго помышле́нiя на соса́н­ну, е́же умори́ти ю́,
и рѣ́ша предъ людьми́: посли́те по соса́н­ну дще́рь хелкі́еву, я́же е́сть жена́ Иоаки́мля. они́ же посла́ша.
И прiи́де та́ и роди́теля ея́, и ча́да ея́ и вси́ у́жики ея́.
Соса́н­на же бя́ше млада́ зѣло́ и добра́ о́бразомъ.
Беззако́н­нiи же повелѣ́ша от­кры́ти ю́, бя́ше бо покрове́на, я́ко да насы́тят­ся добро́ты ея́.
Пла́каху же су́щiи при­­ не́й и вси́ зна́ющiи ю́.
Воста́в­ша же о́ба ста́рца посредѣ́ люді́й, воз­ложи́ша ру́цѣ на главу́ ея́.
Сiя́ же пла́чущи воз­зрѣ́ на не́бо, я́ко бя́ше се́рдце ея́ упова́я на Го́спода.
Рѣ́ша же о́ба ста́рца: ходя́щымъ на́мъ обо­и́мъ во вертогра́дѣ, вни́де сiя́ со двѣма́ отрокови́цами, и затвори́ две́ри вертогра́дныя, и от­пусти́ отрокови́цы,
и прiи́де къ не́й ю́ноша, и́же бя́ше сокрове́нъ, и воз­леже́ съ не́ю:
мы́ же су́ще во у́глѣ вертогра́да, ви́дѣв­ше беззако́нiе, теко́хомъ на ня́:
и ви́дѣв­ше и́хъ смѣша́ющихся, о́наго у́бо не мого́хомъ я́ти поне́же па́че на́съ можа́­ше, и от­ве́рзъ две́ри вертогра́дныя изскочи́:
сiю́ же е́мше, вопроша́хомъ, кто́ бѣ́ ю́ноша? и не восхотѣ́ повѣ́дати на́мъ: о се́мъ послу́ше­ст­вуемъ.
И вѣ́рова и́ма со́нмъ а́ки ста́рцемъ людски́мъ и судiя́мъ, и осуди́ша ю́ на уме́ртвiе.
И возопи́ соса́н­на гла́сомъ вели́кимъ и рече́: Бо́же вѣ́чиый и сокрове́н­ныхъ вѣ́дателю, свѣ́дый вся́ пре́жде бытiя́ и́хъ!
ты́ вѣ́си, я́ко лжу́ послу́ше­с­т­воваша на мя́, и се́, умира́ю, не сотво́рши ничесо́же, о ни́хже сі́и слука́вноваша на мя́.
И послу́ша Госпо́дь гла́са ея́,
и ведо́мѣй е́й на погубле́нiе, воз­дви́же Бо́гъ Ду́хомъ сты́мъ о́трока ю́на, ему́же и́мя данiи́лъ:
и возопи́ гла́сомъ вели́кимъ: чи́стъ а́зъ от­ кро́ве сея́.
Обрати́шажеся вси́ лю́дiе къ нему́ и рѣ́ша: что́ сло́во сiе́, е́же ты́ глаго́леши?
Се́й же ста́въ средѣ́ и́хъ рече́: си́це ли юро́диви, сы́нове Изра́илевы, не испыта́в­ше, ни и́стины разумѣ́в­ше, осуди́сте дще́рь Изра́илеву?
воз­врати́теся на суди́ще: лжу́ бо сі́и послу́ше­с­т­воваша на ню́.
И воз­врати́шася вси́ лю́дiе съ потща́нiемъ. И рѣ́ша ему́ ста́рцы: гряди́, ся́ди посредѣ́ на́съ и воз­вѣсти́ на́мъ, я́ко тебѣ́ даде́ Бо́гъ старѣ́йшин­ство.
И рече́ къ ни́мъ данiи́лъ: разведи́те я́ дру́гъ от­ дру́га дале́че, и вопрошу́ и́хъ.
Егда́ же разведо́ша еди́наго от­ друга́го, при­­зва́ еди́наго от­ ни́хъ и рече́ къ нему́: обетша́лый злы́ми де́нми, ны́нѣ при­­спѣ́ша грѣси́ тво­и́, я́же твори́лъ еси́ пре́жде,
судя́ суды́ непра́ведны и непови́н­ныя у́бо осужда́я, проща́я же пови́н­ныя, глаго́лющу Бо́гу: непови́н­на и пра́ведна не убива́й:
ны́нѣ у́бо сiю́ а́ще еси́ ви́дѣлъ, рцы́, подъ кі́имъ дре́вомъ ви́дѣлъ еси́ и́хъ бесѣ́ду­ю­щихъ къ себѣ́? О́нъ же рече́: подъ те́рномъ.
Рече́ же данiи́лъ: пра́во солга́лъ еси́ на твою́ главу́: се́ бо, а́нгелъ Бо́жiй прiи́мъ от­вѣ́тъ от­ Бо́га, расто́ргнетъ тя́ полма́.
И от­пусти́въ его́ повелѣ́ при­­вести́ друга́го и рече́ ему́: пле́мя Ханаа́не, а не Иу́дино, добро́та прельсти́ тя, и похотѣ́нiе разврати́ се́рдце твое́:
си́це твори́ли есте́ дще́ремъ Изра́илевымъ, о́ныя же боя́шяся живя́ху съ ва́ми, но [ны́нѣ] дще́рь Иу́дина не претерпѣ́ беззако́нiя ва́­шего:
ны́нѣ у́бо глаго́ли ми́: подъ кі́имъ дре́вомъ ви́дѣлъ еси́ си́хъ бесѣ́ду­ю­щихъ къ себѣ́? О́нъ же рече́: подъ чресми́ною.
Рече́ же ему́ данiи́лъ: пра́во солга́лъ еси́ и ты́ на свою́ главу́: жде́тъ бо а́нгелъ Бо́жiй мече́мъ разсѣщи́ тя́ полма́, я́ко да потреби́тъ вы́.
И возопи́ ве́сь со́нмъ гла́сомъ вели́кимъ и благослови́ Бо́га спаса́ющаго надѣ́ющыяся на него́.
И воста́ша на о́ба ста́рца, я́ко обличи́ и́хъ данiи́лъ от­ у́стъ и́хъ, лжу́ послу́ше­с­т­вовав­шихъ.
И сотвори́ша и́ма я́коже слука́вноваша бли́жнему, сотвори́ти по зако́ну Моисе́ову: и уби́ша и́хъ, и спасе́ся кро́вь непови́н­на въ то́й де́нь.
Хелкі́а же и жена́ его́ похвали́ша Бо́га о дще́ри сво­е́й соса́н­нѣ со Иоаки́момъ му́жемъ ея́ и со у́жиками всѣ́ми, я́ко не обрѣ́теся въ не́й сту́дная ве́щь.
Данiи́лъ же бы́сть вели́къ предъ людьми́ от­ дне́ того́ и пото́мъ.
Валтасар царь сделал большое пиршество для тысячи вельмож своих и перед глазами тысячи пил вино.
Вкусив вина, Валтасар приказал принести золотые и серебряные сосуды, которые Навуходоносор, отец его, вынес из храма Иерусалимского, чтобы пить из них царю, вельможам его, женам его и наложницам его.
Тогда принесли золотые сосуды, которые взяты были из святилища дома Божия в Иерусалиме; и пили из них царь и вельможи его, жены его и наложницы его.
Пили вино, и славили богов золотых и серебряных, медных, железных, деревянных и каменных.
В тот самый час вышли персты руки человеческой и писали против лампады на извести стены чертога царского, и царь видел кисть руки, которая писала.
Тогда царь изменился в лице своем; мысли его смутили его, связи чресл его ослабели, и колени его стали биться одно о другое.
Сильно закричал царь, чтобы привели обаятелей, Халдеев и гадателей. Царь начал говорить, и сказал мудрецам Вавилонским: кто прочитает это написанное и объяснит мне значение его, тот будет облечен в багряницу, и золотая цепь будет на шее у него, и третьим властелином будет в царстве.
И вошли все мудрецы царя, но не могли прочитать написанного и объяснить царю значения его.
Царь Валтасар чрезвычайно встревожился, и вид лица его изменился на нем, и вельможи его смутились.
Царица же, по поводу слов царя и вельмож его, вошла в палату пиршества; начала говорить царица и сказала: царь, вовеки живи! да не смущают тебя мысли твои, и да не изменяется вид лица твоего!
Есть в царстве твоем муж, в котором дух святаго Бога; во дни отца твоего найдены были в нем свет, разум и мудрость, подобная мудрости богов, и царь Навуходоносор, отец твой, поставил его главою тайноведцев, обаятелей, Халдеев и гадателей, – сам отец твой, царь,
потому что в нем, в Данииле, которого царь переименовал Валтасаром, оказались высокий дух, ведение и разум, способный изъяснять сны, толковать загадочное и разрешать узлы. Итак пусть призовут Даниила и он объяснит значение.
Тогда введен был Даниил пред царя, и царь начал речь и сказал Даниилу: ты ли Даниил, один из пленных сынов Иудейских, которых отец мой, царь, привел из Иудеи?
Я слышал о тебе, что дух Божий в тебе и свет, и разум, и высокая мудрость найдена в тебе.
Вот, приведены были ко мне мудрецы и обаятели, чтобы прочитать это написанное и объяснить мне значение его; но они не могли объяснить мне этого.
А о тебе я слышал, что ты можешь объяснять значение и разрешать узлы; итак, если можешь прочитать это написанное и объяснить мне значение его, то облечен будешь в багряницу, и золотая цепь будет на шее твоей, и третьим властелином будешь в царстве.
Тогда отвечал Даниил, и сказал царю: дары твои пусть останутся у тебя, и почести отдай другому; а написанное я прочитаю царю и значение объясню ему.
Царь! Всевышний Бог даровал отцу твоему Навуходоносору царство, величие, честь и славу.
Пред величием, которое Он дал ему, все народы, племена и языки трепетали и страшились его: кого хотел, он убивал, и кого хотел, оставлял в живых; кого хотел, возвышал, и кого хотел, унижал.
Но когда сердце его надмилось и дух его ожесточился до дерзости, он был свержен с царского престола своего и лишен славы своей,
и отлучен был от сынов человеческих, и сердце его уподобилось звериному, и жил он с дикими ослами; кормили его травою, как вола, и тело его орошаемо было небесною росою, доколе он познал, что над царством человеческим владычествует Всевышний Бог и поставляет над ним, кого хочет.
И ты, сын его Валтасар, не смирил сердца твоего, хотя знал все это,
но вознесся против Господа небес, и сосуды дома Его принесли к тебе, и ты и вельможи твои, жены твои и наложницы твои пили из них вино, и ты славил богов серебряных и золотых, медных, железных, деревянных и каменных, которые ни видят, ни слышат, ни разумеют; а Бога, в руке Которого дыхание твое и у Которого все пути твои, ты не прославил.
За это и послана от Него кисть руки, и начертано это писание.
И вот что начертано: мене, мене, текел, упарсин.
Вот и значение слов: мене – исчислил Бог царство твое и положил конец ему;
Текел – ты взвешен на весах и найден очень легким;
Перес – разделено царство твое и дано Мидянам и Персам.
Тогда по повелению Валтасара облекли Даниила в багряницу и возложили золотую цепь на шею его, и провозгласили его третьим властелином в царстве.
В ту же самую ночь Валтасар, царь Халдейский, был убит,
и Дарий Мидянин принял царство, будучи шестидесяти двух лет.
Итак я с первого года Дария Мидянина стал ему подпорою и подкреплением.
Теперь возвещу тебе истину: вот, еще три царя восстанут в Персии; потом четвертый превзойдет всех великим богатством, и когда усилится богатством своим, то поднимет всех против царства Греческого.
И восстанет царь могущественный, который будет владычествовать с великою властью, и будет действовать по своей воле.
Но когда он восстанет, царство его разрушится и разделится по четырем ветрам небесным, и не к его потомкам перейдет, и не с тою властью, с какою он владычествовал; ибо раздробится царство его и достанется другим, кроме этих.
И усилится южный царь и один из князей его пересилит его и будет владычествовать, и велико будет владычество его.
Но через несколько лет они сблизятся, и дочь южного царя придет к царю северному, чтобы установить правильные отношения между ними; но она не удержит силы в руках своих, не устоит и род ее, но преданы будут как она, так и сопровождавшие ее, и рожденный ею, и помогавшие ей в те времена.
Но восстанет отрасль от корня ее, придет к войску и войдет в укрепления царя северного, и будет действовать в них, и усилится.
Даже и богов их, истуканы их с драгоценными сосудами их, серебряными и золотыми, увезет в плен в Египет и на несколько лет будет стоять выше царя северного.
Хотя этот и сделает нашествие на царство южного царя, но возвратится в свою землю.
Потом вооружатся сыновья его и соберут многочисленное войско, и один из них быстро пойдет, наводнит и пройдет, и потом, возвращаясь, будет сражаться с ним до укреплений его.
И раздражится южный царь, и выступит, сразится с ним, с царем северным, и выставит большое войско, и предано будет войско в руки его.
И ободрится войско, и сердце царя вознесется; он низложит многие тысячи, но от этого не будет сильнее.
Ибо царь северный возвратится и выставит войско больше прежнего, и через несколько лет быстро придет с огромным войском и большим богатством.
В те времена многие восстанут против южного царя, и мятежные из сынов твоего народа поднимутся, чтобы исполнилось видение, и падут.
И придет царь северный, устроит вал и овладеет укрепленным городом, и не устоят мышцы юга, ни отборное войско его; недостанет силы противостоять.
И кто выйдет к нему, будет действовать по воле его, и никто не устоит перед ним; и на славной земле поставит стан свой, и она пострадает от руки его.
И вознамерится войти со всеми силами царства своего, и праведные с ним, и совершит это; и дочь жен отдаст ему, на погибель ее, но этот замысел не состоится, и ему не будет пользы из того.
Потом обратит лице свое к островам и овладеет многими; но некий вождь прекратит нанесенный им позор и даже свой позор обратит на него.
Затем он обратит лице свое на крепости своей земли; но споткнется, падет и не станет его.
На место его восстанет некий, который пошлет сборщика податей, пройти по царству славы; но и он после немногих дней погибнет, и не от возмущения и не в сражении.
И восстанет на место его презренный, и не воздадут ему царских почестей, но он придет без шума и лестью овладеет царством.
И всепотопляющие полчища будут потоплены и сокрушены им, даже и сам вождь завета.
Ибо после того, как он вступит в союз с ним, он будет действовать обманом, и взойдет, и одержит верх с малым народом.
Он войдет в мирные и плодоносные страны, и совершит то, чего не делали отцы его и отцы отцов его; добычу, награбленное имущество и богатство будет расточать своим и на крепости будет иметь замыслы свои, но только до времени.
Потом возбудит силы свои и дух свой с многочисленным войском против царя южного, и южный царь выступит на войну с великим и еще более сильным войском, но не устоит, потому что будет против него коварство.
Даже участники трапезы его погубят его, и войско его разольется, и падет много убитых.
У обоих царей сих на сердце будет коварство, и за одним столом будут говорить ложь, но успеха не будет, потому что конец еще отложен до времени.
И отправится он в землю свою с великим богатством и враждебным намерением против святаго завета, и он исполнит его, и возвратится в свою землю.
В назначенное время опять пойдет он на юг; но последний поход не такой будет, как прежний,
ибо в одно время с ним придут корабли Киттимские; и он упадет духом, и возвратится, и озлобится на святый завет, и исполнит свое намерение, и опять войдет в соглашение с отступниками от святаго завета.
И поставлена будет им часть войска, которая осквернит святилище могущества, и прекратит ежедневную жертву, и поставит мерзость запустения.
Поступающих нечестиво против завета он привлечет к себе лестью; но люди, чтущие своего Бога, усилятся и будут действовать.
И разумные из народа вразумят многих, хотя будут несколько времени страдать от меча и огня, от плена и грабежа;
и во время страдания своего будут иметь некоторую помощь, и многие присоединятся к ним, но притворно.
Пострадают некоторые и из разумных для испытания их, очищения и для убеления к последнему времени; ибо есть еще время до срока.
И будет поступать царь тот по своему произволу, и вознесется и возвеличится выше всякого божества, и о Боге богов станет говорить хульное и будет иметь успех, доколе не совершится гнев: ибо, что предопределено, то исполнится.
И о богах отцов своих он не помыслит, и ни желания жен, ни даже божества никакого не уважит; ибо возвеличит себя выше всех.
Но богу крепостей на месте его будет он воздавать честь, и этого бога, которого не знали отцы его, он будет чествовать золотом и серебром, и дорогими камнями, и разными драгоценностями,
и устроит твердую крепость с чужим богом: которые призна́ют его, тем увеличит почести и даст власть над многими, и землю раздаст в награду.
Под конец же времени сразится с ним царь южный, и царь северный устремится как буря на него с колесницами, всадниками и многочисленными кораблями, и нападет на области, наводнит их, и пройдет через них.
И войдет он в прекраснейшую из земель, и многие области пострадают и спасутся от руки его только Едом, Моав и большая часть сынов Аммоновых.
И прострет руку свою на разные страны; не спасется и земля Египетская.
И завладеет он сокровищами золота и серебра и разными драгоценностями Египта; Ливийцы и Ефиопляне последуют за ним.
Но слухи с востока и севера встревожат его, и выйдет он в величайшей ярости, чтобы истреблять и губить многих,
и раскинет он царские шатры свои между морем и горою преславного святилища; но придет к своему концу, и никто не поможет ему.
//13-я глава переведена с греческого, потому что в еврейском тексте ее нет.
В Вавилоне жил муж, по имени Иоаким.
И взял он жену, по имени Сусанну, дочь Хелкия, очень красивую и богобоязненную.
Родители ее были праведные и научили дочь свою закону Моисееву.
Иоаким был очень богат, и был у него сад близ дома его; и сходились к нему Иудеи, потому что он был почетнейший из всех.
И были поставлены два старца из народа судьями в том году, о которых Господь сказал, что беззаконие вышло из Вавилона от старейшин-судей, которые казались управляющими народом.
Они постоянно бывали в доме Иоакима, и к ним приходили все, имевшие спорные дела.
Когда народ уходил около полудня, Сусанна входила в сад своего мужа для прогулки.
И видели ее оба старейшины всякий день приходящую и прогуливающуюся, и в них родилась похоть к ней,
и извратили ум свой, и уклонили глаза свои, чтобы не смотреть на небо и не вспоминать о праведных судах.
Оба они были уязвлены похотью к ней, но не открывали друг другу боли своей,
потому что стыдились объявить о вожделении своем, что хотели совокупиться с нею.
И они прилежно сторожили каждый день, чтобы видеть ее, и говорили друг другу:
«пойдем домой, потому что час обеда», – и, выйдя, расходились друг от друга,
и, возвратившись, приходили на то же самое место, и когда допытывались друг у друга о причине того, признались в похоти своей, и тогда вместе назначили время, когда могли бы найти ее одну.
И было, когда они выжидали удобного дня, Сусанна вошла, как вчера и третьего дня, с двумя только служанками и захотела мыться в саду, потому что было жарко.
И не было там никого, кроме двух старейшин, которые спрятались и сторожили ее.
И сказала она служанкам: принесите мне масла и мыла, и заприте двери сада, чтобы мне помыться.
Они так и сделали, как она сказала: заперли двери сада и вышли боковыми дверями, чтобы принести, что приказано было им, и не видали старейшин, потому что они спрятались.
И вот, когда служанки вышли, встали оба старейшины, и прибежали к ней, и сказали:
Вот, двери сада заперты и никто нас не видит, и мы имеем похотение к тебе, поэтому согласись с нами и побудь с нами.
Если же не так, то мы будем свидетельствовать против тебя, что с тобою был юноша, и ты поэтому отослала от себя служанок твоих.
Тогда застонала Сусанна и сказала: тесно мне отовсюду; ибо, если я сделаю это, смерть мне, а если не сделаю, то не избегну от рук ваших.
Лучше для меня не сделать этого и впасть в руки ваши, нежели согрешить пред Господом.
И закричала Сусанна громким голосом; закричали также и оба старейшины против нее,
и один побежал и отворил двери сада.
Когда же находившиеся в доме услышали крик в саду, вскочили боковыми дверями, чтобы видеть, что случилось с нею.
И когда старейшины сказали слова свои, слуги ее чрезвычайно были пристыжены, потому что никогда ничего такого о Сусанне говорено не было.
И было на другой день, когда собрался народ к Иоакиму, мужу ее, пришли и оба старейшины, полные беззаконного умысла против Сусанны, чтобы предать ее смерти.
И сказали они перед народом: пошлите за Сусанною, дочерью Хелкия, женою Иоакима. И послали.
И пришла она, и родители ее, и дети ее, и все родственники ее.
Сусанна была очень нежна и красива лицем,
и эти беззаконники приказали открыть лице ее, так как оно было закрыто, чтобы насытиться красотою ее.
Родственники же и все, которые смотрели на нее, плакали.
А оба старейшины, встав посреди народа, положили руки на голову ее.
Она же в слезах смотрела на небо, ибо сердце ее уповало на Господа.
И сказали старейшины: когда мы ходили по саду одни, вошла эта с двумя служанками и затворила двери сада, и отослала служанок;
и пришел к ней юноша, который скрывался там, и лег с нею.
Мы находясь в углу сада и видя такое беззаконие, побежали на них,
и увидели их совокупляющимися, и того не могли удержать, потому что он был сильнее нас и, отворив двери, выскочил.
Но эту мы схватили и допрашивали: кто был этот юноша? но она не хотела объявить нам. Об этом мы свидетельствуем.
И поверило им собрание, как старейшинам народа и судьям, и осудили ее на смерть.
Возопила Сусанна громким голосом и сказала: Боже вечный, ведающий сокровенное и знающий все прежде бытия его!
Ты знаешь, что они ложно свидетельствовали против меня, и вот, я умираю, не сделав ничего, что эти люди злостно выдумали на меня.
И услышал Господь голос ее.
И когда она ведена была на смерть, возбудил Бог святой дух молодого юноши, по имени Даниила,
и он закричал громким голосом: чист я от крови ее!
Тогда обратился к нему весь народ и сказал: что это за слово, которое ты сказал?
Тогда он, став посреди них, сказал: так ли вы неразумны, сыны Израиля, что, не исследовав и не узнав истины, осудили дочь Израиля?
Возвратитесь в суд, ибо эти ложно против нее засвидетельствовали.
И тотчас весь народ возвратился, и сказали ему старейшины: садись посреди нас и объяви нам, потому что Бог дал тебе старейшинство.
И сказал им Даниил: отделите их друг от друга подальше, и я допрошу их.
Когда же они отделены были один от другого, призвал одного из них и сказал ему: состарившийся в злых днях! ныне обнаружились грехи твои, которые ты делал прежде,
производя суды неправедные, осуждая невинных и оправдывая виновных, тогда как Господь говорит: «невинного и правого не умерщвляй».
Итак, если ты сию видел, скажи, под каким деревом видел ты их разговаривающими друг с другом? Он сказал: под мастиковым.
Даниил сказал: точно, солгал ты на твою голову; ибо вот, Ангел Божий, приняв решение от Бога, рассечет тебя пополам.
Удалив его, он приказал привести другого и сказал ему: племя Ханаана, а не Иуды! красота прельстила тебя, и похоть развратила сердце твое.
Так поступали вы с дочерями Израиля, и они из страха имели общение с вами; но дочь Иуды не потерпела беззакония вашего.
Итак скажи мне: под каким деревом ты застал их разговаривающими между собою? Он сказал: под зеленым дубом.
Даниил сказал ему: точно, солгал ты на твою голову; ибо Ангел Божий с мечом ждет, чтобы рассечь тебя пополам, чтобы истребить вас.
Тогда все собрание закричало громким голосом, и благословили Бога, спасающего надеющихся на Него,
и восстали на обоих старейшин, потому что Даниил их устами обличил их, что они ложно свидетельствовали;
и поступили с ними так, как они зло умыслили против ближнего, по закону Моисееву, и умертвили их; и спасена была в тот день кровь невинная.
Хелкия же и жена его прославили Бога за дочь свою Сусанну с Иоакимом, мужем ее, и со всеми родственниками, потому что не найдено было в ней постыдного дела.
И Даниил стал велик перед народом с того дня и потом.
Копировать текст Копировать ссылку Толкования стиха
Библ. энциклопедия Библейский словарь Словарь библ. образов