Толкования Исход глава 2, стих 15

И услышал фараон об этом деле и хотел убить Моисея; но Моисей убежал от фараона и остановился в земле Мадиамской, и сел у колодезя

И седе при кладязе. Когда же видит, что ленивые пастухи с наглостью отнимают воду, почерпнутую девами, тогда, по правдивости своей, избавляет их от насилия, и из жалости поит овец их. И поелику отец спрашивал дочерей о причине скорого возвращения; то они пересказывают ему о правдивом и сострадательном поступке Моисея. Отец посылает звать его, чтобы пришел вкусить хлеба его, и тем в доме его вознагражден был за благодеяние, какое оказал дочерями его при кладезе. И как Моисей занят был тою мыслью, куда ему идти, и где остановиться; то, как скоро прислал за ним священник, уразумел из сего, что Избавивший его от смерти в реке рукою дочери Фараоновой, и бегством от очей Фараоновых Спасший от рук царя, и теперь вложил священнику мысль, ввести его к себе и сделать женихом дочери своей. Так, Бог избавил Моисея от волхвов, привел его к священнику; не опасался Моисей священника, как не боялся и волхвов; если не получил от них пользы, то не потерпел и вреда. Аарон и Мариам скорбят о том, кем прежде хвалились и величались; а Иофор, видя красоту и верность Моисея, особливо же ради сопутствующего ему Бога, убеждает Моисея взять Сепфору в жену, чтобы, как Иаков освободил дочерей Лавановых от трудов пастырских, так и он освободил Сепфору и сестер ее от подобных же трудов. И взял Моисей Сепфору, и родила она ему двоих сынов; первого он обрезал, а другого Сепфора не дала ему обрезать, надеясь на отца и братьев своих. Ибо она, хотя согласилась быть женою Моисеевою, но не хотела быть единоверною с ним; как дочь священника, воспитанная мясами жертв, привыкла она к почитанию многих богов. И не дозволила ему обрезать обоих сынов, и не отказала в обоих; уступила одного, чтобы на нем совершилось обрезание Авраамово, и отказала в другом, чтобы в нем продолжалось необрезание дома отца ее. Но при наречении имен сыновьям Моисей не сделал угождения ни матери, ни отцу ее; первому дал имя в память его преселения, какое потерпел ради Бога, а другому в память избавления своего от Фараона. По прошествии же сорока лет, проведенных Моисеем в земле мадиамской, умер Фараон, мучивший Евреев, и они успокоились после тяжкого рабства. Воспомянули о завете Божием с Авраамом, и о том, что время уже исполнилось, даже протекло еще тридцать лет, и начали молиться, и были услышаны. И призри Бог на сыны израилевы, и познал Бог, каковы скорби их, и чем уврачевать их.

И услышал фараон об этом деле и хотел убить Моисея; но Моисей убежал от фараона и остановился в земле Мадиамской, и сел у колодезя

Так бежит Моисей от лица царя фараона, чтобы не осквернил его царский двор и не погубило могущество. И ценнее сокровищ Египта стало для него поругание Христово.

Вышел из Египта Моисей и стал пророком, и вернулся к народу, чтобы освободить их души из земли скорби.

И услышал фараон об этом деле и хотел убить Моисея; но Моисей убежал от фараона и остановился в земле Мадиамской, и [придя в землю Мадиамскую] сел у колодезя.

Но так как за то, за что по справедливости надлежало бы удивляться Ему, Он был нечестиво осмеян ими, то Он по необходимости переселился в другую землю, оставив Иудею, в которой и рожден был по плоти, хотя по истине Он не был Иудеем, как Слово, но был свыше, с небеси и от Отца, точно так же как и божественный Моисей рожден был в Египте, но был евреин от евреев, имея благородный и святой корень отеческий. Поэтому, когда единокровные братия порицали его и взвели крайнюю клевету на сделанное им в пользу их самих, тогда он уже переселился в землю Мадиамскую и переправился в страну иноплеменников.
Переправился из земли Египетской в Мадиамскую Моисей; равным образом и Христос перешел из Иудеи в Галилею.

Мадиам, Мадианитяне, земля Мадиамская

Мадиам, Мадианитяне, земля Мадиамская (спор, распря) (Исх.2:15, Деян.7:29) – пустынная местность, лежащая кругом восточной ветви Чермного моря и, как полагают, населенная потомками Мадиама, четвертого сына Авраама и Хеттуры. Они были разбиты Годадом на поле Моава (Быт.36:35).

Земля Мадиамская славилась своими верблюдами (Суд.7:12), и потомки Мадиама имели громадные стада верблюдов и дромадеров (Ис.60:6).

Сюда скрылся от фараона Моисей, здесь женился на дочери священника мадиамского Иофора и здесь жил сорок лет, пася стада своего тестя (Исх.2:16-22).

Очевидно, что мадианитяне были народ кочующий и жили на Синайском полуострове, когда сыны Израилевы расположились станом на равнинах Моавитских.

Мадианитяне, по приглашению моавитян, отправили вместе с ними своих старейшин к Валааму просить его проклясть израильтян. За такое враждебное отношение к евреям они были жестоко наказаны – их цари и мужское народонаселение истреблено; города и крепости преданы огню, их различная собственность, вместе с женами и детьми, принесены на поле Израильское, распределены там Моисеем и Елеазаром между народом (Чис.31:2). При этом, быть может, только некоторая часть мадианитян избегла общего избиения, потому что несколько позже мы видим их нападающими и угнетающими израильтян в продолжение семи лет, пока их не разбил наголову Гедеон (Суд.6:8). Так смирились Мадианитяне пред сынами Израиля, замечает по сему случаю свящ. писатель кн. Судей, и не стали уже поднимать головы своей (Суд.8:28).

После сего название мадианитян встречается очень редко в Свящ. Писании, за исключением разве указаний на их существование в древние времена. Память о страшном поражении, нанесенном Гедеоном мадианитянам, сделалась как бы притчей в последующие века: Сделай им то же, что Мадиаму, что Сисаре, что Иавину у потока Киссона, вопиет к Богу Псалмопевец об отомщении врагам народа Божия (Пс.82:10). Выражение: палатки земли Мадиамской (Авв.3:7) аллегорически означает пределы или жителей Мадиама.

И услышал Фараон о сем деле, и хотел убить Моисея; но Моисей убежал от Фараона, и остановился в земле Мадиамской, и (пришедши в землю Мадиамскую) сел у колодезя.
Ст. 15 Убийством Египтянина, которое дошло до слуха Фараона, Моисей решительно отказался от всех преимуществ своего исключительного положения при дворе Фараоновом и разорвал всякую связь с Егиитом. И в этом нельзя не видеть руки Провидения, которое самое зло, им сделанное, обращало в добро и готовило его для высших целей изгнанием и отрешением от Египетского общества, давшего ему однако все плоды высшего в то время образования. Замечательно, что Фараон хочет «убить» Моисея, а не «казнить». Из этого некоторые комментаторы заключали, что положение его при дворе Египетской царевны было на столько сильно, что он не мог быть взят Фараоном силою (вероятно из Таниса), но что фараон должен был искать средств тайно убить его. При установившейся в последние годы политике Фараонов в отношении народа Израильского, преступление Моисея не могло быть забыто Фараоном.
Ст. 15 Земля потомков Хеттуры от Авраама не была никогда в точности определена. Мы знаем из истории Иосифа, что Мадианиты были племя торговое, хотя, как большая часть Аравитян, оно вело жизнь кочевую, от Иордана до Чермнаго моря, и по всей вероятности имело и оседлые поселения и на Синайском полуострове. Вопрос ставится комментаторами: куда бежал Моисей? на Синайский полуостров, или же далее на восточный берег Еланитского залива (Аккабы), где, как известно (Плиний и впоследствии Абуль-Феда), был город Мадиан? Предание указывает на этот город Мадиан, как на место бегства Моисея, и оно отчасти подкрепляется сведениями, что Египтяне владели большею частию Синайского полуострова, где они разрабатывали весьма для них ценные медные рудники. Но по упоминанию о Хориве, находящемуся в Синайском полуострове (Исх. 3:1), около которого пас овец Моисей, надо думать, что у торговых Мадианитян было поселение на самой южной оконечности полуострова, где находятся около нынешнего Раз-Махомеда две хорошие бухты, очень удобные для торговых сношений по Чермному морю, и для сообщения с восточным берегом Аккабы. В этой местности около Шерма, находятся пальмовые насаждения и остатки поселений, а некоторые древние писатели (указываемые Кнобелем), упоминали об племени Марианитов живших в этих местах. Перемена буквы д. на р. очень обыкновенна при транскрипции Семитических имен, по самому сходству этих двух букв в Еврейском языке.

И услышал фараон об этом деле и хотел убить Моисея; но Моисей убежал от фараона и остановился в земле Мадиамской, и сел у колодезя

Земля Мадиамская, в которую удалился Моисей, отличается в Библии от Синайского полуострова, представляется лежащей за его пределами (Исх. 18:1-6, 27). Ее положение обычно указывают около Эланитского залива, на восточной его стороне, указанием на что служат развалины находившегося здесь города Модиана, или Мадиама. Населявшие данную местность мадианитяне происходили от Авраама через Хеттуру (Быт. 25:1; 1Пар. 1:32). Колодцы, около которых собирались стада со своими пастухами (Быт. 29:2 и д.), являлись в пустыне таким местом, в котором всего скорее можно было встретиться с человеком. С этим расчетом и сел Моисей у колодца.

15. И услышал фараон об этом деле и хотел убить Моисея; но Моисей убежал от фараона и остановился в земле Мадиамской, и [придя в землю Мадиамскую] сел у колодезя.

15. (церк-сл.) Услыша же фараон глагол сей и искаше убити Моисеа. Отиде же Моисей от лица фараонова и вселися в земли Мадиамстей: пришед же в землю Мадиамскую седе при кладязе.

Услыша же фараон глагол сей. Опасение Моисея, что слух о казни Египтянина, вместо того, чтобы распространяться между одними Евреями к их ободрению, дойдет от недовольных им Евреев до Египтян, сбылось. О поступке Моисея доведено было до сведения самого фараона Египтянами, или может быть самими Евреями, которые могли сделать на него донос фараону, с целью отвратить подозрение, не сочувствуют ли они замыслам Моисея.

– Фараон искаше убити Моисея. Решение фараона погубить Моисея могло проистекать из одних политических расчетов. Может быть, ему самому жалко было Моисея, как нареченного сына своей дочери, но опасение, что Моисей возмутит против него его подданных и сам станет во главе восстания, было сильнее всех других соображений и побудило фараона произнесть смертный приговор на Моисея.
– Отиде же Моисей от лица фараонова и вселися в земли Мадиамстей. Главною причиною самопроизвольного удаления Моисея за пределы Египта было нерасположение к нему Евреев. Он убедился, что они еще не готовы воспользоваться его услугами и даже враждебно в отношении к нему настроены и что следственно нельзя же спасать их против их воли. Другою причиною удаления Моисея было опасение за свою жизнь вследствие царского против него гнева. Что, впрочем, его опасение отнюдь не было малодушным страхом, это открывается из слов Апостола Павла: «Верою оставил Моисей Египет, не убоявшись гнева царского, ибо он, как бы видя Невидимого, был тверд» (Евр.11:27). Вера Моисея в обетования Божии о возвращении Евреев в землю Ханаанскую, в соединении с убеждением, что он призван Богом послужить исполнению этих обетований, была в нем так сильна, что он хотя бежал из Египта от гнева царского, но не боялся этого гнева. Он не боялся, чтобы царский гнев мог воспрепятствовать ему быть спасителем Евреев. Он уверен был, что Господь рано или поздно, непременно, имиже весть судьбами, устроит чрез него спасение их. Видимая опасность, угрожавшая его жизни, не поколебала в нем надежды на невидимо бодрствовавший над ним промысл Божий. «Невидимого он как бы видел и был тверд» (Евр.11:27).
– Нельзя не усматривать знамения особенного промышления о нем Божия в том, что обстоятельства, заставившие его оставить Египет, сложились так, а не иначе. Умерщвление Египтянина сделало положение Моисея неопределенным, оно вооружило против него фараона, но и между Евреями не приобрело ему друзей. Моисею оставалось только бежать из Египта. Конечно, это было горько для человека, который всей душою предан был своим единоплеменникам и не дорожил блестящим положением при дворе. Но дела Божии не делаются без самоотвержения. Если бы Моисею сразу удалось привлечь на свою сторону Евреев, это, конечно, было бы ему приятно, но вместе это было бы для него искусительно. Он любит своих единоплеменников, он желает им блага, готов для них на все жертвы, но и они относятся к нему с сочувствием, готовы следовать за ним, повиноваться ему, делить с ним все опасности; он был бы удовлетворен, но кто поручился бы тогда, что его любовь к Евреям вполне бескорыстна, что она не держится только взаимностию? Дело спасения Евреев требовало деятеля, который бы мог послужить ему по одной чистой любви к Богу и Его избранному народу, для того, чтобы не стали потом говорить, что это дело не Божие, а человеческое. И вот Моисей поставляется в такие обстоятельства, которые должны были показать, способен ли он к искренней, бескорыстной любви к Богу и Его народу. Народ, которому Моисей призван послужить, не признает его своим вождем, отказывается от его услуг. Моисей принужден бежать от народа, который за ревность о благе его заплатил ему недоброжелательством, но в удалении от народа Моисею дается случай засвидетельствовать, что он не перестал любить народ, его отринувший, что он в разобщении с ним вздыхает по нем. Нет сомнения, что Моисей воспользовался сим случаем как нельзя лучше. Он научился любить своих соплеменников до готовности за спасение их быть изглаженным из книги живота, как сие показали последствия (Исх.32:32).
– Орудием спасения Евреев надлежало быть лицу, одушевленному не только бескорыстною любовью, но и величайшим смирением пред Богом для того, чтобы успех этого дела никто не дерзал приписать людям, а не Богу. Моисей, как воспитанный во всей премудрости Египетской, мог думать, что в деле освобождения Евреев может на что-нибудь пригодиться его естественная мудрость, мог с некоторым самодовольством помышлять, что не даром так многому научился при дворе Египетском. Но вот обстоятельства располагаются так, что он никакого употребления не мог сделать из своей премудрости, он должен был бежать из общества людей образованных и ученых, на долгое время водвориться среди племени, ведущего простой, пастушеский образ жизни, и усвоить простые привычки этого племени. Мечтам о силе естественной мудрости, конечно, не благоприятствовала такая обстановка, и Моисей среди ее научился так смиренно думать о своих естественных достоинствах, что, когда Господь из Синайской купины повелевал ему идти на спасение Евреев, он отказывался от этой чести и просил Его предоставить ее другому достойнейшему. Но это-то смиренное сознание недостоинства и нужно было для того чтобы быть достойным орудием промышления Божия о Еврейском народе, нужно было, чтобы не только Моисей, но весь народ знал, что от Господа, а не от людей спасение его, и что на одного Господа, а не на человека должно всегда надеяться.

И вселися в земли Мадиамстей. Мадиамляне, среди которых водворился Моисей, были потомки четвертого сына Авраамова от второй его жены Хеттуры (Быт.25:2). Одни из них обитали на юго-востоке от Мертвого моря в соседстве с Моавитянами и служили вместе с ними идолам. Они были врагами Евреев, ибо когда Евреи чрез 38 лет своего странствования в пустыне приблизились к границам земли обетованной, Мадиамляне с Моавитянами, не желая иметь их соседями, старались вовлечь их в любострастие и чрез то в идолопоклонство для ослабления их (Числ.25:6 и др.). Другие из племени Мадиамского жили в каменистой Аравии на Синайском полуострове, близ Эланитского залива Чермного моря. Они не утратили веры в единого истинного Бога, которую наследовали от Авраама, и вели пастушеский образ жизни. Среди этой-то лучшей части Мадиамского племени водворился Моисей.
– Пришедши сюда из Египта, Моисей седе при кладязе – обыкновенное место отдыха для путников на востоке. Дальше ли отсюда он хотел после отдыха продолжать путь, или решился здесь остаться на постоянное жительство, неизвестно. Последнее впрочем вероятнее, судя по тому, что жители этой местности были близки к Моисею, не только по происхождению их от Авраама, но и по религиозному единомыслию.

И услышал фараон об этом деле и хотел убить Моисея…

«Фараон пришел в такой гнев, что готов был обагрить руки свои кровью усыновленного и предать смерти наследника престола своего».

Очень неправдоподобно, учитывая абсолютно деспотичный характер власти египетских фараонов, если не принять к рассмотрению версию об известной египтянам духовной силе Моисея.

Святитель Иоанн Златоуст настаивает именно на том, что обижающий и был тем самым обижаемым, за которого в первый раз заступился Моисей. Фараону стало известно именно «об этом деле», здесь преступление называется не явно «убийством», а неким «делом, действием», от которого потом и наступила смерть надзирателя. И это «дело», эта «способность» Моисея не может не вызывать страха у фараона и его жрецов! Вот фараон и «хотел убить Моисея».

Хотел, но не смог, ибо имя Божие опять защитило Моисея. Сказано: «Имя Господа – крепкая башня: убегает в нее праведник – и безопасен» (Притч.18:11).

Существует предание, что когда Моисея хотели казнить мечом, то меч разлетелся на куски, как от сильного удара по чему-то очень и очень прочному, и часть слуг фараона оглохли, часть ослепли, а часть сошли с ума.

Одни кричали: «Мы ничего не слышим!» Другие кричали, перебивая первых: «Мы ничего не видим!» Третьи же вопили: «Мы ничего не понимаем, мы ничего не можем понять!»

Значительно позже Моисей воскликнет, нарекая имя своему второму ребенку: «А другому имя Елиезер, потому что [говорил он] Бог отца моего был мне помощником и избавил меня от меча фараонова» (Исх.18:4).

Любое чудо – это выход за известный нам порядок вещей, царящий в мире природы. Но даже при таком, выводящем за грани реальности, понимании чуда мы постоянно видим множество чудесных явлений вокруг себя, которых не можем объяснить, понять или осмыслить до конца.

Но законы природы мы только открываем, но не создаем! А Тот, Который является Создателем этих действующих законов природы, именно по праву Создателя может вносить любые коррективы во внешне устоявшийся порядок вещей и утверждать любой иной, но Свой и властный порядок.

но Моисей убежал от фараона и остановился в земле Мадиамской, и [придя в землю Мадиамскую] сел у колодезя

В древности колодцы (колодези) являлись стратегическими миссионерскими точками. Здесь останавливались пророки и апостолы, здесь учил и Сам Сын Божий! Колодцы являлись теми самыми перекрестками караванных торговых путей, где собирались толпы людей! Это как в наше время люди встречаются на «перекрестках» – часто посещаемых интернет-сайтах.

Внешний вид у Моисея был египетский, и это сослужило ему дурную услугу…

В принципе, Моисей, обладая мощной духовной силой, которую он показал позже, во время десяти египетских казней, мог и остаться в Египте, но была и другая причина, зачем он должен был бежать!

Святитель Амвросий Медиоланский пишет:

«Так бежит Моисей от лица царя фараона, чтобы не осквернил его царский двор и не погубило могущество. И ценнее сокровищ Египта стало для него поругание Христово».

То есть процесс освобождения от влияния египетского должен был продолжаться.

Но была и еще одна причина! Почти все вожди еврейского народа в молодости или в течение значительного времени были пастухами: это и Авраам, Исаак и Иаков, это и Моисей, Саул и Давид и др. Святые отцы настаивают на том, что, общаясь с бессловесными стадами, они должны были воспитать в себе качества управлять стадами словесными.

Моисей воспитал в себе подобные качества, и Слово Божие говорит о нем, что «Моисей же был человек кротчайший из всех людей на земле» (Чис.12:3). Как в одном и том же человеке уживались величайшая кротость и крайне обостренное чувство справедливости? Для меня это остается необъяснимым явлением.

Впрочем, в Писании есть отрывок, где подобные качества соединяются. Сказано: «Препояшь Себя по бедру мечом Твоим, Сильный, славою Твоею и красотою Твоею, и в сем украшении Твоем поспеши, воссядь на колесницу ради истины и кротости и правды, и десница Твоя покажет Тебе дивные дела» (Пс.44:4–5). Именно действуя «ради истины и кротости» осуществлял свое служение пророк Божий Моисей.

Блаженный Феофилакт Болгарский писал в толковании на Евангелие от Матфея 5-я глава, 5-й стих:

«Кроткие же суть не те, которые вовсе не гневаются, таковые бывают только лишенные разума, но те, которые могут гневаться, и воздерживаются, а гневаются только тогда, когда должно».