Расставание без прощания

Воз­не­се­ние при­над­ле­жит к дву­на­де­ся­тым празд­ни­кам по­движ­но­го го­до­во­го цик­ла и празд­ну­ет­ся в чет­верг ше­стой неде­ли (сед­ми­цы), в со­ро­ко­вой день от Пас­хи. На­зва­ние празд­ни­ка (в за­пад­ной тра­ди­ции – Ascensio, «Вос­ше­ствие») вы­ра­жа­ет од­но из важ­ней­ших со­бы­тий но­во­за­вет­ной ис­то­рии, – окон­ча­тель­ное за­вер­ше­ние Иису­сом Хри­стом вре­ме­ни Сво­ей зем­ной жиз­ни и воз­вра­ще­ние в Бо­же­ствен­ную сфе­ру бы­тия («на небо»).

Со­глас­но по­вест­во­ва­нию еван­ге­ли­ста Лу­ки (Деян.1:1-12), Воз­не­се­ние Гос­по­да про­изо­шло через со­рок дней по­сле Вос­кре­се­ния, в окрест­но­стях Иеру­са­ли­ма – к во­сто­ку от го­ро­да, на склоне го­ры Еле­он­ской, или Мас­лич­ной го­ры. Совре­мен­ные ис­то­ри­ки да­ти­ру­ют его се­ре­ди­ной мая 30 го­да I в. н. э. В чем его смысл и зна­че­ние для по­сле­ду­ю­щих су­деб хри­сти­ан­ской ис­то­рии?

Воз­не­се­ние Гос­подне

«Воз­не­се­ние Гос­подне»

По­сле страш­ных ис­пы­та­ний и от­ча­я­ния пас­халь­ных дней свет­лая ра­дость на­пол­ни­ла серд­ца апо­сто­лов. О бу­ду­щем они ед­ва ли за­ду­мы­ва­лись, – сей­час для них глав­ным бы­ло то, что «Гос­подь жив», что Он Вос­крес. Да и мог­ли ли они, в ос­нов­ном про­стые ры­ба­ки, пред­по­ла­гать, что пред­на­зна­че­ны для все­мир­ной про­по­ве­ди, для по­ко­ре­ния гор­дой сво­и­ми ле­ги­о­на­ми и сво­ей куль­ту­рой Рим­ской им­пе­рии без­вест­но­му Учи­те­лю из Га­ли­леи? По­сле Пас­хи они разо­шлись по до­мам и вер­ну­лись к при­выч­ным за­ня­ти­ям. Апо­сто­лы не зна­ли, что зем­ной путь Мес­сии уже за­вер­шен. Ес­ли Он мед­лит, зна­чит на то есть при­чи­ны. Нет, они жда­ли из­ме­не­ний в этом неспра­вед­ли­вом ми­ре, жда­ли на­ступ­ле­ния Но­во­го Цар­ства. Но ка­ко­го Цар­ства?

Меж­ду тем, Вос­крес­ший Хри­стос не раз яв­лял Се­бя уче­ни­кам, утвер­ждая их ве­ру в ре­аль­ность по­бе­ды над смер­тью, в то, что ос­но­ван­ное Им на зем­ле Цар­ство не по­гибнет, но бу­дет пре­бы­вать «до скон­ча­ния ве­ка»; а они ста­нут его пер­вы­ми про­воз­вест­ни­ка­ми по «всей Все­лен­ной» (Рим­ской им­пе­рии). Во вре­мя од­но­го из та­ких яв­ле­ний на бе­ре­гу Ти­ве­ри­ад­ско­го озе­ра Гос­подь про­стил апо­сто­лу Пет­ру ма­ло­душ­ное от Него от­ре­че­ние, вновь под­твер­див его гла­вен­ство сре­ди апо­сто­лов. (Тем са­мым Он ука­зал на бу­ду­щее гла­вен­ство в хри­сти­ан­ском ми­ре пре­сто­ла апо­сто­ла Пет­ра, ко­то­ро­му он вру­чил «клю­чи Цар­ства Небес­но­го».)

На­ко­нец, во вре­мя про­щаль­ной тра­пезы Он по­ве­лел им не от­лу­чать­ся из Иеру­са­ли­ма, но ждать обе­щан­но­го Бо­гом От­цом да­ра. В чем бу­дет со­сто­ять этот дар? В вос­ста­нов­ле­нии слав­ной мо­нар­хии ца­ря Да­ви­да (X в. до Р. Х.)?

Об­ра­тим вни­ма­ние, что да­же в эти ча­сы и ми­ну­ты, – по­след­ние ми­ну­ты пре­бы­ва­ния со Хри­стом, – апо­сто­лы да­ле­ки от по­ни­ма­ния ис­тин­но­го ха­рак­те­ра ос­но­ван­но­го Им Цар­ства! Они еще пи­та­ют те лже­мес­си­ан­ские, на­цио­наль­но-по­ли­ти­че­ские ил­лю­зии, ко­то­рые дву­мя ме­ся­ца­ми ра­нее ис­тор­га­ли из уст на­ро­да вос­тор­жен­ные при­вет­ствия въез­жа­ю­ще­му в Иеру­са­лим Ца­рю Иудей­ско­му: «Осан­на!» и «бла­го­сло­вен Гря­ду­щий!», – вско­ре сме­нив­ши­е­ся та­ки­ми же ис­крен­ни­ми воп­ля­ми об­ма­нув­шей­ся в сво­их ожи­да­ни­ях тол­пы: «Рас­пни, рас­пни Его!»

«Не ва­ше де­ло знать вре­ме­на или сро­ки…», – зву­чит су­ро­вый от­вет Учи­те­ля. Этим да­ром, по­яс­ня­ет Он, станет со­ше­ствие Свя­то­го Ду­ха. А Сам Он воз­но­сит­ся: пе­ри­од уче­ни­че­ства за­кон­чил­ся, те­перь им пред­сто­ит воз­рас­тить Цар­ство, ро­сток ко­то­ро­го уже по­ка­зал­ся из зем­ли.

Апо­сто­лы не ощу­ти­ли се­бя по­ки­ну­ты­ми и оди­но­ки­ми. Они по­ня­ли, что от­ныне Гос­подь бу­дет жить с ни­ми веч­но, и уже ни­кто не в си­лах их раз­лу­чить. Он по­бе­дил кос­ность и глу­пость ми­ра, и те­перь Ему не страш­ны ни от­ре­че­ние и пре­да­тель­ство за­блуж­да­ю­щих­ся уче­ни­ков, ни нена­висть небла­го­дар­ной чер­ни, ни суд Пи­ла­та, ни Гол­го­фа... Прой­дет еще несколь­ко дней, и они при­мут уди­ви­тель­ный дар, ко­то­рый рас­пахнет пе­ред ни­ми не толь­ко две­ри бед­ной иеру­са­лим­ской гор­ни­цы, но и две­ри все­го ми­ра.

Празд­ник Воз­не­се­ния все же оку­тан лег­кой гру­стью: окон­чи­лось Пер­вое При­ше­ствие, мы рас­ста­ем­ся с Пас­хой. В то же вре­мя Воз­не­се­ние – ра­дост­ный празд­ник Бо­же­ствен­но­го вез­де­при­сут­ствия в но­вом ми­ре, на­все­гда пре­об­ра­жен­ном выс­шей ре­аль­но­стью Вос­кре­се­ния.

Пра­во­слав­ная ико­но­гра­фия Воз­не­се­ния ис­хо­дит из эс­ха­то­ло­ги­че­ско­го смыс­ла слов ан­ге­лов: Хри­стос воз­но­сит­ся та­ким, ка­ким неко­гда вер­нет­ся «во сла­ве» вер­шить Страш­ный суд. При­сут­ствие апо­сто­лов, объ­еди­нив­ших­ся во­круг Де­вы Ма­рии (сто­я­щей в цен­тре груп­пы с воз­де­ты­ми ру­ка­ми), сим­во­ли­зи­ру­ет про­во­жа­ю­щую Хри­ста на Небе­са и ожи­да­ю­щую Его Вто­ро­го при­ше­ствия Цер­ковь.

Юрий Ива­но­вич Ру­бан,
кан­ди­дат ис­то­ри­че­ских на­ук, кан­ди­дат бо­го­сло­вия

Случайный тест

(1 голос: 5 из 5)