Скрыть
2:8
2:9
2:11
Церковнославянский (рус)
Реко́ша бо въ себѣ́ помышля́ющiи непра́во: ма́лъ е́сть и печа́ленъ живо́тъ на́шъ, и нѣ́сть изцѣле́нiя въ кончи́нѣ человѣ́честѣ, и нѣ́сть позна́нъ воз­врати́выйся от­ а́да.
Я́ко самослуча́йно рожде́ни есмы́, и по се́мъ бу́демъ я́коже не бы́в­ше: поне́же ды́мъ дыха́нiе въ но́здрехъ на́шихъ, и сло́во и́скра въ движе́нiи се́рдца на́­шего:
е́йже уга́сшей пе́пелъ бу́детъ тѣ́ло, и ду́хъ на́шъ разлiе́т­ся я́ко мя́гкiй воз­ду́хъ,
и и́мя на́­ше забве́но бу́детъ во вре́мя, и никто́же воспомяне́тъ дѣ́лъ на́шихъ: и пре́йдетъ живо́тъ на́шъ я́ко слѣды́ о́блака, и я́ко мгла́ разруши́т­ся, разгна́ная от­ лу́чь со́лнечныхъ и теплото́ю его́ отягчи́в­шися.
Стѣ́ни бо прехо́дъ житiе́ на́­ше, и нѣ́сть воз­враще́нiя кончи́ны на́­шея: я́ко запеча́тана е́сть, и никто́ воз­враща́ет­ся.
Прiиди́те у́бо и наслади́мся настоя́щихъ благи́хъ, и употреби́мъ созда́нiя, я́ко въ ю́ности ско́ро:
вина́ дража́йшаго и ми́ра [благово́н­на] испо́лнимся, и да не пре́йдетъ на́съ цвѣ́тъ житiя́:
увѣнча́имъ на́съ ши́пковыми цвѣ́ты, пре́жде не́же увя́нутъ:
ни еди́нъ от­ на́съ лише́нъ да бу́детъ на́­шего наслажде́нiя, вездѣ́ оста́вимъ зна́менiе весе́лiя, я́ко сiя́ ча́сть на́ша и жре́бiй се́й.
Наси́лiе сотвори́мъ убо́гу пра́ведному, не пощади́мъ вдови́цы, ниже́ ста́рца устыди́мся сѣди́нъ многолѣ́тныхъ.
Да бу́детъ же на́мъ крѣ́пость зако́нъ пра́вды: некрѣ́пкое бо неполе́зно обрѣта́ет­ся.
Улови́мъ же [ле́стiю] пра́веднаго, я́ко непотре́бенъ на́мъ е́сть и проти́вит­ся дѣло́мъ на́шымъ, и поно́ситъ на́мъ грѣхи́ зако́на и злосла́витъ на́мъ грѣхи́ уче́нiя на́­шего:
воз­вѣща́етъ на́мъ ра́зумъ имѣ́ти Бо́жiй, и о́трока Госпо́дня себе́ имену́етъ:
бы́сть на́мъ на обличе́нiе помышле́нiй на́шихъ:
тя́жекъ е́сть на́мъ и къ видѣ́нiю, я́ко неподо́бно [е́сть] ины́мъ житiе́ его́, и от­мѣ́н­ны [су́ть] стези́ его́:
въ поруга́нiе вмѣни́хомся ему́, и удаля́етеся от­ путі́й на́шихъ я́ко от­ нечисто́тъ: блажи́тъ послѣ́дняя пра́ведныхъ и сла́вит­ся Отца́ имѣ́ти [себѣ́] Бо́га.
Уви́димъ, а́ще словеса́ его́ и́стин­на, и иску́симъ я́же сбу́дут­ся ему́.
А́ще бо е́сть и́стин­ный сы́нъ Бо́жiй, защи́титъ его́ и изба́витъ его́ от­ руки́ проти́вящихся.
Досажде́нiемъ и му́кою истя́жимъ его́, да увѣ́мы кро́тость его́ и иску́симъ беззло́б­ст­во его́:
сме́ртiю поно́сною осу́димъ его́, бу́детъ бо ему́ разсмотре́нiе от­ слове́съ его́.
Сiя́ помы́слиша и прельсти́шася: ослѣпи́ бо и́хъ зло́ба и́хъ,
и не увѣ́дѣша та́инъ Бо́жiихъ, ниже́ мзды́ упова́ша преподо́бiя, ниже́ при­­суди́ша че́сти душа́мъ непоро́чнымъ.
Я́ко Бо́гъ созда́ человѣ́ка въ неистлѣ́нiе и во о́бразъ подо́бiя сво­его́ сотвори́ его́:
за́вистiю же дiа́волею сме́рть вни́де въ мíръ: вкуша́ютъ же ю́, и́же от­ ея́ ча́сти су́ть.
Синодальный
Неправо умствующие говорили сами в себе: «коротка и прискорбна наша жизнь, и нет человеку спасения от смерти, и не знают, чтобы кто освободил из ада.
Случайно мы рождены и после будем как небывшие: дыхание в ноздрях наших – дым, и слово – искра в движении нашего сердца.
Когда она угаснет, тело обратится в прах, и дух рассеется, как жидкий воздух;
и имя наше забудется со временем, и никто не вспомнит о делах наших; и жизнь наша пройдет, как след облака, и рассеется, как туман, разогнанный лучами солнца и отягченный теплотою его.
Ибо жизнь наша – прохождение тени, и нет нам возврата от смерти: ибо положена печать, и никто не возвращается.
Будем же наслаждаться настоящими благами и спешить пользоваться миром, как юностью;
преисполнимся дорогим вином и благовониями, и да не пройдет мимо нас весенний цвет жизни;
увенчаемся цветами роз прежде, нежели они увяли;
никто из нас не лишай себя участия в нашем наслаждении; везде оставим следы веселья, ибо это наша доля и наш жребий.
Будем притеснять бедняка праведника, не пощадим вдовы и не постыдимся многолетних седин старца.
Сила наша да будет законом правды, ибо бессилие оказывается бесполезным.
Устроим ковы праведнику, ибо он в тягость нам и противится делам нашим, укоряет нас в грехах против закона и поносит нас за грехи нашего воспитания;
объявляет себя имеющим познание о Боге и называет себя сыном Господа;
он пред нами – обличение помыслов наших.
Тяжело нам и смотреть на него, ибо жизнь его не похожа на жизнь других, и отличны пути его:
он считает нас мерзостью и удаляется от путей наших, как от нечистот, ублажает кончину праведных и тщеславно называет отцом своим Бога.
Увидим, истинны ли слова его, и испытаем, какой будет исход его;
ибо если этот праведник есть сын Божий, то Бог защитит его и избавит его от руки врагов.
Испытаем его оскорблением и мучением, дабы узнать смирение его и видеть незлобие его;
осудим его на бесчестную смерть, ибо, по словам его, о нем попечение будет».
Так они умствовали, и ошиблись; ибо злоба их ослепила их,
и они не познали тайн Божиих, не ожидали воздаяния за святость и не считали достойными награды душ непорочных.
Бог создал человека для нетления и соделал его образом вечного бытия Своего;
но завистью диавола вошла в мир смерть, и испытывают ее принадлежащие к уделу его.
In ihrer Verblendung sagen solche Leute zueinander:

»Unser Leben ist kurz und sorgenvoll. Gegen das Sterben gibt es kein Heilmittel und wir kennen niemand, der aus der Totenwelt retten kann.

Durch blinden Zufall sind wir entstanden und wenn wir tot sind, ist es, als wären wir nie gewesen. Unser Atem ist nur ein Dunst, der sich rasch wieder auflöst. Unser Bewusstsein ist ein Funke, hervorgebracht vom Schlag unseres Herzens.
Wenn der Funke verlöscht, zerfällt unser Körper zu Staub und der Geist verflüchtigt sich wie ein Hauch.
Unser Name und unsere Taten sind bald vergessen. Unser Leben zieht vorüber wie eine Wolke, die keine Spur hinterlässt; es löst sich auf wie ein Nebel, den die Sonne vertreibt und mit ihren Strahlen zu Boden drückt.
Flüchtig wie ein Schatten ist unser Leben und es gibt keine Wiederholung. Unser Schicksal ist besiegelt; keiner kommt wieder zurück.
Darum lasst uns das Leben und seine Güter genießen, so unbekümmert, wie es die Jugend tut! Wir wollen alles auskosten, was uns die Welt bietet.
An erlesenem Wein und Salböl soll nicht gespart werden, keine Blume des Frühlings soll ungepflückt bleiben.
Wir wollen uns mit Rosen bekränzen, ehe sie verwelken.
Wir ziehen jeden in unser fröhliches Treiben hinein und lassen überall Spuren unserer Ausgelassenheit zurück. Das ist unser gutes Recht, so hat das Schicksal es uns bestimmt!
Auf, wir wollen die Armen ausbeuten, die nach Gottes Geboten leben! Wir haben kein Mitleid mit der Witwe und keinen Respekt vor dem grauen Haar des Greises.
Wer die Macht hat, bestimmt, was recht ist. So halten wir es! Was schwach ist, hat keinen Wert.
Auf, wir fallen über diesen Frommen her! Er hindert uns und stellt sich unserem Treiben in den Weg. Er rechnet uns vor, wie oft wir das Gesetz übertreten; er wirft uns vor, dass wir unsere gute Erziehung verraten.
Er brüstet sich damit, Gott zu kennen, und nennt sich seinen Diener.
Er ist ein wandelnder Vorwurf für unsere ganze Denkweise; sein Anblick ist nicht zu ertragen!
Er lebt völlig anders als alle übrigen Menschen.
Uns behandelt er wie Falschgeld; er hält sich von uns fern, als wären wir Dreck. Er preist in den höchsten Tönen, was für ein herrliches Los am Ende auf die Frommen wartet. Er prahlt damit, dass Gott sein Vater sei.
Wir wollen einmal die Probe machen, ob er Recht hat! Wir werden ja sehen, wie es ihm am Ende ergeht.
Wenn er wirklich Gottes Sohn ist, soll der ihm helfen und ihn vor seinen Feinden schützen.
Wir wollen ihn quälen, ihn unsere Macht spüren lassen; dann werden wir sehen, wie weit seine Geduld und Sanftmut reichen!
Wir verurteilen ihn zu einem unehrenhaften Tod – er wird ja gerettet werden, behauptet er!«
So reden sie, aber sie täuschen sich! Ihre Verdorbenheit macht sie blind.
Sie wissen nichts von Gottes geheimen Absichten; sie rechnen nicht damit, dass er die Frommen belohnt und eine Auszeichnung bereithält für alle, die ihm gehorchen.
Gott hat die Menschen für ein unvergängliches Leben geschaffen; nach seinem eigenen Bild, dem Bild des ewigen Gottes, hat er sie gemacht.
Erst der Teufel brachte aus Neid den Tod in die Welt; und dem Tod verfallen alle, die auf seiner Seite stehen.
Копировать текст Копировать ссылку Толкования стиха

Настройки