Скрыть
26:9
26:10
26:11a
26:14
Церковнославянский (рус)
Я́коже роса́ въ жа́тву и я́коже до́ждь въ лѣ́тѣ {Евр.: я́коже снѣ́гъ въ лѣ́тѣ и до́ждь въ жа́тву.}, та́ко нѣ́сть безу́мному че́сти.
Я́коже пти́цы от­лета́ютъ и вра́бiеве, та́ко кля́тва су́етная не на́йдетъ ни на кого́же.
Я́коже би́чь коню́ и осте́нъ ослу́, та́ко же́злъ язы́ку законопресту́пну.
Не от­вѣща́й безу́мному по безу́мiю его́, да не подо́бенъ ему́ бу́деши:
но от­вѣща́й безу́мному по безу́мiю его́, да не яви́т­ся му́дръ у себе́.
От путі́й сво­и́хъ поноше́нiе твори́тъ, и́же посла́ вѣ́ст­никомъ безу́мнымъ сло́во.
Отими́ ше́­ст­вiе от­ гле́знъ и законопреступле́нiе от­ у́стъ безу́мныхъ.
И́же при­­вязу́етъ ка́мень въ пра́щи, подо́бенъ е́сть даю́щему безу́мному сла́ву.
Те́рнiя прозяба́ютъ въ руцѣ́ пiя́ницы, и порабоще́нiе въ руцѣ́ безу́мныхъ.
Мно́гими волну́ет­ся вся́ка пло́ть безу́мныхъ, сокруша́ет­ся бо изступле́нiе и́хъ.
Я́коже пе́съ, егда́ воз­врати́т­ся на своя́ блево́тины, и ме́рзокъ быва́етъ, та́ко безу́мный сво­е́ю зло́бою воз­вра́щься на сво́й грѣ́хъ.
Е́сть сты́дъ наводя́й грѣ́хъ, и е́сть сты́дъ сла́ва и благода́ть.
Ви́дѣхъ му́жа непщева́в­ша себе́ му́дра бы́ти, упова́нiе же и́мать безу́мный па́че его́.
Глаго́летъ лѣни́вый по́сланъ на пу́ть: ле́въ на путе́хъ, на сто́гнахъ же разбо́йницы.
Я́коже две́рь обраща́ет­ся на пятѣ́, та́ко лѣни́вый на ло́жи сво­е́мъ.
Скры́въ лѣни́вый ру́ку въ нѣ́дро свое́ не воз­мо́жетъ при­­нести́ ко усто́мъ.
Мудрѣ́йшiй себѣ́ лѣни́вый явля́ет­ся, па́че во изоби́лiи износя́щаго вѣ́сть.
Я́коже держа́й за о́шибъ пса́, та́ко предсѣда́тел­ст­вуяй чужде́му суду́.
Я́коже врачу́емiи ме́щутъ словеса́ на человѣ́ки, срѣта́яй же сло́вомъ пе́рвый за́пнет­ся:
та́ко вси́ кова́р­ст­ву­ю­щiи надъ сво­и́ми дру́ги: егда́ же уви́дѣни бу́дутъ, глаго́лютъ, я́ко игра́я содѣ́яхъ.
Во мно́зѣхъ дре́вѣхъ расте́тъ о́гнь: а идѣ́же нѣ́сть разгнѣвля́юща, умолка́етъ сва́ръ.
Огни́ще у́глiю, и дрова́ огне́ви: му́жъ же клеветли́въ въ мяте́жъ сва́ра.
Словеса́ ласка́телей мя́гка: сiя́ же ударя́ютъ въ сокро́вища утро́бъ.
Сребро́ дае́мо съ ле́стiю, я́коже скуде́ль вмѣня́емо: устнѣ́ гла́дки се́рдце покрыва́ютъ при­­ско́рбно.
Устна́ма вся́ обѣщава́етъ пла́чай вра́гъ, въ се́рдцы же содѣва́етъ ле́сть.
А́ще тя́ мо́литъ вра́гъ ве́лiимъ гла́сомъ, не вѣ́руй ему́, се́дмь бо е́сть лука́в­ст­вiй въ души́ его́.
Тая́й вражду́ составля́етъ ле́сть: от­крыва́етъ же своя́ грѣхи́ благоразу́мный на со́нмищихъ.
Изрыва́яй я́му и́скрен­нему впаде́т­ся въ ню́: валя́яй же ка́мень на себе́ вали́тъ.
Язы́къ лжи́въ ненави́дитъ и́стины, уста́ же непокрове́н­на творя́тъ нестро­е́нiе.
Как снег летом и дождь во время жатвы, так честь неприлична глупому.
Как воробей вспорхнет, как ласточка улетит, так незаслуженное проклятие не сбудется.
Бич для коня, узда для осла, а палка для глупых.
Не отвечай глупому по глупости его, чтобы и тебе не сделаться подобным ему;
но отвечай глупому по глупости его, чтобы он не стал мудрецом в глазах своих.
Подрезывает себе ноги, терпит неприятность тот, кто дает словесное поручение глупцу.
Неровно поднимаются ноги у хромого, – и притча в устах глупцов.
Что влагающий драгоценный камень в пращу, то воздающий глупому честь.
Что колючий терн в руке пьяного, то притча в устах глупцов.
Сильный делает все произвольно: и глупого награждает, и всякого прохожего награждает.
Как пес возвращается на блевотину свою, так глупый повторяет глупость свою.
Видал ли ты человека, мудрого в глазах его? На глупого больше надежды, нежели на него.
Ленивец говорит: «лев на дороге! лев на площадях!»
Дверь ворочается на крючьях своих, а ленивец на постели своей.
Ленивец опускает руку свою в чашу, и ему тяжело донести ее до рта своего.
Ленивец в глазах своих мудрее семерых, отвечающих обдуманно.
Хватает пса за уши, кто, проходя мимо, вмешивается в чужую ссору.
Как притворяющийся помешанным бросает огонь, стрелы и смерть,
так – человек, который коварно вредит другу своему и потом говорит: «я только пошутил».
Где нет больше дров, огонь погасает, и где нет наушника, раздор утихает.
Уголь – для жара и дрова – для огня, а человек сварливый – для разжжения ссоры.
Слова наушника – как лакомства, и они входят во внутренность чрева.
Что нечистым серебром обложенный глиняный сосуд, то пламенные уста и сердце злобное.
Устами своими притворяется враг, а в сердце своем замышляет коварство.
Если он говорит и нежным голосом, не верь ему, потому что семь мерзостей в сердце его.
Если ненависть прикрывается наедине, то откроется злоба его в народном собрании.
Кто роет яму, тот упадет в нее, и кто покатит вверх камень, к тому он воротится.
Лживый язык ненавидит уязвляемых им, и льстивые уста готовят падение.
Копировать текст Копировать ссылку Толкования стиха

Настройки