Как стать образцовым мужем: о мужском призвании, чести и предназначении

Как стать образцовым мужем: о мужском призвании, чести и предназначении

(4 голоса5.0 из 5)

Читая эти строки, мно­гие поду­мают — какое там муж­ское пред­на­зна­че­ние. где вы видели образ­цо­вого мужа, о какой чести, мол, вы гово­рите… Как бы выжить! Да, этим мы и живем. Но ведь живем так только потому, что забыли о своем истин­ном назна­че­нии… Делаем карьеру. Забы­ваем о семье. Сло­вом, заблу­ди­лись. Но все можно испра­вить. Найдя себя, так легко начать все с чистого листа, и жить так, как жили наши предки…

Георгий, игумен (Шестун). Святость отцовства

  • Испол­не­ние Боже­ствен­ного при­зва­ния как смысл жизни мужчины

Как ост­ро­умно заме­тил А. П. Чехов: «Насто­я­щий муж­чина состоит из мужа и чина». Можно ска­зать, что муж­чина — это муж­ской чин. А чин — это осо­бое место в Небес­ной иерар­хии. И в этой Небес­ной иерар­хии муж­чина пред­став­ляет свою семью, свой род. Поэтому он зани­мает осо­бое, пер­вен­ству­ю­щее поло­же­ние в иерар­хии семей­ной. В своей семье муж­чина может быть только гла­вой — так уста­но­вил Господь.

Но если для жен­щины жить жиз­нью семьи — есть при­зва­ние Божие, то для муж­чины семей­ная жизнь не может быть делом глав­ным. Для него самое важ­ное в жизни — испол­не­ние Божией воли на земле.

Глав­ное для семьи — это непре­рыв­ная связь с Богом. Она осу­ществ­ля­ется через главу семьи: через то дело, кото­рое Гос­подь пору­чает ему, через уча­стие всей семьи в этом деле.

Насколько семья участ­вует в этом Боже­ствен­ном при­зва­нии, настолько она участ­вует в испол­не­нии Божией воли. Но понять и испол­нить Божию волю вне Церкви крайне трудно, а во всей пол­ноте — и вовсе невоз­можно. В Церкви чело­век встре­ча­ется с Богом. Поэтому вне Церкви муж­чина посто­янно нахо­дится в состо­я­нии неко­его поиска. Он зача­стую стра­дает не оттого даже, что в семье неладно или мате­ри­ально трудно, а оттого, что его заня­тие ему не по душе, то есть оно — не то, к чему он при­зван в этом мире. В цер­ков­ной жизни чело­век, Богом води­мый, при­хо­дит к сво­ему делу, ради кото­рого при­зван на эту землю. Вне Церкви, вне жизни по воле Божией, вне Боже­ствен­ного при­зва­ния эта неудо­вле­тво­рен­ность все­гда ощу­ща­ется, муж­чина обя­за­тельно стра­дает, душа у него «не на месте». Поэтому счаст­лива та семья, глава кото­рой нашел дело своей жизни. Тогда он чув­ствует себя пол­но­цен­ным — он обрёл ту жем­чу­жину, то богат­ство, кото­рое искал.

Вот отчего муча­ются муж­чины: не зная Бога или ото­рвав­шись от Него, поте­ряв смысл, цель жизни, они никак не могут найти своё место в мире.

Это состо­я­ние души очень тяж­кое, мучи­тель­ное, и ни уко­рять, ни упре­кать такого чело­века нельзя. Надо искать Бога. И когда чело­век нахо­дит Бога, тогда он нахо­дит и при­зва­ние, ради кото­рого при­шел в этот мир. Это может быть и совсем про­стое заня­тие, но заня­тие по душе. Нередко чело­век много лет зани­ма­ется чем-либо, а потом разом все бро­сает ради новой жизни. Глав­ное, этот Боже­ствен­ный при­зыв услы­шать, отклик­нуться. Тогда и семья обре­тает пол­ноту бытия.

Что будет, если род­ные не под­дер­жат выбор главы семьи? Тогда ему гораздо труд­нее будет испол­нять Божию волю. С дру­гой же сто­роны, и семья будет мучиться оттого, что отка­зы­ва­ется от сво­его пред­на­зна­че­ния. И какое бы внеш­нее бла­го­по­лу­чие ни сопро­вож­дало жизнь такой семьи, она будет неустро­ен­ная и без­ра­дост­ная в этом мире.

  • Муж­чина — пред­ста­тель перед Богом за свой род

Тра­ди­ци­онно отец пра­во­слав­ного семей­ства все­гда испол­нял в нём роль как бы свя­щен­ни­че­ского слу­же­ния, пред­став­ляя пред Богом свой род. Он общался с духов­ни­ком и с ним решал духов­ные вопросы семьи. Все про­блемы жизни семьи может и дол­жен решать глава. Потому что вести семью по жизни Гос­подь пору­чает мужу, Он его и вра­зум­ляет. Это каса­ется не только веру­ю­щих, так как уста­нов­лен­ный Богом прин­цип семей­ной иерар­хии дей­стви­те­лен для всех. Поэтому и неве­ру­ю­щий муж спо­со­бен мудро решать обыч­ные семей­ные, быто­вые задачи, в каких-то же глу­бо­ких духов­ных или дру­гих слож­ных вопро­сах жене можно сове­то­ваться с духов­ни­ком. Но любить и почи­тать сво­его мужа жене необ­хо­димо неза­ви­симо от его веры.

Жизнь так устро­ена, что при нару­ше­нии Боже­ствен­ных уста­нов­ле­ний оди­на­ково стра­дают и веру­ю­щие, и неверующие.

Про­сто веру­ю­щие могут понять, отчего это слу­ча­ется. Цер­ков­ная жизнь даёт осмыс­ле­ние тому, что про­ис­хо­дит с нами, этим радост­ным и скорб­ным момен­там. Веру­ю­щий чело­век вос­при­ни­мает все не как слу­чай­ность, «повезло — не повезло»: болезнь, несча­стье какое-то или, наобо­рот, выздо­ров­ле­ние, бла­го­по­лу­чие и т.д. Он уже пони­мает смысл и при­чину жиз­нен­ных труд­но­стей и с Божией помо­щью пре­одо­леть их может. Цер­ковь рас­кры­вает смысл и глу­бину чело­ве­че­ской жизни, жизни семьи.

  • Боже­ствен­ная иерар­хия — твер­дыня любви

Все­лен­ская иерар­хия, Богом уста­нов­лен­ная от сотво­ре­ния мира, есть твер­дыня любви. Гос­подь устроил мир так, чтобы он укреп­лялся любо­вью. Бла­го­дать, иду­щая от Бога в мир через Небес­ную и зем­ную иерар­хию отно­ше­ний, удер­жи­ва­ется и пере­да­ётся любо­вью. Чело­веку все­гда хочется туда, где есть любовь, есть бла­го­дать, где есть покой и мир. И когда иерар­хия раз­ру­ша­ется, он выпа­дает из этого потока бла­го­дати и оста­ется один на один с миром, кото­рый «во зле лежит». Где нет любви, там нет и жизни.

Когда в семье раз­ру­ша­ется иерар­хия, то стра­дают все. Если муж не глава семьи, то он может начать пить, гулять, ухо­дить из дома.

Но точно так же стра­дает и жена, только про­яв­ля­ется это по- дру­гому, более эмо­ци­о­нально: она начи­нает раз­дра­жаться, скан­да­лить. Часто она и не пони­мает, чего кон­кретно хочет добиться. А хочет она, чтобы сняли с неё бремя ответ­ствен­но­сти, чтобы ею руко­во­дили, под­ска­зы­вали, чтобы её под­дер­жи­вали. Жене необ­хо­дим муж-заступ­ник. Ей нужно, чтобы он её при­го­лу­бил, уте­шил, при­жал к груди: «Не вол­нуйся, ведь я с тобой». Боль­шин­ству жен­щин очень трудно без твёр­дой муж­ской руки, креп­кого плеча, без этой защиты. Эта надеж­ность в семье нужна куда больше, чем деньги.

Муж­чина дол­жен уметь любить, дол­жен быть бла­го­род­ным, вели­ко­душ­ным. Только бла­го­род­ное отно­ше­ние к жизни, к жен­щи­нам, к семье должно быть у мужчины.

Муж­чине нужно быть немногословным.

Не надо ста­раться отве­чать на все жен­ские вопросы. Жен­щины очень любят их зада­вать: где был, что делал, с кем? Муж­чине сле­дует посвя­щать жену только в то, что он счи­тает нуж­ным. Не всё надо дома рас­ска­зы­вать, помня о том, что у жен­щин — совсем дру­гое пси­хи­че­ское устро­е­ние. То, что муж пере­жи­вает на работе или в отно­ше­ниях с окру­жа­ю­щими, жену так заде­вает, что она будет сильно нерв­ни­чать, сер­диться, оби­жаться, свои советы давать, а иная может даже вме­шаться, чем только больше доба­вит про­блем. Поэтому не всеми пере­жи­ва­ни­ями надо делиться. Муж­чине чаще нужно на себя брать эти труд­но­сти жизни, в себе их переносить.

Гос­подь поста­вил муж­чину иерар­хи­че­ски выше жен­щины, и в муж­ской при­роде зало­жено про­тив­ле­ние жен­ской вла­сти над собой. Муж, даже если знает, что жена тысячу раз права, всё равно будет сопро­тив­ляться и сто­ять на своем.

И муд­рые жен­щины пони­мают, что нужно усту­пать. А муд­рые муж­чины знают, что если жена дает дель­ный совет, то надо не сразу ему сле­до­вать, а через неко­то­рое время, чтобы жена пони­мала, что в семье не должно быть «по её». Беда, если жен­щина вер­хо­во­дит — муж ей ста­но­вится неин­те­ре­сен. Ино­гда в такой ситу­а­ции жена мужа бро­сает, потому что ува­жать его не может: «Он тряпка, а не мужик». Счаст­лива та семья, где жен­щина не может побе­дить сво­его мужа. Поэтому, когда жена пыта­ется взять в семье верх и всем коман­до­вать, то спа­сти эту жен­щину может одно — если муж­чина будет про­дол­жать жить своей жиз­нью, зани­маться своим делом. Ему в этом отно­ше­нии надо иметь несги­ба­е­мую твёр­дость. И если жена не смо­жет побе­дить его, то семья сохранится.

Жен­щине надо пом­нить, что есть такие вещи, кото­рые она вообще нико­гда не должна себе поз­во­лять, ни при каких обстоятельствах.

Нельзя оскорб­лять, уни­жать мужа, сме­яться над ним, выстав­лять напо­каз и обсуж­дать с дру­гими свои семей­ные отно­ше­ния. Потому что душев­ные раны, кото­рые при этом нано­сятся, не затя­нутся уже нико­гда. Может, жить вме­сте будут и дальше, но без любви. Любовь исчез­нет безвозвратно.

  • Отцов­ство как пред­на­зна­че­ние муж­чины в семье

Пред­на­зна­че­ние муж­чины в семье — отцов­ство. Это отцов­ство рас­про­стра­ня­ется у него не только на детей, но и на жену. Глава семьи в ответе за них, обя­зан их хра­нить, ста­раться жить так, чтобы они ни в чём не испы­ты­вали нужды. Муж­ская жизнь должна быть жерт­вен­ной — в тру­дах, в слу­же­нии, в молитве. Отец дол­жен быть во всем при­ме­ром. И это не зави­сит от его обра­зо­ва­ния, чинов и долж­но­стей. Важно само отно­ше­ние муж­чины к его делу: оно должно быть воз­вы­шен­ным. Поэтому у муж­чины, цели­ком посвя­тив­шего себя только зара­ба­ты­ва­нию денег, ско­рее всего, не будет хоро­шей семьи, поскольку при­ме­ром для детей и авто­ри­те­том для жены он в пол­ной мере быть не сможет.

Семья вос­пи­ты­ва­ется, дети воз­рас­тают на при­мере того, как отец испол­няет своё служение.

Поэтому даже дли­тель­ное отсут­ствие отца может играть боль­шую вос­пи­та­тель­ную роль. Напри­мер, воен­но­слу­жа­щие, дипло­маты, моряки могут мно­гие месяцы нахо­диться вдали от своих близ­ких, но их дети при этом будут знать, что у них есть отец — герой и тру­же­ник, кото­рый занят таким важ­ным делом — слу­жит Родине.

Это такие, конечно, самые рази­тель­ные при­меры, но испол­не­ние сво­его долга должно быть на пер­вом месте вообще у каж­дого муж­чины. И это спа­сает семью даже от ску­до­сти и бед­но­сти жизни. Из Свя­щен­ного Писа­ния мы знаем, что, когда чело­век после гре­хо­па­де­ния был изгнан из рая, Гос­подь ска­зал, что муж­чина будет в поте лица зара­ба­ты­вать свой хлеб. Но в Еван­ге­лии ска­зано: ищите же прежде Цар­ства Божия и правды Его, и это все при­ло­жится вам (Мф. 6, 33). Это зна­чит, что если чело­век испол­няет волю Божию, ищет Цар­ства Божия, то Гос­подь Сам при­кла­ды­вает доста­ток ему и всей его семье.

Мне кажется, что у рус­ского чело­века есть осо­бен­ность: он может участ­во­вать только в вели­ких делах. Ему не инте­ресно про­сто рабо­тать ради денег.

То, что назы­вают биз­не­сом — для рус­ского слиш­ком мелко. И если, бывает, он рабо­тает только ради денег, то почти все­гда при этом ему тоск­ливо и скучно. Ему без­ра­достно оттого, что он не может себя реа­ли­зо­вать, — муж­чина дол­жен не про­сто тру­диться, а чув­ство­вать свой вклад в некое важ­ное дело. Вот, к при­меру, раз­ви­тие авиа­ции: чело­век может быть глав­ным кон­струк­то­ром КБ, а может — обык­но­вен­ным завод­ским тока­рем, это не имеет зна­че­ния. При­част­ность к такому вели­кому делу будет оди­на­ково вдох­нов­лять этих людей. Потому-то в насто­я­щее время, когда вели­кие задачи почти не ста­вятся ни в науке, ни в куль­туре, ни в про­из­вод­стве, роль муж­чины сразу оску­дела. Некое уны­ние у муж­чин наблю­да­ется, потому что только добы­вать деньги для пра­во­слав­ного чело­века, для рус­ского чело­века — задача слиш­ком про­стая и не соот­вет­ствует высо­ким запро­сам души.

Муж­чины готовы отдать свой труд, своё время, силы, здо­ро­вье, а если надо, и жизнь на слу­же­ние, для испол­не­ния долга. Так, несмотря на непа­три­о­тич­ные и корыст­ные уста­новки несколь­ких послед­них деся­ти­ле­тий, наши люди по-преж­нему готовы по пер­вому при­зыву Родины встать на её защиту. Сей­час мы это видим, когда наши офи­церы и сол­даты сра­жа­ются, про­ли­вая кровь. Для нор­маль­ного муж­чины это очень есте­ственно — быть гото­вым за Оте­че­ство, за свой народ, за свою семью жизнь отдать.

Мно­гие жёны не пони­мают и оби­жа­ются, когда муж­чины больше вни­ма­ния уде­ляют сво­ему делу, чем семье. Осо­бенно ярко выра­жено это у людей науки и твор­че­ских про­фес­сий: учё­ных, писа­те­лей, худож­ни­ков. Или у тех, кто тесно свя­зан с при­ро­дой, напри­мер, зани­ма­ю­щихся сель­ским хозяй­ством, кто иной раз дол­жен бук­вально сут­ками рабо­тать на земле или ферме, чтоб не упу­стить под­хо­дя­щее время. И это пра­вильно, если муж­чина отда­ётся весь тому делу, кото­рым зани­ма­ется. И когда он испол­няет Божию волю не коры­сти ради, не денег ради, тогда эта жизнь его очень бла­го­датна и увлекательна.

Мы должны пони­мать, что, когда пред­стоим пред Богом, наше «хочу — не хочу» отпадает.

Гос­подь ведь смот­рит не на то, чего мы хотим, а на то, что можем сде­лать. Поэтому пору­чает дела в соот­вет­ствии с нашими при­зва­ни­ями, спо­соб­но­стями и устрем­ле­ни­ями. И нужно желать не «сво­его хоте­ния», а того, что нам Богом пору­чено, желать испол­нить все пове­лен­ное (Лк. 17, 10). Каж­дый чело­век и каж­дая семья, как собор­ное целое, как малая Цер­ковь, должны испол­нить пове­лен­ное.

Муж­чине важно пони­мать, что упу­щен­ная воз­мож­ность — это воз­мож­ность, упу­щен­ная навсе­гда. И если сего­дня Гос­подь подви­гает тебя на что-либо, то именно сего­дня это нужно сде­лать. «Не откла­ды­вай на зав­тра то, что можно сде­лать сего­дня», гово­рит посло­вица. Поэтому муж­чина дол­жен быть лёг­ким на подъем — вста­вать, идти и делать то, что дол­жен. А если отло­жишь на зав­тра, то зав­тра Гос­подь может уже эту воз­мож­ность не дать, и будешь потом доби­ваться того же очень долго и очень боль­шим тру­дом, если вообще добьёшься. Нужно не лениться, ловить этот момент при­зва­ния Божия. Это очень важно.

Увле­чён­ного своим делом муж­чину надо вся­че­ски под­дер­жи­вать. Даже когда он тра­тит на это всё сво­бод­ное время, не нужно его отвле­кать, а надо потерпеть.

Наобо­рот, хорошо всей семьей ста­раться участ­во­вать в этом заня­тии. Это ведь очень инте­ресно. Напри­мер, увле­чён­ный своей рабо­той отец-токарь домой при­но­сил токар­ные резцы, и дети с рож­де­ния вме­сто игру­шек играли ими. Брал сыно­вей с собой на работу, рас­ска­зы­вал про станки, все объ­яс­нял, пока­зы­вал, давал самим попро­бо­вать. И все его три сына пошли учиться на тока­рей. В таких усло­виях вме­сто празд­ного вре­мя­пре­про­вож­де­ния у детей появ­ля­ется инте­рес к уча­стию в серьёз­ном деле.

Увле­чён­ность своим делом пере­да­ётся от отца детям, кото­рые с радо­стью идут потом по его сто­пам. Пусть ино­гда они это делают по инер­ции, но когда освоят отцов­скую про­фес­сию, даже если Гос­подь потом при­зо­вёт их на дру­гое дело, всё это пой­дёт им на пользу и при­го­дится в жизни. Поэтому отец не дол­жен роп­тать и жало­ваться на свою работу: вот, мол, какая она тяжё­лая и скуч­ная, — иначе дети поду­мают: «Да зачем нам это нужно?»

Жизнь муж­чины должна быть достой­ной — откры­той, чест­ной, цело­муд­рен­ной, тру­до­вой, чтобы её не стыдно было пока­зы­вать детям.

Нужно, чтобы жена и дети не стес­ня­лись его работы, его дру­зей, его пове­де­ния, его поступ­ков. Уди­ви­тельно, что когда сего­дня спра­ши­ва­ешь стар­ше­класс­ни­ков, то мно­гие из них тол­ком не знают, кем рабо­тают их отцы и матери. Раньше дети очень хорошо знали жизнь, заня­тие, увле­че­ния своих роди­те­лей. Их нередко брали с собой на работу, и дома посто­янно обсуж­дали тру­до­вые дела. Теперь же дети могут ничего не знать о своих роди­те­лях и даже не инте­ре­со­ваться. Иной раз у этого есть и объ­ек­тив­ные при­чины: когда роди­тели зани­ма­ются зара­ба­ты­ва­нием денег, то спо­собы не все­гда бла­го­че­стивы бывают. Слу­ча­ется также, стес­ня­ются своей про­фес­сии, пони­мая, что это заня­тие не вполне достойно их спо­соб­но­стей, обра­зо­ва­ния, при­зва­ния. Бывает даже, что ради дохода жерт­вуют своим досто­ин­ством, лич­ной жиз­нью, окру­же­нием. В таких слу­чаях при детях ничего и не гово­рят, не рассказывают.

Муж­чина дол­жен пони­мать, что жизнь пере­мен­чива, и в труд­ных обсто­я­тель­ствах не стоит сидеть, сложа руки, стра­дая и сте­ная, а нужно браться за дело, пусть хоть маленькое.

Есть много людей, кото­рые сидят без работы, потому что хотят полу­чать сразу много, счи­тают не достой­ным для себя низ­кий зара­бо­ток. В итоге в семью не при­но­сят ни копейки. Нужно быть сми­рен­ным — начи­нать с малого, себя про­явить и пока­зать, на что спо­со­бен. В тяжё­лые вре­мена не стоит гор­диться и меч­тать, а сле­дует думать, как про­кор­мить семью, и всё воз­мож­ное для этого делать. В любых обсто­я­тель­ствах ответ­ствен­ность за семью, за детей у муж­чины оста­ётся. Поэтому во вре­мена «пере­стройки» мно­гие высо­ко­класс­ные и уни­каль­ные спе­ци­а­ли­сты согла­ша­лись ради семьи на любую работу. Но вре­мена меня­ются, и те, кто сохра­нил свое досто­ин­ство, тру­до­лю­бие, в конеч­ном счёте ока­зы­ва­ются очень востребованы.

Одного рабо­чего спро­сили, что такое сча­стье. И он отве­тил народ­ной муд­ро­стью: «Для меня сча­стье, когда утром мне хочется идти на работу, а вече­ром хочется идти с работы домой».

  • Вет­хо­за­вет­ный закон и ново­за­вет­ная любовь

Чтобы испол­нять то, к чему при­зы­вает нас Гос­подь, нужно любить… Здесь мы можем гово­рить, что есть закон, а есть любовь. Это как в Свя­щен­ном Писа­нии — есть Вет­хий Завет и есть Новый Завет. Суще­ствует закон, кото­рый регла­мен­ти­рует пове­де­ние людей в обще­стве, в семье. Напри­мер, все знают, кто в семье что дол­жен делать. Муж дол­жен обес­пе­чи­вать семью и забо­титься о ней, быть при­ме­ром для детей. Жена должна почи­тать мужа, вести хозяй­ство, содер­жать дом в порядке, вос­пи­ты­вать детей в почи­та­нии Бога и роди­те­лей. Дети должны слу­шаться роди­те­лей. Все должны, должны, должны… Ответ на вопрос, дол­жен ли муж зани­маться домаш­ним хозяй­ством, одно­знач­ный — не дол­жен. Это ответ по закону, это Вет­хий Завет. Но если мы обра­тимся к Новому Завету, кото­рый поста­вил над всем зако­ном запо­ведь любви, то отве­тим несколько по-дру­гому: он не дол­жен этим зани­маться, но может, если любит свою семью, свою жену и в такой его помощи есть необ­хо­ди­мость. Пере­ход в семье от «дол­жен» к «может» и есть пере­ход от Вет­хого к Новому Завету. Муж­чина, конечно, не дол­жен мыть посуду, сти­рать, нян­чить детей, но если жена не успе­вает, если ей трудно, если ей нев­мо­готу, то он может это сде­лать из любви к ней. Так же и дру­гой вопрос: должна ли жена содер­жать семью? Не должна. Но может, если она любит мужа, а в силу обсто­я­тельств у него не полу­ча­ется это делать в пол­ной мере. Напри­мер, бывают вре­мена, когда муж­чины, обла­да­ю­щие уни­каль­ными про­фес­си­ями, высо­ко­класс­ные спе­ци­а­ли­сты, оста­ются без работы: закры­ва­ются заводы, сво­ра­чи­ва­ются науч­ные и про­из­вод­ствен­ные про­екты. Муж­чины довольно долго не могут при­спо­со­биться к такой жизни, а жен­щины обычно пере­стра­и­ва­ются быст­рее. И жен­щина не должна, но может содер­жать семью, если так скла­ды­ва­ются обстоятельства.

Если в семье есть любовь, то вопрос «дол­жен — не дол­жен» сам отпа­дает. А если начи­на­ются раз­го­воры, что «ты дол­жен деньги зара­ба­ты­вать » — «а ты должна мне щи варить», «ты дол­жен вовремя с работы при­хо­дить» — «а ты должна за детьми лучше смот­реть», то это зна­чит — любви нет.

Если пере­хо­дят на язык закона, язык юри­ди­че­ских отно­ше­ний, зна­чит, любовь куда-то исчезла. Когда есть любовь, то все знают, что, кроме долга, есть еще жерт­вен­ность. Это очень важно. Поэтому никто не может заста­вить муж­чину зани­маться домаш­ними делами, только он сам. И жен­щину никто не может заста­вить содер­жать семью, только она сама может решиться на это. Нужно с любо­вью «друг друга тяготы носить» и при этом не воз­но­ситься и не нару­шать семей­ную иерархию.

  • Духов­ная бли­зость супру­гов есть залог кре­по­сти брака

Жена должна, как ниточка за иго­лоч­кой, сле­до­вать за мужем.

Есть мно­гие про­фес­сии, когда чело­века про­сто в при­каз­ном порядке с одного места отправ­ляют на дру­гое. Напри­мер, воен­ные. Бывает, что семья офи­цера живёт в городе, в квар­тире, и вдруг его направ­ляют в какое- нибудь захо­лу­стье, в воен­ный горо­док, где, кроме обще­жи­тия, ничего нет. И жена должна ехать за мужем своим и не вор­чать, не каприз­ни­чать, мол, я не поеду в эту глу­хо­мань, а поживу у мамы. Если она не поедет, зна­чит, мужу будет очень плохо. Он ста­нет пере­жи­вать, рас­стра­и­ваться, а сле­до­ва­тельно, и службу нести долж­ным обра­зом ему будет очень трудно. Над ним и кол­леги могут сме­яться: «Ты и с женой-то сла­дить не можешь!» То же самое можно ска­зать о духо­вен­стве. Выпуск­ника семи­на­рии, напри­мер, из города могут отпра­вить в какой-нибудь даль­ний при­ход, где при­дется жить в избушке и из-за бед­но­сти при­хо­жан пере­би­ваться «с хлеба на квас». И моло­дая жена свя­щен­ника должна ехать с ним. Если же она не желает и наста­и­вает на своём, то это — начало раз­ру­ше­ния семьи. Она должна пони­мать: если выхо­дит замуж, то инте­ресы мужа, его слу­же­ние, помощь ему — для неё теперь глав­ное в жизни. Муж­чине нужно выби­рать себе неве­сту, кото­рая за ним пой­дёт «в огонь и в воду». Если посмот­реть на креп­кие семьи, то там как раз такие жены. Они пони­мают: чтобы стать гене­раль­шей, надо сна­чала выйти замуж за лей­те­нанта и поез­дить с ним пол­жизни по вся­ким гар­ни­зо­нам. Чтобы стать женой учё­ного или худож­ника, нужно выйти за бед­ного сту­дента, кото­рый только спу­стя много лет ста­нет извест­ным и пре­успе­ва­ю­щим. А может, и не станет…

Неве­сту сле­дует искать близ­кую по духу, сво­его круга, чтобы пред­став­ле­ния о жизни, уро­вень жизни, при­вычки были похожие.

Нужно, чтобы мужу не при­хо­ди­лось стес­няться своей жены среди дру­зей, кол­лег. Боль­шая раз­ница в обра­зо­ва­нии, в мате­ри­аль­ном поло­же­нии впо­след­ствии ска­зы­ва­ются. Если муж­чина женился на бога­той неве­сте, то её семья с боль­шой веро­ят­но­стью будет смот­реть на него как на нахлеб­ника. Его, конечно, поста­ра­ются про­дви­нуть в карьере, дать воз­мож­ность роста, но все­гда будут тре­бо­вать бла­го­дар­но­сти за то, что его «воз­вы­сили». И если жена обра­зо­вана лучше, чем муж, — это тоже в конеч­ном итоге будет созда­вать труд­но­сти. Надо иметь очень бла­го­род­ный, именно насто­я­щий муж­ской харак­тер, чтобы на семей­ных отно­ше­ниях пагубно не ска­зы­ва­лось более высо­кое слу­жеб­ное поло­же­ние жены.

Чтобы жизнь муж­чины состо­я­лась, жена не должна мешать ему делать своё дело. Поэтому жену нужно выби­рать именно как помощницу.

Важно, чтобы неве­ста была из хоро­шей, креп­кой семьи. Обычно дети копи­руют пове­де­ние своих роди­те­лей, поэтому надо посмот­реть, как живёт её семья. Хоть все­гда моло­дежь и гово­рит, что будет жить совсем по-дру­гому, но всё равно жизнь роди­те­лей — при­мер, хоро­ший или дур­ной. Посмот­рите, как мать неве­сты отно­сится к мужу, — точно так же и ваша избран­ница будет отно­ситься к вам. Конечно, сей­час очень много раз­во­дов, и найти себе неве­сту из креп­кой семьи бывает нелегко, но нужно про­сто знать зара­нее о тех труд­но­стях, кото­рые могут воз­ник­нуть, чтобы быть гото­вым и пра­вильно реа­ги­ро­вать. В любых ситу­а­циях роди­те­лей надо почи­тать, но слу­шать их советы, напри­мер: «Ты брось мужа, про­жи­вёшь и без него, а захо­чешь — най­дёшь и получше», нико­гда нельзя. Семья — союз нерасторжимый.

Жен­щине сле­дует помо­гать мужу в про­фес­си­о­наль­ном воз­рас­та­нии — это дол­жен быть рост всей семьи.

Но нельзя его про­дви­гать в том направ­ле­нии, к чему у него не лежит душа или нет спо­соб­но­стей. Хотите, чтобы он обя­за­тельно стал руко­во­ди­те­лем, поду­майте, а надо ли ему это? А вам это зачем? Про­стая жизнь зача­стую бывает спо­кой­нее и радост­нее. Иерар­хия, о кото­рой мы всё время гово­рим, под­ра­зу­ме­вает раз­ные уровни: все оди­на­ково жить не могут, оди­на­ко­выми быть не должны. Поэтому не надо ста­раться никому под­ра­жать. Надо жить, как Гос­подь бла­го­сло­вил, и пом­нить, что для бла­го­по­лу­чия семье не так уж много надо. На этот мини­мум с Божией помо­щью могут зара­бо­тать любой муж­чина и любая жен­щина. Но есть некие пре­тен­зии на боль­шее, и они не дают людям покоя: надо, мол, занять поло­же­ние не ниже, чем у этого, и жить не хуже, чем те…

Надо пони­мать, что то дело, к кото­рому чело­век при­зван, вовсе не обя­за­тельно поз­во­лит ему жить богато. Моло­дая семья в свой началь­ный период должна научиться жить скромно.

В тес­ной квар­тире с мамой и папой или в съём­ной — потер­петь эту тес­ноту и ску­дость какое-то время. Надо научиться жить по сред­ствам, ни у кого ничего не тре­буя и никого не упре­кая. Этому все­гда мешает зависть: «Дру­гие живут вон как, а мы — вот как!» Послед­нее дело, когда семья начи­нает муж­чину уко­рять, что он мало зара­ба­ты­вает, если он ста­ра­ется, тру­дится, делает всё, что может. А если и не ста­ра­ется… Зна­чит, он и до сва­дьбы был таким. Боль­шин­ство жен­щин по каким-то непо­нят­ным сооб­ра­же­ниям выхо­дят замуж. Вот под­вер­нулся эда­кий «орёл» — вид­ный, шуст­рый. А что он умеет, чем зани­ма­ется, как живёт, как к семье, к детям отно­сится, что об этом думает, тру­до­лю­би­вый ли, ответ­ствен­ный, не выпи­вает ли — это и не инте­ре­сует. Но раз вышла замуж — все терпи и люби мужа таким, какой он есть.

  • Сохра­не­ние цело­муд­рия до брака и супру­же­ская вер­ность — необ­хо­ди­мые усло­вия для раз­ви­тия личности

Важно ска­зать и о том, что если моло­дые люди, юноши и девушки, теряют цело­муд­рие до брака и начи­нают вести блуд­ную жизнь, то это может иметь необ­ра­ти­мые послед­ствия для всей их даль­ней­шей жизни.

Напри­мер, у деву­шек, если они до заму­же­ства блу­дили, харак­тер меня­ется в сквер­ную сто­рону: они ста­но­вятся строп­ти­выми, каприз­ными, упря­мыми. Юноши же в резуль­тате неце­ло­муд­рен­ной жизни часто сильно затор­ма­жи­ва­ются в своем раз­ви­тии. Раз­ру­шена «цель­ность муд­ро­сти», целост­ность лич­но­сти. Те спо­соб­но­сти и таланты, кото­рые были у него от рож­де­ния, могут не только не полу­чить раз­ви­тия, но и нередко вовсе утрачиваются.

От послед­ствий этих гре­хов можно изба­виться глу­бо­ким пока­я­нием и искрен­ним сокру­ше­нием, но это не каж­дому под силу.

Поэтому, конечно же, цело­муд­рие нужно хра­нить не только девуш­кам, но и юно­шам. Только сохра­нив чистоту до брака, а затем — храня супру­же­скую вер­ность, муж­чина может на самом деле достичь в жизни того, к чему при­зван. У него будут для этого необ­хо­ди­мые сред­ства. Он сбе­ре­жёт свою сво­боду и в духов­ном, и в твор­че­ском, и в мате­ри­аль­ном плане. Сохра­нив свои при­род­ные даро­ва­ния, он полу­чает воз­мож­ность раз­ви­тия, дости­же­ния пол­ноты личности.

  • Испол­не­ние Божиих запо­ве­дей — путь сохра­не­ния чело­ве­че­ского достоинства

Теряет вся­кое ува­же­ние муж­чина, уни­зив­ший себя бес­чест­ным отно­ше­нием к жен­щине. Без­от­вет­ствен­ные связи, бро­шен­ные дети не сов­ме­стимы с досто­ин­ством муж­чины, с той высо­той, на кото­рую Гос­подь поста­вил его в мире, в чело­ве­че­ском обще­стве, в семье.

Ради этого высо­кого досто­ин­ства супруга должны быть ува­жа­емы жена — его избран­ница, и дети — его наследники.

И муж обя­зан ува­жать и ценить жену. Из-за его паде­ний её не должны уко­рять, пре­зи­рать, она не должна сты­диться жизни супруга.

Очень хорошо и точно име­нует муж­чину укра­ин­ский язык — «чоло­вiк». Муж­чина — чело­век, а чело­век все­гда дол­жен оста­ваться тако­вым, а не пре­вра­щаться в живот­ное. И муж­чина может выпол­нять свой долг, свои обя­зан­но­сти, быть мужем и отцом, только когда он оста­ется чело­ве­ком. А в род­ствен­ном нам серб­ском языке жена име­нует мужа — «войно». Глава семьи, жена­тый муж­чина, по-серб­ски «воин». Сербы, нахо­див­ши­еся под турец­ким вла­ды­че­ством пять­сот лет, знают, что высто­ять пора­бо­щён­ному игом народу можно только тогда, когда его муж­чины пого­ловно ста­но­вятся вои­нами. А воин — это, прежде всего, муже­ство и чело­ве­че­ское досто­ин­ство. Ведь из десяти запо­ве­дей, дан­ных Богом Мои­сею, пер­вые пять — о достой­ной чело­ве­че­ской жизни (о любви к Богу, о почи­та­нии роди­те­лей), а осталь­ные пять — те, нару­шая кото­рые чело­век пре­вра­ща­ется в живот­ное. Не уби­вай, не пре­лю­бо­дей­ствуй, не кради, не обма­ны­вай, не зави­дуй — хоть этого не делай, чтобы не стать «ско­том несмыс­лен­ным»! Если ты поте­рял чело­ве­че­ское досто­ин­ство — ты не мужчина.

Сей­час нередко не отли­чишь муж­чину от жен­щины ни по пове­де­нию, ни по мане­рам, ни по наруж­но­сти. И очень при­ятно, когда даже изда­лека видно, что идёт муж­чина — муже­ствен­ный, креп­кий, собранный.

Жен­щины меч­тают не про­сто о муже или друге, а о муж­чине, кото­рый будет насто­я­щим чело­ве­ком. Поэтому выпол­не­ние запо­ве­дей Божиих для мужа — пря­мой путь сохра­нить в себе чело­ве­че­ское досто­ин­ство и остаться насто­я­щим муж­чи­ной. Только насто­я­щий муж­чина может отдать жизнь за семью, за Оте­че­ство. Только насто­я­щий муж­чина может бла­го­родно отно­ситься к своей жене. Только насто­я­щий муж­чина может пока­зы­вать при­мер достой­ной жизни своим детям.

Это и есть ответ­ствен­ность: отве­чать перед своей сове­стью, перед Богом, перед своим наро­дом, перед Роди­ной. Каж­дый ответ­ствен и за свою семью, за детей. Ведь не в мате­ри­аль­ных накоп­ле­ниях заклю­ча­ется истин­ное богат­ство детей, а в том, что отец и мать вкла­ды­вают в их души. Это ответ­ствен­ность за сохра­не­ние чистоты, цело­муд­рия. Глав­ное — ответ­ствен­ность за душу ребёнка: что Бог дал — Богу верни.

  • Необ­хо­ди­мость духов­ного воз­рож­де­ния семьи и госу­дар­ства для их сохранения

Демо­гра­фи­че­ская про­блема нашего вре­мени в извест­ной мере дер­жится и на без­от­вет­ствен­но­сти муж­чин. Их нена­дёж­ность порож­дает у жен­щин страх перед буду­щим. Из-за отсут­ствия муж­ского начала в семье у жен­щин воз­ни­кает неуве­рен­ность в зав­траш­нем дне, сомне­ния в воз­мож­но­сти вырас­тить, вос­пи­тать детей: «А вдруг он уйдёт, бро­сит одну с детьми?.. Вдруг он нас не прокормит?»

Почему раньше в Рос­сии почти все семьи были боль­шими, мно­го­дет­ными? Потому что была твёр­дая идея нерас­тор­жи­мо­сти брака. Потому что глава семьи был насто­я­щим муж­чи­ной — кор­миль­цем, защит­ни­ком, молитвенником.

Потому что все были рады рож­де­нию детей, ведь это — Божие бла­го­сло­ве­ние, умно­же­ние любви, укреп­ле­ние рода, про­дол­же­ние жизни. Муж­чине в голову не при­хо­дило бро­сить жену с детьми: это же постыд­ный грех, позор и бес­че­стье! А жен­щине в голову не при­хо­дило делать аборты — уби­вать своё род­ное дитя. Жена была уве­рена, что муж до смерти не пре­даст, не уйдёт, не бро­сит, что на про­пи­та­ние будет зара­ба­ты­вать, и она не боя­лась за дети­шек. Матери обычно более ответ­ственны по отно­ше­нию к чадам, потому-то они всего и опа­са­ются. А страх этот — оттого, что муж­ской дух из семьи исче­зает. Но как только муж­ской дух укреп­ля­ется и жен­щина уве­рена, что муж не пре­даст, она с радо­стью готова иметь много детей. Мы видим это в цер­ков­ных при­хо­дах, где 3—4 ребенка в семьях уже явля­ются нор­мой. Это как раз при­мер того, что пра­во­слав­ные поня­тия нерас­тор­жи­мо­сти брака и ответ­ствен­но­сти перед Богом дают чув­ство надёж­но­сти, уве­рен­но­сти в будущем.

Обсуж­дая про­блемы семьи, почти все­гда гово­рят только о мате­рях, вроде как за семью и детей отве­чают только они. И в любой спор­ной семей­ной ситу­а­ции право почти все­гда на сто­роне жен­щины. Воз­рож­де­ние отцов­ства сего­дня необ­хо­димо и важно как нико­гда. Отцы должны пони­мать свою ответ­ствен­ность, тот осо­бый дух, носи­те­лями кото­рого они должны быть. Тогда жен­щина опять ста­нет жен­щи­ной, ей уже не нужно будет пола­гаться только на свои силы. Не наде­ясь на мужа, она дер­жится за работу, без конца зани­ма­ется учё­бой, чтобы не поте­рять ква­ли­фи­ка­цию, мно­же­ством дру­гих дел, отры­ва­ю­щих её от семьи, от чад. Дети от этого плохо вос­пи­таны, хуже учатся, сла­бее здо­ро­вьем. Вообще прин­цип абсо­лют­ного равен­ства полов вызы­вает очень много про­блем и в вос­пи­та­нии, и в обра­зо­ва­нии. В част­но­сти, вос­пи­ты­вают и обу­чают маль­чи­ков так же, как дево­чек, а дево­чек — как маль­чи­ков. Потому-то и в семьях потом не могут разо­браться, кто глав­нее, кто силь­нее, кто ответ­ствен­нее, да выяс­няют, кто кому чего должен.

Поэтому одна из глав­ных задач сего­дня — воз­ро­дить муж­ской дух, дух отцовства.

Но чтобы это про­изо­шло, важен дух всего госу­дар­ства. Когда оно постро­ено на либе­раль­ных прин­ци­пах все­об­щего равен­ства, дик­тата прав все­воз­мож­ных мень­шинств, феми­низма, почти неогра­ни­чен­ной сво­боды в пове­де­нии, то это про­ни­кает и в семью. Сей­час много гово­рят о юве­наль­ной юсти­ции, кото­рая пол­но­стью под­ры­вает авто­ри­тет роди­те­лей, лишает их воз­мож­но­сти вос­пи­ты­вать соб­ствен­ных детей на тра­ди­ци­он­ных нача­лах. Это про­сто раз­ру­ше­ние всего Боже­ствен­ного иерар­хи­че­ского устро­е­ния мира.

Рос­сий­ское госу­дар­ство все­гда было устро­ено по семей­ному прин­ципу: во главе стоял «отец».

В иде­але это, конечно, пра­во­слав­ный царь. Его и назы­вали «Царь-батюшка» — так его и почи­тали, и слу­ша­лись. Госу­дар­ствен­ное устрой­ство явля­лось при­ме­ром устро­е­ния семьи. У царя была своя семья, свои дети, но семьёй для него был и весь народ, вся Рос­сия, кото­рую он хра­нил и за кото­рую перед Богом отве­чал. Он пода­вал при­мер слу­же­ния Богу, при­мер семей­ных отно­ше­ний, вос­пи­та­ния чад. Пока­зы­вал, как надо хра­нить род­ную страну, её тер­ри­то­рию, её духов­ные и мате­ри­аль­ные богат­ства, её свя­тыни, веру. Теперь, когда нет царя, мы раду­емся любой силь­ной вла­сти и пра­ви­телю, кото­рый думает о Рос­сии, о народе, забо­тится о нас. Семья не может быть постро­ена на либе­рально-демо­кра­ти­че­ских прин­ци­пах. Еди­но­вла­стие, отцов­ство — глав­ный прин­цип постро­е­ния семьи.

На при­мере раз­ных стран легко можно заме­тить, как вли­яет тип госу­дар­ствен­ного устрой­ства на жизнь народа. При­мер мусуль­ман­ских стран нам пока­зы­вает: пусть и спе­ци­фично, но отцов­ство у них есть, почи­та­ние главы семьи есть, и как след­ствие — креп­кие семьи, высо­кая рож­да­е­мость, успеш­ное эко­но­ми­че­ское раз­ви­тие. В Европе же наобо­рот: инсти­тут семьи упразд­ня­ется, рож­да­е­мость упала, целые реги­оны засе­ля­ются эми­гран­тами совсем дру­гой куль­туры, веры, тра­ди­ций. Чтобы сохра­нить инсти­тут семьи, а в конеч­ном итоге и само госу­дар­ство, нужна креп­кая госу­дар­ствен­ная власть, лучше — еди­но­на­ча­лие. Нужен «отец» — отец нации, отец госу­дар­ства. В иде­але это дол­жен быть Богом постав­лен­ный чело­век. Тогда и в семье отец будет вос­при­ни­маться, как это и было на Руси тра­ди­ци­онно, чело­ве­ком, Богом поставленным.

Семья, явля­ясь «клет­кой» госу­дар­ства, стро­ится по тем же зако­нам — подоб­ное состоит из подобного.

Если всё в соци­уме устро­ено не так, если госу­дар­ствен­ная власть дей­ствует по совер­шенно чуж­дым тра­ди­циям зако­нам, то, есте­ственно, и семья, как, напри­мер, в Европе, упразд­ня­ется, при­об­ре­тает формы уже даже не про­сто греш­ные, а пато­ло­ги­че­ские — гомо­сек­су­аль­ные «браки», усы­нов­ле­ние детей в такие «семьи» и т.п. Даже нор­маль­ному чело­веку в таких усло­виях сложно убе­речься от раз­вра­ще­ния. А ведь всё это идёт от госу­дар­ства. Госу­дар­ство начи­нает стро­иться с семьи, но и семья должна стро­иться государством.

Про­стым людям нужно, несмотря ни на что, сохра­нять тра­ди­ци­он­ные, уста­нов­лен­ные Богом формы устро­е­ния семьи. Именно этим мы со вре­ме­нем, может быть, вос­ста­но­вим и в госу­дар­стве иерар­хи­че­ский поря­док. Вос­ста­но­вим нашу народ­ную жизнь как общин­ную жизнь, как собор­ную жизнь, как семей­ную жизнь. Народ — это еди­ная, собор­ная, Богом дан­ная семья. Сохра­няя Пра­во­сла­вие, духов­ные тра­ди­ции, куль­туру, пра­во­слав­ную семью, вос­пи­ты­вая детей по-пра­во­слав­ному, строя свою жизнь по Боже­ствен­ным зако­нам, мы тем самым будем воз­рож­дать и Россию.


Протоиерей Сергий Николаев 

Отец Сер­гий — насто­я­тель Хри­сто­рож­де­ствен­ского храма в под­мос­ков­ном селе Заозе­рье, член союза писа­те­лей и жур­на­ли­стов России.

Отцов­ство

«Все в этом мире носит в себе свою сокро­вен­ную сущ­ность и пред­на­зна­че­ние, оста­ва­ясь вер­ным им». У муж­чины эта сокро­вен­ная сущ­ность и пред­на­зна­че­ние — отцов­ство. Смысл его не только, вер­нее, не столько в про­дол­же­нии рода, но гораздо шире.

Отцов­ство — поня­тие изна­чаль­ное, искон­ное. Оно — часть муж­ской при­роды. Его основ­ная черта — слу­же­ние и ответ­ствен­ность перед Богом за тех, кто пору­чен тебе, кто нуж­да­ется в тебе, кто зави­сит от тебя. Оно не может быть осу­ществ­лено каким-то набо­ром пра­вил или нрав­ствен­ных дей­ствий. Отцов­ство — все­гда творчество.

Самый пер­вый для нас, про­стой и понят­ный при­мер отцов­ства мы познаем в семье. Ребенку не сразу откры­ва­ется роль отца. Вна­чале он более нуж­да­ется в матери. Она для него самый близ­кий и глав­ный чело­век. Но посте­пенно, в наблю­де­нии за роди­те­лями, мла­денцу откры­ва­ется истин­ная семей­ная иерар­хия. Если он посто­янно видит гла­вен­ство отца и послу­ша­ние ему матери, ребе­нок пра­вильно опре­де­лит свое место и будет вести себя соот­вет­ственно. Но если дитя не видит послу­ша­ния матери, ему трудно будет объ­яс­нить, почему нужно слу­шаться. Дети вос­при­ни­мают мать, в какой-то сте­пени, как некую соб­ствен­ность, и очень быстро учатся управ­лять ею. Само при­сут­ствие отца, как глав­ного в семей­ной общ­но­сти, огра­ни­чи­вает эти дет­ские при­тя­за­ния. Ино­гда матери доста­точно при­гро­зить тем, что она все рас­ска­жет отцу, или взять теле­фон: «Сей­час позвоню папе», и шалуны ста­но­вятся тише воды, ниже травы. Отец — это, конечно же, не оли­це­тво­ре­ние нака­за­ния, в дет­ском созна­нии он оли­це­тво­ряет истину, уме­ние и могущество.

Он тот, кто все знает, все умеет и все может. Он тот, кому без­гра­нично дове­ря­ешь. Тот, кого боишься огор­чить. Тот, чья любовь к тебе нико­гда не пере­стает, хотя порой и выра­жа­ется в непо­нят­ных или непри­ят­ных тебе дей­ствиях или запретах.

Такое поня­тие отца фор­ми­ру­ется у ребенка в ран­нем воз­расте, когда созна­ние его еще не знает кри­тики. Это очень устой­чи­вое поня­тие. В этом слу­чае дитя воз­рас­тает и раз­ви­ва­ется, наи­бо­лее полно реа­ли­зуя свои воз­мож­но­сти. Но глав­ное, семей­ный при­мер почти без слов и наси­лия учит его истин­ным жиз­нен­ным цен­но­стям — любви, сми­ре­нию, заботе о ближ­них, ответственности.

Мать сво­ими дей­стви­ями должна вся­че­ски помо­гать вос­при­я­тию ребен­ком без­услов­ного отцов­ского авто­ри­тета. Даже не очень уме­лого и могу­ще­ствен­ного отца нико­гда нельзя упре­кать, обсуж­дать и кри­ти­ко­вать при детях. Ино­гда доста­точно несколь­ких необ­ду­ман­ных слов, ска­зан­ных в серд­цах, неува­жи­тель­ной реплики в адрес отца и есте­ствен­ный про­цесс вос­пи­та­ния пре­ры­ва­ется. Ребе­нок сам начи­нает кри­ти­ко­вать роди­те­лей, их слова и дей­ствия. Он ищет при­мер для под­ра­жа­ния во внеш­нем мире. Он хоть и про­дол­жает жить в семье, но фак­ти­че­ски ста­но­вится цинич­ным бес­при­зор­ни­ком. Конечно, есть дети, зача­тые и рас­ту­щие вне брака, есть дети, оси­ро­тев­шие при каких-то обсто­я­тель­ствах, дети раз­ве­ден­ных роди­те­лей. Таких «мами­ных» детей ста­но­вится все больше, и не все­гда только мама вино­вата в этих тяже­лых обсто­я­тель­ствах. Когда мать одна вос­пи­ты­вает ребенка, она нередко исполь­зует в вос­пи­та­нии память об отце (ино­гда даже вымыш­лен­ную). Исполь­зует поло­жи­тель­ный муж­ской при­мер, может быть, дедушки или дру­гого род­ствен­ника — брата или дяди; хоро­шего зна­ко­мого, извест­ного героя и даже лите­ра­тур­ный пер­со­наж. Веру­ю­щие мамочки ста­ра­ются найти посто­ян­ного духов­ника и при­во­дят к нему своих детей. Тут уже батюшка при­ни­мает уча­стие в вос­пи­та­нии. Для ребенка он авто­ри­те­тен, как духов­ник, и являет при­мер муж­ского пове­де­ния, взгля­дов, заботы.

Ребе­нок, вос­пи­тан­ный без отца, — явле­ние печальное.

Но ино­гда жены сами «выклю­чают» муж­ское вос­пи­та­ние, когда по раз­лич­ным при­чи­нам берут на себя гла­вен­ство и управ­ле­ние в семье. Таким обра­зом, они уни­жают отца в гла­зах ребенка, лишают его вли­я­ния. Самый край­ний вид кри­тики мужа и отца своих детей — само­воль­ный раз­вод с ним. Хоте­лось бы напом­нить, что в хри­сти­ан­стве семья упо­доб­ля­ется Церкви, ее назы­вают «малой Цер­ко­вью». Как и сама Цер­ковь, малая Цер­ковь пред­став­ляет собой не кол­лек­тив, а мисти­че­ское тело, еди­ную плоть. И когда тело семьи раз­ре­зают (раз­вод), то рана про­хо­дит по детям.

Боль роди­тель­ского раз­вода необы­чайно сильна, она уно­сит физи­че­ские и душев­ные силы ребенка.

И ника­кие объ­яс­не­ния вроде: «Лучше совсем без отца, чем с таким отцом», не могут ути­шить ее. Какими бы ни были обсто­я­тель­ства, каким бы пло­хим ни казался муж, но для ребенка отец необ­хо­дим, даже «кой-какой». Как для пол­но­цен­ного вос­при­я­тия про­стран­ства чело­веку нужны два глаза (если смот­реть одним гла­зом, мы теряем глу­бину, кар­тинка выгля­дит плос­кой), так и для пол­ноты осо­зна­ния мира ребенку необ­хо­димы два раз­ных взгляда роди­те­лей. Муж­чины и жен­щины. Именно инте­ресы ребенка понуж­дают мно­гих жен­щин тер­петь непу­те­вых мужей. Непро­стую судьбу гото­вят своим детям и жен­щины, кото­рые кате­го­ри­че­ски не согла­ша­ются на без­дет­ность. Ладно, когда те, кто в браке, ищут воз­мож­но­сти стать роди­те­лями. Но, бывает, и без­муж­ние жен­щины, как сей­час гово­рят, «заво­дят детей для себя». Ребе­нок не игрушка, не болонка, не розо­вый куст. Истину, что жен­щина сотво­рена помощ­ни­ком, что она все­гда живет для кого-то, ребе­нок узнает не из Свя­щен­ного Писа­ния, ни с чьих-то слов, а непо­сред­ственно наблю­дая за мате­рью. Если нет отца, то жизнь матери все­цело при­над­ле­жит ему. Но дитя несо­вер­шенно и не все­гда пра­вильно поль­зу­ется этим.

Тер­мин «без­от­цов­щина » сего­дня редко упо­треб­ляют не так­тично. И все же, без упре­ков и обид, вспом­ним, когда он при­хо­дит на ум. Когда мы стал­ки­ва­емся с опре­де­лен­ными изъ­я­нами воспитания.

Отсут­ствие муж­ского вос­пи­та­ния — беда нашего вре­мени. Вос­пи­тан­ные мамами дети, чаще всего, знают только одну модель пове­де­ния — мате­рин­скую, отцов­ство им непо­нятно. Их вос­при­я­тие мира неполно. Их вос­при­я­тие семьи слиш­ком умо­зри­тельно. И это осо­бенно ска­зы­ва­ется при созда­нии ребен­ком соб­ствен­ной семьи. В этом смысле жен­ское вос­пи­та­ние нега­тивно отра­жа­ется как на маль­чи­ках, кото­рые не знают, кто такой отец и муж, и как он дол­жен вести себя; так и на девоч­ках, кото­рые не усво­или при­мера жизни жены перед своим мужем, но только роль мамы. В само­сто­я­тель­ной жизни под­рос­шему мами­ному сыну при­дется бороться со своим пред­став­ле­нием о том, что ему все должны. А вырос­шая мамина дочка рис­кует в заму­же­стве сна­чала стать женой-свое­воль­ни­цей, а потом всю свою любовь и заботу отдать ребенку, а муж при этом оста­нется для нее лиш­ним. Оди­но­ким мамам, если они хотят сча­стья своим детям, сле­дует осо­бенно поза­бо­титься об уча­стии в жизни своих детей близ­ких, по род­ству или обще­нию муж­чин, — род­ствен­ни­ков, зна­ко­мых, кото­рых необ­хо­димо при­об­ре­тать среди при­хо­жан, и, конечно, духовника.

Через образ отца в дет­ское созна­ние вхо­дит Отец Небес­ный — Гос­подь. Вере может научить и мать, и бабушка, и даже посто­рон­ний чело­век, но тому, кто видел в семье при­мер отцов­ства, проще откры­ва­ются мно­гие духов­ные истины, усва­и­ва­ются такие поня­тия, как сми­ре­ние, послу­ша­ние, страх огор­чить того, кого любишь, ответ­ствен­ность. Как-то к стар­шей дочери зашла подруга, взрос­лая девушка, она с порога стала шумно при­вет­ство­вать хозяйку, что-то рас­ска­зы­вать. И очень уди­ви­лась, когда хозяйка при­ло­жила палец к губам. Извест­ный всем жест — «тихо». «А в чем дело?» — спро­сила она. «Папа дома». «Он что, спит?» «Нет. Про­сто…». Дочь увела гостью в свою ком­нату, закрыла дверь и объ­яс­нила, что когда отец дома, домо­чадцы ста­ра­ются не бес­по­ко­ить его. Гово­рят тихо и вообще ведут себя сдер­жанно. Гостья сна­чала уди­ви­лась такой несво­боде пове­де­ния, но потом ска­зала, что ей понра­вился наш домаш­ний «устав»: «Я ведь без отца росла, живем вдвоем с мамой, не перед кем сдер­жи­ваться». Еще одна дев­чо­ночка с недо­уме­нием и ужа­сом рас­ска­зы­вала маме уви­ден­ное в чужом доме: «Она ска­зала папе: «Ты чего дела­ешь! Сей­час же пере­стань!» Пред­став­ля­ешь, сво­ему папе так ска­зала! Папе!» Слово «папа» она про­из­но­сила с благоговением.

Взрос­лый муж­чина реа­ли­зует свое отцов­ство в раз­ных аспек­тах. Евро­пей­ское созна­ние состо­яв­шу­юся муж­скую судьбу опре­де­ляет построй­кой дома, посад­кой дерева и рож­де­нием сына. Для нас это слиш­ком при­зем­лен­ная про­грамма, но часть истины в ней есть. Во вся­ком слу­чае, без­дет­ность пока что пере­жи­ва­ется, как тра­ге­дия, и муж­чи­нами в том числе. Но вот на рож­де­ние вто­рого-тре­тьего-чет­вер­того ребенка духу мало у кого хва­тает. Обыч­ным стало и откла­ды­ва­ние рож­де­ния детей до луч­шего вре­мени, когда появится своя жил­пло­щадь, окон­чится учеба, устро­ится карьера. Зача­стую этот спи­сок «самого необ­хо­ди­мого» удли­ня­ется и рас­тя­ги­ва­ется бес­ко­нечно. Дол­гие отсрочки рож­де­ния нередко тра­ги­че­ски закан­чи­ва­ются. Сна­чала супруги не хотят детей, а потом дети не хотят таких слиш­ком любя­щих себя роди­те­лей. Бес­пло­дие стало делом обык­но­вен­ным. При­чин тому много. Одна из них — то, что страх зача­тия, несколько лет при­сут­ство­вав­ший в отно­ше­ниях супру­гов, сде­лался при­выч­ным. Латент­ный страх, порой никак не осо­зна­ва­е­мый, не поз­во­ляет зачать и выно­сить теперь уже желан­ного малыша.

Страх быть отцом рож­да­ется от неже­ла­ния или боязни ответ­ствен­но­сти. А ответ­ствен­ность — одно из глав­ных муж­ских качеств.

Муж­чину, кото­рый стре­мится уйти от ответ­ствен­но­сти, не обре­ме­нять себя, трудно и назвать-то муж­чи­ной. Избе­гая в своем браке дето­рож­де­ния, муж­чина утра­чи­вает сам дух отцов­ства, потреб­ность оте­че­ского слу­же­ния своим ближ­ним. Его поло­же­ние подобно поло­же­нию сверг­ну­того короля, кото­рый сам себя лишил короны.

Есть браки без­дет­ные не по свое­во­лию, но по Божи­ему Про­мыслу. Там при­зва­ние муж­чины, как отца, сохра­ня­ется и реа­ли­зу­ется в отно­ше­ниях с женой или с дру­гими род­ствен­ни­ками, в ином служении.

Кстати, мне­ние, что дети «лиш­ние» в семье, непре­менно про­хо­дит. Но это может про­изойти слиш­ком поздно. В одной семье муж был непри­ми­ри­мым про­тив­ни­ком «спи­но­гры­зов» и поста­вил жене усло­вие — изба­виться от бере­мен­но­сти. Она послу­ша­лась. Но после аборта более родить не могла. С годами муж поум­нел, но иметь детей от люби­мой жен­щины уже было невоз­можно. Мне зна­комы семьи, где дети появ­ля­лись «кон­тра­бан­дой ». В обход при­каза главы семей­ства: «Не рожать!» Один, стра­дав­ший дето­бо­яз­нью муж, каж­дую бере­мен­ность угро­жал жене: «Если родишь — уйду!» А она все равно рожала. В резуль­тате себя­лю­бец пре­вра­тился в хоро­шего отца. И нередко в спо­рах при­во­дил довод: «Да что вы мне тут гово­рите! Я — мно­го­дет­ный отец!» Знаю и еще несколько жен­щин, кото­рые хоть и согре­шили непо­слу­ша­нием, но дали воз­мож­ность отцов­ства своим супру­гам. И, надо ска­зать, в каж­дом слу­чае те были им благодарны.

Страх и рас­те­рян­ность перед вызо­вами совре­мен­ного мира, кото­рые мы видим у мно­гих наших совре­мен­ни­ков, гораздо менее свой­ственны людям веру­ю­щим, живу­щим цер­ков­ной жиз­нью. У них все­гда есть надежда на Господа.

Эта надежда под­дер­жи­вает и чадо­ро­дие. Веру в то, что Тот, Кто дал роток, даст и кусок. То есть Гос­подь не оста­вит Свое созда­ние, но даст ему потреб­ное для жизни. Поэтому пра­во­слав­ные семьи чаще бывают мно­го­дет­ными. Вера в бла­гой Про­мысл Божий не дает жиз­нен­ному страху одо­леть сердце и изве­сти силы, оттого веру­ю­щие люди реже отча­и­ва­ются и унывают.

Когда мы гово­рим про кого-то — «отец семей­ства », то не про­сто кон­ста­ти­руем факт состо­я­ния муж­чины в браке или нали­чие у него детей, это как бы осо­бое зва­ние или титул.

Отец семей­ства осу­ществ­ляет свое муж­ское пред­на­зна­че­ние, как гос­по­дин, как свя­щен­ник и как воин. Гос­по­дин — это еди­но­власт­ный пра­ви­тель, забо­тя­щийся о своих близ­ких, ответ­ствен­ный за их жизнь перед Богом. Он не дес­пот, не тиран, он — хозяин в семье. В рус­ском языке мужа нередко назы­вали «хозяин». Даже и сей­час где-то ска­жут: «А хозяин твой дома?» Семей­ные дела у такого хозя­ина, конечно, обсуж­да­ются с женой, порой и с детьми. Но реше­ние оста­ется за ним. Пред­на­зна­че­ние быть свя­щен­ни­ком совер­ша­ется, как руко­вод­ство своих домаш­них к спа­се­нию посред­ством про­по­веди. В этом смысле Апо­стол срав­ни­вает любовь мужа к своей «малой Церкви» с жерт­вен­ной любо­вью Хри­ста к Своей Церкви, общ­но­сти веру­ю­щих. Отец семей­ства отве­чает за то, чтобы пред­ста­вить жену (и детей) Гос­поду не име­ю­щею пятна, или порока, или чего-либо подоб­ного, но дабы она была свята и непо­рочна (Еф. 5, 27). То есть, он отве­чает за духовно-нрав­ствен­ное состо­я­ние своих домо­чад­цев. И как воин, он при­зван защи­щать их от при­ра­жа­ю­щего внеш­него зла. Таковы три ипо­стаси отца семей­ства. В иде­але, конечно, а в жизни каж­дый вопло­щает их в свою меру.

Отцов­ство может про­яв­ляться везде, где муж­чина ока­зы­ва­ется старше, выше, глав­нее или сильнее.

И если вни­ма­тельно при­смот­реться, такое место есть у каж­дого. Напри­мер, оди­но­кий муж­чина. Рядом с ним ино­гда нахо­дятся дети. Пле­мян­ники, дру­гие род­ствен­ники, соседи, попут­чики, дети дру­зей и зна­ко­мых и про­сто чьи-то дети. Если муж­чина пом­нит, что ребе­нок вос­пи­ты­ва­ется при­ме­ром, то его отцов­ство про­явится в том, что он не подаст дур­ного при­мера, поста­ра­ется не соблаз­нить малых сих. Совер­шать пло­хие поступки — скверно. Но при детях — недо­пу­стимо. Сей­час мно­гие дети рас­тут без отцов. Оди­но­кий муж­чина, род­ствен­ник или близ­кий зна­ко­мый вполне может поучаст­во­вать в их вос­пи­та­нии. Если опека выра­жа­ется в непри­твор­ном инте­ресе к жизни ребенка, его увле­че­ниям, в лич­ной для него откры­то­сти, в искрен­них раз­го­во­рах и уме­нии услы­шать, то дитя непре­менно при­мет такого чело­века в «свои» и будет нази­даться от его слов и при­мера. В Церкви есть поня­тие «крест­ный» или «крест­ный отец». Это еще одна воз­мож­ность (и обя­зан­ность) осу­ществ­ле­ния отцовства.

Не так давно уча­стие в вос­пи­та­нии чужого, незна­ко­мого ребенка каза­лось есте­ствен­ным. Когда-то при­выч­ная кар­тина, когда про­хо­жий дядька при­стру­нит шалуна, оста­но­вит хули­ган­ство. Маль­чишки боя­лись озор­ни­чать (курить, дер­гать дев­чо­нок за косы, ругаться) при взрос­лых, осо­бенно если это муж­чина. «Тихо, какой-то дядька идет!» Его вме­ша­тель­ство было ожи­да­е­мым. В нем про­яв­ля­лась муж­ская ответ­ствен­ность за всех. Соли­дар­ность с роди­те­лями, с обще­ством. Однако такая опека от посто­рон­него чело­века не угне­тала. Напро­тив, она как бы вклю­чала маль­чу­гана в род­ствен­ную общ­ность, в общую заботу. Оттого и было при­выч­ным почти род­ствен­ное обра­ще­ние к незна­ко­мому взрос­лому — «дядя». «Дядя, сколько времени?»

И еще при­мер отцов­ства вне семьи. Это оте­че­ское отно­ше­ние к при­род­ному миру и миру людей. А. Сент-Экзю­пери в «Пла­нете людей» пишет: «Быть чело­ве­ком — это и зна­чит чув­ство­вать, что ты за все в ответе. Сго­рать от стыда за нищету, хоть она как будто суще­ствует и не по твоей вине. Гор­диться побе­дой, кото­рую одер­жали твои това­рищи. И знать, что, укла­ды­вая камень, помо­га­ешь стро­ить мир». Там же писа­тель вспо­ми­нает смерть ста­рого, «поис­тине достой­ного чело­века. То был садов­ник, он гово­рил мне: «Бывало, зна­ете, рыхлю засту­пом землю, а сам обли­ва­юсь потом… Рев­ма­тизм мучит, ноги ноют, кляну, бывало, эту каторгу, на чем свет стоит. А вот нынче копался бы и копался в земле. Отлич­ное это дело! Так вольно дышится! И потом, кто теперь ста­нет под­стри­гать мои дере­вья?» Он остав­лял воз­де­лан­ную землю. Воз­де­лан­ную пла­нету. Узы любви соеди­няли его со всеми полями и садами, со всеми дере­вьями нашей земли. Вот кто был ее вели­ко­душ­ным, щед­рым хозя­и­ном и вла­сте­ли­ном». Гос­подь дал чело­веку землю во вла­де­ние, все поло­жил под ноги его: овец и волов всех, и также поле­вых зве­рей, птиц небес­ных и рыб мор­ских (Пс. 8, 7—9). Оте­че­ское отно­ше­ние к при­род­ному миру — в разум­ном обла­да­нии им.

Чело­век при­зван воз­де­лы­вать его и хра­нить его (вот оно — поса­жен­ное муж­ской рукой дерево — сим­вол хра­не­ния Божи­его мира).

Не брать из при­роды лиш­него, дер­жать под кон­тро­лем свои потреб­но­сти, а вся­кое вме­ша­тель­ство в жизнь при­роды должно быть осознанным.

В преж­ние вре­мена просьба зача­стую вклю­чала в себе слова — «будьте отцом род­ным», «будьте заме­сто отца». То есть: про­явите себя в дан­ном слу­чае, как это сде­лал бы род­ной отец. С прось­бой мы обра­ща­емся к чело­веку более могу­ще­ствен­ному, чем мы сами. Отцом может (и опять же — дол­жен) быть вся­кий началь­ник. Вся­кий «выше­сто­я­щий». По слу­жеб­ной ли лест­нице, долж­но­сти, обсто­я­тель­ствам. Поря­доч­ный офи­цер про­яв­ляет свое отцов­ство по отно­ше­нию к сол­да­там. «Слуга царю, отец сол­да­там», при­выч­ное поня­тие — «отцы-коман­диры». Офи­цер при­зван научить, руко­во­дить, вышко­лить, пре­вра­тить обыч­ного парня в сол­дата. Здесь есть и наси­лие, и жест­кость. Но и пони­ма­ние труд­но­сти армей­ской службы. Отцов­ство про­яв­ля­ется в том, чтобы не доба­вить сол­дату лиш­ней тяготы и опас­но­сти. Чинов­ник, руко­во­ди­тель, хозяин, дирек­тор — всем им вме­ня­ется отцов­ство. Когда-то царя назы­вали «царь-батюшка». И спра­вед­ливо назы­вали. Царь — истин­ный отец сво­его народа. Так же и любой дру­гой пра­ви­тель обя­зан быть тако­вым. Именно отцов­ского отно­ше­ния и заботы ожи­дают от него. Выс­ших чинов­ни­ков город­ской адми­ни­стра­ции и сей­час назы­вают «отцами города». Правда, в послед­нее время все больше с иро­нией. Хоро­ший хозяин или дирек­тор пред­при­я­тия в своих отно­ше­ниях с под­чи­нен­ными не может руко­вод­ство­ваться только нажи­вой. Есть у меня два зна­ко­мых пред­при­ни­ма­теля- сиби­ряка. У них где-то на Ангаре свои заводы, делают строй­ма­те­ри­алы. Встре­ти­лись как-то: «Как дела?» — спра­ши­ваю. Отве­чают: «Кри­зис. Зака­зов нет». — «Так на что же люди живут, если нет работы?» «А мы своих рабо­чих не бро­саем. Пла­тим, сколько можем. Пыта­емся хоть какой-то рабо­той обеспечить».

Началь­ник, у кото­рого под­чи­нен­ный или работ­ник нече­стен по отно­ше­нию к нему, нередко сам бывает в этом вино­ват. Началь­ник, как отец для под­чи­нен­ных. Они невольно берут с него при­мер. И если заме­тят (а от под­чи­нен­ных, как и от детей, ничего не ута­ишь), что началь­ник в чем-то лука­вит, где-то обма­ны­вает, то тут же при­мут такую модель дело­вых отно­ше­ний и пове­де­ния как норму, да еще поста­ра­ются пере­вы­пол­нить ее. Потому ответ­ствен­ность любого началь­ству­ю­щего гораздо выше, чем про­стого работ­ника. И от вся­кого, кому дано много, много и потре­бу­ется, и кому много вве­рено, с того больше взы­щут (Лк. 12, 48).

В несча­стье чело­век наде­ется на оте­че­ское уча­стие. Крик «помо­гите!» обра­щен к «отцу». И тот, кто бро­са­ется на помощь — про­яв­ляет свое отцовство.

Конечно, спа­сти уто­па­ю­щего, помочь упав­шему ста­рику или в горя­щую избу войти может и жен­щина. Но она — может, а муж­чина — дол­жен. И когда жен­щина уго­ва­ри­вает мужа не давать другу взаймы, не тра­тить вос­крес­ный день, помо­гая соседу по даче, про­сит не ввя­зы­ваться в чре­ва­тую опас­но­стью ситу­а­цию, где нужна его под­держка, она тол­кает его на пре­да­тель­ство сво­его долга, сво­его отцов­ства. Такое пре­да­тель­ство тяжело пере­жи­ва­ется муж­чи­ной. Ущерб­ного бла­го­род­ства не бывает, оно или есть, или его нет. Матери, вос­пи­ты­ва­ю­щие в оди­но­че­стве своих сыно­вей! Непре­менно научите их пра­вильно пони­мать муж­ское досто­ин­ство — помо­гать тому, кто сла­бее, не тру­сить, когда нужно защи­тить кого-то, отве­чать за свои поступки, при­ни­мать само­сто­я­тель­ные реше­ния, быть дру­гом! Не пре­пят­ствуйте их бла­го­род­ным поры­вам по своей жен­ской сла­бо­сти и боязни. Пусть слу­же­ние и ответ­ствен­ность ста­нут не лозун­гами, а внут­рен­ней сущ­но­стью ваших сыно­вей. Рас­тите рыцаря, а не био­ло­ги­че­скую еди­ницу. Слу­же­ние дру­гому чело­веку при­но­сит боль­шую радость. Самую боль­шую после слу­же­ния Богу, хотя в сущ­но­сти — это тоже слу­же­ние Богу. Лео­нардо да Винчи, потру­див­шийся, как мало кто из смерт­ных, и, по его сло­вам, пред­по­чи­тав­ший уста­ло­сти смерть, напи­сал о себе: «Я нико­гда не устаю, помо­гая другим».

Прин­цип отцов­ства дер­жит обще­ство в отно­си­тель­ном порядке. Пока он дей­ствует в отце семей­ства, в началь­нике, руко­во­ди­теле, офи­цере — у нас есть общество.

Но если его нет — обще­ство пре­вра­ща­ется в люд­ское стадо. Поэтому этот прин­цип нужно под­дер­жи­вать и вос­пи­ты­вать. Сего­дня СМИ, при­чем повсе­местно и напе­ре­гонки, ста­ра­ются открыть наготу «отцов», обна­ро­до­вать грехи власть иму­щих. Своих и чужих пре­зи­ден­тов, мини­стров, гене­ра­лов, судей. Как будто нарочно, раз­ру­шая в людях надежду хоть на мало-маль­ски поря­доч­ную власть, при­ви­вая обще­ству огуль­ную кри­тику всех выше­сто­я­щих, взра­щи­вая все­мир­ное хам­ство. Нам по-вся­че­ски пред­ла­гают модель совер­шенно бес­прин­цип­ного обще­ства, где не может быть искрен­них или хоть каких-то чело­веч­ных отно­ше­ний между стар­шим и млад­шим, началь­ни­ком и под­чи­нен­ным, иму­щим и неиму­щим. Где «стар­ший» озна­чает стар­шего в под­ло­сти или воз­мож­но­сти совер­шать под­лость. Такой взгляд не поз­во­ляет искренне под­чи­няться и сми­ряться. Он про­сто про­во­ци­рует «свер­гать». Свер­гать, свер­гать и свер­гать… Можно ска­зать, что мир под­тал­ки­вают к кри­зису веры вся­че­ской власти.

На прин­цип отцов­ства поку­ша­ется и при­ня­тая на пост­хри­сти­ан­ском про­стран­стве Европы и США про­па­ганда одно­по­лой любви. Она стала настолько агрес­сив­ной и взо­шла на такие обще­ствен­ные высоты, что «убо­я­шася» лише­ний, мно­гие «име­ю­щие свое место» в обще­стве не только не про­ти­вятся ей, но и сами про­дви­гают ее. В них живет и дей­ствует страх Пилата.

Но не будем уны­вать. У веру­ю­щего чело­века все­гда есть Отец. Любя­щий, забот­ли­вый и силь­ный. Веру­ю­щий чело­век познает Отцов­ство Гос­пода на себе, своих близ­ких, при­род­ном мире. И совер­шенно есте­ственно у него рож­да­ется жела­ние не про­сто при­ни­мать Божию любовь, заботу и помощь, но и самому про­яв­лять себя «отцом » по отно­ше­нию к людям, к Божи­ему миру — при­роде. Уже несколько лет суще­ствуют и созда­ются новые пра­во­слав­ные моло­деж­ные и дет­ские цен­тры, лагеря, объ­еди­не­ния, где учи­теля, вожа­тые, волон­теры пыта­ются помочь совре­мен­ной юно­сти и дет­ству пра­вильно уви­деть и осо­знать мир. Не по при­казу или указу, не из какой-либо коры­сти, а по веле­нию сердца эти люди состав­ляют инте­рес­ные про­граммы празд­ни­ков, лагер­ных смен, раз­лич­ных меро­при­я­тий для своих юных сооте­че­ствен­ни­ков. Учат обще­нию, дружбе, ответ­ствен­но­сти, нрав­ствен­но­сти. При­чем, учат не по сухим и, в боль­шин­стве своем, глу­пым мето­дич­кам, не нра­во­уче­ни­ями. Каж­дая про­грамма про­хо­дит сов­мест­ное твор­че­ское рож­де­ние. Это поис­тине апо­столь­ское слу­же­ние. Дети мои, для кото­рых я снова в муках рож­де­ния, доколе не изоб­ра­зится в вас Хри­стос (Гал. 4, 19). А поис­ко­вые отряды? Там тоже отцов­ские поня­тия долга и ответ­ствен­но­сти. Или уча­стие в жизни заклю­чен­ных, тяже­ло­боль­ных людей, без чего сего­дня невоз­можно пред­ста­вить жизнь Церкви. Очень вос­тре­бо­ваны в наши дни кадет­ские, каза­чьи школы и лицеи, кур­сант­ские учи­лища. Роди­тели, осо­бенно пра­во­слав­ные, хотят видеть своих сыно­вей насто­я­щими муж­чи­нами, буду­щими отцами. Супруга одного высо­ко­по­став­лен­ного чинов­ника-пат­ри­ота рас­ска­зы­вала о муже: «Он смот­рит ново­сти, ком­мен­ти­рует, стра­дает за страну, злится. А я пере­ключу на „Союз“, он посмот­рит, посмот­рит, послу­шает… „Какие лица, — гово­рит, — какие лица! Живые. Жива еще Рос­сия”. И глаза влажные».

Не все­гда помощь Отчизне тре­бует реформ или выс­ших пере­ме­ще­ний. Начи­нать нужно с «ожив­ле­ния» своей души. А душа ожи­вает, когда она при­леп­ля­ется к Богу. Такая живая душа непре­менно про­явит себя в слу­же­нии. В том числе и в отцовстве.

 

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

2 комментария

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки