Скрыть
4:7
4:15
И ты́, сы́не человѣ́чь, воз­ми́ себѣ́ пли́нѳу и положи́ ю́ предъ лице́мъ тво­и́мъ, и да напи́шеши на не́й гра́дъ Иерусали́мъ,
и да да́си о́крестъ его́ огражде́нiе, и да согради́ши надъ ни́мъ забра́ла и обложи́ши его́ остро́гомъ, и да поста́виши о́крестъ его́ полки́ и да учини́ши поставле́нiя стрѣ́льницъ о́крестъ:
ты́ же воз­ми́ себѣ́ сковра́ду желѣ́зну, и да положи́ши ю́ въ стѣ́ну желѣ́зну между́ тобо́ю и между́ гра́домъ, и да угото́виши лице́ твое́ на́нь, и бу́детъ въ затво́рѣ, и затвори́ши и́: зна́менiе сiе́ е́сть сыно́мъ Изра́илевымъ.
Ты́ же да спи́ши на лѣ́вѣмъ боку́ тво­е́мъ, и да положи́ши непра́вды до́му Изра́илева на не́мъ, по числу́ дні́й пятьдеся́тъ и сто́, въ ня́же поспи́ши на не́мъ, и во́змеши непра́вды и́хъ.
И а́зъ да́хъ тебѣ́ двѣ́ непра́вды и́хъ въ число́ дні́й, въ де́вятьдесятъ и сто́ дні́й, и во́змеши непра́вды до́му Изра́илева.
И соверши́ши сiя́, и поспи́ши на десны́хъ ре́брѣхъ тво­и́хъ второ́е, и во́змеши непра́вды до́му Иу́дина четы́редесять дні́й, де́нь за еди́но лѣ́то положи́хъ тебѣ́.
И на заключе́нiе Иерусали́ма да угото́ваеши лице́ твое́, и мы́шцу твою́ утверди́ши, и проро́че­с­т­вовати бу́деши на него́.
И се́, а́зъ да́хъ на тя́ у́зы, и не преврати́шися от­ ре́бръ тво­и́хъ на ре́бра твоя́, до́ндеже сконча́ют­ся дні́е заключе́нiя тво­его́.
Ты́ же [сы́не человѣ́чь] воз­ми́ себѣ́ пшени́цу и ячме́нь, и бо́бъ и ля́щу, и про́со и пы́ро, и вложи́ши я́ въ сосу́дъ еди́нъ гли́нянъ: и сотвори́ши я́ себѣ́ въ хлѣ́бы, и по числу́ дні́й, въ ня́же спи́ши на ре́брѣхъ тво­и́хъ, де́вятьдесятъ и сто́ дні́й я́сти бу́деши о́ныя.
Я́дь же твоя́, ю́же я́сти бу́деши, вѣ́сомъ два́десять Си́кль на де́нь, от­ вре́мене до вре́мене снѣ́си сiя́.
И во́ду мѣ́рою пи́ти бу́деши, и шесту́ю ча́сть и́на от­ вре́мене до вре́мене испiе́ши.
И опрѣсно́къ ячме́н­ный снѣ́си я́, въ ла́йнѣ моты́лъ человѣ́чихъ сокры́еши я́ предъ очи́ма и́хъ
и рече́ши: сiя́ глаго́летъ Госпо́дь Бо́гъ Изра́илевъ: та́ко снѣдя́тъ сы́нове Изра́илевы хлѣ́бъ сво́й нечи́стъ во язы́цѣхъ, а́може разсы́плю я́.
И рѣ́хъ: ника́коже, Го́споди Бо́же Изра́илевъ! се́, душа́ моя́ не оскверни́лася въ нечистотѣ́, и мертвечи́ны и звѣроя́дины не ядо́хъ от­ рожде́нiя мо­его́ да́же доны́нѣ, ниже́ вни́де во уста́ моя́ вся́кое мя́со ме́рзко и скверна́во.
И рече́ ко мнѣ́: се́, да́хъ тебѣ́ моты́ла говя́жая вмѣ́сто моты́лъ человѣ́чихъ, и сотвори́ши хлѣ́бы себѣ́ въ ни́хъ.
И рече́ ко мнѣ́: сы́не человѣ́чь, се́, а́зъ сотру́ утвержде́нiе хлѣ́бное во Иерусали́мѣ, и снѣдя́тъ хлѣ́бъ вѣ́сомъ и во оскудѣ́нiи, и во́ду мѣ́рою и въ па́губѣ испiю́тъ,
я́ко да ску́дни бу́дутъ хлѣ́бомъ и водо́ю: и поги́бнетъ человѣ́къ и бра́тъ его́, и иста́ютъ въ непра́вдахъ сво­и́хъ.
Копировать текст Копировать ссылку Толкования стиха
Библ. энциклопедия Библейский словарь Словарь библ. образов