Толкования на Евангелие от Марка 4:32

а когда посеяно, всходит и становится больше всех злаков, и пускает большие ветви, так что под тенью его могут укрываться птицы небесные

Зерно - вещь дешевая и простая: если его размолоть, изольет свою силу. Так и вера: поначалу с виду кажется простой, но если затопчут её ногами противники, то изольет свою благодатную силу, так что благоуханием её наполнятся как те, кто услышал, так и те, кто читает о ней. Зерно горчичное - наши мученики: Феликс, Набор и Виктор. В них было благоуханье веры, хотя они жили в безвестности. Пришло гонение, и сложили оружие, склонили свои шеи, и под ударом меча до скончания мира утвердили благодать своего мученичества, дабы по справедливости говорилось: …по всей земле прошел голос их (Рим. 10:18, Пс. 18:5). Сам Господь есть зерно горчичное. Он был свободен от несправедливости, однако, подобно горчичному зерну, никем не замеченному, народ Его не познал (ср. Ин. 1:1, 1Кор. 1:21, 2:8). Он предпочел быть растоптанным, чтобы могли мы сказать: Мы Христово благоухание Богу (2Кор. 2:15).

а когда посеяно, всходит и становится больше всех злаков, и пускает большие ветви, так что под тенью его могут укрываться птицы небесные

Как матери кафолической Церкви быть с теми, кто воюет против нее - ведь они ее сыновья? Она - как огромное дерево, ветви которого простираются на весь мир; и вот в Африке отломился сучок. Она же рождает их в муках, дабы к корню вернулись, без которого истинно жить не могут.

а когда посеяно, всходит и становится больше всех злаков, и пускает большие ветви, так что под тенью его могут укрываться птицы небесные

Это зерно горчичное в душе нашей так посеем, чтобы выросло в нас великое дерево разумения, чувства устремились бы к небу, по ветвям распространилось бы знание, и уста возгорелись острым вкусом плода; чтобы огонь его семени настолько воспылал в нашей груди, что очистил бы нас своим вкусом от всякой невежественной мерзости… Как Господь говорит, Царствие Божие подобно зерну горчичному. Христос есть Божие Царство. Подобно зерну горчичному, Он был посеян в саду чрева Девы и возрос в древо креста для всего мира. Пройдя ступу страстей, Он принес плод такого вкуса, что, прикоснувшись к Нему, все живое Ему уподобляется. В горчичном зерне, пока оно не тронуто, существует скрытая сила, но если его размолоть, она выступает со всей очевидностью. Так и Христос захотел пострадать телесно, ибо не захотел использовать силу… Более того, сделал Он все, чтобы Собою восстановить всех. Христос-человек принял зерно горчичное, то есть Царство Божие принял Христос-человек, а Христос-Бог имел его всегда. Он посеял его в Своем саду… Сад этот - плугом Евангелия возделанный мир. Обнесен он столбами учения, трудами апостолов очищен от всяческих сорняков; восхищает верующих насаждениями: лилиями девственности и розами мученичества, свежестью; и благоухает цветами вечности. Такое зерно горчичное Христос посеял в Своем саду, дав обещание Царства. Оно пустило корни у праотцов, взошло у пророков, выросло у апостолов и в Церкви превратилось в могучее дерево, простирающее бесчисленные ветви с дарами… Возьми крылья евангельского голубя - серебристые, как в пророчествах, облачись в перья, отражающие сияние божественного солнца, и взлети в золотом сиянии, дабы во множестве этих ветвей пребывать тебе вечно в покое, в столь безопасном пристанище, не боясь уже чьих-то силков, после полета, который стоит того!

Ст. 30-34 И сказал: чему уподобим Царствие Божие? или какою притчею изобразим его? Оно - как зерно горчичное, которое, когда сеется в землю, есть меньше всех семян на земле; а когда посеяно, всходит и становится больше всех злаков, и пускает большие ветви, так что под тенью его могут укрываться птицы небесные. И таковыми многими притчами проповедывал им слово, сколько они могли слышать. Без притчи же не говорил им, а ученикам наедине изъяснял все

Мало слово веры: потому что следует только уверовать во Христа, и ты спасешься. Видишь, что слово сие столь же мало, как и горчичное зерно. Но посеянная на землю проповедь слова расширилась и разрослась, так что на ней покоятся птицы небесные, то есть все люди с выспренним и горним умом и знанием. В самом деле, сколько мудрых успокоилось на этой проповеди, оставив эллинскую мудрость! Таким образом проповедь сделалась больше всего и пустила великие ветви. Ибо апостолы как ветви разошлись: один - в Рим, другой - в Индию, третий - в Ахаию, прочие же - в другие страны земли. Господь говорит народу многими притчами, предлагая притчи сообразно с состоянием слушателей. Поскольку народ был прост и неучен, то поэтому напоминает ему о горчичном зерне, о траве и семени, дабы известными ему и обыкновенными предметами научить его чему-либо полезному или заставить его подойти и спросить, и по вопросе разуметь непонятное. Так, ученикам объяснял Он все наедине, поскольку они прямо приступали к Нему и спрашивали. Объяснял же все только такое, о чем они спрашивали и чего не знали, а не вообще все, даже и ясное. Ибо когда уразумевали то, о чем спрашивали, то из этого становилось ясно для них и другое, и таким образом разрешалось для них все.

Ст. 30-32 И сказал (Христос): чему уподобим Царствие Божие?.. Оно — как зерно горчичное, которое, когда сеется в землю, есть меньше всех семян на земле; а когда посеяно, всходит и становится больше всех злаков, и пускает большие ветви, так что под тенью его могут укрываться птицы небесные

Зародыш Божия Царства в душе человека всегда ничтожен, совсем ничтожен, мал, как горчичное семя. Это потому, что душа в миру обуревается стихией мира, отличной от стихии Божией, и вся она заполнена мирскими вещами, а Божие семя в ней теряется, и оно мало и ничтожно, как горчичное зерно. А когда это малое семя тобою будет укреплено, и ты станешь на сторожбу его малого побега, и Господь Своей творческой силой будет творить в тебе обновленного человека, тогда малое семя пойдет в бурный рост, и быстро, быстро раскинет ветви и будет глушить сорные травы, и захватит все пространство, весь мир души. И вот, когда душа заполнится обильными и сочными ветвями Божией благодати, на нее ложится тень рая. Зной страстей уже не сушит добра. В животворящей прохладе благодати задерживается и зреет все небесное, духовное, как птицы небесные охотно укрываются в тени древесных ветвей.

В данном отделении ев. Матфей передает 7 притчей:
а) о сеятеле и семени (Мф.13:3-9,18-23),
б) о плевелах между пшеницею (Мф.13:24-30,36-43),
в) о зерне горчичном (Мф.13:31-32),
г) о закваске (Мф.13:33),
д) о скрытом на поле сокровище (Мф.13:44),
е) о драгоценной жемчужине (Мф.13:45-46) и
ж) о неводе (Мф.13:47-50).

Ев. Марк здесь же передает только три притчи:
а) о сеятеле и семени (Мк.4:3-9,13-20),
б) о семени, по действию земли произрастающем и созревающем (Мк.4:26-29), и
в) о зерне горчичном (Мк.4:30-32).

А ев. Лука передает здесь только одну притчу – о сеятеле и семени (Лк.8:5-8,11-15).

Что в данный раз Иисус Христос произнес не одну, а несколько притчей, это видно из указания ев. Матфея (Мф.13:3) и Марка (Мк.4:2,33), что Иисус Христос в данном случае учил народ притчами много. После первой притчи, которая имеется у всех трех евангелистов, ученики приступили к Иисусу с вопросом: «для чего притчами говоришь им» (Мф.13:10)? «Чтобы значила притча сия» (Лк.8:9 ср. Мк.4:10)? Первая половина ответа Господа на вопрос учеников, почему Он говорит к народу притчами, показывает, что этот ответ должен был быть сказан вслух только учеников. Иисус Христос предложил приточные изречения о свече, которую не ставят под сосуд, а на подсвечник, чтобы входящие видели свет, и о том, что нет ничего тайного, что не сделалось бы явным (параллельные изречениям Мф.5:15, Мф.7:2, Мф.10:26, Мф.13:12, Мф.25:29). В этих изречениях Иисус Христос или выражает цель, с которою он говорит в притчах: не для того, чтобы скрыть, но чтобы открыть истину; или же указывает цель, для которой Он вообще просвещает учеников светом Своего слова: для того, конечно, чтобы они после и в слове и в жизни своей открывали миру то, чему теперь научаются от Господа. Так как впоследствии откроется, как кто слушал, то они должны наблюдать за собой, как они слушают (Лк.8:16-18), и возможно тверже запечатлеть в сердце своем то, что они слушают (Мк.4:21-25). После всех притчей о царствии Божием Иисус Христос, по ев. Матфею (Мф.13:51-52), предложил еще притчу о благоразумном книжнике, ученике царствия Божия, который из сокровищницы своей выносит старое и новое (Мф.13:52). Этою притчею Он дал ученикам наставление, чтобы и они, проповедуя Евангелие, выносили из сокровищницы своих знаний и употребляли в дело и старое, по-видимому, ничего не стоящее, всем известное (напр., посев, закваска и пр.), и новое – новые христианские понятия, для которых то старое служило образом. – Ев. Марк после всех изложенных у него притчей (Мк.4:33-34), а ев. Матфей после четырех притчей, произнесенных вслух всего народа (Мф.13:34-35), делает замечание, что в данное время Иисус Христос говорил народу притчами и без притчи не говорил им. В этом ев. Матфей видит исполнение слов Пс.77:2, принадлежащих Асафу. Асаф в 2Пар.29:30, называется пророком. Как пророк, он является прообразом Мессии, и слова его о себе евангелист применяет к И. Христу.

Цель притчей Христовых заключается, прежде всего, в том, чтобы посредством образа, взятого из видимой природы или круга человеческих действий, яснее и живее изобразить истину; отвлеченная духовная истина чрез притчу делается как бы созерцаемою чувственными глазами и доступною осязанию; плотяный ум человеческий, постоянно привязанный к этому дольнему миру и чрез то неспособный вдруг возвыситься до чисто-духовной области, постепенно ведется к миру горнему по образам притчи, как бы по ступеням знакомой лестницы. Но притчи Христовы имеют и другую цель, которая достигается одновременно и которая совершенно противоположна первой, именно: скрыть истину от недостойных и неспособных, оценить и воспринять ее. 

Предмет притчей Христовых есть царствие Божие, царство Мессии.

Ст. 30-32 И сказал: чему уподобим Царствие Божие? или какою притчею изобразим его? Оно – как зерно горчичное, которое, когда сеется в землю, есть меньше всех семян на земле; а когда посеяно, всходит и становится больше всех злаков, и пускает большие ветви, так что под тенью его могут укрываться птицы небесные

Третья притча – о горчичном зерне; см. комментарии к Мф.13:31-32:

"Черная горчица и в диком, и в культивированном состоянии часто достигает высоты 8–12 футов, на это растение часто садятся разные маленькие птички, которые порхают по его тонким веткам, выщипывая семя, ими любимое."

«Чему уподобим»… Господь здесь говорит как Учитель, Который мыслит себя на одном уровне со Своими учениками, чтобы побудить их также принять участие в Его умственной работе, заставить и их серьезно подумать о том, что занимает Учителя. Господь имеет здесь в виду весь окружающий Его народ, а не одних только апостолов.

Ст. 31-32 Оно – как зерно горчичное, которое, когда сеется в землю, есть меньше всех семян на земле; а когда посеяно, всходит и становится больше всех злаков, и пускает большие ветви, так что под тенью его могут укрываться птицы небесные

Оно, т. е. царствие Божие, как зерно горчичное и пр. Эта притча читается в Евангелии Матфея почти так же, как здесь и у Марка (Мф. 13:31 и дал.). Горчичное зерно, т.е. растение, вырастающее из сего зерна, о котором говорит Господь в притче на востоке и в Палестине, где Он жил, совершенно не такое, какое известно у нас под этим названием. У нас оно относится не к деревьям, а к злакам, и бывает однолетнее и невелико. Там же оно имеет вид дерева довольно большой величины, и на нем могут укрываться птицы, как и говорит Господь: и бывает более всех зелий и пр. Но самое зерно, из которого вырастает горчичное дерево, очень мало, так что, когда Евреи хотели обозначить какую-либо малую вещь, то обыкновенно говорили, что она с горчичное зерно.

Что же значит эта притча Христова о горчичном зерне? Господь не объяснил ее, равно как не объяснил и притчи о семени. Но вот как объясняют ее св. отцы и учители церкви. Горчичное зерно в притче означает Церковь Христову, т. е. общество христиан, а рост сего дерева означает распространение Церкви по земле. Церковь Христова, вначале малая числом христиан и для мира малоприметная, распространилась на земле так, что множество народов укрываются под сенью ее, подобно как птицы укрываются в ветвях горчичного дерева.

Притча о горчичном дереве означает также состояние и действие царствия Божия, т.е. веры и благодати Божией в душе каждого человека. Вера и благодать Божия сначала бывают едва приметны в душе человека, но затем, при старании его, все более и более охватывают душу его и, наконец, проявляются в его жизни во многих добродетелях (Злат. и Мих.).

После притчи о плевелах Иисус Христос сказал притчу о зерне горчичном. Иоанн Златоуст так объясняет связь между этими притчами. В притче о сеятеле сказано, что три части всех посеянных семян погибают, а всходит, спасается только одна; притчею же о плевелах пояснено, что и этой четвертой части посеянного угрожает большая опасность от плевел. Слушая эти притчи, ученики могли прийти в уныние от такого малого числа людей, могущих спастись. Поэтому-то Господь и предлагает им притчу о горчичном зерне. Зерно это, будучи меньше всех семян на земле, становится, когда всходит, больше всех злаков, и пускает большие ветви, так что под тенью его могут укрываться птицы небесные (Мк.4,31,32). То же самое будет и с проповедью. Хотя ученики Его были всех бессильнее, всех униженнее, но так как сила, в них сокрытая, была велика, то проповедь Евангельская распространилась по всей вселенной (Свт. Иоанн Златоуст. Толкование на Евангелие от Матфея, гл. 11).

Блаженный Иероним по тому же вопросу выражается так: "Евангельская проповедь меньшее из всех учений. В самом начале оно кажется неправдоподобным: оно проповедует человека и Бога, Бога умирающего, и соблазн Креста. Сравни это учение с догматами философов, с их книгами, блистательным красноречием, со сложением их речей, и увидишь, как семя Евангелия меньше всех этих семян. Но то, при своем начале проникая глубоко, не животворит; напротив того, слабеет, истощается и, подобно злакам, иссыхает. Благовестив же, по-видимому малое, будучи посеяно в душе верующего или в целом мире, укореняется подобно сильному дереву".

Царство Божие, Царство Христа на земле или Церковь Христова, сначала совсем малое, едва приметное, как горчичное зерно, разрослось со временем так, что вместило в себе множество народов, подобно тому, как в ветвях горчичного дерева укрываются стаи птиц небесных.

Горчичное зерно так мало, что у евреев того времени была поговорка: мал, как горчичное семечко. Это не то однолетнее растение, которое растет и у нас; это растение многолетнее, достигающее громадных размеров: под ветвями его может проехать человек на коне, а на ветвях садятся огромные стаи птиц.