Скрыть
Церковнославянский (рус)
Сло́во Госпо́дне, и́же бы́сть ко Иои́лю сы́ну Ваѳуи́леву.
Слы́шите сiя́, ста́рцы, и внуши́те, вси́ живу́щiи на земли́: а́ще бы́ша сицева́я во дне́хъ ва́шихъ или́ во дне́хъ оте́цъ ва́шихъ?
О си́хъ ча́домъ сво­и́мъ повѣ́дите, а ча́да ва́ша ча́домъ сво­и́мъ, а ча́да и́хъ ро́ду друго́му:
оста́нокъ гу́сеницъ поядо́ша пру́зи, и оста́нокъ пру́говъ поядо́ша мши́цы, и оста́нокъ мши́цъ поядо́ша си́плеве.
Утрезви́теся, пiя́нiи, от­ вина́ сво­его́ и пла́читеся: рыда́йте, вси́ пiю́щiи вино́ до пiя́н­ства, я́ко отъ­я́ся от­ у́стъ ва́шихъ весе́лiе и ра́дость.
Поне́же язы́къ взы́де на зе́млю мою́ крѣ́покъ и безчи́сленъ: зу́бы его́ [я́коже] зу́бы льво́вы, и члено́вныя его́ я́коже льви́чища:
положи́ виногра́дъ мо́й въ погубле́нiе и смо́квы моя́ въ сломле́нiе: взыску́я объиска́ и́ и све́рже, обѣли́ ло́зiе его́.
Воспла́чися ко мнѣ́ па́че невѣ́сты препоя́саныя во вре́тище по му́жи сво­е́мъ дѣ́в­с­т­вен­нѣмъ.
Изве́ржеся же́ртва и воз­лiя́нiе изъ до́му Госпо́дня: пла́читеся, жерцы́, служа́щiи же́ртвен­нику Госпо́дню,
я́ко опустѣ́ша поля́. пла́чися, земле́, я́ко пострада́ пшени́ца, и и́зсше вино́, ума́лися еле́й,
посрами́шася земледѣ́лателе. пла́читеся, се́ла, по пшени́цѣ и по ячме́ни, я́ко поги́бе объима́нiе от­ ни́вы,
виногра́дъ и́зсше, и смо́квы ума́лишася: ши́пки, и фи́никсъ, и я́блонь, и вся́ древа́ поль­ска́я изсхо́ша, я́ко посрами́ша ра́дость сы́нове человѣ́чи.
Препоя́шитеся и бі́йтеся, жерцы́, пла́читеся, служа́щiи же́ртвен­нику: вни́дите, поспи́те во вре́тищихъ, служа́щiи Бо́гу, я́ко отъ­я́ся от­ до́му Бо́га ва́­шего же́ртва и воз­лiя́нiе:
освяти́те по́стъ, проповѣ́дите цѣльбу́, собери́те старѣ́йшины вся́ живу́щыя на земли́ въ до́мъ Бо́га ва́­шего и воз­зови́те ко Го́споду усе́рдно:
увы́ мнѣ́, увы́ мнѣ́, увы́ мнѣ́ въ де́нь! я́ко бли́зъ е́сть де́нь Госпо́день, и я́ко бѣда́ от­ бѣды́ прiи́детъ:
я́ко предъ очи́ма ва́шима пи́щы взя́шася и от­ до́му Бо́га ва́­шего весе́лiе и ра́дость.
Вскочи́ша ю́ницы у я́слей сво­и́хъ, погибо́ша сокро́вища, раскопа́шася точи́ла, я́ко посше́ пшени́ца.
Что́ положи́мъ себѣ́? воспла́кашася стада́ воло́въ, я́ко не бѣ́ па́жити и́мъ, и па́­ст­вы о́вчыя погибо́ша.
Къ тебѣ́, Го́споди, возопiю́, я́ко о́гнь потреби́ кра́сная пусты́ни, и пла́мень пожже́ вся́ древа́ поль­ска́я,
и ско́ти польсті́и воз­зрѣ́ша къ тебѣ́, я́ко посхо́ша исто́чницы водні́и, и о́гнь пояде́ кра́сная пусты́ни.
Синодальный
Слово Господне, которое было к Иоилю, сыну Вафуила.
Слушайте это, старцы, и внимайте, все жители земли сей: бывало ли такое во дни ваши, или во дни отцов ваших?
Передайте об этом детям вашим; а дети ваши пусть скажут своим детям, а их дети следующему роду:
оставшееся от гусеницы ела саранча, оставшееся от саранчи ели черви, а оставшееся от червей доели жуки.
Пробудитесь, пьяницы, и плачьте и рыдайте, все пьющие вино, о виноградном соке, ибо он отнят от уст ваших!
Ибо пришел на землю Мою народ сильный и бесчисленный; зубы у него – зубы львиные, и челюсти у него – как у львицы.
Опустошил он виноградную лозу Мою, и смоковницу Мою обломал, ободрал ее догола, и бросил; сделались белыми ветви ее.
Рыдай, как молодая жена, препоясавшись вретищем, о муже юности своей!
Прекратилось хлебное приношение и возлияние в доме Господнем; плачут священники, служители Господни.
Опустошено поле, сетует земля; ибо истреблен хлеб, высох виноградный сок, завяла маслина.
Краснейте от стыда, земледельцы, рыдайте, виноградари, о пшенице и ячмене, потому что погибла жатва в поле,
засохла виноградная лоза и смоковница завяла; гранатовое дерево, пальма и яблоня, все дерева в поле посохли; потому и веселье у сынов человеческих исчезло.
Препояшьтесь вретищем и плачьте, священники! рыдайте, служители алтаря! войдите, ночуйте во вретищах, служители Бога моего! ибо не стало в доме Бога вашего хлебного приношения и возлияния.
Назначьте пост, объявите торжественное собрание, созовите старцев и всех жителей страны сей в дом Господа Бога вашего, и взывайте к Господу.
О, какой день! ибо день Господень близок; как опустошение от Всемогущего придет он.
Не пред нашими ли глазами отнимается пища, от дома Бога нашего – веселье и радость?
Истлели зерна под глыбами своими, опустели житницы, разрушены кладовые, ибо не стало хлеба.
Как стонет скот! уныло ходят стада волов, ибо нет для них пажити; томятся и стада овец.
К Тебе, Господи, взываю; ибо огонь пожрал злачные пастбища пустыни, и пламя попалило все дерева в поле.
Даже и животные на поле взывают к Тебе, потому что иссохли потоки вод, и огонь истребил пастбища пустыни.
Греческий
λόγος κυρίου ὃς ἐγενήθη προ­̀ς Ιωηλ τὸν τοῦ Βαθουηλ
ἀκούσατε δὴ ταῦτα οἱ πρεσβύτεροι καὶ ἐνωτίσασθε πάν­τες οἱ κατοικοῦν­τες τὴν γῆν εἰ γέγονεν τοιαῦτα ἐν ταῖς ἡμέραις ὑμῶν ἢ ἐν ταῖς ἡμέραις τῶν πατέρων ὑμῶν
ὑπὲρ αὐτῶν τοῖς τέκνοις ὑμῶν διηγήσασθε καὶ τὰ τέκνα ὑμῶν τοῖς τέκνοις αὐτῶν καὶ τὰ τέκνα αὐτῶν εἰς γενεὰν ἑτέραν
τὰ κατα­́λοιπα τῆς κάμπης κατέφαγεν ἡ ἀκρίς καὶ τὰ κατα­́λοιπα τῆς ἀκρίδος κατέφαγεν ὁ βροῦχος καὶ τὰ κατα­́λοιπα τοῦ βρούχου κατέφαγεν ἡ ἐρυσίβη
ἐκνήψατε οἱ μεθύον­τες ἐξ οἴνου αὐτῶν καὶ κλαύσατε θρηνήσατε πάν­τες οἱ πίνον­τες οἶνον εἰς μέθην ὅτι ἐξῆρται ἐκ στόμα­τος ὑμῶν εὐφροσύνη καὶ χαρά
ὅτι ἔθνος ἀνέβη ἐπι­̀ τὴν γῆν μου ἰσχυρὸν καὶ ἀναρίθμητον οἱ ὀδόν­τες αὐτοῦ ὀδόν­τες λέον­τος καὶ αἱ μύλαι αὐτοῦ σκύμνου
ἔθετο τὴν ἄμπελόν μου εἰς ἀφανισμὸν καὶ τὰς συκᾶς μου εἰς συγκλασμόν ἐρευνῶν ἐξηρεύ­νησεν αὐτὴν καὶ ἔρριψεν ἐλεύ­κανεν κλήματα αὐτῆς
θρήνησον προ­́ς με ὑπὲρ νύμφην περιεζωσμένην σάκκον ἐπι­̀ τὸν ἄνδρα αὐτῆς τὸν παρθενικόν
ἐξῆρται θυσία καὶ σπονδὴ ἐξ οἴκου κυρίου πενθεῖτε οἱ ἱερεῖς οἱ λειτουργοῦν­τες θυσιαστηρίῳ
ὅτι τεταλαιπώρηκεν τὰ πεδία πενθείτω ἡ γῆ ὅτι τεταλαιπώρηκεν σῖτος ἐξηράνθη οἶνος ὠλιγώθη ἔλαιον
ἐξηράνθησαν οἱ γεωργοί θρηνεῖτε κτήματα ὑπὲρ πυροῦ καὶ κριθῆς ὅτι ἀπό­λωλεν τρυγητὸς ἐξ ἀγροῦ
ἡ ἄμπελος ἐξηράνθη καὶ αἱ συκαῖ ὠλιγώθησαν ῥόα καὶ φοῖνιξ καὶ μῆλον καὶ πάν­τα τὰ ξύλα τοῦ ἀγροῦ ἐξηράνθησαν ὅτι ᾔσχυναν χαρὰν οἱ υἱοὶ τῶν ἀνθρώπων
περιζώσασθε καὶ κόπτεσθε οἱ ἱερεῖς θρηνεῖτε οἱ λειτουργοῦν­τες θυσιαστηρίῳ εἰσέλθατε ὑπνώσατε ἐν σάκκοις λειτουργοῦν­τες θεῷ ὅτι ἀπέσχηκεν ἐξ οἴκου θεοῦ ὑμῶν θυσία καὶ σπονδή
ἁγιάσατε νηστείαν κηρύξατε θεραπείαν συν­αγάγετε πρεσβυτέρους πάν­τας κατοικοῦν­τας γῆν εἰς οἶκον θεοῦ ὑμῶν καὶ κεκράξατε προ­̀ς κύριον ἐκτενῶς
οἴμμοι οἴμμοι οἴμμοι εἰς ἡμέραν ὅτι ἐγγὺς ἡμέρα κυρίου καὶ ὡς ταλαιπωρία ἐκ ταλαιπωρίας ἥξει
κατέναν­τι τῶν ὀφθαλμῶν ὑμῶν βρώματα ἐξωλεθρεύ­θη ἐξ οἴκου θεοῦ ὑμῶν εὐφροσύνη καὶ χαρά
ἐσκίρτησαν δαμάλεις ἐπι­̀ ταῖς φάτναις αὐτῶν ἠφανίσθησαν θησαυροί κατεσκάφησαν ληνοί ὅτι ἐξηράνθη σῖτος
τί ἀπο­θήσομεν ἑαυτοῖς ἔκλαυσαν βουκόλια βοῶν ὅτι οὐχ ὑπῆρχεν νομὴ αὐτοῖς καὶ τὰ ποίμνια τῶν προ­βάτων ἠφανίσθησαν
προ­̀ς σέ κύριε βοήσομαι ὅτι πῦρ ἀνήλωσεν τὰ ὡραῖα τῆς ἐρήμου καὶ φλὸξ ἀνῆψεν πάν­τα τὰ ξύλα τοῦ ἀγροῦ
καὶ τὰ κτήνη τοῦ πεδίου ἀνέβλεψαν προ­̀ς σέ ὅτι ἐξηράνθησαν ἀφέσεις ὑδάτων καὶ πῦρ κατέφαγεν τὰ ὡραῖα τῆς ἐρήμου
La parole de l'Éternel qui fut adressée à Joël, fils de Pethuel.
Écoutez ceci, vieillards! Prêtez l'oreille, vous tous, habitants du pays! Rien de pareil est-il arrivé de votre temps, Ou du temps de vos pères?
Racontez-le à vos enfants, Et que vos enfants le racontent à leurs enfants, Et leurs enfants à la génération qui suivra!
Ce qu'a laissé le gazam, la sauterelle l'a dévoré; Ce qu'a laissé la sauterelle, le jélek l'a dévoré; Ce qu'a laissé le jélek, le hasil l'a dévoré.
Réveillez-vous, ivrognes, et pleurez! Vous tous, buveurs de vin, gémissez, Parce que le moût vous est enlevé de la bouche!
Car un peuple est venu fondre sur mon pays, Puissant et innombrable. Il a les dents d'un lion, Les mâchoires d'une lionne.
Il a dévasté ma vigne; Il a mis en morceaux mon figuier, Il l'a dépouillé, abattu; Les rameaux de la vigne ont blanchi.
Lamente-toi, comme la vierge qui se revêt d'un sac Pour pleurer l'ami de sa jeunesse!
Offrandes et libations disparaissent de la maison de l'Éternel; Les sacrificateurs, serviteurs de l'Éternel, sont dans le deuil.
Les champs sont ravagés, La terre est attristée; Car les blés sont détruits, Le moût est tari, l'huile est desséchée.
Les laboureurs sont consternés, les vignerons gémissent, A cause du froment et de l'orge, Parce que la moisson des champs est perdue.
La vigne est confuse, Le figuier languissant; Le grenadier, le palmier, le pommier, Tous les arbres des champs sont flétris... La joie a cessé parmi les fils de l'homme!
Sacrificateurs, ceignez-vous et pleurez! Lamentez-vous, serviteurs de l'autel! Venez, passez la nuit revêtus de sacs, Serviteurs de mon Dieu! Car offrandes et libations ont disparu de la maison de votre Dieu.
Publiez un jeûne, une convocation solennelle! Assemblez les vieillards, tous les habitants du pays, Dans la maison de l'Éternel, votre Dieu, Et criez à l'Éternel!
Ah! quel jour! Car le jour de l'Éternel est proche: Il vient comme un ravage du Tout Puissant.
La nourriture n'est-elle pas enlevée sous nos yeux? La joie et l'allégresse n'ont-elles pas disparu de la maison de notre Dieu?
Les semences ont séché sous les mottes; Les greniers sont vides, Les magasins sont en ruines, Car il n'y a point de blé.
Comme les bêtes gémissent! Les troupeaux de boeufs sont consternés, Parce qu'ils sont sans pâturage; Et même les troupeaux de brebis sont en souffrance.
C'est vers toi que je crie, ô Éternel! Car le feu a dévoré les plaines du désert, Et la flamme a brûlé tous les arbres des champs.
Les bêtes des champs crient aussi vers toi; Car les torrents sont à sec, Et le feu a dévoré les plaines du désert.
Копировать текст Копировать ссылку Толкования стиха

Настройки