Скрыть
Тогда тысяченачальник, приблизившись, взял его и велел сковать двумя цепями, и спрашивал: кто он, и что сделал.

Святые отцы

Прочие

Иоанн Златоуст, свт. (†407)

Ст. 18-38 На другой день Павел пришел с нами к Иакову; пришли и все пресвитеры. Приветствовав их, Павел рассказывал подробно, что сотворил Бог у язычников служением его. Они же, выслушав, прославили Бога и сказали ему: видишь, брат, сколько тысяч уверовавших Иудеев, и все они ревнители закона. А о тебе наслышались они, что ты всех Иудеев, живущих между язычниками, учишь отступлению от Моисея, говоря, чтобы они не обрезывали детей своих и не поступали по обычаям. Итак что же? Верно соберется народ; ибо услышат, что ты пришел. Сделай же, что мы скажем тебе: есть у нас четыре человека, имеющие на себе обет. Взяв их, очистись с ними, и возьми на себя издержки на жертву за них, чтобы остригли себе голову, и узнают все, что слышанное ими о тебе несправедливо, но что и сам ты продолжаешь соблюдать закон. А об уверовавших язычниках мы писали, положив, чтобы они ничего такого не наблюдали, а только хранили себя от идоложертвенного, от крови, от удавленины и от блуда. Тогда Павел, взяв тех мужей и очистившись с ними, в следующий день вошел в храм и объявил окончание дней очищения, когда должно быть принесено за каждого из них приношение. Когда же семь дней оканчивались, тогда Асийские Иудеи, увидев его в храме, возмутили весь народ и наложили на него руки, крича: мужи Израильские, помогите! этот человек всех повсюду учит против народа и закона и места сего; притом и Еллинов ввел в храм и осквернил святое место сие. Ибо перед тем они видели с ним в городе Трофима Ефесянина и думали, что Павел его ввел в храм. Весь город пришел в движение, и сделалось стечение народа; и, схватив Павла, повлекли его вон из храма, и тотчас заперты были двери. Когда же они хотели убить его, до тысяченачальника полка дошла весть, что весь Иерусалим возмутился. Он, тотчас взяв воинов и сотников, устремился на них; они же, увидев тысяченачальника и воинов, перестали бить Павла. Тогда тысяченачальник, приблизившись, взял его и велел сковать двумя цепями, и спрашивал: кто он, и что сделал. В народе одни кричали одно, а другие другое. Он же, не могши по причине смятения узнать ничего верного, повелел вести его в крепость. Когда же он был на лестнице, то воинам пришлось нести его по причине стеснения от народа, ибо множество народа следовало и кричало: смерть ему! При входе в крепость Павел сказал тысяченачальнику: можно ли мне сказать тебе нечто? А тот сказал: ты знаешь по-гречески? Так не ты ли тот Египтянин, который перед сими днями произвел возмущение и вывел в пустыню четыре тысячи человек разбойников

Этот (Иаков) был брат Господень и епископ Иеруса­лимский, муж великий и дивный. К нему-то приходит Павел, подобно как и прежде он был послан к нему же; а каким образом, послушай. «На другой день», говорит (писатель), «Павел пришел с нами к Иакову». Смотри, как он чужд гордости. «Пришли и все пресвитеры. Приветствовав их, Павел рассказывал подробно, что сотворил Бог у язычников служением его». Опять рассказывает им случившееся у язычников, не из тщеславия, – да не бу­дет! – но чтобы показать Божие человеколюбие и исполнить их великой радости. «Они же», смотри, «выслушав, прославили Бога»; не стали превозносить Павла и удивляться ему, но прославили Бога, потому что рассказывая он все приписывал (Богу). «Они же, выслушав, прославили Бога и сказали ему: видишь, брат, сколько тысяч уверовавших Иудеев, и все они ревнители закона. А о тебе наслышались они, что ты всех Иудеев, живущих между язычниками, учишь отступлению от Моисея, говоря, чтобы они не обрезывали детей своих и не поступали по обычаям» (ст. 20, 21). Смотри, как скромно и они го­ворят. Не (Иаков) говорит, как епископ, со властью; но самого (Павла) они делают участником совещания, и тотчас же, с самого начала, как бы извиняются тем, что им не хо­телось бы (видеть его обвиняемым). Видишь ли необходимость этого дела. «Видишь, брат», говорят, «сколько тысяч уверовавших Иудеев»? Не говорят: сколько тысяч мы обратили, но: «уверовавших». «И все они», говорят, «ревнители закона». Две причины: множество (уверовавших из иудеев) и образ их мыслей. Если бы их было немного, то и тогда не следовало бы пренебрегать ими; если же их много, – хотя и не все держались закона, – то это – дело важное. Далее и третья причина. «А о тебе наслышались они», гово­рят, «что ты всех Иудеев, живущих между язычниками, учишь отступлению от Моисея, говоря, чтобы они не обрезывали детей своих и не поступали по обычаям». Не сказали: они слышали, но: «наслышались», т.е. убеж­дены и поверили, «что ты всех Иудеев, живущих между язычниками, учишь отступлению от Моисея, говоря, чтобы они не обрезывали детей своих и не поступали по обычаям». Сказав это, про­должают: «Итак что же? Верно соберется народ; ибо услышат, что ты пришел. Сделай же, что мы скажем тебе: есть у нас четыре человека, имеющие на себе обет» (ст. 22, 23). Говорят это, как советующие, а не как приказываю­щие. «Есть у нас четыре человека, имеющие на себе обет. Взяв их, очистись с ними, и возьми на себя издержки на жертву за них, чтобы остригли себе голову, и узнают все, что слышанное ими о тебе несправедливо, но что и сам ты продолжаешь соблюдать закон» (ст. 24). Советуют ему оправдаться не словами, а делом: «чтобы остригли себе голову», говорят, «и узнают все, что слышанное ими о тебе несправедливо, но что и сам ты продолжаешь соблюдать закон». Не сказали: ты учишь, но: «слышанное ими о тебе несправедливо», опять выражая, что они убеж­дены в том; «что и сам ты продолжаешь», т.е. что сверх того ты и сам хранишь (закон). Не то только нужно было знать, учит ли он других, но и то, соблюдает ли сам. А что, скажешь, если язычники узнают об этом, – не соблазнятся ли они? Как (они могут соблазнится), когда мы – иудейские учители – отпра­вили к ним послание? «А об уверовавших язычниках мы писали, положив, чтобы они ничего такого не наблюдали, а только хранили себя от идоложертвенного, от крови, от удавленины и от блуда» (ст. 25). Этого достаточно для опровержения. Слова их означают следующее: как мы заповедали им это, хотя проповедуем иудеям, так и ты, хотя проповедуешь язычникам, поступай здесь согласно с нами. Павел же, смотри, не сказал: я могу представить Тимофея, которого я обрезал, могу убедить словом; но послу­шался их и сделал все, – потому что так нужно было. Не то было бы, если бы он стал оправдывать себя, или сделал это так, чтобы никто не знал о том. К устранению подозрения могло служить и то, что он принял на себя издержки. «Тогда Павел, взяв тех мужей и очистившись с ними, в следующий день вошел в храм и объявил окончание дней очищения, когда должно быть принесено за каждого из них приношение» (ст. 26). «Объ­явив»; так он сам сделал это известным. «Когда же семь дней оканчивались» (ст. 27).

Смотри, как много времени он посвящает на это! «Тогда Асийские Иудеи, увидев его в храме, возмутили весь народ и наложили на него руки, крича: мужи Израильские, помогите! этот человек всех повсюду учит против народа и закона и места сего; притом и Еллинов ввел в храм и осквернил святое место сие» (ст. 27, 28). Заметь, как они всегда склонны к мятежу: без стыда кричат среди (храма)! «Ибо перед тем они видели с ним в городе Трофима Ефесянина и думали, что Павел его ввел в храм. Весь город пришел в движение, и сделалось стечение народа; и, схватив Павла, повлекли его вон из храма, и тотчас заперты были двери» (ст. 29, 30). «Мужи», говорят, «Израильские, помогите! этот человек всех повсюду учит против народа и закона и места сего». Что особенно смущало их, именно храм и закон, на то и указываюсь. Между тем Павел, претерпевая все это, не упрекал апостолов, что они были винов­никами случившегося с ним: так был он великодушен! «Схватив Павла, повлекли», говорит (писатель), «его вон из храма, и тотчас заперты были двери». Они намеревались убить его, и потому извлекли вон, чтобы сделать это с большею свободою. «Когда же они хотели убить его, до тысяченачальника полка дошла весть, что весь Иерусалим возмутился. Он, тотчас взяв воинов и сотников, устремился на них; они же, увидев тысяченачальника и воинов, перестали бить Павла. Тогда тысяченачальник, приблизившись, взял его и велел сковать двумя цепями, и спрашивал: кто он, и что сделал» (ст. 31-33). Для чего он, намереваясь допросить Павла, приказал связать его двумя цепями? Для того, чтобы укротить ярость народа. «В народе одни кричали одно, а другие другое. Он же, не могши по причине смятения узнать ничего верного, повелел вести его в крепость. Когда же он был на лестнице, то воинам пришлось нести его по причине стеснения от народа, ибо множество народа следовало и кричало: смерть ему! (в ц.сл.: возьми его)» (ст. 34-36). Что значит: «смерть ему (возьми его)»? У иудеев был обычай – говорить это против тех, кого они обвиняли; так и о Христе они гово­рили: «смерть ему», т.е. истреби Его из среды живых. А иные думают, что выражение: возьми его значит то же, что у нас по римскому обычаю: посади его под арест. «При входе в крепость Павел сказал тысяченачальнику: можно ли мне сказать тебе нечто?» (ст. 37) Когда несли его по ступеням, он просит дозволения сказать нечто тысяченачальнику, и смотри, как кротко: «можно ли», говорит, «мне сказать тебе нечто?» «А тот сказал: ты знаешь по-гречески? Так не ты ли тот Египтянин, который перед сими днями произвел возмущение и вывел в пустыню четыре тысячи человек разбойников?» (ст. 38)? Этот египтянин был нововводи­тель и мятежник. Павел оправдывает себя и ответом своим отстраняет это подозрение. Но обратимся к вышесказанному. «Есть у нас», говорят (пресвитеры), «четыре человека, имеющие на себе обет. Взяв их, очистись с ними». Павел не противится этому, но повинуется. Отсюда ясно, что не непременно следовало сде­лать это (потому они и убеждают его), – а что это было делом предусмотрительности и снисхождения. Это не было препятствием проповеди, потому что они же дали заповедь (касательно языч­ников). Потому и сам (Павел), устрояя таковое дело, впослед­ствии укоряет Петра, и делает это не без причины, так как, что сделал он здесь, то Петр там, таясь и держась своего мнения (Гал. 2:11-14). Не сказали, что не нужно учить (иудеев) подобно язычникам, или что можно им и не проповедовать, но что должно сделать нечто большее, чтобы они удостоверились, что ты соблюдаешь закон. Это – дело снисхождения, не бойся. И смотри, не прежде убедили его, как изъяснив наперед, что (этого требует) предусмотрительность и польза. В Иеруса­лиме, говорят, сделать это позволительно. Сделай же это здесь, чтобы тебе можно было делать то и вне (Иерусалима). «Тогда Павел», го­ворит (писатель), «взяв тех мужей в следующий день»; не медлит, но, показывая свое послушание на деле, тотчас берет тех, с ко­торыми намеревался совершить очищение: так пламенно он разделял эту предусмотрительность! Но как, скажут, азийские иудеи увидели его во храме? Им позволялось быть там в некоторые дни. Смотри, как все это сделалось по смотрению (Божию). Когда (одни) иудеи убедились, тогда нападают (другие); а иначе и те напали бы на него. «Помогите», говорят, «мужи Израильские»; как будто в их руках кто-нибудь такой, кого трудно уловить и удержать, – кричат: «помогите! этот человек всех повсюду учит»; не здесь только, говорят, но «повсюду». Усиливают об­винение из соприкосновенных обстоятельств: «притом», говорят, «и Еллинов ввел в храм и осквернил святое место». При Христе и они приходили туда для поклонения (Ин. 12:20); но здесь говорится, что они при­шли не для поклонения. «И, схватив Павла», говорит (писатель), «повлекли его вон». Смотри, как они извлекают его вон из храма; они не думали о законах или судилищах, и потому сами стали бить его: так они во всем являются дерзкими и бесстыдными! В это время (Павел) не оправдывался, а после; и хорошо, – потому что тогда они не послушали бы. Для чего они кричали: возьми его? Опасались, чтобы он не убежал. Между тем, смотри, с каким смирением Павел говорит тысяченачальнику. Что же он говорит? «Можно ли мне сказать тебе нечто?» Так он был кроток, так смиренно вел себя везде. «Так не ты ли», спрашивает (тысяченачальник), «тот Египтянин»?

Посмотри на злоухищрение диавола. Этот египтянин был обманщик и обольститель; (диавол) и надеялся, прикры­ваясь им, представить Христа и апостолов участниками в приписываемых ему преступлениях. Но нисколько не успел в этом; напротив, истина стала еще светлее и воссияла бли­стательнее, не потерпев ничего от козней диавола. Если бы не было обманщиков, и (апостолы) одержали бы победу, тогда иной, может быть, стал бы подозревать. Но если и те явля­лись, а эти одержали победу, то нельзя не удивляться. Для того и попускается являться тем, чтобы более прославились эти, как и сам (Павел) говорит в другом месте: «дабы открылись между вами искусные» (1Кор. 11:19). Подобным образом и Гамалиил говорил: «незадолго перед сим явился Февда» (Деян. 5:36). Касательно разбойников (сикарей) одни говорят, что это был род разбойников, полу­чивших такое название от того, что они носили мечи, назы­ваемые у римлян сиками (sica). Другие (говорят, что они при­надлежали) к одной из еврейских сект. У (евреев) три главные секты: фарисеи, саддукеи и ессеи, которые называются праведными за чистоту жизни (οσιοι, – отсюда имя ессеев), – и сикариями, потому что они были ревнители (ςηλωταί).

Гомилии на Деяния Апостолов

Феофилакт Болгарский, блж. (†1107)

Ст. 30-34 Подвижеся же град весь, и бысть стечение людем: и емше Павла, влечаху его вон из церкве: и абие затворишася двери. Ищущым же им убити его, взыде весть к тысящнику спиры, яко весь возмутися Иерусалим. Он же абие поим воины и сотники, притече на ня. Они же видевше тысящника и воины, престаша бити Павла. Приступль же тысящник ят его, и повеле связати его вериги железными двема: и вопрошаше, кто убо есть, и что есть сотворил. Друзии же ино нечто вопияху в народе: не могий же разумети известное молвы ради, повеле отвести его в полк

Влечаху его вон из церкве. Хотели убить его; и тащили из церкви для того, чтобы с большим бесстрашием совершить убийство.

Толкование на Деяния святых Апостолов

Д.П. Боголепов, проф. (†1880)

Деян.21:33-40


Считая Павла действительно в чем-либо виновным, тысяченачальник, приблизившись, взял его и велел сковать его двумя цепями, а потом, не могши по причине беспорядочного народного крика узнать, в чем именно обвиняют узника, повелел вести его в крепость.

Толковый Апостол

Михаил (Лузин), еп. (†1887)

31. Когда же они хотели убить его, до тысяченачальника полка дошла весть, что весь Иерусалим возмутился.
32. Он, тотчас взяв воинов и сотников, устремился на них; они же, увидев тысяченачальника и воинов, перестали бить Павла.
33. Тогда тысяченачальник, приблизившись, взял его и велел сковать двумя цепями, и спрашивал: кто он, и что сделал?
34. В народе одни кричали одно, а другие другое. Он же, не могши по причине смятения узнать ничего верного, повелел вести его в крепость.

 До тысяченачальника полка
: главный командир римского отряда войска, который занимал во время праздников в усиленном составе военный пост в Иерусалиме и помещался в так называемой крепости Антониевой, примыкавшей с северо-западной стороны к внешней стене храма иерусалимского, соединяясь с галереями ее посредством лестниц (ст. 35). Имя тысяченачальника или трибуна было Клавдий Лисий (Деян.23:26).
– Тотчас, немедленно он устремился с воинами на место возмущения, которое так близко было от местопребывания римских войск, и мятежная толпа, испугавшись воинов и опасаясь кровавой расправы за возмущение, перестала бить Павла.
– Тысяченачальник заметил, против кого направлено возмущение и, приблизившись к избиваемому Павлу, освободил его из рук толпы и велел сковать его двумя цепями, считая его уже потому виновным, что против него возмутился народ, и питая смутную догадку, что это должно быть попался в руки народа известный возмутитель египтянин (ст. 38 и прим.). Для разъяснения дела он обратился к толпе с вопросами, кто этот человек и что он сделал, предполагая, что возмутившемуся народу известно, против кого он возмутился и за что именно.
– Но по причине смятения ничего не мог узнать верного, потому что, как обыкновенно бывает в подобных случаях (ср. Деян.19:32), одни кричали одно, другие другое, – тем более, что не одна клевета взведена была на Павла и одни повторяли одно, а другие другое, конечно, с прикрасами, как бывает в подобных случаях. Вследствие сего, тысяченачальник велел связанного Павла вести в крепость, судя по греческому слову – в ту часть крепости Антониевой, где было помещение (казарма) римских войск; там он надеялся от самого узника разузнать, кто он, и этим же самым взятием (арестом) Павла отнимал у мятежной толпы повод к продолжению возмущения, ибо, как ни велика была толпа и как ни разъярена была она, все же не могла осмелиться напасть на крепость, чтобы освободить оттуда ненавистного ей человека и растерзать его.

Толковый Апостол. Деяния Апостолов.

Толковая Библия А.П. Лопухина (†1904)

Тогда тысяченачальник, приблизившись, взял его и велел сковать двумя цепями, и спрашивал: кто он, и что сделал

Велел сковать двумя цепями, считая его уже потому виновным, что против него так возмутился народ, и питая смутную догадку, что это задержан известный недавний возмутитель египтянин (ст. 38).

епископ Никанор (Каменский) (†1908)

33. Тогда тысяченачальник, приблизившись, взял его и велел сковать двумя цепями, и спрашивал: кто он, и что сделал.

34. В народе одни кричали одно, а другие другое. Он же, не могши по причине смятения узнать ничего верного, повелел вести его в крепость.



Отведение Апостола Павла в крепость сделано было тысяченачальником для того, чтобы обезопасить его от нападения толпы, в угоду которой надеты были на Павла и цепи, тем более что разобраться в невинности убиваемого нельзя было вдруг. А скованность мнимого злодея могла успокоить и самых злейших врагов его. Посему можно сказать, что военачальник действовал благоразумно. У него, кроме того, были и еще свои опасения, которые он и поведал потом Павлу (ст. Деян.21:38). «Крепость (в которую велено было вести Павла), судя по Греческому слову, παρεμβολή означает ту часть Антониевой крепости, где было помещение (казарма) Римских воинов. Там тысяченачальник надеялся от самого узника разузнать, кто он, и этим же самым взятием (арестом) Павла он отнимал у мятежной толпы повод к продолжению возмущения, ибо как ни велика была толпа и как ни разъярена была она, все же не могла осмелиться напасть на крепость, чтобы освободить оттуда ненавистного ей человека и растерзать его» (см. преосвящ. Михаила).

Толковый Апостол. Часть I. Объяснение книги Деяний святых Апостолов и Соборных посланий

Стих: Предыдущий Следующий Вернуться в главу
Цитата из Библии каждое утро
TG: t.me/azbible
Viber: vb.me/azbible