Скрыть
Церковнославянский (рус)
Словеса́ неемі́и сы́на Ахалі́ина. И бы́сть въ ме́сяцѣ хаселе́въ, двадеся́таго лѣ́та, и а́зъ бѣ́хъ въ суса́нъ-авирѣ́.
И прiи́де [ко мнѣ́] Анані́а еди́нъ от­ бра́тiй мо­и́хъ съ му́жи Иу́довы, и вопроси́хъ и́хъ о спа́сшихся, и́же оста́шася от­ плѣне́нiя, и о Иерусали́мѣ.
И реко́ша ми́: оста́в­шiися от­ плѣне́нiя та́мо во странѣ́, во озлобле́нiи вели́цѣ и въ поноше́нiи, и стѣ́ны Иерусали́мскiя разоре́ны, и врата́ его́ сожже́на огне́мъ.
И бы́сть егда́ услы́шахъ словеса́ сiя́, сѣдо́хъ и пла́кахъ и рыда́хъ дни́ [мно́ги], и бѣ́хъ постя́ся и моля́ся предъ лице́мъ Бо́га небе́снаго,
и реко́хъ: молю́ тя́, Го́споди Бо́же небе́сный, крѣ́пкiй, вели́кiй и стра́шный, храня́й завѣ́тъ и милосе́рдiе лю́бящымъ тя́ и храня́щымъ за́повѣди твоя́:
да бу́дутъ у́ши тво­и́ вне́млющѣ и о́чи тво­и́ от­ве́рстѣ, е́же слы́шати моли́тву раба́ тво­его́, е́юже а́зъ молю́ся предъ тобо́ю дне́сь, де́нь и но́щь, о сынѣ́хъ Изра́илевыхъ рабѣ́хъ тво­и́хъ: и исповѣ́даюся о грѣсѣ́хъ сыно́въ Изра́илевыхъ, и́миже согрѣши́хомъ предъ тобо́ю, и а́зъ и до́мъ отца́ мо­его́ согрѣши́хомъ:
преступле́нiемъ преступи́хомъ тебѣ́ и не сохрани́хомъ за́повѣдiй [тво­и́хъ] и повелѣ́нiй и суде́бъ, я́же повелѣ́лъ еси́ Моисе́ю рабу́ тво­ему́:
помяни́ у́бо сло́во, е́же заповѣ́далъ еси́ Моисе́ю рабу́ тво­ему́ глаго́ля: а́ще престу́пите вы́, а́зъ расточу́ вы́ въ лю́ди,
и а́ще обратите́ся ко мнѣ́ и сохраните́ за́повѣди моя́ и сотворите́ я́, а́ще бу́детъ разсѣ́янiе ва́­ше до конца́ небесе́, от­ту́ду соберу́ вы́ и введу́ вы́ въ мѣ́сто, е́же избра́хъ всели́тися и́мени мо­ему́ та́мо:
и ті́и раби́ тво­и́ и лю́дiе тво­и́, и́хже искупи́лъ еси́ си́лою тво­е́й вели́кою и руко́ю тво­е́ю крѣ́пкою:
молю́, Го́споди, да бу́детъ у́хо твое́ вне́млющее на моли́тву раба́ тво­его́ и на моли́тву рабо́въ тво­и́хъ хотя́щихъ боя́тися и́мене тво­его́: и благопоспѣши́ у́бо рабу́ тво­ему́ дне́сь, и да́ждь его́ въ щедро́ты предъ му́жемъ си́мъ. И а́зъ бы́хъ виноче́рпчiй царе́въ.
Синодальный
Слова́ Неемии, сына Ахалиина. В месяце Кислеве, в двадцатом году, я находился в Сузах, престольном городе.
И пришел Ханани, один из братьев моих, он и несколько человек из Иудеи. И спросил я их об уцелевших Иудеях, которые остались от плена, и об Иерусалиме.
И сказали они мне: оставшиеся, которые остались от плена, находятся там, в стране своей, в великом бедствии и в уничижении; и стена Иерусалима разрушена, и ворота его сожжены огнем.
Услышав эти слова, я сел и заплакал, и печален был несколько дней, и постился и молился пред Богом небесным
и говорил: Господи Боже небес, Боже великий и страшный, хранящий завет и милость к любящим Тебя и соблюдающим заповеди Твои!
Да будут уши Твои внимательны и очи Твои отверсты, чтобы услышать молитву раба Твоего, которою я теперь день и ночь молюсь пред Тобою о сынах Израилевых, рабах Твоих, и исповедуюсь во грехах сынов Израилевых, которыми согрешили мы пред Тобою, согрешили – и я и дом отца моего.
Мы стали преступны пред Тобою и не сохранили заповедей и уставов и определений, которые Ты заповедал Моисею, рабу Твоему.
Но помяни слово, которое Ты заповедал Моисею, рабу Твоему, говоря: если вы сделаетесь преступниками, то Я рассею вас по народам;
когда же обратитесь ко Мне и будете хранить заповеди Мои и исполнять их, то хотя бы вы изгнаны были на край неба, и оттуда соберу вас и приведу вас на место, которое избрал Я, чтобы водворить там имя Мое.
Они же рабы Твои и народ Твой, который Ты искупил силою Твоею великою и рукою Твоею могущественною.
Молю Тебя, Господи! Да будет ухо Твое внимательно к молитве раба Твоего и к молитве рабов Твоих, любящих благоговеть пред именем Твоим. И благопоспеши рабу Твоему теперь, и введи его в милость у человека сего. Я был виночерпием у царя.
Таджикский
Суханони Наҳемё писари Ҳакалё. Дар моҳи кислев, дар соли бистум, вақте ки ман дар Шушани пойтахт будам, чунин воқеъ шуд,
Ки Ҳононӣ, яке аз бародаронам, омад, ва бо ӯ якчанд касоне касоне чанд аз Яҳудо буданд; ва ман аз онҳо дар бораи яҳудиёни халосшуда, ки аз асирӣ боқӣ монда буданд, ва дар бораи Уршалим пурсупос намудам.
Ва онҳо ба ман гуфтанд: «Боқӣ мондагон, – онҳое ки аз асирӣ боқӣ мондаанд, – он ҷо, дар мамлакат, дар мусибати бузург ва дар хорузорӣ мебошанд; ва ҳисори Уршалим хароб шудааст, ва дарвозаҳояш ба оташ сӯхтааст».
Ва ҳамин ки ин суханонро шунидам, нишаста, гиря кардам ва чандин рӯз мотам гирифтам, ва рӯза дошта, ба ҳузури Худои осмон дуо хондам,
Ва гуфтам: «Лутфан, эй Парвардигор, Худои осмон, Худои азим ва саҳмгин, ки паймон ва марҳаматро бар онҳое ки Туро дӯст медоранд ва аҳкоми Туро ба ҷо меоваранд, нигоҳ медорӣ!
Хоҳишмандам, ки гӯшҳои Ту бодиққат ва чашмони Ту воз бошанд, то дуои бандаи худро, ки ман ба ҳузури Ту дар ин вақт, рӯзона ва шабона, дар бораи бандагонат банӣ Исроил мегӯям, бишнавӣ, ва ман гуноҳҳои банӣ Исроилро, ки пеши Ту ба амал овардаем, эътироф менамоям: ҳам ман ва ҳам хонадони падари ман гуноҳ кардаем.
Мо пеши Ту гуноҳкор шудаем, ва аҳкому фароизу дастурҳоеро, ки ба бандаи Худ Мусо фармудаӣ, риоя накардаем.
Аммо суханеро, ки ба бандаи Худ Мусо фармудаӣ, ба ёд овар, ки гуфтаӣ: ́Агар шумо хиёнат намоед, Ман шуморо дар миёни қавмҳо пароканда хоҳам кард;
Ва ҳар гоҳ ба сӯи ман бозгашт намоед, ва аҳкоми Маро риоя кунед ва онҳоро ба ҷо оваред, ҳатто агар парокандагони шумо дар канори осмон бошанд ҳам, онҳоро аз он ҷо ҷамъ хоҳам кард ва ба маконе ки онро баргузидаам, то номи Худро дар он ҷо сокин гардонам, хоҳам овард́.
Ва онҳо, охир, бандагони Ту ва қавми Ту ҳастанд, ки онҳоро бо қуввати азими Худ ва бо дасти пурзӯри қавии Худ раҳонидаӣ!
Лутфан, эй Худо, хоҳишмандам, ки гӯши Ту ба дуои бандаат ва ба дуои бандагонат, ки иштиёқманди хоҳони тарси номи Ту ҳастанд, бодиққат бошад; ва хоҳишмандам, ки бандаи Худро имрӯз комёб созӣ, ва ӯро ба ҳузури ин шахс сазовори марҳамат гардонӣ». – Ва ман соқии подшоҳ будам.

Словеса̀ неемі́и сы́на а҆халі́ина. И҆ бы́сть въ мцⷭ҇ѣ хаселе́ѵъ {ное́мврїй}, двадесѧ́тагѡ лѣ́та, и҆ а҆́зъ бѣ́хъ въ сꙋса́нъ-а҆вїрѣ̀.
И҆ прїи́де (ко мнѣ̀) а҆нані́а є҆ди́нъ ѿ бра́тїй мои́хъ съ мꙋ̑жи і҆ꙋ́дѡвы, и҆ вопроси́хъ и҆̀хъ ѡ҆ спа́сшихсѧ, и҆̀же ѡ҆ста́шасѧ ѿ плѣне́нїѧ, и҆ ѡ҆ і҆ерⷭ҇ли́мѣ.
И҆ реко́ша мѝ: ѡ҆ста́вшїисѧ ѿ плѣне́нїѧ та́мѡ во странѣ̀, во ѡ҆ѕлобле́нїи вели́цѣ и҆ въ поноше́нїи, и҆ стѣ́ны і҆ерⷭ҇ли̑мскїѧ разорє́ны, и҆ врата̀ є҆гѡ̀ сожжє́на ѻ҆гне́мъ.
И҆ бы́сть є҆гда̀ ᲂу҆слы́шахъ словеса̀ сїѧ̑, сѣдо́хъ и҆ пла́кахъ и҆ рыда́хъ дни̑ (мнѡ́ги), и҆ бѣ́хъ постѧ́сѧ и҆ молѧ́сѧ пред̾ лице́мъ бг҃а нбⷭ҇нагѡ,
и҆ реко́хъ: молю̀ тѧ̀, гдⷭ҇и бж҃е нбⷭ҇ный, крѣ́пкїй, вели́кїй и҆ стра́шный, хранѧ́й завѣ́тъ и҆ млⷭ҇рдїе лю́бѧщымъ тѧ̀ и҆ хранѧ́щымъ за́пѡвѣди твоѧ̑:
да бꙋ́дꙋтъ ᲂу҆́ши твоѝ вне́млющѣ и҆ ѻ҆́чи твоѝ ѿве́рстѣ, є҆́же слы́шати моли́твꙋ раба̀ твоегѡ̀, є҆́юже а҆́зъ молю́сѧ пред̾ тобо́ю дне́сь, де́нь и҆ но́щь, ѡ҆ сынѣ́хъ і҆и҃левыхъ рабѣ́хъ твои́хъ: и҆ и҆сповѣ́даюсѧ ѡ҆ грѣсѣ́хъ сынѡ́въ і҆и҃левыхъ, и҆́миже согрѣши́хомъ пред̾ тобо́ю, и҆ а҆́зъ и҆ до́мъ ѻ҆тца̀ моегѡ̀ согрѣши́хомъ:
престꙋпле́нїемъ престꙋпи́хомъ тебѣ̀ и҆ не сохрани́хомъ за́повѣдїй (твои́хъ) и҆ повелѣ́нїй и҆ сꙋде́бъ, ꙗ҆̀же повелѣ́лъ є҆сѝ мѡѷсе́ю рабꙋ̀ твоемꙋ̀:
помѧнѝ ᲂу҆̀бо сло́во, є҆́же заповѣ́далъ є҆сѝ мѡѷсе́ю рабꙋ̀ твоемꙋ̀ гл҃ѧ: а҆́ще престꙋ́пите вы̀, а҆́зъ расточꙋ̀ вы̀ въ лю́ди,
и҆ а҆́ще ѡ҆братите́сѧ ко мнѣ̀ и҆ сохранитѐ за́пѡвѣди моѧ̑ и҆ сотворитѐ ѧ҆̀, а҆́ще бꙋ́детъ разсѣ́ѧнїе ва́ше до конца̀ небесѐ, ѿтꙋ́дꙋ соберꙋ̀ вы̀ и҆ введꙋ̀ вы̀ въ мѣ́сто, є҆́же и҆збра́хъ всели́тисѧ и҆́мени моемꙋ̀ та́мѡ:
и҆ ті́и рабѝ твоѝ и҆ лю́дїе твоѝ, и҆̀хже и҆скꙋпи́лъ є҆сѝ си́лою твое́й вели́кою и҆ рꙋко́ю твое́ю крѣ́пкою:
молю̀, гдⷭ҇и, да бꙋ́детъ ᲂу҆́хо твоѐ вне́млющее на моли́твꙋ раба̀ твоегѡ̀ и҆ на моли́твꙋ рабѡ́въ твои́хъ хотѧ́щихъ боѧ́тисѧ и҆́мене твоегѡ̀: и҆ бл҃гопоспѣшѝ ᲂу҆̀бо рабꙋ̀ твоемꙋ̀ дне́сь, и҆ да́ждь є҆го̀ въ щедрѡ́ты пред̾ мꙋ́жемъ си́мъ. И҆ а҆́зъ бы́хъ вїноче́рпчїй царе́въ.
Копировать текст Копировать ссылку Толкования стиха

Настройки