Толкования на 3-я книга Царств 7:29

Ст. 28-29 И вот устройство подстав: у них стенки, стенки между наугольными пластинками; на стенках, которые между наугольниками, изображены были львы, волы и херувимы; также и на наугольниках, а выше и ниже львов и волов - развесистые венки

Поверхность подстав не была плоской, но, куда ни повернуть, покрыта вырезанными мистическими фигурами, потому что разум святых, да и вся их жизнь, во всём опирается на благодать добродетелей, так что не бывает у них и праздного часа, когда бы ни нашлось времени на добрые дела, слова или же мысли. Над ними вырезаны небольшие венцы, когда они с неустанным стремлением ищут входа в жизнь вечную; они имеют развесистые венки, когда среди устремлений к жизни небесной, которая наверху, они никогда не рушат узы братства, которые рядом; они имеют львов среди малых венцов и развесистых венков тогда, когда так устремляют разум к надежде на Небеса и так открывают его для любви к ближнему, что не медлят ревностно воздать суровое порицание грешникам, вверенным им. А кроме львов они имеют и волов, когда прибегают к обличительному исправлению через душевную мягкость, когда и на пике упрёка они никогда не теряют твёрдую ногу мудрого поступка и слова, не комкают слова Божественного чтения во рту, словно пережёвывая их. Вот, блаженный Стефан - тот, кто был опорой совершенства в храме Господа, похоже, показал оскал и львиные когти своим гонителям, когда говорил: Жестоковыйные! Люди с необрезанным сердцем и ушами! Вы всегда противитесь Духу Святому, как отцы ваши, так и вы. Кого из пророков не гнали отцы ваши? (Деян 7:51-52), и далее. Но говоря это, он показал также, как много сострадания - воловьей кротости - было в сердце его, когда тем же гонителям, свирепствовавшим, дабы убить его, он сказал, встав на колени: Господи! не вмени им греха сего (Деян 7:60). Поскольку же мы не можем ни иметь надежду на вечность на Небесах, ни любовь к ближнему на земле, ни пыл ревностного укора, ни кротость сострадания без знания Священного Писания, то справедливо замечание, что кроме венцов и развесистых венков, львов и волов были ещё изваяния херувимов. Общепринято считать, что херувимы - образ Священного Писания, либо из-за двух херувимов, которые были изготовлены для давира с ковчегом как образ двух Заветов, согласно [друг с другом] воспевающих Христа, либо из-за того, что само название означает «много знаний».

Бат

Мера жидких тел у евреев. На нашу русскую меру в бате содержится более 4 ведер.  

3Цар.7:13-51

Построение храма описано в 3Цар.7:13-51; 3Цар.8:6-9, и несколько подробнее в дополнительных книгах, или хрониках, а именно в 2Пар.2-4 включительно. Мы видели выше, что Давид принес ковчег завета в Иерусалим и поместил его временно в скинию, особо Давидом устроенную (Древняя Моисеева скиния оставалась в это время в Гаваоне; см. выше.). Мы знаем также, как он после моровой язвы купил на горе Мориа гумно Орны и вознес на нем всесожжение, и как он начал подготовлять материалы для постройки храма, который он сам не должен был строить (1Пар.28:3,6,11; 1Пар.29:2-5; 2Пар.2:3,7-10; 2Пар2:16-18). Из указания 3Цар.5:6 мы усматриваем, что заготовленного Давидом материала не было однако достаточно для выполнения мыслей Давида по «чертежу», им переданному сыну (1Пар.28:11). Мы видим, что Соломон обращается с просьбою о доставлении ему леса с гор Ливана к Хираму, царю Тирскому. По этому предмету между Соломоном и Хирамом заключается особый договор (3Цар.5), и царь Тирский присылает Соломону искусных мастеров всякого рода и между прочим мастеров литейного дела. Главою всех мастеров финикийских и израильских при постройке храма является одноименный царю Тирскому архитектор, инженер и техник Хирам (В 2Пар.2:13 в письме царя Тирского это лицо названо Хирам-Авия. В переводах Biblia Sacra 1822, в Протест. Библии французской 1731 г., в Вульгате, в Англ. Библии вместо этого двойного имени стоит фраза: «принадлежащий отцу моему Хираму». У Саси во фр. Библи: «Hiram, que j’honore comme mon père». Однако и самые английские комментаторы указывают на неправильность перевода своего текста (и других подобных). И действительно: из 2Пар.4:11 несомненно, что сам архитектор назывался Хирам, а что отец царя Тирского назывался Аби-Баал; это видно из текста Менандра, сохраненного Флавием Иосифом в его сочинении «против Аппиона». См. еще Роулинсона в Speaker''s Commentary on 1King.5:1 and 3Chron.2:13.), имя которого не только славно было издавна на востоке, но еще перешло и в масонские таинственные учения с символическим значением. Родом художник Хирам был из Тира; по 3Цар.7:13-14 он был сын вдовы еврейки из колена Нефеалимова (по 2Пар.2:14 из колена Данова), которая вышла замуж за финикиянина, литейщика по ремеслу, который жил в Тире.

Основания храма были заложены весьма глубоко, повествует Флавий Иосиф (Древн. Иуд VIII, 2), на выровненной площадке вершины горы Мориа. Основание клалось из «камней больших и обделанных», говорит текст 3Цар.5:17. Размеры храма были ровно вдвое более размеров скинии в пустыне (Замечание Фергюссона: the temple of the Jews. Ср. 3Цар.6:2 с устройством скинии в Исходе и ср. наш. примеч. в Свящ. Летописи и вступление в гл. Исх.25). Внутреннее расположение храма и двора его, с его жертвенником и бассейном для омовения, скопировано было с скинии, с тою разницею, что и жертвенник и бассейн были гораздо больших размеров («Море литое» стояло на 12 литых бронзовых волах. Ср. 2Пар.4:2). Кроме того, преддверие святилища было украшено двумя стоящими отдельно перед ним колоннами, которые назывались Иахин и Воаз (3Цар.7:21. Иахин значить «Иеговой укрепляемый»; а Воаз «быстрый», или «быстро воздвигающийся». Текст греческий LXX переводит в 2Пар.3:17 имена колонн словами «исправление и крепость». Многие думают, что эти имена означают фразу: «Господь утверждает в крепости»; или «в Господе крепость и воздвижение».).

Мы не вдаемся в описание храма и отсылаем для подробного и основательного знакомства с ним к сочинению, которое мы в настоящее время считаем первым в Европе по этому предмету, а именно к исследованию профессора доктора богословия А. А. Олесницкого под именем «Ветхозаветный храм в Иерусалиме» (Напечатано в 13 выпуске Палест. Сборника 1889 г.). Мы упомянем здесь только вкратце о его построении и о торжественном его освящении.

«И обложил царь Соломон повинностью весь Израиль; повинность, же состояла в тридцати тысячах человек. И посылал их на Ливан, по десяти тысяч на месяц попеременно; месяц они были на Ливане, а два месяца в доме своем... Еще у Соломона было семьдесят тысяч, носящих тяжести и восемьдесять тысяч каменосеков в горах... и привозили камни обделанные. Обтесывали же их работники Соломоновы и работники Хирамовы и Гивлитяне (Ср. 2Пар.2:18. Гивлитане жители Гивлы, т.е. Гебала, греческого Библуса в Финикии.) (3Цар.5:13-18).

Флавий Иосиф (Др. Иуд. VIII, гл. 2) упоминает о том, что камни, из которых возводилось здание, так хорошо и правильно обтесывались и пригонялись вдали от здания, что когда их подвозили к месту кладки, то их укладывали на место без помощи инструментов, и они ложились так плотно, что когда стена была возведена, то она казалась одним сплошным камнем без спаев. Так объясняет Флавии Иосиф то место 3Цар.6:7, в котором сказано: «Когда строился храм, на строение употребляемы были обтесанные камни; ни молота, ни тесла, ни всякого другого железного орудия не было слышно в храме при строении его».

Начал строиться храм в четвертый год царствования Соломона в месяц Зиф (Май), и кончен он был в одиннадцатый год его царствования в месяц Буль (Ноябрь). Освящение храма совершено в месяце Афаним (Октябрь) следующего двенадцатого года его царствования (3Цар.6:1,38; 3Цар.8:2. О месяцах еврейских ср. в Свящ. Летописи во II томе в книге Исх.23, прим.12 § 3 и Лев.23, прим. 39, Афаним было имя гражданское месяца, имя же его религиозное было Тисри.) и совпало с праздником кущей.

По хронологии 3Цар.6:1 постройка храма началась в 480-м году по исшествии сынов Израилевых из земли Египетской (3Цар.6:1)

Ст. 27-39 И сделал он десять медных подстав; длина каждой подставы - четыре локтя, ширина - четыре локтя и три локтя - вышина. И вот устройство подстав: у них стенки, стенки между наугольными пластинками; на стенках, которые между наугольниками, изображены были львы, волы и херувимы; также и на наугольниках, а выше и ниже львов и волов - развесистые венки; у каждой подставы по четыре медных колеса и оси медные. На четырех углах выступы на подобие плеч, выступы литые внизу, под чашею, подле каждого венка. Отверстие от внутреннего венка до верха в один локоть; отверстие его круглое, подобно подножию столбов, в полтора локтя, и при отверстии его изваяния; но боковые стенки четырехугольные, не круглые. Под стенками было четыре колеса, и оси колес в подставах; вышина каждого колеса - полтора локтя. Устройство колес такое же, как устройство колес в колеснице; оси их, и ободья их, и спицы их, и ступицы их, все было литое. Четыре выступа на четырех углах каждой подставы; из подставы выходили выступы ее. И на верху подставы круглое возвышение на поллоктя вышины; и на верху подставы рукоятки ее и стенки ее из одной с нею массы. И изваял он на дощечках ее рукоятки и на стенках ее херувимов, львов и пальмы, сколько где позволяло место, и вокруг развесистые венки. Так сделал он десять подстав: у всех их одно литье, одна мера, один вид. И сделал десять медных умывальниц: каждая умывальница вмещала сорок батов, каждая умывальница была в четыре локтя, каждая умывальница стояла на одной из десяти подстав. И расставил подставы - пять на правой стороне храма и пять на левой стороне храма, а море поставил на правой стороне храма, на восточно-южной стороне

Как для омовений священников служило медное море, так для омовения мертвенных частей перед сожжением их на жертвеннике (ср. Лев I:9; Иез XL:38) служили особые сосуды числом 10, «умывальницы» (кийорот, ст. 38; 2Пар IV:6), поставленные на особых «подставах» (мехонот, ст. 27). Последние описываются в данном разделе 3 Цар. с величайшей подробностью, вероятно, по новизне и изяществу сооружения этого третьего произведения художества Xирама (после 2 колонн и медного моря). Каждая подстава представляла четырехугольный ящик по 4 локтя в длину и ширину и 3 локтя глубиной или вышиной (27); боковые стенки этих ящиков состояли из пластинок с накладками (евр. шелаббим, Vulg. Juncturae) по углам (28). На стенках - резные изображения львов, волов (может быть, идея всеобщего мира в Царстве Божием и царстве природы, как в Ис XI:6-9) и пальм, а внизу - переплеты венков или фестонов из распустившихся цветов (29). В верхней части ящика-подставы было приспособление для принятия и утверждения умывальницы, выгнутое в середине и названное венцом или капителью, в 1/2 локтя вышиной (35) и 1 1/2 локтя в диаметре (30-31). Для сообщения устойчивости на каждой капители, к верхнему углу ящика, были приделаны плечевидные выступы (евр. кетефот), выходившие из четырех угловых столбиков ящика, описывавшие небольшой выгиб и охватывавшие умывальницу с четырех сторон в качестве подпор. Внизу у каждого ящика подставы были проделаны оси и на них колеса обычного устройства (с спицами, ступицами и под.), в 1 1/2 локтя в диаметре, причем по высоте своей колеса не должны были заслонять стенок ящика (30, 32-34). Крышка, стенки и подпорки ящиков были покрыты резьбой (36).

Самые умывальницы, стоявшие на тех подставах, описываются кратко: они имели форму тазов с раздавшейся верхней частью, как бы котлообразной (сн. Исх XXX:18). Диаметр каждого таза - 4 локтя, а глубина - 1 локоть (38).

Сложным и подвижным устройством умывальниц имелось в виду облегчить наполнение их водою, затем опорожнение их; в первом случае их подкатывали к большему водохранилищу - медному морю; во втором, по пресыщении воды кровью, умывальницы пододвигались к особой кровосточной трубе при жертвеннике. Эти колесницы-умывальницы были настолько тяжелы, что для передвижения их требовались совокупные усилия нескольких человек; они требовали тщательного ухода за собой, потому что, стоя постоянно под открытым небом, они нередко омывались дождем и подвергались порче.

Опровержение сектантских возражений о Церкви.

Сектанты говорят:   Изображения херувимов на ковчеге были простым украшением.
 

Ответ:   Изображения херувимов имели религиозное значение, почему и были только в скинии и храме, а во дворце царском их не было (2Пар.9:15-20; 3Цар.7:1-11,10:16-21). Изображения херувимов, а не изображения цветов (3Цар.6:18), гранатовых яблок (3Цар.7:18;Исх.25:31), львов и волов (3Цар.7:25,29), бывшие простыми украшениями, – являются местом особого присутствия Божия: «Я буду открываться тебе... посреди двух херувимов» (Исх.25:22). «Когда Моисей входил в скинию... слышал голос… между двух херувимов» (Чис.7:89). «Назначение изображений херувимов», – замечает еп. Сильвестр, – «состояло не в чем ином, как в том, чтобы от наглядно представляемых ими известных евреям и чтимых ими существ высшего духовного мира, как блаженных слуг и посредников Божиих (Быт.3:24,24:7,28:12-13; Нав.5:13-15 и др.), их благоговейные мысли и чувства беспрепятственнее и удобнее могли восходить к Самому Богу, видимым представителем Которого в скинии был ковчег завета».(1)
-----------------------------------------------
(1) - Опыт Правосл. Догмат. Богосл. Том. V. 1897 г., стр. 207.