Толкования 2-я книга Паралипоменон (Хроник) глава 30, стих 27

2Пар.30:21-27

Таким образом, – заметим это внимательно, – уже с царствования Езекии начинается слияние опять во едино всего народа, выведенного промыслом Божиим из Египта, и разорванного по грехам Соломона и первого царя Израильского Иеровоама, выдумавшего культ тельцов для отделения народа от Иерусалима. Приуготовление к этому слиянию мы видели (см. 4 т. Св. Лет.) в деятельности великих пророков Илии и Елисея во Израиле; а приуготовление к воздействию предназначенного к плену Израиля на язычников, мы видели в книге Ионы. При Езекии совершенно уничтожается повод к религиозной розни между 12 коленами Израиля, они отныне опять один народ, и это подтверждается и окончательно совершается во время бытности в плену всех колен по повелению Божию глаголанному пророку Иезекиилю: „Я возьму жезл Иосифов, который в руке Ефрема и союзных с ним колен Израилевых и приложу их к нему, к жезлу Иуды, и сделаю их одним жезлом, и будут одно в руке Моей....“ „Я сделаю их одним народом“ (См. все пророчество Иез.37:15-22).
Таким образом приуготовлялось будущее в пасхе Езекии. Но нельзя не сказать, что при Езекии Израильтяне далеко еще не были готовы слиться вполне с более религиозною частию народа царства Иуды, и стать вполне рабами Божиими. Долгое идолопоклонство и забвение законов Моисея и ложное поклонение под видом тельцов хотя бы священному имени Бога Завета, не могло не испортить всей жизни народа, всего строя его привычек и воззрений. Это мы видим и из предыдущих указаний кн. Паралипоменон и из обличений великого пророка, являющагося в это время как духовная сила, подкрепляющая своими советами благочестивого царя. В главе 28, 1–8 кн. пр. Исаии (Ис.28:1-8), мы читаем обличение Ефремлян (преимущественно правящие классы столицы Самарии) в пьянстве и неправосудии; пьянство было отличительным пороком Ефремлян, так как и у Амос.4:1;6:6 пророчество, обращенное к ним: „телицы Васанские, которые на горе Самарийской“, говорит о пьянстве их. Но главная вина их была идолослужение (4Цар.17:9-18), и против этого именно душевного растления великим средством была торжественная пасха Езекии. Кажется несомненным, что этот великий религиозный акт и вместе с сим мудрая политическая мера были посоветованы царю Езекии пророком Исаиею, который пророческим словом ему от Бога данным освещает и разъясняет события, совершающияся во время этого царствования, указывает царю и народу на будущее; передает им от Господа слова успокоения и упования и надежды и указывает на те ошибки, в которые они впадают.

Ст. 23-27 И решило все собрание праздновать другие семь дней, и провели эти семь дней в веселии, потому что Езекия, царь Иудейский, выставил для собравшихся тысячу тельцов и десять тысяч мелкого скота, и вельможи выставили для собравшихся тысячу тельцов и десять тысяч мелкого скота; и священников освятилось уже много. И веселились все собравшиеся из Иудеи, и священники и левиты, и все собрание, пришедшее от Израиля, и пришельцы, пришедшие из земли Израильской и обитавшие в Иудее. И было веселие великое в Иерусалиме, потому что со дней Соломона, сына Давидова, царя Израилева, не бывало подобного сему в Иерусалиме. И встали священники и левиты, и благословили народ; и услышан был голос их, и взошла молитва их в святое жилище Его на небеса.

Обилие жертв при последовавшем продлении праздника

Продление праздника Пасхи на следующие семь дней (ст. 23) могло иметь мотивом подобный же пример Соломона при освящении храма (2Пар VII:8 и д.; см. 3Цар VIII:65; Толков. Библия т. II). Такой смысл имеет и упоминание о Соломоне в речи (ст. 26) о необычайной торжественности Пасхи Езекии, впрочем, упоминание о Соломоне в данном рассказе 2Пар XXX гл. об участии в иерусалимском празднике и членов отдельных колен Израильского царства имеет значение и хронологической даты: по смерти Соломона десять колен израильских отторглись от дома Давидова и храма Иерусалимского, и только теперь часть их религиозно воссоединилась с иудейским народом и храмом; естественно было — по поводу этого воссоединения — припомнить время нераздельного существования Иуды и Израиля, закончившееся со смертью Соломона.

В 25, при перечислении участников торжества, принятый текст LXX, вместо стоящего в евр. Vulg. русск. «пришедшее от Израиля» (или по евр. код. 259 у Кенник. «от земли Израиля») имеет: «из Иерусалима», 'εξ 'Ιερουσαλήμ, слав.: обретшийся из Иерусалима. Но многие кодексы, как XI, 19, 55, 93, 119, 153 Комплют. имеют 'εξ 'Ισραήλ (или 'εκ γής 'Ισραήλ — код. 108 у Голм.). Как внешние, текстуальные, так и внутренние данные побуждают предпочесть чтение текста еврейского: упоминание о «пришедших из Иерусалима» на иерусалимское торжество само по себе мало естественно, тогда как речь о паломниках из царства израильского, прибывших в Иерусалим, понятна в связи с предыдущим. Кроме иудеев и израильтян здесь же (ст. 25) названы пришельцы (евр. герим, LXX: προσήλυτοι) — без сомнения, натурализованные и вступившие в теократическое общество через обрезание, так как необрезанный иноплеменник безусловно не мог вкушать пасхи (Исх XII:43, 48; Толков. Библия I).

Право и обязанность благословлять народ по окончании дневного богослужения принадлежало исключительно священникам (во главе с первосвященником), но отнюдь не левитам: в данном случае (ст. 27) последние лишь усугубили торжественность обстановки благословения игрой на музыкальных инструментах и восклицаниями (ср. ст. 22).