Толкования на 4-я книга Царств 3:8

Кир-Моав, Кархарес, Кирхарешет

Кир-Моав, Кархарес, Кирхарешет (Ис.16,11) – упоминается только в означенной цитате и, по Птоломею, был не что иное, как древний Харакома. Полагают, что этот город тот же самый, что и Кирхарешет (4Цар.3,25), или Кирхарес (Ис.16,11).
Новейшее название города Керак – это довольно значительное местечко, в нескольких милях на востоке от Чермного моря, по направлению к южной оконечности оного. Город Кир-Моав упоминается и в апокрифических книгах, и у христианских писателей, и у новейших путешественников. Он стоит на холме в 6 милях на юге от Ар-Моава и окружен полуразрушенной стеной с башнями по бокам; в нем до 550 семейств, большей частью магометанских. Окружающая область города Кир-Моав носит то же самое название.
На стенах этого города некогда царь моавитский, Меса, во время войны с израильтянами, находясь в крайне стесненном положении, принес в жертву своего первородного сына, наследника престола, что навело тогда ужас на израильтян и вследствие чего они отступили от города (4Цар.3). В Кир-Моаве в первые века христианства существовала епископская кафедра, и на Иерусалимском соборе в 556 году упоминается епископ Харакмова Димитрий.

Ровоам 

Ровоам (распространитель народа, распространяющий народ) (3Цар.13:21 и др.) – сын и преемник Соломона, вступивший на престол иудейский на 41-м году от роду и царствовавший 17 лет. В начале своего царствования он мог бы воспользоваться случаем успокоить неудовольствие, возбужденное чрезмерными налогами податей, наложенных на народ в царствование его отца но, отвергнув мудрый совет старейшин и последовав легкомысленному совету молодых людей, он возбудил своим гордым и надменным ответом на законные требования народа сильное народное негодование и ускорил разделение своего царства (2Пар. 10:1-14).

Помимо этой несправедливости, он нанес народу еще глубокое оскорбление в следующих словах: "Отец мой наказывал вас бичами, говорил он, а я (буду бить вас) скорпионами"  (2Пар. 10:14), вследствие сего 10 колен отложились от него, и только колена Вениаминово и Иудино остались верными ему. Ровоам хотел было остановить мятеж в самом начале, но имел неосторожность поручить это дело главному начальнику над собиранием дани. Народ, искавший облегчения от податей, побил его каменьями. Ровоам поспешно собрал войско, чтобы идти на мятежников, но пророк Самей возвестил ему, что это совершилось по устроению Божию, и тем остановил его (3Цар.3:1-24). Царь и народ дожны были покориться воле Божией. Несмотря на то, междоусобная война постоянно продолжалась между двумя партиями (2Пар.12:15).

Менее чем через три года после разделения царства колена Иудино и Вениаминово последовали примеру других колен Израилевых в их идолопоклоннических обрядах и суевериях, и за это они потерпели наказание от Сисака, или Сусакима, ц. египетского, который разорил страну и грозил крайним разрушением всего их города, но вследствие их раскаяния и смирения грозная туча пронеслась мимо, хотя они и понесли громадные потери и сделались данниками хищного завоевателя.

Из 2 кн. Паралипоменон (2Пар. 12:15) известно, что деяния Ровоама были записаны пророком Самеем и Аддою прозорливцем, но эта замечательнейшая летопись, к сожалению, не уцелела до нашего времени. На некоторых из памятников ц. Сусакима были открыты изображения пленных царей и между ними – Ровоама, сына и наследника Соломона. Воспроизведение этой поразительной сцены находится, кроме того, на стене дворцового храма в Варнаке. Каждое лицо, здесь изображенное в овале, содержит какую-либо надпись, и в одной из них заключаются следующие слова: Иудамалек, т. е. царь иудейский. Лицо, под коим находится означенная надпись, имеет совершенно иудейскую наружность, бороду и головной убор. Другие надписи составляют названия иудейских городов. Таким образом, на этом памятнике, очевидно, представляется победа Сусакима над иудейским царем Ровоамом.

4Цар.3:6-11

Иорам решается попытаться возвратить утраченную власть над Моавом и уговаривает Иосафата Иудейского помочь ему сокрушить Моав. Хотя по 2Пар.19:2-3 пророк Иуй, после похода Иосафата с Ахавом против Рамофа Галаадского, упрекал Иосафата в союзе с нечестивым Ахавом, но по-видимому родственные связи его с домом Ахава заставили его не отказать сыну Ахава в помощи; притом он мог думать, что особенному гневу Божию подвергался именно Ахав, служитель Ваала, статуя которого была снята его сыном. Вместе с этим сыном Ахава, Иорамом Израильским, Иосафат Иудейский, пригласив к союзу своему царя Едома, – в сущности подвластного Иуде со времен Давида (2Цар.8:14), идет на Моав через горы Сеира и царство Едомское, огибая Мертвое море с юга. На этом пути, по всей вероятности в долине, или вади-эль-Ахси (Так Роулинсон на 4Цар.3:9. В этой долине, служащей водостоком гор Сеира, обыкновенно есть постоянно текущий ручей, который пересыхает лишь во время великих засух.), войско сильно терпит от недостатка воды, и Иосафат, – всегда в душе благочестивый, – желает узнать, нет ли пророка Господня, чтобы вопросить Господа чрез него? (ст. 4Цар.3:11).

Ст. 6-10 И выступил царь Иорам в то время из Самарии и сделал смотр всем Израильтянам; и пошел и послал к Иосафату, царю Иудейскому, сказать: царь Моавитский отложился от меня, пойдешь ли со мной на войну против Моава? Он сказал: пойду; как ты, так и я, как твой народ, так и мой народ; как твои кони, так и мои кони. И сказал: какою дорогою идти нам? Он сказал: дорогою пустыни Едомской. И пошел царь Израильский, и царь Иудейский, и царь Едомский, и шли они обходом семь дней, и не было воды для войска и для скота, который шел за ними. И сказал царь Израильский: ах! созвал Господь трех царей сих, чтобы предать их в руку Моава

Решив предпринять поход для покорения моавитян и приготовив собственное войско (ст. 6), Иорам израильский приглашает с собой Иосафата иудейского, как некогда звал последнего Ахав с собой против сирийцев (3Цар XXII:2), и Иосафат, как и в то время (там же, ст. 4), отвечает и на этот раз полной готовностью (ст. 7), хотя уже не раз имел указания пророков, что союз его с нечестивыми царями израильскими неугоден Богу (2Пар XIX:2-3; XX:37); по-видимому, как при Ахаве, так и при сыновьях его царство Иудейское находилось в некоторой зависимости от Израильского. Вопрос «какою дорогою идти нам» (ст. 8) принадлежит, вероятно, Иосафату, как подчиненному участнику кампании. Вместо близкого пути в землю Моавитскую - через Иордан, по восточному берегу Мертвого моря и затем в северные пределы Моава через поток Арнон, - союзное войско избирает более трудный окольный путь: по западной границе Мертвого моря до южных пределов его, затем по части Идумейской пустыни, чтобы нападение с юга поразило моавитян уже самой неожиданностью. Вторжение же в Моавитскую землю с севера могло представлять две трудности для Израильского государства и войска: для них являлась бы опасность со стороны сирийцев со времени Ахава прочно утвердившихся в Галааде, и кроме того, с северной стороны Моавитской страны Меша, как видно из его надписи, настроил ряд крепостей, затруднявши вторжение с севера; притом при движении в первом направлении оба царства остались бы незащищенными со стороны Идумеи: царя Идумеи, своего вассала (3Цар XXII:47), Иосафат поэтому берет с собой в поход (ст. 9), хотя на лояльность его мало полагались (ст. 26). По присоединении идумеев к союзным еврейским царям войска в течение 7 дней шли по пустынной, лишенной воды, местности на юг от Мертвого моря, «так как проводники сбились с дороги» (И. Флав. Древн. IX, 3, 1), и цари, особенно Иорам, приходят в уныние.