Толкования на 3-я книга Царств 19:11

Ст. 11-12 И сказал: выйди и стань на горе пред лицем Господним, и вот, Господь пройдет, и большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь; после ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь; после землетрясения огонь, но не в огне Господь; после огня веяние тихого ветра

Дойдя до горы Божьей Хорив, Илия провел ночь в пещере, и на следующий день, когда услышал шум шедшего к нему Бога, вышел ко входу пещеры, и был к нему голос и сказал ему: что ты здесь, Илия? И он ответил: «Возревновал я о Господе Боге Саваофе, и потому я заключил небеса, чтобы дождь больше не падал на грешников, и на землю, дабы она не давала пищи, хотя такое наказание кажется мягким для тех, кто заслуживают суровых и даже жестоких мучений. Разве должен был я оставаться спокойным и хранить молчание, видя отступничество народа нечестивого, который презрел Твои заповеди, оставил Твой завет, заключённый на этой горе, и променял Тебя на Ваала, идола сидонян, и на пустые культы язычников? Или должен был я терпеть безумие Иезавели, преследовавшей и убившей Твоих пророков? Но я устоял, великой Твоей милостью, ибо властная рука Твоя хранила меня у потока Хорафа и в Сарепте Сидонской. А теперь Ты привел меня к Твоей святой горе, хотя безумная царица не оставила попыток уловить меня, чтобы отнять мою душу».

И большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь. А после ветра землетрясение, а после землетрясения огонь, и Илия увидел, что ни в землетрясении, ни в огне не было Господа. Откровение это имело такую цель: Господь хотел наставить пророка посредством различных знамений, дабы утишить его чрезмерную ревность и направить его, соразмерно праведности, к подражанию провидению Всевышнего, Который Свой праведный суд вершит с преизбытком благодатной Его милости. С иносказательной точки зрения значение этих устрашающих знамений в преддверии пришествия Господа таково: землетрясение и огонь, возгоревшийся от сильного ветра, служат образами ужасных знамений, которые будут предшествовать Судному дню.

Ст. 8-14 И встал он, поел и напился, и, подкрепившись тою пищею, шел сорок дней и сорок ночей до горы Божией Хорива. И вошел он там в пещеру и ночевал в ней. И вот, было к нему слово Господне, и сказал ему Господь: что ты здесь, Илия? Он сказал: возревновал я о Господе Боге Саваофе, ибо сыны Израилевы оставили завет Твой, разрушили Твои жертвенники и пророков Твоих убили мечом; остался я один, но и моей души ищут, чтобы отнять ее. И сказал: выйди и стань на горе пред лицем Господним, и вот, Господь пройдет, и большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь; после ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь; после землетрясения огонь, но не в огне Господь; после огня веяние тихого ветра. Услышав сие, Илия закрыл лице свое милотью своею, и вышел, и стал у входа в пещеру. И был к нему голос и сказал ему: что ты здесь, Илия? Он сказал: возревновал я о Господе Боге Саваофе, ибо сыны Израилевы оставили завет Твой, разрушили жертвенники Твои и пророков Твоих убили мечом; остался я один, но и моей души ищут, чтоб отнять ее

Умозрение о видении Илии в пещере Хорива

Так Илия, осторожный после оного огня, после труса, после духа велика и крепка, разоряюща горы (3Цар.19:11-12), которые, я полагаю, являют ревность и рассуждение, и усердную совершенную [εν πληροφορία - буквально «во извещении», т.е., в полноте убежденности] веру (ибо рассуждение, разбивая, словно землетрясение нерасторжимые монолиты, сформированную порочностью привычку ко злу, добродетелью искореняет ее, а ревность, словно огонь воспламеняя тех, кому принадлежит горячностью Духа научать [других], вразумляет нечестивых; вера же, по образу бурного ветра подталкивая бесстрастных славы ради Божия к низложению твердынь посредством демонстрации чудес, соделывает воистину верного человека подателем воды ведения и огня обожения, и водой сей исцеляет глад неведения, а огнем, свойственным образом умилостивляя Бога фимиамами и учителей зла – помыслы то есть и хитрословесных демонов (δαίμονας λογοσοφίας) – умерщвляя, содержимых в рабстве страстей освобождает), после всего этого почувствовав глас хлада тонка (3Цар.19:12), в котором был Бог, таинственно научается в отношении произносимых слов, образа жизни и нравов божественному непоколебимому и мирному, и совершенно невещественному, и простому, и свободному от всякого вида и образа состоянию, которое невозможно высказать или выразить.

Пораженный славой этого состояния и уязвленный его красотой, и более возжелав быть в нем, нежели быть ревнителем, то есть, более, нежели сражаться за истину, [возжелав] всецело быть с истиной, и ничего противного не видеть и не знать, посчитав много более досточестным познать одного лишь Бога, всецело сущего всем во всем, он, - еще будучи во плоти [и уже] находясь в нем, - хранит себя, пройдя сквозь вещество на божественной колеснице добродетелей, как сквозь покрывало чистого перехода ума к умопостигаемым [предметам] и облако плоти, помрачающее владычественное [начало] души своими страстями, да будет и сам он, - насколько это возможно еще сущему с подвластной тлению плотью, - причастником неизреченных благ, коих он возжелал, и нам явится надежным удостоверением обетованного. Ибо это и Бог ему внушил, при помощи сего таинственного представления (διά των ουτω μυστικως δεδραματουργημένων) неизреченно вопия, что полезнее всякого иного блага – быть через мир [со всеми] с единым Богом.

Слово Священного Писания благодаря возвышеннейшим умозрениям совлекает с Себя [всю] телесную связь речений, облекших Его, являясь словно в гласе хлада тонка зоркому уму и особенно [такому уму], который, совершенно оставив действия естества, может быть охвачен чувством простоты, открывающим слово [Божие]: подобное случилось с великим Илией, удостоившимся в пещере Хоривской столь великого видения. “Хорив” толкуется как “знак”, и это есть навык в добродетелях, [приобретенный] в новом духе благодати. “Пещера” же есть сокрытость мудрости, [таящейся] в уме; оказавшийся в ней таинственно ощутит ведение, которое превыше [всякого] чувства; в ней, как говорится, обитает Бог. Всякий, кто, наподобие Илии, подлинно взыскует Бога, окажется не только в Хориве, то есть как предающийся [духовному] деланию будет обладать навыком добродетели, но и в пещере Хоривской, то есть как предающийся созерцанию окажется в сокрытости мудрости, обретающейся только в навыке добродетелей.

Догмат о святых постах

Вторая польза, происходящая от святого поста, что он устраивает душу благоприятной к молитве и размышлению о Небесном. Так Моисей предуготовил свою душу постом прежде, чем дерзнул приступить к Богу, беседовать с Ним и принять от Него богоначертанные скрижали (Исх.34,28). Так Илия сорок дней постился прежде, чем видеть Бога во гласе веяния тихого ветра (свѣ́та) на горе Хорив (3Цар.19,8-12). Так пророк Даниил постом в течение трех седмиц дней приготовлялся к ведению и разумению откровений Божиих (Дан.10,2-3). Поэтому пост – это как бы лестница, возводящая ум к Небесному, как бы крылья, которыми душа возлетает к Богу, к богомыслию и высокому размышлению.

10. Он (Илия) сказал: возревновал я о Господе Боге Саваофе; ибо сыны Израилевы оставили завет Твой, разрушили Твои жертвенники, и пророков Твоих убили мечем; остался я один, но и моей души ищут, чтобы отнять ее
11. Выйди и стань на горе пред лицем Господним. И вот Господь пройдет; и большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом; но не в ветре Господь. После ветра землетрясение; но не в землетрясении Господь.
12. После землетрясения огонь; но не в огне Господь. После огня веяние тихого ветра, и там Господь.
13 Услышав сие, Илия закрыл лице свое милотью своею, и вышел, и стал у входа в пещеру. И был к нему голос и сказал ему: что ты здесь, Илия?

По-видимому Илии отвечает первый раз Ангел (ст. 3Цар.19:11-12), который говорит ему, как ему явится Господь. Это явствует из последующего откровения, когда глаголет Сам Господь (ст. 3Цар.19:15), и, раскрывая отчасти пророку будущее, устраняет его преувеличенные опасения.

Глубоко таинственно и умилительно предупреждение Илии о том, как ему явится милосердый Владыка вселенной (3Цар.19:11-12). Для внимательного читателя раскрывается, что сущность откровения, которого сподобился Илия, совершенно тожественна с откровением, которого удостоился Моисей. Мы считаем нужным привести здесь текст Исх.34:5-6. Моисей (Исх.33:21-23) стоит в расселине скалы, как и Илия стоит у входа в пещеру (3Цар.19:13). «И сошел Господь в облаке, и остановился там, близь Моисея, и провозгласил имя Иеговы (Вечно Живущаго). И прошел Иегова пред лицем его и возгласил: Господь (Иегова) Господь Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный». Ранее того (Исх.33:23) Господь говорил Моисею, что человек не может видеть славу Божию: он может видеть Бога лишь в совершившихся уже делах и событиях, в прошедшем, – но не в настоящем и будущем (Так мы понимаем замечательные выражения Исх.33:21-23. И действительно, все, что мы созерцаем даже в природе, есть прошедшее. Свет напр. звезды, когда мы ее видим, шел многое время пока достиг до нас. Так во всем явлениях.). Единое явление Бога в настоящем было воплощение Сына Божия, поэтому-то и сказано Ин.1:18: «Бога никто же виде нигде же: единородный Сын, сый в лоне Отчи, той исповеда» (См. наши объяснения в «Опыте изучения Ев. Св. Иоанна Богослова» in loco.).

Также и Илии не дано видеть Бога: он слышит великие явления и слышит тихий глас, но он ничего не видит, имея притом лице свое закрытое милотью (ст. 3Цар.19:13). Но мы хотим сопоставить и сличить оба откровения, чтобы видеть их существенное тожество.

Господь говорит о Себе Моисею, что Он Бог долготерпеливый и милостивый, а Илии открывается, что Господь не в грозных явлениях, предшествующих Ему, а в веянии тихого ветра, в том радостном чувстве спокойствия, приносимого благодатью, которое ясно говорит сердцу человеческому, что Господь есть Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный.

Читатель видит, что сущность сих двух откровений и значение их для человечества совершенно одинаковы.

Прежде всего проходят мимо Илии страшные явления творческой силы Божией (3Цар.19:1-2). Они – вестники и исполнители гнева Божия на нечестивых (Так Кейль, О. Герлах и мн. др.). Они действуют тогда, когда Господь снял милостивую охраняющую Свою руку с народа, или человека; тогда народ, или человек, обречен гибели, ибо «нет избавляющего» (Пс.49:22). Сам Господь в веянии тихого ветра, вливающего успокоение и радость в измученную душу. Заметим, что и в Иов.4:12-16 Елифаз, говоря о явлениях духовной жизни, описывает сначала ужас, объявший его и потом (ст. 3Цар.19:12-13): «тихое веяние и я слышу голос».

В таинственном откровении, воспринимаемом Илиею, как в словах Божиих, явленных Моисею, заключается и великое Мессианское пророчество. Мы уже видим вдали священный образ Того, который был кротким и смиренным и принес на землю прощение и милость, и любовь, и чистоту, и истину.

«Не весте, коего духа есте вы», – сказал Господь ученикам Своим, хотевшим подобно Илии (4Цар.1:10) свести огонь на Самарянское селение (Лк.9:55). В этих словах Господа, как в Его нагорной проповеди, выясняется все различие духа человека ветхозаветного от духа человека, просвещенного новозаветным учением. Господь Бог, вечно живущий, всегда неизменно Себе подобный, Един для людей всех веков и поколений, – но человек изменяется и совершенствуется сообразно тому – насколько его просвещает свет Божий. Лишь с пришествием на землю Того, который был свет и жизнь (Ин.1:4,9), получает человек познание высших истин о любви Божией. Но, как мы видим, – и в Ветхом Завете уже раскрывались эти тайны великой любви Божией, и проявление присутствия Божия такому непреклонному и горячему ревнителю, как Илия, совершается не в урагане, или землетрясении, или пожирающем огне, а в веянии тихого ветра, давая ему разуметь истинное значение милосердого промысла Божия, – в основании которого любовь и успокоение, – и вместе с тем таинственно указывал на грядущее кроткое царство Бога на земле.

Ст. 9-14 И вошел он там в пещеру и ночевал в ней. И вот, было к нему слово Господне, и сказал ему Господь: что ты здесь, Илия? Он сказал: возревновал я о Господе Боге Саваофе, ибо сыны Израилевы оставили завет Твой, разрушили Твои жертвенники и пророков Твоих убили мечом; остался я один, но и моей души ищут, чтобы отнять ее. И сказал: выйди и стань на горе пред лицем Господним, и вот, Господь пройдет, и большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь; после ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь; после землетрясения огонь, но не в огне Господь; после огня веяние тихого ветра. Услышав сие, Илия закрыл лице свое милотью своею, и вышел, и стал у входа в пещеру. И был к нему голос и сказал ему: что ты здесь, Илия? Он сказал: возревновал я о Господе Боге Саваофе, ибо сыны Израилевы оставили завет Твой, разрушили жертвенники Твои и пророков Твоих убили мечом; остался я один, но и моей души ищут, чтоб отнять ее

Xоривское богоявление пророку

Вопрос Божий Илии «что ты здесь, Илия?» (ст. 9) не имеет значения упрека пророку за малодушное бегство в пустыню от миссии среди общества, как думают некоторые толкователи, а есть просто призыв божеской любви к утомленному душой и телом пророку - открыть Иегове душу свою. И пророк открывает сокровеннейшее содержание своих дум и чувствований сердца: пламенную ревность и острую скорбь о нарушении Израилем завета с Богом, о разрушении или осквернении священных жертвенников, об избиении пророков, так что из последних остался один Илия, но и его жизнь в опасности от преследователей (ст. 10, 14). Ревность по нарушенному Завету [Талмудисты под именем «Завета» (евр. берит) здесь, на основании Быт XVII:13-14, разумеют обрезание, и так как обрезание в действительности не было оставлено во времена пророка, то, по верованию талмудистов, пророк Илия был наказан за свое неправильное осуждение Израиля тем, что навсегда с тех пор обязан присутствовать при операции обрезании, для чего обыкновенно при обрезании поставляется особый стул для пророка Илии. См А. Алексеев. Богослужение, праздники и религиозные обряды нынешних евреев. Новгород, 1861, с. 154-155], некогда заключенному на Синае (Исх XXXIV:1-10), и теперь побуждающая пророка обратиться с сетованиями на Израиля к Богу (Рим XI:2: ΄entugcanei tw Xew kata tou ΄israhl) на той же горе завета и законодательства ставит пророка Илию в параллель с Законодателем Моисеем (оба великие мужа впоследствии предстали Законодателю Нового Завета Иисусу Xристу на горе Преображения, Мф XVII:3; Мк IX:4; Лк IX:30). С именем ревнителя перешел пророк Илия и в историю. Самая речь пророка ст. 10, повторенная после ст. 14, есть вопрос к Богу: какие меры или средства могут быть применены к вероломному Израилю? Не предрешая этого вопроса, пророк, однако, мог желать быстрой и решительной кары. Ответом Божьим на слова и думы пророка служит, во-первых, особый характер богоявления, ст. 11-12, а затем повеление Божие о поставлении двух царей и пророка для совершения суда Божия над Израилем. Богоявление пророка Илии на Xориве, ст. 11-12, близко напоминает некогда имевшее здесь же Богоявление Моисею Исх XXXIII:18-19, 22; XXXIV:6 - тоже по поводу нарушения завета Израилем при Синае (Исх XXXII). Что касается самого характера богоявления, то из того, что Иегова явился не в вихре и буре (ср. Ис XVII:13; XL:24), не в землетрясении (ср. Ис XXIV:18), не во всепоедающем огне (ср. Иc LXVI:15 сл. ) - обычных грозных стихийных силах карающей, гневающейся силы Божией (ср. Пс XVII:8-18; Ис XXIX:5-6), а в веянии тихого ветра (ср. Иов IV:16; Пс CVI:29), - пророк научался, что Иегова «за лучшее признал управлять родом человеческим с кротостью и долготерпением, хотя нетрудно Ему послать на нечестивых и молнии и громы, восколебать землю, мгновенно ископать для них ров и всех вконец истребить стремительными ветрами» (блаж. Феодорит, вопр. 59). Слов: «и там Господь» слав. -рус. перев. ст. 12 нет ни в евр. т. ни в принятом т. LXX, но во многих греческих кодексах они читаются (kakeϊ KurioV в кодд. 19, 44, 52, 64, 74, 92, 106, 119, 120, 123, 158, 236, 213, 246. у Гольмеса; kai ekei KurioV - в кодд. 59, 108, 121, 134, 245, 247, ibid) и смысл текста они вполне выражают. Vulg. их, впрочем, также не имеет. В целом, данное богоявление имеет весьма важное значение для целого богословия Ветхого Завета, свидетельствуя, что, по учению Ветхого Завета, Бог есть не стихийная сила, а духовное нравственное начало, для которого стихийные явления суть лишь средства проявления, но действия которого всегда запечатлены высшим нравственным характером, и основным законом действования Божия в мире вообще и особенно к людям являются любовь и милосердие (ср. Исх XXXIV:6). Почувствовав присутствие Божие в веянии тихого ветра, пророк Илия вышел из пещеры, в которой он был во время потрясающих явлений природы, и в благоговейном трепете пред Неприступным Богом закрыл плащом (милотью, LXX: 'en th milwth; Vulg. : pallio; евр. аддерет) лицо, как Моисей при бывших ему на Xориве же богоявлениях (Исх III:6; XXXIII:20, 22; ср. Ис VI:2).

Ст. 11-12 И сказал: выйди и стань на горе пред лицем Господним, и вот, Господь пройдет, и большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь; после ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь; после землетрясения огонь, но не в огне Господь; после огня веяние тихого ветра, [и там Господь].

В ответ на жалобу пророка, Господь повелевает ему, чтобы он завтра вышел из пещеры и стал на открытом месте горы, ожидая того мгновения, когда он станет лицем к лицу пред Господом, имеющим пройти около него в знамениях славы и величия. Илия должен приготовиться к тому, чтобы быть свидетелем следующих явлений: сначала зашумит буря, от которой будут трескаться горы и разбиваться скалы, буря сменится землетрясением, затем пронесется огонь. Это будут знамения приближения Господа, подобное чему было на Синае. Но не в этих страшных знамениях Господь откроет Свое непосредственное присутствие, а в гласе хлада тонка, – в тихих звуках, производимых веянием легкого ветра. Значение этих явлений – символическое. Оно объясняется применительно к душевному состоянию пророка. Душа пророка лишена была мира и покоя. Ее возмущали козни врагов истинной веры и вместе его врагов. Ей недоставало терпения, самообладания и снисхождения в отношении к ним, а может быть, он думал, что его ревность о славе Божией не довольно поддерживается Самим Господом, что с ними следовало бы Господу поступить по всей строгости правосудия, беспощадно. И вот Господь для умиротворения пророка самым образом Своего явления даст ему понять, что он ревнует о славе Его больше, чем сколько следует, как бы забывая, что Господь не только праведен, но вместе милосерд и долготерпелив, что самая правда Его имеет целию не карать только, но и вразумлять и исправлять грешника, что самый страх, который Он наводит на людей Своими угрозами, пролагает путь к Его милосердию, что Он устрашает для того, чтобы помиловать. И как наглядно все это будет показано пророку в имеющих открыться пред ним знамениях Богоявления! Буря, землетрясение и пламень огня, без сомнения, произведут в душе его страх, но этот страх должен будет смениться отрадным чувством мира и радости, по крайней мере раствориться этим чувством, когда после страшных явлений послышится глас хлада тонка. И сам по себе этот глас приятен, но несравненно отраднейшее впечатление должно остаться от него в душе при мысли, что в этом гласе дает знать о Своем присутствии Сам Господь. Буря, землетрясение и пламень всепоядающего огня суть знамения Его правосудия, а глас хлада тонка – милосердия. Те знамения страшны, а это утешительно. Таким образом без слов, выразительными символами будет напомянута пророку та истина, которая Моисею была открыта словами. Моисей, желая получить удостоверение от Бога в прощении народу греха поклонения золотому тельцу, просил Бога на горе Синае показать ему славу Свою. И Господь на другой день сошел в облаке и показал Моисею славу Свою, – но славу преимущественно милосердия. Он прошел над поверженным ниц Моисеем в чувственно-славном образе и провозгласил: «Иегова, Иегова! Бог человеколюбивый и милосердый, медленный на гнев, великий в милости и истине, сохраняющий милость в тысячи родов, прощающий беззаконие, преступление и грех, но не оставляющий без наказания, наказывающий отцев в сынах и в сынах сынов до третьего или четвертого рода» (Исх. 34:6-7). Какой перевес милосердия над правосудием! Милость Господа простирается в тысячи родов, а действие правосудия ограничивается третьим или четвертым родом. Эту истину не мог не знать Илия, ибо, без сомнения, хорошо знал историю Моисея, но видно, не довольно помнил ее, не довольно руководствовался убеждением в ней, если Господь нашел нужным напомнить ему о ней в таком виде, чтобы вперед трудно было ее забыть, – в виде поразительных знамений.