Синайский Незлобивец

От­крыв пра­во­слав­ный ка­лен­дарь под 20 июля по но­во­му (7 по ста­ро­му) сти­лю[1], мы сра­зу же об­ра­ща­ем вни­ма­ние на пре­по­доб­но­го Ака­кия Си­най­ско­го, имя ко­то­ро­го – хо­тя бы на уровне фо­не­ти­ки – хо­ро­шо из­вест­но всем, изу­чав­шим в шко­ле рус­скую клас­си­че­скую ли­те­ра­ту­ру XIX сто­ле­тия. Прав­да, да­ле­ко не все зна­ют, что озна­ча­ет это стран­ное для рус­ско­го уха имя и по­че­му оно во­шло в наш ли­те­ра­тур­ный оби­ход.

Имя Ака­кий в пе­ре­во­де с гре­че­ско­го озна­ча­ет «незло­би­вый», «крот­кий», «невин­ный». Так зва­ли мо­ло­до­го мо­на­ха, жив­ше­го в пер­вой по­ло­вине VI сто­ле­тия в мо­на­сты­ре св. Ека­те­ри­ны у свя­щен­ной го­ры Си­най. Крат­кую ис­то­рию его жиз­ни мож­но най­ти в зна­ме­ни­том ас­ке­ти­че­ском про­из­ве­де­нии «Ле­стви­ца» («Лест­ни­ца»), при­над­ле­жа­щем пе­ру Иоан­на Ле­ствич­ни­ка, «Сло­во 4-е, О по­слу­ша­нии». Со­глас­но по­вест­во­ва­нию, юный Ака­кий про­хо­дил ис­кус, или по­слу­ша­ние – сво­е­го ро­да «шко­лу на­чи­на­ю­ще­го мо­на­ха» – у од­но­го опыт­но­го стар­ца. На его бе­ду ста­рец от­ли­чал­ся из­лиш­ней су­ро­во­стью: он по­сто­ян­но ру­гал сво­е­го под­опеч­но­го, а чтобы сло­вес­ные на­став­ле­ния луч­ше до­хо­ди­ли до ума, со­про­вож­дал их те­лес­ны­ми «вра­зум­ле­ни­я­ми». Бед­ный Ака­кий хо­дил в си­ня­ках, но ни­ко­му не жа­ло­вал­ся и со сми­ре­ни­ем нёс свой крест. (В скоб­ках за­ме­тим, что так на­зы­ва­е­мая де­дов­щи­на, при­су­щая ме­лоч­ным и непол­но­цен­ным ти­ра­нам, – яв­ле­ние древ­нее и не толь­ко ар­мей­ское.)

Прп. Акакий СинайскийЧерез де­вять лет столь тяж­ко­го по­слу­ша­ния мо­ло­дой мо­нах скон­чал­ся по­сле непро­дол­жи­тель­ной бо­лез­ни. Про­шло пять дней, и су­ро­вый на­став­ник по­ве­дал о смер­ти сво­е­го уче­ни­ка дру­го­му стар­цу, не знав­ше­му о про­изо­шед­шем. Тот усо­мнил­ся в смер­ти ещё мо­ло­до­го Ака­кия, и стар­цы вме­сте при­шли в склеп, где он был по­хо­ро­нен. «Ака­кий, умер ли ты?!», – об­ра­тил­ся к ле­жав­ше­му во гро­бе со­мне­ва­ю­щий­ся ста­рец. Про­изо­шло чу­до, по­то­му что Ака­кий, ока­зы­вая по­слу­ша­ние и по­сле смер­ти, от­ве­тил: «Обя­зав­ше­му­ся тво­рить по­слу­ша­ние, невоз­мож­но уме­реть». Бес­че­ло­веч­ный на­став­ник свя­то­го Ака­кия был так вра­зум­лен этим чу­дом (вспом­ним пуш­кин­ские сло­ва о тех, что «лю­бить уме­ют толь­ко мёрт­вых»), так пе­ре­жи­вал свою же­сто­кость, ис­пра­вить ко­то­рую уже не мог, что ушёл в за­твор и оста­ток дней про­вёл в глу­хой ке­лье при гроб­ни­це сво­е­го уче­ни­ка.

Ака­кий Си­най­ский ча­ще все­го изо­бра­жа­ет­ся мо­ло­дым, с тём­ны­ми во­ло­са­ми и очень ко­рот­кой тем­ной бо­ро­дой, в мо­на­ше­ском оде­я­нии. На фрес­ке церк­ви Спа­са на Ко­валё­ве (в Ве­ли­ком Нов­го­ро­де) Ака­кий дер­жит в ру­ке сви­ток с над­пи­сью: «Ча­до по­слу­ша­ния не уми­ра­ет ни­ко­ли́же (ни­ко­гда)». Рос­пись да­ти­ру­ет­ся 1380 го­дом.

По­учи­тель­ная ис­то­рия Ака­кия-мо­на­ха бы­ла хо­ро­шо из­вест­на Ни­ко­лаю Ва­си­лье­ви­чу Го­го­лю. Вспом­ним, что крот­кий пер­со­наж его «Ши­не­ли», вы­слу­шав гроз­ную от­по­ведь Зна­чи­тель­но­го ли­ца, к ко­то­ро­му он при­шёл за прав­дой, без­ро­пот­но бре­дёт до­мой, ло­жит­ся и вско­ре уми­ра­ет. Его су­гу­бое незло­бие под­черк­ну­то двой­ным по­вто­ре­ни­ем име­ни. Так Ака­кий Си­най­ский по­лу­чил вто­рое рож­де­ние в скром­ном пе­тер­бург­ском чи­нов­ни­ке по име­ни Ака­кий Ака­ки­е­вич Баш­мач­кин.

Юрий Ру­бан,
канд. ист. на­ук, канд. бо­го­сло­вия


При­ме­ча­ние

[1] Па­мять пре­по­доб­но­го Ака­кия празд­ну­ет­ся так­же 12 де­каб­ря (29 но­яб­ря ст. ст.) и в сре­ду Свет­лой сед­ми­цы (Со­бор Си­най­ских пре­по­доб­ных).

Случайный тест

(3 голоса: 5 из 5)