Скрыть
Но Павел сказал к ним: нас, Римских граждан, без суда всенародно били и бросили в темницу, а теперь тайно выпускают? нет, пусть придут и сами выведут нас.

Святые отцы

Прочие

Иоанн Златоуст, свт. (†407)

Ст. 25-40 Около полуночи Павел и Сила, молясь, воспевали Бога; узники же слушали их. Вдруг сделалось великое землетрясение, так что поколебалось основание темницы; тотчас отворились все двери, и у всех узы ослабели. Темничный же страж, пробудившись и увидев, что двери темницы отворены, извлек меч и хотел умертвить себя, думая, что узники убежали. Но Павел возгласил громким голосом, говоря: не делай себе никакого зла, ибо все мы здесь. Он потребовал огня, вбежал в темницу и в трепете припал к Павлу и Силе, и, выведя их вон, сказал: государи мои! что мне делать, чтобы спастись? Они же сказали: веруй в Господа Иисуса Христа, и спасешься ты и весь дом твой. И проповедали слово Господне ему и всем, бывшим в доме его. И, взяв их в тот час ночи, он омыл раны их и немедленно крестился сам и все домашние его. И, приведя их в дом свой, предложил трапезу и возрадовался со всем домом своим, что уверовал в Бога. Когда же настал день, воеводы послали городских служителей сказать: отпусти тех людей. Темничный страж объявил о сем Павлу: воеводы прислали отпустить вас; итак выйдите теперь и идите с миром. Но Павел сказал к ним: нас, Римских граждан, без суда всенародно били и бросили в темницу, а теперь тайно выпускают? нет, пусть придут и сами выведут нас. Городские служители пересказали эти слова воеводам, и те испугались, услышав, что это Римские граждане. И, придя, извинились перед ними и, выведя, просили удалиться из города. Они же, выйдя из темницы, пришли к Лидии и, увидев братьев, поучали их, и отправились

Что может сравниться с душами (Павла и Силы)? Они претерпели удары, получили множество ран, вынесли оскорбле­ния, находились в крайней опасности, были в кандалах, со­держались во внутренней темнице; но и при этом не дозволили себе спать, а бодрствовали в течение всей ночи. Может быть и потому бодрство­вали, что находились в таких обстоятельствах. Ни сила сна не одолела их, ни страдания не изнурили, ни страх не привел в уныние; но все это еще более возбуждало их и испол­няло великой радости. «Около полуночи», говорит (писатель), «воспевали Бога; узники же слушали их». Узникам казалось это стран­ным и необычайным. «Вдруг сделалось великое землетрясение, так что поколебалось основание темницы; тотчас отворились все двери, и у всех узы ослабели». Землетрясение было такое, что и (сторож) прос­нулся; двери отворились так, что нельзя было не удивиться слу­чившемуся; но узники не видели этого; иначе они все разбежа­лись бы. «Темничный же страж, пробудившись и увидев, что двери темницы отворены, извлек меч и хотел умертвить себя, думая, что узники убежали. Но Павел возгласил громким голосом, говоря: не делай себе никакого зла, ибо все мы здесь» (ст. 27, 28). Он особенно дивился человеко­любию Павла, изумлялся и его мужеству, как он, имея воз­можность убежать, не убежал, и его удержал от самоубийства. «Он потребовал огня, вбежал в темницу и в трепете припал к Павлу и Силе, и, выведя их вон, сказал: государи мои! что мне делать, чтобы спастись?» (ст. 29, 30) Видишь ли, как чудо поразило его? «Они же сказали: веруй в Господа Иисуса Христа, и спасешься ты и весь дом твой. И проповедали слово Господне ему и всем, бывшим в доме его» (ст. 31, 32). Вступив немедленно в беседу с ним, они показали свое к нему человеколюбие. «И, взяв их в тот час ночи, он омыл раны их и немедленно крестился сам и все домашние его. И, приведя их в дом свой, предложил трапезу и возрадовался со всем домом своим, что уверовал в Бога» (ст. 33, 34). Омыл их, воздавая этим благодарность и оказывая им честь. «Когда же настал день, воеводы послали городских служителей сказать: отпусти тех людей» (ст. 35). Начальники, может быть, узнали о случившемся и не смели сами (придти) отпустить их. «Темничный страж объявил о сем Павлу: воеводы прислали отпустить вас; итак выйдите теперь и идите с миром. Но Павел сказал к ним: нас, Римских граждан, без суда всенародно били и бросили в темницу, а теперь тайно выпускают? нет, пусть придут и сами выведут нас. Городские служители пересказали эти слова воеводам, и те испугались, услышав, что это Римские граждане. И, придя, извинились перед ними и, выведя, просили удалиться из города. Они же, выйдя из темницы, пришли к Лидии и, увидев братьев, поучали их, и отправились» (ст. 36-40). И после того как начальники объявили, Па­вел не выходит, может быть ради Лидии и других братий, или желая устрашить начальников, чтобы кто не подумал, будто они отпущены по своей просьбе, и чтобы внушить сме­лость другим (христианам). Троякая, возлюбленные, была вина их, именно: они посадили в темницу римских граждан, без суда, и всенародно. Видишь, как апостолы делали многое и по-человечески. Посмотри, как спал Петр; с ним это было по смотрению (Божию), потому что надлежало придти ангелу и никому не должно было видеть случившегося (Деян. 12:6). Хо­рошо и то, что сторож не допущен был до самоубийства. По­чему было это, а не другое какое-либо знамение? Потому что оно осо­бенно могло вразумить и убедить его, а если бы этого не было, то он подвергся бы опасности, так как не столько чудеса вразумляют нас, сколько то, что относится к нашему спасению. А чтобы не по­казалось, что землетрясение произошло само собою, во свидетель­ство чуда и случилось последующее. Оно совершается ночью, потому что (апостолы) ничего не делали из тщеславия, но все для спасения. Темничный страж не был злой; он заключил их во внутреннюю темницу, потому что получил такое прика­зание, а не сам от себя. Почему же Павел не вдруг воззвал к нему? Потому что он был исполнен страха и смятения и не внял бы. Потому, когда Павел увидел, что он намере­вается умертвить себя, то предупреждает и громко говорит ему: «все мы здесь». После этого он «потребовал огня, вбежал в темницу и в трепете припал к Павлу и Силе». Сторож пал к ногам узника! Изводит их вон и говорит: «государи мои! что мне делать, чтобы спастись?» Что же они сказали? Заметь: он не потому возлюбил их, что сам избавился от опасности, но потому, что поражен был силою (Божиею).

Видишь ли, что было там и что здесь? Там отроковица избавлена от духа – и ввергли (апостолов) в темницу за то, что они избавили ее от беса; здесь только показали они отвер­стыми двери – и (у сторожа) отверзлись двери сердца, разреши­лись сугубые узы и воссиял свет; ведь свет воссиял и в его сердце. «Вбежал» и «припал», и не спрашивает: что случи­лось, как это случилось? – но тотчас же говорит: «что мне делать, чтобы спастись?» Что же Павел? «Веруй», говорит, «в Господа Иисуса Христа, и спасешься ты и весь дом твой». Много действует на людей и то, что спасется и дом их. «И проповедали слово Господне ему и всем, бывшим в доме его». Он омыл их, и сам омылся; омыл их от ран, а сам омылся от грехов; на­питал их, и сам напитался. «И возрадовался», говорит (писатель), хотя не получил ничего, кроме собеседования и благой надежды. Доказательством его веры служит то, что он оставил все (худое). Что хуже темничного сторожа? Что жесточе, что суро­вее его? Но он принял их с великою честью. «Возрадовался», не потому, что избавился от опасности, но «уверовал в Бога». «Веруй», говорил Павел, «в Господа»; потому и прибавил (писатель): «уверовал в Бога», чтобы не показалось, что спасается человек осуж­денный и грешный. «Без суда всенародно били и бросили в темницу», – чтобы это дело не было только дей­ствием благодати, но и их самих. Смотри, как разнообразно действует благодать, как вышел (Петр) и как (Павел), хотя они оба были апостолы. «Испугались», говорит (писатель). Боятся потому, что они «Римские граждане», а не потому, что несправед­ливо заключили их. «Просили удалиться из города». Просили этого, как милости. Они же, пришедши к Лидии и утешив ее, тогда и «отправились». Не следовало гостеприимную жену остав­лять в скорби и недоумении. «Отправились», не потому, что повино­вались начальникам, но, поспешая на проповедь, так как этот город уже довольно получил пользы от чуда. Долее оставаться здесь не следовало; чудо является большим, когда уходят совершившие его; тогда и оно само взывает громче. Вера темничного сторожа была здесь вместо проповеди. Что может сравниться с этим? Связывается (Павел) и связанный разрешает, разрешает сугубые узы, разрешает связавшего чрез то самое, что был связан. Поистине это – дело благо­дати. «Итак», говорит, «выйдите теперь и идите с миром», т.е. безо­пасно, не боясь ничего. С другой стороны они желают, чтобы и он оставался в безопасности, чтобы и после того не подвер­гался обвинению. Не говорят: «били и бросили в темницу», со­вершивших чудеса, так как на это не обратили бы внимания, но, что особенно могло подействовать на душу их, говорят: «нас, Римских граждан, без суда всенародно».

Сравним с этою ночью наши ночи, которые проводятся в пиршествах, пьянстве и бесчинии, в которые бывает сон, ничем не отличающийся от смерти, или бодрствование хуже сна. Одни спят бесчувственно, другие бодрствуют к сожалению и несчастию, составляя козни, заботясь о деньгах, придумывая, как бы отомстить обидевшим их, питая вражду, припоминая оскорбительные слова, сказанные днем, и таким образом воспламеняют огонь гнева и совершают непростительные дела. Посмотри, как спал Петр; с ним это было по смотрению (Божию), потому что надлежало прийти ангелу и никому не должно было видеть случившегося (Деян. 12:6). Хорошо и то, что сторож не допущен был до самоубийства.

Гомилии на Деяния Апостолов

Феофилакт Болгарский, блж. (†1107)

Ст. 35-40 Дню же бывшу, послаша воеводы паличники, глаголюще: отпусти человека она. Сказа же темничный страж словеса сия Павлу: яко послаша воеводы, да отпущени будут: ныне убо изшедше, идите с миром. Павел же рече к ним: бивше нас пред людми, неосужденных человеков римлян сущих, всадиша в темницу: и ныне отай изводят нас? ни бо: но да пришедше сами изведут нас. Сказаша же паличницы воеводам глаголы сия: и убояшася слышавше, яко римляне суть. И пришедше умолиша их, и изведше моляху изыти из града. Изшедше же из темницы приидоста к Лидии: и видевше братию, утешиста их, и изыдоста

Павел же рече к ним. И после того, как приказали воеводы, Павел не выходит из темницы; но, в назидание Лидии - порфиропродалницы и других, устрашает воевод, чтобы не подумали, что они освобождены по чьей-либо просьбе. Он даже обвиняет воевод в том, что они публично били их, - их, ни в чем не обвиненных и притом римских граждан. Видишь: часто поступали они так, как свойственно обыкновенным людям? Высказал же Павел это (т. е. то, что они римские граждане и ни в чем не обвинены) для того, чтобы не показалось, что его освобождают как человека вредного и в чем-либо обвиненного. Что же касается темничного стража, так это - Стефан, о котором упоминает Павел в первом послании к Коринфянам, когда говорит: крестих же и Стефанинов дом (1Кор. 1:16). Изшедше же из темницы, приидоста к Лидии: и видевше братию, утешиста их, и изыдоста. Не следовало оставлять в состоянии беспокойства и заботы жену, которая оказала им гостеприимство; и они, несмотря на побуждения воевод, не хотели удалиться, не посетив простой женщины и других лиц, которых они называли братьями. О, сколь велики их смирение и любовь!

Д.П. Боголепов, проф. (†1880)

35 Когда же настал день, воеводы послали городских служителей сказать: отпусти тех людей. 36 Темничный страж объявил о сем Павлу: воеводы прислали отпустить вас; итак выйдите теперь и идите с миром. 37 Но Павел сказал к ним: нас, Римских граждан, без суда всенародно били и бросили в темницу, а теперь тайно выпускают? нет, пусть придут и сами выведут нас.


А на другой день, когда начальники города хотели точно так же без суда отпустить Христовых узников, как без суда ввергли их в темницу, апостол Павел, чтобы впредь своеволие гражданских властей менее полагало препятствий слову Божию, воспользовался правами римского гражданства и заставил начальников города публично извиниться пред ним и Силою в бесчестии, которое без суда было нанесено им, римским гражданам.

Толковый Апостол

Михаил (Лузин), еп. (†1887)

35. Когда же настал день, воеводы послали городских служителей сказать: отпусти тех людей.
36. Темничный страж объявил о сем Павлу: воеводы прислали отпустить вас; итак выйдите теперь, и идите с миром.
37. Но Павел сказал к ним: нас, Римских граждан, без суда всенародно били, и бросили в темницу, а теперь тайно выпускают? Нет, пусть прийдут, и сами выведут нас.
38. Городские служители пересказали сии слова воеводам, и те испугались, услышав, что это Римские граждане.
39. И, пришедши, извинялись пред ними, и выведши, просили удалиться из города.
40. Они же, вышедши из темницы, пришли к Лидии, и увидев братьев, поучали их, и отправились.

 Когда же настал день 
и пр.: за ночь воеводы, вероятно, одумались, что опрометчиво поступили, наказав без суда Павла и Силу и заключив их в темницу; к тому же может быть они успели уже получить весть о событиях ночью в городской тюрьме (ср. Злат.). Потому они решились окончить это дело тихо, отпустить из темницы этих двух узников и в этом смысле через ликторов (ст. 22) послали темничному стражу приказание отпустить тех людей. Павел воспользовался здесь правами римского гражданства и потребовал, чтобы публично снято было с него и Силы бесчестье, нанесенное им также публично. Не ради удовлетворения собственного честолюбия, а ради объяснения своей невинности, ради того дела, которому он служил, ради славы Божией он потребовал удовлетворения себе и Силе. Если бы они были тайно выпущены из темницы и пошли тайно из нее, можно было бы подумать, что, вероятно, они не без вины были заключены в темницу, потом можно было распустить слухи, что они убежали из темницы – виновные, или же, что они выпущены по их просьбе (ср. Злат.). Павел требует публичного освобождения из темницы и оправдания их.
– Нас, Римских граждан и пр.: римское гражданство, по римским законам (Lex Valeria и Lex Porcia: Liv. 10, 9, 8), освобождало имевших это звание от лишающих чести телесных наказаний палками, бичами и т. под. Опираясь на сие, Павел и говорит: нас, имеющих права римского гражданства, без суда, который только и может решить – виновны мы или невиновны, всенародно подвергли наказанию, от которого законами освобождены имеющие права римских граждан, и потом без суда же бросили публично в темницу, как виновных, как преступников, а теперь, одумавшись в своей опрометчивости, тайно (в противоположность – всенародно биливыпускают, точнее – выбрасывают или выгоняют? Нет, это противозаконно. Мы не требуем, чтобы воеводы подверглись тому наказанию, какому законы подвергают оскорбителей прав римского гражданства, – для нас и дела нашего этого не нужно; но пусть они сами лично придут сюда к нам и сами освободят нас публично из темницы, сознавшись в своей вине и дав таким образом публичное удовлетворение за публично нанесенное бесчестье. Что Сила имел право римского гражданства, это известно из сего лишь места, но что Павел имел это право, видно и из дальнейших сказаний дееписателя (Деян.22:25-28); вероятно, оно и дано было кому-либо из предков его за заслуги, или приобретено покупкой (ср. Деян.22:28).
– Воеводы испугались: потому что оскорбление права римского гражданства, вроде нанесенного ему в лице Павла и Силы, было оскорблением верховенства римского народа и наказывалось жестоко, чего могли опасаться и дуумвиры филиппские за свой поступок с Павлом и Силой. Потому воеводы, пришедши к ним в темницу, извинялись перед ними, и выведши их из темницы, не тайно, как они располагали прежде, отпустив их, просили удалиться из города добровольно, чтобы вновь не возбудить народного волнения. – Апостолы согласились на эту просьбу, но прежде чем удалиться, пришли к Лидии (ст. Деян.14:15), и увидев братьев, собравшихся здесь, как Луку и Тимофея, так, вероятно, и некоторых из новообращенных, поучали их, чтобы они твердо пребывали в вере христовой, несмотря на гонение со стороны неверующих (ср. Деян.14:22), и отправились. По связи речи, отправились только Павел и Сила, Лука же и Тимофей, вероятно, остались на время здесь для устроения и умножения юного общества христианского в Филиппах. Что Лука по крайней мере остался здесь, это видно из перемены тона в дальнейшем повествовании (Деян.17:1 и д.: они, а не мы). Тимофей скоро снова является с апостолом в Верии (Деян.17:14), но он мог прийти туда из Филипп несколько после отбытия оттуда Павла и Силы.

Толковый Апостол. Деяния Апостолов.

Толковая Библия А.П. Лопухина (†1904)

Но Павел сказал к ним: нас, Римских граждан, без суда всенародно били и бросили в темницу, а теперь тайно выпускают? нет, пусть придут и сами выведут нас

Публично было нанесено бесчестие апостолам, публично требует теперь Павел и своего освобождения и оправдания - не по честолюбию и капризу, а ради очевиднейшего восстановления своей невинности. Если бы они тайно были выпущены из темницы, не все могли бы знать, что они вышли с восстановленною честью, а многие, вероятно, могли истолковать их уход даже бегством или другими унизительными приемами. Римское гражданство, по Римским законам (Lex Valeria и Lex Porsia: Liv. 10, 9, 8) освобождало имевших это звание от телесных наказаний. Расправа воевод в данном случае с апостолами была тем более преступна, что произведена без всякого суда и расследования дела. Но Ап. Павел, не угрожая законами своим обидчикам, ограничивается требованием публичного снятия нанесенного им бесчестия.

Каким образом апостолы приобрели права Римского гражданства? Из дальнейшего (Деян. 22:25-28) видно, что Павел или родился с этими правами, полученными кем-либо из его предков, или за особые заслуги, или покупкою, что было также возможно. Относительно Силы, вероятно, надо думать то же.

епископ Никанор (Каменский) (†1908)

35. Когда же настал день, воеводы послали городских служителей сказать: отпусти тех людей.

36. Темничный страж объявил о сем Павлу: воеводы прислали отпустить вас; итак выйдите теперь и идите с миром.

37. Но Павел сказал к ним: нас, Римских граждан, без суда всенародно били и бросили в темницу, а теперь тайно выпускают? нет, пусть придут и сами выведут нас.


 

Изведение из темницы святых Апостолов было исполнено великой важности, ибо они только теперь сказали, что они имели достоинство Римских граждан, которые по закону Валерия и Порция не могли быть подвергаемы бесчестным наказаниям палками. Как бы в некоторое возмездие, а также для подкрепления других несчастных страдальцев, Апостолы потребовали, чтобы воеводы, так неразборчиво относившиеся к ним, хотя бы теперь отнеслись к ним достодолжно и потому сами освободили бы их, и тем восстановили их правду и честь, столь публично униженные.

По мнению блаженного Феофилакта, «Апостолы не выходили из темницы в назидание Лидии порфиропродавщицы и других. Устрашает же (Павел) воевод, чтобы не подумали, что они освобождены по чьей-либо просьбе. Он даже обвиняет воевод в том, что они публично били их, ни в чем неповинных и притом Римских граждан. Видишь ли: часто поступали они так, как свойственно обыкновенным людям. Высказал же это Павел для того, чтобы не показалось, что его освобождают, как человека вредного и в чем-либо обвиненного. Что же касается темничного стража, то это – Стефан, о котором упоминает Павел в первом послании к Коринфянам, когда говорит: «крестих же и Стефанинов дом» ( "Крестил я также Стефанов дом") (1Кор.1:16). Относительно Римского гражданства Силы здесь говорится впервые, а об Апостоле Павле говорится о сем и далее (Деян.22:25-28). «Это чудесное событие (изведение из темницы) исключает всякую возможность естественного объяснения. Правда, Дееписатель не был свидетелем чуда, но сведения о сем происшествии он получил не из вторых или третьих рук, но непосредственно вслед за фактом, из уст, быть может, самого Апостола Павла, если не святого Силы, срвн.(Деян.16:13-40). И в самом деле, какой простотой и неприкрашенностью дышит самый рассказ об этом чудесном событии! Как естественен и психологически верен переход темничного стража от отчаяния, близкого к самоубийству, к благоговейному поклонению пред чудотворцами. По живости действия и простоте, рассказ о чудесном освобождении Павла и Силы напоминает аналогичный случай спасения Апостола Петра из Иерусалимской темницы (Деян.12:6-17)» 

Толковый Апостол. Часть I. Объяснение книги Деяний святых Апостолов и Соборных посланий

Стих: Предыдущий Следующий Вернуться в главу
Цитата из Библии каждое утро
TG: t.me/azbible
Viber: vb.me/azbible