Скрыть

Толкования:

Блж. Иероним Стридонский

Ст. 46-50 Когда же Он еще говорил к народу, Матерь и братья Его стояли вне дома, желая говорить с Ним. И некто сказал Ему: вот Матерь Твоя и братья Твои стоят вне, желая говорить с Тобою. Он же сказал в ответ говорившему: кто Матерь Моя? и кто братья Мои? И, указав рукою Своею на учеников Своих, сказал: вот матерь Моя и братья Мои; ибо, кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат, и сестра, и матерь

Когда же Он еще говорил к народу, Матерь и братья Его стояли вне дома, желая говорить с Ним. И некто сказал Ему: вот Матерь Твоя и братья Твои стоят вне, желая говорить с Тобою. Он же сказал в ответ говорившему: кто Матерь Моя? и кто братья Мои? И, указав рукою Своею на учеников Своих, сказал

Господь был занят делом проповедования, учения народов, служения слову: а матерь и братья Его подходят, стоят у дверей, вне дома, и выражают желание говорить с Ним. Тогда некто изведает Спасителя, что Его матерь и братья стоят возле дома, спрашивая о Нем. Мне кажется, что этот, возвещающий Господу, делает это не случайно и не просто; но он замышляет козни против Спасителя, чтобы испытать, не предпочтет ли Он плоть и кровь духовному делу. Поэтому Господь отказался выйти, но не потому, что Он отрицал матерь и братьев, а потому, что давал ответ злокозненному: Он, простирая руку к ученикам, сказал:

вот матерь Моя и братья Мои; ибо, кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат, и сестра, и матерь

Те - мать Моя, которые ежедневно порождают Меня в душах верующих; те - братья Мои, которые творят дела Отца Моего. Итак, Он не отрицал Матери Своей, как полагали Маркион и Манихей, чтобы думали, будто Он родился от какого-то воображаемого существа. Он только предпочел апостолов Своим единокровным, чтобы и мы в любви своей отдавали сравнительное предпочтение духу перед телом. Вот Матерь Твоя и братья Твои стоят вне, желая говорить с Тобою. Некоторые толкователи под братьями Господа разумеют сыновей Иосифа от его второй жены, следуя бредням сокровенных книг (apocryphorum) и размышляя некую женщину Мельху или Ельку. Мы же, как говорится в книге, написанной нами против Гельвидия, под братьями Господа разумеем не сыновей Иосифа, а двоюродных братьев Спасителя, сыновей Марии, тетки Господа по Матери Его; она, говорят, была матерью Иакова Младшего, Иосифа и Иуды, которые, как мы читаем в другом Евангелии (Мк. 6:3; Мф. 13:55; Ин. 2:12) названы братьями Господа. А что двоюродные братья по матери называются братьями, это показывает все священное Писание. - Разъясним это место и иначе. Господь говорит ко множеству народа; Он внутри [дома] поучает людей. Матерь Его и братья, то есть синагога и народ иудейский, стоят вне и желают войти, но они делаются недостойными Его слова. Хотя они и просили, и искали, и посылали вестника, но получили в ответ, что они свободны и могут войти, если только они сами захотят веровать. Тем не менее они не могли войти иначе, как по просьбе других.

Толкование на Евангелие от Матфея.

Блж. Феофилакт Болгарский

Когда же Он еще говорил к народу, Матерь и братья Его стояли вне дома, желая говорить с Ним

По некоторому человеческому свойству мать желала показать, что имеет власть над Сыном, так как она еще ничего великого не мыслила о Нем. Поэтому, любя честь видеть Сына послушным себе, желает привлечь Его к себе в то время, когда Он беседовал. Что же Христос? Так как Он узнал намерение ее, то слушай, что говорит.

Толкование на Евангелие от Матфея.

Евфимий Зигабен

Ст. 46-47 Еще же Ему глаголющу к народом, се, Мати (Его) и братия Его стояху вне, ищуще глаголати Ему. Рече же некий Ему: се, Мати Твоя и братия Твоя вне стоят, хотяще глаголати Тебе

Стояли вне дома, в котором учил, потому что не могли подойти к Нему из-за множества народа, как сказал Лука (8,19). Они послали звать Его, как говорит Марк (3, 31), или же звали, стоя вне дома. Братьями Его называет сыновей Иосифа, потому что отцу их была обручена Мать Спасителя.

Толкование Евангелия от Матфея.

Лопухин А.П.

Когда же Он еще говорил к народу, Матерь и братья Его стояли вне дома, желая говорить с Ним

(Мк. 3:31; Лк. 8:19). Так как родственники Христа по плоти не имели возможности лично приблизиться к Нему, то об этом возвестили Ему через посланного (кого — неизвестно), чтобы позвать Его. Так по словам Марка и Луки. У Матфея и Марка рассказ следует после обличительной речи по поводу хулы на Духа Святого. Связь этого стиха у различных евангелистов различна; но заметку Матфея ἔτι αὐτοῦ λαλοῦντος можно считать здесь за точное обозначение времени, соответствующее показаниям и Марка.

Толковая Библия.

Свт. Иоанн Златоуст

Ст. 46-50 Когда же Он еще говорил к народу, Матерь и братья Его стояли вне дома, желая говорить с Ним. И некто сказал Ему: вот Матерь Твоя и братья Твои стоят вне, желая говорить с Тобою. Он же сказал в ответ говорившему: кто Матерь Моя? и кто братья Мои? И, указав рукою Своею на учеников Своих, сказал: вот матерь Моя и братья Мои; ибо, кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат, и сестра, и матерь

То самое, о чем я говорил прежде, т. е. что без добродетели все бесполезно, весьма ясно открывается и теперь. Я говорил, что и возраст, и пол, и пустынножительство, и тому подобное бесполезны, когда нет доброго расположения. А теперь мы узнаем еще более: без добродетели нет никакой пользы и Христа носить во чреве и родить этот дивный плод. Это особенно видно из приведенных слов. Еще Ему глаголющу к народом, говорит евангелист, рече некий Ему, яко мати Твоя и братия Твоя ищут Тебя. А Христос отвечает: кто мати Моя, и кто братия Моя? Это говорит Он не потому, чтобы стыдился Матери Своей, или отвергал родившую Его (если бы Он стыдился, то и не прошел бы сквозь утробу ее); но желал этим показать, что от того нет ей никакой пользы, если она не исполнит всего должного. В самом деле, поступок ее происходил от излишней ревности к правам своим. Ей хотелось показать народу свою власть над Сыном, о Котором она еще не думала высоко; а потому и приступила не во время. Итак смотри, какая неосмотрительность со стороны ее и братьев! Им надлежало бы войти и слушать вместе с народом, или, если не хотели этого сделать, дожидаться окончания беседы, и потом уже подойти. Но они зовут его вон, и притом при всех, обнаруживая чрез это излишнюю ревность к правам своим и желание показать, что они с большою властью повелевают Им. Об этом самом и евангелист с укоризною говорит. Еще ему глаголющу к народом, говорит он, намекая на это. Ужели не было другого времени? - как бы так говорит он. Ужели нельзя было поговорить наедине? Да о чем и говорить хотели? Если об истинном учении, то им надлежало предложить об этом явно и говорить при всех, чтобы и другие получили пользу; если же о своих делах, то не должны были так настаивать. Если Христос не позволил ученику Своему пойти и похоронить отца, чтобы последование его за Христом не пресекалось, то тем более не должно было прерывать беседы Его с народом для дел неважных. Отсюда ясно, что они делали это по одному тщеславию, на что и Иоанн указывая, говорил, что ни братия Его вероваху в Него (Ин. VII, 5). Он же передает и неблагоразумные слова их, говоря, как они звали Его в Иерусалим для того единственно, чтобы Его знамениями самим прославиться: аще сия твориши, говорят они, яви себе мирови: никтоже бо втайне творит что, и ищет сам яве быти (ст. 4). И сам Христос тогда упрекал их в этом, осуждая плотские их помышления. Когда они, в виду худого мнения о Христе иудеев, говоривших: не Сей ли есть тектонов Сын, Егоже мы вемы отца и матерь, и братия его не в нас ли суть (Мф. XIII, 55, 56; Мк. VI, 3)? - желая скрыть низость Его рода, вызывали Его явить знамения, - тогда Он противится им, и тем хочет исцелить болезнь их. Итак, если бы он захотел отречься от Матери Своей, то отрекся бы от нее тогда, когда поносили Его иудеи. Напротив, Он так заботится о ней, что и на самом кресте препоручает ее возлюбленнейшему ученику и проявляет о ней великую заботливость. Но теперь Он не делает того из предусмотрительной любви к ней и братьям. Так как они думали о Нем как о простом человеке, и тщеславились, то Он исторгает этот недуг, не оскорбляя впрочем их, но исправляя. Но ты обращай внимание не на одни только слова, заключающие в себе легкий упрек, но и на неуместную смелость братьев, на которую они отважились, и на того, кто упрекал (это был не простой человек, но Единородный Сын Божий), и с каким намерением упрекал. Он не хотел оскорбить их, но избавить их от мучительной страсти, мало-помалу привесть их к правильному о Себе понятию и убедить, что Он не Сын только Матери Своей, но и Господь. И ты увидишь, что этот упрек и Ему весьма приличен, и полезен Матери, и вместе с тем весьма кроток. Он не сказал напомнившему о Матери: пойди, скажи Матери, что она не мать Моя; но возражает ему: кто есть мати Моя? Говоря это, Он имел в виду еще нечто другое. Что же именно? То, что ни они, и никто другой не должны полагаться на родство и оставлять добродетель. В самом деле, если для Матери Его не будет никакой пользы в том, что она мать, раз она не будет добродетельна, то родство тем менее спасет кого-нибудь другого. Есть одно только благородство - исполнение воли Божией, и это благородство лучше и превосходнее того (плотского) родства.

Итак, зная это, мы не должны гордиться ни достославными детьми, если не имеем сами добродетелей их, ни благородными родителями, если не подобны им по жизни. Можно ведь и родивши не быть отцом, и не родивши быть им. Вот почему, когда одна жена сказала: блаженно чрево носившее Тя, и сосца, яже еси ссал (Лк. XI, 27), Христос не сказал на это: не носило Меня чрево, и не сосал Я сосцов, но: истинно, блаженны исполняющие волю Отца Моего (ст. 28)! Видишь, как Он и прежде, и здесь не отвергает естественного родства, но присовокупляет к нему родство по добродетели. Равным образом и Предтеча, говоря: рождения ехиднова, не начинайте глаголати в себе: отца имамы Авраама (Мф. III, 7, 9), не на то указывает, что они (фарисеи и саддукеи) не происходили от Авраама по естеству, но что нисколько не полезно им это происхождение от Авраама, если они не будут иметь с ним родства нравственного. Это самое и Христос показывая, говорил: аще чада Авраамля бысте были, дела Авраамля бысте творили (Ин. VIII, 39). Этими словами Он не отнимает у них родства по плоти, но научает искать родства лучшего и превосходнейшего. То же самое и здесь Он хочет внушить, но только внушает с большим снисхождением и нежностью; речь шла о Матери и Он не сказал: она не мать Моя, они не братья Мои, потому что не творят воли Моей, не произнес осуждения на них, но, говоря с свойственною Ему кротостью, оставлял на волю их желать другого родства. Творящий, говорит Он, волю Отца Моего, той брат Мой, и сестра, и мати есть (ст. 50). Потому, если они хотят быть сродниками Его, пусть идут этим путем. Также, когда воскликнула жена: блаженно чрево носившее Тя, Христос не сказал: у Меня нет матери, но если мать Моя хочет быть блаженною, пусть творит волю Отца Моего. Таковый для Меня и брат и сестра и мать. Какая честь! Как велика добродетель! На какую высоту возводит она идущего путем ее! Сколько жен ублажали эту святую Деву и чрево ее, и желали быть такими матерями, и все отдать за такую честь! Что ж препятствует? Вот Христос показал нам пространный путь, и не только женам, но и мужам можно достигнуть столь великой чести, и даже еще гораздо большей. Идя этим путем, скорее можно сделаться материю, нежели претерпевая болезни рождения. Потому, если родство плотское есть уже счастье, то родство духовное настолько более, насколько оно превосходнее первого. Итак, не просто желай родства, но и с большим тщанием иди путем, ведущим тебя к этому желанию. Сказав это, Спаситель вышел из дому. Видишь ли, как Он и упрек сделал, и исполнил их желание? То же самое делает Он и на браке. И там Он сделал упрек матери Своей, которая безвременно просила Его, и однакож не отказал ей, - упреком врачуя немощь ее, исполнением просьбы показывая любовь Свою к Матери. Так точно и здесь, с одной стороны, Он врачевал недуг тщеславия, с другой - воздал должную честь Матери, хотя требование ее было и неуместно.

Беседы на Евангелие от Матфея.

Троицкие листки

Ст. 46-50 Когда же Он еще говорил к народу, Матерь и братья Его стояли вне дома, желая говорить с Ним. И некто сказал Ему: вот Матерь Твоя и братья Твои стоят вне, желая говорить с Тобою. Он же сказал в ответ говорившему: кто Матерь Моя? и кто братья Мои? И, указав рукою Своею на учеников Своих, сказал: вот матерь Моя и братья Мои; ибо, кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат, и сестра, и матерь

Чего не придумывали книжники и фарисеи, чтобы отвлечь народ от Господа Иисуса, чтобы унизить Его, заставить замолчать? Какой только клеветы не распространяли о Нем? Они говорили о Нем, что Он «любит есть и пить вино», что в Нем обитает сам Веельзевул, князь бесовский, что Он «вышел из Себя», лишился здравого разума, и потому не следует слушать Его. И эти безсовестные клеветы они постарались довести до сведения Его Пречистой Матери и братьев Его, сыновей Иосифа, обручника Пресвятой Девы, которые жили в Назарете, в семи часах пути от Капернаума, где обычно пребывал Господь. Очень могло быть, что простосердечные обитатели назаретской хижины, братья Господа по плоти, могли невольно поколебаться в мыслях: нет ли и в самом деле чего-нибудь похожего на то, что говорят об Иисусе уважаемые ими книжники и старцы? Евангелист Иоанн замечает, что в то время братья Иисуса Христа еще не веровали в Него, как в Мессию. Он же передает их неблагоразумные слова, когда звали они Иисуса Христа в Иерусалим, чтобы Его знамениями самим прославиться: «Если Ты творишь такие дела», – говорили они, – «то яви Себя миру» (Ин. 7:4). Ясно, что они еще мечтали тогда о славном Мессии – царе завоевателе и, конечно, желали бы видеть этим царем своего Брата – Иисуса. И вот они слышат, что Он «вышел из Себя», что за Ним необходимо наблюдать, как за лишенным полного разума… Понятно, что они поспешили в Капернаум с намерением, если можно, взять Его на свое попечение. Но Пресвятая Дева более всех апостолов знала Божественное достоинство Своего Сына, Она веровала в Него, как истинного Сына Божия; одна эта вера, с которой Она прияла Его прежде Его земного рождения и зачатия, во время благовещения Архангела, уже превосходит веру всех верующих. Когда Иисус, еще Младенец, во яслях, признан был от пастырей Спасом, Христом, Господом, то чем, как не верой, побуждаема была «Мать Его сохранять все слова сии, слагая в сердце Своем?» Прежде чем чудесами явил Он славу Свою «и уверовали в Него ученики Его», Матерь Иисусова настолько уже веровала в Его чудодейственную силу, что сотворить первое чудо в Кане Галилейской именно Она убедила Его.

Таким образом, Она и ранее других, и совершеннее других, и веровала в Него, и познавала Его. Могла ли Она поверить клевете врагов Его хотя бы на одну минуту? И Она, конечно, с негодованием отвергла все их богохульные клеветы; но Ее материнское, любящее сердце болезненно сжималось при мысли, что будет, если и в самом деле фарисеи представят Ее возлюбленного Сына иерусалимским властям как умоисступленного? Не грозят ли Ему еще новые опасности? И Она пошла вместе с детьми Иосифа, чтобы убедиться в том, что опасности для Него нет никакой. Но для фарисеев теперь представился удобный случай указать народу, как несообразно считать Мессией Иисуса, у Которого такие незнатные родные, как эти Галилеяне, простые ремесленники из Назарета… Сродники Господа пришли к Нему в то время, когда толпа, взволнованная только что виденным чудом, наполняла весь дом и двор, с великим вниманием прислушиваясь к каждому слову Чудотворца; подойдя ближе, они увидели, что им трудно пробраться сквозь эту тесную толпу в дом, и потому стали просить стоявших впереди дать знать Иисусу Христу, что они желают говорить с Ним; Когда же Он еще говорил к народу, Матерь и братья Его стояли вне дверей дома, желая говорить с Ним. И некто сказал Ему, может быть один из тех же фарисеев, обрадованный возможностью прервать Его горькие для них обличения: вот Матерь Твоя и братья Твои стоят вне, желая говорить с Тобою, хотят о чем-то говорить с Тобою. «Смотри, – замечает святитель Златоуст, – им надлежало бы, если не хотели и не могли войти, дожидаться окончания беседы. Но они зовут Его выйти, и притом при всех, желая показать, что они с большой властью повелевают Им. На это и евангелист намекает словами: «Когда же Он еще говорил к народу». Евангелист как бы так говорил: неужели не было другого времени? Да и о чем говорить хотели? Если о своих делах, то не должны были так настаивать. Если Иисус Христос не позволил ученику Своему пойти похоронить отца, дабы следование за Христом не пресекалось, то тем более не должно было прерывать беседы Его с народом для дел «неважных». Поэтому и теперь Господь восхотел вразумить их: Он же сказал в ответ говорившему: кто Матерь Моя? и кто братья Мои? Эти слова Господа требуют особенного объяснения. Когда Господь как бы отрекается от братьев Своих, по плотскому рождению так называемых, то Он не отрицает никакой истины земной, а только утверждает небесную истину Своего Божественного рождения. Его братья действительно были только мнимыми Его братьями, ибо это были дети Его мнимого отца Иосифа; но каким образом и Матерь Господа подвержена одинаковому жребию с Его братьями?

Она не мнимая, а истинная Матерь Его по человечеству, и этого высокого достоинства никогда не унизила неверованием в Него, как Сына Божия. Между тем, Он как бы уклоняется теперь от того, чтобы видеть Ее: «кто Матерь Моя?» «Господи, – благоговейно размышляет святитель Филарет Московский, – не деяния Твои мы истязуем, но премудрости Твоей спасительной научиться желаем. Не постави нам в вину испытания Писаний и даруй благодать разумения… Нужно ли предостерегать православно верующих христиан, дабы не подумали, будто Господь не вполне чтит преблагословенную Матерь Свою? Всем известно слово Его: «Не думайте, что Я пришел нарушить закон, или пророков, не нарушить пришел Я, но исполнить». Посему, без сомнения, не разорил, но исполнил Он и эту заповедь Закона: «чти отца твоего и матерь твою». Мог ли Он не почитать Матери Своей?». «Если бы Он захотел отречься от Матери Своей, – говорит святитель Иоанн Златоуст, – то отрекся бы от Нее тогда, когда поносили Его Иудеи. Напротив, Он так заботился о Ней, что и на самом кресте препоручает Ее ученику, самому возлюбленнейшему. Но теперь, поскольку братья думали о Нем как о простом Человеке, и тщеславились, то Он исторгает недуг сей, не оскорбляя впрочем их, но исправляя». Сердцеведец знал тщеславные помышления Своих братьев и не желал, чтобы на Его Пречистую Матерь легла хотя бы малая тень Ее участия в их помышлениях. И в этом случае Господь только сообразовался с правилом Матери Своей – всячески уклоняться от славы человеческой и не отличаться от других. Вместе с тем Он самым делом исполнял то, чему учил словом: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф. 10:37). Он делом показал, что любит земную Матерь Свою совершенно, но не более Отца Своего Небесного, и Свою сыновнюю, по-человечеству, любовь приносит в жертву делу Божию, Им совершаемому. Если бы Он покорился воле Своих сродников, то враги Его употребили бы взятие Его сродниками, как будто бы нуждающегося в их попечении, как доказательство их клеветы. Господь как бы так говорил: «Для чего волей земной Моей Матери хотите вы отвлечь Меня от исполнения воли Отца Моего Небесного? Когда эти две воли влекут в разные стороны, Я знаю и тотчас покажу, которой из них и с какой решительностью должно последовать. Оставляю земное рождение и родство, – как бы Я забыл его, как бы его совсем не было; и совершенно предаюсь воле Отца Небесного, и делу Его, и Царствию Его; здесь ищу Себе родства, если его иметь надобно: «кто Матерь Моя? и кто братья Мои?».

И, указав рукою Своею на учеников Своих, указав на всех, которые считали Его своим Учителем, а себя Его учениками, сказал: вот матерь Моя и братья Мои; ибо, кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат, и сестра, и матерь. Если и Мать Моя хочет быть блаженной, то должна исполнять волю Отца Моего. «Какая честь, – говорит святитель Златоуст, – как велика добродетель, на какую высоту возводит она идущего путем ее! Сколько жен ублажали эту Святую Деву и желали быть такими матерями и все оставить! Что же препятствует? Вот Иисус Христос показал нам пространный путь, и не только женам, но и мужам можно достигнуть столь великой чести, и даже еще гораздо большей». «Когда родители, – говорит святитель Филарет, – сродники, наставники, начальники требуют от нас того, что противно мудрованию нашему, но что нужно, полезно или, по крайней мере, безвредно, пожертвуйте мудрованием вашим, вспомните Иисуса, Премудрость Божию, Который «был в повиновении» Иосифу древоделу. Но когда несчастный пример и желания ваших родителей, сродников вовлекают вас в дела, противные закону, нарушающие мир совести, тогда спросите и вы себя словом Иисусовым: «кто Матерь Моя? и кто братья Мои?» Вспомните, что Бог – Отец ваш, что Церковь – матерь ваша, что все святые суть ваши братья; не унизьте себя пред столь высоким родством, не отлучите себя от этого доброго и прекрасного семейства; сотворите и вы волю Божию вместо человеческой, да и на вас укажет Господь и речет: «вот Матерь Моя и братья Мои»…».

Троицкие листки. №801-1050.

Стих: Предыдущий Следующий Вернуться в главу
Цитата из Библии каждое утро в Telegram.
t.me/azbible