Скрыть
6:1
6:2
6:5
6:6
6:7
6:8
6:10
6:11
6:13
6:14
6:16
6:17
6:18
6:19
6:20
6:21
6:22
6:23
6:24
6:25
6:27
6:28
6:29
6:30
7:2
7:3
7:7
7:10
7:11
7:12
7:13
7:14
7:15
7:16
7:18
7:19
7:21
18:2
18:3
18:4
18:8
18:10
18:12
18:13
18:18
Цр҃ко́внослав
Ѿвѣща́въ же і҆́ѡвъ, речѐ:
а҆́ще бы кто̀ вѣ́сѧ и҆звѣ́силъ гнѣ́въ мо́й, бѡлѣ́зни же моѧ̑ взѧ́лъ бы на мѣ́рило вкꙋ́пѣ,
то̀ песка̀ морска́гѡ тѧжча́йшїи бы́ли бы: но, ꙗ҆́коже мни́тсѧ, словеса̀ моѧ̑ ѕла̑ сꙋ́ть.
Стрѣ́лы бо гдⷭ҇ни въ тѣ́лѣ мое́мъ сꙋ́ть, и҆́хже ꙗ҆́рость и҆спива́етъ кро́вь мою̀: є҆гда̀ начнꙋ̀ глаго́лати, бодꙋ́тъ мѧ̀.
Что́ бо; є҆да̀ вотщѐ возреве́тъ ди́вїй ѻ҆се́лъ, ра́звѣ бра̑шна просѧ̀; и҆лѝ возреве́тъ гла́сомъ во́лъ, въ ꙗ҆́слехъ и҆мѣ́ѧй бра́шно;
Снѣ́стсѧ ли хлѣ́бъ без̾ со́ли; и҆лѝ є҆́сть вкꙋ́съ во тщи́хъ словесѣ́хъ;
Не мо́жетъ бо ᲂу҆тиши́тисѧ дꙋша̀ моѧ̀: смра́дъ бо зрю̀ бра̑шна моѧ̑, ꙗ҆́коже воню̀ льво́вꙋ.
А҆́ще бо да́лъ бы, да прїи́детъ проше́нїе моѐ, и҆ наде́ждꙋ мою̀ да́лъ бы гдⷭ҇ь.
Наче́нъ гдⷭ҇ь да ᲂу҆ѧзвлѧ́етъ мѧ̀, до конца́ же да не ᲂу҆бїе́тъ мѧ̀.
Бꙋ́ди же мѝ гра́дъ гро́бъ, на є҆гѡ́же стѣна́хъ скака́хъ въ не́мъ: не пощажꙋ̀: не солга́хъ бо во словесѣ́хъ ст҃ы́хъ бг҃а моегѡ̀.
Ка́ѧ бо крѣ́пость моѧ̀, ꙗ҆́кѡ терплю̀; и҆лѝ ко́е мѝ вре́мѧ, ꙗ҆́кѡ терпи́тъ моѧ̀ дꙋша̀;
є҆да̀ крѣ́пость ка́менїѧ крѣ́пость моѧ̀; и҆лѝ плѡ́ти моѧ̑ сꙋ́ть мѣ̑дѧны;
и҆лѝ не ᲂу҆пова́хъ на него̀; по́мощь же ѿ менє̀ ѿстꙋпѝ,
ѿрече́сѧ ѿ менє̀ ми́лость, посѣще́нїе же гдⷭ҇не презрѣ́ мѧ.
Не воззрѣ́ша на мѧ̀ бли́жнїи моѝ: ꙗ҆́коже пото́къ ѡ҆скꙋдѣва́ѧй, и҆лѝ ꙗ҆́коже вѡ́лны преидо́ша мѧ̀:
и҆̀же менє̀ боѧ́хꙋсѧ, нн҃ѣ нападо́ша на мѧ̀:
ꙗ҆́коже снѣ́гъ и҆лѝ ле́дъ сме́рзлый, є҆гда̀ и҆ста́етъ теплотѣ̀ бы́вшей, не ктомꙋ̀ познава́етсѧ, что̀ бѣ̀:
та́кѡ и҆ а҆́зъ ѡ҆ста́вленъ є҆́смь ѿ всѣ́хъ, погибо́хъ же и҆ бездо́мокъ бы́хъ:
ви́дите пꙋти̑ ѳема̑нскїѧ, на стєзѝ савѡ̑нскїѧ смотрѧ́щїи,
и҆ стꙋда̀ и҆спо́лнени бꙋ́дꙋтъ на гра́ды и҆ на и҆мѣ̑нїѧ надѣ́ющїисѧ.
Нн҃ѣ же и҆ вы̀ наидо́сте на мѧ̀ неми́лостивнѡ: ᲂу҆̀бо ви́дѣвше мо́й стрꙋ́пъ ᲂу҆бо́йтесѧ.
Что́ бо; є҆да̀ что̀ ᲂу҆ ва́съ проси́хъ, и҆лѝ ва́шеѧ крѣ́пости тре́бꙋю,
да спасе́те мѧ̀ ѿ врагѡ́въ, и҆лѝ и҆з̾ рꙋкѝ си́льныхъ и҆зба́вите мѧ̀;
Наꙋчи́те мѧ̀, а҆́зъ же ᲂу҆молчꙋ̀: а҆́ще что̀ погрѣши́хъ, скажи́те мѝ.
Но, ꙗ҆́коже мни́тсѧ, ѕла̑ (сꙋ́ть) мꙋ́жа и҆́стиннагѡ словеса̀, не ѿ ва́съ бо крѣ́пости прошꙋ̀:
нижѐ ѡ҆бличе́нїе ва́ше словесы̀ мѧ̀ ᲂу҆толи́тъ, ниже́ бо вѣща́нїѧ ва́шегѡ слове́съ стерплю̀.
Ѻ҆ба́че ꙗ҆́кѡ на си́ра напа́даете, наска́чете же на дрꙋ́га ва́шего.
Нн҃ѣ же воззрѣ́въ на ли́ца ва̑ша, не солжꙋ̀.
Сѧ́дите нн҃ѣ, и҆ да не бꙋ́детъ непра́ведно, и҆ па́ки ко пра́ведномꙋ сни́дитесѧ.
И҆́бо нѣ́сть въ ѧ҆зы́цѣ мое́мъ непра́вды, и҆ горта́нь мо́й не ра́зꙋмꙋ ли поꙋча́етсѧ;
Не и҆скꙋше́нїе ли житїѐ человѣ́кꙋ на землѝ, и҆ ꙗ҆́коже нае́мника повседне́внагѡ жи́знь є҆гѡ̀;
и҆лѝ ꙗ҆́коже ра́бъ боѧ́йсѧ гдⷭ҇а своегѡ̀ и҆ ᲂу҆лꙋчи́въ сѣ́нь; и҆лѝ ꙗ҆́коже нае́мникъ жды́й мзды̀ своеѧ̀;
та́кожде и҆ а҆́зъ жда́хъ мцⷭ҇ы тщы̀, нѡ́щи же болѣ́зней даны̀ мѝ сꙋ́ть.
А҆́ще ᲂу҆снꙋ̀, глаго́лю: когда̀ де́нь; є҆гда́ же воста́нꙋ, па́ки: когда̀ ве́черъ; и҆спо́лненъ же быва́ю болѣ́зней ѿ ве́чера до ᲂу҆́тра.
Мѣ́ситсѧ же моѐ тѣ́ло въ гноѝ черве́й, ѡ҆блива́ю же грꙋ́дїе землѝ, гно́й стрꙋжа̀.
Житїе́ же моѐ є҆́сть скорѧ́е бесѣ́ды, поги́бе же во тще́й наде́жди.
Помѧнѝ ᲂу҆̀бо, ꙗ҆́кѡ дꙋ́хъ мо́й живо́тъ, и҆ ктомꙋ̀ не возврати́тсѧ ѻ҆́ко моѐ ви́дѣти блага̑ѧ.
Не ᲂу҆́зритъ менѐ ѻ҆́ко ви́дѧщагѡ мѧ̀: ѻ҆́чи твоѝ на мнѣ̀, и҆ ктомꙋ̀ нѣ́смь,
ꙗ҆́коже ѡ҆́блакъ ѡ҆чище́нъ ѿ небесѐ: а҆́ще бо человѣ́къ сни́детъ во а҆́дъ, ктомꙋ̀ не взы́детъ,
ни возврати́тсѧ во сво́й до́мъ, нижѐ и҆́мать є҆го̀ позна́ти ктомꙋ̀ мѣ́сто є҆гѡ̀.
Оу҆́бѡ нижѐ а҆́зъ пощажꙋ̀ ᲂу҆́стъ мои́хъ, возглаго́лю въ нꙋ́жди сы́й, ѿве́рзꙋ ᲂу҆ста̀ моѧ̑ го́рестїю дꙋшѝ моеѧ̀ сотѣсне́нъ.
Є҆да̀ мо́ре є҆́смь, и҆лѝ ѕмі́й, ꙗ҆́кѡ ᲂу҆чини́лъ є҆сѝ на мѧ̀ хране́нїе;
Реко́хъ, ꙗ҆́кѡ ᲂу҆тѣ́шитъ мѧ̀ ѻ҆́дръ мо́й, произнесꙋ́ же ко мнѣ̀ на є҆ди́нѣ сло́во на ло́жи мое́мъ:
ᲂу҆страша́еши мѧ̀ со́нїѧми и҆ видѣ́нїѧми ᲂу҆жаса́еши мѧ̀:
свободи́ши ѿ дꙋ́ха моегѡ̀ дꙋ́шꙋ мою̀, ѿ сме́рти же кѡ́сти моѧ̑.
Не поживꙋ́ бо во вѣ́къ, да долготерплю̀: ѿстꙋпѝ ѿ менє̀, тще́ бо житїѐ моѐ.
Что́ бо є҆́сть человѣ́къ, ꙗ҆́кѡ возвели́чилъ є҆сѝ є҆го̀; и҆лѝ ꙗ҆́кѡ внима́еши ᲂу҆мо́мъ къ немꙋ̀;
и҆лѝ посѣще́нїе твори́ши є҆мꙋ̀ по всѧ́ко ᲂу҆́тро и҆ въ поко́и сꙋди́ти є҆го̀ и҆́маши;
Доко́лѣ не ѡ҆ста́виши менѐ, нижѐ ѿпꙋска́еши мѧ̀, до́ндеже поглощꙋ̀ сли̑ны моѧ̑ въ болѣ́зни;
А҆́ще а҆́зъ согрѣши́хъ, что̀ тебѣ̀ возмогꙋ̀ содѣ́лати, свѣ́дый ᲂу҆́мъ человѣ́чь; почто́ мѧ є҆сѝ положи́лъ прекосло́вна тебѣ̀, и҆ є҆́смь тебѣ̀ бре́менемъ;
почто̀ нѣ́си сотвори́лъ беззако́нїю моемꙋ̀ забве́нїѧ, и҆ ѡ҆чище́нїѧ грѣха̀ моегѡ̀; нн҃ѣ же въ зе́млю ѿидꙋ̀, ᲂу҆́тренюѧй же нѣ́смь ктомꙋ̀.
Ѿвѣща́въ же валда́дъ саѵхе́йскїй, речѐ:
доко́лѣ не преста́неши; пождѝ, да и҆ мы̀ возглаго́лемъ.
И҆ почто̀ а҆́ки четверонѡ́жнаѧ ᲂу҆молча́хомъ пред̾ тобо́ю;
Пребы́сть тѝ гнѣ́въ. что́ бо; а҆́ще ты̀ ᲂу҆́мреши, не населе́нна ли бꙋ́детъ поднебе́снаѧ; и҆лѝ превратѧ́тсѧ го́ры и҆з̾ ѡ҆снова́нїй;
И҆ свѣ́тъ нечести́выхъ ᲂу҆га́снетъ, и҆ не произы́детъ и҆́хъ пла́мень:
свѣ́тъ є҆гѡ̀ тьма̀ въ жили́щи, свѣти́льникъ же въ не́мъ ᲂу҆га́снетъ:
да ᲂу҆ловѧ́тъ ме́ньшїи и҆мѣ̑нїѧ є҆гѡ̀, погрѣши́тъ же є҆гѡ̀ совѣ́тъ:
вве́ржена же бы́сть нога̀ є҆гѡ̀ въ прꙋ́гло, мре́жею да повїе́тсѧ:
да прїи́дꙋтъ же на́нь прꙋ̑гла, ᲂу҆крѣпи́тъ на́нь жа́ждꙋщихъ:
скры́сѧ въ землѝ ᲂу҆́же є҆гѡ̀, и҆ ꙗ҆́тїе є҆гѡ̀ на стезѝ.
Ѡ҆́крестъ да погꙋбѧ́тъ є҆го̀ болѣ̑зни: мно́зи же ѡ҆́крестъ но́гъ є҆гѡ̀ ѡ҆б̾и́дꙋтъ во гла́дѣ тѣ́снѣмъ:
паде́нїе же є҆мꙋ̀ ᲂу҆гото́вано вели́ко.
Поѧдє́ны же да бꙋ́дꙋтъ плєсны̀ но́гъ є҆гѡ̀, кра̑снаѧ же є҆гѡ̀ да поѧ́стъ сме́рть.
Ѿто́ржено же бꙋ́ди ѿ житїѧ̀ є҆гѡ̀ и҆сцѣле́нїе, да и҆́метъ же є҆го̀ бѣда̀ вино́ю ца́рскою.
Да всели́тсѧ въ хра́минѣ є҆гѡ̀ въ нощѝ є҆гѡ̀, посы̑пана да бꙋ́дꙋтъ лѣ́пѡтнаѧ є҆гѡ̀ жꙋ́пеломъ:
под̾ ни́мъ корє́нїѧ є҆гѡ̀ да и҆зсо́хнꙋтъ, свы́ше же нападе́тъ пожа́тїе є҆гѡ̀.
Па́мѧть є҆гѡ̀ да поги́бнетъ ѿ землѝ, и҆ (не) бꙋ́детъ и҆́мѧ є҆гѡ̀ на лицы̀ внѣ́шнемъ:
да ѿри́нетъ є҆го̀ ѿ свѣ́та во тьмꙋ̀:
не бꙋ́детъ зна́емь въ лю́дехъ є҆гѡ̀, нижѐ спасе́нъ въ поднебе́снѣй до́мъ є҆гѡ̀:
но въ свои́хъ є҆мꙋ̀ поживꙋ́тъ и҆ні́и, над̾ ни́мъ воздохнꙋ́ша послѣ́днїи, пе́рвыхъ же ѡ҆б̾ѧ̀ чꙋ́до.
Сі́и сꙋ́ть до́мове непра́ведныхъ, сїе́ же мѣ́сто невѣ́дꙋщихъ бг҃а.
И отвечал Иов и сказал:
о, если бы верно взвешены были вопли мои, и вместе с ними положили на весы страдание мое!
Оно верно перетянуло бы песок морей! Оттого слова мои неистовы.
Ибо стрелы Вседержителя во мне; яд их пьет дух мой; ужасы Божии ополчились против меня.
Ревет ли дикий осел на траве? мычит ли бык у месива своего?
Едят ли безвкусное без соли, и есть ли вкус в яичном белке?
До чего не хотела коснуться душа моя, то составляет отвратительную пищу мою.
О, когда бы сбылось желание мое и чаяние мое исполнил Бог!
О, если бы благоволил Бог сокрушить меня, простер руку Свою и сразил меня!
Это было бы еще отрадою мне, и я крепился бы в моей беспощадной болезни, ибо я не отвергся изречений Святаго.
Что за сила у меня, чтобы надеяться мне? и какой конец, чтобы длить мне жизнь мою?
Твердость ли камней твердость моя? и медь ли плоть моя?
Есть ли во мне помощь для меня, и есть ли для меня какая опора?
К страждущему должно быть сожаление от друга его, если только он не оставил страха к Вседержителю.
Но братья мои неверны, как поток, как быстро текущие ручьи,
которые черны от льда и в которых скрывается снег.
Когда становится тепло, они умаляются, а во время жары исчезают с мест своих.
Уклоняют они направление путей своих, заходят в пустыню и теряются;
смотрят на них дороги Фемайские, надеются на них пути Савейские,
но остаются пристыженными в своей надежде; приходят туда и от стыда краснеют.
Так и вы теперь ничто: увидели страшное и испугались.
Говорил ли я: дайте мне, или от достатка вашего заплатите за меня;
и избавьте меня от руки врага, и от руки мучителей выкупите меня?
Научи́те меня, и я замолчу; укажите, в чем я погрешил.
Как сильны слова правды! Но что доказывают обличения ваши?
Вы придумываете речи для обличения? На ветер пускаете слова ваши.
Вы нападаете на сироту и роете яму другу вашему.
Но прошу вас, взгляните на меня; буду ли я говорить ложь пред лицем вашим?
Пересмотрите, есть ли неправда? пересмотрите, – правда моя.
Есть ли на языке моем неправда? Неужели гортань моя не может различить горечи?
Не определено ли человеку время на земле, и дни его не то же ли, что дни наемника?
Как раб жаждет тени, и как наемник ждет окончания работы своей,
так я получил в удел месяцы суетные, и ночи горестные отчислены мне.
Когда ложусь, то говорю: «когда-то встану?», а вечер длится, и я ворочаюсь досыта до самого рассвета.
Тело мое одето червями и пыльными струпами; кожа моя лопается и гноится.
Дни мои бегут скорее челнока и кончаются без надежды.
Вспомни, что жизнь моя дуновение, что око мое не возвратится видеть доброе.
Не увидит меня око видевшего меня; очи Твои на меня, – и нет меня.
Редеет облако и уходит; так нисшедший в преисподнюю не выйдет,
не возвратится более в дом свой, и место его не будет уже знать его.
Не буду же я удерживать уст моих; буду говорить в стеснении духа моего; буду жаловаться в горести души моей.
Разве я море или морское чудовище, что Ты поставил надо мною стражу?
Когда подумаю: утешит меня постель моя, унесет горесть мою ложе мое,
ты страшишь меня снами и видениями пугаешь меня;
и душа моя желает лучше прекращения дыхания, лучше смерти, нежели сбережения костей моих.
Опротивела мне жизнь. Не вечно жить мне. Отступи от меня, ибо дни мои суета.
Что такое человек, что Ты столько ценишь его и обращаешь на него внимание Твое,
посещаешь его каждое утро, каждое мгновение испытываешь его?
Доколе же Ты не оставишь, доколе не отойдешь от меня, доколе не дашь мне проглотить слюну мою?
Если я согрешил, то что я сделаю Тебе, страж человеков! Зачем Ты поставил меня противником Себе, так что я стал самому себе в тягость?
И зачем бы не простить мне греха и не снять с меня беззакония моего? ибо, вот, я лягу в прахе; завтра поищешь меня, и меня нет.
И отвечал Вилдад Савхеянин и сказал:
когда же положите вы конец таким речам? обдумайте, и потом будем говорить.
Зачем считаться нам за животных и быть униженными в собственных глазах ваших?
О ты, раздирающий душу твою в гневе твоем! Неужели для тебя опустеть земле, и скале сдвинуться с места своего?
Да, свет у беззаконного потухнет, и не останется искры от огня его.
Померкнет свет в шатре его, и светильник его угаснет над ним.
Сократятся шаги могущества его, и низложит его собственный замысл его,
ибо он попадет в сеть своими ногами и по тенетам ходить будет.
Петля зацепит за ногу его, и грабитель уловит его.
Скрытно разложены по земле силки для него и западни на дороге.
Со всех сторон будут страшить его ужасы и заставят его бросаться туда и сюда.
Истощится от голода сила его, и гибель готова, сбоку у него.
Съест члены тела его, съест члены его первенец смерти.
Изгнана будет из шатра его надежда его, и это низведет его к царю ужасов.
Поселятся в шатре его, потому что он уже не его; жилище его посыпано будет серою.
Снизу подсохнут корни его, и сверху увянут ветви его.
Память о нем исчезнет с земли, и имени его не будет на площади.
Изгонят его из света во тьму и сотрут его с лица земли.
Ни сына его, ни внука не будет в народе его, и никого не останется в жилищах его.
О дне его ужаснутся потомки, и современники будут объяты трепетом.
Таковы жилища беззаконного, и таково место того, кто не знает Бога.
Копировать текст Копировать ссылку Толкования стиха
Библ. энциклопедия Библейский словарь Словарь библ. образов