Скрыть

Толкования:

Блж. Феофилакт Болгарский

Ибо хлеб Божий есть тот, который сходит с небес и дает жизнь миру

См. Толкование на Ин. 6:​31

Евфимий Зигабен

Хлеб бо Божий есть сходяй с небесе и даяй живот миру

В собственном смысле хлеб Божий, или Божественный,​ есть Тот, Который сошел с истинного неба и даровал вечную жизнь верующему миру, между тем как тот хлеб давал жизнь на время и не всему миру, а одним только евреям. Под вечной жизнью разумей не просто жизнь, которой будут жить вообще все люди, но жизнь блаженную в вечном наслаждении.

Лопухин А.П.

Ст. 33-34 Ибо хлеб Божий есть тот, который сходит с небес и дает жизнь миру. На это сказали Ему: Господи! подавай нам всегда такой хлеб

Мысль, высказанная в 32-м стихе, обосновывается здесь указанием на то, что вообще хлебом небесным (здесь общее: Божиим) может быть только то, что сходит с неба и дает жизнь всему человеческому роду («​миру​»),​ а не только иудейскому народу,​ как было с манной. Таким образом здесь обозначены качества и действие небесного хлеба вообще,​ и пока еще нет речи о том, что этот хлеб есть Сам Христос. Это видно из заявления народа:​ «Господи! (т. е. господин) подавай нам всегда такой хлеб!» (ср. просьбу самарянки,​ (Ин. 4:​15). ​

Прп. Симеон Новый Богослов

Ибо хлеб Божий есть тот, который сходит с небес и дает жизнь миру

См. Толкование на Ин. 6:57

Свт. Иоанн Златоуст

хлеб бо Божии есть сходяй с небесе и даяй живот миру

См. Толкование на Ин. 6:​28​

Свт. Кирилл Александрийский

Ибо хлеб Божий есть тот, который сходит с небес и дает жизнь миру

«Но Отец Мой дает вам хлеб с небесе истинный:​ хлеб бо Божий есть сходяй с небесе и жизнь даяй миру». ​ Надлежало не только отстранить Моисея от Божественной власти,​ каковую приписывали ему иудеи, и представить его служителем при том чудотворении,​ а не подателем (манны),​ но и само, хотя и совершившееся сверхъестественным образом,​ чудо уже умалить и сравнением с большим показать совершеннейшее его ничтожество. Поэтому представляй опять Христа восклицающим нечто таковое…

Великое считаете вы малым и незначительным и щедродаяние Владыки всего ограничили вы весьма небольшими размерами. Немалое обнаруживаете невежество,​ если манну считаете «хлебом с неба», хотя она в пустыне питала один только народ Иудейский,​ между тем как существуют по всей вселенной бесчисленные другие народы. И вот столь ограниченное благодеяние,​ по вашему мнению,​ Бог желает проявить,​ что подает питание одному только народу. Но то были образы более общих предметов и частное проявление всеобщего благодеяния в качестве как бы предварительного залога. Но когда предстало нам время пришествия истины,​ тогда «Отец Мой дает вам хлеб с неба»,​ который посредством дарования манны был предначертан древним как бы в тенях. Поэтому никто да не думает,​ говорит,​ что то был истинный хлеб с неба, но пусть признает таковым Того, Кому является присущей сила питать всю вселенную и доставлять «​миру»​ совершенную «​жизнь»​.

Таким образом,​ обвиняет иудея за приверженность к тому, что было в образе,​ и за отказ искать красоту самой истины. Ведь ею (красотой истины) не была собственно манна, но Само Единородное Слово Божие, исходящее из сущности Отца, как скоро Оно есть жизнь по природе,​ все животворящая. Поелику рожден от Живого Отца, то и Сам есть жизнь по природе,​ и как скоро животворить есть дело свойственное жизни по природе,​ то Христос животворит все. Чем оказывается для нас хлеб земной,​ не дозволяющий разрушаться слабой природе плоти, тем служит и Он, посредством действия Святого Духа животворя дух наш, – и не это только,​ но и само тело сохраняя к нетлению.

Но если раз уже наши рассуждения дошли до речи о манне, то ничего,​ кажется,​ вредного не будет в том, чтобы сказать что-либо кратко и о ней, из самих Моисеевых книг взяв для подробного рассмотрения написанное о ней. Сделав таким образом тщательнейшее изложение предмета,​ мы правильно рассмотрим все, что надо разуметь о ней. Посредством всего этого мы покажем,​ что манна истинная есть Сам Христос,​ как в прообразе,​ в манне разумевшийся подаваемым древним от Бога и Отца. Начинается откровение о ней так: «В пятнадцатый день, в месяце втором,​ когда вышли они из земли Египта,​ возроптал весь сонм сынов Израилевых на Моисея и Аарона,​ и сказали к ним сыны Израилевы:​ лучше было бы нам умереть пораженным от Господа в земле Египетской,​ когда мы сидели при котлах мяс и ели хлебы до насыщения,​ чем что вы вывели нас в пустыню эту умертвить весь сонм этот голодом»​ (Исх. 16:​1–3). Исторический смысл ясен и вполне очевиден,​ так что, думаю, не требуется никакого исследования для такого простого предмета. Будем же говорить опять, имея в виду одну только духовную сторону.

Итак, находясь еще в стране Египетской,​ израильтяне по Божественному повелению прообразно совершали праздник Христов и, вкусив овна, едва таким образом избежали жестоковластного угнетения фараонова и стряхнули тяжкое ярмо рабства. Потом, кроме того, чудесно перейдя Красное море, оказались в пустыне. И вот в ней, подвергшись голоду,​ они пожелали есть мяса и увлеклись обычным пожеланием хлеба. Так, ропщут они на Моисея и раскаиваются в даре Божием,​ когда надлежало всячески благодарить за это. Поэтому Египет означает ​«потемнение»​ и под ним должно разуметь то, что мы, как бы приписавшись на жительство к стране какой – к состоянию настоящего века и к мирскому положению,​ претерпеваем в этом состоянии жестокое рабство,​ нисколько вообще не работая Богу, а совершая угодное одному только дьяволу,​ – повергаясь в удовольствия нечистой плоти, как бы в грязь или зловонное болото,​ перенося безвозмездный и бесполезный труд и служа, так сказать,​ небезгоремычному сластолюбию.

Но когда закон Божий заговорит в нашем уме и мы уже станем усматривать жестокое рабство в этом, вот тогда-то,​ возжелав удаления от всякого зла, приходим,​ как бы к началу и двери свободы,​ к Самому Христу и потом, напутствуемые посредством Честной Крови безопасностью и благодатью,​ оставляем плотские искушения в этой жизни, как бы какое море бурное и волнующееся,​ и, став вне всякого смятения мирского,​ приходим уже к духовному и чистейшему состоянию,​ поселяясь как бы в пустынной стране. А как не должен оставаться без подвигов добродетели тот, кто воспитывается к ней посредством закона,​ то, когда мы уже окажемся достигшими этого состояния,​ тогда, подпадая испытанию искушений,​ угрызаемся иногда воспоминанием о плотских похотях,​ а потом, при сильнейшем разжигании нас похотью,​ по беспечности часто обвиняем Божественный закон, хотя и призывающий нас к свободе,​ – и, как бы ощутив голод прежних и обычных нам удовольствий и вознерадев о трудах по воздержанию,​ уже не смотрим на рабство в мире как на зло. Да, похоть плоти действительно бывает в состоянии увлечь дух ко всякому малодушию в добре.

​«Сказал же Господь к Моисею:​ вот Я одождю вам хлебы с неба»​ (Исх. 16:4). Весьма ясное указание на эти слова можешь видеть также в изречении псалма:​ ​«Хлеб небесный дал им, хлеб ангельский ел человек»​ (Пс.77:​24–25). Но для всех, думаю, очевидно,​ что под хлебом и пищей небесных сил разумных должен разуметься не другой кто, кроме Единородного от Бога Отца. Следовательно,​ Он есть истинная манна, хлеб небесный,​ подаваемый от Бога Отца всякой твари разумной.

Кроме того, относительно рассматриваемых предметов,​ скажем еще вот что. Обрати внимание на то, как Божественная и вышняя благодать привлекает к себе и разными способами спасает страждущую исконным недугом природу человека. Помысл плоти, западая в душу, наподобие камня сталкивает ее и насильственно влечет к собственному вожделению,​ но Христос снова направляет нас, как бы какой уздою, к пожеланию лучшего и недугующих возводит в боголюбивое состояние. Так вот уклоняющимся в телесные удовольствия Он обещается подавать пищу с небес, очевидно,​ утешение чрез Духа, манну духовную. Посредством нее мы укрепляемся во всяком терпении и мужестве и приобретаем силу не падать по немощи в неподобающее. Так укрепляла нас в благочестии и некогда манна духовная,​ то есть Христос.

… Вот поэтому-то и справедливо обличает Христос безмерно сумасбродствовавших иудеев,​ думавших,​ что манна дарована была древним от премудрого Моисея,​ и на этом останавливавшихся в понимании этого повествования,​ но совершенно не уразумевавших прообразовательного значения его, – в словах (обличает Христос):​ ​«Истинно говорю вам: не Моисей дал вам» манну. Ведь, напротив,​ им надлежало иметь в виду и понимать,​ что Моисей внес в это (чудо) одно только посредствующее служение свое. Дар этот был не обретением руки человеческой,​ но делом вышней благодати,​ в чувственных предметах описывающей духовное и указующей нам на хлеб небесный,​ дающий жизнь всему миру, а не питающий,​ как бы по предрасположению,​ один только народ Израильский.

​Толкование на Евангелие от Иоанна. Книга III.

Стих: Предыдущий Следующий Вернуться в главу
Цитата из Библии каждое утро в Telegram.
t.me/azbible