Толкования на Евангелие от Иоанна 12:11

Ст. 9-13 Разуме же народ мног от Иудей, яко ту есть: и приидоша не Иисуса ради токмо, но да и Лазаря видят, егоже воскреси от мертвых. Совещаша же архиерее, да и Лазаря убиют, яко мнози его ради идяху от Иудей и вероваху во Иисуса. Во утрий (же) день народ мног пришедый в праздник, слышавше, яко Иисус грядет во Иерусалим, прияша ваиа от финик и изыдоша в сретение Ему, и зваху (глаголюще): осанна, благословен грядый во имя Господне, Царь Израилев

Как богатство обыкновенно губит людей неосторожных, так равно и власть. Первое доводит до любостяжания, а последняя до безумия. Вот смотри: подчиненные в иудейском народе судят здраво, а начальники – превратно. Что народ веровал во Христа, об этом часто говорят евангелисты, – что мнози от народа вероваша в Него (Ин. 7, 31). А из начальников не веровали. Сами же начальники, а не народ, говорят: еда кто от князь верова в Онь? (Ин. 7, 48). Но кто же? Народ, говорят, иже не весть Бога, прокляти суть (7, 49). Верующих называли проклятыми; а самих себя, убийц, – благоразумными. Так и теперь, увидев чудо, многие уверовали, а начальники не только не удовольствовались своими злодействами, но покушались еще умертвить и Лазаря. Пусть – Христа за то, что Он нарушал субботу, что творил Себя равным Отцу, из-за римлян, как говорите вы; но в чем вы можете обвинить Лазаря? За что его хотите умертвить? Ужели в том его вина, что он получил благодеяние? Видишь, как они склонны к убийству? Много чудес сотворил (Христос), но ни одно до такой степени не ожесточило их, – ни чудо над расслабленным, ни чудо над слепым. Это потому, что чудо над Лазарем и по самой природе своей было удивительнее, и было совершено после многих чудес. Да и поразительно было видеть, что четверодневный мертвец ходит и говорит. А прекрасное, не правда ли, дело для праздника – к торжеству присоединить убийство! Притом же в тех случаях они думали обвинить Христа в нарушении субботы и через то отвлечь от Него народ; а здесь ни в чем не могли обвинить Его, и потому злоумышляют против того, кого Он воскресил. Здесь они не могли даже сказать и того, будто Он противится Отцу, потому что молитва Его заграждала им уста. И так как всегдашний предлог к обвинению теперь у них был отнят, а чудо между тем было явное, то они решаются на убийство. То же самое, конечно, они сделали бы и со слепым, если бы не имели повода к обвинению в нарушении субботы. А кроме того, слепой был незнатен, – и они выгнали его из храма; а этот (Лазарь) был человек знаменитый, как видно из того, что многие собрались утешать сестер его. Да и чудо было совершено в виду всех и самым необыкновенным образом, почему все и спешили посмотреть. Вот то-то и мучило их, что все при наступлении праздника, оставив торжество, идут в Вифанию. Итак, они замыслили умертвить Лазаря, не думая даже о том, что это преступление: до того они были склонны к убийству! Потому-то первоначальный закон начинается с заповеди: не убий (Исх. 20, 13). И Пророк обличает их в этом: руки их исполнены крове (Ис. 1, 15). Но как же Христос, Который открыто не ходил в Иудее и удалился в пустыню, теперь опять смело входит? Своим удалением Он утушил их ярость и возвращается к ним уже тогда, как они успокоились. С другой стороны, они должны были бояться народа, который предшествовал и сопутствовал Ему, потому что ни одно чудо так не привлекло к Нему народ, как чудо над Лазарем. Другой евангелист замечает еще, что народ постилал Ему под ноги ризы своя (Лк. 19, 36) и что потрясеся весь град (Мф. 21, 10) – с такою честию входил Он! А входил Он так для того, чтобы предызобразить одно пророчество и исполнить другое, – так что одно и то же событие служило и началом одного, и концом другого. Слова: радуйся, яко Царь твой грядет к тебе кроток (Мф. 21, 5), означают исполнение пророчества; а что Он воссел на осла – это прообразует будущее событие, именно то, что Он имел покорить Своей власти нечистое племя язычников.

Ст. 10-11 Первосвященники же положили убить и Лазаря, потому что ради него многие из Иудеев приходили и веровали в Иисуса

Замечай, что начальники, кажется, теряют ум и, отовсюду возбуждаемые завистью и не говоря ничего разумного, заботятся только об убийстве, думая вместе с умершим уничтожить и силу чудесного деяния, чтобы прекратить стремление к вере во Христа.

10 Первосвященники же положили убить и Лазаря, 
11 потому что ради его многие из Иудеев приходили и веровали в Иисуса.

Фарисеи же так бесчеловечны, что хотят убить не только Иисуса, но и Лазаря, потому что он для многих послужил поводом ко спасению чрез чудо, над ним совершенное, людей бесхитростных приводя к вере. Так и благодеяние Иисуса для них стало преступлением. Особенно они досадовали на то, что, по случаю наступления праздника, все идут в Вифанию, узнают о чуде и своими глазами видят воскресшего.

Ст. 9-11 Многие из Иудеев узнали, что Он там, и пришли не только для Иисуса, но чтобы видеть и Лазаря, которого Он воскресил из мертвых. Первосвященники же положили убить и Лазаря, потому что ради него многие из Иудеев приходили и веровали в Иисуса.

Из народа, собравшегося тысячами в Иерусалим на пасху, весьма многие пришли в Вифанию видеть бывшего мертвеца Лазаря и многие уверовали в Господа Иисуса. Так праздник пасхи для народа, по суду фарисеев, «проклятого, незнающего закона» (Ин.7:49), стал истинным праздником освобождения от мрака фарисейского и перехода в свет ведения путей Божиих. А чем он был для членов синедриона? Злоба их росла и принимала чудовищные размеры. Они хотели умертвить и Лазаря. «Пусть вы хотите убить Христа, за то, что Он нарушал субботы, что творил Себя равным Богу, из-за римлян, как говорите вы. – Но в чем вы можете обвинить Лазаря? Ужели в том вина его, что получил благодеяние? Видишь, как кровожадны желания их! Много чудес сотворил Христос, но ни одно не возбудило в них такой ярости, ни чудо над расслабленным, ни чудо над слепым. – Это потому, что чудо над Лазарем изумительнее других и было после тех. Совсем невероятно было видеть, что четверодневный мертвец ходит и говорит. А прекрасное было дело для праздника – к (религиозному) торжеству присоединить убийство. – При том же в тех случаях они думали обвинить Христа в нарушении субботы и тем отклонить от Него народ, а здесь ни в чем не могли обвинить Его и потому злоумышляют против Того, кого Он воскресил. – Здесь не могли они сказать и того, будто противится Отцу, потому что молитва Его заграждала им уста» (Златоуст).

Ст. 9-11 Многие из Иудеев узнали, что Он там, и пришли не только для Иисуса, но чтобы видеть и Лазаря, которого Он воскресил из мертвых. Первосвященники же положили убить и Лазаря, потому что ради него многие из Иудеев приходили и веровали в Иисуса

Вот опять люди разделяются от силы Христовой! Одни приходят увидеть Чудотворца и Лазаря, чудо Чудотворца; а другие полагают убить обоих, не только Христа, но и Лазаря. Почему Лазаря? Чтобы таким образом уничтожить и живого свидетеля чудотворения Христова. Но почему они тогда не положили поубивать и всех прочих мужчин, женщин и детей, на коих Господь явил Свою Божественную силу, – всех прозревших слепых, и ставших слышать глухих, и заговоривших немых, и пришедших в себя безумцев, и воскрешенных мертвецов, и очищенных прокаженных, и исцеленных от расслабления, хромоты, беснования, и прочих, и прочих, чудом обретших здравие? Свидетели чудотворной силы Христовой были в городах и весях во всех концах земли израильской. Почему первосвященники положили убить не всех их, а только Лазаря? Не потому, чтобы эти злодеи боялись крови и жалели людей, но только потому, что сие было невыполнимо и для них самих опасно. А Лазаря они особенно хотели убить, ибо его воскрешение, похоже, вызвало большее волнение в Иудее, нежели какое бы то ни было иное чудо Спасителя; затем, и по той причине, что многие люди стремились увидеть Лазаря и, увидев, веровали в Господа Иисуса Христа; а, может быть, еще и потому, что Пасха была совсем близко и они боялись, как бы весь народ, собиравшийся на Пасху в Иерусалим, не отправился в Вифанию посмотреть на оживленного мертвеца и не уверовал во Христа.

Так, пока народ искал спасения, его духовные вожди пытались помешать ему и стезю спасения заградить. Однако весь труд этих злобных вождей народных против дела Божия остался тщетным. Чем больше они подавляли дело Божие, тем больше оно вырывалось на поверхность. И позднее сие ясно обнаружилось в истории Церкви Христовой, и обнаруживается доныне. Целые армии противников Христовой Церкви нападали на нее и извне, и изнутри; а между тем все эти нападения не только не смогли одолеть ее, но и, напротив, именно они помогли ей распространиться и утвердиться в мире. Не могут немощные руки человеческие воевать против Всемогущего Творца и Его дела. То, чего Он хочет, осуществляется вопреки всем противоборствующим силам, адским и земным.

Разуме же народ мног от Иудей, яко ту есть, и приидоша не Иисуса ради токмо, но да Лазаря видят, егоже воскреси от мертвых. Совещаша же архиерее, да и Лазаря убиют, яко мнози его ради идяху от Иудей и вероваху во Иисуса

Ст. 9-10: Иисуса Христа иудеи искали убить за то, что Он будто бы нарушает субботу, что делает Себя равным Богу и что многие уверовали в Него; а Лазаря за что? Не за то что ли, что он ожил? Но что же тут за преступление? Очевидно, это – дело зависти. Иудеи завидовали не только благодетелю, но и тем, кому Он благодетельствовал. Поэтому они и слепорожденного отлучили от синагоги, и теперь совещаются убить Лазаря. Они не только сильно завидовали, но и были готовы на убийство. О них говорил пророк: руки бо вашя исполнены крове (Ис. 1, 15). Сильно раздражало их и то предположение, что множество народа, оставив приближающийся праздник, пойдет ко Иисусу Христу.

Направляя путь свой от Иерихона к Иерусалиму, Иисус Христос за 6 дней до Пасхи, к вечеру пятницы, достиг Вифании. Здесь в доме Симона прокаженного была приготовлена Ему вечеря; устроительницей вечери и служащей во время ее была Марфа; между возлежавшими был тут и брат последней, Лазарь (Ин.12:2), которого Господь воскресил из мертвых  (Ин.11:1-44). На следующий день, в субботу, по прошествии времени субботнего покоя, открылась самая вечеря. И вот, когда гости возлегли вокруг стола, Мария, сестра Марфы, взяв фунт чистого нардового драгоценного миро, подошла к И. Христу и стала возливать миро на главу Его. Потом, увидев, что Господь милостиво приемлет ее дар пламенной веры, любви и благоговения к своему Спасителю, она простирает свое дерзновение далее: она подходит к ногам Иисуса, возливает миро на ноги Его и отирает их волосами головы своей. Тогда один из учеников Его, Иуда, сказал: для чего бы не продать это миро за 300 динариев и не раздать нищим? Сказал же он это не потому, что заботился о нищих, но потому, что был вор (Ин.12:5-6): небольшое общество Иисуса имело общую кассу; ящик, в который опускали деньги лица, помогавшие Господу от своих имений (Лк.8:3), был на хранении и в распоряжении Иуды; пожираемый страстью сребролюбия, Иуда решительно неспособен был понять святой жертвы Марии; он желал бы, чтобы эта жертва дана была ему в распоряжение (чрез что дар Марии не уменьшился бы, по его мнению, так как и в сем случае это был бы дар Господу), и тогда он мог бы приобрести в свою пользу значительную сумму из общей кассы. Предлог, который придумал Иуда для порицания поступка Марии, был очень благовиден: помощь бедным есть одна из первых добродетелей, которые всего более внушал Господь Своим ученикам. Поэтому и прочие апостолы присоединились к суждению Иуды. Но Господь сказал: «Оставьте ее; она сберегла это (т. е. от погребения Лазаря и от воровской руки Иуды) на день погребения Моего. Ибо нищих всегда имеете с собою, а Меня не всегда» (Ин.12:7-8) И к этому присоединил пророчество, которого исполнение мы всегда видим пред собою: «Истинно говорю вам: где ни будет проповедано Евангелие сие в целом мире, сказано будет в память ее и о том, что она сделала» (Мк.14:9).

Описываемое в стихе 9-м случилось между временем прибытия Господа в Вифанию и торжественным входом Его в Иерусалим, а замечание евангелиста в ст. Ин.12:10 и Ин.12:11 относится, может быть, и к предшествующему времени, с самого воскресения Лазаря. Господь с толпами богомольцев, шедших в Иерусалим на праздник, шёл от Иерихона; эти толпы прибыли в Иерусалим, тогда как Господь остановился на время у своих Вифанских друзей (ст. 1 и далее), и принесли весть, что Он идёт в Иерусалим на праздник и остановился в Вифании. Таким образом многие из Иудеев узнали, что Он там: слово Иудеи употреблено здесь, кажется, в том же или по преимуществу в том же смысле, как и всюду почти в этом Евангелии, – в смысле приверженцев старого порядка вещей и потому неблагоприятно расположенных к Господу (благоприятно расположенные отличаются далее от них названием – множество народа, ст. Ин.12:12). Они пришли не только для Иисуса, чтобы, по обычаю, более или менее враждебно наблюдать за Его действиями, но и для того, чтобы видеть и Лазаря и убедиться, что он действительно жив. Может быть, некоторые из этих многих пришли и с доброю целью и не с враждебными против Господа намерениями, но страх пред Синедрионом (Ин.11:57), без сомнения, побуждал их делать то тайком. Из числа этих приходивших в Вифанию ради Лазаря многие убеждались в истине великого чуда, совершенного над ним Господом, веровали в Него как Мессию и из нерасположенных к Нему делались Его последователями и отступились от Синедриона. Это ещё более раздражало главных заправителей делами верховного судилища – первосвященников (см. прим. к Мф. 2 и парал.); они видели, что и послушные им прежде из жителей Иерусалима оставляют их из-за чуда, совершённого над Лазарем, а потому положили убить вместе с Христом (Ин.11:53) и Лазаря, чтобы стереть всякие следы бывшего чуда и страхом заставить народ молчать о нём. Но в посрамление им случилось то, чего они, после сделанных Синедрионом распоряжений (Ин.11:57), конечно, никак не ожидали (ср. Ин.12.19), – торжественный вход Господа, как царя, в Иерусалим и восторженный приём Ему, как Мессии, со стороны народа.

Весьма замечательно выражение 11-го стиха: «ради него (Лазаря) многие из Иудеев приходили». Это место понимается в том смысле, что «идяху от» ex Iudaeis... abibant означает, что они совершенно отошли от той фанатической озлобленной партии, которая обозначена именем Иудеи, отделились вполне от нее и веровали в Иисуса. Вера начала возжигать эти сердца; несомненно, что они соделались первыми учениками Апостолов и первыми членами Иерусалимской христианской церкви, удостоившись воспринять крещение и благодатное освящение Духа Святого. Это частию те умиленные сердцем мужи, о которых упомянуто в Деян.2:38.

Что же делают в это время Иудеи, представителями коих являются теперь уже «первосвященники», т. е. первосвящениическая саддукейская партия, взявшая на себя исполнение окончательного решения Синедриона, постановленного, как мы видели, после выслушания мнения Каиафы? (Ин.11:49,53). Они решаются убить и Лазаря, как бы намеренно и очевидно становясь в ратоборство с Богом, совершившим чудо воскрешения.

На пути к исполнению задуманного с полным сознанием творимого зла преступления, человек уже не останавливается перед числом жертв, а тем менее перед вопросом справедливости. Нет сомнения, что фарисеи и первосвященническая партия (как видно впрочем и из слов Каиафы) перед собственным разумом и собственной совестью бесстыдно сознавались, что убийство Господа Иисуса, как и вновь предположенное убийство Лазаря, не может быть оправдано никакими аргументами или софизмами кроме цели удержания за собою влияния на народ. И позже на этом пути им понадобились другие жертвы, начиная с первомученика Стефана.

Ст. 10-11 Первосвященники же положили убить и Лазаря, потому что ради него многие из Иудеев приходили и веровали в Иисуса

Первосвященники, заметив волнение в народе, видя, как из-за Лазаря, воскрешенного Господом, многие из иудеев удалились от них (ὑπῆγον, в русском переводе неточно – «приходили») и обращались ко Христу, решили умертвить и Лазаря.

Пока Иисус оставался в Вифании, в доме Лазаря, многие из сопровождавших Его от Иерихона успели дойти до Иерусалима и рассказать там, что Иисус идет в Иерусалим на праздник пасхи и остановился на время в Вифании. Услышав эту весть, многие из врагов Иисуса (иудеев) пришли в Вифанию не только наблюдать за действиями Иисуса, но и посмотреть на воскрешенного Им Лазаря. О воскрешении Лазаря все говорили, все стремились увидеть его как несомненное доказательство совершенного над ним необычайного чуда; число уверовавших в Иисуса постоянно росло; даже многие из принадлежавших к враждебной Ему партии иудеев уверовали в Него. Это возмущало первосвященников и фарисеев, и они решили убить и Лазаря, чтобы он не мог более свидетельствовать о всемогуществе Иисуса.