Толкования Деяния апостолов глава 15, стих 10

Ст. 1-11 Некоторые, пришедшие из Иудеи, учили братьев: если не обрежетесь по обряду Моисееву, не можете спастись. Когда же произошло разногласие и немалое состязание у Павла и Варнавы с ними, то положили Павлу и Варнаве и некоторым другим из них отправиться по сему делу к Апостолам и пресвитерам в Иерусалим. Итак, быв провожены церковью, они проходили Финикию и Самарию, рассказывая об обращении язычников, и производили радость великую во всех братиях. По прибытии же в Иерусалим они были приняты церковью, Апостолами и пресвитерами, и возвестили все, что Бог сотворил с ними и как отверз дверь веры язычникам. Тогда восстали некоторые из фарисейской ереси уверовавшие и говорили, что должно обрезывать язычников и заповедывать соблюдать закон Моисеев. Апостолы и пресвитеры собрались для рассмотрения сего дела. По долгом рассуждении Петр, встав, сказал им: мужи братия! вы знаете, что Бог от дней первых избрал из нас меня, чтобы из уст моих язычники услышали слово Евангелия и уверовали; и Сердцеведец Бог дал им свидетельство, даровав им Духа Святаго, как и нам; и не положил никакого различия между нами и ими, верою очистив сердца их. Что же вы ныне искушаете Бога, желая возложить на выи учеников иго, которого не могли понести ни отцы наши, ни мы? Но мы веруем, что благодатию Господа Иисуса Христа спасемся, как и они

Смотри, как везде (иудеи) сами подают повод и вынуж­дают (апостолов) обращаться к язычникам. Прежде, будучи порицаем, (Павел) оправдывался и в свое оправдание сказал все, что делало слово его удобоприемлемым; а затем, когда иудеи отвратились, пошел к язычникам. Теперь опять, видя новое затруднение, он поставляет закон. Так как они (Павел и Варнава), как наученные Богом, говорили без различия всем, то это и возбудило ревность в тех из иудеев, которые учили не только обрезанию, но и тому, что (без него) «не можете спастись». Благовременно было сказать напротив: «если обрежетесь, не можете спастись». Видишь ли беспрестанные искушения извнутри и извне? Хорошо, что это происходит в присутствии Павла, который мог сделать возражение. Но Павел не сказал: что же? Неужели я не заслуживаю доверия после таких знамений? — а поступил кротко для них же. И смотри: все после этого узнают о случившемся с язычниками, даже и самаряне, и радуются. «Когда же произошло разногласие и немалое состязание у Павла и Варнавы с ними, то положили Павлу и Варнаве и некоторым другим из них отправиться по сему делу к Апостолам и пресвитерам в Иерусалим. Итак, быв провожены церковью, они проходили Финикию и Самарию, рассказывая об обращении язычников, и производили радость великую во всех братиях. По прибытии же в Иерусалим они были приняты церковью, Апостолами и пресвитерами, и возвестили всё, что Бог сотворил с ними и как отверз дверь веры язычникам» (ст. 2-4). Смотри, как это благоустрояется. «Тогда восстали некоторые из фарисейской ереси уверовавшие и говорили, что должно обрезывать язычников и заповедывать соблюдать закон Моисеев. Апостолы и пресвитеры собрались для рассмотрения сего дела. По долгом рассуждении Петр, встав, сказал им: мужи братия! вы знаете, что Бог от дней первых избрал из нас меня, чтобы из уст моих язычники услышали слово Евангелия и уверовали» (ст. 5-7). Смотри, как Петр доселе сообщается с иудеями, будучи давно уже отделен от этого (общения). «Вы знаете», говорит. Вероятно, здесь были и обвинявшие его прежде за Корнилия, и входившие вместе с ним (в дом Корнилия — Деян. 11:12); потому он приводит их в свидетели. «Бог от дней первых из нас избрал». Что значить: «из нас»? Т.е., говорит, в Палестине, или — в присутствии вашем. «Из уст моих». Смотри, как он показывает, что Бог говорит чрез него, а не что-либо человеческое. «И Сердцеведец Бог дал им свидетельство». Ука­зывает им на свидетельство Духа. «Даровав им Духа Святаго, как и нам» (ст. 8). Смотри, как везде он равняет язычни­ков (с иудеями). «И не положил никакого различия между нами и ими, верою очистив сердца их» (ст. 9). По вере одной, говорит, они получили тоже самое. Это служит к стыду иудеев, или лучше, может и их научить, что нужна одна вера, а не дела (закона) и не обрезание. Говоря это, (апостолы) желают не оправдать только язычников, но научить и иудеев — оставить закон. Впрочем они еще не выражают этого. «Что же вы ныне искушаете Бога, желая возложить на выи учеников иго, которого не могли понести ни отцы наши, ни мы? Но мы веруем, что благодатию Господа Иисуса Христа спасемся, как и они» (ст. 10. 11). Что значит: «искушаете Бога»? Что не веруете, говорит, Богу? Что искушаете Его, как будто Он не может спасти верою? Следовательно, держаться закона есть (знак) неверия. Затем показывает, что они и сами не получают от того никакой пользы, но все слагает на закон, а не на них, и таким образом смягчает обличение. «Которого», говорит, «не могли понести ни отцы наши, ни мы? Но мы веруем, что благодатию Господа Иисуса Христа спасемся, как и они». Какой силы исполнены эти слова! Он говорит тоже, о чем пространнее сказал Павел в послании к Римлянам: «если Авраам оправдался делами», говорит он, «он имеет похвалу, но не пред Богом» (Рим. 4:2). Видишь ли, что это служит более к научению (иудеев), нежели к оправданию язычников? Если бы он говорил об этом без особенного повода, то может быть не выразил бы такого замечания; но получив тогда повод, он уже говорит безбоязненно. И смотри, как везде действия врагов обращаются в пользу апостолов. Если бы они не подали повода, то не было бы изречено ни это, ни то, что следует за этим. А отсюда они научаются, что хотя бы язычники и не захотели обратиться, и тогда не следует презирать их. Но обратимся к вышесказанному. В вас, говорит, «избрал», и «от дней первых». Этими словами показывает, что (это было) давно, а не теперь. Не маловажно и то, что это относится к верующим иудеям. Двумя обстоятельствами подтверждается сказанное: вре­менем и местом. Хорошо также сказано: «избрал», не сказал: благоволил как бы к ним, но: «избрал». Откуда это известно? От Духа, говорит. Потом показывает, что не о благодати только, но и о добродетели их свидетельствует то, что им дано нисколько не менее. «По долгом рассуждении», говорит, «между нами и ими». Следовательно везде должно исследовать сердца. Благовременно сказал: «Сердцеведец Бог дал им свидетельство», подобно как в том месте: «Ты, Господи, Сердцеведец всех, покажи» (Деян. 1:24). А что это угодно (Богу), смотри, что присовокупляет: «по долгом рассуждении между нами и ими». Сказав о свидетельстве касательно них, потом изрекает великую истину, которую возвещает Павел: «ни обрезание, ни необрезание» (Гал. 5:6), и еще: «создать в Себе Самом» (Еф. 2: 15). Семена всего этого заключаются в речи Петра. Не сказал: между обрезанными, но: «между нами», т.е. апостолами. Потом, чтобы не огорчить словом: «никакого», прибавляет: «верою очистив сердца их», и таким образом разрешает недоумение. Сначала он изъяснил предмет речи, а потом показывает, что не закон худ, но они сами слабы.

Смотри, как он устрашает в конце речи. Он ничего не говорит им из пророков, но (ссылается) на настоящие события, которых они сами были свидетелями. Вероятно, и они потом свидетельствуют и подтверждают речь его событиями. И заметь, (Петр) дает сначала произойти рассуждению в Церкви, и потом говорит. Так как он говорил не об обрезанных, а о язычниках (одно, постепенно подтверждаясь, делалось более доказательным, а другое было свойственно испытующему, можно ли спастись при законе), то смотри, что он делает: он показывает, что они сами в опасности, если закон не мог сделать того, что сделала вера; если же недо­стает веры, то неизбежно им угрожает погибель. Не сказал: вы не веруете, что было бы слишком тягостно, когда притом самое дело доказывало это. В Иерусалиме не было язычников, а в Антиохии они, конечно, были; потому (Павел и Варнава) и отправляются туда и пребывают там немалое время. Восстали же некоторые из фарисеев, еще страдавшие любоначалием и желавшие подчинить себе верующих из язычников. Павел также был научен в законе, но не страдал этим недугом; по прибытии же его (из Иерусалима) учение стало более точным, так как если находящиеся в Иерусалиме не заповедуют ничего такого, то тем более (не должны заповедовать) они. Видишь ли, как они не страдают любоначалием, радуются о вере? Таким образом рассказы их были не из честолюбия и не из тщеславия, но для оправдания проповеди к язычникам; потому они и не говорят ничего о случившемся с иудеями. Велико упорство фарисеев, после веры налагающих закон и не повинующихся апостолам! Но посмотри, как эти беседуют кротко и без самолюбия; такие беседы приятны и сильнее напе­чатлеваются. Видишь ли, как они никогда не заботятся о красноречии, но доказывают делами и Духом? И при таких доказательствах они беседуют кротко. И смотри: они не идут порицать бывших в Антиохии, но отсюда опять берут повод (к своим распоряжениям). Таким образом заботились о любоначалии те, которые были осуждены и без намерения апо­столов. Впрочем, ничего такого они не произносили; но когда уже решили дело, тогда и написали с большею силою.

Что же вы ныне искушаете Бога, желая возложить на выи учеников иго, которого не могли понести ни отцы наши, ни мы

Но мы веруем, что благодатию Господа Иисуса спасемся, как и они, так как и они по благодати Господа Иисуса были спасены, а по закону Моисея было дано не исцеление, но познание греха, как учит апостол, говоря: законом познается грех. Но ныне; независимо от закона, явилась правда Божия, о которой свидетельствуют закон и пророки (Рим .3:20-21). Значит, если она была явлена теперь, то значит, что существовала и тогда, но скрыто. Эту скрытность обозначала завеса храма, которая разорвалась во время смерти Христа (Мф. 27:51), обозначая откровение. Значит, тогда эта благодать одного Посредника между Богом и людьми, человека Иисуса Христа, была в народе Божием, но находилась там скрыто, словно дождь на овечьей шерсти. И Бог не как необходимость, но как милость уделяет Своему наследию (Пс. 67:10). А теперь, словно осушив эту шерсть, то есть осудив иудейский народ, Он оказывается во всех народах, как на поверхности (Суд. 6:36-40).

Ст. 5-12 Тогда восстали некоторые из фарисейской ереси уверовавшие и говорили, что должно обрезывать язычников и заповедовать соблюдать закон Моисеев. Апостолы и пресвитеры собрались для рассмотрения сего дела. По долгом рассуждении Петр, встав, сказал им: мужи братия! вы знаете, что Бог от дней первых избрал из нас меня, чтобы из уст моих язычники услышали слово Евангелия и уверовали; и Сердцеведец Бог дал им свидетельство, даровав им Духа Святого, как и нам; и не положил никакого различия между нами и ими, верою очистив сердца их. Что же вы ныне искушаете Бога, желая возложить на выи учеников иго, которого не могли понести ни отцы наши, ни мы? Но мы веруем, что благодатию Господа Иисуса Христа спасемся, как и они. Тогда умолкло все собрание и слушало Варнаву и Павла, рассказывавших, какие знамения и чудеса сотворил Бог через них среди язычников.

Некоторые из фарисейской ереси. Верующие не из язычников, но из иудеев требовали, что принявшие веру обрезывались и исполняли прочие заповеди закона, имевшие отношение к плотской природе человека. С ними, рассуждавшими на основании древнего закона, не согласились прочие ученики, хотя и сами были от обрезания; потому что старались сделать постановление не по своему желанию, но соображаясь с общей пользой.
Апостолы и пресвитеры собрались для рассмотрения сего дела. И из этого места также можно заключать, что апостолы имели какое-то особенное достоинство, по которому стояли выше пресвитеров; иначе Лука обозначил бы всех их одним общим с пресвитерами именем.
Мужи братия! вы знаете... Заметь: благодать на решение вопроса получает Петр, в котором и до сих пор оставались элементы иудейства. Вы, говорит он, знаете. Быть может, здесь были и обвинявшие его некогда за Корнилия, а быть может, и входившие с ним в дом Корнилия; поэтому-то он и выставляет их свидетелями. А что значит выражение: избрал из нас? Это значит: в Палестине, или: в присутствии вашем. Словами же: усты моими, показывает, что чрез него говорил Бог и что тут ничего не было человеческого.
И Сердцеведец Бог дал им свидетельство. Указывает им на духовное свидетельство.
Что же вы ныне искушаете Бога, желая возложить на выи учеников иго? Там, где вера очищает грехи, исходящие от сердца, нет никакого различия между верными, иудеи ли они, или еллины. А очищение это заменило обрезание; вместо плотского обрезания даруется обрезание духовное, которое верою во Христа очищает и тайные грехи.
Что значат слова: искушаете Бога? Это значит: как будто Бог не силен спасти человека по вере, или: отчего вы не верите Богу? Вводить закон есть знак неверия. Известно всем, что закон был обременителен для израильтян. Это признавали и ученики. Да и сам Спаситель указал нам на это, говоря: придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас (Мф. 11:28). Труждающимися же и обремененными называет бывших под законом, а Себя назвал кротким; какового свойства закон не имел. Есть и еще место, подобное этому: благодатью вы спасены. (Еф. 2:8) Итак прежде закон спасал тех, кто соблюдал все, что написано в законе; а ныне благодать Господня, и без соблюдения закона, спасает чрез веру.

Догмат о добрых делах, служащих причиной вечного спасения

Пререкание

Апостол Петр говорит: Что же вы ныне искушаете Бога, желая возложить на выи учеников иго, которого не могли понести ни отцы наши, ни мы? Но мы веруем, что благодатию Господа Иисуса Христа спасемся, как и они (Деян.15,10-11). Здесь говорят противники: святой Петр указывает, что закон есть иго, которое невозможно понести. И добавляет, что нам, христианам, невозможно спастись соблюдением закона, потому что исполнить его совершенно невозможно. Но мы спасаемся благодатью Божией, которая нас освободила от ига закона.

Отвечаем. Святой апостол Петр не говорит здесь о нравственном законе, то есть о десятисловии, о котором у нас идет здесь речь, но говорит о законе ветхозаветных обрядов, таких как обрезание и прочих подобных, от которых учит апостол быть свободными, как это можно там видеть из предшествующих и последующих слов. Итак, апостол Петр говорит, что христиане не обязаны выполнять обрезание и всепрочие иудейские обряды. И это по двум причинам. Первая: так как это тяжкое и неподъемное иго. Вторая: так как это бесполезно для оправдания. Эту вторую причину апостол Павел описывает яснее, говоря: Ныне же, познав Бога, или, лучше, получив познание от Бога, для чего возвращаетесь опять к немощным и бедным вещественным началам и хотите еще снова поработить себя им? (Гал.4:9).

А то, что святой Петр называет игом не нравственный закон, то есть десятисловие, но закон обрядовый, то есть иудейские чинопоследования, это можно увидеть из следующих причин.

Первая. Из самих, написанных там слов. Ибо святой Лука пишет: Тогда восстали некоторые из фарисейской ереси уверовавшие и говорили, что должно обрезывать язычников и заповедовать соблюдать закон Моисеев (Деян.15:5). И это было причиной апостольского собора. Ибо там же святой Лука говорит: Апостолы и пресвитеры собрались для рассмотрения сего дела (Деян.15:6). Отсюда ясно, что святой Петр говорит об обрезании и тому подобных обрядах.

Вторая причина. Из самого решения или установления, бывшего на этом апостольском соборе, такими словами: Ибо угодно Святому Духу и нам не возлагать на вас никакого бремени более, кроме сего необходимого: воздерживаться от идоложертвенного и крови, и удавленины, и блуда (Деян.15,28-29).

Здесь спрашиваю: Апостолы говорят, что одно это нужно из обрядового иудейского закона или вообще из всего закона? Если из обрядового иудейского закона, получаем нами искомое. А если вообще из всего закона, то из этого следует такое безумие, что нет необходимости христианам не поклоняться идолам, не прелюбодействовать, не красть, не убивать, не лжесвидетельствовать и так далее, о чем говорит Павел, что таковые Царства Божия не наследуют (1Кор.6,9).

Скажешь. Возможно, все это нужно, но не этим оправдываются люди.

Отвечаю. Но разве оправдываются они (соблюдением – Примеч.) тех четырех вышеперечисленных (заповедей – Примеч.), которые там указываются нужными?

Третья причина. Весь смысл этого апостольского изречения состоит в том, что апостолы хотели удалить иго закона с шеи учеников. Что же значит удалить иго закона? Значит ли это отменить обязанности (его исполнения – Примеч.) и упразднить закон (ветхозаветный – Примеч.)? Или удалить мнение об оправдании и научить, что никто этим законом не может быть оправдан? Если скажешь, что удалить иго, значит, не что иное, как только отменить обязанность (исполнения ветхозаветного закона – Примеч.), то никакой (ветхозаветный – Примеч.) закон христиан к этому не обязывает, кроме закона об идоложертвенном, о крови, об удавленине и о блуде. Если же под именем закона понимается весь закон, не только обрядовый, но и нравственный, то есть десятисловие, то этому безумию не соизволяют и сами противники. Если же скажешь, что удалить иго означает не отменить обязанность (исполнения обрядового ветхозаветного закона – Примеч.), но только отменить мнение об оправдании (его исполнением – Примеч.), тогда обрядовый закон об обрезании, о субботствовании, о новомесячиях, о жертвоприношении животных не упразднился от обязанности (его выполнения – Примеч.). Но что говорит апостол? если вы обрезываетесь, не будет вам никакой пользы от Христа (Гал.5:2).

Поэтому необходимо сказать, что апостолы неподъемным игом назвали обрядовый закон и показали, что обязанность его выполнения упразднена Христом. Но апостолы хотели некоторые малые обряды об идоложертвенном, о крови, об удавленине до времени сохранить и к ним добавили удаление от блуда, потому что простое блудодеяние язычники не вменяли в грех как прелюбодеяние, убийство, лжесвидетельство и прочее тому подобное.

Скажешь. В этих Петровых словах: Но мы веруем, что благодатию Господа Иисуса Христа спасемся, как и они (Деян.15:11), – это противительное слово: но, думается, противопоставляется всему закону.

Отвечаю. Святой Петр показывает здесь две причины отмены для христиан обязанности соблюдения обрядового закона. Первая, что эти обряды есть тягчайшее иго. Вторая, что они бесполезны для оправдания. Смысл этих слов Петра такой: Что же вы ныне искушаете Бога, желая возложить на выи учеников иго, которого не могли понести ни отцы наши, ни мы? – тем более, когда не этими обрядами, Но… веруем, что благодатию Господа Иисуса Христа спасемся, как и они (Деян.15,10-11). Здесь в этом противительном союзе но скрыто содержится вторая причина отмены обрядового закона.

Спросишь. почему обрядовый иудейский закон называется неудобоносимым и невместимым игом?

Отвечаем первое. Из-за множества обрядовых заповедей, которые некоторые исчисляют числом более шестисот. Другие же говорят, что их столько, сколько дней в году, а иные – столько, сколько различных больших и малых костей в человеке. И как это все может быть соблюдено? Как скудная человеческая память все это может запомнить?

Отвечаем второе. Не потому, что иго якобы было совершенно неподъемное, но потому, что выполнялось с трудом. Ибо если бы его совершенно невозможно было понести, то неправду сказал бы евангелист Лука о Захарии и Елисавете: Оба они были праведны пред Богом, поступая по всем заповедям и уставам Господним беспорочно (Лк.1:6). В таком смысле Христос называет фарисейские предания бременами неудобоносимыми. Связывают бремена тяжелые и неудобоносимые и возлагают на плечи людям, а сами не хотят и перстом двинуть их (Мф.23,4). Есть и другие причины, из-за которых Новый закон называется игом легким, а Ветхий закон называется игом тяжким, то есть: С Новым законом связаны благодать и любовь. Так как то, что боящемуся бывает тяжело, то любящему легко. Поскольку закон Моисея – это закон рабства и страха, поэтому вы не приняли духа рабства, чтобы опять жить в страхе, но приняли Духа усыновления, Которым взываем: «Авва, Отче!» (Рим.8:15). То же говорится и о двух Заветах (Гал.4,24-26), ибо дал нам Бог духа не боязни, но силы и любви (2Тим.1:7) .

Пример о птичьих крыльях, которые не столько отягощают, сколько облегчают. Другую причину показывает [св. Григорий Великий] Назианзин в слове 2 на Пасху и [св. Иоанн] Златоуст в омилии 8 о покаянии: «Так что в Новой благодати надежда воздаяния больше, чем в ветхой, когда уже выровнен путь святых и (открылся – Примеч.) явственный вход в Царствие вечного благополучия».

Четвертая причина. Так как в Ветхом Завете было много церемониальных и обрядовых, но малоупотребительных заповедей.

В Новой же благодати заповедей не много, но они крайне необходимы, а нравоучительные заповеди поистине те же – в обоих законах. Ибо те, которые в Евангелии кажутся тягчайшими, такие как о любви к врагам, об укрощении похоти, также находятся и в других местах (Ветхого Завета – Примеч.) (Исх.20,14; Исх.20,17; Прит.25,22). И если Христос прибавил, или правильней сказать, передал более тяжелые заповеди, такие как: Остался ли без жены? не ищи жены (1Кор.7,27) (по разводной книге), и те, которые если по сути и иные, не должны быть тяжкими христианам, хотя и тяжелы были иудеям – ибо не тяжело сильному мужу то, что видится неподъемным (даже – Примеч.) для хорошо питающегося отрока.

10. Что же вы ныне искушаете Бога, желая возложить на выи учеников иго, которого не могли понеси ни отцы наши, ни мы?

– Если же так, что же вы ныне искушаете Бога и пр.: желание возложить иго закона Моисеева на христиан из язычников апостол называет искушением, как бы попыткой отклонить Бога от того способа принятия язычников в царство Христово, который Он принял и засвидетельствовал ясно дарованием им Духа Св. (ср. прим. к Мф.4:1). «Что искушаете Бога? Что не веруете, говорит, Богу? Что искушаете Его, как будто Он не силен спасти верою?» (Злат.). Под игом, которое желали иудействующие возложить на выи учеников, разумеется не обрезание само по себе, но весь закон Моисеев со всеми его правилами и предписаниями. Это иго апостол называет невыносимым, таким, которого не могли понести ни отцы наши, т.е. все предки настоящего поколения, ни мы, все обратившиеся ко Христу из иудеев, вместе и с иудействующими, теперь защитниками обязательности этого закона и в христианстве; не могли понести, т.е. не могли исполнить всех требований, правил и предписаний этого закона. Это подробно раскрывает ап. Павел в своих посланиях против иудействующих христиан, особенно в посланиях к галатам (наприм. Гал.3:10) и римлянам (наприм. Рим.3:9-19). Характеризуя так закон, апостол сим самым указывает, что он не приводит и не может привести к оправданию перед Богом, и что, следовательно, он лишний в христианстве, которое имеет свой закон и свое иго, но иго благое и легкое (Мф.11:29 и прим.).

Что же вы ныне искушаете Бога, желая возложить на выи учеников иго, которого не могли понести ни отцы наши, ни мы

Что искушаете Бога - «Что не веруете, говорит, Богу? что искушаете Его? как будто он не силен спасти верою?» (Злат. ). Таким искушением Бога, попыткой изменить принятый Им способ спасении язычников, апостол мыслит желание возложить иго Закона Моисеева на спасающихся верою.

«Иго, которого не могли понести ни отцы наши, ни мы». Мысль, обстоятельно раскрываемая в посланиях Ап. Павла (Гал. 3:10; Рим. 3:9-19, 5:15; 1Кор. 1:3; 2Кор. 1:2, 13:13; Еф. 1:2) и др.

Отношение Апостола Петра к лжеучению не очень спокойное. Он называет все это дело искушением Господа, т. е. тщетным восстанием против очевидного определения Божия верующих язычников к спасению, чем конечно нанес представителям лжеучения явный укор и обличение. Требование от язычников соблюдения закона Моисеева он называет непосильным игом, причем будто мимоходом высказывает ужасное свидетельство о том, что закона Моисеева не исполнили ни отцы ревнителей исполнения закона, ни сами они, желающие, чтобы в этом неисполнении закона подвизались еще и все язычники, обращающиеся в христианство. Этот оборот речи учеными называется доведением мнения противников до нелепости. Но Апостол, конечно, желал не того, чтобы показать только крайнюю неосновательность мнения еретиков, но и сказать им, что и они сами напрасно трудятся, преизбыточно исполняя закон Моисеев, ибо опыт отцов их показал малополезность подобного сему старания.

«Что значат слова, «искушаете Бога»? Это значит: как будто Бог не силен спасти человека по вере, или: отчего вы не верите Богу? Вводить (теперь) закон (Моисеев) есть закон неверия. Известно всем, что закон был обременителен для Израильтян. Это признавали и ученики. Да и Сам Спаситель указал нам на то, говоря: «приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы» (Мф.11:28). Труждающимися же и обремененными называет бывших под законом» (Феофилакт).

Опровержение сектантских возражений о Церкви.

Сектанты говорят: Если поститься должно, то пусть сам христианин и избирает для себя время, когда находит нужным: «мы дети не рабы, но свободной». «Итак, стойте в свободе, которую даровал нам Христос» (Гал.4:31; 5:1 и др.).

Ответ: Православная Церковь не возбраняет своим чадам, когда они признают нужным, поститься и в другие дни, сверх установленных ею постов. Она не находит возможным предоставить своим членам полной свободы в отношении поста, потому что христиане, вследствие греховной природы, легко злоупотребляют своей свободой (Гал.5:13; Лк.15:12-16; Рим.13:14) и не всегда могут определить свое нравственное состояние и время, когда для них необходим пост. Помня наставление апостола: «только все должно быть благопристойно и чинно» (1Кор.14:40), – Церковь определила дни и сроки постов, обязательные для всех ее членов, что ведет к единомыслию (их) между собою (Рим.15:5-6; 1Кор.1:10; Еф.4:3), заповеданному апостолом.
Свобода, о которой говорится в Слове Божием, не есть своеволие, как думают сектанты, а свобода от закона Моисеева (Гал.4:31; 5:1 и др.), от рабства греху (1Пет.2:16; Рим.6:17-22). Христианин, освободившись от греха и от ига рабства закону, становится рабом праведности (Рим.6:18), рабом Богу (Рим.6:22).
«Свободою называет апостол, – говорит блаженный Феодорит, – житие вне закона, а игом рабства жизнь подзаконную. Ибо так и божественный Петр сказал в Деяниях: что же вы ныне искушаете Бога, желая возложить на выи учеников иго, которого не могли понести ни отцы, ни мы?»(Деян.15:10).
«Христос освободил нас, – учит святой Иоанн Златоуст, – от ига рабства и предоставил нам свободу... не для того, чтобы мы употребляли эту свободу на зло, но чтобы пользовались ею, как средством к получению большей награды, восходя к совершеннейшей мудрости».