Толкования на 3-я книга Царств 22:1

1. «Прожили три года и не было войны между Сирией и Израилем».

Эти три года надо считать от поражения Венадада под Афеком (3Цар.20:34).

По всей вероятности Ахав был не только в мире с Сирией, но был еще деятельным союзником царя ее. Это истекает из следующих соображений, основанных на фактах, собранных Джорджем Роулинсоном (См. его комментарий на 3Цар.22 со ссылкам» на его сочинение: The five Great Monarchies (ed of. 1871), Assyria V. II, p. 103. Сведения о войнах Салманассара начертаны на черном базальтовом обелиске см. id. ih. p. 97 Салманассар этот сын Ассур Изир-Пала.). Из надписи, начертанной на черном обелиске, найденном в Ассирии, явствует, что Салманассар (II) во времена Венадада и позже его – во времена Азаила – вел ряд войн против Сирии Дамасской, которую в одно время поддерживали (На черном обелиске Ахав назван по имени; он привел на помощь Дамаску десять тысяч воинов и две тысячи колесниц, говорит надпись.), царь Емафа (Гамата), войска финикийских городов и другие союзники. По хронологическим данным участие Ахава в защите Сирии должно было иметь место не иначе, как в конце его царствования, так что надо предположить, что вслед за битвой при Афеке Ахав, по заключенному с Венададом договору, на следующее же лето должен был привести свои войска на помощь Дамаску против Ассирии. Судя по неопределенности выражений черного обелиска, надо думать, что эта война с Ассирией не имела никаких важных последствий для Сирии, и тем менее для Палестины. Из событий, рассказанных в главе 3Цар.22, надо полагать, что между Венададом и его союзником Ахавом возникли уже неудовольствия по неисполнению договора.

Ст. 1-6 Прожили три года, и не было войны между Сириею и Израилем. На третий год Иосафат, царь Иудейский, пошел к царю Израильскому. И сказал царь Израильский слугам своим: знаете ли, что Рамоф Галаадский наш? А мы так долго молчим, и не берем его из руки царя Сирийского. И сказал он Иосафату: пойдешь ли ты со мною на войну против Рамофа Галаадского? И сказал Иосафат царю Израильскому: как ты, так и я; как твой народ, так и мой народ; как твои кони, так и мои кони. И сказал Иосафат царю Израильскому: спроси сегодня, что скажет Господь. И собрал царь Израильский пророков, около четырехсот человек и сказал им: идти ли мне войною на Рамоф Галаадский, или нет? Они сказали: иди, Господь предаст его в руки царя

(ср. 2Пар XVIII)

Приготовление царей Ахава израильского и Иосафата иудейского к походу против сирийцев

Три года (ст. 1) прошли от второй войны Ахава с сирийцами, окончившейся победой Ахава над Венададом сирийским, и мирным договором между ними (XX:26-34). Одна из статей этого мирного договора требовала возвращения сирийским царем израильскому городов Израильского царства, отобранных Венададом у Амврия (XX:34). В числе этих городов, очевидно, был и Рамоф Галаадский (ст. 3. Onomast. 688, 772, ср. прим. к IV:13), которого сирийский царь, видимо, не хотел возвращать Ахаву: это и послужило поводом к новой войне, о которой рассказывает гл. XXII, составляющая, таким образом, естественное продолжение гл. XX (на трехлетний срок, отделяющий события той и другой главы, падает во внутренней жизни Израильского царства: убийство Навуфея, гл. XXI; во внешней, по предположению ученых, упомянутая уже битва при Каркаре между Салманассаром II ассирийским и Венададом (Bir-idri) сирийским, в войсках которого принимал участие, по обязанностям союзника, Ахав (Ahabbu Sir-lai ассирийских памятников). Войну предпринимают против сирийцев совместно израильский царь Ахав и иудейский Иосафат, прежние враждебные отношения между двумя еврейскими царствами сменились дружественными, частью на почве родства царских домов: сын Иосафата иудейского Иорам был женат на Гофолии, дочери Ахава израильского (ср. 4Цар VIII:18; 2Пар XVIII:1), - частью, вероятно в силу политической необходимости общими силами сломить силу общего врага - Сирии. Посещение Иосафатом Ахава (ст. 2, 4), при таких обстоятельствах, могло быть вызвано приглашением последнего (по 2Пар XVIII:2 Ахав устроил большой пир для Иосафата); инициатива похода на Рамоф во всяком случае исходит от Ахава, от которого Иосафат, по-видимому, считал себя зависимым (ст. 4), почему и представляет в распоряжение Ахава свою главную военную силу - коней (ср. Пс XXXII:16-17). «Так обещал поступать Иосафат, призванный участвовать в сражении, то есть буду делать то же, что ты, ополчусь, как скоро ты ополчишься, народ мой начнет войну, как скоро начнет твой народ. Но Иосафат показал вместе и благочестие свое, потому что почел необходимым вопросить прежде Бога всяческих, ст. 5» (блаж. Феодорит, вопр. 67). Впрочем, «благочестию его нанесли вред дружество и родство» (там же).

Если Иосафат просит Ахава вопросить о предстоящем походе Иегову (ст. 5), то собранные Ахавом около 400 человек - пророки не могли быть ранее упомянутыми 400 пророками Астарты - Ашеры (XVIII:18-19), как полагали древние толкователи, а пророками Иеговы, вероятно, культа тельцов, остававшегося официальным и при Ахаве (несмотря на вторжение культа Ваала). Как самый культ тельцов имел сильную примесь языческого элемента, так и институт пророков в этом культе не соответствовал идее пророческого служения: уже огромная цифра явившихся теперь пророков (ст. 6) ставит их в полную параллель с пророками Ваала и Астарты (XVIII:19), - для них пророчество, очевидно, стало своего рода ремеслом, выгодной профессией, они, вероятно, подобно пророкам Астарты (ibid) питались от царского стола: за это говорит их явное угодничество царю (ст. 6, 12-13), почему пророк Михей называет их (ст. 22-23) пророками Ахава, хотя при всем том они сами считали себя стоящими под действием Духа Божия (ст. 24).