Скрыть
5:5
5:6
5:9
5:10
5:14
5:17
5:19
7:5
7:13
7:14
7:18
7:22
7:24
7:25
7:27
7:28
7:29
7:31
7:33
7:35
7:36
7:38
8:1
8:3
8:4
8:5
8:7
8:8
8:9
8:11
8:13
8:17
8:19
8:20
8:24
8:27
8:32
8:33
8:34
8:36
11:1
11:4
11:5
11:6
11:8
11:10
11:11
11:12
11:14
11:15
11:16
11:17
11:18
11:19
11:20
11:21
11:22
11:23
11:25
11:26
11:27
11:28
11:29
11:30
11:31
11:34
11:35
11:36
11:37
11:38
11:39
11:41
11:42
11:43
11:46
13:1
13:4
13:5
13:7
13:8
13:10
13:11
13:14
13:15
13:16
13:17
13:18
13:19
13:20
13:21
13:22
13:23
13:24
13:25
13:26
13:27
13:28
13:29
13:30
13:31
13:32
13:33
13:35
13:36
13:37
13:38
13:39
13:40
13:41
13:42
13:43
13:44
13:45
13:47
13:48
13:49
13:50
13:51
13:52
13:53
13:54
13:55
13:56
13:57
13:58
13:59
Церковнославянский (рус)
А́ще же душа́ согрѣши́тъ, и услы́шитъ гла́съ кля́твы, и се́й свидѣ́тель или́ ви́дѣ или́ свѣ́да, а́ще не воз­вѣсти́тъ, прiи́метъ грѣ́хъ.
Душа́ о́на, я́же а́ще при­­ко́снет­ся ко вся́кой ве́щи нечи́стѣй, или́ мертвечи́нѣ, или́ звѣроя́динѣ нечи́стѣй, или́ мертвечи́намъ гну́сностей нечи́стыхъ, или́ мертвечи́намъ ското́въ нечи́стыхъ, и мертвечи́нѣ га́дъ нечи́стыхъ, и забы́въ и́хъ оскверни́т­ся:
или́ при­­ко́снет­ся нечистотѣ́ человѣ́чи, от­ вся́кiя нечистоты́ его́, е́йже при­­косну́вся оскверни́т­ся, и забу́детъ, посе́мъ же увѣ́сть, пови́ненъ бу́детъ грѣху́.
Душа́ беззако́н­ная, а́ще обѣща́етъ устна́ма сво­и́ма злѣ́ или́ до́брѣ сотвори́ти, по всѣ́мъ, ели́ка изрече́тъ человѣ́къ съ кля́твою, и утаи́т­ся его́ предъ очесы́, и се́й увѣ́сть, и согрѣши́тъ еди́но что́ от­ си́хъ,
и исповѣ́сть грѣ́хъ, и́мже согрѣши́ проти́ву себе́:
и да при­­несе́тъ Го́споду о грѣсѣ́, и́мже согрѣши́, же́нскъ по́лъ, от­ ове́цъ а́гницу, или́ ко́зу от­ ко́зъ грѣха́ ра́ди: и да помо́лит­ся о не́мъ жре́цъ грѣха́ ра́ди его́, и́мже согрѣши́, и оста́вит­ся ему́ грѣ́хъ.
А́ще же не мо́жетъ рука́ его́ дово́л­ст­ва имѣ́ти на о́вцу, да при­­несе́тъ грѣха́ ра́ди сво­его́, и́мже согрѣши́, двѣ́ го́рлицы, или́ два́ птенца́ голуби́на Го́споду, еди́нъ грѣха́ ра́ди и еди́нъ во всесожже́нiе:
и при­­несе́тъ я́ къ жерцу́, и при­­веде́тъ жре́цъ е́же за грѣ́хъ пре́жде, и да от­то́ргнетъ жре́цъ главу́ его́ созади́, но да не от­лучи́тъ:
и да покропи́тъ от­ кро́ве, я́же за грѣ́хъ, на стѣ́ну олтаря́, оста́нокъ же кро́ве да исцѣди́тъ на стоя́ло олтаря́: о грѣсѣ́ бо е́сть:
и вторы́мъ да сотвори́тъ всесожже́нiе, я́коже подоба́етъ, и да помо́лит­ся о не́мъ жре́цъ грѣха́ ра́ди его́, и́мже согрѣши́, и оста́вит­ся ему́.
А́ще же не обря́щетъ рука́ его́ супру́га го́рлицъ, или́ дву́хъ птенце́въ голуби́ныхъ, и при­­несе́тъ да́ръ сво́й за грѣ́хъ, деся́тую ча́сть мѣ́ры е́фи муки́ пшени́чны за грѣ́хъ: да не воз­лiе́тъ на ню́ еле́а, ниже́ да воз­ложи́тъ на ню́ Лива́на, поне́же о грѣсѣ́ е́сть:
и да при­­несе́тъ ю́ къ жерцу́, и взе́мъ жре́цъ от­ нея́ по́лну го́рсть въ па́мять его́, воз­ложи́тъ на же́ртвен­никъ всесожже́нiя Госпо́дня: о грѣсѣ́ [бо] е́сть:
и да помо́лит­ся о не́мъ жре́цъ грѣха́ ра́ди его́, и́мже согрѣши́ от­ еди́наго си́хъ, и оста́вит­ся ему́: оста́нокъ же бу́детъ жерцу́, я́коже же́ртва муки́ пшени́чны.
И рече́ Госпо́дь къ Моисе́ю, глаго́ля:
душа́ я́же а́ще забу́детъ забве́нiемъ, и согрѣши́тъ не хотя́щи от­ святы́нь Госпо́днихъ, и да при­­несе́тъ о преступле́нiи сво­е́мъ Го́споду овна́ непоро́чна от­ ове́цъ, ему́же цѣна́ сребра́ си́клевъ, по си́клю святы́хъ, о не́мже согрѣши́:
и е́же согрѣши́ от­ святы́хъ, да от­да́стъ е́, и пя́тую ча́сть при­­ложи́тъ на́нь, и да́стъ е́ жерцу́: и жре́цъ да помо́лит­ся о не́мъ овно́мъ преступле́нiя его́, и оста́вит­ся ему́.
И душа́ я́же а́ще согрѣши́тъ, и сотвори́тъ еди́ну от­ всѣ́хъ за́повѣдiй Госпо́днихъ, и́хже не лѣ́ть е́сть твори́ти, и не увѣ́дѣ, и согрѣши́тъ, и прiи́метъ грѣ́хъ сво́й,
и да при­­несе́тъ овна́ непоро́чна от­ ове́цъ, цѣно́ю сребра́ грѣха́ ра́ди, къ жерцу́: и да помо́лит­ся о не́мъ жре́цъ, о невѣ́дѣнiи его́, его́же не вѣ́дѣ, и са́мъ не вѣ́дяше, и оста́вит­ся ему́:
согрѣши́ бо согрѣше́нiемъ предъ Го́сподемъ.
И се́й зако́нъ овна́ и́же о преступле́нiи: свята́я святы́хъ су́ть:
на мѣ́стѣ, на не́мже закала́ютъ всесожже́нiе, да зако́лютъ овна́ и́же о преступле́нiи предъ Го́сподемъ, и кро́вь да пролiю́тъ на стоя́ла олтаря́ о́крестъ:
и ве́сь ту́къ его́ да при­­несе́тъ от­ него́, и чре́сла, и ве́сь ту́къ покрыва́ющiй утро́бу, и ве́сь ту́къ и́же на утро́бѣ,
и о́бѣ по́чки, и ту́къ и́же на ни́хъ, и́же на сте́гнахъ, и препо́нку, я́же на пе́чени, съ по́чками да отъ­и́метъ я́:
и воз­несе́тъ я́ жре́цъ на олта́рь, при­­но́съ въ воню́ благово́нiя Го́споду: о преступле́нiи [бо] е́сть:
вся́къ му́жескъ по́лъ от­ жре́цъ да снѣ́стъ я́, на мѣ́стѣ святѣ да снѣдя́тъ я́: свята́я святы́хъ су́ть:
я́коже грѣха́ ра́ди, та́ко и преступле́нiя ра́ди, зако́нъ еди́нъ и́хъ: жре́цъ и́же помо́лит­ся о не́мъ, ему́ да бу́детъ:
и жре́цъ при­­нося́й всесожже́нiе человѣ́чо, ко́жа всесожже́нiя, е́же при­­но́ситъ о́нъ, ему́ да бу́детъ:
и вся́ка же́ртва, я́же сотвори́т­ся въ пещи́, и вся́ка, я́же сотвори́т­ся на огни́щи, или́ на сковрадѣ́, жерцу́, и́же при­­но́ситъ ю́, тому́ да бу́детъ:
и вся́ка же́ртва спря́жена съ еле́емъ, и я́же не спря́жена, всѣ́мъ сыно́мъ Ааро́нимъ кому́ждо ра́вно да бу́детъ.
Се́й зако́нъ же́ртвы спасе́нiя, ю́же при­­несу́тъ Го́споду:
а́ще у́бо похвале́нiя ра́ди при­­несе́тъ ю́, и при­­несе́тъ на же́ртву хвале́нiя хлѣ́бы от­ муки́ пшени́чны пря́жены въ еле́и, и опрѣсно́ки пома́заны еле́емъ, и муку́ пшени́чну смѣ́шену съ еле́емъ:
съ хлѣ́бы ква́сными да при­­несе́тъ да́ръ сво́й на же́ртву хвале́нiя спаси́телнаго:
и да при­­несе́тъ еди́нъ от­ всѣ́хъ даро́въ сво­и́хъ уча́стiе Го́споду: жерцу́ воз­лива́ющему кро́вь же́ртвы спасе́нiя, тому́ да бу́детъ:
и мяса́ же́ртвы хвале́нiя спаси́телнаго тому́ да бу́дутъ, и въ о́ньже де́нь при­­несу́т­ся, да снѣдя́т­ся: да не оста́вятъ от­ него́ на у́трiе:
и а́ще обѣ́тъ бу́детъ, или́ во́льный пожре́тъ да́ръ сво́й, въ о́ньже а́ще де́нь же́ртву свою́ при­­несе́тъ, да снѣ́ст­ся, и на у́трiе:
и оста́в­шееся от­ мя́съ же́ртвы до дне́ тре́тiяго на огни́ да сожже́т­ся:
а́ще же яды́й снѣ́стъ от­ мя́съ въ де́нь тре́тiй, не прiи́мет­ся при­­нося́щему ю́, ниже́ вмѣни́т­ся ему́: оскверне́нiе е́сть: душа́ же, я́же а́ще снѣ́стъ от­ ни́хъ, грѣ́хъ прiи́метъ:
и мяса́, я́же а́ще при­­ко́снут­ся вся́кому нечи́сту, да не снѣдя́т­ся, на огни́ да сожгу́т­ся: вся́къ чи́стый да снѣ́стъ мяса́:
душа́ же, я́же а́ще снѣ́стъ от­ мя́съ же́ртвы спасе́нiя, я́же е́сть Го́споду, и нечистота́ его́ на не́мъ, поги́бнетъ душа́ о́на от­ люді́й сво­и́хъ:
и душа́, я́же а́ще при­­ко́снет­ся вся́кой ве́щи нечи́стѣй, или́ от­ нечистоты́ человѣ́чи или́ от­ четвероно́гихъ нечи́стыхъ, или́ вся́кой ме́рзости нечи́стѣй, и снѣ́стъ от­ мя́съ же́ртвы спасе́нiя, я́же е́сть Госпо́дня, поги́бнетъ душа́ та́ от­ люді́й сво­и́хъ.
И рече́ Госпо́дь къ Моисе́ю, глаго́ля:
рцы́ сыно́мъ Изра́илевымъ, глаго́ля: вся́каго ту́ка говя́жа и о́вча и ко́зiя да не снѣ́сте:
и ту́къ мертвечи́ненъ и звѣроя́дный да сотвори́т­ся на вся́ко дѣ́ло, въ яде́нiи же да не снѣ́ст­ся:
вся́къ яды́й ту́къ от­ ското́въ, от­ ни́хже при­­несе́тъ да́ръ Го́споду, поги́бнетъ душа́ та́ от­ люді́й сво­и́хъ:
вся́кiя кро́ве да не снѣ́сте во всѣ́хъ селе́нiихъ ва́шихъ и от­ ското́въ и от­ пти́цъ:
вся́ка душа́, я́же а́ще снѣ́стъ кро́вь, поги́бнетъ душа́ та́ от­ люді́й сво­и́хъ.
И рече́ Госпо́дь къ Моисе́ю, глаго́ля:
и сыно́мъ Изра́илевымъ рече́ши, глаго́ля: при­­нося́й же́ртву спасе́нiя Го́споду да при­­несе́тъ да́ръ сво́й Го́споду, и от­ же́ртвы спасе́нiя:
ру́цѣ его́ да при­­несу́тъ при­­но́съ Го́споду: ту́къ и́же на гру́дехъ, и препо́нку пе́чени да при­­несе́тъ я́, я́коже воз­ложи́ти да́ръ предъ Го́спода:
и да воз­несе́тъ жре́цъ ту́къ и́же на гру́дехъ, на олта́рь, и гру́ди да бу́дутъ Ааро́ну и сыно́мъ его́,
и ра́мо десно́е да да́ст­ся уча́стiе жерцу́ от­ же́ртвъ спасе́нiя ва́­шего:
при­­нося́щему кро́вь спасе́нiя и ту́къ от­ сыно́въ Ааро́новыхъ, тому́ да бу́детъ ра́мо десно́е во уча́стiе:
гру́дь бо воз­ложе́нiя и ра́мо уча́стiя взя́хъ от­ сыно́въ Изра́илевыхъ от­ же́ртвъ спасе́нiя ва́­шего, и да́хъ я́ Ааро́ну жерцу́ и сыно́мъ его́, зако́н­но вѣ́чно от­ сыно́въ Изра́илевыхъ.
Сiе́ пома́занiе Ааро́не и пома́занiе сыно́въ его́ от­ при­­но́совъ Госпо́днихъ, въ о́ньже де́нь при­­веде́ я́ жре́ти Го́споду:
я́коже заповѣ́да Госпо́дь да́ти и́мъ, въ о́ньже де́нь пома́за я́ от­ сыно́въ Изра́илевыхъ: зако́н­но вѣ́чно въ ро́ды и́хъ.
Се́й зако́нъ всесожже́нiй и же́ртвы, и о грѣсѣ́ и о преступле́нiи, и соверше́нiи и же́ртвѣ спасе́нiя:
я́коже заповѣ́да Госпо́дь Моисе́ю на горѣ́ Сина́йстѣй, въ о́ньже де́нь заповѣ́да сыно́мъ Изра́илевымъ при­­носи́ти да́ры своя́ предъ Го́спода, въ пусты́ни Сина́йстѣй.
И рече́ Госпо́дь къ Моисе́ю, глаго́ля:
по­ими́ Ааро́на и сы́ны его́, и ри́зы его́, и еле́й пома́занiя, и телца́ и́же за грѣ́хъ, и два́ овна́, и ко́шницу опрѣсно́ковъ,
и ве́сь со́нмъ собери́ предъ две́ри ски́нiи свидѣ́нiя.
И сотвори́ Моисе́й, я́коже повелѣ́ ему́ Госпо́дь: и собра́ со́нмъ предъ две́ри ски́нiи свидѣ́нiя.
И рече́ Моисе́й къ со́нму: сiе́ е́сть сло́во, е́же завѣща́ Госпо́дь сотвори́ти.
И при­­веде́ Моисе́й Ааро́на и сы́ны его́ и измы́ я́ водо́ю:
и облече́ его́ въ срачи́цу {Гре́ч.: хито́нъ.}, и опоя́са его́ по́ясомъ, и облече́ его́ въ испо́днюю ри́зу {Гре́ч.: иподи́тисъ и епенди́тисъ.}, и воз­влече́ на́нь ве́рхнюю ри́зу {Гре́ч.: епоми́съ, евр.: Ефу́дъ.}:
и опоя́са его́ по устро­е́нiю Ефу́да, и сти́сне его́ и́мъ: и воз­ложи́ на́нь сло́во {Гре́ч.: логі́онъ.}, и воз­ложи́ на сло́во явле́нiе и и́стину:
и воз­ложи́ увя́сло {Гре́ч.: ми́тра.} на главу́ его́, и воз­ложи́ на увя́сло проти́въ лица́ его́ дщи́цу злату́ю освяще́н­ную святу́ю, я́коже повелѣ́ Госпо́дь Моисе́ю.
И взя́ Моисе́й от­ еле́а пома́занiя,
и воскропи́ от­ него́ на олта́рь седми́жды, и пома́за олта́рь и освяти́ его́ и вся́ сосу́ды его́, и умыва́лницу и стоя́ло ея́, и освяти́ я́, и пома́за ски́нiю и вся́ сосу́ды ея́, и освяти́ ю́,
и воз­лiя́ Моисе́й от­ еле́а пома́занiя на главу́ Ааро́ню, и пома́за его́, и освяти́ его́.
И при­­веде́ Моисе́й сы́ны Ааро́ни, и облече́ я́ въ срачи́цы, и опоя́са я́ по́ясы, и воз­ложи́ на ня́ клобуки́ {Въ гре́ч.: ки́дарисъ.}, я́коже повелѣ́ Госпо́дь Моисе́ю.
И при­­веде́ Моисе́й телца́ и́же за грѣ́хъ, и воз­ложи́ Ааро́нъ и сы́нове его́ ру́ки на главу́ телца́ и́же за грѣ́хъ,
и закла́ его́. И взя́ Моисе́й от­ кро́ве, и воз­ложи́ на ро́ги олтаря́ о́крестъ пе́рстомъ, и очи́сти олта́рь: и кро́вь пролiя́ на стоя́ло олтаря́, и освяти́ его́, е́же моли́тися у него́.
И взя́ Моисе́й ве́сь ту́къ и́же на утро́бѣ, и препо́нку я́же на пе́чени, и о́бѣ по́чки, и ту́къ и́же на ни́хъ, и воз­несе́ Моисе́й на олта́рь:
телца́ же и ко́жу его́, и мяса́ его́ и моты́лы его́, сожже́ я́ огне́мъ внѣ́ полка́, я́коже повелѣ́ Госпо́дь Моисе́ю.
И при­­веде́ Моисе́й овна́ и́же во всесожже́нiе, и воз­ложи́ Ааро́нъ и сы́нове его́ ру́ки своя́ на главу́ о́вню.
И закла́ Моисе́й овна́, и пролiя́ Моисе́й кро́вь на олта́рь о́крестъ:
овна́ же раздроби́ на у́ды его́, и воз­несе́ Моисе́й главу́ и у́ды и ту́къ, и утро́бу и но́ги измы́ водо́ю:
и воз­несе́ Моисе́й всего́ овна́ на олта́рь: всесожже́нiе е́сть въ воню́ благово́нiя: при­­но́съ е́сть Го́споду, я́коже заповѣ́да Госпо́дь Моисе́ю.
И при­­веде́ Моисе́й овна́ втора́го, овна́ соверше́нiя: и воз­ложи́ Ааро́нъ и сы́нове его́ ру́ки своя́ на главу́ о́вню,
и закла́ его́: и взя́ Моисе́й от­ кро́ве его́, и воз­ложи́ на кра́й у́ха Ааро́ня десна́го, и на кра́й руки́ его́ десны́я, и на кра́й ноги́ его́ десны́я.
И при­­веде́ Моисе́й сы́ны Ааро́ни, и воз­ложи́ Моисе́й от­ кро́ве на кра́й уше́съ и́хъ десны́хъ, и на кра́й ру́къ и́хъ десны́хъ, и на кра́й но́гъ и́хъ десны́хъ: и пролiя́ Моисе́й кро́вь на олта́рь о́крестъ:
и взя́ Моисе́й ту́къ и чре́сла, и ту́къ и́же на утро́бѣ, и препо́нку пе́чени, и о́бѣ по́чки, и ту́къ и́же на ни́хъ, и ра́мо десно́е,
и от­ ко́шницы соверше́нiя, я́же е́сть предъ Го́сподемъ, и взя́ хлѣ́бъ еди́нъ прѣ́сный, и хлѣ́бъ еле́енъ еди́нъ, и опрѣсно́къ еди́нъ, и воз­ложи́ на ту́къ, и ра́мо десно́­е:
и воз­ложи́ вся́ на ру́цѣ Ааро́ни и на ру́цѣ сыно́въ его́, и воз­несе́ я́ уча́стiе предъ Го́спода.
И взя́ Моисе́й от­ ру́къ и́хъ и воз­несе́ я́ на олта́рь на всесожже́нiе соверше́нiя, е́же е́сть воня́ благо­уха́нiя: при­­но́съ е́сть Го́споду.
И взе́мъ Моисе́й гру́дь, от­лучи́ ю́ воз­ложе́нiе предъ Го́сподемъ от­ овна́ соверше́нiя: и бы́сть Моисе́ю въ ча́сть, я́коже заповѣ́да Госпо́дь Моисе́ю.
И взя́ Моисе́й от­ еле́а пома́занiя и от­ кро́ве я́же на олтари́, и воскропи́ на Ааро́на и на ри́зы его́, и на сы́ны его́ и на ри́зы сыно́въ его́ съ ни́мъ: и освяти́ Ааро́на и ри́зы его́, и сы́ны его́ и ри́зы сыно́въ его́ съ ни́мъ.
И рече́ Моисе́й Ааро́ну и сыно́мъ его́: свари́те мя́са во дворѣ́ ски́нiи свидѣ́нiя на мѣ́стѣ святѣ, и та́мо да снѣ́сте я́, и хлѣ́бы и́же въ ко́шницѣ соверше́нiя, я́коже заповѣ́дано бы́сть мнѣ́ глаго́ля: Ааро́нъ и сы́нове его́ да снѣдя́тъ я́:
и оста́нокъ мя́съ и хлѣ́бовъ на огни́ да сожже́те:
и изъ две́рiй ски́нiи свидѣ́нiя да не изы́дете се́дмь дні́й, до́ндеже де́нь сконча́ет­ся, де́нь соверше́нiя ва́­шего: въ се́дмь бо дні́й соверши́тъ ру́ки ва́шя:
я́коже сотвори́ въ де́нь се́й, въ о́ньже заповѣ́да Госпо́дь сотвори́ти, я́ко моли́тися о ва́съ:
и у две́рiй ски́нiи свидѣ́нiя сѣди́те се́дмь дні́й, де́нь и но́щь, и сохрани́те повелѣ́нiя Госпо́дня, да не у́мрете: та́ко бо заповѣ́да мнѣ́ Госпо́дь Бо́гъ.
И сотвори́ Ааро́нъ и сы́нове его́ вся́ словеса́, я́же завѣща́ Госпо́дь Моисе́ю.
И рече́ Госпо́дь къ Моисе́ю и Ааро́ну, глаго́ля:
рцы́те сыно́мъ Изра́илевымъ, глаго́люще: сі́и ско́ти, и́хже и́мате я́сти от­ всѣ́хъ ското́въ, и́же на земли́:
вся́къ ско́тъ раздвоя́ющь копы́то и па́знокти имѣ́ющь на дво́е, и от­рыга́яй жва́нiе въ скотѣ́хъ, сiя́ да я́сте:
то́кмо от­ си́хъ да не снѣ́сте от­ от­рыга́ющихъ жва́нiе и от­ раздвоя́ющихъ копы́та и дѣля́щихъ па́знокти: велблю́да, я́ко се́й изно́ситъ жва́нiе, но па́зноктей не дѣли́тъ на дво́е, нечи́стъ се́й ва́мъ:
и хирогри́ля, я́ко изно́ситъ жва́нiе, а па́зноктей не дѣли́тъ, нечи́стъ се́й ва́мъ:
и за́яца, и́же от­рыга́етъ жва́нiе, но па́зноктей не дѣли́тъ на дво́е, нечи́стъ се́й ва́мъ:
и свинiи́, я́ко дѣли́тъ па́знокти на дво́е и копы́то раздвоя́етъ, но не от­рыга́етъ жва́нiя, нечиста́ сiя́ ва́мъ:
от­ мя́съ и́хъ да не я́сте и мертвечи́нѣ и́хъ да не при­­каса́етеся, нечи́ста сiя́ ва́мъ.
И сiя́ да я́сте от­ всѣ́хъ, я́же въ вода́хъ: вся́, и́мже су́ть пе́рiе и чешуя́ въ вода́хъ, и въ моря́хъ и въ езе́рахъ, сiя́ да я́сте:
и всѣ́мъ, и́мже нѣ́сть пе́рiя ни чешуи́ въ вода́хъ, и въ моря́хъ и въ езе́рахъ, от­ всѣ́хъ, я́же изно́сятъ во́ды, и вся́ка душа́ живу́щая въ водѣ́, скве́рна е́сть, и скве́рна да бу́дутъ ва́мъ:
от­ мя́съ и́хъ да не яди́те и мертвечи́ны и́хъ гнуша́йтеся:
и вся́, и́мже нѣ́сть пе́рiя и чешуи́, и́же въ вода́хъ, скве́рна сiя́ су́ть ва́мъ.
И си́хъ гнуша́йтеся от­ пти́цъ, и да не я́сте и́хъ, гну́сни су́ть: орла́ и гри́фа и морска́го орла́,
и нея́сыти и икти́на и подо́бныхъ си́мъ:
и стру́ѳа и совы́, и сухола́пля и подо́бныхъ и́мъ:
и вся́каго вра́на и подо́бныхъ ему́: и я́стреба и подо́бныхъ ему́:
и вра́на нощна́го и лили́ка и и́вина,
и порфирiо́на и пелека́на и ле́бедя,
и ероді́а и Харадрiо́на и подо́бныхъ ему́: и вдо́да и нощна́го нетопыря́.
И вся́ га́ды пти́чiя, и́же хо́дятъ на четы́рехъ, ме́рзость е́сть ва́мъ:
но сiя́ да я́сте от­ всѣ́хъ га́дъ пти́чныхъ, и́же хо́дятъ четвероно́жны, и́же и́мутъ го́лени вы́ше плесну́ свое́ю, скака́ти и́ми по земли́:
и сiя́ да я́сте[Въ Остро́жской, и съ нея́ печа́тан­ной пре́жде въ москвѣ́, предъ си́мъ сло́вомъ я́сте, при­­ложено́ не, но того́ во всѣ́хъ гре́ч. не имѣ́ет­ся.] от­ си́хъ: вру́ха и подо́бная ему́, и атта́ка и подо́бная ему́, Офiо́маха и е́же подо́бно къ нему́, и акри́ду и подо́бная е́й:
и вся́къ га́дъ от­ пти́цъ, и́мже су́ть четы́ри но́ги, ме́рзость е́сть ва́мъ, и въ си́хъ да не оскверните́ся:
вся́къ при­­каса́яйся мертвечи́нѣ и́хъ нечи́стъ бу́детъ до ве́чера:
и вся́къ взе́мляй мертвечи́ну и́хъ да измы́етъ ри́зы своя́ и нечи́стъ бу́детъ до ве́чера.
Во всѣ́хъ скотѣ́хъ, и́же раздвоя́етъ копы́то и па́знокти имѣ́етъ, а жва́нiя не от­рыга́етъ, нечи́ста да бу́дутъ ва́мъ: вся́къ при­­каса́яйся мертвечи́нѣ и́хъ нечи́стъ бу́детъ да́же до ве́чера:
и вся́къ и́же хо́дитъ на ла́пахъ, во всѣ́хъ звѣре́хъ, и́же хо́дятъ на четы́рехъ, нечи́ста бу́дутъ ва́мъ: вся́къ при­­каса́яйся мертвечи́нѣ и́хъ нечи́стъ бу́детъ до ве́чера:
и взе́мляй мертвечи́ну и́хъ да испере́тъ ри́зы своя́ и нечи́стъ бу́детъ до ве́чера: нечи́ста сiя́ бу́дутъ ва́мъ.
И сiя́ ва́мъ нечи́ста от­ га́дъ плѣ́жущихъ по земли́: ла́сица и мы́шъ и крокоди́лъ земны́й,
мига́ли и хамелео́нъ, и халаво́тисъ и я́щеръ и кроторы́я:
сі́и нечи́сти ва́мъ от­ всѣ́хъ га́дъ плѣ́жущихъ по земли́: вся́къ при­­каса́яйся мертвечи́нѣ и́хъ нечи́стъ бу́детъ до ве́чера.
И вся́ко, въ не́же а́ще впаде́тъ от­ ни́хъ нѣ́что от­ мертвечи́ны и́хъ, нечи́стъ бу́детъ вся́къ сосу́дъ древя́нъ, или́ ри́за, или́ ко́жа, или́ вре́тище: вся́кiй сосу́дъ, въ не́мже твори́т­ся дѣ́ло, въ водѣ́ погрузи́т­ся и нечи́стъ бу́детъ до ве́чера, и по си́хъ чи́стъ бу́детъ:
и вся́къ сосу́дъ гли́нянъ, въ о́ньже а́ще впаде́тъ от­ си́хъ вну́трь, ели́ка су́ть въ не́мъ, нечи́ста бу́дутъ, и сосу́дъ да разбiе́т­ся.
И вся́ка снѣ́дь ю́же я́сте, на ню́же а́ще воз­лiе́т­ся вода́, нечи́ста бу́детъ ва́мъ: и вся́кое питiе́, е́же пiе́те во вся́комъ сосу́дѣ, нечи́сто бу́детъ [ва́мъ]:
и все́, е́же а́ще впаде́тъ въ не́ от­ мертвечи́ны и́хъ, нечи́сто бу́детъ: пе́щи и огни́ща да сокруша́т­ся, нечи́ста сiя́ су́ть и нечи́ста бу́дутъ ва́мъ.
Кромѣ́ исто́чникъ водны́хъ, и пото́къ, и собра́нiй водны́хъ, бу́дутъ чи́сти: а и́же при­­каса́ет­ся мертвечи́намъ и́хъ, нечи́стъ бу́детъ.
А́ще же впаде́тъ от­ мертвечи́ны и́хъ на вся́ко сѣ́мя сѣ́мян­ное, е́же сѣ́ет­ся, чи́сто бу́детъ:
а́ще же воз­лiе́т­ся вода́ на вся́ко сѣ́мя, и впаде́тъ от­ мертвечи́ны и́хъ на не́, нечи́сто бу́детъ ва́мъ.
А́ще же у́мретъ от­ скота́, его́же ва́мъ я́сти, при­­каса́яйся мертвечи́нѣ его́, нечи́стъ бу́детъ до ве́чера:
и яды́й от­ мертвечи́нъ си́хъ да испере́тъ ри́зы своя́ и нечи́стъ бу́детъ до ве́чера: и взе́мляй мертвечи́ну и́хъ да измы́етъ ри́зы своя́ и измы́ет­ся водо́ю, и нечи́стъ бу́детъ до ве́чера.
И вся́къ га́дъ плѣ́жущiй по земли́ ме́рзость ва́мъ е́сть сiе́, да не снѣ́ст­ся.
И вся́ко ходя́щее на чре́вѣ, и вся́ко ходя́щее на четы́рехъ всегда́, и [вся́ко] многоно́жное во всѣ́хъ га́дѣхъ, и́же плѣ́жутъ по земли́, да не снѣ́сте е́, я́ко ме́рзость ва́мъ е́сть:
и да не омерзите́ ду́шъ ва́шихъ во всѣ́хъ га́дѣхъ плѣ́жущихъ по земли́, и да не оскверните́ся и́ми, и да не бу́дете нечи́сти въ ни́хъ,
я́ко а́зъ е́смь Госпо́дь Бо́гъ ва́шъ: и да освятите́ся и бу́дете свя́ти, я́ко свя́тъ е́смь а́зъ Госпо́дь Бо́гъ ва́шъ: и да не оскверни́те ду́шъ ва́шихъ во всѣ́хъ га́дѣхъ дви́жущихся по земли́,
я́ко а́зъ е́смь Госпо́дь, изведы́й ва́съ изъ земли́ Еги́петскiя, да бу́ду ва́мъ Бо́гъ, и бу́дете свя́ти, я́ко свя́тъ е́смь а́зъ Госпо́дь.
Се́й зако́нъ о скотѣ́хъ и о пти́цахъ, и вся́кой души́ дви́жущейся въ вода́хъ и вся́кой души́ пресмыка́ющейся по земли́,
разлучи́ти между́ нечи́стыми и между́ чи́стыми, и научи́ти сы́ны Изра́илевы между́ оживля́ющими ядо́мая и между́ оживля́ющими не ядо́мая.
И рече́ Госпо́дь къ Моисе́ю и Ааро́ну, глаго́ля:
человѣ́ку ему́же а́ще бу́детъ на ко́жи пло́ти его́ стру́пъ зна́менiя или́ бле́скъ, и бу́детъ на ко́жи пло́ти его́ я́зва прокаже́нiя, да при­­веде́т­ся ко Ааро́ну жерцу́ или́ ко еди́ному от­ сыно́въ его́ жерцо́въ:
и у́зритъ жре́цъ я́зву на ко́жи пло́ти его́, и вла́съ въ я́звѣ измѣни́т­ся въ бѣ́ло, и взо́ръ я́звы ума́ленъ от­ ко́жи пло́ти его́, я́зва прока́зы е́сть: и у́зритъ жре́цъ, и оскверни́тъ его́.
А́ще же и бле́скъ бѣ́лъ бу́детъ на ко́жи пло́тнѣй его́, и не ме́ншiй бу́детъ взо́ръ его́ от­ ко́жи, и вла́съ его́ не измѣни́ся во вла́съ бѣ́лъ, и то́й е́сть те́менъ, и от­лучи́тъ жре́цъ я́зву на се́дмь дні́й:
и у́зритъ жре́цъ я́зву въ де́нь седмы́й, и се́, я́зва пребыва́етъ предъ ни́мъ, и не измѣни́ся я́зва на ко́жи, и от­лучи́тъ его́ жре́цъ на другі́я се́дмь дні́й:
и у́зритъ его́ жре́цъ въ седмы́й де́нь втори́цею, и се́, я́зва потемнѣ́, и не измѣни́ся я́зва на ко́жи, и очи́ститъ его́ жре́цъ: зна́менiе бо е́сть: и измы́въ ри́зы своя́, чи́стъ бу́детъ.
А́ще же измѣня́ющееся измѣни́т­ся зна́менiе на ко́жи, повнегда́ ви́дѣти его́ жерцу́ е́же очи́стити его́, и яви́т­ся второ́е жерцу́: и у́зритъ его́ жре́цъ, и се́, измѣни́ся зна́менiе въ ко́жи,
и да оскверни́тъ его́ жре́цъ: прока́за бо е́сть.
И я́зва прокаже́нiя а́ще бу́детъ на человѣ́цѣ, и прiи́детъ къ жерцу́:
и у́зритъ жре́цъ, и се́, стру́пъ бѣ́лъ на ко́жи, и се́й измѣни́лъ вла́съ бѣ́лъ, и от­ здра́выя пло́ти живы́я въ стру́пѣ:
прока́за ве́тха е́сть на ко́жи пло́ти его́, и оскверни́тъ его́ жре́цъ и от­лучи́тъ его́, я́ко нечи́стъ е́сть.
А́ще же процвѣта́я процвѣте́тъ прока́за на ко́жи, и покры́етъ прокаже́нiе всю́ ко́жу я́звою, от­ главы́ до ногу́ его́, по всему́ взо́ру жерцо́ву:
и у́зритъ жре́цъ, и се́, покры́ло прокаже́нiе всю́ ко́жу пло́ти его́, да очи́ститъ жре́цъ я́зву: я́ко вся́ измѣни́ся въ бѣ́ло, чи́стъ е́сть.
И въ о́ньже де́нь а́ще яви́т­ся на не́мъ пло́ть жива́, оскверни́т­ся:
и у́зритъ жре́цъ пло́ть здра́ву, и оскверни́тъ его́ пло́ть здра́ва, я́ко нечиста́ е́сть, прокаже́нiе е́сть.
А́ще же соста́вит­ся пло́ть здра́ва, и измѣни́т­ся въ бѣ́ло, и прiи́детъ къ жерцу́:
и у́зритъ жре́цъ, и се́, измѣни́ся я́зва въ бѣ́ло, и очи́ститъ жре́цъ я́зву, чи́стъ е́сть.
И тѣ́ло а́ще бу́детъ на ко́жи его́ боля́чка гно́йна, и исцѣлѣ́етъ,
и бу́детъ на мѣ́стѣ боля́чки стру́пъ бѣ́лъ, или́ бле́скъ бѣлѣ́ющься или́ рдя́щься, и яви́т­ся жерцу́:
и у́зритъ жре́цъ, и се́, взо́ръ нижа́е ко́жи, и вла́съ его́ измѣни́ся въ бѣ́ло, и оскверни́тъ его́ жре́цъ, я́ко бле́скъ прокаже́нiя е́сть, на боля́чкѣ процвѣте́.
А́ще же уви́дитъ жре́цъ, и се́, нѣ́сть въ не́мъ вла́съ бѣ́лъ, и не нижа́е е́сть от­ ко́жи плотскі́я, и се́й е́сть те́менъ, и от­лучи́тъ его́ жре́цъ на се́дмь дні́й.
А́ще ли разсы́панiемъ разсы́плет­ся по ко́жи, и оскверни́тъ его́ жре́цъ, бле́скъ прокаже́нiя е́сть, на боля́чкѣ процвѣте́.
А́ще ли на мѣ́стѣ сво­е́мъ пребыва́етъ бле́скъ и не разсыпа́ет­ся, стру́пъ боля́чки е́сть, и очи́ститъ его́ жре́цъ.
И пло́ть а́ще бу́детъ на ко́жи его́ жже́нiе о́гнено, и бу́детъ на ко́жи его́ исцѣлѣ́в­шее от­ жже́нiя блеща́щееся бѣ́ло или́ червле́но или́ пробѣлу́ющееся:
и у́зритъ его́ жре́цъ, и се́, премѣни́ся вла́съ бѣ́лъ въ блеща́щiйся, и взо́ръ ему́ нижа́е от­ ко́жи, прокаже́нiе е́сть, во жже́нiи процвѣте́, и оскверни́тъ его́ жре́цъ, я́зва прокаже́нiя е́сть.
А́ще же уви́дитъ его́ жре́цъ, и се́, нѣ́сть на блеща́щемся вла́съ бѣ́лъ, и не нижа́е е́сть от­ ко́жи, са́мо же те́мно, и от­лучи́тъ его́ жре́цъ на се́дмь дні́й:
и у́зритъ его́ жре́цъ въ де́нь седмы́й, и а́ще разсы́панiемъ разсы́плет­ся по ко́жи, и оскверни́тъ его́ жре́цъ: я́зва прокаже́нiя е́сть, во гно́й процвѣте́.
А́ще же на мѣ́стѣ пребу́детъ блеща́нiе и не разсы́плет­ся по ко́жи, сiе́ же те́мно е́сть, стру́пъ сожже́нiя е́сть, да очи́ститъ его́ жре́цъ: о́бразъ бо сожже́нiя е́сть.
Му́жу же или́ женѣ́, а́ще бу́детъ на ни́хъ я́зва прокаже́нiя на главѣ́ или́ на брадѣ́,
и у́зритъ жре́цъ я́зву, и се́, обли́чiе ея́ глубоча́е ко́жи, въ не́йже вла́съ желту́яся то́нокъ, и оскверни́тъ его́ жре́цъ: вре́дъ е́сть, прокаже́нiе главы́ или́ прокаже́нiе брады́ е́сть.
И а́ще уви́дитъ жре́цъ я́зву вре́да, и се́, не бу́детъ обли́чiе нижа́е ко́жи, и вла́съ желту́яся не бу́детъ въ не́мъ, да от­лучи́тъ жре́цъ я́зву вре́да на се́дмь дні́й:
и у́зритъ жре́цъ я́зву въ де́нь седмы́й, и се́, не разсы́пася вре́дъ, и вла́съ желту́яся нѣ́сть въ не́мъ, и обли́чiе вре́да нѣ́сть нижа́е ко́жи:
и остриже́тъ ко́жу, вре́дъ же да не остриже́т­ся, и от­лучи́тъ жре́цъ вре́дъ на се́дмь дні́й второ́­е:
и у́зритъ жре́цъ вре́дъ въ де́нь седмы́й, и се́, не разсы́пася вре́дъ по ко́жи по остриже́нiи его́, и обли́чiе вре́да нѣ́сть нижа́е ко́жи, и очи́ститъ его́ жре́цъ, и измы́въ ри́зы, чи́стъ бу́детъ.
А́ще же разсы́панiемъ разсы́плет­ся вре́дъ по ко́жи по очище́нiи его́:
и у́зритъ его́ жре́цъ, и се́, разсы́пася вре́дъ по ко́жи, да не при­­сѣти́тъ жре́цъ о вла́сѣ желтѣ́ющемся, я́ко нечи́стъ е́сть.
А́ще же предъ ни́мъ бу́детъ на мѣ́стѣ вре́дъ, и вла́съ че́рнъ яви́т­ся въ не́мъ, исцѣлѣ́ вре́дъ, чи́стъ е́сть, и очи́ститъ его́ жре́цъ.
Му́жу же или́ женѣ́, а́ще бу́дутъ на ко́жи пло́ти его́ блеща́нiя блеща́щая бѣлѣ́ющаяся:
и уви́дитъ жре́цъ, и се́, на ко́жи пло́ти его́ блеща́нiя и блеща́щая бѣлѣ́ющаяся, лиша́й е́сть, процвѣте́ на ко́жи пло́ти его́, чи́стъ е́сть.
А́ще же кому́ облѣ́зе глава́, плѣши́въ е́сть, чи́стъ е́сть:
а́ще же спреди́ облѣ́зе глава́, взлы́съ е́сть, чи́стъ е́сть:
а́ще же бу́детъ на плѣши́ его́ или́ на взлы́синѣ его́ бле́скъ бѣ́лъ или́ червлену́яся, прокаже́нiе процвѣта́ющее на плѣши́ его́ или́ на взлы́синѣ его́:
и уви́дитъ его́ жре́цъ, и се́, обли́чiе бле́ска бѣ́ло или́ червле́но на плѣши́ его́ или́ на взлы́синѣ его́, я́ко обли́чiе прокаже́нiя на ко́жи пло́ти его́:
человѣ́къ прокаже́нъ е́сть, оскверне́нiемъ оскверни́тъ его́ жре́цъ, на главѣ́ его́ бле́скъ его́.
И прокаже́нъ, на не́мже е́сть я́зва, ри́зы его́ да бу́дутъ раздра́ны, и глава́ его́ не покрове́на, и о́коло у́стъ сво­и́хъ да обвiе́т­ся, и нечи́стъ прозове́т­ся:
вся́ дни́, въ ня́же бу́детъ на не́мъ я́зва, нечи́стъ сы́й, нечи́стъ бу́детъ: от­луче́нъ да сѣди́тъ, внѣ́ полка́ да бу́детъ ему́ пребыва́нiе.
И ри́за а́ще бу́детъ на не́й я́зва прокаже́нiя, на ри́зѣ сукня́нѣ, или́ на изгре́бiйней,
или́ на пря́денѣ, или́ на кро́кахъ {куде́ль}, или́ на льнѣ́хъ, или́ на во́лнѣ, или́ на ко́жи, или́ на вся́кой ко́жи дѣ́ланѣй,
и яви́т­ся я́зва зеле́на или́ червлену́яся на ко́жи, или́ на ри́зѣ, или́ на пря́денѣхъ, или́ на кро́кахъ, или́ на вся́комъ дѣ́лѣ ко́жанѣмъ, я́зва прокаже́нiя е́сть, и пока́жетъ жерцу́:
и уви́дитъ жре́цъ я́зву, и от­лучи́тъ жре́цъ я́зву на се́дмь дні́й.
И да уви́дитъ жре́цъ я́зву въ де́нь седмы́й: а́ще же разсы́пася я́зва по ри́зѣ, или́ по пря́денѣ, или́ по кро́кахъ, или́ по ко́жи, по всему́ ели́ка творя́т­ся ко́жы въ дѣ́ланiи, прокаже́нiе и́сто е́сть я́зва, нечи́стъ е́сть:
да сожже́тъ ри́зу, или́ пряде́нiя, или́ кро́ки, или́ на во́лнѣ, или́ на льнѣ́, или́ на вся́комъ сосу́дѣ ко́жанѣ, на не́мже а́ще бу́детъ я́зва: поне́же прокаже́нiе и́сто е́сть, на огни́ да сожже́т­ся.
А́ще ли у́зритъ жре́цъ, и не разсы́плет­ся я́зва по ри́зѣ, или́ по пря́денѣ, или́ по кро́кахъ, или́ по вся́кому сосу́ду ко́жану:
и повели́тъ жре́цъ, и измы́етъ, на не́мже бу́детъ я́зва, и да от­лучи́тъ жре́цъ я́зву на другі́я се́дмь дні́й:
и уви́дитъ жре́цъ по измы́тiи его́ я́зву, и а́ще не измѣни́ла я́зва лица́ сво­его́, и я́зва не разсы́пася, нечи́сто е́сть, на огни́ да сожже́т­ся: утверди́ся бо на ри́зѣ, или́ на пря́денѣ, или́ на кро́кахъ.
И а́ще уви́дитъ жре́цъ, и бу́детъ темна́ я́зва по испра́нiи ея́, да от­то́ргнетъ е́ от­ ри́зы, или́ от­ пря́дена, или́ от­ кро́къ, или́ от­ ко́жи.
И а́ще яви́т­ся еще́ на ри́зѣ или́ на пря́денѣ, или́ на кро́кахъ, или́ на вся́комъ сосу́дѣ ко́жанѣ, прокаже́нiе процвѣта́ющее е́сть, на огни́ да сожже́т­ся, на не́мже е́сть я́зва.
И ри́за, или́ пря́дено, или́ кро́ки, или́ вся́къ сосу́дъ ко́жанъ, е́же испере́т­ся, и от­сту́питъ от­ него́ я́зва, и измы́ет­ся второ́е, и чи́сто бу́детъ.
Се́й зако́нъ я́звѣ прокаже́нiя ри́зы сукня́ны, или́ изгре́бiйны, или́ пря́дены, или́ куде́лныя, или́ вся́каго сосу́да ко́жана, во е́же очи́стити е́, или́ оскверни́ти е́.
Если кто согрешит тем, что слышал голос проклятия и был свидетелем, или видел, или знал, но не объявил, то он понесет на себе грех.
Или если прикоснется к чему-нибудь нечистому, или к трупу зверя нечистого, или к трупу скота нечистого, или к трупу гада нечистого, но не знал того, то он нечист и виновен.
Или если прикоснется к нечистоте человеческой, какая бы то ни была нечистота, от которой оскверняются, и он не знал того, но после узнает, то он виновен.
Или если кто безрассудно устами своими поклянется сделать что-нибудь худое или доброе, какое бы то ни было дело, в котором люди безрассудно клянутся, и он не знал того, но после узнает, то он виновен в том.
Если он виновен в чем-нибудь из сих, и исповедается, в чем он согрешил,
то пусть принесет Господу за грех свой, которым он согрешил, жертву повинности из мелкого скота, овцу или козу, за грех, и очистит его священник от греха его.
Если же он не в состоянии принести овцы, то в повинность за грех свой пусть принесет Господу двух горлиц или двух молодых голубей, одного в жертву за грех, а другого во всесожжение;
пусть принесет их к священнику, и [священник] представит прежде ту из сих птиц, которая за грех, и надломит голову ее от шеи ее, но не отделит;
и покропит кровью сей жертвы за грех на стену жертвенника, а остальную кровь выцедит к подножию жертвенника: это жертва за грех;
а другую употребит во всесожжение по установлению; и так очистит его священник от греха его, которым он согрешил, и прощено будет ему.
Если же он не в состоянии принести двух горлиц или двух молодых голубей, пусть принесет за то, что согрешил, десятую часть ефы пшеничной муки в жертву за грех; пусть не льет на нее елея, и ливана пусть не кладет на нее, ибо это жертва за грех;
и принесет ее к священнику, а священник возьмет из нее полную горсть в память и сожжет на жертвеннике в жертву Господу: это жертва за грех;
и так очистит его священник от греха его, которым он согрешил в котором-нибудь из оных случаев, и прощено будет ему; [остаток] же принадлежит священнику, как приношение хлебное.
И сказал Господь Моисею, говоря:
если кто сделает преступление и по ошибке согрешит против посвященного Господу, пусть за вину свою принесет Господу из стада овец овна без порока, по твоей оценке, серебряными сиклями по сиклю священному, в жертву повинности;
за ту святыню, против которой он согрешил, пусть воздаст и прибавит к тому пятую долю, и отдаст сие священнику, и священник очистит его овном жертвы повинности, и прощено будет ему.
Если кто согрешит и сделает что-нибудь против заповедей Господних, чего не надлежало делать, и по неведению сделается виновным и понесет на себе грех,
пусть принесет к священнику в жертву повинности овна без порока, по оценке твоей, и загладит священник проступок его, в чем он преступил по неведению, и прощено будет ему.
Это жертва повинности, которою он провинился пред Господом.
Вот закон о жертве повинности: это великая святыня;
жертву повинности должно заколать на том месте, где заколается всесожжение, и кровью ее кропить на жертвенник со всех сторон;
приносящий должен представить из нее весь тук, курдюк и тук, покрывающий внутренности,
и обе почки и тук, который на них, который на стегнах, и сальник, который на печени; с почками пусть он отделит сие;
и сожжет сие священник на жертвеннике в жертву Господу: это жертва повинности.
Весь мужеский пол священнического рода может есть ее; на святом месте должно есть ее: это великая святыня.
Как о жертве за грех, так и о жертве повинности закон один: она принадлежит священнику, который очищает посредством ее.
И когда священник приносит чью-нибудь жертву всесожжения, кожа от жертвы всесожжения, которое он приносит, принадлежит священнику;
и всякое приношение хлебное, которое печено в печи, и всякое приготовленное в горшке или на сковороде, принадлежит священнику, приносящему его;
и всякое приношение хлебное, смешанное с елеем и сухое, принадлежит всем сынам Аароновым, как одному, так и другому.
Вот закон о жертве мирной, которую приносят Господу:
если кто в благодарность приносит ее, то при жертве благодарности он должен принести пресные хлебы, смешанные с елеем, и пресные лепешки, помазанные елеем, и пшеничную муку, напитанную елеем, хлебы, смешанные с елеем;
кроме лепешек пусть он приносит в приношение свое квасный хлеб, при мирной жертве благодарной;
одно что-нибудь из всего приношения своего пусть принесет он в возношение Господу: это принадлежит священнику, кропящему кровью мирной жертвы;
мясо мирной жертвы благодарности должно съесть в день приношения ее, не должно оставлять от него до утра.
Если же кто приносит жертву по обету, или от усердия, то жертву его должно есть в день приношения, и на другой день оставшееся от нее есть можно,
а оставшееся от жертвенного мяса к третьему дню должно сжечь на огне;
если же будут есть мясо мирной жертвы на третий день, то она не будет благоприятна; кто ее принесет, тому ни во что не вменится: это осквернение, и кто будет есть ее, тот понесет на себе грех;
мяса сего, если оно прикоснется к чему-либо нечистому, не должно есть, но должно сжечь его на огне; а мясо чистое может есть всякий чистый;
если же какая душа, имея на себе нечистоту, будет есть мясо мирной жертвы Господней, то истребится душа та из народа своего;
и если какая душа, прикоснувшись к чему-нибудь нечистому, к нечистоте человеческой, или к нечистому скоту, или какому-нибудь нечистому гаду, будет есть мясо мирной жертвы Господней, то истребится душа та из народа своего.
И сказал Господь Моисею, говоря:
скажи сынам Израилевым: никакого тука ни из вола, ни из овцы, ни из козла не ешьте.
Тук из мертвого и тук из растерзанного зверем можно употреблять на всякое дело; а есть не ешьте его;
ибо, кто будет есть тук из скота, который приносится в жертву Господу, истребится душа та из народа своего;
и никакой крови не ешьте во всех жилищах ваших ни из птиц, ни из скота;
а кто будет есть какую-нибудь кровь, истребится душа та из народа своего.
И сказал Господь Моисею, говоря:
скажи сынам Израилевым: кто представляет мирную жертву свою Господу, тот из мирной жертвы часть должен принести в приношение Господу;
своими руками должен он принести в жертву Господу: тук с грудью должен он принести [и сальник на печени], потрясая грудь пред лицем Господним;
тук сожжет священник на жертвеннике, а грудь принадлежит Аарону и сынам его;
и правое плечо, как возношение, из мирных жертв ваших отдавайте священнику:
кто из сынов Аароновых приносит кровь из мирной жертвы и тук, тому и правое плечо на долю;
ибо Я беру от сынов Израилевых из мирных жертв их грудь потрясания и плечо возношения, и отдаю их Аарону священнику и сынам его в вечный участок от сынов Израилевых.
Вот участок Аарону и участок сынам его из жертв Господних со дня, когда они предстанут пред Господа для священнодействия,
который повелел Господь давать им со дня помазания их от сынов Израилевых. Это вечное постановление в роды их. –
Вот закон о всесожжении, о приношении хлебном, о жертве за грех, о жертве повинности, о жертве посвящения и о жертве мирной,
который дал Господь Моисею на горе Синае, когда повелел сынам Израилевым, в пустыне Синайской, приносить Господу приношения их.
И сказал Господь Моисею, говоря:
возьми Аарона и сынов его с ним, и одежды и елей помазания, и тельца для жертвы за грех и двух овнов, и корзину опресноков,
и собери все общество ко входу скинии собрания.
Моисей сделал так, как повелел ему Господь, и собралось общество ко входу скинии собрания.
И сказал Моисей к обществу: вот что повелел Господь сделать.
И привел Моисей Аарона и сынов его и омыл их водою;
и возложил на него хитон, и опоясал его поясом, и надел на него верхнюю ризу, и возложил на него ефод, и опоясал его поясом ефода и прикрепил им ефод на нем,
и возложил на него наперсник, и на наперсник положил урим и туммим,
и возложил на голову его кидар, а на кидар с передней стороны его возложил полированную дощечку, диадиму святыни, как повелел Господь Моисею.
И взял Моисей елей помазания, и помазал скинию и все, что в ней, и освятил это;
и покропил им на жертвенник семь раз, и помазал жертвенник и все принадлежности его и умывальницу и подножие ее, чтобы освятить их;
и возлил [Моисей] елей помазания на голову Аарона и помазал его, чтоб освятить его.
И привел Моисей сынов Аароновых, и одел их в хитоны, и опоясал их поясом, и возложил на них кидары, как повелел Господь Моисею.
И привел [Моисей] тельца для жертвы за грех, и Аарон и сыны его возложили руки свои на голову тельца за грех;
и заколол его [Моисей] и взял крови, и перстом своим возложил на роги жертвенника со всех сторон, и очистил жертвенник, а остальную кровь вылил к подножию жертвенника, и освятил его, чтобы сделать его чистым.
И взял [Моисей] весь тук, который на внутренностях, и сальник на печени, и обе почки и тук их, и сжег Моисей на жертвеннике;
а тельца и кожу его, и мясо его, и нечистоту его сжег на огне вне стана, как повелел Господь Моисею.
И привел [Моисей] овна для всесожжения, и возложили Аарон и сыны его руки свои на голову овна;
и заколол его Моисей и покропил кровью на жертвенник со всех сторон;
и рассек овна на части, и сжег Моисей голову и части и тук,
а внутренности и ноги вымыл водою, и сжег Моисей всего овна на жертвеннике: это всесожжение в приятное благоухание, это жертва Господу, как повелел Господь Моисею.
И привел [Моисей] другого овна, овна посвящения, и возложили Аарон и сыны его руки свои на голову овна;
и заколол его Моисей, и взял крови его, и возложил на край правого уха Ааронова и на большой палец правой руки его и на большой палец правой ноги его.
И привел Моисей сынов Аароновых, и возложил крови на край правого уха их и на большой палец правой руки их и на большой палец правой ноги их, и покропил Моисей кровью на жертвенник со всех сторон.
И взял [Моисей] тук и курдюк и весь тук, который на внутренностях, и сальник на печени, и обе почки и тук их и правое плечо;
и из корзины с опресноками, которая пред Господом, взял один опреснок и один хлеб с елеем и одну лепешку, и возложил на тук и на правое плечо;
и положил все это на руки Аарону и на руки сынам его, и принес это, потрясая пред лицем Господним;
и взял это Моисей с рук их и сжег на жертвеннике со всесожжением: это жертва посвящения в приятное благоухание, это жертва Господу.
И взял Моисей грудь и принес ее, потрясая пред лицем Господним: это была доля Моисеева от овна посвящения, как повелел Господь Моисею.
И взял Моисей елея помазания и крови, которая на жертвеннике, и покропил Аарона и одежды его, и сынов его и одежды сынов его с ним; и так освятил Аарона и одежды его, и сынов его и одежды сынов его с ним.
И сказал Моисей Аарону и сынам его: сварите мясо у входа скинии собрания и там ешьте его с хлебом, который в корзине посвящения, как мне повелено и сказано: Аарон и сыны его должны есть его;
а остатки мяса и хлеба сожгите на огне.
Семь дней не отходите от дверей скинии собрания, пока не исполнятся дни посвящения вашего, ибо семь дней должно совершаться посвящение ваше;
как сегодня было сделано, так повелел Господь делать для очищения вас;
у входа скинии собрания будьте день и ночь в продолжение семи дней и будьте на страже у Господа, чтобы не умереть, ибо так мне повелено [от Господа Бога].
И исполнил Аарон и сыны его все, что повелел Господь чрез Моисея.
И сказал Господь Моисею и Аарону, говоря им:
скажите сынам Израилевым: вот животные, которые можно вам есть из всего скота на земле:
всякий скот, у которого раздвоены копыта и на копытах глубокий разрез, и который жует жвачку, ешьте;
только сих не ешьте из жующих жвачку и имеющих раздвоенные копыта: верблюда, потому что он жует жвачку, но копыта у него не раздвоены, нечист он для вас;
и тушканчика, потому что он жует жвачку, но копыта у него не раздвоены, нечист он для вас,
и зайца, потому что он жует жвачку, но копыта у него не раздвоены, нечист он для вас;
и свиньи, потому что копыта у нее раздвоены и на копытах разрез глубокий, но она не жует жвачки, нечиста она для вас;
мяса их не ешьте и к трупам их не прикасайтесь; нечисты они для вас.
Из всех животных, которые в воде, ешьте сих: у которых есть перья и чешуя в воде, в морях ли, или реках, тех ешьте;
а все те, у которых нет перьев и чешуи, в морях ли, или реках, из всех плавающих в водах и из всего живущего в водах, скверны для вас;
они должны быть скверны для вас: мяса их не ешьте и трупов их гнушайтесь;
все животные, у которых нет перьев и чешуи в воде, скверны для вас.
Из птиц же гнушайтесь сих [не должно их есть, скверны они]: орла, грифа и морского орла,
коршуна и сокола с породою его,
всякого ворона с породою его,
страуса, совы, чайки и ястреба с породою его,
филина, рыболова и ибиса,
лебедя, пеликана и сипа,
цапли, зуя с породою его, удода и нетопыря.
Все животные пресмыкающиеся, крылатые, ходящие на четырех ногах, скверны для вас;
из всех пресмыкающихся, крылатых, ходящих на четырех ногах, тех только ешьте, у которых есть голени выше ног, чтобы скакать ими по земле;
сих ешьте из них: саранчу с ее породою, солам с ее породою, харгол с ее породою и хагаб с ее породою.
Всякое другое пресмыкающееся, крылатое, у которого четыре ноги, скверно для вас;
от них вы будете нечисты: всякий, кто прикоснется к трупу их, нечист будет до вечера;
и всякий, кто возьмет труп их, должен омыть одежду свою и нечист будет до вечера.
Всякий скот, у которого копыта раздвоены, но нет глубокого разреза, и который не жует жвачки, нечист для вас: всякий, кто прикоснется к нему, будет нечист [до вечера].
Из всех зверей четвероногих те, которые ходят на лапах, нечисты для вас: всякий, кто прикоснется к трупу их, нечист будет до вечера;
кто возьмет труп их, тот должен омыть одежды свои и нечист будет до вечера: нечисты они для вас.
Вот что нечисто для вас из животных, пресмыкающихся по земле: крот, мышь, ящерица с ее породою,
анака, хамелеон, летаа, хомет и тиншемет, –
сии нечисты для вас из всех пресмыкающихся: всякий, кто прикоснется к ним мертвым, нечист будет до вечера.
И всё, на что упадет которое-нибудь из них мертвое, всякий деревянный сосуд, или одежда, или кожа, или мешок, и всякая вещь, которая употребляется на дело, будут нечисты: в воду должно положить их, и нечисты будут до вечера, потом будут чисты;
если же которое-нибудь из них упадет в какой-нибудь глиняный сосуд, то находящееся в нем будет нечисто, и самый [сосуд] разбейте.
Всякая пища, которую едят, на которой была вода из такого сосуда, нечиста будет [для вас], и всякое питье, которое пьют, во всяком таком сосуде нечисто будет.
Всё, на что упадет что-нибудь от трупа их, нечисто будет: печь и очаг должно разломать, они нечисты; и они должны быть нечисты для вас;
только источник и колодезь, вмещающий воду, остаются чистыми; а кто прикоснется к трупу их, тот нечист.
И если что-нибудь от трупа их упадет на какое-либо семя, которое сеют, то оно чисто;
если же тогда, как вода налита на семя, упадет на него что-нибудь от трупа их, то оно нечисто для вас.
И когда умрет какой-либо скот, который употребляется вами в пищу, то прикоснувшийся к трупу его нечист будет до вечера;
и тот, кто будет есть мертвечину его, должен омыть одежды свои и нечист будет до вечера; и тот, кто понесет труп его, должен омыть одежды свои и нечист будет до вечера.
Всякое животное, пресмыкающееся по земле, скверно для вас, не должно есть его;
всего ползающего на чреве и всего ходящего на четырех ногах, и многоножных из животных пресмыкающихся по земле, не ешьте, ибо они скверны;
не оскверняйте душ ваших каким-либо животным пресмыкающимся и не делайте себя чрез них нечистыми, чтоб быть чрез них нечистыми,
ибо Я – Господь Бог ваш: освящайтесь и будьте святы, ибо Я [Господь, Бог ваш] свят; и не оскверняйте душ ваших каким-либо животным, ползающим по земле,
ибо Я – Господь, выведший вас из земли Египетской, чтобы быть вашим Богом. Итак будьте святы, потому что Я свят.
Вот закон о скоте, о птицах, о всех животных, живущих в водах, и о всех животных, пресмыкающихся по земле,
чтобы отличать нечистое от чистого, и животных, которых можно есть, от животных, которых есть не должно.
И сказал Господь Моисею и Аарону, говоря:
когда у кого появится на коже тела его опухоль, или лишаи, или пятно, и на коже тела его сделается как бы язва проказы, то должно привести его к Аарону священнику, или к одному из сынов его, священников;
священник осмотрит язву на коже тела, и если волосы на язве изменились в белые, и язва оказывается углубленною в кожу тела его, то это язва проказы; священник, осмотрев его, объявит его нечистым.
А если на коже тела его пятно белое, но оно не окажется углубленным в кожу, и волосы на нем не изменились в белые, то священник имеющего язву должен заключить на семь дней;
в седьмой день священник осмотрит его, и если язва остается в своем виде и не распространяется язва по коже, то священник должен заключить его на другие семь дней;
в седьмой день опять священник осмотрит его, и если язва менее приметна и не распространилась язва по коже, то священник должен объявить его чистым: это лишаи, и пусть он омоет одежды свои, и будет чист.
Если же лишаи станут распространяться по коже, после того как он являлся к священнику для очищения, то он вторично должен явиться к священнику;
священник, увидев, что лишаи распространяются по коже, объявит его нечистым: это проказа.
Если будет на ком язва проказы, то должно привести его к священнику;
священник осмотрит, и если опухоль на коже бела, и волос изменился в белый, и на опухоли живое мясо,
то это застарелая проказа на коже тела его; и священник объявит его нечистым и заключит его, ибо он нечист.
Если же проказа расцветет на коже, и покроет проказа всю кожу больного от головы его до ног, сколько могут видеть глаза священника,
и увидит священник, что проказа покрыла все тело его, то он объявит больного чистым, потому что все превратилось в белое: он чист.
Когда же окажется на нем живое мясо, то он нечист;
священник, увидев живое мясо, объявит его нечистым; живое мясо нечисто: это проказа.
Если же живое мясо изменится и обратится в белое, пусть он придет к священнику;
священник осмотрит его, и если язва обратилась в белое, священник объявит больного чистым; он чист.
Если у кого на коже тела был нарыв и зажил,
и на месте нарыва появилась белая опухоль, или пятно белое или красноватое, то он должен явиться к священнику;
священник осмотрит его, и если оно окажется ниже кожи, и волос его изменился в белый, то священник объявит его нечистым: это язва проказы, она расцвела на нарыве;
если же священник увидит, что волос на ней не бел, и она не ниже кожи, и притом мало приметна, то священник заключит его на семь дней;
если она станет очень распространяться по коже, то священник объявит его нечистым: это язва;
если же пятно остается на своем месте и не распространяется, то это воспаление нарыва, и священник объявит его чистым.
Или если у кого на коже тела будет ожог, и на зажившем ожоге окажется красноватое или белое пятно,
и священник увидит, что волос на пятне изменился в белый, и оно окажется углубленным в коже, то это проказа, она расцвела на ожоге; и священник объявит его нечистым: это язва проказы;
если же священник увидит, что волос на пятне не бел, и оно не ниже кожи, и притом мало приметно, то священник заключит его на семь дней;
в седьмой день священник осмотрит его, и если оно очень распространяется по коже, то священник объявит его нечистым: это язва проказы;
если же пятно остается на своем месте и не распространяется по коже, и притом мало приметно, то это опухоль от ожога; священник объявит его чистым, ибо это воспаление от ожога.
Если у мужчины или у женщины будет язва на голове или на бороде,
и осмотрит священник язву, и она окажется углубленною в коже, и волос на ней желтоватый тонкий, то священник объявит их нечистыми: это паршивость, это проказа на голове или на бороде;
если же священник осмотрит язву паршивости и она не окажется углубленною в коже, и волос на ней не черный, то священник имеющего язву паршивости заключит на семь дней;
в седьмой день священник осмотрит язву, и если паршивость не распространяется, и нет на ней желтоватого волоса, и паршивость не окажется углубленною в коже,
то больного должно остричь, но паршивого места не остригать, и священник должен паршивого вторично заключить на семь дней;
в седьмой день священник осмотрит паршивость, и если паршивость не распространяется по коже и не окажется углубленною в коже, то священник объявит его чистым; пусть он омоет одежды свои, и будет чист.
Если же после очищения его будет очень распространяться паршивость по коже,
и священник увидит, что паршивость распространяется по коже, то священник пусть не ищет желтоватого волоса: он нечист.
Если же паршивость остается в своем виде, и показывается на ней волос черный, то паршивость прошла, он чист; священник объявит его чистым.
Если у мужчины или у женщины на коже тела их будут пятна, пятна белые,
и священник увидит, что на коже тела их пятна бледно-белые, то это лишай, расцветший на коже: он чист.
Если у кого на голове вылезли волосы, то это плешивый: он чист;
а если на передней стороне головы вылезли волосы, то это лысый: он чист.
Если же на плеши или на лысине будет белое или красноватое пятно, то на плеши его или на лысине его расцвела проказа;
священник осмотрит его, и если увидит, что опухоль язвы бела или красновата на плеши его или на лысине его, видом похожа на проказу кожи тела,
то он прокаженный, нечист он; священник должен объявить его нечистым, у него на голове язва.
У прокаженного, на котором эта язва, должна быть разодрана одежда, и голова его должна быть не покрыта, и до уст он должен быть закрыт и кричать: нечист! нечист!
Во все дни, доколе на нем язва, он должен быть нечист, нечист он; он должен жить отдельно, вне стана жилище его.
Если язва проказы будет на одежде, на одежде шерстяной, или на одежде льняной,
или на основе, или на утоке из льна или шерсти, или на коже, или на каком-нибудь изделии кожаном,
и пятно будет зеленоватое или красноватое на одежде, или на коже, или на основе, или на утоке, или на какой-нибудь кожаной вещи, – то это язва проказы: должно показать ее священнику;
священник осмотрит язву и заключит зараженное язвою на семь дней;
в седьмой день осмотрит священник зараженное, и если язва распространилась по одежде, или по основе, или по утоку, или по коже, или по какому-либо изделию, сделанному из кожи, то это проказа едкая, язва нечистая;
он должен сжечь одежду, или основу, или уток шерстяной или льняной, или какую бы то ни было кожаную вещь, на которой будет язва, ибо это проказа едкая: должно сжечь на огне.
Если же священник увидит, что язва не распространилась по одежде, или по основе, или по утоку, или по какой бы то ни было кожаной вещи,
то священник прикажет омыть то, на чем язва, и вторично заключит на семь дней;
если по омытии зараженной вещи священник увидит, что язва не изменила вида своего и не распространилась язва, то она нечиста, сожги ее на огне; это выеденная ямина на лицевой стороне или на изнанке;
если же священник увидит, что язва по омытии ее сделалась менее приметна, то священник пусть оторвет ее от одежды, или от кожи, или от основы, или от утока.
Если же она опять покажется на одежде, или на основе, или на утоке, или на какой-нибудь кожаной вещи, то это расцветающая язва: сожги на огне то, на чем язва.
Если же одежду, или основу, или уток, или какую-нибудь кожаную вещь вымоешь, и сойдет с них язва, то должно вымыть их вторично, и они будут чисты.
Вот закон о язве проказы на одежде шерстяной или льняной, или на основе и на утоке, или на какой-нибудь кожаной вещи, как объявлять ее чистою или нечистою.
Копировать текст Копировать ссылку Толкования стиха
Библ. энциклопедия Библейский словарь Словарь библ. образов