Скрыть
И увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет.

Святые отцы

Прочие

Макарий Великий, Египетский, прп. (†391)

И увидел я новое небо и новую землю: ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет

И как в видимом (мире) земля нуждается в работе, и выходят работающие и полагают в ней семя, и оно выращивает плоды, и в свое время жнецы берут серп и жнут; так существует невидимая земля Господня, душа человека, и добрый земледелец Господь. Обрабатывающие землю — это святые апостолы, унаследовавшие слово Господне, ибо Само Слово Отчее пришло в мир соделать новые небеса и приготовить новую землю, как было обещано: «Вот Я творю новые небеса и новую землю» (Ср. Откр. 21:5) непреходящую, ибо это небо и эта земля и все видимое разрешается и проходит, а разумная и духовная, возделываемая Господом земля — вечна. Потому что богатые этого мира, сколько ни приобретут и ни соберут еще большего богатства, при исходе их в свое время из мира уходят нагими, неспособными взять с собой ничего из их богатства. Здесь же христиане, если каким-нибудь духовным подвигом стяжут и отложат духовное богатство в живой земле сердца, при исходе из этого мира берут с собою такое их богатство и сокровище жизни, и плоды их трудов живые отходят в Небесное Царство, где находится их вечное упокоение и наследство. Ибо эта видимая земля проходит, и это богатство исчезает, и плоды истрачиваются, но те духовные вещи, не видимые этими глазами, сопребывают вовек.

Собрание рукописей типа I. Слово 27

Августин Аврелий, блж. (†430)

И увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали

Всякая разумная душа или несчастна вследствие своих грехов, или же блаженна вследствие своих праведных дел. А всякая неразумная душа или уступает сильнейшему, или повинуется лучшему, или равна равному, или создает соперничающего, или вредит тому, что уже превзошла. Наконец, тело служит своей душе настолько, насколько это допускается ее достоинствами и строем вещей. Ни в какой природе нет зла, а злом для каждой природы становится ее собственная виновность.

Затем душа, благодатью Божией возрожденная и восстановленная в своей первобытной неповрежденности и подчиненная Тому единому, Кто ее создал, по восстановлении и тела в его прежней крепости перестанет быть во власти мира, а сама начнет обладать миром. Тогда для нее не будет никакого зла, потому что она будет выше той низшей красоты временных явлений, которая пребывала с нею прежде. И будет тогда, как написано, новое небо и новая земля для душ уже не труждающихся, а царствующих. Все - ваше, - говорит апостол, - вы же - Христовы, а Христос - Божий (1Кор 3:23), и жене глава - муж, мужу глава - Христос, а Христу глава - Бог (1Кор 11:3).

Итак, поскольку порча души заключается не в природе ее, а противна ее природе и есть не что иное, как грех и наказание за грех, то отсюда понятно, что никакая природа или, лучше сказать, никакая субстанция или сущность не есть зло.

Об истинной религии


По окончании речи о суде, на котором, как Иоанн предсказал, произойдет осуждение злых, остается ему сказать и о добрых. <…> И увидел, - говорит Иоанн, - я новое небо и новую землю; ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уж нет. Это будет в том порядке, о котором, предваряя, он уже сказал выше, что видел Сидящего на престоле, от лица Коего бежало небо и земля. По осуждении тех, которые не записаны в книге жизни, и по ввержении их в огонь вечный (какого рода этот огонь и в какой части мира или вселенной он будет, полагаю, не знает никто из людей, разве что тот, кому откроет Дух Святой) пройдет образ мира сего через истребление его мировыми огнями, подобно тому как потоп совершился через наводнение мировыми водами.

Итак, в этом, как я сказал, мировом пожаре уничтожатся от огня те свойства тленных стихий, которые соответствовали нашим тленным телам, а сама субстанция получит такие свойства, которые через удивительное изменение окажутся соответствующими телам бессмертным; так что мир, обновившись к лучшему, получит полное приспособление к людям, обновившимся к лучшему и по плоти.

и моря уже нет

Относительно же слов: и моря уже нет, я затрудняюсь сказать, иссушится ли оно, или также обратится в нечто лучшее. Ибо мы читаем, что небо будет новым и земля новой, но я не упомню, чтобы где-либо читал о новом море, за исключением тех мест этой же книги, где сказано о море стеклянном, подобном кристаллу (Откр 4:6). Но в тех случаях не идет речь о конце века, да и о море говорится, похоже, не в собственном смысле слова, а как бы о море. Впрочем, так как пророческая речь любит к прямым выражениям примешивать переносные, то и в словах: и моря уж нет, может идти речь о том море, которое отдало мертвых, бывших в нем (Откр 20:13). Ибо тогда этот мятежный и бурный век, подразумеваемый под именем моря, не будет уже жизнью смертных.

О граде Божьем

Андрей Кесарийский, свт. (†637)

И увидел я новое небо и новую землю: ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет

И здесь говорит не о небытии твари, но о перемене к лучшему, как свидетельствует Апостол: сама тварь свободится от работы истления в свободу славы чад Божиих (Рим. 8, 21). И Божественный Песнопевец говорит: яко одежду свиеши я, и изменятся (Пс. 101, 27). - Обновление устаревшего означает не изглаждение и уничтожение, но устранение устарелости и морщин. И у нас о людях, почему-либо сделавшихся лучшими или худшими, принято говорить: «и тот, да не тот», т. е. изменился. Да замечено будет, что он, приняв изменение прежнего состояния и перемену к лучшему за некоторого рода смерть, употребил слово «преидоша» - вместо «изменились». - О море же сказал: и моря несть ктому. Ибо для чего море, когда людям не нужно будет ни плавать, ни перевозить и доставлять по нему земные произведения в отдаленные пределы? Не будет в нем нужды даже и в том случае, если б оно означало бурную и волнующуюся жизнь. Ибо во Святых не останется тогда ни малейшего смущения или страха. Сие мнение подтверждает и Василий Великий в толковании на следующие слова Исаiи: глаголяй бездне: опустееши, и реки твоя изсушу (Ис. 44, 27).

Толкование на Апокалипсис 555

Иоанн Кронштадтский, прав. (†1909)

И увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали

Так настоящий порядок вещей непременно, долго или коротко, кончится; настоящее небо и настоящая земля пройдут, пролетят, и явятся новые небо и земля. Вместо бесчисленных государств и селений человеческих будет один новый град – Иерусалим небесный, куда войдет все лучшее, что было у людей. Цари внесут сюда свою честь и славу, народы тоже, но ничто скверное не войдет туда: там будут одни праведники, у коих [Бог] отымет всякую слезу с очей и коих радости конца не будет. Ах, человек-странник, стремись к этому вечному граду Бога Живого.

Дневник. Том I. 1856

Магн Аврелий Кассиодор (†580)

И увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали

Он установил их [небеса] навсегда и во веки веков; положил заповедь и она не прейдет (Пс 148:6) <…> Но когда мы читаем о будущем веке: будет новое небо и новая земля, - каким же образом об этом небе говорится: установил их навсегда? Однако несомненно, что все установлено Богом. Ведь и сам человек, хотя и смертен, установлен Божеством, когда воскресает. Так и небо и земля сохраняются Богом, когда обновляются.

Когда исчезла, как говорят отцы, грубость [материи] или тленное качество, сама природа пребывает более совершенной, поскольку была определена существовать в вечности. Как и об изменении нашего тела говорит апостол [Павел]: Когда же тленное сие облечется в нетление, и смертное сие облечется в бессмертие (1Кор 15:54). Он называет заповедь законом, или условием, чтобы мы знали, что все находится под Его властью. Пройти, [т.е. изчезнуть], же это не может, потому что [так] установил Всемогущий и [так] обещала Истина.

Изъяснения Псалмов

Экумений (†VIв.)

И увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали

Сходным образом говорит Петр в своем Втором послании: мы, по обетованию Его, ожидаем нового неба и новой земли (2Пет 3:13). Он утверждает не то, что небеса, земля и море устремляются в погибель и небытие, а вместо них возникает другое, но что сущее ныне отторгнет свой тлен и обновится, смыв свою нечистоту, словно откинув ветхий и неопрятный плащ; ведь новым называется то, что прежде ничуть таковым не было, но стало теперь. И тогда же творение станет очищенным от всякого тления, которое получилось в результате грехопадения людей. И достойный в этом доверия свидетель - божественный апостол, который пишет в письме к римлянам о творении: Ибо тварь с надеждою ожидает откровения сынов Божиих, потому что тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего ее, в надежде, что и сама тварь освобождена будет рабства тлению в свободу славы детей Божиих (Рим 8:19-21). И не только он, но и богодухновенный пророк гимнословит о небе и земле в согласии с приведенным только что свидетельством: и все они, как риза, обветшают, и, как одеждой, Ты обернешь их, и изменятся (Пс 101:27).

Комментарий на Откровение

Толковая Библия А.П. Лопухина (†1904)

Ст. 1-2 И увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет. И я, Иоанн, увидел святый город Иерусалим, новый, сходящий от Бога с неба, приготовленный как невеста, украшенная для мужа своего

Иоанн не описывает с положительной стороны ни нового неба, ни новой земли: все это описание заменяет лишь одно слово «новое». Будущие небо и земля должны быть противоположностью прежним, погибшим. «Как будет происходить самое изменение вселенной, сие должно быть изъято из предметов нашего любопытства», говорит св. Григорий Нисский. «В мировом пожаре, пишет блаж. Августин, уничтожатся совершенно от огня те свойства тленных стихий, которые соответствовали нашим тленным телам, и мир, обновившись к лучшему, получит полное приспособление к людям, обновившимся к лучшему и во плоти» [«О граде Бож. » 10:16]. Усиливая выражение об изменении прежнего мира, Иоанн добавляет, что моря уже нет. Прежнего моря не будет, ибо не будет в нем никакой нужды, но будет ли новое море и какое, об этом Апокалипсис совершенно умалчивает. Иоанн созерцает новый город, святой Иерусалим, сходящий с неба от Бога, как особое нарочитое создание Бож. благодати для обновленного человечества, как место общения с Богом.

Толковая Библия

Иоанн (Смолин), прот. (†1927)

О церковном учительстве.

Ин.6:45. Пророчество об упразднении человеческого учительства исполнится тогда только, когда непосредственно исполнится предшествующее ему пророчество того же Иepeмии: Евр.8:10, а об исполнении этого пророчества читаем в Откровении следующее: Откр.21:1-3. Стало быть, это может исполниться только по втором Пришествии, а теперь еще в полном действии о церковном учительстве слова Писания: Мф.28:19; Еф.4:111Кор.12:28.

Краткий толкователь мест Священного Писания

архиепископ Димитрий (Вознесенский) (†1947)

 Ст. 1-4: И увидел я новое небо и новую землю; ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет. И я, Иоанн, увидел святый город Иерусалим, новый, сходящий от Бога с неба, приготовленный как невеста, украшенная для мужа своего. И услышал я громкий голос с неба, говорящий: се, скиния Бога с человеками, и Он будет обитать с ними; они будут Его народом, и Сам Бог с ними будет Богом их; и отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет; ибо прежнее прошло.

Как понимать нам это новое все – и небо, и землю? Будет ли это новое, говоря языком философии, субстанциально новым, т.е. в полном и безусловном смысле новотворением, или только изменением бывших, сохраняющихся в своей основе, но являющихся в новом сочетании и явно лучшем виде? Св. Андрей Кесарийский решительно высказывается за такое второе понимание этого нового мира, ссылаясь на известное место из Послания ап. Павла к Римлянам об освобождении от подверженности тлению твари.

«Ибо, – говорит он, – если тварь ради нас подвергалась тлению, то, по свидетельству апостола, вместе с нами свободится она от работы истления в свободу славы чад Божиих (Рим.8:21), будучи обновляема в блистательнейшем виде, но не подвергаясь окончательному уничтожению, как о сем думали блаженный Антипатр и другие святые». И далее он ссылается на священномученика Иринея, который говорит: «Не истребляется и не уничтожается ни состав, ни существо твари (ибо верен и истинен устроивший ее), но преходит бо образ мира сего (1Кор.7:31), т.е. то, в чем было преступление, ибо в сем обветшал человек, а потому, по Божественному о сем предведению, и образ сей был только на время». Великий Мефодий в слове о воскресении об этом говорит следующее: «Неудобоприятно такое иных рассуждение, что все до основания погибнет и что не будет ни земли, ни воздуха, ни неба; ибо хотя для очищения и обновления весь мир и воспламенится, будучи потопляем огнем, однако не дойдет он до окончательной погибели и истребления». И далее, приведя Рим.8:19-21; Пс.103:30; Ис.65:17-18; Ис.66:22, он заканчивает: «Итак, ради нас бывшая, тварь вместе с нами же последовательно изменится к лучшему, не переходя, как мы по смерти, в небытие».

Стихи 1–2: Иоанн, снова называющий себя по имени, в 21-й главе дает описание нового Иерусалима, и при этом, что касается всей обновленной природы, он говорит совсем обще и коротко, просто обозначая ее как новое небо и новую землю и добавляя, что прежнее небо и земля миновали и что моря уже нет. По связи речи и по изображению дальнейшему, здесь море нужно понимать уже в собственном смысле, так что тайнозритель этим обозначает, что в будущем, рисуемом им, мире ни морей, ни океанов, ни великих, ни малых, уже не будет, откуда опять-таки как будто следует, что суша, наоборот, свое соответствующее место там будет иметь, лишь в ином виде. Самый момент этой перемены старого мира на новый Апокалипсис нам не изображает. «Как будет происходить самое изменение вселенной, – говорит св. Григорий Нисский, – сие должно быть изъято из предметов нашего любопытства». А блаж. Августин в своем сочинении «О граде Божием» пишет: «В мировом пожаре уничтожатся совершенно от огня те свойства тленных стихий, которые соответствовали нашим тленным телам, и мир, обновившись к лучшему, получит полное приспособление к людям, обновившимся к лучшему и по плоти» (XX, 16).

Предсказание песни 20-й главы о приготовлении Невесты Христовой к браку с Агнцем теперь исполнилось: с неба сходит от Бога Новый Иерусалим, приготовленный именно как невеста, украшенная для мужа своего. И вот голос с неба, как бы свидетельство всего горнего мира, громко и возвещает, что это – скиния Бога с человеками. Христианский рай, в отличие от фантастических измышлений древнего и нового мира, представляется нам как не телесное и чувственное, но возвышенно­духовное состояние, и именно как наивысшее блаженство богообщения. Бог есть полнота и совершенство – в отношении всего того наилучшего, что только может изобразить, а также чего и не может вообразить слабое и бледное воображение человеческое. И знаем мы, что в этом бесконечном блаженстве будущего богообщения и око не видело, и ухо не слышало, и не приходило на сердце человеку – все то, что уготовал Господь любящим Его (см.: 1Кор.2:9; Ис.64:4).

Таким-то общением и соединением с Богом и явится этот Новый Иерусалим, изображаемый в 21-й главе, ибо там Бог будет обитать с людьми, и они (уже в полной мере и истинном смысле) будут Его народом, – Сам Бог с ними будет Богом их. И отрет Бог всякую слезу с очей их, т.е., как мы уже знаем, изгладится и до конца, совершенно отойдет не только теперешняя наша скорбь и печаль, но и всякий след печали их, какую унесли они из своей жизни земной, так что все то, чем скорбит человек теперь, там будет радостью и источником неизъяснимого наслаждения и утешения.

И смерти не будет уже. Закон смерти в настоящей нашей земной жизни есть самый сильный из всех законов природы органической. Он представляется даже более сильным, в данном периоде земном, чем самый основной ее и всеобщий противоположный закон – закон жизни, ибо всякая органическая жизнь, необходимо и абсолютно – без исключений, заканчивается на земле смертью; а ведь «хорошо смеется тот, кто смеется последний». Но так это теперь; в том-то и будет первое и коренное отличие в этом не только для человека, но для всей будущей живой природы новом, лучшем мире, что она будет до конца и совершенно живая. Там смерти не будет совсем, как это неоспоримо точно и ясно и сказано здесь в Апокалипсисе. А с этим вместе отойдет и «всякое теперешнее горе и скорбь»: ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее – прошло.

Чем, в самом деле, представляется нам настоящая наша жизнь? Уже издревле назвали ее юдолию (долиною) слез. И такова она и есть – со всякой точки зрения: и с религиозной, как мир падения и греха, а за ними, как обратная сторона монеты, – всевозможных страданий, неудовлетворенности и смерти; и с практически-житейской, как нескончаемый ряд огорчений, разочарований, плача, болезней и всевозможных, неисчислимых бедствий; и, наконец, с философской, где поэтому всегда была сильнейшей философия пессимизма, и чем дальше, тем чаще, устойчивей и крепче. И вот, как тьма исчезает при восхождении солнца – сразу и абсолютно до конца, так и все скорбное и тяжелое – в той будущей жизни. Здесь – неизбежные лишения; там – Бог – абсолютная полнота всего нужного нам. Здесь – разочарования и крушения надежд; там – сплошное море сбытая всех ценных и дорогих нашему сердцу надежд и чаяний, всегдашнее осуществление всего желанного, всего, что раньше было только светлою мечтою. Болезни, очевидно, не будет в том общении со Христом, когда Он и при земной Своей жизни целил всяку болезнь и всяку язю в людех (Мф.4:23), когда исцеление самых неизлечимых недугов давалось от Него простым прикосновением риз. Да в следующей, 22-й, главе указывается и особое, нарочитое средство для исцеления всяких болезней. Какие же могут там быть вопли и плачи, когда там одна сплошная отрада и ликование, когда, как мы недавно приводили, ни глаз наш не видал, ни ухо не слыхало ничего подобного тому, что там уготовано от Бога людям, и именно любящим Его, а потому мы и не можем ни представить этого, ни передать словом, ибо закон психологии тот, что мы и воображать можем лишь то, для чего в наличном нашем земном опыте воспринимали соответствующие элементы. О, дал бы Господь достигнуть этого и жить этим всем любимым нами, как и всем и ненавидящим нас, а с ними и самим нам!..

Апокалипсис в перспективе XX века

Димитрий Владыков, протопресвитер (†1955)

Опровержение сектантских возражений о Церкви.

Сектанты говорят:  
Пастыри и учители нам не нужны (Евр.8:10-11; Иер.31:31-34).
 

Ответ:  
Это пророчество относится к будущему веку (Откр.21:1-3), а в настоящем веке слово Божие сеется пастырями и учителями Церкви (Рим.10:14-15 и др.) и, подобно семени, падает на различную почву и потому дает неодинаковый плод (Мф.13:3-23). Люди познают Господа не разом, а постепенно, по мере распространения благовестия о Христе, Который поставил в Церкви пастырей и учителей, «доколе все придем в единство веры и познания Сына Божия, в мужа совершенного» (Еф.4:11-13).

Зачем сектанты имеют на жаловании пресвитеров, проповедников, издателей сект. журналов и книг? Очевидно, нужда есть в научении, но без Церкви православной «никогда они не могут дойти до познания истины» (2Тим.3:7).

Православная Церковь и сектанты

Аверкий (Таушев), архиеп. (†1976)

  И увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет.

  Здесь говорится не о небытии твари, но о перемене к лучшему, как свидетельствует Апостол: «что и сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих» (Рим.8:21). И Божественный Песнопевец говорит: «как одежду, Ты переменишь их, и изменятся» (Пс. 101:27). «Обновление устаревшего означает не изглаждение и уничтожение, но устранение устарелости и морщин» (св. Андрей, гл.65). Эта новизна неба и земли будет состоять в преобразовании их огнем и в новизне форм и качеств, но не в изменении самой сущности Море как непостоянный и волнующийся элемент исчезнет.

Апокалипсис в учении древнего христианства

Стих: Предыдущий Следующий Вернуться в главу
Цитата из Библии каждое утро
TG: t.me/azbible
Viber: vb.me/azbible