Скрыть

Книга Есфири,4-5

Толкования главы
Толкования главы
4:10
4:12
4:13
4:14
4:15
4:17
4:17a
4:17b
4:17c
4:17d
4:17e
4:17f
4:17g
4:17h
4:17i
4:17k
4:17l
4:17m
4:17n
4:17o
4:17p
4:17q
4:17r
4:17s
4:17t
4:17u
4:17w
4:17x
4:17y
4:17z
4:2
4:4
4:5
4:6
4:9
5:12
5:1a
5:1b
5:1c
5:1d
5:1d1
5:1e
5:1f
5:2''
5:2a
5:2b
5:4
5:5
5:6
5:7
5:8
Церковнославянский (рус)
Мардохе́й же разумѣ́въ замышля́емое, раздра́ ри́зы своя́ и облече́ся во вре́тище и посы́пася пе́пеломъ: и скочи́въ въ простра́н­ную у́лицу гра́да, возопи́ во́племъ вели́кимъ и го́рькимъ: взима́ет­ся ро́дъ ничто́же преступи́вый.
И рече́ есѳи́рь ко Ахраѳе́ю: иди́ къ мардохе́ю и рцы́:
поне́же вси́ язы́цы ца́р­ст­вiя вѣ́дятъ, я́ко вся́къ му́жъ или́ жена́, и́же а́ще вни́детъ ко царве́и во вну́трен­нiй до́мъ не при́званъ, нѣ́сть ему́ спасе́нiя, то́чiю къ нему́же а́ще простре́тъ ца́рь златы́й же́злъ, сей спасе́нъ бу́детъ: а́зъ же нѣ́смь звана́ внити ко царю́ се́ уже́ три́десять дні́й.
И воз­вѣсти́ Ахраѳе́й мардохе́ю вся́ глаго́лы есѳи́рины.
И рече́ мардохе́й ко Ахраѳе́ю: иди́ и рцы́ е́й: есѳи́ре, да не рече́ши въ себѣ́, я́ко ты́ еди́на спасе́шися во ца́р­ст­вiи па́че всѣ́хъ иуде́й:
зане́ а́ще преслу́шаеши въ сiе́ вре́мя, от­и́нуду по́мощь и покро́въ бу́детъ Иуде́омъ, ты́ же и до́мъ отца́ тво­его́ поги́бнете: и кто́ вѣ́сть, а́ще на сiе́ вре́мя воцари́лася еси́?
И посла́ есѳи́рь при­­ше́дшаго къ не́й ко мардохе́ю, глаго́лющи:
Ше́дъ собери́ иуде́и и́же въ су́сѣхъ, и пости́теся о мнѣ́, и не яди́те ниже́ пі́йте три́ дни́ де́нь и но́щь: а́зъ же и служе́бницы моя́ [та́кожде] не и́мамы я́сти: и тогда́ вни́ду ко царю́ кромѣ́ зако́на, а́ще и поги́бнути ми́ при­­ключи́т­ся.
И ше́дъ мардохе́й сотвори́, ели́ка заповѣ́да ему́ есѳи́рь,
и помоли́ся Го́сподеви помина́я вся́ дѣла́ Госпо́дня и рече́:
Го́споди, Го́споди Царю́ Вседержи́телю, я́ко во вла́сти тво­е́й сiе́ все́ е́сть, и нѣ́сть противому́др­ст­вуяй тебѣ́, внегда́ восхо́щеши спасти́ Изра́иля:
я́ко ты́ сотвори́лъ еси́ не́бо и зе́млю и все́ удивля́емое въ поднебе́снѣй и Госпо́дь еси́ всѣ́хъ, и нѣ́сть, и́же воспроти́вит­ся тебѣ́ Го́сподеви:
ты́ вся́ вѣ́си, ты́ зна́еши, Го́споди, я́ко не въ укори́знѣ ни въ го́рдости, ниже́ во тщесла́вiи сотвори́хъ сiе́, е́же не покланя́тися прего́рдому Ама́ну, поне́же благоволи́мъ бы́хъ лобза́ти и слѣды́ но́гъ его́ спасе́нiя ра́ди Изра́илева,
но сiе́ сотвори́хъ, да не воз­да́мъ сла́вы человѣ́ку па́че сла́вы Бо́жия, и не поклоню́ся ни кому́же, кромѣ́ тебе́ Го́спода мо­его́, и не сотворю́ сiя́ въ гордости:
и ны́нѣ, Го́споди Бо́же, Царю́, Бо́же Авраа́мовъ, пощади́ лю́ди твоя́, я́ко назира́ютъ на́мъ въ поги́бель и вожделѣ́ша погуби́ти е́же изъ нача́ла наслѣ́дiе твое́:
не пре́зри достоя́нiя тво­его́, е́же изба́вилъ еси́ тебѣ́ от­ земли́ Еги́петскiя:
услы́ши моли́тву мою́, и умилосе́рдися надъ жре́бiемъ тво­и́мъ, и обрати́ рыда́нiе на́­ше въ весе́лiе, да живу́ще восхвали́мъ и́мя тво­е́, Го́споди, и не погуби́ у́стъ восхваля́ющихъ тя́, Го́споди.
И ве́сь Изра́иль возопи́ от­ крѣ́пости сво­ея́, я́ко сме́рть и́хъ предъ очи́ма и́хъ:
и есѳи́рь цари́ца при­­тече́ ко Го́споду въ по́двизѣ сме́рти обдержи́ма,
и сне́мши ри́зы сла́вы сво­ея́, облече́ся въ ри́зы тѣсноты́ и пла́ча, и вмѣ́сто многоцѣ́н­ныхъ ма́стей и благово́н­ныхъ пе́пеломъ и гно́­емъ посы́па главу́ свою́, и пло́ть свою́ смири́ зѣло́, и ко́ждо мѣ́сто украше́нiя весе́лiя сво­его́ испо́лни расте́рзан­ными власы́ сво­и́ми,
и моля́шеся Го́споду Бо́гу иилеву и рече́:
Го́споди мо́й, Царю́ на́шъ, ты́ еси́ еди́нъ, помози́ ми́ еди́нѣ́й и не имѣ́ющей по́мощи ра́звѣ тебе́,
я́ко бѣда́ моя́ въ руцѣ́ мо­е́й:
а́зъ слы́шахъ, Го́споди, от­ отца́ мо­его́ въ пле́мени оте́че­ст­ва мо­его́, я́ко ты́ Го́споди, прiя́лъ еси́ Изра́иля от­ всѣ́хъ язы́къ и отцы́ на́шя от­ всѣ́хъ пра́отецъ и́хъ въ наслѣ́дие вѣ́чное, и сотвори́лъ еси́ и́мъ, ели́ка глаго́лалъ еси́:
и ны́нѣ согрѣши́хомъ предъ тобо́ю, и пре́далъ еси́ на́съ въ ру́ки вра́гъ на́шихъ, зане́же сла́вихомъ бо́ги и́хъ: пра́веденъ еси́, Го́споди:
и ны́нѣ не дово́лни бы́ша горе́стiю рабо́ты на́­шея, но положи́ша ру́ки своя́ на ру́ки и́долъ сво­и́хъ, исто́ргнути за́повѣдь устъ тво­и́хъ и погуби́ти наслѣ́дiе твое́, и загради́ти уста́ хва́лящихъ тя́ и угаси́ти сла́ву хра́ма тво­его́ и олтаря́ тво­его́,
и от­ве́рзти уста́ язы́комъ во угожде́нiя су́етныхъ и удиви́тися царе́ви плотско́му во вѣ́ки:
не преда́ждь, Го́споди, ски́птра тво­его́ си́мъ, и́же не су́ть, и да не посмѣю́т­ся въ паде́нiи на́­шемъ, но обрати́ совѣ́тъ и́хъ на ня́, наче́ншаго же на на́съ въ при́тчу положи́:
помяни́, Го́споди, позна́нъ бу́ди во время ско́рби на́­шея и мене́ сподо́би дерзнове́нiя: Царю́ бого́въ и вся́каго нача́л­ст­ва содержи́телю,
да́ждь сло́во благо­уго́дно во уста́ моя́ предъ льво́мъ, и премѣни́ се́рдце его́ въ ненави́дѣнiе вою́ющаго ны́, во истребле́нiе его́ и съ ни́мъ совѣ́ту­ю­щихъ:
на́съ же изми́ руко́ю тво­е́ю и помози́ ми еди́нѣй и не имѣ́ющей ни кого́же, то́кмо тебе́, Го́споди:
всѣ́хъ ра́зумъ и́маши и вѣ́си, я́ко воз­ненави́дѣхъ сла́ву беззако́н­ныхъ и гнуша́юся ло́жа необрѣ́зан­ныхъ и вся́каго иноплеме́н­ника:
ты́ вѣ́си ну́жду мою́, я́ко гнуша́юся зна́менiя го́рдости мо­ея́, е́же е́сть на главѣ́ мо­е́й во дне́хъ видѣ́нiя мо­его́, гнуша́юся его́, я́ко ру́бищъ оскверне́н­ныхъ, и не ношу́ его́ въ де́нь молча́нiя мо­его́:
и не яде́ раба́ твоя́ от­ трапе́зы Ама́новы, и не прославля́хъ пи́ра царе́ва, ниже́ пiя́хъ вино́ тре́бищъ [и́долскихъ]:
и не воз­весели́ся раба́ твоя́ от­ дне́ премѣ́ненiя мо­его́ да́же доны́нѣ, то́чiю о тебѣ́, Го́споди Бо́же Авраа́мовъ:
Бо́же, могі́й надъ всѣ́ми, услы́ши гла́съ безнаде́жныхъ,
и изба́ви на́съ от­ руки́ лука́вну­ю­щихъ
и изми́ мя от­ стра́ха мо­его́.
И прiи́де да́же до вра́тъ царе́выхъ и ста́: не лѣ́ть бо бѣ́ ему́ вни́ти во дво́ръ во вре́тище облече́ну и пе́пеломъ осы́пану су́щу.
И во вся́цѣй странѣ́, идѣ́же пока́зовахуся писа́нiя [царе́ва], во́пль бѣ́ и пла́чь и рыда́нiе преве́лiе Иуде́омъ, вре́тище и пе́пелъ постила́ху себѣ́.
И внидо́ща рабы́ни и евну́си цари́цыны и воз­вѣсти́ша е́й. И смяте́ся услы́шав­ши бы́в­шее: и посла́ ри́зы облещи́ мардохе́а и сня́ти вре́тище его́. И не послу́ша.
Есѳи́рь же при­­зва́ Ахраѳе́а скопца́ сво­его́, предстоя́щаго е́й,
и посла́ его́ увѣ́дати от­ мардохе́а и́стину.
Мардохе́й же сказа́ ему́ бы́в­шее, и обѣща́нiе, е́же обѣша́ Ама́нъ царю́ въ сокро́вищный до́мъ [положи́ти] деся́ть тыся́щъ тала́нтъ сребра́, да погуби́тъ иуде́й:
и списа́нiе [повелѣ́нiя] изда́н­наго въ су́сѣхъ [гра́дѣ] на погубле́нiе и́хъ даде́ ему́, да пока́жетъ есѳи́ри: и рече́ ему́, заповѣ́дати е́й ити́ моли́ти царя́ и проси́ти его́ о лю́дехъ, помина́юши дни́ смире́нiя тво­его́, ка́ко воспита́на еси́ въ руцѣ́ мо­е́й, зане́ Ама́нъ вторы́й по цари́ глаго́ла проти́ву на́мъ на сме́рть: при­­зови́ Го́спода и глаго́ли царю́ о на́съ, да изба́витъ на́съ от­ сме́рти.
Вше́дъ же Ахраѳе́й, повѣ́да есѳи́ри вся́ глаго́лы сiя́.
И бы́сть по трiе́хъ дне́хъ, егда́ преста́ моли́тися, совлече́ся изъ ри́зъ при­­ско́рбныхъ и облече́ся въ ри́зы сла́вы сво­ея́:
и в­ше́дъ въ до́мъ сво́й, при­­зва́ дру́ги своя́ и зоса́ру жену́ свою́
и показа́ и́мъ бога́т­ст­во свое́ и сла́ву, е́юже воз­вели́чи его́ ца́рь, и я́ко сотвори́ его́ пе́рваго бы́ти и пра́вити ца́р­ст­вiе.
И рече́ Ама́нъ: не зва́ цари́ца ни еди́наго на пи́ръ со царе́мъ, но то́чiю мене́, и нау́трiе зва́­ше мя́:
но сiя́ не су́ть ми́ уго́дна, егда́ ви́жду мардохе́а Иуде́анина во дворѣ́ [царе́вѣ].
И рече́ ему́ зоса́ра жена́ его́ и дру́зiе: при­­гото́ви дре́во лако́тъ пятьдеся́тъ, и зау́тра рече́ши царе́ви, и да пове́шенъ бу́детъ мардохе́й на дре́вѣ: ты́ же вни́ди со царе́мъ на пи́ръ и весели́ся. И уго́денъ бы́сть Ама́ну глаго́лъ се́й, и угото́ва дре́во.
и бы́сть доброзра́чна, при­­зыва́ющи всеви́дца Бо́га и спаси́теля, и взя́ двѣ́ рабы́ни съ собо́ю, и о еди́ну у́бо опира́­шеся а́ки сла́достьми оби́лу­ю­щи, друга́я же послѣ́доваше, да облегча́етъ ри́зы ея́:
и сiя́ червленѣ́ющися доброто́ю красоты́ сво­ея́, и лице́ ея́ осклабля́ющееся а́ки прелюби́вѣйше, се́рдце же ея́ стеня́ше от­ стра́ха.
И проше́дши вся́ две́ри, ста́ предъ царе́мъ. О́нъ же сѣдя́ше на престо́лѣ ца́р­ст­ва сво­его́, оболче́нъ во все́ одѣя́нiе сла́вы сво­ея́, ве́сь во зла́тѣ и ка́менiихъ многоцвѣ́ныхъ, и бя́ше стра́­шеъ зѣло́: и воз­ве́дъ лице́ свое́ огневи́дно сла́вою, зѣ́лною я́ростiю воз­зрѣ́.
*И паде́ цари́ца, и измѣни́ся лице́ ея́ со ослабле́нiемъ, и преклони́ся на главу́ рабы́ни предъиду́щiя.
И премѣни́ Бо́гъ ду́хъ царе́въ на кро́тость, и потща́вся сни́де со престо́ла сво­его́ и воспрiя́тъ ю́ во объя́тiя своя́, до́ндеже прiи́де въ себе́, и утѣ́ши ю́ глаго́лы ми́рными и рече́ е́й:
что́ ти е́сть, есѳи́ре? а́зъ е́смь бра́тъ тво́й, дерза́й, не умреши: я́ко о́бщее повелѣ́нiе на́­ше е́сть, при­­ступи́.
И взе́мъ златы́й же́злъ
[ца́рь] воз­ложи́ на вы́ю ея́ и облобыза́ ю́ и рече́: глаго́ли ми́.
И рече́ ему́: ви́дѣхъ тя́, господи́не, я́ко а́нгела бжiя, и смяте́ся се́рдце мое́ от­ стра́ха сла́вы тво­ея́, я́ко ди́венъ еси́, господи́не, и лице́ твое́ благода́тей испо́лнено.
Бесѣ́ду­ю­щи же она́ къ нему́, паде́ от­ ослабле́нiя. Ца́рь же смяте́ся, и вси́ раби́ его́ утѣша́ху ея́.
И рече́ е́й ца́рь: что́ хо́щешн, есѳи́ре? и что́ проше́нiе твое́? бу́детъ ти́ да́же и до полуца́р­ст­ва мо­его́.
И рече́ есѳи́рь: де́нь мо­его́ пра́зднованiя дне́сь е́сть: а́ще у́бо уго́дно е́сть царе́ви, да прiи́детъ ца́рь и Ама́нъ на пи́ръ, его́же сотворю́ дне́сь.
И рече́ ца́рь: ускори́те ити́ по Ама́на, да сотвори́мъ сло́во есѳи́рино. И прiидо́ста о́ба на пи́ръ, его́же сотвори́ есѳи́рь.
На пиру́ же рече́ ца́рь ко есѳи́ри: что́ есть, есѳи́ре цари́це? [и ка́я е́сть мы́сль проше́нiя тво­его́? да́мъ ти́ и до полуца́р­ст­ва мо­его́,] и бу́детъ ели́ко проси́ши.
И рече́ есѳи́рь: проше́нiе мое́ и моле́нiе:
а́ще обрѣто́хъ благода́ть предъ царе́мъ, да прiи́детъ ца́рь и Ама́нъ еще́ зау́тра на пи́ръ, его́же сотворю́ и́ма, и зау́тра сотворю́ сiе́ проше́нiе.
И изы́де Ама́нъ от­ царя́ зѣло́ ра́достенъ и ве́селъ: ви́дѣвъ же мардохе́а Иуде́анина во дворѣ́ [царе́вѣ не подви́гнув­шася и не кла́ня­ю­щася пре́дъ ни́мъ], воз­ъяри́ся зѣло́:
Когда Мардохей узнал все, что делалось, разодрал одежды свои и возложил на себя вретище и пепел, и вышел на средину города и взывал с воплем великим и горьким: [истребляется народ ни в чем не повинный!]
И сказала Есфирь Гафаху и послала его сказать Мардохею:
все служащие при царе и народы в областях царских знают, что всякому, и мужчине и женщине, кто войдет к царю во внутренний двор, не быв позван, один суд – смерть; только тот, к кому прострет царь свой золотой скипетр, останется жив. А я не звана к царю вот уже тридцать дней.
И пересказали Мардохею слова Есфири.
И сказал Мардохей в ответ Есфири: не думай, что ты одна спасешься в доме царском из всех Иудеев.
Если ты промолчишь в это время, то свобода и избавление придет для Иудеев из другого места, а ты и дом отца твоего погибнете. И кто знает, не для такого ли времени ты и достигла достоинства царского?
И сказала Есфирь в ответ Мардохею:
пойди, собери всех Иудеев, находящихся в Сузах, и поститесь ради меня, и не ешьте и не пейте три дня, ни днем, ни ночью, и я с служанками моими буду также поститься и потом пойду к царю, хотя это против закона, и если погибнуть – погибну.
И пошел Мардохей и сделал, как приказала ему Есфирь.
И молился он Господу, воспоминая все дела Господни, и говорил:
Господи, Господи, Царю, Вседержителю! Все в Твоей власти, и нет противящегося Тебе, когда Ты захочешь спасти Израиля;
Ты сотворил небо и землю и все дивное в поднебесной;
Ты – Господь всех, и нет такого, кто воспротивился бы Тебе, Господу.
Ты знаешь всё; Ты знаешь, Господи, что не для обиды и не по гордости и не по тщеславию я делал это, что не поклонялся тщеславному Аману, ибо я охотно стал бы лобызать следы ног его для спасения Израиля;
но я делал это для того, чтобы не воздать славы человеку выше славы Божией и не поклоняться никому, кроме Тебя, Господа моего,
и я не стану делать этого по гордости.
И ныне, Господи Боже, Царю, Боже Авраамов, пощади народ Твой; ибо замышляют нам погибель и хотят истребить изначальное наследие Твое;
не презри достояния Твоего, которое Ты избавил для Себя из земли Египетской;
услышь молитву мою и умилосердись над наследием Твоим и обрати сетование наше в веселие, дабы мы, живя, воспевали имя Твое, Господи, и не погуби уст, прославляющих Тебя, Господи.
И все Израильтяне взывали всеми силами своими, потому что смерть их была пред глазами их.
И царица Есфирь прибегла к Господу, объятая смертною горестью,
*и, сняв одежды славы своей, облеклась в одежды скорби и сетования, и, вместо многоценных мастей, пеплом и прахом посыпала голову свою, и весьма изнурила тело свое, и всякое место, украшаемое в веселии ее, покрыла распущенными волосами своими,
*и молилась Господу Богу Израилеву, говоря:
Господи мой! Ты один Царь наш; помоги мне, одинокой и не имеющей помощника, кроме Тебя;
*ибо беда моя близ меня.
Я слышала, Господи, от отца моего, в родном колене моем, что Ты, Господи, избрал себе Израиля из всех народов и отцов наших из всех предков их в наследие вечное, и сделал для них то, о чем говорил им.
И ныне мы согрешили пред Тобою, и предал Ты нас в руки врагов наших за то, что мы славили богов их: праведен Ты, Господи!
А ныне они не удовольствовались горьким рабством нашим, но положили руки свои в руки идолов своих, чтобы ниспровергнуть заповедь уст Твоих, и истребить наследие Твое, и заградить уста воспевающих Тебя, и погасить славу храма Твоего и жертвенника Твоего,
и отверзть уста народов на прославление тщетных богов, и царю плотскому величаться вовек.
Не предай, Господи, скипетра Твоего богам несуществующим, и пусть не радуются падению нашему, но обрати замысел их на них самих: наветника же против нас предай позору.
Помяни, Господи, яви Себя нам во время скорби нашей и дай мне мужество. Царь богов и Владыка всякого начальства!
даруй устам моим слово благоприятное пред этим львом и исполни сердце его ненавистью к преследующему нас, на погибель ему и единомышленникам его;
нас же избавь рукою Твоею и помоги мне, одинокой и не имеющей помощника, кроме Тебя, Господи.
Ты имеешь ведение всего и знаешь, что я ненавижу славу беззаконных и гнушаюсь ложа необрезанных и всякого иноплеменника;
Ты знаешь необходимость мою, что я гнушаюсь знака гордости моей, который бывает на голове моей во дни появления моего, гнушаюсь его, как одежды, оскверненной кровью, и не ношу его во дни уединения моего.
И не вкушала раба Твоя от трапезы Амана и не дорожила пиром царским, и не пила вина идоложертвенного,
и не веселилась раба Твоя со дня перемены судьбы моей доныне, кроме как о Тебе, Господи Боже Авраамов.
Боже, имеющий силу над всеми! услышь голос безнадежных, и спаси нас от руки злоумышляющих, и избавь меня от страха моего.]
И дошел до царских ворот [и остановился,] так как нельзя было входить в царские ворота во вретище [и с пеплом].
Равно и во всякой области и месте, куда только доходило повеление царя и указ его, было большое сетование у Иудеев, и пост, и плач, и вопль; вретище и пепел служили постелью для многих.
И пришли служанки Есфири и евнухи ее и рассказали ей, и сильно встревожилась царица. И послала одежды, чтобы Мардохей надел их и снял с себя вретище свое. Но он не принял.
Тогда позвала Есфирь Гафаха, одного из евнухов царя, которого он приставил к ней, и послала его к Мардохею узнать: что это и отчего это?
И пошел Гафах к Мардохею на городскую площадь, которая пред царскими воротами.
И рассказал ему Мардохей обо всем, что с ним случилось, и об определенном числе серебра, которое обещал Аман отвесить в казну царскую за Иудеев, чтобы истребить их;
и вручил ему список с указа, обнародованного в Сузах, об истреблении их, чтобы показать Есфири и дать ей знать обо всем; притом наказывал ей, чтобы она пошла к царю и молила его о помиловании и просила его за народ свой, [вспомнив дни смирения своего, когда она воспитывалась под рукою моею, потому что Аман, второй по царе, осудил нас на смерть, и чтобы призвала Господа и сказала о нас царю, да избавит нас от смерти].
И пришел Гафах и пересказал Есфири слова Мардохея.
На третий день Есфирь [перестав молиться, сняла одежды сетования и] оделась по-царски,
Однако же скрепился Аман. А когда пришел в дом свой, то послал позвать друзей своих и Зерешь, жену свою.
И рассказывал им Аман о великом богатстве своем и о множестве сыновей своих и обо всем том, как возвеличил его царь и как вознес его над князьями и слугами царскими.
И сказал Аман: да и царица Есфирь никого не позвала с царем на пир, который она приготовила, кроме меня; так и на завтра я зван к ней с царем.
Но всего этого не довольно для меня, доколе я вижу Мардохея Иудеянина сидящим у ворот царских.
И сказала ему Зерешь, жена его, и все друзья его: пусть приготовят дерево вышиною в пятьдесят локтей, и утром скажи царю, чтобы повесили Мардохея на нем, и тогда весело иди на пир с царем. И понравилось это слово Аману, и он приготовил дерево.
[и сделавшись великолепною, призывая всевидца Бога и Спасителя, взяла двух служанок, и на одну опиралась, как бы предавшись неге, а другая следовала за нею, поддерживая одеяние ее.
Она была прекрасна во цвете красоты своей, и лице ее радостно, как бы исполненное любви, но сердце ее было стеснено от страха].
И стала она на внутреннем дворе царского дома, перед домом царя; царь же сидел тогда на царском престоле своем, в царском доме, прямо против входа в дом, [облеченный во все одеяние величия своего, весь в золоте и драгоценных камнях, и был весьма страшен].
[Обратив лице свое, пламеневшее славою, он взглянул с сильным гневом;
*и царица упала духом и изменилась в лице своем от ослабления и склонилась на голову служанки, которая сопровождала ее.
!!Когда царь увидел царицу Есфирь, стоящую на дворе, она нашла милость в глазах его.
И изменил Бог дух царя на кротость, и поспешно встал он с престола своего и принял ее в объятия свои, пока она не пришла в себя. Потом он утешил ее ласковыми словами, сказав ей:
что тебе, Есфирь? Я – брат твой; ободрись, не умрешь, ибо наше владычество общее; подойди.]
И простер царь к Есфири золотой скипетр, который был в руке его, и подошла Есфирь и коснулась конца скипетра,
[и положил царь скипетр на шею ее и поцеловал ее и сказал: говори мне.
И сказала она: я видела в тебе, господин, как бы Ангела Божия, и смутилось сердце мое от страха пред славою твоею, ибо дивен ты, господин, и лице твое исполнено благодати. –
Но во время беседы она упала от ослабления; и царь смутился, и все слуги его утешали ее].
И сказал ей царь: что тебе, царица Есфирь, и какая просьба твоя? Даже до полуцарства будет дано тебе.
И сказала Есфирь: [ныне у меня день праздничный;] если царю благоугодно, пусть придет царь с Аманом сегодня на пир, который я приготовила ему.
И сказал царь: сходите скорее за Аманом, чтобы сделать по слову Есфири. И пришел царь с Аманом на пир, который приготовила Есфирь.
И сказал царь Есфири при питье вина: какое желание твое? оно будет удовлетворено; и какая просьба твоя? хотя бы до полуцарства, она будет исполнена.
И отвечала Есфирь, и сказала: вот мое желание и моя просьба:
если я нашла благоволение в очах царя, и если царю благоугодно удовлетворить желание мое и исполнить просьбу мою, то пусть царь с Аманом придет [еще завтра] на пир, который я приготовлю для них, и завтра я исполню слово царя.
И вышел Аман в тот день веселый и благодушный. Но когда увидел Аман Мардохея у ворот царских, и тот не встал и с места не тронулся пред ним, тогда исполнился Аман гневом на Мардохея.
Копировать текст Копировать ссылку Толкования стиха
Библ. энциклопедия Библейский словарь Словарь библ. образов