Скрыть
1:5-6
Церковнославянский (рус)
Да ло́бжетъ мя́ от­ лобза́нiй у́стъ сво­и́хъ: я́ко бла́га сосца́ твоя́ па́че вина́,
и воня́ ми́ра тво­его́ па́че всѣ́хъ арома́тъ. Ми́ро излiя́ное и́мя твое́: сего́ ра́ди отрокови́цы воз­люби́ша тя́.
Привлеко́ша тя́: вслѣ́дъ тебе́ въ воню́ ми́ра тво­его́ тече́мъ. Введе́ мя ца́рь въ ло́жницу свою́: воз­ра́дуемся и воз­весели́мся о тебѣ́, воз­лю́бимъ сосца́ твоя́ па́че вина́: пра́вость воз­люби́ тя.
Черна́ е́смь а́зъ и добра́, дще́ри Иерусали́мскiя, я́коже селе́нiя Кида́рска, я́коже завѣ́сы соломо́ни.
Не зри́те мене́, я́ко а́зъ е́смь очерне́на, я́ко опали́ мя со́лнце: сы́нове ма́тере мо­ея́ сваря́хуся о мнѣ́, положи́ша мя́ стра́жа въ виногра́дѣхъ: виногра́да мо­его́ не сохрани́хъ.
Возвѣсти́ ми́, его́же воз­люби́ душа́ моя́, гдѣ́ пасе́ши? гдѣ́ почива́еши въ полу́дне? да не когда́ бу́ду я́ко облага́ющаяся надъ ста́ды друго́въ тво­и́хъ.
А́ще не увѣ́си са́мую тебе́, до́брая въ жена́хъ, изы́ди ты́ въ пята́хъ па́­ст­въ и паси́ ко́злища твоя́ у ку́щей па́стырскихъ.
Ко́немъ мо­и́мъ въ колесни́цѣхъ фарао́новыхъ уподо́бихъ тя́, бли́жняя моя́.
Что́ укра́шены лани́ты твоя́ я́ко го́рлицы, вы́я твоя́ я́ко мони́сты?
подо́бiя зла́та сотвори́мъ ти́ съ пестрота́ми сребра́.
До́ндеже [бу́детъ] ца́рь на восклоне́нiи сво­е́мъ, на́рдъ мо́й даде́ воню́ свою́.
Вяза́нiе ста́кти бра́тъ мо́й мнѣ́, посредѣ́ сосцу́ мое́ю водвори́т­ся:
гре́знъ ки́провъ бра́тъ мо́й мнѣ́ въ виногра́дѣхъ енга́ддовыхъ.
Се́, еси́ добра́, и́скрен­няя моя́, се́, еси́ добра́: о́чи тво­и́ голуби́нѣ.
Се́, еси́ до́бръ, бра́тъ мо́й, и еще́ красе́нъ: о́дръ на́шъ со осѣне́нiемъ,
прекла́ди до́му на́­шего ке́дровiи, дски́ на́шя кипари́сныя.
Синодальный
Да лобзает он меня лобзанием уст своих! Ибо ласки твои лучше вина.
От благовония мастей твоих имя твое – как разлитое миро; поэтому девицы любят тебя.
Влеки меня, мы побежим за тобою; – царь ввел меня в чертоги свои, – будем восхищаться и радоваться тобою, превозносить ласки твои больше, нежели вино; достойно любят тебя!
Дщери Иерусалимские! черна я, но красива, как шатры Кидарские, как завесы Соломоновы.
Не смотрите на меня, что я смугла, ибо солнце опалило меня: сыновья матери моей разгневались на меня, поставили меня стеречь виноградники, – моего собственного виноградника я не стерегла.
Скажи мне, ты, которого любит душа моя: где пасешь ты? где отдыхаешь в полдень? к чему мне быть скиталицею возле стад товарищей твоих?
Если ты не знаешь этого, прекраснейшая из женщин, то иди себе по следам овец и паси козлят твоих подле шатров пастушеских.
Кобылице моей в колеснице фараоновой я уподобил тебя, возлюбленная моя.
Прекрасны ланиты твои под подвесками, шея твоя в ожерельях;
золотые подвески мы сделаем тебе с серебряными блестками.
Доколе царь был за столом своим, нард мой издавал благовоние свое.
Мирровый пучок – возлюбленный мой у меня, у грудей моих пребывает.
Как кисть кипера, возлюбленный мой у меня в виноградниках Енгедских.
О, ты прекрасна, возлюбленная моя, ты прекрасна! глаза твои голубиные.
О, ты прекрасен, возлюбленный мой, и любезен! и ложе у нас – зелень;
кровли домов наших – кедры, потолки наши – кипарисы.
Немецкий (DGNB)
Das schönste aller Lieder, von Salomo.
Komm doch und küss mich!
Deine Liebe berauscht mich
mehr noch als Wein.
Weithin verströmen
deine kostbaren Salben
herrlichen Duft.

Jedermann kennt dich,
alle Mädchen im Lande
schwärmen für dich!

Komm, lass uns eilen,
nimm mich mit dir nach Hause,
fass meine Hand!

Du bist mein König!
Deine Zärtlichkeit gibt mir
Freude und Glück.

Rühmen und preisen
will ich stets deine Liebe,
mehr als den Wein!

Mädchen, die schwärmen,
wenn dein Name genannt wird,
schwärmen zu Recht!

Sag mir, Geliebter,
wo kann ich dich finden?
Wo ruhn deine Schafe
mittags, wenńs heiß wird?

Andere Hirten,
was sollen sie denken,
wenn ich nach dir frage,
überall suche?

Musst du mich fragen,
du Schönste der Frauen?
Du musst es doch wissen,
wo du mich findest!

Nimm deine Zicklein
und folge dem Schafsweg!
Dort wirst du mich treffen,
nah bei den Zelten.

Prächtig und schön siehst du aus, meine Freundin,
stolz wie die Stute an Pharaos Wagen!
Schmückende Kettchen umrahmen die Wangen
und deinen Hals zieren Schnüre mit Perlen.
Aber noch schöneren Schmuck sollst du haben:
silberne Perlen an Kettchen aus Gold!
Solange mein König mir nahe ist,
verbreitet mein Nardenöl seinen Duft.
Mein Liebster liegt bei mir, an meiner Brust, er duftet wie würziges Myrrhenharz,
so kräftig wie Blüten vom Hennastrauch; im Weinberg von En-Gedi wachsen sie.
Schön bist du, zauberhaft schön, meine Freundin, und deine Augen sind lieblich wie Tauben!
Stattlich und schön bist auch du, mein Geliebter! Sieh, unser Lager ist blühendes Gras,
Balken in unserem Haus sind die Zedern und die getäfelten Wände Zypressen.
Schwarz gebrannt hat mich die Sonne,
schwarz wie Beduinenzelte,
wie die Decken Salomos.
Trotzdem bin ich schön, ihr Mädchen
aus der Stadt Jerusalem!
Seht nicht so auf mich herunter,
weil ich dunkler bin als ihr.
Draußen muss ich alle Tage
meiner Brüder Weinberg hüten.
Doch für meinen eigenen Weinberg
– für mich selbst – kann ich nicht sorgen;
dafür bleibt mir keine Zeit!
The song of songs, which is Solomońs.

Let him kiss me with the kisses of his mouth-- For your love is better than wine.

Because of the fragrance of your good ointments, Your name is ointment poured forth; Therefore the virgins love you.

Draw me away! We will run after you. The king has brought me into his chambers. We will be glad and rejoice in you. We will remember 1your love more than wine. Rightly do they love 1you.

I am dark, but lovely, O daughters of Jerusalem, Like the tents of Kedar, Like the curtains of Solomon.

Do not look upon me, because I am dark, Because the sun has tanned me. My motheŕs sons were angry with me; They made me the keeper of the vineyards, But my own vineyard I have not kept.

Tell me, O you whom I love, Where you feed your flock, Where you make it rest at noon. For why should I be as one who veils herself By the flocks of your companions?

If you do not know, O fairest among women, Follow in the footsteps of the flock, And feed your little goats Beside the shepherdś tents.

I have compared you, my love, To my filly among Pharaoh́s chariots.

Your cheeks are lovely with ornaments, Your neck with chains of gold.

We will make you ornaments of gold With studs of silver.

While the king is at his table, My spikenard sends forth its fragrance.

A bundle of myrrh is my beloved to me, That lies all night between my breasts.

My beloved is to me a cluster of henna blooms In the vineyards of En Gedi.

Behold, you are fair, my love! Behold, you are fair! You have dovés eyes.

Behold, you are handsome, my beloved! Yes, pleasant! Also our bed is green.

The beams of our houses are cedar, And our rafters of fir.

Копировать текст Копировать ссылку Толкования стиха

Настройки