Скрыть
3:18
3:22
3:23
3:25
3:26
Церковнославянский (рус)
И сiя́ язы́ки, я́же оста́ви Госпо́дь, да иску́ситъ и́ми Изра́иля, вся́ невѣ́дущыя бра́ней Ханаа́нскихъ,
то́кмо ра́ди родо́въ сыно́въ Изра́илевыхъ, е́же научи́ти я́ бра́ни, оба́че и́же пре́жде и́хъ не увѣ́даша и́хъ:
пя́ть во­ево́д­ст­въ иноплеме́н­ническихъ, и всего́ Ханане́а и Сидо́нiя, и Еве́а живу́щаго въ Лива́нѣ от­ горы́ Ваа́лъ-ермо́нъ до Лавоема́ѳа.
И бы́сть да иску́ситъ и́ми Изра́иля, да увѣ́сть, а́ще послу́шаютъ за́повѣдiй Госпо́днихъ, я́же заповѣ́да отце́мъ и́хъ руко́ю Моисе́овою.
И сы́нове Изра́илевы обита́ша посредѣ́ Ханане́а и Хетте́а, и Аморре́а и Ферезе́а, и Еве́а и Гергесе́а и Иевусе́а,
и поя́ша дще́ри и́хъ себѣ́ въ жены́, и дще́ри своя́ да́ша сыно́мъ и́хъ, и послужи́ша бого́мъ и́хъ.
И сотвори́ша сы́нове Изра́илевы зло́е предъ Го́сподемъ и забы́ша Го́спода Бо́га сво­его́, и послужи́ша Ваа́лу и дубра́вамъ.
И разгнѣ́вася я́ростiю Госпо́дь на Изра́иля и предаде́ и́хъ въ ру́ки хусарсаѳе́ма царя́ Месо­пота́мiи Си́рскiя: и рабо́таша сы́нове Изра́илевы хусарсаѳе́му лѣ́тъ о́смь.
И возопи́ша сы́нове Изра́илевы ко Го́споду. И воз­ста́ви Госпо́дь спаси́теля Изра́илю, и спасе́ и́хъ, Гоѳонiи́ла, сы́на Кене́за бра́та хале́вова юнѣ́йшаго его́.
И бы́сть на не́мъ Ду́хъ Госпо́день, и суди́ Изра́иля. И изы́де на ра́ть къ хусарсаѳе́му: и предаде́ Госпо́дь въ ру́цѣ его́ хусарсаѳе́ма царя́ Си́рска, и укрѣпи́ся рука́ его́ надъ хусарсаѳе́момъ.
И бы́сть въ поко́и земля́ четы́редесять лѣ́тъ. И у́мре Гоѳонiи́лъ сы́нъ Кене́зовъ.
И при­­ложи́ша сы́нове Изра́илевы сотвори́ти зло́е предъ Го́сподемъ: и укрѣпи́ Госпо́дь егло́ма царя́ Моа́вля на Изра́иля, зане́же сотвори́ша зло́е предъ Го́сподемъ.
И собра́ къ себѣ́ вся́ сы́ны Аммо́ни и Амали́ковы: и и́де, и порази́ Изра́иля, и взя́ гра́дъ фи́ническъ.
И рабо́таша сы́нове Изра́илевы егло́му царю́ Моа́влю лѣ́тъ осмь­на́­де­сять.
И возопи́ша сы́нове Изра́илевы ко Го́споду: и воз­ста́ви и́мъ Госпо́дь спаси́теля, Ао́да сы́на Гира́ня, сы́на Иемені́ина, му́жа ободеснору́чна: и посла́ша сы́нове Изра́илевы да́ры руко́ю его́ егло́му царю́ Моа́влю.
И сотвори́ себѣ́ Ао́дъ но́жъ обоюдуо́стръ, на пя́дь еди́ну долгота́ его́, и при­­поя́са его́ подъ ри́зу по бедрѣ́ деснѣ́й сво­е́й.
И и́де, и при­­несе́ да́ры егло́му царю́ Моа́влю: егло́мъ же му́жъ добротѣле́сенъ бѣ́ зѣло́.
И бы́сть егда́ сконча́ Ао́дъ при­­нося́ да́ры, и от­сла́ нося́щихъ да́ры:
и егло́мъ обрати́ся от­ и́долъ и́же въ Галга́лѣхъ. И рече́ Ао́дъ: сло́во мнѣ́ е́сть къ тебѣ́ та́йно, царю́. И рече́ егло́мъ къ нему́: молчи́. И от­сла́ от­ себе́ всѣ́хъ предстоя́щихъ предъ ни́мъ.
И Ао́дъ вни́де къ нему́. Се́й же сѣдя́ше въ го́рницѣ лѣ́тнѣй сво­е́й еди́нъ. И рече́ Ао́дъ: сло́во Бо́жiе мнѣ́ къ тебѣ́, царю́. И воста́ егло́мъ со престо́ла бли́зъ его́.
И бы́сть егда́ воста́, и простре́ Ао́дъ ру́ку лѣ́вую свою́, и извлече́ но́жъ, и́же надъ стегно́мъ его́ десны́мъ, и вонзе́ во чре́во егло́мово:
и вти́сне и рукоя́ть за о́стрiемъ, и заключи́ ту́къ за о́стрiемъ, я́ко не извлече́ ножа́ изъ чре́ва его́, [и изы́де лайно́].
И изы́де Ао́дъ въ при­­тво́ръ, и про́йде стрегу́щихъ, и затвори́ две́ри го́рницы за собо́ю и заключи́,
и са́мъ изы́де. И раби́ его́ прiидо́ша и узрѣ́ша, и се́, две́ри го́рницы заключе́ны, и рѣ́ша: еда́ у потре́бы сѣди́тъ во от­луче́нiи ло́жа?
И прежда́ша до́ндеже посрами́шася: и се́, не бы́сть от­верза́яй две́ри го́рницы. И взя́ша клю́чь, и от­верзо́ша: и се́, господи́нъ и́хъ лежи́тъ на земли́ ме́ртвъ.
И Ао́дъ спасе́ся внегда́ смуща́хуся, и не бѣ́ помышля́ющаго о не́мъ: а о́нъ пре́йде и́долы, и спасе́ся въ сетиро́ѳѣ.
И бы́сть егда́ прiи́де Ао́дъ въ зе́млю Изра́илеву, и воструби́ ро́гомъ въ горѣ́ Ефре́мли: и снидо́ша съ ни́мъ съ горы́ сы́нове Изра́илевы, и то́й предъ ни́ми.
И рече́ къ ни́мъ: иди́те вслѣ́дъ мене́, я́ко предаде́ Госпо́дь Бо́гъ враги́ на́шя Моа́вляны въ ру́ки на́шя. И идо́ша вслѣ́дъ его́, и предвзя́ша прехо́ды Иорда́на Моа́вля, и ни еди́ному му́жу попусти́ша преити́.
И изби́ша Моа́ва въ то́ вре́мя я́ко де́сять ты́сящъ муже́й, вся́ во́ины, и́же въ ни́хъ, и вся́каго му́жа си́льна: и ни еди́нъ му́жъ спасе́ся.
И премѣни́ся Моа́въ въ то́й де́нь подъ ру́ку Изра́илеву, и бы́сть въ поко́и земля́ о́смьдесятъ лѣ́тъ: и суди́ и́хъ Ао́дъ до́ндеже у́мре.
И по не́мъ воста́ самега́ръ сы́нъ ана́ѳовъ: и изби́ иноплеме́н­никовъ ше́сть со́тъ муже́й ра́ломъ воло́вымъ: и спасе́ и се́й Изра́иля.
Синодальный
Вот те народы, которых оставил Господь, чтобы искушать ими Израильтян, всех, которые не знали о всех войнах Ханаанских, –
для того только, чтобы знали и учились войне последующие роды сынов Израилевых, которые прежде не знали ее:
пять владельцев Филистимских, все Хананеи, Сидоняне и Евеи, живущие на горе Ливане, от горы Ваал-Ермона до входа в Емаф.
Они были оставлены, чтобы искушать ими Израильтян и узнать, повинуются ли они заповедям Господним, которые Он заповедал отцам их чрез Моисея.
И жили сыны Израилевы среди Хананеев, Хеттеев, Аморреев, Ферезеев, Евеев, [Гергесеев] и Иевусеев,
и брали дочерей их себе в жены, и своих дочерей отдавали за сыновей их, и служили богам их.
И сделали сыны Израилевы злое пред очами Господа, и забыли Господа Бога своего, и служили Ваалам и Астартам.
И воспылал гнев Господень на Израиля, и предал их в руки Хусарсафема, царя Месопотамского, и служили сыны Израилевы Хусарсафему восемь лет.
Тогда возопили сыны Израилевы к Господу, и воздвигнул Господь спасителя сынам Израилевым, который спас их, Гофониила, сына Кеназа, младшего брата Халевова.
На нем был Дух Господень, и был он судьею Израиля. Он вышел на войну [против Хусарсафема], и предал Господь в руки его Хусарсафема, царя Месопотамского, и преодолела рука его Хусарсафема.
И покоилась земля сорок лет. И умер Гофониил, сын Кеназа.
Сыны Израилевы опять стали делать злое пред очами Господа, и укрепил Господь Еглона, царя Моавитского, против Израильтян, за то, что они делали злое пред очами Господа.
Он собрал к себе [всех] Аммонитян и Амаликитян, и пошел и поразил Израиля, и овладели они городом Пальм.
И служили сыны Израилевы Еглону, царю Моавитскому, восемнадцать лет.
Тогда возопили сыны Израилевы к Господу, и Господь воздвигнул им спасителя Аода, сына Геры, сына Иеминиева, который был левша. И послали сыны Израилевы с ним дары Еглону, царю Моавитскому.
Аод сделал себе меч с двумя остриями, длиною в локоть, и припоясал его под плащом своим к правому бедру,
[и пришел,] и поднес дары Еглону, царю Моавитскому; Еглон же был человек очень тучный.
Когда поднес Аод все дары и проводил людей, принесших дары,
то сам возвратился от истуканов, которые в Галгале, и сказал: у меня есть тайное слово до тебя, царь. Он сказал: тише! И вышли от него все стоявшие при нем.
Аод вошел к нему: он сидел в прохладной горнице, которая была у него отдельно. И сказал Аод: у меня есть до тебя, [царь,] слово Божие. [Еглон] встал со стула [пред ним].
[Когда он встал,] Аод простер левую руку свою и взял меч с правого бедра своего и вонзил его в чрево его,
так что вошла за острием и рукоять, и тук закрыл острие, ибо Аод не вынул меча из чрева его, и он прошел в задние части.
И вышел Аод в преддверие, и затворил за собою двери горницы, и замкнул.
Когда он вышел, рабы Еглона пришли и видят, вот, двери горницы замкнуты, и говорят: верно он для нужды в прохладной комнате.
Ждали довольно долго, но видя, что никто не отпирает дверей горницы, взяли ключ и отперли, и вот, господин их лежит на земле мертвый.
Пока они недоумевали, Аод между тем ушел, [и никто о нем не думал,] прошел мимо истуканов и спасся в Сеираф.
Придя же [в землю Израилеву, Аод] вострубил трубою на горе Ефремовой, и сошли с ним сыны Израилевы с горы, и он шел впереди их.
И сказал им: идите за мною, ибо предал Господь [Бог] врагов ваших Моавитян в руки ваши. И пошли за ним, и перехватили переправу через Иордан к Моаву, и не давали никому переходить.
И побили в то время Моавитян около десяти тысяч человек, всё здоровых и сильных, и никто не убежал.
Так смирились в тот день Моавитяне пред Израилем, и покоилась земля восемьдесят лет. [И был Аод судьею их до самой смерти.]
После него был Самегар, сын Анафов, который шестьсот человек Филистимлян побил воловьим рожном; и он также спас Израиля.
РБО 2011
Вот народы, которые Господь оставил в этой стране, чтобы испытать израильтян, не участвовавших в завоевании Ханаáна.
(Лишь затем, чтобы научить военному делу те поколения израильтян, которые не участвовали в завоевании.)
Это пять филисти́мских княжеств, а также все те ханаанеи, сидóняне и хивве́и, что живут на Ливанских горах, от горы Бáал–Хермóн до Левó-Хамáта.
Эти народы нужны были, чтобы испытать Израиль: будут ли израильтяне соблюдать повеления, которые Господь дал их предкам через Моисея?
Живя среди ханаанеев, хеттов, амореев, периззеев, хиввеев и евусеев,
сыны Израилевы брали их дочерей себе в жены, а своих дочерей выдавали замуж за них — и стали служить их богам.
Начали израильтяне творить дела, ненавистные Господу, — забыли Господа, своего Бога, служили Ваалам и Ашерáм.
И Господь разгневался на них. Он отдал их в руки Кушáн–Ришатáима, царя Арáм–Нахарáима. Восемь лет израильтяне были под властью Кушан–Ришатаима.
Потом они воззвали к Господу, и Господь послал им избавителя, который их спас, — это был Отниэ́л, потомок Кенáза, младший брат Кале́ва.
Сошел на Отниэла дух Господа, и Отниэл стал вождем Израиля. Он выступил в поход, и Господь отдал в его руки Кушан–Ришатаима, царя Арáма. Отниэл победил Кушан–Ришатаима,
и на сорок лет в стране воцарился покой. Затем Отниэл, потомок Кеназа, умер.
Израильтяне снова стали творить дела, ненавистные Господу, — и за то, что они творили такие дела, Господь дал Эглóну, царю Моáва, одолеть Израиль.
Призвав на подмогу аммонитя́н и амалекитя́н, Эглон пошел на израильтян войной и, разбив их, овладел Городом Пальм.
Восемнадцать лет израильтяне были под властью Эглона, царя Моава,
а потом воззвали к Господу, и Господь послал им избавителя — это был Эхýд, сын Геры, из племени Вениами́на. У Эхуда была увечная правая рука. Израильтяне отправили его с данью к Эглону, царю Моава.
Эхуд сделал себе обоюдоострый кинжал длиной в один гóмед , спрятал на правом бедре под одеждой —
и явился к Эглону, царю Моава, с данью. Эглон был очень толст.
Эхуд преподнес ему дань. Потом он отпустил своих людей, которые эту дань принесли,
а сам, повернув назад у гилгальских истуканов , снова пришел к Эглону и сказал: «Царь, у меня к тебе тайное поручение». — «Тихо!» — сказал Эглон. Все его приближенные вышли.
Эхуд поднялся в собственные покои Эглона, в его комнату на втором этаже, и сказал: «У меня к тебе поручение от Бога!» Эглон встал.
Тогда Эхуд левой рукой выхватил кинжал, что был спрятан у него на правом боку, и вонзил Эглону в живот —
вогнал вместе с рукояткой! Клинок целиком ушел в жир. Эхуд не стал вытаскивать кинжал. Он выбрался через лаз —
выбрался через боковой ход — а дверь комнаты закрыл и запер.
Как только Эхуд ушел, вернулись приближенные Эглона. Увидев, что дверь заперта, они решили, что их владыка справляет нужду у себя в комнате.
Долго ждали они, но царь не открывал. Тогда они принесли ключ, отперли и увидели: их владыка лежит на полу, мертвый.
А Эхуд, пока они мешкали, успел скрыться — он миновал гилгальских истуканов и бежал в Сеирý.
Придя в горы Ефрема, Эхуд протрубил в рог — и спустился с гор уже во главе войска израильтян.
«Скорее за мной! — говорил Эхуд. — Господь отдал ваших врагов, моавитян, вам в руки!» Израильтяне во главе с Эхудом спустились с гор и преградили моавитянам путь, захватив броды через Иордáн, — и никому из врагов не удалось уйти на ту сторону.
Они перебили тогда десять тысяч моавитян — людей дородных, настоящих воинов! Ни один не спасся!
В тот день израильтяне взяли верх над Моавом. На восемьдесят лет в стране воцарился покой.
После Эхуда был Шамгáр, сын Анáт. Простым рожном, каким погоняют волов, он перебил шестьсот филисти́млян. Он тоже был избавителем Израиля.
Voici les nations que l'Éternel laissa pour éprouver par elles Israël, tous ceux qui n'avaient pas connu toutes les guerres de Canaan.
Il voulait seulement que les générations des enfants d'Israël connussent et apprissent la guerre, ceux qui ne l'avaient pas connue auparavant.
Ces nations étaient: les cinq princes des Philistins, tous les Cananéens, les Sidoniens, et les Héviens qui habitaient la montagne du Liban, depuis la montagne de Baal Hermon jusqu'à l'entrée de Hamath.
Ces nations servirent à mettre Israël à l'épreuve, afin que l'Éternel sût s'ils obéiraient aux commandements qu'il avait prescrits à leurs pères par Moïse.
Et les enfants d'Israël habitèrent au milieu des Cananéens, des Héthiens, des Amoréens, des Phéréziens, des Héviens et des Jébusiens;
ils prirent leurs filles pour femmes, ils donnèrent à leurs fils leurs propres filles, et ils servirent leurs dieux.
Les enfants d'Israël firent ce qui déplaît à l'Éternel, ils oublièrent l'Éternel, et ils servirent les Baals et les idoles.
La colère de l'Éternel s'enflamma contre Israël, et il les vendit entre les mains de Cuschan Rischeathaïm, roi de Mésopotamie. Et les enfants d'Israël furent asservis huit ans à Cuschan Rischeathaïm.
Les enfants d'Israël crièrent à l'Éternel, et l'Éternel leur suscita un libérateur qui les délivra, Othniel, fils de Kenaz, frère cadet de Caleb.
L'esprit de l'Éternel fut sur lui. Il devint juge en Israël, et il partit pour la guerre. L'Éternel livra entre ses mains Cuschan Rischeathaïm, roi de Mésopotamie, et sa main fut puissante contre Cuschan Rischeathaïm.
Le pays fut en repos pendant quarante ans. Et Othniel, fils de Kenaz, mourut.
Les enfants d'Israël firent encore ce qui déplaît à l'Éternel; et l'Éternel fortifia Églon, roi de Moab, contre Israël, parce qu'ils avaient fait ce qui déplaît à l'Éternel.
Églon réunit à lui les fils d'Ammon et les Amalécites, et il se mit en marche. Il battit Israël, et ils s'emparèrent de la ville des palmiers.
Et les enfants d'Israël furent asservis dix-huit ans à Églon, roi de Moab.
Les enfants d'Israël crièrent à l'Éternel, et l'Éternel leur suscita un libérateur, Éhud, fils de Guéra, Benjamite, qui ne se servait pas de la main droite. Les enfants d'Israël envoyèrent par lui un présent à Églon, roi de Moab.
Éhud se fit une épée à deux tranchants, longue d'une coudée, et il la ceignit sous ses vêtements, au côté droit.
Il offrit le présent à Églon, roi de Moab: or Églon était un homme très gras.
Lorsqu'il eut achevé d'offrir le présent, il renvoya les gens qui l'avaient apporté.
Il revint lui-même depuis les carrières près de Guilgal, et il dit: O roi! j'ai quelque chose de secret à te dire. Le roi dit: Silence! Et tous ceux qui étaient auprès de lui sortirent.
Éhud l'aborda comme il était assis seul dans sa chambre d'été, et il dit: J'ai une parole de Dieu pour toi. Églon se leva de son siège.
Alors Éhud avança la main gauche, tira l'épée de son côté droit, et la lui enfonça dans le ventre.
La poignée même entra après la lame, et la graisse se referma autour de la lame; car il ne retira pas du ventre l'épée, qui sortit par derrière.
Éhud sortit par le portique, ferma sur lui les portes de la chambre haute, et tira le verrou.
Quand il fut sorti, les serviteurs du roi vinrent et regardèrent; et voici, les portes de la chambre haute étaient fermées au verrou. Ils dirent: Sans doute il se couvre les pieds dans la chambre d'été.
Ils attendirent longtemps; et comme il n'ouvrait pas les portes de la chambre haute, ils prirent la clé et ouvrirent, et voici, leur maître était mort, étendu par terre.
Pendant leurs délais, Éhud prit la fuite, dépassa les carrières, et se sauva à Seïra.
Dès qu'il fut arrivé, il sonna de la trompette dans la montagne d'Éphraïm. Les enfants d'Israël descendirent avec lui de la montagne, et il se mit à leur tête.
Il leur dit: Suivez-moi, car l'Éternel a livré entre vos mains les Moabites, vos ennemis. Ils descendirent après lui, s'emparèrent des gués du Jourdain vis-à-vis de Moab, et ne laissèrent passer personne.
Ils battirent dans ce temps-là environ dix mille hommes de Moab, tous robustes, tous vaillants, et pas un n'échappa.
En ce jour, Moab fut humilié sous la main d'Israël. Et le pays fut en repos pendant quatre-vingts ans.
Après lui, il y eut Schamgar, fils d'Anath. Il battit six cents hommes des Philistins avec un aiguillon à boeufs. Et lui aussi fut un libérateur d'Israël.
Копировать текст Копировать ссылку Толкования стиха

Настройки