Кому открылся Мессия?

Юрий Ру­бан

Гри­го­рий Га­га­рин (1810-1893).  Хри­стос и са­ма­рян­ка (ок. 1856)

Пя­тое вос­кре­се­нье Пас­халь­но­го цик­ла и при­мы­ка­ю­щие к нему дни буд­нич­ные (сед­мич­ные) по­свя­ще­ны вос­по­ми­на­нию о зна­ме­на­тель­ной бе­се­де меж­ду Иису­сом Хри­стом и са­ма­рян­кой. Это про­изо­шло в са­мом на­ча­ле Его об­ще­ствен­но­го слу­же­ния (в 27 го­ду), вско­ре по­сле Пас­хи, про­ве­ден­ной вме­сте с дру­ги­ми мно­го­чис­лен­ны­ми па­лом­ни­ка­ми в Иеру­са­ли­ме.
Утом­лен­ный об­рат­ной до­ро­гой Иисус си­дит у ко­лод­ца и го­во­рит по­до­шед­шей жен­щине: «Дай мне пить». В от­вет эта пред­ста­ви­тель­ни­ца род­ствен­но­го, но враж­деб­но­го ев­ре­ям пле­ме­ни с ве­ли­чай­шим изум­ле­ни­ем от­ве­ча­ет: «Как? Ты, иудей, про­сишь пить у ме­ня, са­ма­рян­ки?!» «Де­ло в том, что иудеи с са­ма­ря­на­ми не об­ща­ют­ся», – ла­ко­нич­но за­ме­ча­ет по по­во­ду хо­ро­шо ему зна­ко­мой си­ту­а­ции еван­ге­лист Иоанн (Ин.4:9). Для мно­гих из нас она тре­бу­ет бо­лее по­дроб­но­го разъ­яс­не­ния.
Преж­де все­го вспом­ним, что встре­ча про­изо­шла в цен­траль­ной ча­сти Па­ле­сти­ны, на ме­сте, освя­щен­ном па­мя­тью древ­них биб­лей­ских пат­ри­ар­хов – Ав­ра­ама, Иса­а­ка и Иа­ко­ва, ро­до­на­чаль­ни­ков на­ро­да Из­ра­иль­ско­го, жив­ших здесь еще в XIX-XVIII вв. до н. э. Во 2-й по­ло­вине XIII в. до н. э. ев­рей­ские пле­ме­на вторг­лись на тер­ри­то­рию Ха­на­а­на (преж­нее на­зва­ние Па­ле­сти­ны) и об­ра­зо­ва­ли со­юз две­на­дца­ти пле­мен (ко­лен), пре­вра­тив­ший­ся через два сто­ле­тия в древ­не­ев­рей­скую мо­нар­хию, управ­ляв­шу­ю­ся Са­у­лом, Да­ви­дом и Со­ло­мо­ном. Но по­сле смер­ти ца­ря Со­ло­мо­на (931 г. до н. э.) это еди­ное Из­ра­иль­ско-Иудей­ское цар­ство раз­де­ли­лось на Из­ра­иль­ское, к ко­то­ро­му ото­шла тер­ри­то­рия цен­траль­ной и се­вер­ной Па­ле­сти­ны, и Иудей­ское (юж­ная Па­ле­сти­на); гра­ни­ца меж­ду ни­ми про­шла чуть се­вер­нее Иеру­са­ли­ма (см. в лю­бом биб­лей­ском ат­ла­се). Сто­ли­цей Из­ра­иль­ско­го цар­ства вско­ре стал го­род-кре­пость Са­ма­рия (евр. Шем­рон – "Сто­ро­же­вая го­ра").
В 722 г. до н.э. Из­ра­иль­ское го­су­дар­ство бы­ло за­во­е­ва­но ас­си­рий­ца­ми, а его на­се­ле­ние, де­пор­ти­ро­ван­ное вглубь огром­ной Ас­си­рий­ской им­пе­рии, ас­си­ми­ли­ро­ва­лось с дру­ги­ми се­ми­ти­че­ски­ми на­ро­да­ми и ис­чез­ло с ми­ро­вой аре­ны. Немно­гие из­ра­иль­тяне, остав­лен­ные на ме­сте для ве­де­ния сель­ско­хо­зяй­ствен­ных ра­бот, сме­ша­лись с при­е­хав­ши­ми сю­да языч­ни­ка­ми; их по­том­ки и ста­ли на­зы­вать­ся "са­ма­ря­на­ми" (или "са­ма­ри­тя­на­ми")[1]. Они со­хра­ни­ли ве­ру в Еди­но­го Бо­га, но из всех свя­щен­ных книг Биб­лии при­зна­ва­ли лишь Пя­ти­кни­жие Мо­и­се­е­во.
На­про­тив, жи­те­ли Иудей­ско­го цар­ства (со сто­ли­цей в Иеру­са­ли­ме), хо­тя и раз­гром­лен­но­го в 587 г. до н. э. зна­ме­ни­тым Ва­ви­лон­ским ца­рем-за­во­е­ва­те­лем На­ву­хо­до­но­со­ром II, су­ме­ли со­хра­нить в Ва­ви­лон­ском пле­ну свою ве­ру и эт­ни­че­скую общ­ность, но это да­лось им через ги­пер­тро­фи­ро­ван­ное ощу­ще­ние на­цио­наль­ной ис­клю­чи­тель­но­сти ("чи­сто­ты кро­ви"). По­это­му, вер­нув­шись по ука­зу пер­сид­ско­го ца­ря Ки­ра Ве­ли­ко­го (538 до н. э.), но­во­го "ми­ро­во­го ли­де­ра", в Па­ле­сти­ну, иудеи от­верг­ли пред­ло­же­ние са­ма­рян объ­еди­нить­ся и не до­пу­сти­ли их к уча­стию в вос­ста­нов­ле­нии глав­ной и един­ствен­ной с тех пор свя­ты­ни – Иеру­са­лим­ско­го хра­ма. То­гда оби­жен­ные са­ма­ряне по­стро­и­ли се­бе от­дель­ный храм на го­ре Га­ри­зим, но в 134 г. до н.э. его раз­ру­шил иудей­ский царь Иоанн Гир­кан (со 152 и до при­хо­да рим­лян в 63 г. до н.э. древ­ние евреи в по­след­ний раз жи­ли в сво­ем неза­ви­си­мом го­су­дар­стве, управ­ляв­шем­ся ди­на­сти­ей Мак­ка­ве­ев). Иудеи пре­зи­ра­ли са­ма­рян как нечи­сто­кров­ных "ере­ти­ков", от­но­сясь к ним ху­же, чем к языч­ни­кам, и, по­доб­но неко­то­рым на­шим ста­ро­об­ряд­цам, счи­та­ли осквер­не­ни­ем для се­бя вся­кое об­ще­ние с ино­вер­ны­ми, тем бо­лее – поль­зо­ва­ние од­ним со­су­дом. В об­щем, эти род­ствен­ные на­ро­ды пи­та­ли друг к дру­гу столь же "неж­ные" чув­ства, что и совре­мен­ные из­ра­иль­тяне и па­ле­стин­ские ара­бы, об­щий пра­о­тец ко­то­рых, Ав­ра­ам, по­хо­ро­нен в хев­рон­ской ме­че­ти (не в си­на­го­ге!).
Но по­сколь­ку иудеи жи­ли как на юге Па­ле­сти­ны (на тер­ри­то­рии быв­ше­го Иудей­ско­го го­су­дар­ства), так и на ее се­ве­ре, в об­ла­сти, име­ну­е­мой Га­ли­лея, то им по­не­во­ле при­хо­ди­лось пе­ре­се­кать Са­ма­рию, рас­по­ло­жен­ную в ее цен­траль­ной ча­сти. От­во­дя взгля­ды от встре­ча­ю­щих­ся им са­ма­рян, иудеи шли мол­ча, ста­ра­ясь быст­рее по­ки­нуть эту "за­чум­лен­ную" об­ласть. Нам по­нят­но те­перь удив­ле­ние безы­мян­ной са­ма­рян­ки, об­на­ру­жив­шей у сво­е­го ко­лод­ца стран­но­го иудей­ско­го па­лом­ни­ка, по­про­сив­ше­го у нее на­пить­ся.
Оста­вив без от­ве­та ее недо­умен­ное вос­кли­ца­ние, незна­ко­мец ска­зал, что Сам мо­жет дать ей «жи­вой во­ды». Здесь Хри­стос ис­поль­зо­вал древ­ний сим­вол: во­да ис­точ­ни­ка – это жизнь, да­ру­е­мая Бо­гом; в дан­ном слу­чае – это сим­вол Ду­ха, яв­ле­ние Ко­то­ро­го из­ме­нит вско­ре жизнь че­ло­ве­че­ства.
«Тот, кто пьет эту во­ду, сно­ва за­хо­чет пить. Но кто пьет во­ду, ко­то­рую Я ему дам, – во­ве­ки не бу­дет знать жаж­ды».
Про­сто­душ­ная жен­щи­на по­ня­ла эти сло­ва бук­валь­но. «Гос­по­дин мой! Дай мне та­кой во­ды; то­гда я боль­ше не бу­ду знать жаж­ды, и не на­до бу­дет хо­дить сю­да за во­дой!»
Во вре­мя даль­ней­шей бе­се­ды Иисус Хри­стос по­ка­зал, что Ему от­кры­та пе­чаль­ная ис­то­рия ее неустро­ен­ной жиз­ни. По­ра­жен­ная са­ма­рян­ка со­чла Его про­ро­ком и за­да­ла во­прос о ста­рой рас­пре меж­ду иуде­я­ми и са­ма­ря­на­ми. Где сле­ду­ет по­кло­нять­ся Бо­гу?
«На­ши пред­ки по­кло­ня­лись Бо­гу на этой го­ре (Га­ри­зим); а вы го­во­ри­те, что по­кло­нять­ся на­до толь­ко в Иеру­са­ли­ме».
Услы­шав, что ме­сто по­кло­не­ния Бо­гу бо­лее не иг­ра­ет ро­ли, са­ма­ри­тян­ка спра­вед­ли­во за­ме­ти­ла, что спо­ры пре­кра­тят­ся с при­ше­стви­ем Мес­сии: ко­гда Он при­дет, то «воз­ве­стит нам всё». А через мгно­ве­ние она узна­ла, что Мес­сия уже при­шел, и она с Ним раз­го­ва­ри­ва­ет!
Как раз в это вре­мя к ко­лод­цу по­до­шли вер­нув­ши­е­ся из го­ро­да уче­ни­ки. Их по­ра­зи­ло, что Учи­тель бе­се­ду­ет с са­ма­рян­кой, но они уди­ви­лись еще боль­ше, узнав, что не им и не их гор­де­ли­вым со­пле­мен­ни­кам, а этой про­стой жен­щине – к то­му же со­мни­тель­ной нрав­ствен­но­сти и "ере­тич­ке"! – Он впер­вые пря­мо ска­зал о Се­бе как о Мес­сии, по­свя­тив ее в сущ­ность но­вой ре­ли­гии "Ду­ха и Ис­ти­ны", не огра­ни­чен­ной пре­де­ла­ми ка­ко­го-то од­но­го ме­ста или на­ро­да.


При­ме­ча­ния

[1] По­дроб­нее о са­ма­ря­нах см.: Ры­бин­ский В. П. Са­ма­ряне. Ки­ев, 1913; Райт Дж. Э. Биб­лей­ская ар­хео­ло­гия. СПб., 2003, с. 278-280, 352. Ин­те­рес­но, что, ви­ди­мо, имен­но са­ма­ряне по­ста­ви­ли по­след­нюю точ­ку в ка­рье­ре Пон­тия Пи­ла­та, по­сто­ян­но оскорб­ляв­ше­го ре­ли­ги­оз­ные чув­ства жи­те­лей Па­ле­сти­ны. Его сол­да­ты разо­гна­ли ре­ли­ги­оз­ную про­цес­сию са­ма­рян, дви­гав­шу­ю­ся к свя­щен­ной для них го­ре Га­ри­зим (на ме­сте сво­е­го раз­ру­шен­но­го хра­ма они до сих пор со­вер­ша­ют жерт­во­при­но­ше­ния). Те по­да­ли жа­ло­бу Ви­тел­лию, ле­га­ту Си­рии; он сме­стил Пи­ла­та и от­пра­вил его в Рим на суд им­пе­ра­то­ра Ти­бе­рия. При­быв ту­да в мар­те 37 г., Пи­лат уже не за­стал его в жи­вых, а вско­ре, в прав­ле­ние имп. Ка­ли­гу­лы (37-41), по сви­де­тель­ству Ев­се­вия Ке­са­рий­ско­го, по­кон­чил с со­бой.

Случайный тест