Скрыть
Услышав это, Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним.

Святые отцы

Прочие

Иоанн Златоуст, свт. (†407)

Услышав это, Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним

Ироду, как царю, есте­с­т­вен­но было опасаться и за себя, и за детей; но чего боял­ся Иерусалим, когда пророки задолго предсказали о Христе, как о Спасителе, благодетеле и освободителе? Что же смутило иудеев? То же легкомыслие, которое и прежде отвращало их от Бога – их благодетеля, так что, получив­ши полную свободу, вспоминали о египет­ских мясах. Смотри же, как пророки ничего не опускали: один из них задолго предсказал и об этом: «Будут отданы на сожжение, в пищу огню. Ибо младенец родил­ся нам – Сын дан нам» (Ис.9:5–6). Но несмотря на свое смущение, жители Иерусалима не заботят­ся сами проверить случив­шееся, не следуют за волхвами, не любо­пытствуют: столько-то они были всех упорнее и нерадивее! Им надлежало бы хвалиться, что у них родил­ся Царь, и привлек к себе страну персидскую, и что все им покорят­ся, когда обстоятель­ства так переменились к лучшему, когда самое начало так блистатель­но; но они и от того не сделались лучшими, хотя только лишь освободились от плена персидского. Если бы им не открыто было никаких высоких тайн, то, судя по одним настоящим событиям, можно бы им было заключить так: если столько благоговеют к нашему Царю при самом его рождении, то гораздо более будут бояться его и покоряться ему в совершен­ном его возрасте, и мы сделаемся гораздо славнее варваров. Но ни одна подобная мысль не восхитила их: столь велика была их беспечность, а вместе с нею и ослепление! Потому тщатель­но надобно удалять от себя оба эти порока, и надобно быть сильнее огня тому, кто хочет против них вооружиться. Потому-то и Христос сказал: «Огонь пришел Я низвести на землю, и как желал бы, чтобы он уже возгорел­ся!» (Лк.12:49). Потому и Дух Святый являет­ся в виде огня.

Беседы на Евангелие от Матфея

Иероним Стридонский, блж. (†420)

Ст. 2-4 Ибо мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему. Услышав это, Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним. И собрав всех первосвященников и книжников народных, спрашивал у них: где должно родиться Христу

Чтобы иудеи для посрамления своего получили весть о рождении Христа от язычников, на востоке восходит звезда, о появлении которой они [язычники-волхвы] как потомки Валаама узнали из его предсказания. Читай книгу Чисел глава 24. А по указанию звезды волхвы идут в Иудею, так что священники, вопрошенные волхвами: Где должно родиться Христу, являются безответными [по незнанию] касательно пришествия Его.

Толкование на Евангелие от Матфея

Феофилакт Болгарский, блж. (†1107)

Услышав это, Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним

Ирод смутился, как иноплеменник, опасаясь за свою царскую власть, ибо знал, что он недостоин ее. Но иудеи, почему смущаются они? Ведь им должно было более радоваться тому, что у них будет царь, которому поклоняются теперь цари персидские. Но нравственная испорченность поистине безумное дело.

Толкование на Евангелие от Матфея

Иннокентий Херсонский, свт. (†1857)

Услышав это, Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним

Можно представить, какое смятение произвел в Иерусалиме приход их и расспросы. Во всякое время приходом своим они могли смутить сию столицу, тем паче в сие, когда вся Иудея жила, так сказать, ожиданием Мессии. И потому-то, «слышав же Ирод царь смутися». Царь здесь как будто первый услышал; да так и долженствовало быть, ибо Ирод везде имел шпионов, кои, услышав эту весть, для царя небезопасную, тотчас решились передать ему оную, и она стрелой полетела во дворец его. «Смутися» — сердцем, задумался. Правда, в это время он оканчивал бурную долговременную жизнь свою, но все же ему не хотелось, чтобы застал его новый порядок дел. Он привык не отдавать другим власть, а отнимать ее у других. Верил ли он действительному рождению Мессии? Ему надлежало ожидать для себя неприятных действий со стороны Промысла. Почитал ли он это вымыслом Иудейских партий, кои хотели выдать кого-либо за Мессию и низвергнуть его с престола? Так ли, иначе ли, а все-таки ему надлежало опасаться возмущения от подданных, ибо в лице Мессии ожидали не только Спасителя, но и Судию; а совесть Ирода не могла не беспокоиться. Таким образом, политика, совесть, болезнь и старость — все должно было смущать Ирода. Но зачем Иерусалим участвует в его смущении? Смутились, без сомнения, царедворцы, — партия Иродиан. Это та самая партия, с которой согласившись, многие из Иудеев спрашивали Иисуса Христа: «достоит ли… Кесареви дань даяти, или ни!» (Лк. 20:22). С счастьем или несчастьем Ирода соединено было счастье или несчастье и этой партии. Смутились также многие клиенты Ирода, которых судьба сопряжена была с его участью. Наконец, должен был смутиться весь народ. Верил он рождению Мессии, он должен был страшиться Его неумытного Суда; притом древнее мнение было, что с явлением Мессии явятся многие беды, опасности и нестроения в нравственном и гражданском отношениях. Если же и не верили они действительному рождению Мессии, все же должно было опасаться мятежей и нестроений от партии, решившейся выдать известного Младенца за Мессию, и вместе страшиться наказания за такие смуты от римлян, а не менее и от Ирода, в то время особенно подозрительного. Вообще, в столицах такие явления производят чрезвычайные волнения.

Чтение Евангельских сказаний об обстоятельствах земной жизни Иисуса Христа


Ирод вдруг узнал о пришествии волхвов, ибо подозрительный характер, по свидетельству Иудейского историка, заставлял его стеречь все входы и исходы своего царства. Не смущаться же ему от вопроса волхвов о рождении Царя Иудейского было невозможно. Ибо Ирод, хотя назывался царем Иудейским, но был царь незаконный, иноплеменник, воцаренный римлянами, и ничем не искупивший своего самозванства, кроме крайних жестокостей, простиравшихся до того, что он, по одному подозрению, предавал смерти, даже собственных детей своих. Такому тирану без трепета нельзя было и помыслить о появлении на свет великого Потомка Давидова, Коего будущее владычество он, без сомнения, представлял себе не иначе, как в чувственном виде, то есть, что Мессия свергнет его с престола и потребует от него отчета во всех жестокостях и безумии.

«Но чесо ради, – вопрошает святой Златоуст, – смутися Иерусалим; ибо Спаса и Благодетеля и Освободителя исперва быти Христа пророцы предвозвестиша? Подобаше убо им и хвалитися яко у них родися Царь, и Перекую к ним привлече страну; и будут имети всех подручных себе». Действительно, если бы Иерусалимляне имели здравое понятие о Мессии и, вместе с тем, любовь к Нему, то весть о рождении Мессии должна бы их крайне обрадовать, как исполнение давних, вековых ожиданий, как начало благодатного Царства Божия на земле и славы народа Израильского. Но сего не было в Иерусалимлянах; а, между тем, каждый, по случаю вести о рождении Мессии, тотчас представлял себе новые гонения от того же Ирода, и смущался духом. Смущались многие и тем, что имели совесть нечистую, жизнь не Израильскую, нравы языческие; а с такими качествами как предстать Мессии? Как явиться в Его Царство? Но как бы то ни было, только Провидение, очевидно, достигло в сем случае своей цели, дав знать через волхвов всему Иерусалиму и, следовательно, всей Иудее, что час события пророчеств настал, что давно ожидаемый Избавитель пришел, что Ветхий Завет оканчивается, и начинается Новый.

«Слышав же… царь смутися, и весь Иерусалим с ним». У смущенного таким образом Ирода, вероятно, первая мысль была – для истребления ужасной вести истребить самих вестников. Но когда безчеловечие внушало такую мысль, привычная хитрость и лукавство (ибо Ирод столько же был лукав, как и жесток) удерживали и внушали другое. «Что пользы, – думал тиран, – если я убью теперь волхвов? Весть, от них разнесшаяся, этим не уничтожится, а скорее усилится. А что всего важнее – новорожденный Младенец таким образом уцелеет, ибо теперь еще неизвестно, где Он и кто. Лучше воспользоваться этим случаем другим образом: велеть собрать первосвященников и книжников, узнать от них, где, по мнению этих суеверных Иудеев, должно родиться их Христу; потом отправить волхвов к Нему, и через них узнать, где находится мой будущий соперник: тогда ничто не спасет Его от моей мести; тогда, если окажется нужным, и волхвы заплатят мне за свои вести и опасное волнение, произведенное приходом их в народе». Все это казалось Ироду, без сомнения, верхом мудрости и умения действовать сообразно обстоятельствам, а между тем, все это послужит ни к чему другому, как только к исполнению намерений Провидения – привести в известность у всего народа Иудейского рождения Царя его.

Слово на второй день праздника Рождества Христова, на утрене

Евфимий Зигабен (†1118)

Слышав же Ирод царь смутился, и весь Иерусалим с ним

Ирод, конечно, смутился, боясь за царскую власть свою и своих сыновей; но отчего смутился весь город, так называемый Иерусалим? Напротив, следовало скорее радоваться, что родился Царь, о котором издревле пророки предвозвестили, как о Спасителе и Искупителе Израиля и, как сродникам, хвалиться, что тотчас с колыбели Он привлек персов на поклонение. Но зависть ослепила их, и тотчас услышав, они смутились, как бы боясь того, что каким-нибудь образом не наследуют спасения. Персы, хотя были чужие, не только не завидовали рожденному, напротив, из пределов своей страны пришли даже в Вифлеем ради Него. А иудеи, будучи сродниками, завидовали даже Его славе, – что Он будет великим, и хотя имели Вифлеем у себя в соседстве, не пошли. Так они были завистливы и мстительны.

Толкование на Евангелие от Матфея

Михаил (Лузин), еп. (†1887)

Услышав это, Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним

«Встревожился»: Ирод, как идумеянин, не от царской крови Давидовой, был незаконным царем еврейского народа. Сознавая это, он был очень подозрителен и, по свидетельству Флавия, лишал жизни многих подозрительных для него людей и был очень жесток. Потому естественно встревожился, когда дошла до него весть о рождении нового царя иудейского, «боясь как иноплеменник потерять царство, ибо знал, что оно не принадлежит ему» (Феофил., ср. Злат.). — «Весь» (усиленное выражение) «Иерусалим»: народонаселение Иерусалима, а особенно, по всей вероятности, приверженцы Ирода. В Иерусалиме, без сомнения, были люди, ожидавшие утехи Израиля, которые, подобно Симеону Богоприимцу и Анне Пророчице, радовались вести о рождении Мессии, но люди неверующие, не ожидавшие, что Мессия явится так смиренно, что даже о рождении Его повествуют люди чуждые, пришедшие издалека, естественно встревожились, особенно же приверженцы Ирода. Свойство тревоги, без сомнения, было различно, по различию веры или неверия в обетованного Мессию. Встревожились, может быть, еще и потому, что опасались, как бы раздраженный тиран (Ирод) не прибег к особенным жестокостям.

Толкование на Евангелие от Матфея

Толковая Библия А.П. Лопухина (†1904)

Услышав это, Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним

Вести о прибытии волхвов Ирод услышал, вероятно, от других. Ирод царь встревожился. Слово тревожиться (греч.) употребляется о морском волнении и значит волноваться. В переносном смысле означает какие бы то ни было душевные волнения и беспокойство. Если обратить внимание, сколько трудов положил Ирод на приобретение себе трона, припомнить, как он ездил в Рим с этою целью, его убийства, казни подозреваемых лиц, а потом и беспокойное состояние Иудеи и Иерусалима, где было достаточно самых маловажных причин для сильных волнений, то тревога Ирода делается понятной. Она вошла у него, можно сказать, в привычку и, по-видимому, не оставила его даже пред самой смертью. В нем было какое-то безумное, болезненное стремление обеспечить трон за собой и за своим потомством и, — что всего удивительнее, — такое стремление происходило, по-видимому, не столько из любви к потомству, сколько из честолюбия или каких других мотивов. Встревожился с Иродом и весь Иерусалим. Комментаторы согласны в том, что причиною тревоги Иерусалима была тревога Ирода. Это вполне и естественно. Но в приложении к Иерусалиму слово указывает, вероятно, и на несколько иные явления. Иерусалим встревожился вследствие опасений, как бы чего не наделал Ирод. Слово “весь” можно принимать за гиперболическое общее выражение, употребленное для обозначения господствующего, преобладающего настроения, или общественного мнения. Подобные выражения употребляются часто. Так: весь город ужаснулся, хотя, конечно, в нем находились и люди, которые были свободны от ужаса. Слово Иерусалим встречается у Мф. обыкновенно в среднем роде множ. числа, в един. числе женского рода только здесь и, может быть, 3:5. Однажды (23:37) у Матфея встречается особенная форма ('Ιερουσαλήμ вм. 'Ιεροσόλυμα).

Аверкий (Таушев), архиеп. (†1976)

Услышав это, Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним

Эти слова вызвали тревогу у Ирода Великого, так как сам он не имел никаких законных прав на иудейский престол, был Идумеянином и, будучи тираном, вызвал ненависть своих подданных к себе. С ним встревожился и весь Иерусалим, опасаясь, может быть, новых репрессий со стороны встревоженного необычайным известием Ирода.

Руководство к изучению Священного Писания Нового Завета

Троицкие листки (XIX в.)

Услышав это, Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним

Итак, волхвы в Иерусалиме благовествуют о рождении всеми ожидаемого Спасителя. Что же производит там эта радостная весть? услышав это, Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним, особенно же, конечно, смутились приверженцы Ирода. И как было не смутиться при этой вести подозрительному Ироду, который стерег все входы и исходы своего царства? Он был царь незаконный, иноплеменник, самозванец, воцаренный Римлянами; он был ненавистен своему народу за свою жестокость, которая простиралась до того, что по одному подозрению он предавал казни даже своих собственных детей. Ирод незадолго перед этим учинил кровавую расправу с заговорщиками, которые в самом дворце покушались убить его; удрученный летами и омерзительной болезнью, которая потом свела его в могилу, тиран испугался, когда ему доложили, что именно теперь, когда уже оставляли его силы, теперь-то и родился Мессия, истинный Сын Давидов, законный Царь, Который, как думал он, отнимет у него царство… Как же было не смущаться этому тирану при таком известии? Но чего же боялся Иерусалим? Ведь пророки еще задолго предсказали, что Христос придет спасти Свой народ, что Он будет его Благодетелем и Освободителем? Что же смущало теперь Иудеев? Им надо было радоваться, что у них родился такой Царь, Который, будучи еще Младенцем, уже привлек к Себе на поклонение мудрецов персидских, а впоследствии покорит Себе все народы земные! Если бы они любили Христа, то обрадовались бы и вести о Его рождении, как и действительно радовались немногие избранники Божий, например, Симеон и Анна; но Иудеи больше любили самих себя, чем Христа; вероятно, каждый теперь подумал, что Ирод, как только узнает о рождении Царя Христа, страшно ожесточится и будет преследовать всех, кто решится поклониться Христу. И вот, каждый берег только самого себя и боялся громко говорить о Христе… А Ирод, между тем, решал вопрос: что ему делать? Убить волхвов? Но какая ему польза от этого, если Сам новорожденный Царь уцелеет? Ведь он еще не знает, где этот Младенец и кто Он?

Троицкие листки. №801-1050

Гладков, Б. И. (†1921)

Услышав это, Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним

Ирод, родом идумеянин, был незаконным царем евреев и потому испугался, что родившийся настоящий законный Царь свергнет его с престола. Но почему встревожился Иерусалим, то есть жители его, иудеи, когда им надо было радоваться рождению Христа, предвозвещенного пророками Избавителя? Иннокентий, архиепископ Херсонский, находил, что евреи того времени, не все, конечно, но громадное большинство, больше любили себя, чем Христа: они думали, что Ирод, встревоженный вестью о рождении Христа, будет преследовать всех, кто решится поклониться Христу; да и совесть у многих была нечиста: многие пользовались милостями Ирода, подслуживались ему и под его покровительством жили за счет угнетенного народа; как было предстать Христу с такой совестью? Вот почему евреи, оберегая лишь самих себя, боялись даже громко говорить о Христе и не пошли на поклонение Ему, хотя Вифлеем был так близок от Иерусалима.

Толкование Евангелия

Олег Стеняев, протоиерей

Услышав это, Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним.

Христос рождается во дни царя Ирода «Великого» и таким образом буквально исполняется пророчество древнего патриарха Иакова, который, умирая, предсказал: «Не отойдет скипетр от Иуды и законодатель от чресл его, доколе не приидет Примиритель, и Ему покорность народов» (Быт.49:10). Это пророчество, записанное в Торе (Пятикнижие Моисея), было обращено к колену дома Иуды, из которого и происходит царственный дом царя Давида. Смысл пророчества очевиден: когда «скипетр» – царская власть отойдет от дома Иуды «и законодатель», то есть право выносить приговоры, тогда и «приидет Примиритель».

Иудеям достаточно сложно обойти это пророчество, хотя Рамбан и пытался доказать, что родиться и придти – это разные вещи, косвенно соглашаясь, что Мессия действительно родился в 1-м веке. Об этом более подробно мы говорили на прошедшей беседе. Иудеями делались попытки оспорить и само слово «Примиритель», но тут они опять наталкиваются на комментарий раби Шломо Ицхаки (Раши), непререкаемого авторитета в современном иудаизме, который однозначно истолковал это пророчество – Быт.49:10 словами: ««пока (не) придет Шило (то есть Примиритель – О.С.)» – Царь Машиах, которому царство принадлежит». Кстати, у Иакова говориться «придет», а не «родится», на это иудеи совершенно не обращают внимания. Рамбан так же истолковал этот стих. Он пишет: «Ведь слово «скипетр» (шевет) указывает на Давида, который был первым царем, обладавшим царским скипетром, а «Шило» – это его потомок, которому «будут повиноваться народы»».

В России несколько раз издавалась Тора комментария «Сончино», составленного главным раввином Британской империи, там, в комментарии к Быт.49:10, предлагается столько уверток, чтобы уйти от прямого истолкования данного текста, которое признается, как мы показали, и столпами иудаизма.

Для нас очень важно рассмотреть этот вопрос! Дело в том, что царь Ирод «Великий» не был евреем, он был идумеянин, и, таким образом, на нем буквально исполнилось пророчество, изреченное патриархом Иаковом в 1700–1650 г. до Рождества Христова, а записано Моисеем оно было около 1250 г. до Рождества Христова.

Блаженный Феофилакт Болгарский пишет: «Матфей упоминает об Ироде, чтобы ты научился, что князья и цари от колена Иудина прекратились и в силу необходимости пришел Христос. Ибо Ирод был не иудей, но идумеянин, сын Антипатра от жены аравитянки. Когда же прекратились князья, пришло «ожидание языков», как пророчествовал Иаков». То есть, когда иноплеменники воцаряются на земле, необходимо им противостоять.

Итак, услышав о волхвах, «Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним». Их состояние можно передать, одним словом: ПАНИКА. Но как объяснить, почему иудеи и их царь, хотя не еврей, но иудей по вероисповеданию, так отреагировали на весть о Рождестве Христовом? Казалось бы, что они все должны были быть обрадованы вестью о рождении Мессии, и вдруг – ПАНИКА!

Эти люди настолько срослись с земным миром, они настолько уютно себя чувствовали в нем, настолько стабильно, что они не хотели и не желали никаких перемен, даже если они (перемены) исходят от Бога.

Только простой народ, все эти труждающиеся и обремененные, они и только они алкали и жаждали наступления этого Дня.

Беседы на Евангелие от Матфея, том 1

Стих: Предыдущий Следующий Вернуться в главу
Цитата из Библии каждое утро
TG: t.me/azbible
Viber: vb.me/azbible