Активное отцовство, или что важно в папином воспитании

Активное отцовство, или что важно в папином воспитании

(2 голоса5.0 из 5)

Тема отцов и детей зву­чит по-новому. Непол­ных семей больше, оте­че­ского уча­стия в вос­пи­та­нии детей – увы, меньше. Что про­ти­во­по­ста­вить этой тен­ден­ции и чем папы могут зани­маться с детьми? Под­ска­зы­вает Фёдор Тара­бу­кин, автор про­екта «Уса­тый нянь».

Чтобы в каж­дой кон­крет­ной семье отно­ше­ния отца и ребенка стро­и­лись на дру­же­ствен­ных нача­лах, где есть место вза­и­мо­ува­же­нию и пра­виль­ной иерар­хии, папе необ­хо­димо тру­диться над этим с момента появ­ле­ния малыша.

Как над этим тру­диться, решила разо­браться автор и веду­щая пере­дачи для роди­те­лей «Учимся рас­тить любо­вью» на ТК «Союз» Марина Ланская.

– Фёдор, немного рас­ска­жем о Вашем про­екте, кото­рый дей­стви­тельно уни­ка­лен. Это про­ект, в кото­ром педа­го­гами в дет­ской группе, группе дет­ского раз­ви­тия и днев­ного пре­бы­ва­ния, чем-то похо­жей на дет­ский сад, явля­ются мужчины. 

И, соот­вет­ственно, вос­пи­та­нием зани­ма­ются муж­чины, ведь есть такой недо­ста­ток нашего вре­мени как жен­ское вос­пи­та­ние, об этом много говорят. 

Активное отцовство, или что важно в папином воспитании

Мы неда­ром выбрали тему с таким назва­нием «Отцы и дети», потому что обычно мы слы­шим «отцы и дети» рядом со сло­вом «кон­фликт», кон­фликт отцов и детей. 

Мне кажется, чтобы этого кон­фликта в даль­ней­шем между поко­ле­ни­ями не было, очень важно, чтобы отцы при­ни­мали непо­сред­ствен­ное уча­стие в вос­пи­та­нии детей. 

Насколько я знаю, «Уса­тый нянь» – не един­ствен­ный ваш про­ект, у вас есть и «Бога­тыр­ская школа» для детей постарше, для под­рост­ков, и семей­ные выезды, и лет­ние лагеря, и тре­нинги для пап и для семей в целом. 

Думаю, все они объ­еди­нены одной идеей: отец точно также дол­жен при­ни­мать уча­стие в вос­пи­та­нии своих детей, как и мать?

–Да, отец дол­жен при­ни­мать актив­ное уча­стие – хотя не совсем также, как мать. То есть у каж­дого в семье своя роль, и у отца есть опре­де­лён­ная роль, и кон­фликт «отцы и дети» воз­ни­кает тогда, когда отец поздно вспо­ми­нает о том, чем ему необ­хо­димо зани­маться, чтобы не было конфликта.

Важно зани­маться вос­пи­та­нием как можно раньше. Когда ребё­нок уже трёх лет, тут папа дол­жен очень и очень активно вклю­чаться, а мама, наобо­рот, должна отхо­дить. К сожа­ле­нию, я знаю таких мам, кото­рые до окон­ча­ния инсти­тута детей за ручку водят, а потом раз­во­дят руками.

Чтобы этого не было, папа тут дол­жен брать в свои руки все вос­пи­та­ние – не кон­флик­туя с мамой, есте­ственно. Исхо­дим из того, что семья – это место, где люди дого­ва­ри­ва­ются, живут в любви и согла­сии, и если все это пра­вильно выстро­ено, то мама соглашается.

Любая мама согла­сится дове­рить отцу, кото­рый адек­ват­ный, разум­ный и спо­со­бен зани­маться с детьми, она спо­койно отсту­пит в сто­рону и будет зани­маться дру­гими делами, кото­рые у неё есть.

– Фёдор, кому-то кажется, что это новое вея­ние: отцы, кото­рые вовле­чены в игры, в заня­тия со сво­ими детьми. А ведь на самом деле такая тра­ди­ция была – по край­ней мере, в каза­чьей среде маль­чика с четы­рех лет вос­пи­ты­вали только мужчины. 

То есть от мамок и нянек он пере­хо­дил пол­но­стью в веде­ние и вос­пи­та­ние муж­чин. Полу­ча­ется, что вы ничего нового не дела­ете – воз­рож­да­ете традиции?

– Да. Но сей­час это суще­ствует как новый тренд, и очень заметно, как папы начи­нают активно зани­мать эту пози­цию. Согла­сен, нет ничего нового, это хорошо забы­тое ста­рое. Но брать то же самое и делать это сего­дня уже не акту­ально, это будет вне вре­мен­ного кон­тек­ста и неприменимо.

А те прин­ципы – вос­пи­та­тель­ные или игро­вые, или те вза­и­мо­от­но­ше­ния, ту иерар­хию мы, конечно, исполь­зуем, берём из нашей тра­ди­ци­он­ной куль­туры. Потому что про­ве­рен­ные инстру­менты рабо­тают и не тре­буют каких-то усилий.

– Ска­жите, идея актив­ного отцов­ства была ещё до того, как у вас появился ребё­нок, или она роди­лась вме­сте с чадом?

– Мой отец (а нас трое детей было, мно­го­дет­ная семья) зани­мался нами. Это было счаст­ли­вое время, когда отец с нами играл, помню, как мы там вози­лись. Даже не помню кон­крет­ные игры – помню вот это ощу­ще­ние радо­сти, такой надёж­но­сти, и то, что я могу мно­гому научиться от него, и то, что я могу в какой-то момент быть с ним на равных.

Активное отцовство, или что важно в папином воспитании

Это ощу­ще­ние я очень хорошо запом­нил, поэтому для меня это не что-то такое, что при­хо­ди­лось изу­чать. Для меня это есте­ствен­ная, нор­маль­ная ситуация.

И когда у меня свои дети появи­лись, я стал заду­мы­ваться, как пра­вильно их вос­пи­ты­вать. Конечно, всё нача­лось с того, что на поверх­но­сти – читал пси­хо­ло­ги­че­ские книжки.

Меня что-то не устра­и­вало, и я стал копать глубже и дошёл до того, что есть про­стая тра­ди­ци­он­ная система: про­стые музы­каль­ные инстру­менты, игры. Дети малень­кие были – этого было доста­точно для того, чтобы начать. Сей­час чуть серьёз­нее – мы берем ответ­ствен­ность не только за своих детей, а за и дру­гих детей. Поэтому теперь более системно под­хожу к этому вопросу.

– В чем же сек­реты дей­стви­тельно пра­виль­ного отцов­ского вос­пи­та­ния? Во мно­гих семьях этот вопрос так и не решён. 

Ни мама не знает, что про­сить от отца, какой помощи, и что, соб­ственно говоря, он может дать ребёнку, ни сам отец, кото­рый ино­гда в рас­те­рян­но­сти, не пони­мает, как выстра­и­вать вза­и­мо­от­но­ше­ния с трёх­лет­ним малышом. 

Одно дело с под­рост­ком – можно какие-то общие инте­ресы раз­де­лить, а что делать с трёхлеткой?

– Ничего нет проще в этом мире, чем игры. Если мы обра­тимся к котя­там и зве­ря­там – что они малень­кие делают: играют, они играют в то, что им попа­да­ется: тра­винки – и они играют в тра­винки; папино ухо – и они играют с папи­ным ухом.

Когда папе надо­едает, когда он счи­тает, что это пере­бор, он пока­зы­вает гра­ницы: так, с папой сильно кусать ухо не надо, но в то же время может спе­ци­ально зате­ять какую-то игру. Также и здесь. Зна­чит, что делать с ребён­ком? Надо с ним играть. Потому что малень­кий ребё­нок не пони­мает сло­вес­ных наставлений. 

Вер­нее, он пони­мает слова, но взрос­лый чело­век про­жи­вает это через свой опыт, он пони­мает гораздо лучше, у него всё запи­сы­ва­ется на под­со­зна­нии. Но чтобы малень­кий ребё­нок что-то понял, нужно с ним поиг­рать. Эта про­стая есте­ствен­ная форма, доступ­ная каж­дому, потому что каж­дый чело­век в своей жизни хоть немножко, но играл.

– Фёдор, одна из основ­ных про­блем во вза­и­мо­от­но­ше­ниях отца и детей на самом деле почему-то состоит в пре­пят­ствиях, кото­рые ино­гда мамы чинят папам. 

Дело в том, что мама вроде бы меч­тает, чтобы папа был вовле­чен в игру, но сильно кон­тро­ли­рует этот про­цесс: не надо зале­зать на дерево, купаться в луже, это опасно! 

Вот здесь, мне кажется, муж­чине очень важно выста­вить гра­ницы и отво­е­вать право на вос­пи­та­ние ребёнка. Рас­ска­жите, как это можно сде­лать некон­фликтно, дей­стви­тельно ли это важно или нет, или лучше уступить?

– Важно пони­мать, чего мы хотим. Слово «отво­е­вать» мне не очень нра­вится. Где война, там есть жертвы, поэтому лучше дого­ва­ри­ваться. Эти кон­фликты про­ис­хо­дят тогда, когда мама, жена не до конца дове­ряет мужу.

В такие моменты лучше не тре­во­жить её неж­ное сердце, а взять ребёнка и пойти с ним на улицу погу­лять и поиг­рать, когда мама не видит. То есть я – отец, адек­ват­ный чело­век, я кон­тро­ли­рую его высоту зале­за­ния по лесенке, могу рядом сто­ять, стра­хо­вать его. Конечно, у мамы ино­гда сердце тре­пе­щет: лучше бы дети никуда не залезали!

Активное отцовство, или что важно в папином воспитании

Мамы неко­то­рые спо­койны, а вот бабушки… Помню мою бабушку: когда мы уез­жали с ней в деревню, она очень сильно пыта­лась нас огра­ни­чить, чтобы мы никуда не зале­зали, наверх на дерево не заби­ра­лись, а при папе – тогда конечно, можно лезть, папа оце­нит ситу­а­цию, папа, если надо, подстрахует.

Задача любого отца – чтобы ребё­нок научился пре­одо­ле­вать труд­но­сти, и каж­дый раз ста­но­вился чуть лучше, чуть успеш­ней, чуть сме­лее, чуть ловчей. 

Задача отца – научить ребёнка осва­и­вать этот мир, про­стран­ство, реа­ли­зо­вы­вать себя. Задача мамы – это обе­ре­гать, сохра­нять, чтобы ничего не слу­чи­лось, и это естественно. 

Почему отец дол­жен активно зани­маться вос­пи­та­нием? Потому что мама огра­дит, будет опе­кать, забо­титься. И если отец не зани­ма­ется, то конечно, маме ста­но­вится страш­но­вато, потому что ребё­нок рас­тёт, про­яв­ляет больше ини­ци­а­тивы, больше воли, ей уже не спра­виться одной.

А это – есте­ствен­ная потреб­ность чело­века: изу­чать, про­бо­вать, тести­ро­вать, и, конечно, малень­кий ребё­нок не пони­мает, где реаль­ные опасности.

Вот поэтому тут нужен отец, чтобы заняться этими вопросами.

Научить ребёнка пра­вильно пре­одо­ле­вать, пра­вильно зале­зать, пра­вильно падать – это тоже немаловажно. 

Есть дети, кото­рые не падают – сей­час мир ста­но­вится очень без­опас­ным, каски, шлемы, на всех углах заглушки, чтобы ребё­нок, не дай Бог, даже если уда­рится, ничего не почувствовал. 

Но я счи­таю, что это пере­бор. Если ребё­нок малень­кий, он ходит мед­ленно, он чуть поца­ра­пался, стук­нулся – и будет осторожней.

А если кажется ему, что весь мир такой глад­кий, без­опас­ный, то у него при­туп­ля­ется чув­ство опас­но­сти, он не раз­ви­ва­ется в этом направлении.

Я очень хорошо пони­маю Вас и при этом пони­маю мате­рей, кото­рым это тео­ре­ти­че­ски при­нять легко, а прак­ти­че­ски очень тяжело, потому что наша мате­рин­ская задача – это оберегать. 

В чём ещё состоит важ­ность отцов­ского вос­пи­та­ния кроме того, что ребё­нок учится пре­одо­ле­вать пре­пят­ствия в своей жизни, испы­та­ния и даже боль пра­виль­ными, нетрав­ма­тич­ными мето­дами? В чём её корень?

– Муж­ское вос­пи­та­ние стоит на трёх китах. Пер­вый – мы уже пого­во­рили, это игра. Потом это при­мер как наказ и соб­ственно при­мер. Нач­нём с при­мера, то есть отец, кроме того, что он играет, дол­жен ещё пока­зы­вать при­мер для того, чтобы ребё­нок мог на что-то ориентироваться.

То есть я только играю, с ребён­ком поиг­рал, и все, и пошёл – тогда я, полу­ча­ется, похож больше на ани­ма­тора, а не отца. Если я пока­зы­ваю при­мер, говорю, ком­мен­ти­рую, под­ска­зы­ваю ребёнку, то тогда он видит, какой папа, видит мои дей­ствия, видит резуль­таты моих дей­ствий, видит, кем он может стать. Тогда он уже хочет кем-то стать.

Кстати, при­мер можно пока­зы­вать не только путём кон­крет­ных прак­ти­че­ских дей­ствий, но и тем, что папа жиз­не­ра­дост­ный и он счастлив. 

Если папа при­хо­дит измож­дён­ный, падает на диван и ничего больше не хочет, в том числе поиг­рать, то он явля­ется анти-при­ме­ром для ребёнка. То есть это пове­де­ние явля­ется неко­то­рым тор­мо­зом в развитии. 

Потому что ребё­нок смот­рит – он как бы так не думает, но на уровне под­со­зна­ния сопо­став­ляет: зачем мне ста­но­виться взрос­лым, у кото­рого всё так плохо?

Если он пора­бо­тал и при­шёл, сва­лился на диван, весь выход­ной с газе­той и щел­кает пуль­том от теле­ви­зора – пожа­луй, лучше остаться ребён­ком, у кото­рого радост­ное и счаст­ли­вое дет­ство и всё есть.

Поэтому отец дол­жен быть при­ме­ром. Он дол­жен пока­зать, что взрос­лым быть здо­рово, у него есть свои инте­ресы, у него боль­шие воз­мож­но­сти, спо­соб­но­сти, и есть резуль­таты труда. Но также есть и ответ­ствен­ность, это идёт вме­сте, рука об руку. 

То есть много выбора: с одной сто­роны, могу это делать, но за этот выбор я отве­чаю, несу ответ­ствен­ность, и в этом тоже есть при­мер. И тре­тье, что мы исполь­зуем – это наказ.

Зву­чит страшно…

– Слово «нака­за­ние» пуга­ю­щее, осо­бенно в совре­мен­ном мире, у всех ассо­ци­а­ция, что берут ребёнка и начи­нают его пороть. Я дру­гое имею в виду: когда есть какая-то уста­новка и есть время для того, чтобы ребё­нок с этим согла­сился или не согласился.

Я не стою над ним, я говорю: сде­лай, пожа­луй­ста, так, как тебя прошу, – и могу отойти. Про­хо­дит время, и я про­ве­ряю, сде­лано так или нет. 

И тут тоже бывает, что неко­то­рые папы счи­тают, что ребё­нок дол­жен делать только так, как отец гово­рит. Но у ребёнка тоже должна быть воз­мож­ность про­ве­рить гра­ницы, ослушаться. 

Конечно, за этот выбор у него будет соот­вет­ству­ю­щая ответ­ствен­ность. И бывают такие ситу­а­ции, когда точно нельзя пре­сту­пать то, что отец наказал. 

А если можно – тогда, соот­вет­ственно, он узнает, что такое нака­за­ние. Но нака­за­ние тоже может быть раз­ным. В зави­си­мо­сти от сте­пени провинности.

Наказ – он вме­сте с ребён­ком рас­тёт, и вме­сте с ним рас­тёт время, на кото­рое я отпус­каю ребёнка, чтобы он при­нял реше­ние: выпол­нять или не выпол­нять, ослу­шаться или подчиниться. 

У малень­кого ребёнка это бук­вально несколько мгно­ве­ний – он уже уви­дел дру­гую игрушку и забыл, и ушёл. Для парня, под­ростка это может быть целый день. Допу­стим, я говорю утром: тебе задача на день – сде­лать уроки, выне­сти мусор и схо­дить магазин.

Активное отцовство, или что важно в папином воспитании

В какое время ты это сде­ла­ешь – мне, честно говоря, всё равно, то есть у тебя есть сво­бода, для этого ты можешь пойти гулять целый день, а потом быстро сде­лать уроки; можешь наобо­рот – сде­лать уроки, схо­дить в мага­зин, выне­сти ведро, а потом играть.

Если ты не можешь это кон­тро­ли­ро­вать, тогда я высту­паю за тебя кон­тро­лё­ром; если ослу­ша­ешься – будут какие-то санк­ции от меня. Это для ребёнка про­зрач­ность, вот в этом – весь отцов­ский наказ.

– Фёдор, мы сей­час кос­ну­лись такой глу­бо­кой и очень важ­ной темы, потому что об этом очень много гово­рят роди­тели, заня­тые осо­знан­ным вос­пи­та­нием своих детей. Неко­то­рым кажется, что такая форма вос­пи­та­ния про­во­ци­рует ребёнка только лишь слу­шаться. То есть он вырас­тает послушным. 

На самом деле, мне кажется и Вы аргу­мен­ти­ро­вали: в дей­стви­тель­но­сти наша задача – не вос­пи­тать послуш­ного ребёнка, а такого ребёнка, кото­рый будет отве­чать за свои действия. 

То есть сна­чала, когда ребё­нок выпол­няет то или иное дей­ствие, кон­троль роди­теля велик. А потом кон­троль умень­ша­ется, а соот­вет­ственно, ответ­ствен­ность ребёнка возрастает. 

Если мы пус­каем всё на само­тёк или посто­янно кон­тро­ли­руем, то часто это при­во­дит к такому непра­виль­ному дет­скому пове­де­нию, когда ребё­нок дей­стви­тельно, как Вы ска­зали, не взрослеет.

– Да, согла­сен, уни­вер­саль­ного рецепта нет. Для кого-то, наобо­рот, нужно учиться больше кон­тро­ли­ро­вать, кому-то – больше дове­рять. Есте­ственно, нужно найти золо­тую середину.

Любой чело­век по своей при­роде лени­вый. То есть мне неохота кон­тро­ли­ро­вать, я за то, чтобы он быст­рее научился, я изна­чально дове­ряю, но вижу, что он не справ­ля­ется, не может себя кон­тро­ли­ро­вать – при­хо­дится мне этим заниматься.

Но я все­гда ста­ра­юсь своим детям, детям, с кото­рыми мы на выезды ездим, под­рост­кам, все­гда объ­яс­нять, что я хочу тебе дове­рять. Ведь мне не хочется кон­тро­ли­ро­вать, но если ты не можешь, ты можешь сам мне ска­зать: я не могу, кон­тро­ли­руйте меня.

И сна­чала кон­тро­ли­руем, а потом пони­маем, что неко­то­рые дети настолько лени­вые, при­выкли, что их кон­тро­ли­руют, что они не готовы кон­тро­ли­ро­вать себя сами. Тогда мы их побуж­даем кон­тро­ли­ро­вать себя. Здесь, как в любых заня­тиях, глав­ное постепенность.

Чуть-чуть больше кон­троль ему деле­ги­руем, дове­ряем. Если сразу резко, то конечно, сложно ему, а если по чуть-чуть – он уже пони­мает: о, я могу себя кон­тро­ли­ро­вать, я могу больше! И тогда у него внут­ренне раз­го­ра­ется и жела­ние, и воля, и огонь жить и себя контролировать.

Когда у него есть несколько успеш­ных опы­тов, тогда он почув­ствует: я могу. А если мы слиш­ком сильно кон­тро­ли­руем, у него нет воз­мож­но­сти попро­бо­вать и полу­чить реаль­ный опыт успеха.

– Вы не один зани­ма­е­тесь с детьми, у Вас несколько вос­пи­та­те­лей. Как Вы их под­би­ра­ете? Это дол­жен быть доб­рый чело­век, отзыв­чи­вый, или кре­а­тив­ный, твор­че­ский, или очень энергичный? 

Когда Вы пони­ма­ете, что вот это – точно «наш чело­век» и он пони­мает всё с полу­слова, его не надо натаскивать?

– У меня была идея под­би­рать людей, когда я поду­мал, что надо бы этот про­ект раз­ви­вать. Под­би­рать не полу­ча­ется – люди сами при­хо­дят, они откли­ка­ются на идею. Конечно, они должны отве­чать неко­то­рым кри­те­риям. Чело­век дол­жен быть с актив­ной жиз­нен­ной пози­цией, дол­жен любить детей.

Активное отцовство, или что важно в папином воспитании

Все вос­пи­та­тели у нас – папы, и мно­гие из них мно­го­дет­ные. Дол­жен при­дер­жи­ваться семей­ных тра­ди­ци­он­ных цен­но­стей: что есть иерар­хия в семье, есте­ственно. Мы её не выпя­чи­ваем, но когда она начи­нает нару­шаться, ребё­нок начи­нает зале­зать наверх, мы обратно пред­ла­гаем ему спу­ститься вниз.

«Наш чело­век» дол­жен, кроме твёр­дой муж­ской пози­ции, иметь доб­рое сердце. То есть мы, с одной сто­роны, ста­ра­емся делать всё пра­вильно, а с дру­гой сто­роны – очень мягко. 

Ребё­нок в иде­але не дол­жен ощу­тить ни малей­шей жест­ко­сти, ни какой-то гру­бо­сти. Это должно быть для него есте­ственно, что есть папа, есть вос­пи­та­тель, есть муж­чина, он – авто­ри­тет, но от него не исхо­дит угроза – я его не боюсь, я его уважаю. 

И чело­век дол­жен быть твор­че­ский. Дол­жен быть спо­со­бен нахо­дить неожи­дан­ные твор­че­ские реше­ния, уметь рабо­тать не по мето­дике – вот алго­ритмы, и я их делаю. Это хорошо, когда чело­век знает, но, как пра­вило, мно­гие мето­дики пере­стают рабо­тать, потому что усло­вия начи­нают меняться, и область дей­ствия не сов­па­дает с обла­стью при­ме­ни­мо­сти методики.

Он дол­жен быть спо­со­бен при­ду­мы­вать игры на ходу. Но на самом деле это  нара­ба­ты­ва­ется. То есть можно этого не уметь, про­сто иметь жела­ние рабо­тать с детьми. Когда мы начи­нали, у нас был базо­вый набор игр, кото­рый мы где-то посмот­рели, обра­ти­лись в тра­ди­ци­он­ную куль­туру, взяли их и стали использовать.

Но в реаль­ных усло­виях мы пони­маем, что нужна чистая поляна, а тут у нас льёт дождь, грязь, – соот­вет­ственно, при­дётся при­ду­мы­вать новые ходы и чем-то дру­гим зани­маться. Пове­де­ние и реак­ции совре­мен­ных детей на игры немножко дру­гие, и это тоже при­хо­дится учитывать.

То есть всё время нужно, с одной сто­роны, иметь стер­жень, но иметь гиб­кость и спо­соб­ность адап­ти­ро­ваться, изме­няться – и под внеш­ние усло­вия, и под детей, и дер­жать в голове, что цель у нас всё же не  зани­маться ани­ма­тор­ством, а при­ве­сти их к росту, к раз­ви­тию, к сов­мест­ному творчеству.

Соб. инф.

Оставить комментарий

Добавить комментарий для Игорь Частковский Отменить ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

2 комментария

  • Игорь Част­ков­ский, 28.02.2020

    Очень инте­рес­ная тема!

    Она мне инте­ресна именно тем, что я сам —- очень плохо вос­пи­тан­ный ребе­нок. И я чув­ствую свою вину!

    Я инфан­ти­лен, трус­лив, не муже­стве­нен, не самостоятелен,очень ленив, не хочу при­ни­мать реше­ния, боюсь ответ­ствен­но­сти за свои реше­ния, не хочу ходить на работу, боюсь выбрать себе про­фес­сию, боюсь зафик­си­ро­вать выбор. Все­гда меняю свое реше­ние и все­гда бро­саю работу стра­шась какой то зафик­си­ро­ван­но­сти реше­ния и что меня обма­нут и пой­мают в какой то капкан. 

    Я вырос со своим отцом, часто ездил к дедушке и бабушке. Но он очень занят был на работе и основ­ная форма наших отно­ше­ний была — вме­сте кушать возле теле­ви­зора и валятся на диване вече­ром. Серьезно — я был счаст­лив когда папа в 12 ночи при­хо­дил и мы вме­сте ели. Он мне сто раз гово­рил: “сде­лай в пят­ницу уроки, на выход­ных куда то поедем”. Я же упрямо не делал их до воскресенья. 

    Ино­гда мы по грибы и на рыбалку ездили. Это было самое класс­ное время. 

    Папа с бабуш­кой меня очень жалели. Мы все вме­сте дру­жили про­тив деда, потому что он каж­дый день скан­далы зака­ты­вал по малей­шему поводу.

    К 16 годам я весил 124 кг. Он с 11 лет пытался меня заста­вить спор­том зани­маться, но я ни в какую. Лет эдак при­бли­зи­тельно в 6–8 я очень любил помо­гать мыть пол и мыть посуду. Я очень любил помо­гать, но когда он спро­сил :“Почему ты не помыл посуду?” я про­сек, что 2 раза помо­га­ешь, на 3‑й это уже твоя обя­зан­ность. С тех пор я не дове­рял и все­гда ста­рался напе­ред про­сечь педа­го­ги­че­ский прием и вся­че­ски ему сопро­тив­лялся! Так до сих пор не люблю ответ­ствен­ность и обя­зан­но­сти и вся­че­ски от них отбиваюсь! 

    Очень тяжело было с уро­ками в млад­шей школе. Помню в 1‑м класе я до 9‑ти вечера сидел на кухне и упорно не делал уроки. Таб­лицу умно­же­ния летом на море с кри­ками и воп­лями 2 лета под­ряд учили. И я, вызуб­рив, спе­ци­ально ста­рался ее забыть, “назло вра­гам”. Также он меня пла­вать учил. Хотя с чужими детьми очень легко у папы получалось.

    Самое пло­хое, что я бабушку больше слу­шался, чем папу. В резуль­тате я стал “баба Люба номер два”. Был тол­стый, не муже­ствен­ный, мни­тель­ный, суе­вер­ный. Папа умер вскоре после того, как я уни­вер­си­тет закон­чил. По про­фес­сии так и не рабо­таю. Хожу в храм на послу­ша­ние, такой себе полу­бо­ля­щий, полу­при­ки­нув­шийся дурач­ком лентяй!

    Ответить »
    • Valentina, 02.03.2020

      Спа­сибо, Игорь, всю жизнь рас­ска­зали:). Поде­ли­лись, и на душе, навер­ное, стало хорошо. Вы можете изме­нить всё к луч­шему, став для самого себя забот­ли­вым и стро­гим отцом. Нико­гда не поздно. Дерзайте!

      Ответить »
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки