Скрыть
1:5
1:7
1:8
1:9
1:11
1:12
1:13
1:17
1:19
1:21
1:22
1:23
1:25
2:2
2:7
2:10
3:2
3:4
3:6
3:10
3:13
3:14
3:15
3:16
3:21
3:22
Церковнославянский (рус)
И бы́сть въ тридеся́тое лѣ́то, въ четве́ртый ме́сяцъ, въ пя́тый де́нь ме́сяца, и а́зъ бы́хъ посредѣ́ плѣне́нiя при­­ рѣцѣ́ Хова́ръ: и от­верзо́шася небеса́, и ви́дѣхъ видѣ́нiя Бо́жiя.
Въ пя́тый де́нь ме́сяца, сiе́ лѣ́то пя́тое плѣне́нiя царя́ Иоаки́ма,
и бы́сть сло́во Госпо́дне ко Иезекі́илю сы́ну вузі́еву, свяще́н­нику, въ земли́ Халде́йстѣй при­­ рѣцѣ́ Хова́ръ. И бы́сть на мнѣ́ рука́ Госпо́дня,
и ви́дѣхъ, и се́, ду́хъ воз­двиза́яйся грядя́ше от­ сѣ́вера, и о́блакъ вели́кiй въ не́мъ, и свѣ́тъ о́крестъ его́, и о́гнь блиста́яйся:
и посредѣ́ его́ я́ко видѣ́нiе иле́ктра посредѣ́ огня́, и свѣ́тъ въ не́мъ: и посредѣ́ я́ко подо́бiе четы́рехъ живо́тныхъ. И сiе́ видѣ́нiе и́хъ, я́ко подо́бiе человѣ́ка въ ни́хъ:
и четы́ри ли́ца еди́ному, и четы́ри кри́ла еди́ному,
и го́лени и́хъ пра́вы, и перна́ты но́ги и́хъ, и и́скры я́ко блиста́ющаяся мѣ́дь, и ле́гка кри́ла и́хъ,
и рука́ человѣ́ча подъ кри́лами и́хъ на четы́рехъ страна́хъ и́хъ:
и ли́ца и́хъ, и кри́ла и́хъ четы́рехъ держа́щаяся дру́гъ дру́га, ли́ца же и́хъ четы́рехъ не обраща́хуся внегда́ ходи́ти и́мъ: ко́­еждо пря́мо лица́ сво­его́ хожда́ху.
И подо́бiе ли́цъ и́хъ, лице́ человѣ́чее и лице́ льво́во одесну́ю четы́ремъ, и лице́ те́лчее ошу́юю четы́ремъ, и лице́ о́рлее четы́ремъ:
[и ли́ца и́хъ] и кри́ла и́хъ просте́рта свы́ше четы́ремъ, ко­ему́ждо два́ сопряже́на дру́гъ ко дру́гу, и два́ покрыва́ху верху́ тѣлесе́ и́хъ, и ко́­еждо пря́мо лицу́ сво­ему́ идя́ше:
идѣ́же а́ще бя́ше ду́хъ ше́­ст­вуяй, идя́ху и не обраща́хуся.
И посредѣ́ живо́тныхъ видѣ́нiе, я́ко у́глiя огня́ горя́щаго, я́ко видѣ́нiе свѣ́щъ сообраща́ющихся посредѣ́ живо́тныхъ, и свѣ́тъ огня́, и от­ огня́ исхожда́­ше я́ко мо́лнiя:
и живо́тная теча́ху и обраща́хуся, я́ко видѣ́нiе везе́ково {блиста́нiя}.
И ви́дѣхъ, и се́, ко́ло еди́но земли́ держа́щееся живо́тныхъ четы́рехъ:
и видѣ́нiе коле́съ и сотворе́нiе и́хъ, я́ко видѣ́нiе Ѳарси́са, и подо́бiе еди́но четы́ремъ: и дѣ́ло и́хъ бя́ше, я́коже а́ще бы бы́ло ко́ло въ колеси́:
на четы́ри страны́ и́хъ ше́­ст­воваху: не обраща́хуся, внегда́ ше́­ст­вовати и́мъ,
ниже́ хребты́ и́хъ, и высота́ бя́ше и́мъ. И ви́дѣхъ та́, и плеща́ и́хъ испо́лнена оче́съ о́крестъ четы́ремъ:
и внегда́ ше́­ст­вовати живо́тнымъ, ше́­ст­воваху и коле́са держа́щеся и́хъ: и внегда́ воз­двиза́тися живо́тнымъ от­ земли́, воз­двиза́хуся и коле́са.
Идѣ́же а́ще бя́ше о́блакъ, та́мо бя́ше и ду́хъ, е́же ше́­ст­вовати: ше́­ст­воваху и живо́тная, и коле́са воз­двиза́хуся съ ни́ми, зане́ ду́хъ жи́зни бя́ше въ колесѣ́хъ.
Внегда́ идя́ху сiя́, идя́ху [и коле́са], и внегда́ стоя́ти и́мъ, стоя́ху [и коле́са съ ни́ми], и егда́ воз­двиза́хуся от­ земли́, воз­двиза́хуся съ ни́ми [и коле́са], я́ко ду́хъ жи́зни бя́ше въ колесѣ́хъ.
И подо́бiе надъ главо́ю живо́тныхъ я́ко тве́рдь, я́ко видѣ́нiе криста́лла, просте́ртое надъ кри́лами и́хъ свы́ше:
и подъ тве́рдiю кри́ла и́хъ просте́рта, паря́ще дру́гъ ко дру́гу, кому́ждо два́ спряже́на, при­­крыва́юще тѣлеса́ и́хъ.
И слы́шахъ гла́съ кри́лъ и́хъ, внегда́ паря́ху, я́ко гла́съ во́дъ мно́гихъ, я́ко гла́съ Бо́га саддаи́: и внегда́ ходи́ти и́мъ, гла́съ сло́ва я́ко гла́съ полка́: и внегда́ стоя́ти и́мъ, почива́ху кри́ла и́хъ.
И се́, гла́съ превы́ше тве́рди су́щiя надъ главо́ю и́хъ: внегда́ стоя́ти и́мъ, низпуска́хуся кри́ла и́хъ.
И надъ тве́рдiю, я́же надъ главо́ю и́хъ, я́ко видѣ́нiе ка́мене сапфи́ра, подо́бiе престо́ла на не́мъ, и на подо́бiи престо́ла подо́бiе я́коже ви́дъ человѣ́чь сверху́.
И ви́дѣхъ я́ко видѣ́нiе иле́ктра, я́ко видѣ́нiе огня́ вну́трь его́ о́крестъ: от­ видѣ́нiя чре́слъ и вы́ше и от­ видѣ́нiя чре́слъ да́же до до́лу ви́дѣхъ видѣ́нiе огня́, и свѣ́тъ его́ о́крестъ:
я́ко видѣ́нiе дуги́, егда́ е́сть на о́блацѣхъ въ де́нь дождя́, та́ко стоя́нiе свѣ́та о́крестъ.
Сiе́ видѣ́нiе подо́бiе сла́вы Госпо́дни. И ви́дѣхъ, и падо́хъ ни́цъ, и слы́шахъ гла́съ глаго́лющаго, и рече́ ко мнѣ́: сы́не человѣ́чь, ста́ни на но́ги твоя́, и воз­глаго́лю тебѣ́.
И прiи́де на мя́ ду́хъ, и взя́ мя́, и воз­дви́же мя́, и поста́ви мя́ на нога́хъ мо­и́хъ, и слы́шахъ его́ глаго́люща ко мнѣ́.
И рече́ [Госпо́дь] ко мнѣ́: сы́не человѣ́чь, послю́ тя а́зъ къ до́му Изра́илеву, огорчева́ющымъ мя́, и́же огорчи́ша мя́: са́ми и отцы́ и́хъ от­верго́шася мене́ до дне́шняго дне́:
и сы́нове жестоколи́чнiи и твердо­серде́чнiи. А́зъ послю́ тя къ тѣ́мъ, и рече́ши къ ни́мъ: та́ко глаго́летъ Адонаи́ Госпо́дь:
а́ще у́бо услы́шатъ, или́ убоя́т­ся, зане́ до́мъ огорчева́яй е́сть, и позна́ютъ, я́ко проро́къ еси́ ты́ посредѣ́ и́хъ.
И ты́, сы́не человѣ́чь, да не убо­и́шися и́хъ, ни ужаса́йся от­ лица́ и́хъ: зане́ разсверѣ́пѣютъ и обы́дутъ тя́ о́крестъ, посредѣ́ бо скорпи́евъ ты́ живе́ши: слове́съ и́хъ не убо́йся и от­ лица́ и́хъ не ужаса́йся, зане́ до́мъ огорчева́яй е́сть:
и воз­глаго́леши словеса́ моя́ къ ни́мъ, а́ще у́бо услы́шатъ, или́ убоя́т­ся, зане́ до́мъ прогнѣ́ваяй е́сть.
И ты́, сы́не человѣ́чь, послу́шай глаго́лющаго къ тебѣ́, не бу́ди огорчева́яй, я́коже до́мъ преогорчева́яй: от­ве́рзи уста́ твоя́ и снѣ́ждь, я́же а́зъ даю́ тебѣ́.
И ви́дѣхъ, и се́, рука́ просте́рта ко мнѣ́, и въ не́й сви́токъ кни́жный:
и разви́ его́ предо мно́ю, и въ то́мъ пи́сана бы́ша пре́дняя и за́дняя: и впи́сано бя́ше въ не́мъ рыда́нiе и жа́лость и го́ре.
И рече́ ко мнѣ́: сы́не человѣ́чь, снѣ́ждь сви́токъ се́й, и иди́ и рцы́ сыно́мъ Изра́илевымъ.
И от­верзо́хъ уста́ моя́, и напита́ мя сви́ткомъ си́мъ
и рече́ ко мнѣ́: сы́не человѣ́чь, уста́ твоя́ снѣдя́тъ, и чре́во твое́ насы́тит­ся сви́тка сего́ да́н­наго тебѣ́. И снѣдо́хъ его́, и бы́сть во устѣ́хъ мо­и́хъ я́ко ме́дъ сла́докъ.
И рече́ ко мнѣ́: сы́не человѣ́чь, иди́ и вни́ди въ до́мъ Изра́илевъ, и глаго́ли словеса́ моя́ къ ни́мъ:
я́ко не къ лю́демъ глубокорѣ́чивымъ и косноязы́чнымъ посыла́емь еси́, къ до́му Изра́илеву,
ниже́ къ лю́демъ мно́гимъ иноязы́чнымъ, инорѣ́чивымъ, ни тя́жкимъ язы́комъ су́щымъ, и́хже не разумѣ́лъ бы еси́ слове́съ: а́ще же и къ тацѣ́мъ посла́лъ бы́хъ тя́, то́ и ті́и послу́шали бы́ша тебе́:
а до́мъ Изра́илевъ не восхо́щетъ послу́шати тебе́, поне́же не хотя́тъ слу́шати мене́, я́ко ве́сь до́мъ Изра́илевъ непокори́ви су́ть и жестокосе́рди:
и се́, да́хъ лице́ твое́ си́льно проти́ву лица́ и́хъ, и прю́ {Евр.: чело́.} твою́ укрѣплю́ проти́ву при­­́ и́хъ:
и бу́детъ, всегда́ крѣпча́е ка́мене да́хъ прю́ твою́: не убо́йся и́хъ, ни ужаса́йся лица́ и́хъ, зане́ до́мъ разгнѣ́ваяй е́сть.
И рече́ ко мнѣ́: сы́не человѣ́чь, вся́ словеса́, я́же глаго́лахъ съ тобо́ю, воз­ми́ въ се́рдце твое́ и уши́ма тво­и́ма послу́шай:
и ше́дъ вни́ди въ плѣ́нъ къ сыно́мъ люді́й тво­и́хъ, и рече́ши къ ни́мъ и воз­глаго́леши къ ни́мъ: та́ко глаго́летъ Адонаи́ Госпо́дь: а́ще у́бо послу́шаютъ и а́ще у́бо повину́т­ся.
И взя́ мя ду́хъ, и слы́шахъ гла́съ за собо́ю тру́са вели́ка, глаго́лющихъ: благослове́на сла́ва Госпо́дня от­ мѣ́ста его́.
И ви́дѣхъ гла́съ кри́лъ живо́тныхъ скриля́ющихся дру́гъ ко дру́гу, и гла́съ коле́съ держа́щься и́хъ, и гла́съ тру́са вели́ка.
И ду́хъ воз­дви́же мя́ и взя́ мя, и по­идо́хъ воз­несе́нъ во устремле́нiи ду́ха мо­его́, и рука́ Госпо́дня бы́сть на мнѣ́ крѣ́пкая.
И внидо́хъ въ плѣ́н­ники воз­несе́нъ, и обыдо́хъ живу́щыя на рѣцѣ́ Хова́ръ, и сѣдо́хъ ту́ се́дмь дні́й, ходя́ посредѣ́ и́хъ.
И бы́сть по седми́хъ дне́хъ сло́во Госпо́дне ко мнѣ́ глаго́ля:
сы́не человѣ́чь, стра́жа да́хъ тя́ до́му Изра́илеву, да слы́шиши сло́во от­ у́стъ мо­и́хъ и воспрети́ши и́мъ от­ мене́.
Внегда́ глаго́лати ми́ беззако́н­нику: сме́ртiю у́мреши: и не воз­вѣсти́ши ему́, ни соглаго́леши, е́же оста́тися беззако́н­нику и обрати́тися от­ пути́ сво­его́, е́же жи́ву бы́ти ему́: беззако́н­никъ то́й въ беззако́нiи сво­е́мъ у́мретъ, кро́ве же его́ от­ руки́ тво­ея́ взыщу́.
И ты́ а́ще воз­вѣсти́ши беззако́н­нику, и не обрати́т­ся от­ беззако́нiя сво­его́ и от­ пути́ сво­его́ [беззако́н­на]: то́й беззако́н­никъ во беззако́нiи сво­е́мъ у́мретъ, а ты́ ду́шу твою́ изба́виши.
И егда́ соврати́т­ся пра́ведникъ от­ пра́вдъ сво­и́хъ и сотвори́тъ согрѣше́нiе: и да́мъ му́ку предъ ни́мъ, то́й у́мретъ, я́ко ты́ не воспрети́лъ еси́ ему́, и во грѣсѣ́хъ сво­и́хъ у́мретъ, зане́ не помяну́т­ся пра́вды его́, я́же сотвори́: кро́ве же его́ от­ руки́ тво­ея́ взыщу́.
Ты́ же а́ще воз­вѣсти́ши пра́ведному, е́же не согрѣши́ти, и то́й не согрѣши́тъ: пра́ведный жи́знiю поживе́тъ, я́ко воспрети́лъ еси́ ему́, и ты́ твою́ ду́шу изба́виши.
И бы́сть на мнѣ́ рука́ Госпо́дня, и рече́ ко мнѣ́: воста́ни и изы́ди на по́ле, и та́мо воз­глаго́лет­ся къ тебѣ́.
И воста́хъ и изыдо́хъ на по́ле: и се́, та́мо сла́ва Госпо́дня стоя́ше, я́коже видѣ́нiе и я́коже сла́ва Госпо́дня, ю́же ви́дѣхъ на рѣцѣ́ Хова́ръ, и падо́хъ на лицы́ мо­е́мъ.
И прiи́де на мя́ ду́хъ и поста́ви мя́ на ногу́ мое́ю: и глаго́ла ко мнѣ́ и рече́ ми́: вни́ди и затвори́ся средѣ́ до́му тво­его́.
И ты́, сы́не человѣ́чь, се́, да́шася на тя́ у́зы, и свя́жутъ тя́ и́ми, и не изы́деши от­ среды́ и́хъ:
и язы́къ тво́й при­­вяжу́ къ горта́ни тво­ему́, и онѣмѣ́еши и не бу́деши и́мъ въ му́жа обличе́нiя, поне́же до́мъ разгнѣ́ваяй е́сть:
и внегда́ глаго́лати ми́ къ тебѣ́, от­ве́рзу уста́ твоя́, и рече́ши къ ни́мъ: сiя́ глаго́летъ Адонаи́ Госпо́дь: слы́шай да слы́шитъ, и не покаря́яйся да не покаря́ет­ся, зане́ до́мъ преогорчева́яй е́сть.
И было в тридцатый год, в четвертый месяц, в пятый день месяца, когда я находился среди переселенцев при реке Ховаре, отверзлись небеса, и я видел видения Божии.
В пятый день месяца (это был пятый год от пленения царя Иоакима),
было слово Господне к Иезекиилю, сыну Вузия, священнику, в земле Халдейской, при реке Ховаре; и была на нем там рука Господня.
И я видел, и вот, бурный ветер шел от севера, великое облако и клубящийся огонь, и сияние вокруг него,
а из средины его как бы свет пламени из средины огня; и из средины его видно было подобие четырех животных, – и таков был вид их: облик их был, как у человека;
и у каждого четыре лица, и у каждого из них четыре крыла;
а ноги их – ноги прямые, и ступни ног их – как ступня ноги у тельца, и сверкали, как блестящая медь, (и крылья их легкие).
И руки человеческие были под крыльями их, на четырех сторонах их;
и лица у них и крылья у них – у всех четырех; крылья их соприкасались одно к другому; во время шествия своего они не оборачивались, а шли каждое по направлению лица своего.
Подобие лиц их – лице человека и лице льва с правой стороны у всех их четырех; а с левой стороны лице тельца у всех четырех и лице орла у всех четырех.
И лица их и крылья их сверху были разделены, но у каждого два крыла соприкасались одно к другому, а два покрывали тела их.
И шли они, каждое в ту сторону, которая пред лицем его; куда дух хотел идти, туда и шли; во время шествия своего не оборачивались.
И вид этих животных был как вид горящих углей, как вид лампад; огонь ходил между животными, и сияние от огня и молния исходила из огня.
И животные быстро двигались туда и сюда, как сверкает молния.
И смотрел я на животных, и вот, на земле подле этих животных по одному колесу перед четырьмя лицами их.
Вид колес и устроение их – как вид топаза, и подобие у всех четырех одно; и по виду их и по устроению их казалось, будто колесо находилось в колесе.
Когда они шли, шли на четыре свои стороны; во время шествия не оборачивались.
А ободья их – высоки и страшны были они; ободья их у всех четырех вокруг полны были глаз.
И когда шли животные, шли и колеса подле них; а когда животные поднимались от земли, тогда поднимались и колеса.
Куда дух хотел идти, туда шли и они; куда бы ни пошел дух, и колеса поднимались наравне с ними, ибо дух животных был в колесах.
Когда шли те, шли и они; и когда те стояли, стояли и они; и когда те поднимались от земли, тогда наравне с ними поднимались и колеса, ибо дух животных был в колесах.
Над головами животных было подобие свода, как вид изумительного кристалла, простертого сверху над головами их.
А под сводом простирались крылья их прямо одно к другому, и у каждого были два крыла, которые покрывали их, у каждого два крыла покрывали тела их.
И когда они шли, я слышал шум крыльев их, как бы шум многих вод, как бы глас Всемогущего, сильный шум, как бы шум в воинском стане; а когда они останавливались, опускали крылья свои.
И голос был со свода, который над головами их; когда они останавливались, тогда опускали крылья свои.
А над сводом, который над головами их, было подобие престола по виду как бы из камня сапфира; а над подобием престола было как бы подобие человека вверху на нем.
И видел я как бы пылающий металл, как бы вид огня внутри него вокруг; от вида чресл его и выше и от вида чресл его и ниже я видел как бы некий огонь, и сияние было вокруг него.
В каком виде бывает радуга на облаках во время дождя, такой вид имело это сияние кругом.
Такое было видение подобия славы Господней. Увидев это, я пал на лице свое, и слышал глас Глаголющего, и Он сказал мне: сын человеческий! стань на ноги твои, и Я буду говорить с тобою.
И когда Он говорил мне, вошел в меня дух и поставил меня на ноги мои, и я слышал Говорящего мне.
И Он сказал мне: сын человеческий! Я посылаю тебя к сынам Израилевым, к людям непокорным, которые возмутились против Меня; они и отцы их изменники предо Мною до сего самого дня.
И эти сыны с огрубелым лицем и с жестоким сердцем; к ним Я посылаю тебя, и ты скажешь им: «так говорит Господь Бог!»
Будут ли они слушать, или не будут, ибо они мятежный дом; но пусть знают, что был пророк среди них.
А ты, сын человеческий, не бойся их и не бойся речей их, если они волчцами и тернами будут для тебя, и ты будешь жить у скорпионов; не бойся речей их и не страшись лица их, ибо они мятежный дом;
и говори им слова Мои, будут ли они слушать, или не будут, ибо они упрямы.
Ты же, сын человеческий, слушай, что Я буду говорить тебе; не будь упрям, как этот мятежный дом; открой уста твои и съешь, что Я дам тебе.
И увидел я, и вот, рука простерта ко мне, и вот, в ней книжный свиток.
И Он развернул его передо мною, и вот, свиток исписан был внутри и снаружи, и написано на нем: «плач, и стон, и горе».
И сказал мне: сын человеческий! съешь, что перед тобою, съешь этот свиток, и иди, говори дому Израилеву.
Тогда я открыл уста мои, и Он дал мне съесть этот свиток;
и сказал мне: сын человеческий! напитай чрево твое и наполни внутренность твою этим свитком, который Я даю тебе; и я съел, и было в устах моих сладко, как мед.
И Он сказал мне: сын человеческий! встань и иди к дому Израилеву, и говори им Моими словами;
ибо не к народу с речью невнятною и с непонятным языком ты посылаешься, но к дому Израилеву,
не к народам многим с невнятною речью и с непонятным языком, которых слов ты не разумел бы; да если бы Я послал тебя и к ним, то они послушались бы тебя;
а дом Израилев не захочет слушать тебя; ибо они не хотят слушать Меня, потому что весь дом Израилев с крепким лбом и жестоким сердцем.
Вот, Я сделал и твое лице крепким против лиц их, и твое чело крепким против их лба.
Как алмаз, который крепче камня, сделал Я чело твое; не бойся их и не страшись перед лицем их, ибо они мятежный дом.
И сказал мне: сын человеческий! все слова Мои, которые буду говорить тебе, прими сердцем твоим и выслушай ушами твоими;
встань и пойди к переселенным, к сынам народа твоего, и говори к ним, и скажи им: «так говорит Господь Бог!» – будут ли они слушать, или не будут.
И поднял меня дух; и я слышал позади себя великий громовой голос: «благословенна слава Господа от места своего!»
и также шум крыльев животных, соприкасающихся одно к другому, и стук колес подле них, и звук сильного грома.
И дух поднял меня, и взял меня. И шел я в огорчении, с встревоженным духом; и рука Господня была крепко на мне.
И пришел я к переселенным в Тел-Авив, живущим при реке Ховаре, и остановился там, где они жили, и провел среди них семь дней в изумлении.
По прошествии же семи дней было ко мне слово Господне:
сын человеческий! Я поставил тебя стражем дому Израилеву, и ты будешь слушать слово из уст Моих, и будешь вразумлять их от Меня.
Когда Я скажу беззаконнику: «смертью умрешь!», а ты не будешь вразумлять его и говорить, чтобы остеречь беззаконника от беззаконного пути его, чтобы он жив был, то беззаконник тот умрет в беззаконии своем, и Я взыщу кровь его от рук твоих.
Но если ты вразумлял беззаконника, а он не обратился от беззакония своего и от беззаконного пути своего, то он умрет в беззаконии своем, а ты спас душу твою.
И если праведник отступит от правды своей и поступит беззаконно, когда Я положу пред ним преткновение, и он умрет, то, если ты не вразумлял его, он умрет за грех свой, и не припомнятся ему праведные дела его, какие делал он; и Я взыщу кровь его от рук твоих.
Если же ты будешь вразумлять праведника, чтобы праведник не согрешил, и он не согрешит, то и он жив будет, потому что был вразумлен, и ты спас душу твою.
И была на мне там рука Господа, и Он сказал мне: встань и выйди в поле, и Я буду говорить там с тобою.
И встал я, и вышел в поле; и вот, там стояла слава Господня, как слава, которую видел я при реке Ховаре; и пал я на лице свое.
И вошел в меня дух, и поставил меня на ноги мои, и Он говорил со мною, и сказал мне: иди и запрись в доме твоем.
И ты, сын человеческий, – вот, возложат на тебя узы, и свяжут тебя ими, и не будешь ходить среди них.
И язык твой Я прилеплю к гортани твоей, и ты онемеешь, и не будешь обличителем их, ибо они мятежный дом.
А когда Я буду говорить с тобою, тогда открою уста твои, и ты будешь говорить им: «так говорит Господь Бог!» Кто хочет слушать, слушай; а кто не хочет слушать, не слушай: ибо они мятежный дом.
Копировать ссылку Копировать текст Добавить в избранное Толкования стиха
Библ. энциклопедия Библейский словарь Словарь библ. образов
Цитата из Библии каждое утро в Telegram.
t.me/azbible