Скрыть
5:2
5:3
5:4
5:6
5:7
5:12
5:13
5:14
5:16
5:17
5:19
6:2
6:6
6:7
6:8
6:8a
6:8b
6:8c
6:11
6:11a
6:12
6:16
6:18
6:27
6:28
6:30
6:33
6:34
6:35
7:1
7:1a
7:6
7:7
7:8
7:9
7:10
7:11
7:12
7:13
7:14
7:15
7:16
7:17
7:18
7:19
7:20
7:21
7:22
7:24
7:26
8:2
8:3
8:4
8:9
8:14
8:16
8:17
8:20
8:21
8:21a
8:23
8:24
8:26
8:27
8:33
8:35
8:36
23:2
23:3
23:5
23:7
23:8
23:12
23:14
23:16
23:18
23:19
23:23
23:25
23:28
23:29
23:31
23:32
23:34
Церковнославянский (рус)
Сы́не, мо­е́й прему́дрости внима́й, къ мо­и́мъ же словесе́мъ при­­лага́й у́хо твое́,
да сохрани́ши мы́сль благу́ю: чу́в­ст­во же мо­и́хъ усте́нъ заповѣ́даетъ тебѣ́.
Не внима́й злѣ́й женѣ́: ме́дъ бо ка́плетъ от­ усте́нъ жены́ блудни́цы, я́же на вре́мя наслажда́етъ тво́й горта́нь:
послѣди́ же горча́е же́лчи обря́щеши, и изощре́н­ну па́че меча́ обою́ду о́стра:
безу́мiя бо но́зѣ низво́дятъ употребля́ющихъ ю́ со сме́ртiю во а́дъ, стопы́ же ея́ не утвержда́ют­ся:
на пути́ бо живо́тныя не нахо́дитъ, заблужде́н­на же тече́нiя ея́ и неблагоразу́мна.
Ны́нѣ у́бо, сы́не, послу́шай мене́ и не от­ринове́н­на сотвори́ моя́ словеса́:
дале́че от­ нея́ сотвори́ пу́ть тво́й и не при­­бли́жися ко две́ремъ домо́въ ея́,
да не преда́стъ ины́мъ живота́ тво­его́, и тво­его́ житiя́ неми́лостивымъ,
да не насы́тят­ся ині́и тво­ея́ крѣ́пости, тво­и́ же труды́ въ до́мы чужды́я вни́дутъ,
и раска́ешися на послѣ́докъ тво́й, егда́ истру́т­ся пло́ти тѣ́ла тво­его́, и рече́ши:
ка́ко воз­ненави́дѣхъ наказа́нiе, и от­ обличе́нiй уклони́ся се́рдце мое́?
не послу́шахъ гла́са наказу́ющаго мя́, и ко уча́щему мя́ не при­­лага́хъ у́ха мо­его́:
вма́лѣ бѣ́хъ во вся́цѣмъ злѣ́ посредѣ́ це́ркве и со́нмища.
Сы́не, пі́й во́ды от­ сво­и́хъ сосу́довъ и от­ тво­и́хъ кладенце́въ исто́чника:
да преизлива́ют­ся тебѣ́ во́ды от­ тво­его́ исто́чника, во твоя́ же пути́ да про­исхо́дятъ твоя́ во́ды.
Да бу́дутъ тебѣ́ еди́ному имѣ́нiя, и да никто́же чу́ждь при­­части́т­ся тебѣ́.
Исто́чникъ тво­ея́ воды́ да бу́детъ тебѣ́ тво́й, и весели́ся съ жено́ю, я́же от­ ю́ности тво­ея́:
еле́нь любве́ и жребя́ тво­и́хъ благода́тей да бесѣ́дуетъ тебѣ́, твоя́ же да предъи́детъ тебѣ́ и да бу́детъ съ тобо́ю во вся́ко вре́мя: въ дру́жбѣ бо сея́ спребыва́яй умно́женъ бу́деши.
Не мно́гъ бу́ди къ чужде́й, ниже́ объя́тъ бу́ди объя́тiи не тво­ея́:
предъ очи́ма бо су́ть Бо́жiима путiе́ му́жа, вся́ же тече́нiя его́ назира́етъ.
Законопреступле́нiя му́жа уловля́ютъ: плени́цами же сво­и́хъ грѣхо́въ кі́йждо затяза́ет­ся.
Се́й скончава́ет­ся съ ненака́зан­ными: от­ мно́же­ст­ва же сво­его́ житiя́ изве́ржет­ся и погиба́етъ за безу́мiе.
Сы́не, а́ще поручи́шися за тво­его́ дру́га, преда́си твою́ ру́ку врагу́.
Сѣ́ть бо крѣпка́ му́жу сво­и́ устнѣ́, и плѣня́ет­ся устна́ми сво­и́хъ у́стъ.
Твори́, сы́не, я́же а́зъ заповѣ́дую ти́, и спаса́йся: и́деши бо въ ру́цѣ злы́хъ за тво­его́ дру́га: бу́ди не ослабѣва́я, поощря́й же и тво­его́ дру́га, его́же испоручи́лъ еси́.
Не да́ждь сна́ тво­и́ма очи́ма, ниже́ да воз­дре́млеши тво­и́ма вѣ́ждома,
да спасе́шися а́ки се́рна от­ тене́тъ и я́ко пти́ца от­ сѣ́ти.
Иди́ ко мра́вiю, о, лѣни́ве, и поревну́й ви́дѣвъ пути́ его́, и бу́ди о́наго мудрѣ́йшiй:
о́нъ бо, не су́щу ему́ земледѣ́лцу, ниже́ ну́дящаго его́ имѣ́яй, ниже́ подъ влады́кою сы́й,
гото́витъ въ жа́тву пи́щу и мно́гое въ лѣ́то твори́тъ угото́ванiе.
Или́ иди́ ко пчелѣ́ и увѣ́ждь, ко́ль дѣ́лателница е́сть, дѣ́ланiе же ко́ль честно́е твори́тъ:
ея́же трудо́въ ца́рiе и прості́и во здра́вiе употребля́ютъ, люби́ма же е́сть всѣ́ми и сла́вна:
а́ще си́лою и немощна́ су́щи, [но] прему́дростiю почте́на про­изведе́ся.
Доко́лѣ, о, лѣни́ве, лежи́ши? когда́ же от­ сна́ воста́неши?
Ма́ло у́бо спи́ши, ма́ло же сѣди́ши, ма́ло же дре́млеши, ма́ло же объе́млеши пе́рси рука́ма:
пото́мъ же на́йдетъ тебѣ́ а́ки зо́лъ пу́тникъ убо́же­с­т­во: ску́дость же а́ки благі́й тече́цъ.
А́ще же не лѣни́въ бу́деши, прiи́детъ я́ко исто́чникъ жа́тва твоя́, ску́дость же а́ки злы́й тече́цъ [от­ тебе́] от­бѣжи́тъ.
Му́жъ безу́менъ и законопресту́пный хо́дитъ въ пути́ не бла́ги:
то́й же намиза́етъ о́комъ и зна́менiе дае́тъ ного́ю, учи́тъ же помава́нiемъ пе́рстовъ.
Развраще́н­но же се́рдце куе́тъ зла́я: на вся́кое вре́мя таковы́й мяте́жы составля́етъ гра́ду.
Сего́ ра́ди внеза́пу при­­хо́дитъ ему́ поги́бель, разсѣче́нiе и сокруше́нiе неисцѣ́льное.
Я́ко ра́дует­ся о всѣ́хъ, и́хже ненави́дитъ Бо́гъ, сокруша́ет­ся же за нечистоту́ души́:
о́ко досади́теля, язы́къ непра́ведный, ру́цѣ пролива́ющя кро́вь пра́веднаго,
и се́рдце кую́щее мы́сли злы́, и но́зѣ тща́щыяся зло́ твори́ти потребя́т­ся.
Разжиза́етъ лжы́ свидѣ́тель непра́веденъ и насыла́етъ суды́ посредѣ́ бра́тiй.
Сы́не, храни́ зако́ны отца́ тво­его́ и не от­ри́ни наказа́нiя ма́тере тво­ея́:
навяжи́ же я́ на твою́ ду́шу при́сно и обяжи́ и́хъ о тво­е́й вы́и.
Егда́ хо́диши, води́ ю́, и съ тобо́ю да бу́детъ: егда́ же спи́ши, да храни́тъ тя́, да востаю́щу ти́ глаго́летъ съ тобо́ю.
Зане́ свѣти́лникъ за́повѣдь зако́на и свѣ́тъ, и пу́ть жи́зни, и обличе́нiе, и наказа́нiе,
е́же сохрани́ти тя́ от­ жены́ мужа́ты и от­ наважде́нiя язы́ка чужда́го.
Сы́не, да не побѣди́тъ тя́ добро́ты по́хоть, ниже́ уловле́нъ бу́ди тво­и́ма очи́ма, ниже́ да совосхи́тишися вѣ́ждами ея́.
Цѣна́ бо блудни́цы, ели́ка еди́наго хлѣ́ба: жена́ же муже́й честны́я ду́шы уловля́етъ.
Ввя́жетъ ли кто́ о́гнь въ нѣ́дра, ри́зъ же [сво­и́хъ] не сожже́тъ ли?
Или́ ходи́ти кто́ бу́детъ на у́глiехъ о́гнен­ныхъ, но́гъ же не сожже́тъ ли?
Та́ко в­ше́дый къ женѣ́ мужа́тѣй не безъ вины́ бу́детъ, ниже́ вся́къ при­­каса́йся е́й.
Не ди́вно, а́ще кто́ я́тъ бу́детъ крады́й: кра́детъ бо, да насы́титъ ду́шу свою́ а́лчущую:
а́ще же я́тъ бу́детъ, воз­да́стъ седмери́цею, и вся́ имѣ́нiя своя́ да́въ, изба́витъ себе́.
Прелюбо­дѣ́й же за ску́дость ума́ поги́бель души́ сво­е́й содѣва́етъ,
болѣ́зни же и безче́стiе понесе́тъ: поноше́нiе же его́ не загла́дит­ся во вѣ́къ:
испо́лнена бо ре́вности я́рость му́жа ея́: не пощади́тъ въ де́нь суда́,
не измѣни́тъ ни еди́ною цѣно́ю вражды́, ниже́ разрѣши́т­ся мно́гими дарми́.
Сы́не, храни́ моя́ словеса́, моя́ же за́повѣди скры́й у себе́.
Сы́не, чти́ Го́спода, и укрѣпи́шися: кромѣ́ же его́ не бо́йся ино́го.
Храни́ моя́ за́повѣди, и поживе́ши, словеса́ же моя́ я́ко зѣ́ницы о́чiю:
обложи́ же и́ми твоя́ пе́рсты, напиши́ же я́ на скрижа́ли се́рдца тво­его́.
Нарцы́ прему́дрость сестру́ тебѣ́ бы́ти, ра́зумъ же зна́емь сотвори́ тебѣ́,
да тя́ соблюде́тъ от­ жены́ чужді́я и лука́выя, а́ще тя́ словесы́ льсти́выми облага́ти на́чнетъ:
око́нцемъ бо изъ до́му сво­его́ на пути́ при­­ни́чущи,
его́же а́ще у́зритъ от­ безу́мныхъ ча́дъ ю́ношу скудо­у́мна,
проходя́щаго ми́мо у́гла въ распу́тiихъ до́му ея́
и глаго́лющаго въ те́мный ве́черъ, егда́ упоко­е́нiе бу́детъ нощно́е и мра́чно­е:
жена́ же сря́щетъ его́, зра́къ иму́щи прелюбо­дѣ́йничь, я́же твори́тъ ю́ныхъ пари́ти сердца́мъ: воскри́лена же е́сть и блу́дна,
въ дому́ же не почива́ютъ но́зѣ ея́:
вре́мя бо нѣ́кое внѣ́ глуми́т­ся, вре́мя же на распу́тiихъ при­­ вся́цѣмъ у́глѣ при­­сѣди́тъ:
пото́мъ е́мши лобза́етъ его́, безсту́днымъ же лице́мъ рече́тъ къ нему́:
же́ртва ми́рна ми́ е́сть, дне́сь воз­даю́ обѣ́ты моя́:
сего́ ра́ди изыдо́хъ въ срѣ́тенiе тебѣ́, жела́ющи лица́ тво­его́, обрѣто́хъ тя́:
простира́лами покры́хъ о́дръ мо́й, ковра́ми же сугу́быми постла́хъ, и́же от­ Еги́пта,
шафра́номъ посы́пахъ ло́же мое́ и до́мъ мо́й кори́цею:
прiиди́ и наслади́мся любве́ да́же до у́тра, гряди́ и поваля́емся въ по́хоти:
нѣ́сть бо му́жа мо­его́ въ дому́, отъи́де въ пу́ть дале́че,
дово́лно сребра́ взя́ съ собо́ю, по мно́гихъ дне́хъ воз­врати́т­ся въ до́мъ сво́й.
И прельсти́ его́ мно́гою бесѣ́дою, тене́тами же усте́нъ [въ блу́дъ] при­­влече́ его́.
О́нъ же а́бiе послѣ́дова е́й обюро́дѣвъ, и я́коже во́лъ на заколе́нiе веде́т­ся, и я́ко пе́съ на у́зы,
или́ я́ко еле́нь уя́звленъ стрѣло́ю въ я́тра: и спѣши́тъ я́ко пти́ца въ сѣ́ть, не вѣ́дый, я́ко на ду́шу свою́ тече́тъ.
Ны́нѣ у́бо, сы́не, послу́шай мене́ и внима́й глаго́ломъ у́стъ мо­и́хъ,
да не уклони́т­ся въ пути́ ея́ се́рдце твое́,
и да не прельсти́шися въ стезя́хъ ея́: мно́гихъ бо уязви́в­ши низве́рже, и безчи́слен­ни су́ть, и́хже уби́ла е́сть:
путiе́ а́довы до́мъ ея́, низводя́щiи въ сокро́вища сме́ртная.
Тѣ́мже ты́ прему́дрость проповѣ́ждь, да ра́зумъ послу́шаетъ тебе́.
На высо́кихъ бо крае́хъ е́сть, посредѣ́ же сте́зь сто­и́тъ:
при­­ вратѣ́хъ бо си́льныхъ при­­сѣди́тъ, во вхо́дѣхъ же по­е́т­ся.
Ва́съ, о, человѣ́цы, молю́, и вдаю́ мо́й гла́съ сыно́мъ человѣ́ческимъ.
Уразумѣ́йте, незло́бивiи, кова́р­ст­во, ненака́зан­нiи же, при­­ложи́те се́рдце.
Послу́шайте мене́: честна́я бо реку́ и изнесу́ от­ усте́нъ пра́вая.
Я́ко и́стинѣ по­учи́т­ся горта́нь мо́й, ме́рзки же предо мно́ю устны́ лжи́выя.
Съ пра́вдою вси́ глаго́лы у́стъ мо­и́хъ, ничто́же въ ни́хъ стро́потно, ниже́ развраще́н­но.
Вся́ пра́ва разумѣва́ющымъ, и пра́ва обрѣта́ющымъ ра́зумъ.
Прiими́те наказа́нiе, а не сребро́, и ра́зумъ па́че зла́та искуше́на: избира́йте же вѣ́дѣнiе па́че зла́та чи́ста.
Лу́чши бо прему́дрость ка́менiй многоцѣ́н­ныхъ, вся́кое же честно́е недосто́йно ея́ е́сть.
А́зъ прему́дрость всели́хъ совѣ́тъ, и ра́зумъ и смы́слъ а́зъ при­­зва́хъ.
Стра́хъ Госпо́день ненави́дитъ непра́вды, досажде́нiя же и горды́ни, и пути́ лука́выхъ: воз­ненави́дѣхъ же а́зъ развраще́н­ныя пути́ злы́хъ.
Мо́й совѣ́тъ и утвержде́нiе, мо́й ра́зумъ, моя́ же крѣ́пость.
Мно́ю ца́рiе ца́р­ст­вуютъ, и си́льнiи пи́шутъ пра́вду:
мно́ю вельмо́жи велича́ют­ся, и власти́тилiе мно́ю держа́тъ зе́млю.
А́зъ лю́бящыя мя́ люблю́, и́щущiи же мене́ обря́щутъ благода́ть.
Бога́т­ст­во и сла́ва моя́ е́сть, и стяжа́нiе мно́гихъ и пра́вда.
Лу́чше е́сть плоди́ти мене́, па́че зла́та и ка́менiя дра́га: мо­и́ же плоды́ лу́чше сребра́ избра́н­на.
Въ путе́хъ пра́вды хожду́ и посредѣ́ сте́зь оправда́нiя живу́,
да раздѣлю́ лю́бящымъ мя́ имѣ́нiе, и сокро́вища и́хъ испо́лню благи́хъ.
А́ще воз­вѣщу́ ва́мъ быва́ющая на вся́къ де́нь, помяну́, я́же от­ вѣ́ка, исчести́.
Госпо́дь созда́ мя {Евр.: стяжа́ мя.} нача́ло путі́й сво­и́хъ въ дѣла́ своя́,
пре́жде вѣ́къ основа́ мя, въ нача́лѣ, пре́жде не́же зе́млю сотвори́ти,
и пре́жде не́же бе́здны содѣ́лати, пре́жде не́же про­изы́ти исто́чникомъ во́дъ,
пре́жде не́же гора́мъ водрузи́тися, пре́жде же всѣ́хъ холмо́въ ражда́етъ мя́.
Госпо́дь сотвори́ страны́ и ненаселе́н­ныя, и концы́ населе́н­ныя поднебе́сныя.
Егда́ гото́вяше не́бо, съ ни́мъ бѣ́хъ, и егда́ от­луча́­ше престо́лъ сво́й на вѣ́трѣхъ,
и егда́ крѣ́пки творя́ше вы́шнiя о́блаки, и егда́ тве́рды полага́­ше исто́чники поднебе́сныя,
и егда́ полага́­ше мо́рю предѣ́лъ его́, да во́ды не ми́мо и́дутъ у́стъ его́, и крѣ́пка творя́ше основа́нiя земли́, бѣ́хъ при­­ не́мъ устроя́ющи.
А́зъ бѣ́хъ, о не́йже ра́довашеся, на вся́къ же де́нь веселя́хся предъ лице́мъ его́ на вся́ко вре́мя,
егда́ веселя́шеся вселе́н­ную соверши́въ, и веселя́шеся о сынѣ́хъ человѣ́ческихъ.
Ны́нѣ у́бо, сы́не, послу́шай мене́: и блаже́ни, и́же пути́ моя́ сохраня́тъ.
Услы́шите прему́дрость, и умудри́теся, и не от­мещи́те.
Блаже́нъ му́жъ, и́же послу́шаетъ мене́, и человѣ́къ, и́же пути́ моя́ сохрани́тъ, бдя́й при­­ мо­и́хъ две́рехъ при́сно, соблюда́яй пра́ги мо­и́хъ вхо́довъ:
исхо́ди бо мо­и́ исхо́ди живота́, и уготовля́ет­ся хотѣ́нiе от­ Го́спода:
согрѣша́ющiи же въ мя́ нече́­ст­вуютъ на своя́ ду́ши, и ненави́дящiи мя́ лю́бятъ сме́рть.
А́ще ся́деши вечеря́ти на трапе́зѣ си́льнаго, разу́мно разумѣва́й предлага́емая тебѣ́,
и налага́й ру́ку твою́, вѣ́дый, я́ко сицева́я тебѣ́ подоба́етъ угото́вити:
а́ще же несы́тнѣйшiй еси́, не жела́й бра́­шенъ его́: сiя́ бо и́мутъ живо́тъ ло́женъ.
Не распростира́йся убо́гъ сы́й съ бога́тымъ, тво­е́ю же мы́слiю удаля́йся.
А́ще устреми́ши на него́ о́ко твое́, никогда́же яви́т­ся: содѣ́ланы бо су́ть ему́ кри́ла я́ко орлу́, и обраща́ет­ся въ до́мъ настоя́теля сво­его́.
Не вечеря́й съ му́жемъ зави́стливымъ, ниже́ похо́щеши пи́щей его́:
и́мже бо о́бразомъ а́ще кто́ поглоти́тъ власы́, си́це я́стъ и пiе́тъ: ниже́ къ себѣ́ да введе́ши его́ и снѣ́си хлѣ́бъ тво́й съ ни́мъ:
изблюе́тъ бо его́ и оскверни́тъ словеса́ твоя́ до́брая.
Во у́шiю безу́мнаго ничто́же глаго́ли, да не когда́ поруга́етъ разу́мная словеса́ твоя́.
Не прелага́й предѣ́лъ вѣ́чныхъ и въ стяжа́нiе сиро́тъ не вни́ди:
избавля́яй бо и́хъ Госпо́дь крѣ́покъ е́сть и разсу́дитъ су́дъ и́хъ съ тобо́ю.
Да́ждь въ наказа́нiе се́рдце твое́, ушеса́ же твоя́ угото́вай словесе́мъ чу́в­ст­вен­нымъ.
Не престава́й младе́нца нака́зовати: а́ще бо жезло́мъ бiе́ши его́, не у́мретъ [от­ него́]:
ты́ бо побiе́ши его́ жезло́мъ, ду́шу же его́ изба́виши от­ сме́рти.
Сы́не, а́ще прему́дро бу́детъ се́рдце твое́, воз­весели́ши и мое́ се́рдце,
и пребу́дутъ въ словесѣ́хъ тво­и́ устнѣ́ къ мо­и́мъ устна́мъ, а́ще пра́ва бу́дутъ.
Да не ревну́етъ се́рдце твое́ грѣ́шникомъ, но въ стра́сѣ Госпо́дни бу́ди ве́сь де́нь:
а́ще бо соблюде́ши я́, бу́дутъ ти́ вну́цы, и упова́нiе твое́ не от­сту́питъ.
Слу́шай, сы́не, и прему́дръ быва́й и исправля́й мы́сли тво­его́ се́рдца:
не бу́ди винопі́йца, ниже́ при­­лага́йся къ сложе́ниемъ и купова́ниемъ мя́съ:
вся́къ бо пiя́ница и блудни́къ обнища́етъ, и облече́т­ся въ раздра́н­ная и въ ру́бища вся́къ сонли́вый.
Слу́шай, сы́не, отца́ роди́в­шаго тя́, и не презира́й, егда́ состарѣ́ет­ся ма́ти твоя́.
И́стину стяжи́ и не от­ри́ни му́дрости и уче́нiя и ра́зума.
До́брѣ воспитова́етъ оте́цъ пра́веденъ, о сы́нѣ же прему́дрѣмъ весели́т­ся душа́ его́.
Да весели́т­ся оте́цъ и ма́ти о тебѣ́, и да ра́дует­ся ро́ждшая тя́.
Да́ждь ми́, сы́не, твое́ се́рдце, о́чи же тво­и́ моя́ пути́ да соблюда́ютъ.
Сосу́дъ бо сокруше́нъ чужді́й до́мъ, и студене́цъ тѣ́сенъ чужді́й:
се́й бо вско́рѣ поги́бнетъ, и вся́кiй законопресту́пникъ потреби́т­ся.
Кому́ го́ре? кому́ молва́? кому́ су́дове? кому́ го́рести и сва́ры? кому́ сокруше́нiя вотще́? кому́ си́ни о́чи?
Не пребыва́ющымъ ли въ винѣ́? и не назира́ющымъ ли, гдѣ́ пи́рове быва́ютъ?
Не упива́йтеся вино́мъ, но бесѣ́дуйте ко человѣ́комъ пра́веднымъ, и бесѣ́дуйте во прохо́дѣхъ: а́ще бо на ча́шы и сткля́ницы вда́си о́чи тво­и́, послѣди́ и́маши ходи́ти нажа́йшiй бѣли́лнаго дре́ва:
послѣди́ же я́ко от­ змі́а уя́звенъ простре́т­ся, и я́коже от­ кера́ста разлива́ет­ся ему́ я́дъ.
О́чи тво­и́ егда́ у́зрятъ [жену́] чужду́ю, уста́ твоя́ тогда́ воз­глаго́лютъ стро́потная:
и воз­ля́жеши я́ко въ се́рдцы мо́ря и я́коже ко́рмчiй во мно́зѣ волне́нiи.
Рече́ши же: би́ша мя́, и не поболѣ́хъ, и поруга́шася ми́, а́зъ же не разумѣ́хъ: когда́ у́тро бу́детъ, да ше́дъ взыщу́, съ ни́миже сни́дуся?
Сын мой! внимай мудрости моей, и приклони ухо твое к разуму моему,
чтобы соблюсти рассудительность, и чтобы уста твои сохранили знание. [Не внимай льстивой женщине;]
ибо мед источают уста чужой жены, и мягче елея речь ее;
но последствия от нее горьки, как полынь, остры, как меч обоюдоострый;
ноги ее нисходят к смерти, стопы ее достигают преисподней.
Если бы ты захотел постигнуть стезю жизни ее, то пути ее непостоянны, и ты не узнаешь их.
Итак, дети, слушайте меня и не отступайте от слов уст моих.
Держи дальше от нее путь твой и не подходи близко к дверям дома ее,
чтобы здоровья твоего не отдать другим и лет твоих мучителю;
чтобы не насыщались силою твоею чужие, и труды твои не были для чужого дома.
И ты будешь стонать после, когда плоть твоя и тело твое будут истощены, –
и скажешь: «зачем я ненавидел наставление, и сердце мое пренебрегало обличением,
и я не слушал голоса учителей моих, не приклонял уха моего к наставникам моим:
едва не впал я во всякое зло среди собрания и общества!»
Пей воду из твоего водоема и текущую из твоего колодезя.
Пусть [не] разливаются источники твои по улице, потоки вод – по площадям;
пусть они будут принадлежать тебе одному, а не чужим с тобою.
Источник твой да будет благословен; и утешайся женою юности твоей,
любезною ланью и прекрасною серною: груди ее да упоявают тебя во всякое время, любовью ее услаждайся постоянно.
И для чего тебе, сын мой, увлекаться постороннею и обнимать груди чужой?
Ибо пред очами Господа пути человека, и Он измеряет все стези его.
Беззаконного уловляют собственные беззакония его, и в узах греха своего он содержится:
он умирает без наставления, и от множества безумия своего теряется.
Сын мой! если ты поручился за ближнего твоего и дал руку твою за другого, –
ты опутал себя словами уст твоих, пойман словами уст твоих.
Сделай же, сын мой, вот что, и избавь себя, так как ты попался в руки ближнего твоего: пойди, пади к ногам и умоляй ближнего твоего;
не давай сна глазам твоим и дремания веждам твоим;
спасайся, как серна из руки и как птица из руки птицелова.
Пойди к муравью, ленивец, посмотри на действия его, и будь мудрым.
Нет у него ни начальника, ни приставника, ни повелителя;
но он заготовляет летом хлеб свой, собирает во время жатвы пищу свою.
[Или пойди к пчеле и познай, как она трудолюбива, какую почтенную работу она производит;
ее труды употребляют во здравие и цари и простолюдины; любима же она всеми и славна;
хотя силою она слаба, но мудростью почтена.]
Доколе ты, ленивец, будешь спать? когда ты встанешь от сна твоего?
Немного поспишь, немного подремлешь, немного, сложив руки, полежишь:
и придет, как прохожий, бедность твоя, и нужда твоя, как разбойник.
[Если же будешь не ленив, то, как источник, придет жатва твоя; скудость же далеко убежит от тебя.]
Человек лукавый, человек нечестивый ходит со лживыми устами,
мигает глазами своими, говорит ногами своими, дает знаки пальцами своими;
коварство в сердце его: он умышляет зло во всякое время, сеет раздоры.
Зато внезапно придет погибель его, вдруг будет разбит – без исцеления.
Вот шесть, что́ ненавидит Господь, даже семь, что́ мерзость душе Его:
глаза гордые, язык лживый и руки, проливающие кровь невинную,
сердце, кующее злые замыслы, ноги, быстро бегущие к злодейству,
лжесвидетель, наговаривающий ложь и сеющий раздор между братьями.
Сын мой! храни заповедь отца твоего и не отвергай наставления матери твоей;
навяжи их навсегда на сердце твое, обвяжи ими шею твою.
Когда ты пойдешь, они будут руководить тебя; когда ляжешь спать, будут охранять тебя; когда пробудишься, будут беседовать с тобою:
ибо заповедь есть светильник, и наставление – свет, и назидательные поучения – путь к жизни,
чтобы остерегать тебя от негодной женщины, от льстивого языка чужой.
Не пожелай красоты ее в сердце твоем, [да не уловлен будешь очами твоими,] и да не увлечет она тебя ресницами своими;
потому что из-за жены блудной обнищевают до куска хлеба, а замужняя жена уловляет дорогую душу.
Может ли кто взять себе огонь в пазуху, чтобы не прогорело платье его?
Может ли кто ходить по горящим угольям, чтобы не обжечь ног своих?
То же бывает и с тем, кто входит к жене ближнего своего: кто прикоснется к ней, не останется без вины.
Не спускают вору, если он крадет, чтобы насытить душу свою, когда он голоден;
но, будучи пойман, он заплатит всемеро, отдаст все имущество дома своего.
Кто же прелюбодействует с женщиною, у того нет ума; тот губит душу свою, кто делает это:
побои и позор найдет он, и бесчестие его не изгладится,
потому что ревность – ярость мужа, и не пощадит он в день мщения,
не примет никакого выкупа и не удовольствуется, сколько бы ты ни умножал даров.
Сын мой! храни слова мои и заповеди мои сокрой у себя.
[Сын мой! чти Господа, – и укрепишься, и кроме Его не бойся никого.]
Храни заповеди мои и живи, и учение мое, как зрачок глаз твоих.
Навяжи их на персты твои, напиши их на скрижали сердца твоего.
Скажи мудрости: «ты сестра моя!» и разум назови родным твоим,
чтобы они охраняли тебя от жены другого, от чужой, которая умягчает слова свои.
Вот, однажды смотрел я в окно дома моего, сквозь решетку мою,
и увидел среди неопытных, заметил между молодыми людьми неразумного юношу,
переходившего площадь близ угла ее и шедшего по дороге к дому ее,
в сумерки в вечер дня, в ночной темноте и во мраке.
И вот – навстречу к нему женщина, в наряде блудницы, с коварным сердцем,
шумливая и необузданная; ноги ее не живут в доме ее:
то на улице, то на площадях, и у каждого угла строит она ковы.
Она схватила его, целовала его, и с бесстыдным лицом говорила ему:
«мирная жертва у меня: сегодня я совершила обеты мои;
поэтому и вышла навстречу тебе, чтобы отыскать тебя, и – нашла тебя;
коврами я убрала постель мою, разноцветными тканями Египетскими;
спальню мою надушила смирною, алоем и корицею;
зайди, будем упиваться нежностями до утра, насладимся любовью,
потому что мужа нет дома: он отправился в дальнюю дорогу;
кошелек серебра взял с собою; придет домой ко дню полнолуния».
Множеством ласковых слов она увлекла его, мягкостью уст своих овладела им.
Тотчас он пошел за нею, как вол идет на убой, [и как пес – на цепь,] и как олень – на выстрел,
доколе стрела не пронзит печени его; как птичка кидается в силки, и не знает, что они – на погибель ее.
Итак, дети, слушайте меня и внимайте словам уст моих.
Да не уклоняется сердце твое на пути ее, не блуждай по стезям ее,
потому что многих повергла она ранеными, и много сильных убиты ею:
дом ее – пути в преисподнюю, нисходящие во внутренние жилища смерти.
Не премудрость ли взывает? и не разум ли возвышает голос свой?
Она становится на возвышенных местах, при дороге, на распутиях;
она взывает у ворот при входе в город, при входе в двери:
«к вам, люди, взываю я, и к сынам человеческим голос мой!
Научитесь, неразумные, благоразумию, и глупые – разуму.
Слушайте, потому что я буду говорить важное, и изречение уст моих – правда;
ибо истину произнесет язык мой, и нечестие – мерзость для уст моих;
все слова уст моих справедливы; нет в них коварства и лукавства;
все они ясны для разумного и справедливы для приобретших знание.
Примите учение мое, а не серебро; лучше знание, нежели отборное золото;
потому что мудрость лучше жемчуга, и ничто из желаемого не сравнится с нею.
Я, премудрость, обитаю с разумом и ищу рассудительного знания.
Страх Господень – ненавидеть зло; гордость и высокомерие и злой путь и коварные уста я ненавижу.
У меня совет и правда; я разум, у меня сила.
Мною цари царствуют и повелители узаконяют правду;
мною начальствуют начальники и вельможи и все судьи земли.
Любящих меня я люблю, и ищущие меня найдут меня;
богатство и слава у меня, сокровище непогибающее и правда;
плоды мои лучше золота, и золота самого чистого, и пользы от меня больше, нежели от отборного серебра.
Я хожу по пути правды, по стезям правосудия,
чтобы доставить любящим меня существенное благо, и сокровищницы их я наполняю.
[Когда я возвещу то, что бывает ежедневно, то не забуду исчислить то, что от века.]
Господь имел меня началом пути Своего, прежде созданий Своих, искони;
от века я помазана, от начала, прежде бытия земли.
Я родилась, когда еще не существовали бездны, когда еще не было источников, обильных водою.
Я родилась прежде, нежели водружены были горы, прежде холмов,
когда еще Он не сотворил ни земли, ни полей, ни начальных пылинок вселенной.
Когда Он уготовлял небеса, я была там. Когда Он проводил круговую черту по лицу бездны,
когда утверждал вверху облака, когда укреплял источники бездны,
когда давал морю устав, чтобы воды не переступали пределов его, когда полагал основания земли:
тогда я была при Нем художницею, и была радостью всякий день, веселясь пред лицем Его во все время,
веселясь на земном кругу Его, и радость моя была с сынами человеческими.
Итак, дети, послушайте меня; и блаженны те, которые хранят пути мои!
Послушайте наставления и будьте мудры, и не отступайте от него.
Блажен человек, который слушает меня, бодрствуя каждый день у ворот моих и стоя на страже у дверей моих!
потому что, кто нашел меня, тот нашел жизнь, и получит благодать от Господа;
а согрешающий против меня наносит вред душе своей: все ненавидящие меня любят смерть».
Когда сядешь вкушать пищу с властелином, то тщательно наблюдай, что перед тобою,
и поставь преграду в гортани твоей, если ты алчен.
Не прельщайся лакомыми яствами его; это – обманчивая пища.
Не заботься о том, чтобы нажить богатство; оставь такие мысли твои.
Устремишь глаза твои на него, и – его уже нет; потому что оно сделает себе крылья и, как орел, улетит к небу.
Не вкушай пищи у человека завистливого и не прельщайся лакомыми яствами его;
потому что, каковы мысли в душе его, таков и он; «ешь и пей», говорит он тебе, а сердце его не с тобою.
Кусок, который ты съел, изблюешь, и добрые слова твои ты потратишь напрасно.
В уши глупого не говори, потому что он презрит разумные слова твои.
Не передвигай межи давней и на поля сирот не заходи,
потому что Защитник их силен; Он вступится в дело их с тобою.
Приложи сердце твое к учению и уши твои – к умным словам.
Не оставляй юноши без наказания: если накажешь его розгою, он не умрет;
ты накажешь его розгою и спасешь душу его от преисподней.
Сын мой! если сердце твое будет мудро, то порадуется и мое сердце;
и внутренности мои будут радоваться, когда уста твои будут говорить правое.
Да не завидует сердце твое грешникам, но да пребудет оно во все дни в страхе Господнем;
потому что есть будущность, и надежда твоя не потеряна.
Слушай, сын мой, и будь мудр, и направляй сердце твое на прямой путь.
Не будь между упивающимися вином, между пресыщающимися мясом:
потому что пьяница и пресыщающийся обеднеют, и сонливость оденет в рубище.
Слушайся отца твоего: он родил тебя; и не пренебрегай матери твоей, когда она и состарится.
Купи истину и не продавай мудрости и учения и разума.
Торжествует отец праведника, и родивший мудрого радуется о нем.
Да веселится отец твой и да торжествует мать твоя, родившая тебя.
Сын мой! отдай сердце твое мне, и глаза твои да наблюдают пути мои,
потому что блудница – глубокая пропасть, и чужая жена – тесный колодезь;
она, как разбойник, сидит в засаде и умножает между людьми законопреступников.
У кого вой? у кого стон? у кого ссоры? у кого горе? у кого раны без причины? у кого багровые глаза?
У тех, которые долго сидят за вином, которые приходят отыскивать вина приправленного.
Не смотри на вино, как оно краснеет, как оно искрится в чаше, как оно ухаживается ровно:
впоследствии, как змей, оно укусит, и ужалит, как аспид;
глаза твои будут смотреть на чужих жен, и сердце твое заговорит развратное,
и ты будешь, как спящий среди моря и как спящий на верху мачты.
[И скажешь:] «били меня, мне не было больно; толкали меня, я не чувствовал. Когда проснусь, опять буду искать того же».
Копировать текст Копировать ссылку Толкования стиха
Библ. энциклопедия Библейский словарь Словарь библ. образов