Скрыть
11:1
11:5
11:6
11:9
11:11
11:12
11:13
11:14
11:20
11:23
11:26
18:2
18:7
18:8
18:9
18:14
18:16
18:17
18:18
18:19
18:23
18:25
Церковнославянский (рус)
Упра́ви дѣла́ и́хъ руко́ю проро́ка свята́го:
про­идо́ша пусты́ню необита́н­ную и въ непроходи́мыхъ водрузи́ша ку́щы,
сопроти́вишася супоста́томъ и от­мсти́ша враго́мъ:
воз­жада́ша и при­­зва́ша тебе́, и дана́ бы́сть и́мъ вода́ от­ ка́мене несѣко́маго и изцѣле́нiе жа́жды от­ ка́мене же́стока.
И́миже бо нака́зани бы́ша врази́ и́хъ,
си́ми сі́и во оскудѣ́нiи су́ще благодѣ́тел­ст­вовани бы́ша:
за исто́чникъ у́бо при­­снотеку́щiя рѣки́, кро́вiю излiя́н­ною смяте́н­ныя,
во обличе́нiе младенце­убі́й­с­т­вен­наго повелѣ́нiя, да́лъ еси́ и́мъ изоби́лну во́ду безнаде́жно,
показа́въ тогда́ жа́ждею, ка́ко проти́вныхъ уму́чилъ еси́.
Егда́ бо искуше́ни бы́ша и въ ми́лости нака́зани, позна́ша, ка́ко во гнѣ́вѣ суди́мiи нечести́вiи му́чишася:
си́хъ бо я́ко Оте́цъ уча́щь искуси́лъ еси́, о́нѣхъ же я́ко же́стокъ Ца́рь осужда́я истяза́лъ еси́.
Отстоя́щiи же и при­­су́т­ст­ву­ю­щiи та́кожде му́чишася:
сугу́ба бо и́хъ прiя́тъ печа́ль и стена́нiе съ па́мятiю мину́в­шихъ.
Егда́ бо слы́шаху сво­и́ми муче́нiи благодѣ́й­ст­вуемыхъ о́ныхъ, познава́ху Го́спода:
его́же бо дре́вле во от­ложе́нiи от­ве́ржена от­реко́шася смѣю́щеся, при­­ концы́ собы́тiя удиви́шася, неподо́бною пра́веднымъ томи́ми жа́ждею.
За помышле́нiя же безу́мная непра́вды и́хъ, въ ни́хже заблуди́в­ше почита́ху безслове́сная пресмыка́ющаяся и звѣре́й худы́хъ, посла́лъ еси́ и́мъ мно́же­с­т­во безслове́сныхъ живо́тныхъ во от­мще́нiе,
да позна́ютъ, я́ко и́миже кто́ согрѣша́етъ, си́ми и му́чит­ся.
Не неможа́­ше бо всеси́льная рука́ твоя́, я́же сотвори́ мíръ от­ безобра́знаго веще­ст­ва́, посла́ти на ни́хъ мно́же­с­т­во медвѣ́дей, или́ лю́тыхъ льво́въ,
или́ новосозда́н­ныхъ я́рости испо́лненыхъ звѣре́й незна́емыхъ, или́ о́гнен­нымъ ды́шущихъ ду́хомъ, или́ злосмра́дный про­износя́щихъ ды́мъ, или́ стра́шныя изъ оче́й и́скры испуска́ющихъ:
и́хже не то́кмо вре́дъ можа́­ше истреби́ти я́, но и зра́къ устраша́ющь погуби́ти.
И безъ тѣ́хъ, еди́нымъ ду́хомъ па́сти мого́ша, от­ суда́ гони́ми и развѣ́яни от­ Ду́ха си́лы тво­ея́: но вся́ мѣ́рою и число́мъ и вѣ́сомъ расположи́лъ еси́.
Е́же бо мно́го мощи́, при­­су́т­ст­вуетъ тебѣ́ всегда́, и держа́вѣ мы́шцы тво­ея́ кто́ сопроти́вит­ся?
Поне́же, я́коже стра́жикъ въ превѣ́сѣхъ, [та́ко] ве́сь мíръ предъ тобо́ю, и я́ко ка́пля росы́ у́трен­нiя, сходя́щiя на зе́млю.
Ми́луеши же всѣ́хъ, я́ко вся́ мо́жеши, и презира́еши грѣхи́ человѣ́комъ въ покая́нiе.
Лю́биши же су́щая вся́, и ни чесого́же гнуша́ешися, я́же сотвори́лъ еси́: ниже́ бо ненави́дя что́ устро́илъ еси́.
Ка́ко же пребы́ло бы что́, а́ще бы ты́ не изво́лилъ еси́? или́, е́же не нарѣче́но от­ тебе́, сохрани́лося бы?
Щади́ши же вся́, я́ко твоя́ су́ть, Влады́ко Ду́шелю́бче!
Преподо́бнымъ же тво­и́мъ превели́къ бѣ́ свѣ́тъ: и́хже у́бо гла́съ слы́шаше, о́браза же не ви́дяще, зане́же у́бо и они́ [того́жде] не страда́ху, ублажа́ху.
А я́ко не па́ко­ст­вуютъ предоби́димiи, благодаря́ху, и е́же пронести́ся, благода́ти моля́ху.
Си́хъ ра́ди сто́лпъ огнегоря́щь, вожда́ у́бо невѣ́домаго путьше́­ст­вiя, со́лнце же невреди́телное любо­че́стнаго стра́н­ствованiя по́далъ еси́.
Досто́йни бо они́ лиши́тися свѣ́та и блюсти́ся во тмѣ́, и́же заключе́ныхъ стрежа́ху сыно́въ тво­и́хъ, и́миже имя́ше нетлѣ́н­ный зако́на свѣ́тъ вѣ́ку да́тися.
Совѣ́товав­шихъ же и́хъ убива́ти младе́нцы преподо́бныхъ, и еди́ному от­ложе́ну ча́ду и спасе́ну, во обличе́нiе и́хъ отъ­я́лъ еси́ мно́же­с­т­во ча́дъ, и ку́пно погуби́лъ еси́ въ водѣ́ зѣ́лнѣй.
О́ная бо но́щь предувѣ́дѣна бы́сть отце́мъ на́шымъ, да тве́рдо вѣ́дуще, и́мже кля́твамъ вѣ́роваша, воз­благоду́ше­ст­вуютъ.
Воспрiя́то же бы́сть от­ люді́й тво­и́хъ спасе́нiе у́бо пра́ведныхъ, враго́въ же истребле́нiе:
и́мже бо наказа́лъ еси́ супоста́ты на́шя, си́мъ на́съ при­­зва́въ просла́вилъ еси́.
Сокрове́н­но бо жря́ху преподо́бнiи о́троцы благи́хъ, и зако́нъ Боже­с­т­вен­ный единомы́слiемъ завѣща́ша, та́яжде подо́бно, блага́я же и бѣ́д­ст­вен­ная воспрiима́ти святы́мъ, отце́мъ уже́ предвоспѣва́ющымъ хвалу́.
Противоглася́ше же несогла́сный враго́въ во́пль, и плаче́вный слы́шашеся гла́съ пла́чущихъ младе́нцевъ.
Подо́бною же ме́стiю ра́бъ ку́пно съ господи́номъ казне́нъ бы́сть, и просты́й человѣ́къ съ царе́мъ та́яжде пострада́:
единоду́шно же вси́ во еди́нѣмъ и́мени сме́ртнѣмъ ме́ртвыхъ имѣ́яху безчи́слен­ныхъ: ниже́ бо ко погребе́нiю живі́и бя́ху дово́лни, поне́же во еди́нѣмъ мгнове́нiи честнѣ́йшiй ро́дъ и́хъ истребле́нъ бы́сть.
О всѣ́хъ бо не вѣ́ру­ю­ще ра́ди чародѣя́нiй, а ра́ди пе́рвенцевъ истребле́нiя, исповѣ́даша люді́й сыно́въ Бо́жiихъ бы́ти.
Ти́хому бо молча́нiю содержа́щу вся́, и но́щи во сво­е́мъ тече́нiи преполовля́ющейся,
всемогу́щее сло́во твое́, [Го́споди,] съ небе́съ от­ престо́ловъ ца́рскихъ же́стокъ ра́тникъ въ среди́ну поги́бель­ныя земли́ сни́де.
Ме́чь о́стръ нелицемѣ́рное повелѣ́нiе твое́ нося́й, и ста́въ испо́лни вся́ сме́рти: и небесе́ у́бо каса́­шеся, стоя́ше же на земли́.
Тогда́ внеза́пу при­­видѣ́нiя у́бо сно́въ лю́тѣ смути́ша и́хъ, стра́си же наидо́ша неча́ян­ни,
и и́нъ ина́мо ве́рженъ е́ле жи́въ, ея́же ра́ди вины́ умира́­ше, объявля́ше:
со́нiя бо, смути́в­ше и́хъ, сiе́ предвоз­вѣсти́ша: да не вѣ́дяще, его́же ра́ди злѣ́ стра́ждутъ, поги́бнутъ.
Прикосну́ся же нѣ́когда и пра́ведныхъ искуше́нiе сме́рти, пораже́нiе во пусты́ни бы́сть мно́же­ст­ва: но не до́лго пребы́сть гнѣ́въ.
Потща́вся бо му́жъ непоро́ченъ предпобо́р­ст­вова, сво­ея́ слу́жбы ору́жiе, моли́тву и ѳимiа́ма умилостивле́нiе при­­не́съ, сопроти́въ ста́ гнѣ́ву и коне́цъ положи́ бѣ́д­ст­вованiю, показа́въ, я́ко тво́й е́сть ра́бъ.
Одолѣ́ же поража́ющаго не си́лою тѣле́сною, ниже́ ору́жiя дѣ́й­ст­вiемъ, но сло́вомъ покори́ наказу́ющаго, кля́твы отце́въ и завѣ́ты воспомяну́въ.
Грома́дами бо уже́ па́дшымъ дру́гъ на дру́га ме́ртвымъ, посредѣ́ ста́въ, пресѣче́ гнѣ́въ и раздѣли́ къ живы́мъ пу́ть.
На оде́жди бо поди́ра бѣ́ ве́сь мíръ, и отце́въ сла́вы на извая́нiи четырерядова́го ка́менiя, и вели́че­с­т­во твое́ на дiади́мѣ главы́ его́.
Си́мъ уступи́лъ искореня́яй и си́хъ устраши́ся: бѣ́ бо то́кмо искуше́нiе гнѣ́ва дово́лно.
Она благоустроила дела их рукою святого пророка:
они прошли по необитаемой пустыне, и на непроходных местах поставили шатры;
противостали неприятелям и отмстили врагам;
томились жаждою и воззвали к Тебе, и дана им была вода из утесистой скалы и утоление жажды – из твердого камня.
Ибо, чем наказаны были враги их,
тем они, находясь в затруднении, были облагодетельствованы:
вместо источника постоянно текущей реки, смрадною кровью возмущенной,
в обличение их детоубийственного повеления, Ты неожиданно дал им обильную воду,
показав тогда чрез жажду, как Ты наказал их противников.
Ибо, когда они были испытываемы, подвергаясь, впрочем, милостивому вразумлению, тогда познали, как мучились во гневе судимые нечестивые;
потому что их Ты испытывал, как отец, поучая, а тех, как гневный царь, осуждая, истязал.
И отсутствовавшие и присутствовавшие одинаково пострадали:
их постигла сугубая скорбь и стенание от воспоминания о прошедшем.
Они, когда услышали, что чрез их наказания те были облагодетельствованы, познали Господа.
Кого они прежде, как отверженного, отреклись с ругательством, Тому в последствие событий удивлялись, потерпев неодинаковую с праведными жажду.
А за неразумные помышления их неправды, по которым они в заблуждении служили бессловесным пресмыкающимся и презренным чудовищам, Ты в наказание наслал на них множество бессловесных животных,
чтобы они познали, что, чем кто согрешает, тем и наказывается.
Не невозможно было бы для всемогущей руки Твоей, создавшей мир из необразного вещества, наслать на них множество медведей или свирепых львов,
или неизвестных новосозданных лютых зверей, или дышащих огненным дыханием, или извергающих клубы дыма, или бросающих из глаз ужасные искры,
которые не только повреждением могли истребить их, но и ужасающим видом погубить.
Да и без этого они могли погибнуть от одного дуновения, преследуемые правосудием и рассеваемые духом силы Твоей; но Ты все расположил мерою, числом и весом.
Ибо великая сила всегда присуща Тебе, и кто противостанет силе мышцы Твоей?
Весь мир пред Тобою, как колебание чашки весов, или как капля утренней росы, сходящей на землю.
Ты всех милуешь, потому что все можешь, и покрываешь грехи людей ради покаяния.
Ты любишь все существующее, и ничем не гнушаешься, что сотворил, ибо не создал бы, если бы что ненавидел.
И как могло бы пребывать что-либо, если бы Ты не восхотел? Или как сохранилось бы то, что не было призвано Тобою?
Но Ты все щадишь, потому что все Твое, душелюбивый Господи.
А для святых Твоих был величайший свет. И те, слыша голос их, а образа не видя, называли их блаженными, потому что они не страдали.
А за то, что, быв прежде обижаемы ими, не мстили им, благодарили и просили прощения в том, что заставляли переносить их,
вместо того, Ты дал им указателем на незнакомом пути огнесветлый столп, а для благополучного странствования – безвредное солнце.
Ибо те достойны были лишения света и заключения во тьме, потому что держали в заключении сынов Твоих, чрез которых имел быть дан миру нетленный свет закона.
Когда определили они избить детей святых, хотя одного сына покинутого и спасли, в наказание за то Ты отнял множество их детей и самих всех погубил в сильной воде.
Та ночь была предвозвещена отцам нашим, дабы они, твердо зная обетования, каким верили, были благодушны.
И народ Твой ожидал как спасения праведных, так и погибели врагов,
ибо, чем Ты наказывал врагов, тем самым возвеличил нас, которых Ты призвал.
Святые дети добрых тайно совершали жертвоприношение и единомысленно постановили божественным законом, чтобы святые равно участвовали в одних и тех же благах и опасностях, когда отцы уже воспевали хвалы.
С противной же стороны отдавался нестройный крик врагов, и разносился жалобный вопль над оплакиваемыми детьми.
Одинаковым судом был наказан раб с господином, и простолюдин терпел одно и то же с царем:
все вообще имели бесчисленных мертвецов, умерших одинаковою смертью; и живых недоставало для погребения, так как в одно мгновение погублено было все драгоценнейшее их поколение.
И не верившие ничему ради чародейства, при погублении первенцев, признали, что этот народ есть сын Божий,
ибо, когда все окружало тихое безмолвие и ночь в своем течении достигла средины,
сошло с небес от царственных престолов на средину погибельной земли всемогущее слово Твое, как грозный воин.
Оно несло острый меч – неизменное Твое повеление и, став, наполнило все смертью: оно касалось неба и ходило по земле.
Тогда вдруг сильно встревожили их мечты сновидений, и наступили неожиданные ужасы;
и, будучи поражаем – один там, другой тут, полумертвый объявлял причину, по которой он умирал:
ибо встревожившие их сновидения предварительно показали им это, чтобы они не погибли, не зная того, за что терпят зло.
Хотя искушение смерти коснулось и праведных, и много их погибло в пустыне, но недолго продолжался этот гнев,
ибо непорочный муж поспешил защитить их; принеся оружие своего служения, молитву и умилостивление кадильное, он противостал гневу и положил конец бедствию, показав тем, что он слуга Твой.
Он победил истребителя не силою телесною и не действием оружия, но словом покорил наказывавшего, воспомянув клятвы и заветы отцов.
Ибо, когда уже грудами лежали мертвые одни на других, он, став в средине, остановил гнев и пресек ему путь к живым.
На подире его был целый мир, и славные имена отцов были вырезаны на камнях в четыре ряда, и величие Твое – на диадиме головы его.
Этому уступил истребитель, и этого убоялся: ибо довольно было одного этого испытания гневного.
Копировать текст Копировать ссылку Толкования стиха
Библ. энциклопедия Библейский словарь Словарь библ. образов