Толкования на Экклезиаст 4:1

И обратился я и увидел всякие угнетения, какие делаются под солнцем: и вот слезы угнетенных, а утешителя у них нет; и в руке угнетающих их - сила, а утешителя у них нет

Каждый день мы жаждем знать новое, но что есть это самое знание, как не прибавление скорби каждодневной? Все, что есть, уже было, и нет ничего нового под солнцем (Еккл. 1:9), но все суета. Екклесиаст говорит, что он возненавидел всю жизнь. Тот же, кто ненавидит жизнь, проповедует смерть. Потому и хвалил он мертвых более, нежели живых, и того почитал блаженным, кто в жизнь эту не пришел и напрасного труда сего не принял. Обратился я, - говорит он, - сердцем моим к тому, чтобы узнать, исследовать и изыскать мудрость и разум, и познать нечестие глупости, невежества и безумия, - и нашел я, что горче смерти (Еккл. 7:25-26), - не потому, что смерть горька, но потому, что горька она нечестивому. Итак, жизнь горше смерти. Ибо более тяжко жить во грехе, нежели во грехе умереть, поскольку нечестивый пока живет, увеличивает грех свой, а если умирает, грешить перестает.

И обратился я и увидел всякие угнетения, какие делаются под солнцем: и вот слезы угнетенных, а утешителя у них нет; и в руке угнетающих их - сила, а утешителя у них нет

И обратился я, и увидел все обиды, какие бывают под солнцем; и вот слезы тех, кои терпят обиду, и нет кто бы утешал их; а в руках обижающих их сила, и нет для них утешителя. После этого размышления, я обратил ум и глаза свои к тому, чтобы посмотреть обидчиков и обижаемых. И вот те, кои несправедливо угнетаются более сильными, протестуя против неправды дела слезами, которые только и дозволяется иметь им в их бедствиях, не могут найти утешителя. И к довершению несчастий, к безутешному своему горю, они видят, что обидчики в неправдах своих очень сильны. И поэтому-то они не могут утешиться. Мысль эту подробнее раскрывает Давид в псалме семьдесят втором и Иеремия в своей книге.

1. И обратился я и увидел всякие угнетения, какие делаются под солнцем: и вот слезы угнетенных, а утешителя у них нет; и в руке угнетающих их - сила, а утешителя у них нет.
...
13. Лучше бедный, но умный юноша, нежели старый, но неразумный царь, который не умеет принимать советы;
14. ибо тот из темницы выйдет на царство, хотя родился в царстве своем бедным.

В Еккл.4:1,13-14 есть замечательные намеки на угнетения и на восстание юноши, который из темницы выйдет на царство, хотя родился бедным; а в Еккл.7:26 - указание, что «горче смерти женщина, потому что она сеть». Не без основания предполагают на основании цитируемых мест и некоторых других, что Екклезиаст был начертываем Соломоном во дни покаяния, когда он уразумел, до какого греха и падения довели его языческие жены его. В это-то время «Axий Силомлянин» объявляет волю Божию Иеровоаму, а Господь последний раз открывается Соломону, чтобы обличить его и объявить ему имеющее постигнуть его наказание (3Цар.11 откровение Божие Соломону, ст. 3Цар.3:11 и сл. и слова и действия Ахии, ст. 3Цар.3:29 и сл.). На горизонте появляется уже «бедный юноша» (Еккл.4:13-14). которому Господь отдает десять из двенадцати колен Израилевых, оставляя сыну Соломона, – и лишь в воспоминание Давида, – одно полное колено Иудино с частью племени Вениамина (3Цар.11:11-13; 3Цар.11:29-36; 3Цар.12:2,23). Соломон, начертывая Екклезиаст, знал об угнетениях, которым подвергался народ, Богом ему вверенный, и скорбел сам об этом, как по нашему мнению доказывает Еккл.4:1: но к несчастью его он по-видимому уже погряз в гаремной жизни, перестал наблюдать за действиями своих управителей и никого не допускал к себе кроме приближенных льстецов и князей, грабивших народ его именем (Такова была часто жизнь восточных деспотов, см. напр. у Геродота о Дейоке I, 98 и 99, и о Смердисе III, 69. (См. заметки в Роуливс. Геродоте.). Прошло то время, когда он сам судил народ свой и «жили Иуда и Израиль покойно» (3Цар.3:16-28; 3Цар.4:20,25). Напротив, судя по словам сына его Ровоама, в последние годы Соломона народ был понуждаем к тяжким работам: «Отец мой наложил на вас тяжкое иго... отец мой наказывал вас бичами» (3Цар.12:14). А Еккл.4:1) говорит: «И обратился я, и увидел всякие угнетения, какие делаются под солнцем: и вот слезы угнетенных, а утешителя у них нет; и в руке угнетающих их сила, а утешителя у них нет». Очевидно, что говоря об угнетающих во множественном числе, Соломон разумеет правителей народа и начальников и приставников, злоупотреблявших своею властью, а под именем утешителя разумеет царя, т.е. самого себя, не исполняющего своих обязанностей, ослабевшего, опутанного кругом сетями своих приближенных.

Нам кажется, что начертывавший эти полные скорби слова Екклезиаста видит и чувствует приближение смерти и, сознавая свое бессилие, со стыдом кается в падении своем и в неисполнении своих обязанностей. Но дух Соломона остается еще бодр, потому что он может сознавать свою слабость и начертывать те мудрые слова, которых главный смысл тот, что Единый Бог – владыка в мире; человек же прах и бессилие. Гордость человеческая есть верх безумия.

В предшествующих главах, доказывая суетность человеческой жизни, Екклезиаст исходил, главным образом, из общих оснований. Теперь он подтверждает свою мысль на частных фактах, делающих счастье человека неустойчивым, временным, случайным.

Ст. 1-3 И обратился я и увидел всякие угнетения, какие делаются под солнцем: и вот слезы угнетенных, а утешителя у них нет; и в руке угнетающих их - сила, а утешителя у них нет. И ублажил я мертвых, которые давно умерли, более живых, которые живут доселе; а блаженнее их обоих тот, кто еще не существовал, кто не видал злых дел, какие делаются под солнцем

Насилие, угнетение сильных и богатых над слабыми и бедными до такой степени проникли во все общество и заразили весь общественный строй, что нравственно чуткий и впечатлительный Екклезиаст почувствовал отвращение к жизни и счел мертвых более счастливыми, чем живых, и еще более счастливыми тех, кто никогда не существовал и не был свидетелем злых дел на земле. Екклезиаст, конечно, не возводит в принцип превосходство небытия над бытием, но, подавленный созерцанием нравственного зла, изливает лишь свои чувства глубокого негодования и отвращения, подобно Иову (Иов. 3:10–13) и Иеремии (Иер. 20:18). В другом месте, спокойно рассуждая, он говорит, напротив, что лучше псу живому, чем мертвому льву (Еккл. 9:4).