Толкования на Евангелие от Иоанна 8:16

Ст. 15-19 вы по плоти судите, Аз не сужду ни комуже: и аще сужду Аз, суд Мой истинен есть, яко един несмь, но Аз и пославый Мя Отец: и в законе же вашем писано есть, яко двою человеку свидетелство истинно есть: Аз есмь свидетелствуяй о Мне Самем, и свидетелствует о Мне пославый Мя Отец. Глаголаху же Ему: где есть Отец Твой; Отвеща Иисус: ни Мене весте, ни Отца Моего: аще Мя бысте ведали, и Отца Моего ведали бысте

Вы по плоти судите (ст. 15). Как жить по плоти – значит худо жить, так и судить по плоти – значит судить несправедливо. Аз не сужду ни комуже. И аще сужду Аз, суд Мой истинен есть (ст. 15–16). Эти слова значат: вы судите несправедливо. Но если мы несправедливо судим, могли сказать они, то почему Ты не обличаешь нас, почему не наказываешь, почему не осуждаешь? Потому, отвечает Он, что Я не для этого пришел. Это именно и значат слова: Аз не сужду ни комуже. Но и аще сужду Аз, суд Мой истинен есть. Если бы Я захотел судить, то вы были бы в числе осужденных; но и это говорю Я, продолжает Он, не с тем, чтобы судить. Впрочем, не потому Я сказал: говорю не с тем, чтобы судить, будто бы не надеялся уличить вас, если бы стал судить; нет, если бы Я стал судить, то справедливо осудил бы вас; но потому, что теперь не время суда. Далее Он сделал намек и на будущий суд, сказав: яко един несмь, но Аз и пославый Мя Отец (ст. 16), и вместе указал, что не Он один осуждает их, но и Отец. Затем прикрыл это, приводя во свидетельство о Себе: и в законе же вашем писано есть, яко двоих человеков свидетельство истинно есть (ст. 17).

Что бы сказали здесь еретики? Что Он имеет большего пред людьми, если эти слова будем разуметь просто? По отношению к людям так определено потому, что никто один и сам по себе не заслуживает доверия. Но в отношении к Богу может ли это иметь какое-либо значение? Почему же сказано: двоих? Потому ли двоих, что они – два или что они люди? Если потому, что они – два, то почему Он не прибег к Иоанну и не сказал: свидетельствую о Себе Я, и свидетельствует обо Мне Иоанн? Почему не к ангелу? Почему не к Пророкам? Ведь Он мог бы найти множество и других свидетельств. Но Он хочет показать не только то, что два, но и то, что Они одного и того же существа. Глаголаху же Ему: где есть Отец Твой? А Он отвечает: ни Мене весте, ни Отца Моего (ст. 19). Так как они, зная, говорили как незнающие и как бы искушали Его, то Он и не удостаивает их ответа. Поэтому-то, наконец, Он говорит обо всем яснее и с большим дерзновением, имея о Себе свидетельство в знамениях и в учении Своих последователей (и зная), что уже близок крест. Вем, говорит Он, откуду приидох. Это не очень тронуло их; но следующие затем слова: и камо иду более устрашили их, потому что показывали, что Он не пребудет в смерти. Но почему Он не сказал: знаю, что Я – Бог, но: вем, откуду приидох? Он всегда примешивает уничиженное к высокому и об этом последнем говорит прикровенно. Так, сказав: Аз свидетельствую о Себе и доказав это, Он перешел к словам уничиженнейшим, как бы так говоря: Я знаю, от Кого Я послан и к Кому возвращаюсь. В этом случае (иудеи) ничего не могли возразить, потому что слышали, что Он от Него послан и к Нему отходит. Я, говорит, не сказал ничего ложного: откуда Я пришел, туда и отхожу, – к истинному Богу. Но вы не знаете Бога. Поэтому судите по плоти. Вы слышали столько свидетельств и доказательств, и еще говорите: несть истинно. Моисея вы признаете достоверным, как в том, что говорит он о других, так и в том, что говорит о себе; а Христа – нет. Это значит судить по плоти. Но Аз не сужду ни комуже. Между тем в другом месте Он сказал: Отец не судит ни комуже (5, 22). Как же здесь говорит: и аще сужду Аз, суд Мой истинен есть, яко един несмь (8, 16)? Опять Он говорит применительно к их мнению. То есть суд Мой есть суд Отца. Не иначе судил бы и Отец, если бы стал судить, нежели как и Я сужу. И Я не иначе сужу, как судил бы и Отец. Но для чего Он упомянул и об Отце? Для того, что они не признавали Сына достойным веры, если Он не будет иметь свидетельства от Отца. В ином смысле эти слова не имеют силы. У людей свидетельство тогда бывает истинным, когда двое свидетельствуют в чужом деле. В этом состоит свидетельство двоих. Если же кто сам будет свидетельствовать о себе, то это уже не свидетельство двоих. Видишь ли, что Он сказал это не для чего другого, как для того, чтобы показать свое единосущие (с Отцом), показать, что Сам по Себе Он не имеет нужды в постороннем свидетельстве и что Он ничем не меньше Отца? В самом деле, смотри, какая самобытность: Аз есмь свидетельствуяй о Мне Самем, и свидетельствует о Мне пославый Мя Отец (ст. 18). Не мог бы Он сказать этого, если бы по существу был меньше. А чтобы ты не подумал, что это сказано ради числа, – заметь власть, ничем не отличную (от власти Отца). Человек свидетельствует тогда, когда сам по себе заслуживает доверия, а не тогда, когда имеет нужду в свидетельстве, и свидетельствует в чужом деле; а в своем деле, когда нуждается в свидетельстве другого, он уже не заслуживает доверия. Но здесь – совсем напротив. И свидетельствуя в своем деле и говоря, что о Нем свидетельствует другой, Он называет Себя достоверным, показывая в том и другом случае Свою самобытность. В самом деле, для чего, сказавши: един несмь, но Аз и пославый Мя Отец, и также: двоих человек свидетельство истинно есть, – не перестал говорить, но присовокупил: Аз есмь свидетельствуяй о Мне Самем? Очевидно, для того, чтобы показать Свою самобытность. И наперед Он сказал о Себе Самом: Аз есмь свидетельствуяй о Мне Самем. Этим Он показывает и равночестность Свою (с Отцом), и вместе то, что нет никакой пользы для тех, которые говорят, что знают Бога Отца, между тем не знают Его. А это, говорит, зависит от того, что не хотят Его познать. Поэтому-то и говорит, что без Него невозможно познать Отца, чтобы хотя таким образом привлечь их к познанию Его. Так как они, оставляя Его, всегда старались узнать Отца, то Он говорит: не можете познать Отца без Меня. Таким образом, те, которые хулят Сына, не Его только хулят, но и Родившего Его.

А если и сужу Я, то суд Мой истинен, потому что Я не один, но Я и Отец, пославший Меня

Не как не имеющий способности Сам по Себе судить праведно говорит эти слова Сын, ибо засвидетельствовал о Нем и Псалмопевец, в Духе говоря: «Бог Судия праведный» (Пс. 7:12), – а что нет другого судьи, кроме Него, свидетелем этого пред нами выступает Он Сам в Евангелиях: «Ибо Отец, - говорит Он, - не судит никого, но весь суд дал Сыну» (Ин. 5:22). Неужели же как не могущему судить правильно Бог и Отец дал Ему суд? Но, думаю, признаком крайнего неразумия должно считать такое мнение о праведности Отца, то есть Сына. Ведь Отец знал Свое Рождение, дал Ему суд и чрез это дарование (Ему суда) ясно свидетельствует Его способность судить правильно. Поэтому совершенно очевидно, что не как бессильный в праведном суде Он говорит о соприсутствии Отца Его суду, но изречение это заключает в себе сходное предыдущему и ему соответствующее созерцание. Что же хочет выразить оно, об этом скажем ясно. «Вы, - говорит, - вожди и учители иудеев, совершили надо Мною лукавый и неправеднейший суд. По причине одной только плоти почитаете должным считать Меня за ничто, хотя Я Бог по природе. Я же, начав судить вас, вынесу не такой приговор на вас. Не буду считать вас достойными наказания за то, что вы – по природе люди. Но, имея Отца во всем соблагоизволителем и сосудьею, осужу вас правильно – за какую вину? За то, что вы не приняли Пришедшего с неба, Посланного к вам от Отца непрестанно оскорбляете и Меня, пришедшего для спасения всех, уничижаете ради одной только плоти, далеко отталкивая всегда любезный вам закон. В самом деле, где, скажи мне, Моисей повелевает осуждать кого-либо только за то, что он есть по природе человек? Итак, неправедно вы и судите и рассуждаете. Вы не имеете на это согласия со стороны закона, но одиноко дерзаете на нечто ужасное, не владея соизволением Божественной воли. Я же не так, ибо во всем, касающемся осуждения вас имею в Себе Самом Отца в качестве Содеятеля и Соблаговолителя и (потому) сужу праведнейший суд, предавая запустению всю вашу страну и осыпая ее бедствиями войны, а кроме того, и удаляя из самого Царства Небесного столь неистовствующих против Желающего спасать и по этой причине Пришедшего в человеческом виде».

А если и сужу Я, то суд Мой истинен, потому что Я не один, но Я и Отец, пославший Меня

Потом, как бы кто сказал: «Если мы, иудеи, судим несправедливо, то почему не наказываешь, почему не осуждаешь?» А Он говорит: «Я не за тем пришел, чтобы судить. Я ныне не сужу никого; а если и сужу, то суд Мой истинен, и если бы Я захотел судить, вы были бы осуждены. Ныне же вы остаетесь без осуждения не потому, будто Я не могу осудить вас, но потому, что ныне не время, так как осуждение на вас Я сберегаю до второго Пришествия».

Так и в другом месте Он говорит: «Я пришел не судить мир, но спасти» (Ин.12:47). А что Судия всех есть Он, слушай неложные уста: «Отец весь суд отдал Сыну» (Ин.5:22). Посему, когда слышишь: «Я не сужу никого», то разумей сии слова не о будущем Пришествии, а о первом.

Сказав «Я не один только, но и Отец Мой со Мною», Он объявил: не один только Я осуждаю вас, но и Отец. Ибо не иначе сужу Я, и иначе судит Отец, но – как Я, так и Он, и как Он, так и Я.

Ст. 16-18 А если и сужу Я, то суд Мой истинен, потому что Я не один, но Я и Отец, пославший Меня. А и в законе вашем написано, что двух человек свидетельство истинно. Я Сам свидетельствую о Себе, и свидетельствует о Мне Отец, пославший Меня.

Новое опровержение замечанию иудеев: Он свидетельствует Сам о Себе. Свидетельство Его – свидетельство не Его одного. Посланник Отца небесного находится в постоянном общении с Пославшим Его. Потому слова Посланника о Себе – слова не Его одного, а вместе и голос Пославшего. Общение Отца с Сыном совершается в незримой области духа: тем страшнее касаться дерзкими суждениями до свидетельства Сына. «И в законе вашем написано, что свидетельство двух человек истинно», говорит Спаситель. Сын Божий стоит выше меры человеческой правды, да и закон о свидетелях введен только для грешного человечества; иначе свидетельство чистой совести – верное свидетельство. Такое значение имеют выражения: «в вашем законе», «человеки». Но препираясь с упорством жалких иудеев, Господь вызывает против них и отзыв уважаемого ими закона. Они все меряют буквою закона. Пусть так! Но Он и Отец, человек и Бог – не два ли свидетеля? Сын свидетельствует о Себе словами; Отец небесный свидетельствует чудесами, совершающимися во славу Сына.

И аще сужду Аз, суд Мой истинен есть

т.е. верен, справедлив, и Я, значит, справедлив осуждая вас. Затем говорит, почему Его суд истинен.

Яко един несмь, но Аз и пославый Мя Отец

потому что не один только Я сужу, но Я и Отец, так как все у Нас общее, – и что сужу Я, то судит и Отец (так как у обоих Их, как выше было сказано, одна воля). Таким образом, и Отец осуждает вас за то, что вы не верите Его Сыну, Которого Он послал.

Вы судите по плоти; Я не сужу никого.  А если и сужу Я, то суд Мой истинен, потому что Я не один, но Я и Отец, пославший Меня.

– Вы су́дите по плоти: в возражении фарисеев лежало уже суждение о Господе и даже осуждение Его; не признавая Его самосвидетельства, они тем самым считали Его простым человеком и таким образом судили о Нём по плоти, – по низшей стороне Его богочеловеческого существа, по Его рабию зраку, и не узнали в Нём Мессию своего, «смотря только на Его видимое и не представляя ничего высшего и духовного» (Евф. Зиг., ср. Феофил.), и судя таким образом по плотскому чувственному направленно своего духа (Ин.6:63 и прим.). «Как жить по плоти значит худо жить, так и судить по плоти значит судить несправедливо» (Злат.).
– Я не сужу никого, а если и сужу и пр.: не сужу по Своей только воле, отдельной от Отца, как вы поступаете, а сужу согласно с волею Отца Моего Бога, и потому суд Мой праведен и истинен, не как ваш суд по плоти. То же учение, которое прежде раскрывал Христос, говоря о единстве Своём с Отцом (Ин.5:30 см. прим.). Заключение (невысказанное), вытекающее из сих слов, то, что если Он свидетельствует о Себе и высказывает такое суждение Своё о фарисеях, то свидетельство Его и суждение Его верно, истинно.

А если и сужу Я, то суд Мой истинен, потому что Я не один, но Я и Отец, пославший Меня

Если же Христос со временем и будет судить, то Его суд будет вполне правильным и истинным судом, так как это не будет суд по плоти. Суд фарисеев не заслуживает и названия «суда», Христов же суд вполне истинен, потому что Христос постоянно пребывает в тесном общении с Отцом.

«Если Я и Сам о Себе свидетельствую, то и в таком случае свидетельство Мое истинно, – сказал Иисус, – потому что Я знаю, откуда пришел и куда иду. Вы судите по человечеству Моему, по плоти Моей, и считаете Меня только Человеком, поэтому-то вы и заблуждаетесь и требуете от Меня иного свидетельства. Дела Мои должны вас вразумить, что ими свидетельствует о Мне Отец Мой, пославший Меня в мир, и что, таким образом, о Мне свидетельствуют двое, Я Сам и Отец, а свидетельство двух даже и по вашему закону считается истинным. Но пусть будет так, как будто Я Сам свидетельствую о Себе; и в таком случае свидетельство Мое истинно, потому что Я знаю, что Я пришел от Бога, и к Нему иду: может ли быть ложным такое свидетельство? Я не сужу никого, так как пришел спасать грешников, а не судить; а если и сужу Я о Себе, то суд Мой истинен, потому что Я не один, но Я и Отец, пославший Меня».

Слыша уже много раз речь Иисуса об Отце и притворяясь непонимающими, фарисеи спросили Его: где Твой Отец?

«Если бы вы знали Меня, то знали бы и Отца Моего, – сказал Иисус, – но так как вы не хотите познать Меня, не знаете Меня, то не знаете и Отца Моего».

Позднее, в прощальной беседе с Апостолами, на просьбу Филиппа – покажи нам Отца, – Иисус сказал: Видевший Меня видел Отца, так как Я в Отце и Отец во Мне (Ин.14,8-10). На вопрос же фарисеев Иисус не стал повторять сказанное Им много раз о Своем единосущии с Отцом, а ограничился лишь указанием, что они не могут знать Отца потому, что не хотят знать Сына.

Но и из этих слов фарисеи могли вывести заключение, что Иисус приравнивает Себя к Богу, и потому могли бы считать эти слова достаточным поводом к обвинению и аресту Его; однако никто не взял Его, потому что, как объясняет Евангелист, еще не пришел час Его.