сайт для родителей

Отцы и дети сегодня. Папам на заметку. — Калинина Г.

Print This Post

1868


Отцы и дети сегодня. Папам на заметку. — Калинина Г.
(5 голосов: 5 из 5)

В чем заключается роль и служение отца? Каким должен быть хороший отец и как правильно любить своего сына или дочь?
В понимании современного общества деятельность отца сводится, как правило, исключительно к бытовым вещам. Между тем православное вероучение предлагает нам опыт построения правильных иерархических отношений в семье. Автор брошюры, обратившись к христианской традиции восприятия отца и его роли, пытается выявить основные проблемы отцовства, возникшие в нише время, и пути их разрешения.

Книга адресована родителям, педагогам, психологам.

ОТЦЫ И ДЕТИ

ПРОБЛЕМЫ ОТЦОВСТВА

СЛУЖЕНИЕ ОТЦА

  1. Отец как священник и предстоятель
  2. Отец как царь и правитель
  3. Отец как воспитатель

РАСПРОСТРАНЕННЫЕ ТИПЫ СОВРЕМЕННЫХ ОТЦОВ

ОТЕЦ И СЫН

Мальчику необходимы дружба и одобрение отца

Проблемы воспитания мужественности

ПАПИНА ДОЧКА

Преодоление детских страхов

Позитивный жизненный сценарий

СТРАТЕГИЯ ПРАВИЛЬНОГО ВОСПИТАНИЯ

ОСОБЕННОСТИ ПСИХИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ ДЕТЕЙ

ОТЦЫ И ДЕТИ

Проблема отцов и детей стара, как мир. Уже тогда, когда Цицерон воскликнул: «О времена, о нравы!», существовало противостояние старшего и младшего поколений, обусловленное изменяющимся духом времени. Нынешняя жизнь внесла новые краски в эту извечную проблему: безотцовщина в прямом и переносном смысле. Родились поколения, не знающие отцов. По сути дела, это поколения, не знающие патриархата и отеческой любви, «дети бывших старшин да майоров»… Отцов или «нет в природе», или они совершенно безучастны к своим детям, а если и «участны», то не так, как надо. Как можно стать отцом, не имея наставника, не видя живого примера подлинного отцовства?

Психологи и социологи констатируют печальный факт: настоящие мужчины уходят из нашего общества, потому что их воспитывают женщины. Исподволь, шаг за шагом происходит жуткая смена понятий о назначении полов, которая, кажется, уже перестала нас ужасать…

Несколько лет назад в нашей стране вышел фильм, буквально взорвавший кинематографический мир. Дебютная картина молодого режиссера Андрея Звягинцева «Возвращение» завоевала главную награду на Венецианском фестивале в 2003 году — «Золотого льва».

В жизни двух братьев после 10-летнего отсутствия неожиданно возникает отец, знакомый им только по фотографии. Появление странного, чужого для них человека переворачивает жизнь мальчиков… Что хотел сказать режиссер своим фильмом? У каждого свое прочтение… Сам режиссер говорит о религиозном подтексте, о мифологической составляющей фильма. И наверняка внимательный зритель, знакомый с Евангелием, увидит в фильме библейскую притчу. Отец — образ Бога, сыновья — люди, по-разному относящиеся к Нему. Один принимает сразу, безоговорочно верит и слушается. Второй ропщет, снедаем гордыней: «Зачем ты приехал?!», он не доверяет отцу и во всем подозревает обман.

Но поскольку этот фильм из нескольких пластов, над глубинным смыслом лежит и вполне реалистичное прочтение: взаимоотношения между отцом и сыновьями, вопрос воспитания мальчиков как настоящих мужчин.

В любом человеке есть и отцовское, и материнское начала. И если задавить одно из них, то полноценного личностного развития не получится. Так часто происходит, если ребенка воспитывает один родитель. В фильме это выражено в самой первой сцене, когда ребята прыгают в воду с вышки, и старшему это удается, а младшему— нет. Неудивительно: Иван совсем не помнит отца, а Андрей помнит — пара лет разницы с братом дает ему ощутимое жизненное преимущество. Иван, в силу сложившихся обстоятельств, маменькин сынок. Отец для него совсем чужой человек. Потому он и спорит с ним, и не принимает его, хотя, может быть, ему гораздо больше, чем брату, необходим теперь отец. Именно потому, что слишком многое стоит для него за словом «папа», он так вымученно и неохотно произносит его под упорным взглядом незнакомца, ворвавшегося в его жизнь и назвавшегося его отцом. Что этот человек сделал для того, чтобы заслужить его любовь? Одного факта отцовства еще недостаточно, как кажется Ивану, — да и отец ли он ему?

Некоторые увидели в отце уголовника, вернувшегося из заключения. Режиссер умалчивает, где все это время пропадал отец, а значит, в данном случае это неважно. Многие усмотрели в нем жестокого тирана. На это можно ответить словами одного святого: «Подлинная любовь сурова». В фильме отец— нормальный мужик: тот, кто любит, тот и карает. Это и есть настоящее мужское воспитание. Вот сцена, где он узнает, что дворовая шпана от голода украла у детей кошелек, и дает парню на еду — разве это не достойный поступок?

Иван из мести выбросил миску отца в озеро. Но признаться страшно, да и зачем: обман в крови у не привыкшего жить по совести. «Там, это, твоя миска утонула, ее волной смыло». — «Смыло? А из чего я буду есть, СЫН?» Эгоистичному ребенку, воспитанному мамками да няньками, не приходит в голову, что надо думать еще о ком-то, что другому может быть больно. Совесть надо разбудить. И отец преподает ему этот урок, и не только этот — еще дисциплины, ответственности, настоящей мужественности. Учит тому, чему женщины точно никогда не научат — бытовым, чисто мужским навыкам.

Мальчики принимают отца лишь после его смерти. Прошла всего неделя общения с отцом! И каковы результаты? Андрей сильно взрослеет, становится похожим на него. Иван, скорее всего, уже смог бы прыгнуть в озеро с той самой вышки. И это результат не «воспитывания» в течение недели. Просто ребята в буквальном смысле обрели себя.

Точки над «і» в фильме расставляет финал — фотографии из семейного альбома. На снимках вся семья вместе, счастливые лица… Именно эти моменты сыновья будут вспоминать и теперь, и через годы. И эти воспоминания подарил им отец. Главный поступок отца — боль за сыновей, и они это прочувствовали.

«Именно семья дарит человеку два священных первообраза, которые он носит в себе всю жизнь и в живом отношении к которым растет его душа и крепнет его дух: первообраз чистой матери, несущей любовь, милость и защиту; и первообраз благого отца, дарующего питание, справедливость и разумение. Горе человеку, у которого в душе нет места для этих зиждительных и ведущих первообразов, этих живых символов и в то же время творческих источников духовной любви и духовной веры!» — сказал И.А. Ильин.

Образ отца в семье — священен. И наиболее наглядно это показано в начале фильма: старший сын в простоте сердца, без тени лукавства, с восхищением смотрит, слушает, думает об отце. Не случайно и старая фотография лежит в заветном месте на чердаке в книге с библейскими иллюстрациями Доре. Так учит смотреть на отца христианство. Это совсем неведомо, непонятно и неприятно современному человеку. «Что ты перед ним расстилаешься?» — возмущается младший. «Но ведь он же отец… Отец, понимаешь?» Можно лишь продолжить слова философа: горе нации, лишенной чувства священного авторитета.

Зачастую в семейных журналах или в трудах психологов мы встречаем рекомендации молодым отцам. По нашим наблюдениям, в своей массе все они сводятся к навязыванию мужчине женской роли — покормить, переодеть, погулять с младенцем… Но разве недостаточно для этого матери, разве в этом роль отца? Нам кажется, что современная психология (как и современное общество в целом) сама не совсем понимает, что же должен делать отец и зачем он нужен.

Не претендуя на полноту раскрытия этой сложной темы, все же попытаемся выявить основные проблемы отцовства и пути их разрешения, предложив читателям некоторые соображения, возникшие у нас из изучения христианской традиции восприятия отца и его роли в семье.

ПРОБЛЕМЫ ОТЦОВСТВА

Прежде чем рассказать о том, что должен делать мужчина, чтобы быть хорошим отцом, мы попробуем кратко охарактеризовать те проблемы, с которыми столкнулась среднестатистическая российская семья в посткоммунистическом обществе. Ведь плоды именно этого кризиса мы пожинаем до сих пор, перенося из поколения в поколение ошибки и психологические конфликты наших предков, закладывая их на уровень ментальных изменений.

Огромную роль н том, что большинству мужчин неведомы подлинно мужское поведение и назначение отца, сыграли демографический и политический факторы, то есть последствия политики СССР и Великой Отечественной войны, когда преждевременная гибель настигла 0громпое число мужчин и отцов.

Страшный удар, нанесенный патриархальной семье в конце 20-х, 30-е и 40-е годы, имел множество причин и еще больше следствий. Для ускоренной индустриализации потребовались женщины; мать была оторвана от детей и брошена на производство. Сиротство при живых родителях стало (и остается до сих пор) массовым явлением. Колоссальные репрессии, затем неслыханная по числу жертв война, вновь вихрь репрессий — все это обрушилось в первую очередь на мужскую часть населения. Женщин, конечно, тоже арестовывали, но значительно меньше. Очевидно, что в этих условиях семья без мужчины стала нормой. Женщина поняла, что со всеми функциями в семье (кроме зачатия) она может справиться одна. Впрочем, другого выхода у нее просто не было.

Государство не только взломало крепость семьи, не дав ничего взамен, — оно еще и узурпировало ее функции. Отец народов занял место родного отца. Думается, что мгновенное уничтожение вековых семейных традиций потому и удалось с такой неожиданной легкостью, что новые отношения основывались на тех же патриархальных чувствах благоговения, преклонения, безусловного послушания, готовности в любой миг принять наказание (даже незаслуженное) — только эти чувства были перенесены с главы семьи на государство, общество, партию, вождя. Этот разрушительный процесс получил свое идеальное воплощение в знаменитом образе Павлика Морозова.

История 20-40-х годов представляет широкий спектр разнообразных преступлений против отцов. На одном краю спектра — некто Успенский, сын священника, убивший своего отца, чтобы доказать верность атеистическим принципам новой власти. По данным А. И. Солженицына, отцеубийца стал… заведующим культурно-воспитательной частью (!) Соловецкого концлагеря (и по совместительству исполнителем смертных приговоров). На другом краю — десятки тысяч людей, отрекшихся от отцов-«кулаков», отцов — «врагов народа», отцов-интеллигентов, «забывших» упомянуть о них в анкете, сменивших — во избежание неприятностей — отцовскую фамилию. Уместно вспомнить, что библейский персонаж, надругавшийся над своим отцом, носил имя Хам.

Авторитарная государственная власть опиралась на фигуру сильного отца. Сталинский режим, напротив, все свойства этой фигуры стремился как бы «вобрать в себя», предоставив настоящим родителям в лучшем случае светиться отраженным светом. «Советские родители не лишены авторитета, — пишет американский исследователь Д. Линн, автор единственной в мире монографии, посвященной роли отца в семье, — но этот авторитет лишь отражение мощи государства».

В результате множество мужчин оказались лишены духовной традиции отцовства, тех знаний, которые юноша в семье получает не на вербальном уровне, не из книг, а из живой повседневной жизни. Кроме того, их родовая память, осознание себя продолжателем рода были грубо и насильственно нарушены, так как сыновей часто вынуждали стыдиться своих отцов как «врагов народа» или антисоциальных элементов.

В итоге к XXI веку, по мнению американского социолога П. Ларссон, в России сложилась ситуация жесткого авторитарного доминирования властной жены и матери, которая редко встречается в других культурах. Особенно часто такие отношения можно видеть в неблагополучных семьях. По данным Ленинградского детского психиатра А. И. Захарова, в семьях детей с неврозами матери играют ведущую роль чаще, а отцы — значительно реже, чем в семьях здоровых детей. При этом доминирование матери часто носит жесткий характер, проявляясь в физических наказаниях детей, в мелочном контроле, в гиперопеке.

Второй причиной стала армия как фактор воспитания будущего мужчины и отца. Следует признать, что этот первый опыт жизни взрослого человека, своеобразная инициация российского юноши в мужчину чаще всего сводится к усвоению закона кулака. Все конфликты и принципы в армии разрешаются с помощью силы, и дело здесь не только в дедовщине (которая всегда существовала в любой армии мира в любую эпоху), а скорее в самом принципе организации армии. Армия — это социальный институт, базирующийся на силовом контроле, дисциплине и полном безоговорочном подчинении младших по званию старшим. В этом обществе юноша приобретает опыт авторитарного поведения — власть сильнейшего и «главнейшего» и бесправие перед ним. Солдат живет в беспрерывной войне, поэтому «солдаты мира», как и альтернативная «воинская» служба— понятия, не имеющие смысла. Солдат — это всегда тот, кто по приказу в любое время должен начать войну с любым противником, поэтому он не может «расслабиться» и перестать на некоторое время быть воином или вместо освоения автомата выносить судна в больнице. Но роль «солдата», существование в ней, делает мужчину неспособным к принятию какого-либо самостоятельного судьбоносного или небанального решения — ведь хороший солдат тот, кто хорошо выполняет приказы.

Третьей причиной является активная сексуальностъ, свойственная мужскому полу. Сексуальность мужчины пробуждается очень рано, еще в психологическом детстве. И здесь коренится множество проблем, с которыми постоянно сталкиваются психиатры и психологи, с одной стороны, и священники — с другой. Самое трагичное то, что ранняя сексуальность чаще всего развивается в отрыве от чувства любви, взрослого понятия о любви. Любовь как жертвенность, как ответственность, как терпение и милосердие к любимому — христианские понятия, прочно вытесненные массовой культурой из сознания современного мальчика, юноши, мужчины.

У ребенка, разумеется, существует понятие любви: например, родителей к нему, его к родителям или той любви которую он видел по телевизору или о которой прочел и книге или журнале! Но тут-то и кроется корень проблемы: если его представления о любви складываются из извращенных отношений в семье, почерпнуты из журналов «Cool», «Молоток» и им подобных или других источников, полных низменных и примитивных страстей, то образ любви в его сознании будет ущербен и искажен, а душа повредится огромной травмой. Сфера сексуального становится для такого человека самодовлеющей, автономной от развития нравственности и других душевных качеств. Ранняя сексуальность безусловно опасна и смертельна для души не потому, что плоха сама по себе, а потому, что практически навсегда отделяет в душе человека желание удовлетворения своих эгоистических потребностей от понятия семьи, любви и долга.

В-четвертых, в нашей стране последние десятилетия складывалась такая ситуация, что мужчина по тем или иным причинам менее успешно, чем женщина, мог реализовать себя в профессиональной сфере. Так сложилось, что его успехи часто зависели не от профессиональных и интеллектуальных качеств, а от «места», национальности, принадлежности к определенной социальной группе, от способности «выживать» в периоды кризисов. Можно быть гениальным ученым и получать минимальную зарплату, можно сделать открытие и никогда не увидеть его плодов, можно овладеть нужной профессией и оказаться без работы. Постоянное смутное ощущение своей социальной неуспешности, внутренней нереализованности, ненужности рождает глухую агрессию, которая зачастую «разряжается » в семье, разрушая ее и демонстрируя детям «неликвидность» мужского поведения в этом обществе. Кстати, именно поэтому многие мальчики идеалом мужчины избрали для себя киллера или бандита. Эти образы давали детям столь необходимые им специфически мужские качества: силу, мужественность, способность противостоять внешним воздействиям, «крутизну» и авторитет, которых им так не хватает дома в семье. Это еще один аспект, над которым следует подумать отцам в семье. О каком отце мечтали в детстве вы сами? О каком мечтают ваши дети, глядя на вас?

В-пятых, практически в каждой второй семье в России мужчине мешает стать отцом отношение к нему жены, молодой матери. Эта проблема имеет разные аспекты.

Первый: молодой отец первого ребенка, как правило, просто боится прикоснуться к нему, невольно причинить вред, не знает, как держать и что делать. Он чувствует себя слоном в посудной лавке. А молодая мать, вместо того чтобы сказать «бери и держи», говорит: «Какой ты неуклюжий, дай, я сама!» За подобным отстранением чувствуется бессознательная особая ревность матери, которая, будучи «матерью одного ребенка», невольно боится, что ребенка не хватит на двоих.

Вторым аспектом, ведущим за собой внутреннее разделение между мужем и женой, является то, что молодая мать почти всегда ищет помощи в воспитании ребенка не у мужа, а у своей матери, демонстрируя глубинную инфантильность и нежелание расстаться со своим детством и повзрослеть, взяв ответственность за нового человека на себя и своего супруга. Не случайно всегда было принято отделять молодых, или, в крайнем случае, жена уходила в семью мужа — и никогда наоборот. Симбиоз дочки-матери способен разрушить даже самую большую любовь между супругами, особенно когда муж и отец вытесняется тещей из семьи под предлогом заботы о внуке и дочери. Поэтому остается порекомендовать молодым семьям ограничивать благие намерения своих родителей в деле воспитания внуков и их самих.

Третьим аспектом является ранняя социализация ребенка, когда его уже в три года отделяют от матери и отца и помещают в детский сад. Отношения с матерью у такого младенца еще сохраняются на инстинктивном уровне, а с отцом просто не успевают возникнуть — ведь с отцом ребенка связывают совсем другие эмоции и чувства, чем с матерью.

В результате мужчина, воспринимаемый женщиной как банкомат или тягловая сила, чувствует свое присутствие дома необязательным. Он как бы выполнил свою функцию отца — ребенок зачат и родился. Отсюда искреннее непонимание мужчинами того, чего хотят от них женщины, навязывая им культпоходы с детьми.

В-шестых, во многом виновно школьное воспитание. С детства на мальчиков оказывается давление, препятствующее развитию их мужского, отцовского начала. Общество в целом и школа как его боевой авангард поощряют пассивную дисциплину, бездумное послушание и нетерпимо относятся к таким традиционно мужским качествам, как инициатива, выдумка, активность. В школах девочек меньше наказывают и больше хвалят, чем мальчиков. Девочки, особенно в начальных классах, пользуются большим авторитетом и значительно чаще становятся формальными лидерами. Так уже в школьном возрасте закладываются основы будущего доминирования женщины в семье.

Мы кратко рассмотрели основные проблемы, благодаря которым мужчина в России находится и кризисе, а ведь с каждым годом список этих проблем пополняется. Как же выйти из этого тупика?

СЛУЖЕНИЕ ОТЦА

Служение отца в семье заключается в том, что собой и своей жизнью он должен явить ребенку мир, ввести его в общество, показать, каким человеком ему надо стать и к чему стремиться. Отец являет собой для ребенка образ Бога, Небесного Отца, образ мировоззрения и религии, которую сам исповедует.

Сегодня в психологических науках принято оперировать понятиями архетипов человеческого сознания, проявляющих себя на всех уровнях человеческой психики. В связи с этим необходимо заметить, что архетип отца относится именно к таким основным архетипам человеческого сознания. А поскольку наша цивилизация создана христианством, то наши отношения с отцами базируются на том понимании отцовства, которое заложило в нас христианство.

Множество исследователей вслед за Фрейдом обратились к проблемам отцовства, опираясь на греческую мифологию, принятую за архетипы человеческого поведения. При этом все они умудряются и до сих пор воспринимать христианство именно как наследие античности, отказав ему в самостоятельности и автономности от него. Принимая христианство за очередной миф, психологи используют в анализе взаимоотношений Бога Отца и Бога Сына те же древнегреческие мифы о Кроносе и Зевсе, об Эдипе и Агамемноне. Это привело их к фатальной ошибке и полному искажению образа отца как в самом христианстве, так и в созданной им (христианством) цивилизации, наследниками которой, а не древнегреческой, они сами же и являются. Таким образом, в официальной психологии мы получаем аналитическую матрицу, грубо наложенную на совершенно иную модель общества.

Патриархальность античности и патриархальность христианства диаметрально противоположны по сути, как противоположны сами эти религии. Суть одной — тираническая власть сильнейшего, суть другой — любовь и ответственность Творца за свое творение. Рок и свобода, закон и дар противопоставлены в этих религиях — основательницах цивилизаций.

Совершив подмену, психология обрекла общество на вечный бунт сына против отца, то есть на торжество инфантилизма и безответственности над опытом и любовью. Миллионы бородатых мальчиков с морщинами и сединой бродят по пустыне современной культуры в поисках новых игрушек и развлечений. «Мы не хотим взрослеть, потому что быть отцом значит быть тираном, а быть мужчиной значит хотеть свою мать», — говорят они, воспитанные на ужасной ошибке, совершенной Фрейдом и так радостно подхваченной обществом.

Наша задача — попытаться хоть в чем-то противопоставить безумной концепции, ведущей к деградации общества, истину, отвергнутую вместе с христианством. Ведь именно христианство устами Иисуса Христа провозгласило: Бог — это любовь, Бог — наш Отец, а мы его дети, Бог ждет нашего возвращения, как блудных сынов, храня наше наследие для нас.

Отцовство Бога — это глубочайшая мистическая тайна, заключающая в себе все другие тайны — от сотворения вселенной до появления человека. Одним из самых главных откровений, данных Христом людям, было откровение о Боге не только как о Творце, но и как об Отце всего сущего. Мы оказались не рабами или слугами, не «глиной в руках горшечника», но потерянными детьми, обретшими наконец своего Отца. Удивительно, но всякое отечество во вселенной в конечном итоге восходит к Отцовству Бога; ведь отцовство появилось впервые не на земле, а началось на небесах, в Боге и во взаимоотношениях Бога Отца и Бога Сына.

Вечный Бог является Отцом нашего Господа Иисуса Христа, и таким Он изображен во многих местах Священного Писания. Святой апостол и евангелист Иоанн в своем Евангелии говорит: В начале было Слово… Оно было у Бога, то есть Божественное Слово, вечный Сын Божий был с Отцом. Писание говорит, что Сын был в недре Отчем. Это указывает на личные взаимоотношения между Богом и Сыном, существовавшие прежде начала творения, и именно этот факт является отличительной чертой христианского откровения. Он делает христианство непохожим на любую другую религию, которая когда-либо существовала в человеческом обществе. Этот факт открывает нам нечто уникальное и особенное в природе Бога, что-то близкое и родное нам, что-то, являющееся основой нашей души: мы знаем, что в Боге предвечно было отцовство, были взаимоотношения Отца и Сына, являющие нам икону или, если угодно, архетип взаимоотношений в человеческой семье между родителем и ребенком.

Иисус Христос во время Тайной Вечери молился о своих учениках: Отче Святый! соблюди их во имя Твое, тех, которых Ты Мне дал (Ин 17, 11)… И Я открыл им имя Твое и открою, да любовь, которою Ты возлюбил Меня, в них будет, и Я в них (Ин 17, 26).

Что это за имя, которое Иисус пришел открыть Своим ученикам? Речь идет не об имени «Ягве» — «Сущий» (Иегова или Ягве (евр.) – означает личность самобытную, абсолютно и независимо от чего-либо существующую (Сущий).

Сама грамматическая конструкция имени, состоящего из местоимения, глагола и отглагольного существительного дает указания на то, что единственная самодовлеющая причина бытия этой личности заключается в ней самой., которое евреи знали уже в течение пятнадцати столетий. Имя Бога, которое Он пришел нам открыть, было «Отец». Это конечное имя Бога. Оно раскрывает природу Божию в Его вечном характере более совершенно, чем любое другое слово, существующее в человеческом языке.

Потому что вы не приняли духа рабства, [чтобы] опять [жить] в страхе, но приняли Духа усыновления, Которым взываем: «Авва, Отче!» Сей самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы — дети Божий (Рим 8,15).

Для нас, в нашем разговоре о любви между родителями и детьми, в архетипических отношениях между Богом и Сыном крайне важны следующие, вытекающие из них аспекты взаимоотношений отца и ребенка: происхождение (гендер), достоинство (самоидентификация) и ощущение себя нужным и защищенным (внутренний мир или покой).

Вопрос происхождения и рода сегодня является крайне болезненным для большинства из нас. Не зная своих корней, своего рода, своего отечества, человек не может самоидентифицироваться, то есть понять, кто же он и для чего он пришел в этот мир. Не случайно в старые времена самым большим позором было оказаться «без роду без племени », а незаконнорожденный ребенок отвергался обществом именно потому, что он не знал своего отца, то есть в глазах людей не имел прошлого, что лишало его и прав на будущее. Сегодня же в роли подобных «бастардов» оказалась чуть ли не половина детей, живущих в детдомах и неполных семьях. Последствиями подобного сиротства являются различные внутренние комплексы, неуверенность в себе, чувство ущербности, заниженная самооценка, компенсирующая себя через агрессию или депрессию, трудности в создании собственной семьи, равнодушное или презрительное отношение к своей родине, невозможность почувствовать себя счастливым, боязнь будущего.

Людям необходимо знать, откуда они произошли. Мы считаем, что человек не сможет по-настоящему ответить на этот вопрос до тех пор, пока не узнает, кто является его отцом. Об этом говорит Священное Писание, с этим соглашается и современная психология.

Достоинство человека в том, что, зная, что он сотворен по образу и подобию Божию и поставлен царем над всем тварным миром, человек осознает свое истинное место в мире и свое предназначение. Понимая это, он отличает себя от скота и стремится преобразить в себе те низменные чувства, которые появились в нем после грехопадения. Достоинство и самоуважение мужчины можно сравнить с рыцарским кодексом чести — своеобразным «идеальным поведением мужчины», который возвысил образ рыцаря и оставил после себя множество подражаний во взрослой жизни и детской игре.

Без ощущения собственной нужности (значимости) и защищенности, без внутреннего умиротворения человек обречен или на агрессивное поведение по отношению к окружающему миру, или на капитуляцию перед любыми трудностями. Большинство преступлений связанно именно с этим чувством незащищенности и ненужности, которое выливается в стремление любой ценой завладеть материальными ценностями или властью, способной внешне компенсировать внутренний ужас перед миром. «Мое отмщение, Я воздам», — сказал Бог, обещая нам Свою защиту и освобождая нас от груза обиды и мстительности.

Когда человеческие взаимоотношения между родителями и детьми настолько извращены, что это приводит к утрате понимания того, кто такой отец и что он должен делать в семье, помочь нам может только христианское понимание этой проблемы. Христианство говорит нам, какими должны быть отношения между отцом и ребенком, являя их через отношения Небесного Отца и вочеловечившегося Сына.

Христос, без фотографий и рассказов, дал всем нам возможность увидеть Отца, увидеть Бога невидимого. Он передал этот образ без искажений. Наверное, для многих из нас будет открытием, но подобная задача лежит и на современных отцах. Ведь еще за много тысяч лет до современной психологии было известно, что именно образ отца формирует у ребенка основные представления об отношении к миру и окружающей его действительности.

Представьте себе, что вам сказали: «Бог — это не только Господин и Царь, но и Отец». Какая мысль придет в голову именно вам, когда вы услышите эти слова? Наверное, вы сразу начнете вспоминать своего родного отца и ваше отношение к нему. И вот здесь-то как раз могут возникнуть проблемы. У некоторых отца не было вообще. Может быть, они никогда не видели его в глаза. Может быть, в какой-то период отец бросил семью, и такому человеку бывает трудно воспринять и представить, что же это значит — Бог, являющийся Отцом. И надо, может быть, длительное внутреннее врачевание сердца для того, чтобы человек мог познать любовь Небесного Отца независимо от того, что он не пережил земную отцовскую любовь.

В израильском народе, поскольку письменность была большой редкостью, Закон Божий, Слово Божие передавалось из поколения в поколение. Отцам было необходимо не просто рассказать детям о Боге, а своим жизненным примером дать им возможность представить себе Бога.

Апостол Павел открыл нам Божественную волю о семье, архетипы семейных отношений, указание на то, как должна строиться семья и какое место занимает в ней каждый ее член.

Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу, потому что муж есть глава жены, как и Христос глава Церкви, и Он же Спаситель тела. Но как Церковь повинуется Христу, так и жены своим мужьям во всем. Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее, очистив банею водною посредством слова; чтобы представить ее Себе славною Церковью, не имеющею пятна, или порока, или чего-либо подобного, но дабы она была свята и непорочна.

Так должны мужья любить своих жен, как свои тела: любящий свою жену любит самого себя. Ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее, как и Господь Церковь, потому что мы члены тела Его, от плоти Его и от костей Его. Посему оставит человек отца своего и мать и прилепится к жене своей, и будут двое одна плоть. Тайна сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви.

Так каждый из вас да любит свою жену, как самого себя; а жена да боится своего мужа.

Дети, повинуйтесь своим родителям в Господе, ибо сего [требует] справедливость. «Почитай отца твоего и мать» — это первая заповедь с обетованием: да будет тебе благо, и будешь долголетен на земле. И вы, отцы, не раздражайте детей ваших, но воспитывайте их в учении и наставлении Господнем (Еф 5, 22-33; 6,1-4).

Раскрывая замысел Бога о семье — малой Церкви, Апостол призывает мужа служить своей семье так же, как Христос служит Церкви. Можно сказать, что каждый отец в определенном смысле представляет в своем лице Бога: не случайно предстоятель Церкви именуется патриархом, или папой (в Римской Церкви), что ближе к нашему восприятию слова «отец». Патриархом в древние времена назывался и праотец рода, отсюда — патриархат.

Дерзнем сказать, что хороший отец своей жизнью, полной самоумаления, своим служением семье уподобляется Богу, и в этом состоит призвание каждого мужчины, вступающего в брак. Размышляя о служении отца в семье, мы можем Сказать, что, уподобляясь Христу, отец являет собой образ Отца Небесного, как Иисус Христос, предав Себя за Церковь, явил миру Отчую любовь к человеку.

Путь отцовства — это не менее героический путь к Богу, чем монашество, а подвиги, совершаемые отцом ежедневно ради своих детей, может быть, не так потрясают воображение, как поступки какого-нибудь киногероя, зато именно они творят мир, так как направлены они на сотворение и воспитание нового человека.

Тому, что сейчас в мире наблюдается кризис мужественности, есть простое объяснение. Испугавшись создания семьи и отцовства, мужчина не может стать собой, так как в самое определение мужчины заложены его главные функции— мужа и отца. Успешность в бизнесе, карьера, развлечения — все это не приносит человеку настоящего удовлетворения собой, порождая депрессии и извращения. Мужчина, потерпевший фиаско в роли отца, никогда не сможет заместить этот провал успехами в другой деятельности. Для себя, бессознательно, он навсегда останется «ненастоящим» мужчиной. Исключением является только монашество, так как оно предоставляет иной путь к уподоблению Богу — путь духовного совершенства.

Опираясь на образы отцовства и сыновства, данные нам Священным Писанием, мы можем сформулировать, в чем же состоит миссия мужа и отца, его служение, его роль и место в современной семье.

1. Отец как священник и предстоятель

Как творец, отец имеет свойство рождать детей и по плоти и духовно. Как священник, отец представляет свою семью — малую Церковь[1]  — Богу в ходатайстве и молитве за нее. Как священник, отец ответствен за духовное и душевное состояние доверенных ему Богом людей — жены и детей. Как священник, отец заботится о духовном возрастании членов своей семьи и отвечает за них перед Богом. Каждый муж и отец, хочет он того или нет, даст ответ о том, как прожили свою жизнь его жена и дети. Отец имеет право, данное ему Богом, молиться за свою семью, и Бог слышит его молитвы, если он благочестив. Эту отцовскую миссию трудно понять и принять неверующему человеку. Но аналоги ей мы найдем в любом обществе и в любой цивилизации. Мужчина как глава семьи всегда чувствовал свою ответственность не только за материальное положение своих детей, но и за тот жизненный путь, который они выбирают.

«Отец — это воплощенная жертвенность и любовь. Отец в духе — это всегда священник, сознающий во всей полноте свою молитвенную ответственность за род. Отец — это тот, кто осознает, что молитвой, скорбями, терпением он призван к искуплению грехов рода. Отец всей своей жизнью выпрямляет путь рода к Богу.

Отец имеет силу и власть благословлять детей именем Божиим. Отец семьи отчасти распространяет свое отцовство и на жену, как и Адам был по плоти отцом для Евы»[2] .

Отец являет собой Бога своей семье, хочет он этого или нет, верующий он или агностик. Современные психологи и социологи согласны в том, что у ребенка формируется представление о Боге от его отца. Именно поэтому от того,какого отца имел человек, во многом зависит его представление о Боге и его реакция на веру.

2. Отец как царь и правитель

Как известно, главная обязанность царя — управлять и защищать. К тому же, как мы знаем, призван и мужчина в семье. Отличие царя от, например, президента в том, что царь является помазанником Божьим, то есть в Таинстве миропомазания ему преподаются Божественная благодать и благословение на управление людьми и государством. Мужчине такая благодать сообщается в Таинстве венчания, когда на головы мужа и жены надеваются брачные венцы — символ новой жизни, подвига и мученичества, символ царского достоинства человека.

От мужчины как мужа и отца зависит благосостояние его маленького государства — семьи. И то, как он ею будет управлять, насколько он способен, подобно государю, пожертвовать собой и своими эгоистическими интересами ради своей жены и детей, будет зависеть судьба и его и его близких. «Государство — это я», — сказал Людовик XIV, став абсолютным монархом. Эта фраза означала, что отныне его судьба и судьба государства неразрывно связаны. Государь не может развестись со своим государством, никогда в истории человечества государь добровольно не оставил трона, а казнь царя символизировала гибель царства, смену эпохи, «конец времени». Святой государь Николай II, которого вынудили к отречению его ближайшие соратники, дал столь требуемую свободу своему народу, убоясь кровопролития и гибели страны. Чем это обернулось? Разведенная нация чуть было не уничтожила самое себя. Вспомним другой хрестоматийный пример. Так нелюбимый свободомыслящей интеллигенцией муж Анны Карениной в одноименном романе Льва Толстого, символизирующий тиранию государства и Церкви над личностью, не дает Анне развода. Как вы думаете, почему? Неужели только из непонятной жалости к себе и мелкой мстительности? А может быть, от того, что до последнего он хо־ чет сохранить для нее возможность отступления, возвращения, покаяния? Хочет спасти ее от пропасти разврата? Ведь не отсутствие развода погубило Анну, а муки совести и страсть, у которой не было будущего. В подобной ситуации другая героиня, Татьяна Ларина, сумела дать достойный ответ Онегину.

Итак, апостол призывает: Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее. Христос — глава Церкви, как муж — глава семьи, малой Церкви. И муж должен отдавать себе отчет, куда, в какую гавань ведет он корабль своей семьи, какой судьбы он добивается для него своей жизнью, своими убеждениями, своими поступками. Отец и муж обязан указывать своей семье, что она имеет право делать, а что — нет. И в этой ситуации совершенно не имеет значения, сколько он зарабатывает, какая у него должность и умеет ли он управлять самолетом.

В качестве примера отца, который принял на себя и осуществил свою ответственность управителя домом, или царя в своем доме, мы можем указать на Авраама. Есть очень важное место в книге Бытия, где Господь говорит об Аврааме и где Он открывает, почему Он избрал Авраама быть главой израильского народа, который в конечном итоге принес искупление всему человечеству.

Почему Бог избрал Авраама? Он искал нужного человека среди множества людей и из всех избрал одного. Бог так говорит о своем выборе: «Утаю ли Я от Авраама, что хочу делать! От Авраама точно произойдет народ великий и сильный, и благословятся в нем все народы земли. Ибо Я избрал его для того, чтобы он заповедал сынам своим и дому своему после себя ходитъ путем Господним, творя правду и суд; и исполнит Господь над Авраамом, что сказал о нем» (Быт. 18, 7-19).

Мы укажем на некоторые принципиально важные для понимания отцовства моменты. Прежде всего это само имя Авраам. Вначале его имя было Аврам, что значит «высокий или возвышенный отец». При заключении с ним завета, когда Бог обещал патриарху несчетное количество потомков, Он изменил его имя на Авраам, что значит «отец множества». Но как в первом, так и во втором случае его имя характеризуется тем, что содержит в себе слово «отец». То есть Бог избрал Авраама именно как отца.

Во-вторых, мы видим, что это реализованное одним человеком отцовство созидает великий народ. Бог дал Аврааму обетование о том, что тот станет отцом народов потому, что прозрел в нем возможность стать лучшим отцом для одного. Причиной послужило то, что Авраам заповедал сынам своим и дому своему после себя ходить путем Господним, творя правду и суд. Бог мог довериться Аврааму в том, что он исполнит свои обязанности управителя своей семьи, как потом Он доверил Марии и Иосифу Своего Сына.

Авраам был человеком долга и чести, и он исполнил свое предназначение. Есть некоторые ситуации, в которых человек имеет право нечто приказать своей семье. Он обязан, часто вопреки мнению окружающих, совершить то, о чем подсказывает ему совесть, несмотря на то, что его решение может показаться «непопулярным ». Отец вправе защитить свою семью от растления и агрессии, которые сегодня считаются за норму. Отец имеет право определить некоторые основополагающие правила для своей семьи. Например, в какое время семья будет собираться вместе; до какого часа можно детям отсутствовать; какие развлечения допустимы, а какие необходимо исключить; сколько ребенок, может смотреть телевизор, какие это будут программы; в какую школу устроить ребенка и т.д. К сожалению, в нашей стране эти вопросы принято возлагать на женщин. Может быть, и поэтому мужчины испытывают кризис маскулинизма? Отец имеет не только привилегию, но обязанность указывать своей семье, что она имеет право делать и чего нет. Конечно, жена имеет при этом право на свое мнение, и мы вовсе не призываем к тому, чтобы женщина потеряла право участвовать в судьбе своих детей. Есть одна древняя мудрость, которая очень точно передает отношение мужа к своей жене: «Если твоя жена маленького роста — наклонись, чтобы слышать ее шепот».

Итогом на самом деле небогатой внешними подвигами и приключениями жизни Авраама стало то, что именно он во всем Писании является образцом для всех последующих верующих. Фактически Новый Завет говорит нам о том, что мы являемся детьми Авраама по вере и что мы должны идти по следам веры нашего отца Авраама. Идти по следам веры Авраама означает, что мужчины в своем доме и в своей семье должны вести себя подобно тому, как вел себя Авраам.

Естественным антагонистом Аврааму в Писании выступает его племянник Лот, который вначале «ходил с Авраамом», то есть вел образ жизни подобный Авраамову. Но пришло время им разделиться, так как количество домашнего скота не позволяло им больше жить поблизости. Тогда Авраам предложил Лоту избрать любое направление, какое тот пожелает, чтобы пойти в противоположное. И Лот решил пойти в сторону Содома, так как там были более богатые пастбища. Далее, читая Писание, мы находим Лота уже в Содоме, городе, известном своими страшными низменными преступлениями и грехами, который подвергается Божьему суду. Сам Лот с трудом спасается оттуда только с двумя дочерьми, жена его превращается в соляной столб, дом разрушен, близкие погибли вместе со всем городом, который не захотели покинуть.

Так что, отцы, перед вами всегда лежит выбор — какое направление жизни избрать для себя и своей семьи. Привести всех в Содом достаточно легко, но можно оказаться не в состоянии оттуда выбраться. На плечи Лота легло страшное бремя ответственности за своих близких: он ввел их в город греха и неотвратимого суда, но не смог их оттуда вывести.

3. Отец как воспитатель

В первую очередь мы должны заметить, что Новый Завет, как и Ветхий, возлагает ответственность за духовное воспитание и наставление на плечи отцов. Слово «воспитатель» В. И. Даль производит от глагола «воспитывать», то есть заботиться о вещественных и нравственных потребностях кого-либо, кормить и одевать до возраста, научать, наставлять, обучать всему, что нужно для жизни. Именно отец является для ребенка воспитателем, когда на долю матери выпадает пестование (от «пестовать» — нянчить, носить, вынашивать на руках ребенка, растить, холить). Отец — тот, кто выводит ребенка в мир, прививает ему нравственное отношение к миру, учит его труду, помогает освоить различные орудия человеческой деятельности — от рогатки и велосипеда до компьютера и автомобиля. На отце лежит помощь ребенку в выборе учебы и профессии, друзей и увлечений. И эту миссию воспитания отец не вправе переложить ни на плечи жены, ни, тем более, на государство.

Отец сам должен осознать и сформулировать цель воспитания своего ребенка, ответив на вопросы:

— кого я воспитываю?

— какие душевные свойства я хочу привить своему ребенку?

— как я могу помочь ребенку максимально раскрыть и развить свои таланты (а не мои амбиции)?

Ответы на эти вопросы и послужат той путеводной нитью, держась за которую, отец будет выбираться из лабиринта многочисленных испытаний, посылаемых жизнью.

Дети, будьте послушны родителям вашим во всем, ибо это благоугодно Господу. Отцы, не раздражайте детей ваших, дабы они не унывали (Кол. 3,20-21).

В этом отрывке из послания апостола Павла говорится, что отец должен охранять своих детей от двух противоположных опасностей.

Первая — это бунтарство в детях. Отец должен оградить своих детей от этого поддержанием крепкой дисциплины, не потакая детским прихотям и капризам, не отмахиваясь от их проблем и не допуская безответственности. Отец требует от детей послушания и воспитывает их в страхе Божием. Страх Божий является началом всякой премудрости в человеке, стержнем его личности и основой благоденствия, краеугольным камнем нравственного воспитания. Начало премудрости страх Господень, разум же благ всем творящим его (Пс. 110, 9); страхом Господним уклоняется всяк от зла (Притч. 15, 27). Страх Божий воспитывается в ребенке, если отец сам «ходит перед Богом», то есть соизмеряет свою совесть с заповедями Господними.

«Родители должны духовно помогать детям, когда те еще маленькие, потому что, когда они маленькие, их недостатки тоже малы и их легко отсечь. Они похожи на молодую картошку, кожица которой легко сходит, стоит только потереть. Однако если картошка полежит, то потом, чтобы ее почистить, требуется нож. А если она еще и подпорчена, то надо врезаться этим ножом глубже. Если с младых ногтей дети получат помощь и наполнятся Христом, то они останутся близ Него навсегда. Даже если, подрастая, они немножко собьются с пути по причине возраста или дурной компании, то снова придут в себя. Ведь страх Божий и благоговение, которым были напоены их сердца в юном возрасте, никогда уже не смогут в них исчезнуть»[3] . В подтверждение этих слов приведем рассказ пожилой женщины, которая вырастила двух детей и теперь воспитывает внуков:

«Мое детство пришлось на предвоенные годы и войну. Сами знаете, какое это было время. Отца расстреляли как врага народа. Матери пришлось взвалить на свои плечи все хозяйство. Она была из дворян, а если и была верующей, никогда мне этого особо не демонстрировала, не рассказывала о своем детстве, о религии, хотя старенькое Евангелие и икону она пронесла через три войны.

Нас у нее было трое. Она никогда не читала нам моралей, вообще не склонна была «долго и нудно воспитывать». Только когда уж сделаем совсем что-то нехорошее или расшалимся, она спокойно и строго, словно видя что-то или кого-то, говорила: «Не гневи Бога», или: «Бог, доченька, все видит, но человек наказывает себя сам». Я на всю жизнь запомнила это, и, хотя выросла и стала коммунисткой, своим детям говорила то же. Я никогда не могла сознательно совершить бессовестный поступок, так как мне казалось, что я оскорбляю этим Бога, унижаю себя и причиняю какой-то страшный вред своим детям. С детства, несмотря ни на что, я очень любила быть в храме. Сначала это был католический костел (мы жили неподалеку, а он единственный не закрылся), теперь — наша местная церковь. Прожив жизнь, я поняла, что мне всегда не хватало Бога, хотя как-то неосознанно я всегда молилась Ему и всегда помнила, что он есть».

Страх Божий — это любовь к Богу и память о Нем. Это принятие себя и осознание своего места и предназначения в мире, осознание своей зависимости от Бога и желание следовать Его воле. Человек, имеющий эту добродетель, имеет и терпение, и надежду, и мужество противостоять невзгодам и горестям. Если человек не имеет страха Божия, в его душе поселяются наглость, безрассудство, самонадеянность, являющаяся оборотной стороной страха перед будущим, заискивание перед силой и богатством, человекоугодие и рабство у своих страстей. Отсутствие страха Божия у взрослых эхом откликается в детских сердцах теми же пороками, первыми из которых станут дерзость, неуважение и наглость, которые и питают бунтарство как страсть к ниспровержению любых авторитетов и нравственных норм.

Вторая опасность, о которой говорит апостол Павел, — это уныние, упадок духа. Отец, проецируя на ребенка свое мировосприятие, способен внушить ему страх перед жизнью, неуверенность в своих силах, породить уныние чересчур авторитарным воспитание или, наоборот, своей слабостью перед жизнью. Чрезмерные требования, желание реализовать посредством ребенка свои мечты, разочарование в том, что ребенок «не такой, как хотелось бы» рикошетом ударят по беззащитной детской душе.

Итак, отец — это тот, кто воспитывает. Но воспитывает не столько бесконечными замечаниями, бытовыми придирками или, наоборот, вседозволенностью некоего «бога из машины», сколько тем, что выделяет ребенку место рядом с собой, в своей жизни, как еще слабому, но уже человеку, — так же как Бог, умалив Себя, выделил место в бытии для человека.

Отец должен понять и принять отношение ребенка к миру, состоящее в том, что мир, созданный Богом, настолько интересен, что лучшее занятие в этом мире — изучать и познавать его, а, приняв это отношение, помочь и направить познание в правильное русло.

Служение отца таково, что он должен быть готов встретиться с самыми неожиданными обстоятельствами. У отца должны быть кротость, истинное смирение по отношению к действительности, которую творит Господь, которую Он преподносит нам как дар. Ребенок для каждого из нас такая же действительность, так как ребенка мы не выбираем, он всегда приходит к нам неожиданно, даже если нам кажется, что мы к этому внутренне готовы. Мы можем выбрать себе жену, мужа, но не в состоянии выбрать ребенка — это в некотором роде кот в мешке. Мы должны хоть изредка вспоминать и о том, что наш ребенок тоже не мог выбрать себе родителей, он просто любит нас с самого рождения такими, какие мы есть. Каждый малыш любит своего папу, и нужно приложить очень много усилий, чтобы эту любовь убить. Именно поэтому нам так необходимо осознать, что мы даны друг другу Богом как дар. Можно сказать, что эта готовность принять нового человека, своего ребенка, и одновременно все неожиданные ситуации, возникающие через него, является почвой для формирования метафизического миропонимания человека, метафизического опыта отца.

Просто невозможно, чтобы идеолог, «лучше всех» априорно знающий, как должен выглядеть мир, был хорошим отцом. Ведь такой «идеолог» «заранее знает» и то, как должен выглядеть его ребенок. И каждый родитель, не глубоко копнув, обнаружит в себе такого «наставника», у которого есть готовый рецепт исправления «нехорошего ребенка», который доставляет так много хлопот в повседневной жизни, рецепт как сделать его «хорошим», закрыв глаза на то, кем он является в действительности.

Дело в том, что родители бессознательно стремятся упростить сложный мир ребенка, подогнать его под удобную для себя модель. Так создаются «роли» в семье, когда и взрослые и дети играют по заданной поведенческой схеме, сведя реальное общение к набору стандартных реакций. Подробно такие «игры» описаны в литературе по психологии, и каждый желающий может с ними ознакомиться, определив, к какому типу относится он сам.

И здесь мы приходим к мысли о важности уважения к своему ребенку. Уважения его реальности, его действительности, просто того факта, что он есть.

Каждый отец, посмотрев на своего ребенка, должен сказать себе: я слишком мало сделал для того, чтобы дать жизнь этому новому человеку. Его жизнь — нечто гораздо большее, чем я ему дал. Мне нужно осознать и принять ту истину, что Кто-то третий, гораздо больший, чем я, есть истинная причина этой жизни. В этот момент возникает проблема, которую так и не смогли разрешить для себя тысячи отцов: мой ребенок на самом деле не мой ребенок, то есть не моя собственность.

Ребенок — это всегда гость, которого мы должны принять, помочь, обучить навыкам жизни в своем мире. И мы всегда должны помнить, что настанет момент, когда он перешагнет через порог нашего дома и пойдет по своему собственному пути.

Еще одна характерная черта отца — это немногословие, молчаливость. Служение отца не требует большого количества слов. Здесь каждое дело, каждый жест говорят сами за себя. Вот отец подкидывает хохочущего малыша к потолку. Вот, сосредоточенно сопя, он выстругивает меч из палочки. Вот отец чинит велосипед и учит ребенка правильно держать, инструмент. Вот они вместе разжигают костер или забрасывают удочки. А вот он ведет всю семью в кафе, разрешая выбрать в меню любую сладость. Отец всегда рядом, пусть он на втором плане жизненной картины, или в ней присутствуют только вещи, сделанные его руками. У нас не существует праздник «День мужчины и отца», вся ответственность за воспитание в нашем обществе видимым образом ложится на мать. Но истинная слава отца— это будущее его ребенка. И для ребенка этот молчаливый покой отца (кстати, именно покоем называет Ветхий Завет, а за ним апостол Павел то, что уготовано праведникам: Ибо кто вошел в покой Его, тот и сам успокоился от дел своих, как и Бог от своих (Евр. 4; 10) — покой, в котором тот, не стремясь к выигрышной роли, спокойно живет и работает, по-мужски заботясь о своей семье, является всегда фактором огромной значимости. Особенно в те моменты, когда рушатся устоявшиеся стереотипы, когда гибнут ценности. Потому что слава мира сего исчезает быстро, покой же отца всегда остается источником спокойствия для сына. Покой, который суть вера и внутренний мир, есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом (Евр. 11, 1).

РАСПРОСТРАНЕННЫЕ ТИПЫ СОВРЕМЕННЫХ ОТЦОВ

А теперь давайте на примере распространенных сегодня типов отцов посмотрим, какие роли играют сегодняшние мужчины в семье и как они влияют на представления детей об окружающем мире, обществе и на их дальнейшие религиозные и мировоззренческие убеждения.

«Тираны». Это очень строгие, авторитарные отцы, у которых в жизни крайние воспитательные меры являются нормой. Когда такой отец приходит домой, дети быстренько втягивают головы в плечи, потому что если что-то не так, то спуску уже не жди. Как в стишке: «А дома вся семья орет, сердитый муж детей дерет». Дети при таком отце сызмальства приучаются быть тихими лицемерами, стараясь жить незаметно для грозного папаши. Ни его одобрение, ни наказание на самом деле не доходят до их сердец — больше всего на свете они мечтают быть «подальше от начальства — поближе к кухне». Всякая власть и в будущей жизни будет внушать им ужас, хотя без нее они все равно не смогут обойтись, так как не привыкли к самостоятельным решениям. Другой крайностью, у волевых детей, явится закоренелое бунтарство, желание ниспровергнуть любой авторитет, переменить родину, общественный строй и моральные устои, так как все они призывают человека к самоограничению, которое нестерпимо для бунтующего «вечного ребенка», живущего в душе подобного революционера. Но оба этих типа, «раба» и «бунтаря», будут одинаково несчастливы, так как им будет очень сложно повзрослеть — то есть научиться состраданию и ответственности за судьбы ближних, реальных людей. В отцовстве эти два типа равным образом будут повторять ролевую функцию своего отца, компенсируя свое недостаточное мужество и взрослость за счет угнетения собственных детей и жены.

Если человеку, воспитанному в такой семье, скажут, что Бог — Отец, это очень сильно отразится на его духовной жизни. Он представит Бога неким кесарем, абсолютным тираном. Не секрет, что многие из нас именно так и представляют Бога — как Личность, чьей неотъемлемой функцией является наказание. Такие люди вспоминают своего земного отца дающим подзатыльник за любую провинность и представляют Бога, своего Небесного Отца, карателем, наказывающим за грехи. Как следствие — эти люди наиболее подвержены страсти уныния: совершив грех, они впадают в отчаяние, не понимая того, что одно из свойств Божиих — величайшая милость.

«Подкаблучники» — это отцы слабые, которые не воспитывают по-настоящему своих детей, потому что не могут и не желают контролировать ситуацию в семье и брать на себя ответственность за решения. Нередко в таких семьях матерям приходится перехватывать инициативу в свои руки. И когда в каком-то деле дети пытаются положиться на подобных отцов, папы переадресовывают все это маме. Дети видят, как папа робеет перед очередной жизненной проблемой, как он не может с ней справиться, и такие дети вынуждены становиться лидерами для самих себя. Очень рано они становятся «неуправляемыми», начинают курить, употреблять наркотики, бросают школу, рано бросают дом и устремляются на поиски приключений. Всем своим видом они демонстрируют свою самостоятельность, внутренне отчаянно нуждаясь в мужском авторитете, так как бремя свободы не создано для детских плеч. Чаще всего необходимый авторитет они находят среди шпаны, ведь именно в уличной «тусовке» есть пусть видимая, но сплоченность, власть лидера, жизненные цели. Ребенок не в состоянии определить, что эти цели глубоко ложны, а в результате — сломанная жизнь.

Детям, выросшим в подобных семьях, при одном только упоминании о вере и Боге, хочется сразу же усомниться в Его необходимости и существовании. Они думают: а вдруг Бог опоздает, а вдруг что-то не получится, а вдруг Ему до меня нет никакого дела. Те, кто более развит в интеллектуальном смысле, тут же заявляют, что Бог — это некоторая абстрактная сила, некая высшая субстанция, разум или еще что-нибудь. В их понимании Бог столь же расплывчатое существо, как амеба или их собственный отец. Для своих детей они выбирают политику невмешательства, говоря, что «ты должен во всем разобраться сам».

«Деловые люди» — это отцы, которые знают своих детей «по голове поверх газеты». Они очень заняты — бизнесом, карьерой. Они очень рано уходят из дома и очень поздно возвращаются. В доме полное изобилие. Там все есть, во что одеть детей, во что обуть, чем накормить, но отцов своих дети не видят. Приходя с работы, отцы отправляются в свой кабинет, включают компьютер и продолжают там работать. Ребенок заглядывает к нему в комнату и говорит: «Папа, вот у меня рисунок». Полминуты папа рассеянно смотрит на рисунок, потом говорит: «Угу» — и снова поворачивается к монитору. Ребенок внутренне сжимается и уходит из кабинета. И больше он не придет. Он знает, что есть в жизни важные дела и есть мелкие. Он сам — это не важное дело. Он думает, что папину любовь можно заслужить, лишь совершив что-то важное. Убежать из дома, стать наркоманом, прыгнуть с парашютом, заработать много денег, стать знаменитым и т.д. и т.п. Такой ребенок всегда будет помнить о своей незначительности, даже если станет Биллом Гейтсом. Ведь ничто не сможет дать ему любящих и внимательных папиных глаз. Бог для таких детей «очень важный папа», Которому никогда нет дела до человечества.

«Питеры Пэны». Помните вечного мальчика, созданного английским писателем Джеймсом Барри? «Питеры Пэны» — это отцы, которые сами желают остаться вечными детьми. Чаще всего дети для них полная неожиданность, от которой им хочется побыстрее отделаться. Они вечно увлечены фотографией, мотоциклами, походами, дайвингом или легким флиртом. В компьютере у них полно игрушек, а на работе они — душа компании. Дома появляются только для смены рубашек и носков, предпочитая отсиживаться за компьютером или болтать по телефону. Живут они припеваючи и играючи, отчего дети чаще всего любят таких отцов глубокой и неразделенной любовью. Даже если женщине удастся сохранить брак с таким мужчиной, она сама будет нести на своих плечах груз ответственности и материального обеспечения семьи, ведь у мужа, даже хорошо зарабатывающего, деньги кончаются в самый неподходящий момент. Дети подобных отцов чаще всего становятся жертвами ранних половых связей, различных сект и оккультных сообществ или, наоборот, вырастают с комплексом внутренней ненависти ко всему легкомысленному, стремясь доказать всем и каждому свою взрослость и гениальность.

Вера и религия, нравственные нормы у таких детей чаще всего вызывают непонимание как некое бессмысленное ограничение. Некоторые же, наоборот, компенсируя недостаточность авторитета, ищут веру построже и повластнее: ислам для них более предпочтителен, чем христианство, а уж если православие — то с веригами и сухоядением в посты. Может быть, именно поэтому сегодняшние верующие родители, напуганные «вечной молодостью» своих отцов-шестидесятников, хотят держать детей в ежовых рукавицах?

Что же такое хороший отец? Нам кажется, что, если мы опишем его простыми словами, он будет выглядеть так: это сильный духом, принципиальный, исполняющий свое слово и в поощрении и в наказании. Дети таких отцов уверены, что если папа сказал — значит, так и будет. К этому папе можно сесть на колени и рассказывать всё. Его будут интересовать проблемы маленького ребенка, как свои собственные. Он будет с ним говорить, он будет ему советовать; для ребенка же папа совсем не отсталый, не из «прошлого поколения», когда еще не было компьютеров, — он очень актуально и насущно решает повседневные школьные проблемы, непростые отношения со сверстниками. Хотя он не знает современных терминов и молодежного сленга, но папа «вполне продвинутый», он всегда может посоветовать, что нужно в конкретной ситуации. Никогда не прогонит, но и не даст спуску, если ребенок виновен. Вот это самое здоровое представление об отце. И когда ребенок такого папы приходит к Богу и ему говорят: « Бог — Отец », то Бог становится близок и понятен; когда Бог касается его, этот человек может сказать: «Бог меня любит так же, как любит папа. Ему близки мои проблемы». Если этот человек, может быть, уже не имеет земного отца, он получает достойнейшую и лучшую замену.

Нам очень хотелось бы донести до всех мужчин одну простую истину: отец нуждается в ребенке так же, как ребенок — в отце.

Сегодня каждый из нас ответствен за то, как дети будут воспринимать наш мир и кто станет их идеалом. Будет ли это мрачный образ жестокого отца, и человек будет враждебен к миру; или это будет образ любви, и такому человеку будет понятно, как жить в мире, и Кто такой Бог. Если сегодня мы являемся жертвами множества неверных образов, то, став верующими людьми и поняв свое предназначение, мы должны суметь спасти от ложного миропонимания наших детей.

Эту конечно же неполную главу о служении отца нам бы хотелось завершить словами Эриха Фромма: «Связь с отцом совершенно другая. Мать — это дом, из которого мы уходим, это природа, океан; отец не представляет никакого такого природного дома, (…) Но он представляет другой полюс человеческого существования: мир мысли, вещей, созданных человеческими руками, закона и порядка, дисциплины, путешествий и приключений. Отец — это тот, кто учит ребенка, как узнавать дорогу в мир»[4].

ОТЕЦ И СЫН

Сын — естественный наследник отца, продолжатель своего рода, основатель следующего. Сын — это тот, кому отец может передать свой опыт и свои знания. Это вовсе не означает, что мы должны воспринимать это буквально. В семьях, где отцы владеют крупным состоянием или основали «свое дело», мальчика зачастую воспринимают именно так, с детства вынуждая его избрать ту же профессию, тот же образ жизни. Но, говоря о преемственности сыновства, мы говорим по большему счету именно о духовном наследстве. Ведь, как мы уже говорили, миссия отца — передать ребенку свой жизненный опыт, свое мировоззрение, при этом не ограничивая, а расширяя сознание и свободу своих детей. Ведь отец призван дать новую жизнь, а не клонировать свою собственную, в чем часто и заключается психодрама взаимоотношений отца и сына. Протесты хиппи и панков, контрасты молодежной субкультуры чаще всего вызваны внутренними, а не внешними проблемами: подросток ищет свой, отличный от родительского, путь в жизни. Но опыт и знания, преподанные отцом не как матрица поведения, а как свободный дар свободному существу, не только не вызовут протеста, но с благодарностью будут впитаны в сердце ребенка.

Взаимоотношения отца и сына — в первую очередь взаимоотношения двух мужчин. И бунт последнего перед первым практически всегда вызван тем, что отец не желает видеть в сыне равноправного мужчину, который, стоя на иерархической лестнице ниже отца, подобно тому, как творение стоит всегда ниже творца, тем не менее сам является потенциальным творцом.

Иерархия во взаимоотношениях отца и сына безусловна. Отец дает жизнь — сын получает ее как дар. И чтобы войти в долю отца, стать сонаследником, а затем и самостоятельным управителем своей жизни, сын должен быть послушен и творить волю отца. Эта парадигма наглядно продемонстрирована нам во взаимоотношениях Лиц Пресвятой Троицы — Бога Отца и Бога Сына.

«Сын всегда меньше отца. Даже если он и больше отца, он все равно об этом как бы не знает. Об этом говорится и в Евангелии: Ученик не выше учителя… своего (Мф. 10, 24).

(…) Отношения Отца и Сына иерархичны. Хотя в иерархичности нет полноты откровения. В этом их недостаточность. Однако полнота откровения между отцом и сыном — это достояние будущей жизни, достояние вечности. Тот отец, который чувствует неполноту своей иерархичности и пытается преодолеть ее уже здесь и теперь, вместо искомого обретает либо ложную искренность, либо панибратство. Иерархичность — это не смотрение сверху вниз и это не «протокол» в отношениях. Это формирование в духе любви отношений естественного неравенства.

Подлинная иерархичность благодатна и исполнена любви и строгости. Ибо у хорошего отца всегда есть задача подготовить сына (дочь) к трудностям, скорбям этой жизни. И отец в известном смысле всегда строг. Наказанный и даже обиженный сын мистически всегда знает, что он любим отцом.

Мы помним библейскую историю поведения Хама, когда он увидел наготу своего отца, опьяневшего и спящего Ноя. Увидев отца таким, Хам посмеялся над отцом перед старшими братьями, Симом и Иафетом. Однако Сим и Иафет вошли в дом и, отворачиваясь, дабы не видеть наготы отца, накрыли его. И это есть нравственно-психологический образ поведения сына, который видит недостатки и падение отца (или матери). Однажды преподобному Серафиму один монах пожаловался на неблагочестие игумена. Преподобный советовал ему молиться, чтобы Господь дал ему такое устроение души, чтобы, видя, как бы не видеть эти недостатки»[5] .

Мальчику необходимы дружба и одобрение отца

Мальчик не становится мужчиной по духу только потому, что он родился с мужским телом. Он начинает чувствовать себя мужчиной и вести себя как мужчина благодаря способности подражать и брать пример с тех мужчин и старших мальчиков, к которым он чувствует дружеское расположение. Он не может брать пример с человека, который ему не нравится. Если отец всегда нетерпелив и раздражителен по отношению к ребенку, мальчик будет испытывать неловкость не только в его обществе, но и среди других мужчин и мальчиков. Такой мальчик потянется ближе к матери и воспримет ее манеры и интересы.

Итак, если отец хочет, чтобы его сын вырос настоящим мужчиной, для этого не надо бранить его, когда тот плачет, стыдить, когда он играет в игры для девочек, заставлять его заниматься только спортом. Для этого надо просто уделять свое внимание сыну и с удовольствием проводить с ним время, давая почувствовать, что он, ребенок, такой же мужчина. Отец с сыном должны как можно чаще без матери отправляться вдвоем на прогулки или экскурсии. У них должны быть свои, общие «секреты» от женской половины семьи.

Проблемы воспитания мужественности

Мужественный человек обязательно добрый человек. Сила без добра — слепая, разрушающая стихия, приносящая несчастье окружающим. У настоящего мужчины не только сильные мышцы, но и сильный характер, непоколебимая сила воли, нравственное совершенство, сила накопленных знаний, сила самоуважения. Сильный тот, кто умеет владеть собой, кто в любых обстоятельствах борется со злом и несправедливостью, кто способен дать отпор подлецу и врагу, кто всегда приходит на помощь слабому.

Мужественность является собирательной, обобщающей характеристикой личности. Понятие мужественности объединяет следующие нравственно-психологические качества мужчины: сила, отвага, стойкость, самообладание, решительность, бескорыстие, честность, справедливость. Мужественность — это главное качество настоящего мужчины.

Мужественность формируется на основе подражания и не может быть сформирована без учета психологической специфики пола. Становление психологического пола основано на половом самосознании и ценностных ориентациях поло-ролевой позиции личности, реализуемой в общении и деятельности.

При формировании мужественности следует обратить внимание на качества, которые должны связываться с этим понятием: ответственность за свои поступки, способность к самоконтролю, собранность, умение терпеть и преодолевать трудности. Эталоны мужественности развиваются с самых первых дней жизни ребенка. Мужественность — это фундамент характера мальчика.

Мальчик неизбежно начинает мерить себя этой меркой, наблюдая за собой в действии и размышляя о том, достаточно ли «мужественны» его поступки, является ли он настоящим «мужчиной». То, что в наше время принято считать мужественностью, является прежде всего удовлетворением своего самолюбия и внушением себе чувства превосходства и доминирования над другими. Все это совершается при помощи таких на первый взгляд позитивных характеристик, как мужество, сила, верность долгу и одержание всяческих побед.

Формирование и развитие мужественности происходит в семье через образ мужского поведения. Между пятью и восемью годами психологическая сила толкает мальчика к переходу: приоритеты идентификации смещаются от матери к отцу. Этот выбор ребенок делает неосознанно.

В семье ребенок ориентируется на родителей, причем, как правило, мальчик — на отца, аргументируя свой выбор тем, что он тоже мужчина и должен быть похож на мужчин. Крепость союза с мужчинами, те рассказы, которые он слышит, та жизнь, которую он наблюдает, сливаются воедино, образуют в подсознании модель того, каким он должен стать.

Мальчикам чаще не хватает ролевой модели целостного и цельного отца, доступного эмоционально и уверенного в себе, сильного и нежного, настойчивого и жизнеутверждающего.

На формирование, представлений о мужественности влияют усвоенные обществом половые стереотипы и связанные с ними социальные установки, которые, уходя корнями в далекое прошлое и передаваясь из поколения в поколение, являются наиболее стабильными и проявляются в непосредственном поведении людей.

Сколько ни говори о «единстве воспитания и обучения», о «всестороннем развитии личности ребенка», факт остается фактом: для большинства из нас первая (хорошо, если не единственная) характеристика школьника — его успеваемость. Успеваемость же, как правило, зависит от ряда параметров, среди которых главными являются способности ребенка и его желание учиться.

Для развития интеллекта ребенка необходимо, по-видимому, чтобы в его окружении были оба типа мышления — и мужской, и женский. Неизвестно, как действует на детей отсутствие «женского ума»: детей, выросших с рождения в исключительно мужской среде, так мало, что их просто не успели изучить. А вот недостаток общения с мужчиной сказывается. Так, в одном из исследований мальчиков-подростков разделили на две группы в зависимости от того, кто любит и кто не любит (возможно, боится) рассказывать отцу о своей жизни, о школьных и иных проблемах. У первых математические способности оказались выше, чем способности к языку, — это тип способностей, вообще говоря, наиболее характерный для мальчиков. У вторых, наоборот, языковые способности были выше математических, то есть они в интеллектуальном отношении развивались «по женскому типу».

Отсутствие отца в семье, с чем бы оно ни было связано, наиболее сильно сказывается на математических способностях как мальчиков, так и девочек. По данным многочисленных авторов, способности к математике, особенно к геометрии, — качество, в наибольшей степени страдающее при дефиците мужского влияния. Таким детям как никому нужен мужчина-учитель, особенно преподаватель точных наук, в диалоге с которым мог бы формироваться их аналитический интеллект.

Нет ничего страшнее, чем когда ребенок в отчаянии говорит себе «я плохой» или «я ничтожество». Отсутствие самоуважения, неспособность принять себя таким, каков ты есть, ощущение своей неполноценности, серости, бездарности — источник страданий не только самого человека, но и окружающих. Это не смиренное сознание своей немощи, когда человек, видя свои недостатки, кается в них и старается исправиться, а психический недуг. В трагедиях Шекспира злодеи, подобные Яго или Ричарду III, описаны людьми с глубочайшим чувством внутренней ущербности, которое и формирует их жестокость. Такие люди болезненно чувствительны и ранимы, склонны к депрессиям и болезням. Низкое самоуважение может привести к наркомании и алкоголизму, правонарушениям и психическим расстройствам.

Всем давно известно, что дети матерей-одиночек труднее адаптируются к обществу сверстников, нередко совершают асоциальные поступки, а, став взрослыми, чаще других испытывают трудности в личной жизни. Однако, посмотрев на сегодняшние реалии, мы можем убедиться, что все намного сложнее: и в полных семьях, при наличии отца, вырастают дисгармоничные, тревожные, плохо социализированные дети, тогда как одинокие матери нередко воспитывают прекрасных, личностно зрелых, заботливых сыновей и дочерей.

Оказывается, в некоторых случаях для ребенка лучше совсем не иметь отца, чем иметь… но какого! Неврозы, бронхиальная астма, некоторые виды отклоняющегося от нормы поведения у подростков — все это чаще встречается в семьях с властной матерью и забитым, вытесненным с мужских позиций отцом, нежели там, где отца нет вообще. Мальчики особенно чувствительны к падению престижа отца в семье; в условиях «матриархата» они усваивают образ мужчины как «лишнего существа» и невольно переносят этот образ на самих себя. Если отец, как это бывает в подавляющем большинстве полных семей, сохраняет хоть крохи сыновней привязанности, то потеря уважения к отцу почти с неизбежностью ведет к потере самоуважения, а это, как мы уже знаем, основа всех болезней личностного роста. Лишь в тех редких случаях, когда сын не только не уважает отца, но и не чувствует к нему никакой любви, его собственное отношение к себе может не пострадать. Отвергнув образ отца, он будет искать (и, может быть, найдет) другие мужские идеалы. Но так чаще бывает у детей, родители которых в разводе. В сохраняющихся же семьях с матерью во главе мальчик, как правило, испытывает к «второстепенному» отцу чувство жалости и унижение отца воспринимает как свое собственное.

Девочки несколько менее ранимы в этом отношении. Они способны ориентироваться даже на такого отца, который утратил положение главы семьи, если только он ласков и добр с ними. С точки зрения развития личности для дочери важнее не то, кто руководит в семье, а насколько конфликтны отношения родителей. Грубое доминирование матери, способной унизить и оскорбить мужа на глазах дочери, может быть источником многих бед. Психологи, прослеживающие переживания девочек-преступниц в колониях для несовершеннолетних, пишут, что по мере взросления девочки начинают все лучше относиться к отцу и все хуже — к матери. Как пишут исследователи, у этих девочек развиваются чувства любви и жалости к отвергнутому семьей отцу и ненависть к матери за ее неспособность любить.

Таким образом, развитие личности как мальчика, так и девочки испытывает значительное влияние отцовской фигуры. Однако в современной семье решающую роль играет не столько прямое воспитывающее влияние отца, сколько общие характеристики его поведения, формирующие у ребенка образ доброй, уверенной в себе силы — представление о том, что сила и авторитет могут сочетаться с заботой и лаской.

В заключение перечислим важные нравственные качества и психологические способности, которые, на наш взгляд, особенно актуальны в воспитании сегодняшних мальчиков: «Это патриотизм, мужество, понятие о грехе, опыт покаяния в Боге; опыт благодати, радости и покоя после искренней молитвы, близость с природой, жертвенность, чувство стыда и жалости, терпимость к любой мировоззренческой позиции на фоне спокойного и глубокого осознания своей»[6].

ПАПИНА ДОЧКА

Если у вас родилась дочка, то знайте, что все отцы, у которых есть только сыновья, вам очень завидуют. Папы, как это ни странно, гораздо проще находят язык со своими дочурками и, гуляя с ними, ощущают себя настоящими суперменами! Может быть, поэтому чаще всего в семье именно дочь становится особой гордостью отца. Главная опасность здесь — избаловать девочку, покупая ей все подряд и исполняя каждое ее желание.

Самое важное, что может сделать папа для своей дочери, — это познакомить ее с мужским миром. Отец своей заботой, любовью и нежностью, отношением к жене и дочери вольно или невольно становится для девочки примером того, как жить и общаться с мужчинами. Во многом трагические женские судьбы проистекают из того, что в раннем детстве у девочки был тяжелый отец. Для девочки папа «свой человек в чужой команде», и именно он своим примером помогает (или усложняет) получить представление о том, что такое мужской взгляд на мир, мужское слово и дело.

Папа должен помнить, что, являясь чаще всего первым объектом противоположного пола для дочери, он бессознательно воспринимается ею в качестве идеальной модели мужчины. Если это запечатление образа произойдет, то, став взрослой, девушка будет искать себе мужчину, похожего на папу, иногда даже не осознавая этого. Это одна из причин того, что если отец был «так себе», то муж вашей дочери скорее всего тоже «будет не очень»: со склонностью к алкоголизму или издевательствам над супругой в крайнем случае и типичнейшим эгоистом — в лучшем. А если папа создаст у дочери положительное представление о мужчине и о семье вообще, то гораздо больше вероятность того, что в ее взрослой жизни отношения с мужем и детьми будут благополучны.

Конечно, не будем забывать, что «человек предполагает, а Господь располагает» — и никакие «кармические» или «психические» законы не властны над душой человека до конца. Человек — венец творения Божия и обладает свободой. Поэтому в силах каждого, обратившись к Богу, осознать свои ошибки и неудачи и с Божией помощью изменить самого себя и свою жизнь. Это прекрасная возможность для родителей своей молитвой и покаянием исправить не только свои ошибки, но и ошибки своих детей. Поэтому, дорогие папы, ваша молитва — это ваше главное средство воспитания.

Вступая в невольную полемику с педагогической литературой предыдущих столетий, мы хотим предупредить вас: бойтесь стать отцом, которого боится ребенок. Между авторитетом мудрого отца и взрослого с ремнем — бездонная пропасть. Если ребенок, а тем более девочка, вас боится, то, скорее всего ваше чадо будет робеть перед учителем, трястись от страха и неуверенности перед начальником, с трудом сможет научиться отстаивать свою жизненную позицию. Бунтующий же против отца ребенок чаще всего выбирает путь «ниспровергателя авторитетов», что тоже не прибавит ему в жизни счастья.

Постарайтесь создать и сохранить хорошие отношения с дочерью. Будьте для нее сначала «большим и сильным папой, который подбрасывает высоко до неба», затем «мастером на все руки» и «палочкой-выручалочкой», потом мудрым советчиком и, наконец, джентльменом и рыцарем, когда ваша дочурка повзрослеет.

Водите вашу «мадмуазель» в зоопарк и кукольный театр, в цирк и на елку, в кафе и музеи (главное, не покупайте ей при этом все, что она пожелает), делайте ей изящные комплименты и тонкие замечания — тем самым вы почти гарантированно (насколько вообще можно что-то гарантировать в педагогике) обеспечите ей нормальные конструктивные отношения с теми мужчинами, которые встретятся ей на жизненном пути.

Кстати, если в характере вашей дочери наблюдается склонность к экстриму, то вместо того, чтобы с тревогой ожидать времени, когда она пустится во все тяжкие и ее ум полностью займут «парни, музыка и наркотики», дайте ей сегодня необходимый растущему организму адреналин. (Заметим, что в «группу риска» чаще всего попадают дети, у которых проблемы с гормонами в организме — дисфункции коры надпочечников, щитовидной железы, гипофиза и т.п.) Это в равной мере относится как к мальчикам, так и к девочкам. Итак, займитесь с вашими юными «драйверами» горными лыжами, плаванием на байдарке, походами в горы или лес, дайвингом, охотой, дельтапланеризмом или еще чем-нибудь, где вы вместе сможете испытать и проконтролировать любовь к риску (тем самым снизив его до минимума). Конечно, для этого вам придется встать с дивана, но таким образом вы сполна почувствуете себя молодым, получите дозу адреналина, заодно прибавив себе родительского авторитета в самый сложный возрастной период вашего чада.

Преодоление детских страхов

Одна из главных задач отца — помощь ребенку в преодолении им многочисленных детских страхов. Трудно сказать, кто испытывает больше страхов — мальчик или девочка. Наверное, существенных различий нет. Скорее они есть в наших культурных стереотипах. Неписаными нормами девочке позволяется бояться в большей степени, чем мальчику. Зато те же нормы предписывают именно папе быть самым бесстрашным человеком на свете.

В современной психологии разработано множество методик помощи детям, страдающим от разных страхов, но родители, и в частности папа, — самый главный и эффективный «инструмент» их преодоления. Он должен показывать дочке, что окружающий мир стабильный, предсказуемый и безопасный. Внушать это надо не путем чтения лекций, а собственным поведением и умонастроением.

Проследите, чтобы из вашего лексикона исчезли выражения «я боюсь, что», «мне страшно…», «а ты не боишься, что…». Постарайтесь никогда не пугать свою девочку «страшным дядькой с мешком», «милиционером, который заберет», «сереньким волчком, который схватит за бочок». Следите, чтобы ей не попадались страшные сказки, пришедшие к нам из глубины веков, и которые далеко не всегда создавались для маленьких детей. Отслеживайте, какие мультфильмы смотрит ваша дочь — не пропускайте в дом и в душу ребенка ужасных монстров-мутантов, беспрерывно кому-то мстящих, и профессоров-маньяков, стремящихся всех подчинить своей злой воле.

Когда ваша дочь достигнет подросткового возраста, будьте в курсе того, какую музыку она слушает и что читает. При этом вы не должны превращаться в домашнего деспота, ограничивающего и контролирующего каждый шаг ребенка. Напротив, если, вам не по вкусу выбор дочери, покажите, сколько в мире иной красоты и иных тайн.

Постарайтесь обучить свою дочь просчитывать возможный риск и избегать опасных ситуаций. Научите ее спокойно оценивать с точки зрения безопасности разных мест район, где вы живете, научите просить помощи, покажите ей несколько доступных для ее возраста приемов самообороны (и не только силовых). Помните, что вы должны быть более мудрым и тонким учителем, нежели некоторые приятели вашей дочери. Научите ее отказываться, причем эффективно отказываться (чтобы потом ее не дразнили), от разных сомнительных предложений.

И не стесняйтесь демонстрировать дочери свою физическую силу, позаботившись, конечно, о том, чтоб эта сила была. Ваша дочь должна с раннего детства видеть и знать, что ее главный защитник — самый сильный человек, рядом с которым всегда спокойно.

Позитивный жизненный сценарий

В мировой психологии программные установки будущей жизни, закладываемые ребенку с рождения родителями и ближайшим окружением, принято обозначать понятием «жизненный сценарий». Все многообразие сценариев можно условно разделить на позитивные, помогающие ребенку (а потом взрослому человеку) жить, и негативные.

В очень большой степени именно от отца зависит, выберет ли дочь сценарий «победителя» или «жертвы», «золушки» или «злой мачехи», «Герды» или «Снежной королевы». Задумайтесь над тем, как часто вы одобряете поведение дочери, применяете по отношению к ней такие воспитательные меры, как запрещение, разрешение или требование быть такой-то или такой-то.

Избегайте крайностей. Если, например, жестко и неукоснительно требовать от дочери никогда не перебивать взрослых, не встревать в их разговоры, не высказывать своего мнения («молчи, пока тебя не спросят»), то в конце концов можно получить забитого, безынициативного ребенка, а потом и взрослого с комплексом ненужности, у которого сформируется жизненная позиция: «Я плохая, все остальные — хорошие» в неверном, депрессивном значении этого выражения. И наоборот, если ребенку позволено все, если выполняется любой каприз, со временем вы получите «принцессу на горошине», которая будет относиться к окружающим, и к вам в первую очередь, как к прислуге.

Постарайтесь отследить эффект применения вами разных приемов. В работе над собой не помешает и взгляд со стороны. Попросите свою жену (для этого нужна определенная смелость) выступить в роли эксперта и оценить ваш стиль общения с дочерью. Совместное обсуждение (естественно, в теплой и дружеской обстановке) сделанных выводов поможет вам в дальнейшей работе «над ошибками».

Для того чтобы у ребенка сформировался позитивный сценарий будущей жизни, необходимо совмещение множества факторов. Одним из важнейших является низкий уровень «базисной тревоги». Ребенок, которого хотели и ждали, которого любят «просто так», потому что он есть, а не за успехи в школе или в музыке; который растет и знает: что бы с ним ни случилось, родители всегда будут на его стороне — такой ребенок, глобально доверяя родителям, в дальнейшем будет доверять окружающему миру и, по выражению известной исследовательницы женской психологии Карен Корни, будет «двигаться к другим людям».

Похвалу, одобрение, восхищение любят и взрослые, и дети независимо от пола. Конечно, всем понятно, что мальчика принято хвалить за силу мышц, а девочку — за красоту волос. Чаще хвалите свою дочку и просто так, и за дело. Для неокрепшей детской души похвала результатов деятельности («какой красивый у тебя рисунок!») неотделима от похвалы личности в целом («раз рисунок красивый, значит, я хорошая»). Любые одобрения для маленького мозга будут означать: «Я хорошая, меня принимают, меня любят, я в порядке, я не хуже всех, я имею такое же право на жизнь и счастье, как и все». Любой ребенок, получавший с раннего детства такой «витамин принятия и одобрения» в нужном количестве, никогда не станет придерживаться в жизни негативного сценария типа «я неудачница», «я не имею права, а они все имеют» или «раз вы считаете меня плохой, то получайте!»

Такой подход характерен при критике ребенка— негативная оценка результатов действий соединяется в его сознании с оценкой личности, именно поэтому так болезненно в детстве переживается плохая школьная отметка. В этой ситуации, как пишет Карен Корни в своей работе «Базисный конфликт», «ребенок движется от людей, его единственное желание — держаться в стороне. Он строит мир из самого себя — в соответствии со своими куклами, книгами и мечтами, своим характером».

Если ваша дочь уже школьница, то интересуйтесь не столько ее оценками, сколько тем, что важного и полезного для себя она сегодня узнала в школе. Пусть растет самостоятельно мыслящим человеком, а не магнитофоном, аккуратно записывающим и воспроизводящим чужие мысли. Если ей что-то не нравится в школьной программе, то предложите самостоятельно составить свои, более интересные учебные задания, например по той же биологии, истории или литературе, а потом самой и выполнить их. Научите ее пользоваться дополнительными источниками информации. Но лучше рыться в книгах или в Интернете совместно — даже если вы целый день на работе, обязательно найдите для этого время вечером или в выходные дни. Главное — вместе с дочерью. И пусть вашим девизом будет: никакая школа не помешает нам интересно учиться и познавать мир!

Пройдитесь вместе с фотоаппаратом по лесу, по городу, глядя на мир вокруг глазами биолога, фотохудожника или историка-краеведа. Интересные кадры можно потом отправить в Интернет, открыть там свою домашнюю страничку. Если хотите, вы можете отпечатать фотоснимки, сделать к ним подписи, наклеить на бумагу, сброшюровать — и вот вам свой первый домашний журнал, где вы с дочкой выступаете в роли журналистов, дизайнеров и редакторов! Можно устроить соревнование: кто напишет больше слов за пять минут, сочиняя рассказ или сказку на произвольную тему, — вы или дочка, а может быть, мама?

Практикуя разные методы воспитания, не забывайте, уважаемые папы, давать дочери по мере ее возрастания и развития свободу и для личностного роста. Таким образом, вы вместе напишете сценарий ее жизни, который можно назвать: «Я самостоятельная личность, прочно стоящая на ногах ».

СТРАТЕГИЯ ПРАВИЛЬНОГО ВОСПИТАНИЯ

Опираясь на педагогический опыт множества предшественников и на святоотеческие источники, являющиеся основой для христианских воспитательных традиций, мы сформулировали несколько основных принципов, которые помогут вам понять, что и как необходимо воспитывать.

Итак:

  1. Уважение к ребенку как к личности. Деликатность.

Мы неоднократно говорили, что ребенок уже является уникальной личностью, отличной от всех других. Из этого следует, что как личность ребенок имеет право на свой уникальный внутренний мир. Мы не считаем этичным следить за взрослым, копаться в его вещах, свободно прикасаться к человеку, брать его вещи без спроса, выбрасывать их, наводить порядок в чужом письменном столе, шарить по чужим карманам, подслушивать чужие разговоры или читать чужие письма. Почему же мы с легкостью позволяем себе это по отношению к собственным детям? Психологи могут описать сотни случаев, когда дети, застав родителей за подобными занятиями, моментально прекращали с ними общение, уходили из дома.

Одна из наших знакомых, уже взрослая женщина, до сих пор не может простить отцу, что он не только прочел ее дневник, когда ей было 17 лет, но и, исходя из теперь вполне понятных для нее мотивов, устроил ей сцену, так как в дневнике она рискнула описать свой первый сексуальный опыт.

«Я вполне понимала тогда и тем более понимаю сейчас, какие чувства обуревали моего отца. Мы с ним очень любили друг друга, и я всегда уважала его принципиальность и честность. Но то, что он сделал, было чудовищно. Я чувствовала себя голой, привязанной к позорному столбу, оплеванной. Я в тот же день собрала свои вещи и ушла к подруге. С отцом я не разговаривала около двух лет, не могу его простить и сейчас, ведь до сих пор мне ужасно, невозможно себе представить, что именно отец прочел, и что я ощутила, когда он швырнул эту треклятую тетрадку мне в лицо».

Конечно, ребенок мал, зависим от нас материально и морально, плохо знает мир и мало что умеет. Когда-то эти же параметры были приложимы и к женщине, и к неграм, и к дикарям. Но все это не дает права родителям чувствовать себя «белыми людьми», колонизаторами, любой ценой стремящимися превратить джунгли в регулярный парк. Человеческая душа — это собственность Бога, дарованная человеку и лишь только доверенная на воспитание родителям. Богом человеку дарована свобода, которой тот сам вправе распорядиться по собственному усмотрению. Бог даровал нам свободу выбрать мир без Бога, отказавшись от Него и его заповедей. И как бы мы, взрослые, ни стремились оградить ребенка от того, что, по нашему мнению (часто справедливому), опасно, ребенок все равно к этому рано или поздно прорвется. Поэтому цель воспитания — научить ребенка отличать добро от зла, подобно тому, как мы учим его отличать сладкое от соленого, горячее от холодного. Наша цель, уважая в ребенке человека, помочь ему понять, что красиво, а что уродливо, что высоко, а что низко. Но при этом мы всегда должны помнить, что выбор все равно Бог оставил за ним самим. Верующие родители знают, что молитва за своих детей многое может переменить в их жизни, многое исправить, сделать бывшее небывшим. Поэтому самым действенным орудием воспитания остается родительская молитва за детей, родительский вздох и вопль к Богу, родительские слезы, омывающие и свои и детские грехи.

«Некоторые родители, заметив Гришину (блаженный) склонность к детям, стали задавать ему вопросы на воспитательные темы. Как научить детей молиться? Как научить поститься? На такие вопросы Гриша отвечал мамам-папам одно: «Себя учи»[7].

  1. Значение настоящего.

Часто даже закоренелые агностики, упрекающие верующих в «не от мира сегонности», склонны жить в каком угодно времени, только не в реальном. Родители живут прошлым, перебирая младенческие фотографии; будущим, мечтая о том, как сын/дочь выучится, станет знаменитостью и реализует все то, что не смогли реализовать они. Часто родители живут в ими самими выдуманном времени, воспитывая призрачный образ своего ребенка, пока, на самом деле, он занят противоположным.

Уважая в ребенке личность и признавая наличие у него своего личного внутреннего мира, мы неминуемо должны признать право ребенка на смерть, право ребенка на сегодняшний день и право ребенка быть таким, какой он есть.

Эти сформулированные еще Янушем Корчаком права поражают наши родительские чувства. Как это ребенок имеет право на смерть?! Корчак объясняет это следующим образом: «Из страха, что смерть отнимет у нас ребенка, мы отнимаем его у жизни; не желая, чтобы ребенок умер, мы не даем ему жить»[8]. Отстаивая право ребенка на смерть, Корчак выступает против чрезмерной опеки: взрослые боятся, что с ребенком может что-то случиться, и из-за этого страха они не позволяют ему приобретать важный жизненный опыт. «Сломаешь руку, попадешь под машину, собака укусит. Не ешь сливы, не пей сырую воду, не бегай босиком, не болтайся на солнце, застегни пальто, завяжи шарф. Вот видишь, не послушался. Погляди — вот хромой, а этот слепой. Помогите — кровь! Кто дал тебе ножницы?»[9].  Но как без этого опыта ребенок научится жить? «Как он сумеет жить завтра, если мы не даем ему жить сегодня сознательной ответственной жизнью?».[10] Корчак призывает взрослых дать ребенку возможность приобретать свой опыт, ибо только тогда он сможет выстоять в жизни. Он должен учиться обращаться с деньгами, распоряжаться своим имуществом, обмениваться им и должен иметь возможность попробовать свои силы, утвердиться в коллективе, отважиться на что-то особенное— а это небезопасно: «Воспитатель, как надзиратель, хорошо знает, что от удара в глаз ребенок может ослепнуть, что всегда есть угроза, что он сломает руку или подвернет ногу, но он помнит многочисленные случаи, когда ребенок едва не остался без глаза, чуть не выпал из окна, сильно ушиб, а мог и сломать ногу, хотя настоящие несчастья относительно редки, а главное — от них не застрахуешь»[11] .

Несчастные случаи невозможно предотвратить, но это не значит, что воспитатель должен все разрешать. Необходимо обозначить границы — если расходятся требования ребенка и воспитателя или если ребенку явно угрожает опасность: «Запрещая, мы так или иначе закаляем волю, хотя бы лишь в обуздании своих желаний, в умении говорить себе «нет»; ограничивая, мы развиваем изобретательность, умение ускользнуть из-под надзора, пробуждаем критицизм»[12].

Принципиальная задача воспитателя состоит в том, чтобы «дать ребенку жить»; это связано с определенным риском, который нельзя не брать в расчет. Чрезмерные опека и забота так же вредны для ребенка, как и невнимание и пренебрежение.

В том же духе, что и право ребенка на смерть, интерпретируются Корчаком другие права — заботясь о будущем детей, их лишают настоящего: «Ради завтрашнего дня пренебрегают тем, что радует, печалит, удивляет, сердит, занимает ребенка сегодня. Ради того завтра, которое он не понимает и не испытывает потребности понимать, крадут годы и годы его жизни»[13]. Мир постоянно меняется, он как одна и та же река, в которую нельзя войти дважды. «Каждый дом другой, и каждый человек другой, и всё так только одно мгновение. (…) Всё всякий раз другое и всё по-другому. И я — то же самое. Вроде бы тот же, но ведь расту, становлюсь старше (…) Вроде бы тот же, но то я весел, то грустен и все время вижу что-то другое и о чем-то другом думаю. И даже не знаю, что в следующую минуту случится: буду ли играть или товарищ меня рассердит и я подерусь»[14].

Если все постоянно меняется, невозможно знать, что принесет будущее. Для воспитания это значит, что оно должно отказаться от ориентации на будущее и целиком повернуться к на-

стоящему, к сегодняшнему дню ребенка. Корчак говорит: « Уважайте текущий час и сегодняшний день. (…) Уважайте каждый отдельный миг, ибо он умрет и никогда не повторится, и это всегда всерьез (…) Позволим ребенку упиваться радостью утра и верить»[15].

Отказываясь от воспитания, ориентированного на будущее, мы отказываемся не от самого воспитания, а от того призрачного «будущего», которое мы все равно не в состоянии ни прогнозировать, не спланировать. Христианство учит нас жить так, как будто это наш последний день, то есть решать только те проблемы, которые можно и нужно решить сегодня. Это означает, что мы обязаны давать ребенку хлеб сегодняшнего дня: любовь, внимание, заботу, образование, знания, умения и т.п., но не должны моделировать будущее ребенка, кроить его, как китаянки форму ноги, загоняя в колодки наших собственных мечтаний и представлений. Это означает, что я хочу, чтобы мой ребенок вырос умным, добрым, честным и т. п., но я не могу заставить его это сделать, как не могу выбрать за него друзей, профессию, любимого человека. Мы должны любить такого ребенка, какой у нас есть, а не такого, каким он может (или не может) стать.

Перед проблемой права ребенка на болезнь и смерть оказались свв. страстотерпцы император Николай II и его жена императрица Александра Федоровна. Их единственный любимый сын был неизлечимо болен гемофилией, и они любой ценой хотели защитить и обезопасить своего ребенка, ведь самая незначительная травма, малейший ушиб или царапина могли привести к смерти. Царевич находился под постоянным надзором и становился все более капризным, раздражительным и неуправляемым[16].

«Я (наставник цесаревича Пьер Жильяр) находил, что постоянное присутствие двух матросов — боцмана Деревенко и его помощника Нагорного было вредно ребенку. Эта внешняя сила, которая ежеминутно выступала, чтобы отстранить от него всякую опасность, казалось мне, мешала укреплению внимания и нормальному развитию воли ребенка. То, что выигрывалось в смысле безопасности, ребенок проигрывал в смысле действительной дисциплины. На мой взгляд, лучше было бы дать ему больше самостоятельности и приучить находить в самом себе силы и энергию противодействовать своим собственным импульсам, тем более что несчастные случаи продолжали повторяться. Было невозможно все предусмотреть, и чем надзор становился строже, тем более он казался стеснительным и унизительным ребенку и рисковал развить в нем искусство его избегать, скрытность и лукавство. Это был лучший способ, чтобы сделать из ребенка, и без того физически слабого, человека бесхарактерного, безвольного, лишенного самообладания, немощного и в моральном отношении. (…)

Только одни родители могли взять на себя решение такого вопроса, могущего иметь столь серьезные последствия для ребенка. К моему великому удивлению, они всецело присоединились ко мне и заявили, что согласны на опасный опыт, на который я сам решился с тяжелым беспокойством. Они, без сомнения, сознавали вред, причиняемый существующей системой тому, что было самого ценного в их ребенке. Они любили его безгранично, и именно эта любовь давала им силу идти на риск какого-нибудь несчастного случая, последствия которого могли быть смертельны, лишь бы не сделать из него человека, лишенного мужества и нравственной стойкости»[17].

Итак, дорогие родители, ребенок имеет право:

— на собственные (отличные от ваших) желания, чувства и ошибки,

— на внимание к его заботам и отказ от родительской позиции «сверху» — авторитарного воспитания.

«В общении с ребенком должна быть боязнь насилия, боязнь нарушить его свободу. Как хорошо, когда родители стремятся не ставить себя над ребенком, а быть с ним. Взрослый еще может защититься, а ребенок — нет, он беззащитный. Поэтому должно быть бережное и чуткое отношение к нему, общение на расстоянии «двух свобод»: его свобода не меньше, чем свобода моя. Эта свобода обитает даже в младенце, который еще не умеет говорить. Он — свободное существо. С ним надо очень бережно обращаться».[18]

  1. Значение поступка и возможность раскаяния.

Важно не забывать о том, что родители являются сотворцами Бога в деле воспитания новой личности и что все мы, и родители, и дети — все дети одного Отца. Осознание этого поможет нам относиться к ребенку как к равному, как к такому же чаду Божию, что и мы сами, и, следовательно, исполнять евангельские заповеди по отношению к нему. Первая заповедь о любви к ближнему: Во всем, как хотите, чтоб с вами поступали люди, поступайте и вы с ними (Мф. 7, 12) — вполне применима к делу воспитания. Когда по нашей вине происходит ссора с кем-то из людей, мы хотим помириться, хотим быть поняты и прощены этим человеком. Когда совершаем грех и нас мучает совесть, мы через Таинство исповеди стремимся получить прощение от Бога и таким образом облегчить душу и примириться с Богом. Сколь же неразумно, сколь безрассудно жестоко поступают родители, Которые пренебрегают покаянием ребенка, игнорируют тот важный момент, когда ребенок осознал свою ошибку и пришел к ним, чтобы примириться. Вместо того чтобы простить его, дать ему очередной урок любви и милости — свойств Небесного Отца, родители «выдерживают характер», чтобы показать ребенку свою твердость и непреклонность и одновременно силой «сломать» то, что им в нем не нравится.

Мальчик не слушается, причем сознательно делает противное тому, что говорит ему отец.

Следует наказать его за это? Наверное, да. Папа отправляет мальчика в угол. Мальчик не хочет стоять там, упирается и плачет. В конце концов, осознав свой проступок, ребенок сквозь рыдания просит прощения. Отец не реагирует. Ребенок доходит до безумной истерики, но отец продолжает «воспитательный момент». Здесь видится ошибка. Ведь покаяние — дело серьезное, и нельзя допустить, чтобы ребенок со временем стал относиться к осознанию своих грехов как к фиктивной мелочи: подумаешь, попрошу прощения, простят не простят — все равно. Покаяние заключается в изменении, в исправлении своих ошибок. Схема несложна: согрешил — искренне покайся и старайся больше не повторять этого греха. Для ребенка важно хотя бы просто понять, почему нельзя делать так или иначе. Задача родителей — донести до него это понимание, «Уже у младенцев необходимо воспитывать чувство ответственности за свои поступки и чувство долга. В детях, как и в родителях, должна жить боязнь греха, способность к покаянию, что начинается с простого «прости» за мелкие младенческие поступки. У детей должно быть чувство стыда за недолжные слова, поступки, чувства»[19].

Не одергивайте ребенка на каждом шагу, запрещая ему все на свете. «Нельзя» должно быть немного, но твердо установленных, ибо если их много, то они становятся невыполнимыми, а это порождает в детях непослушание»[20] .

Научите ребенка думать, отличать добро от зла, оценивать свои поступки глазами Евангелия: как смотрит на это Бог, Который видит все? Постепенно в сердце маленького человека насадится страх Божий, который и будет направлять его в жизни. Не травмируйте психику ребенка отчаянием, потерей надежды на исправление, помните сами и назидайте вашего ребенка святоотеческой заповедью: нет греха непрощенного, кроме греха нераскаянного.

Когда же ребенок кается, то от души простите ему, как заповедано нам в Евангелии: Если согрешит против тебя брат твой, выговори ему; и если покается, прости ему; и если же семь раз в день согрешит против тебя и семь раз в день обратится и скажет: «каюсь», — прости ему (Лк. 17, 3-4). Это поступок любви, а любовь сделает гораздо больше, чем все человеческие измышления и ухищрения.

ПРИЛОЖЕНИЕ

ОСОБЕННОСТИ ПСИХИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ ДЕТЕЙ

От 0 до З лет

Зависимость. Больше чем на любой другой стадии развития, ребенок в возрасте до трех лет зависит от своих родителей, которые удовлетворяют его физические потребности, дают защиту и любовь. С этого начинается эмоциональная стабильность, вырабатываются предпочтения в еде и напитках и создаются впечатления от дозволенных развлечений.

Ограниченность понимания. Из-за того, что мыслительным способностям ребенка, за которые отвечает левое полушарие мозга, еще предстоит развиться, дети в этом возрасте не могут понимать логическую, сложную или абстрактную информацию. Они склонны верить тому, что слышат или видят.

Эмоциональность. Эта стадия развития характеризуется повышенной эмоциональностью. Не имея развитых мыслительных способностей, ребенок до трех лет пользуется своими эмоциями, чтобы выжить и получить то, что он хочет или что ему необходимо. В таком раннем возрасте эмоциональная память очень сильна и сформирована. Страхи, разочарования или травмы могут надолго оставить незабываемые впечатления. Тишина для детей этого возраста очень важна. Телевидение и другие занятия, связанные с провождением времени перед экраном, эмоционально не способны заменить сильной, позитивной привязанности и наполненного любовью общения с людьми. Кроме того, на этой стадии закладывается основа для формирования внутреннего спокойствия и эмоциональной безопасности или же, напротив, эмоциональной незащищенности и стресса.

Этические принципы. Такие маленькие дети не способны понимать что правильно, а что неправильно, и они не могут самостоятельно отличить хорошее от плохого. Их здесь необходимо направлять. Но это не значит, что вы не должны разъяснять эти вопросы, — просто не ждите, что дети смогут до конца понять их.

Что делать?

Кратко охарактеризуем «можно» и «нельзя» для родителей и других воспитателей,’ которые помогут вам во взаимоотношениях с малышом.

— Каждый день уделяйте время для общения с вашим ребенком. Если вы будете читать ему, играть и разговаривать с ним, когда он ест, купается или делает что-либо еще, это будет способствовать его нормальному эмоциональному и умственному развитию.

— Ваши дети в этом возрасте не в состоянии делать осмысленный, правильный выбор. С мудростью делайте этот выбор за них, контролируя еду, напитки, игрушки, жизненные ситуации и общение с людьми, ведь все эти факторы влияют на телесное и душевное развитие вашего ребенка.

— Создайте для своего малыша как можно более благоприятную, наполненную любовью и способствующую обучению обстановку. Заполняйте каждый его день веселыми развивающими играми, которые будут давать ребенку новые впечатления (игрушками, книгами, прогулками на свежем воздухе, новыми открытиями, общением с другими детьми), нежными прикосновениями, словами («я тебя люблю») и воспитательными заботами.

— Старайтесь как можно чаще вступать с ним в физический контакт: держите его на руках, поглаживайте, обнимайте, играйте с ним и в то же время сведите до минимума его контакты с техникой и средствами массовой информации.

— Раннее детство является идеальным временем для того, чтобы начать воспитывать в своих детях здоровое, лишенное потребительского культа отношение к материальным вещам. Твердо настаивая на своих решениях, зачастую вопреки сильнейшим возражениям или капризам вашего ребенка, вы установите границы для влияния на его душевное и физическое здоровье тех видов вещей и развлечений, которые могут оказать на него отрицательное воздействие.

— Учите своего ребенка ценить красоту и уникальность окружающего мира. Обращайте его внимание и побольше рассказывайте простыми словами о мире: о небе и звездах, растениях и животных, природных явлениях. Покажите ему красоту снежинки и сияние звезд, блеск капель дождя на растении и следы животных в парке на снегу. Разговаривайте с ним о том, что он видит, и оберегайте его от созерцания и слушания всего грубого, страшного, уродливого, злого и агрессивного, начиная от игрушек-монстров и заканчивая матерной бранью.

— Помните о том, что режим питания, который вы выбираете для себя, становится образцом, которому последуют ваши дети в будущем.

— Сведите до минимума общее время, которое малыш проводит перед экраном телевизора, — не более 1 часа в день — и тщательно отбирайте программы, которые смотрит или слушает ваш ребенок. Лучше ограничить время воздействия современных технологий на малыша, чем поддаться соблазну и использовать компьютёр в качестве няньки.

От З до 7 лет

Развитие от трех до семи лет — самое ответственное время, в которое закрепляется отношение ребенка к окружающему его миру, для которого характерна потребность ребенка в любви, чувстве привязанности к дому и близким и эмоциональной защищенности. Это необходимо для того, чтобы ребенок мог исследовать мир, будучи уверенным, что у него есть настоящий дом, куда он может вернуться из путешествия по миру познания.

— В их мыслительных процессах отсутствует логика. Не имея познавательной (мыслительной) способности эффективно рассуждать и различать, дети в этом возрасте склонны верить почти всему, что им говорят. Особенно опасны в этом отношении игрушки, компьютерные игры, телепередачи и пр., прививающие детям не только агрессию, но и снабжающие их ложными знаниями об окружающем мире.

— Дети в этом возрасте импульсивны в отношении своих пристрастий. В силу того, что они следуют своим эмоциям, а не логике, дети склонны тяготеть к вещам, привлекающим яркой формой, не задумываясь об их содержании. Авторитет среди сверстников часто зависит от обладания той или иной вещью. В этом возрасте вспыхивают различные мании коллекционирования, которыми беззастенчиво пользуются производители и товаров для детей и продуктов питания.

— Ими управляют эмоции. Без смягчающего эффекта, который оказывает логика, 3-7 летние дети более чувствительны к таким негативным эмоциям, как гнев, страх, чувство вины и уныние. Эмоциональная память на этой стадии очень активна, следы негативных воздействий могут остаться на всю жизнь.

— Они склонны к подражанию. Будучи глубоко восприимчивыми, 3-7 летние дети хотят подражать, т. е. быть и вести себя, как их старшие братья или сестры, сверстники, взрослые и ролевые модели, которые они видят по телевидению. Поэтому старайтесь контролировать общение ваших детей и знать об их увлечениях.

— На раннем этапе этой возрастной группы дети не всегда способны четко различить реальность и фантазию. Мультики, телепередачи и реклама, основанные на фантазии, во многих случаях воспринимаются детьми как правда.

Что делать?

— Будьте особенно бдительны в тех случаях, когда ваш ребенок подвергается воздействию негативных эмоций дома, в детском саду, в школе или через средства массовой информации. Всеми способами оградите ребенка от них и не забывайте общаться с ним на понятном ему языке, помогая преодолеть негативные переживания.

— Любовь, эмоциональная защищенность и поощрение любознательности лежат в основе гармоничного развития ребенка. Наполните каждый день вашим общением и поощряйте его тягу к знаниям и новому. Крайне необходимы подвижные игры в помещении и на улице и такие творческие занятия, как рисование, музыка. Прекрасное влияние на ребенка окажут и тихие прогулки с ним перед сном, когда можно обсудить заботы минувшего дня, а также совместное семейное чтение вслух, во время которого можно обменяться мнениями о прочитанном.

— Прежде чем вашему ребенку исполнится 5 лет, начните знакомить его с логикой и аргументацией — например, задавая ему вопрос «почему?». Несмотря на то, что вашему ребенку, может быть, сложно разобраться в тонкостях аргументации, освоение этой мыслительной oперации очень важно для развития интеллектуальных способностей более высокого уровня. Сначала изъясняйтесь простыми и конкретными понятиями, но постоянно старайтесь расширить круг мышления вашего ребенка. Этот важный навык поможет вашему ребенку в его дальнейшей учебе и знакомстве с окружающим миром.

— Избегайте погружения ребенка в слишком эмоциональные, потенциально негативные развлечения, такие как фильмы или телепрограммы, перегруженные сценами насилия и отрицательными эмоциями, с уродливыми персонажами и смещенными понятиями о добре и зле.

— Узнавайте из журналов для родителей, книг и Интернета о подходящих для вашего 3-7-летнего ребенка развивающих товарах и программах. Будьте бдительны и не доверяйте рекламам различных модных методик. Помните, что самое важное — это вырастить из ребенка настоящего человека, а не ходячий справочник или разговорник.

— Разработайте здоровый план питания для каждого человека в семье. Запланируйте заранее основное меню и десерты и придерживайтесь этого плана.

— Вместе со своими детьми составьте недельный график телепрограмм, которые вы разрешаете им смотреть. Инициируйте дискуссию о том, почему вы выбираете для них эти программы, чтобы заложить основание для дальнейшего правильного выбора на ранних стадиях развития нравственности и мышления ребенка.

— Ограничьте компьютерное обучение своих детей до нескольких часов в неделю, и пусть это будут только лучшие программы. Но не стоит проводить слишком много времени перед экраном компьютера даже с лучшими развивающими программами. Помните, что межличностное общение всегда лучше, чем обучение.

— Заранее просматривайте фильмы на предмет соответствия возрасту и разрешайте своему ребенку читать только те книги и смотреть только те фильмы, которые, как вы уверены, вызовут у него положительные впечатления. После всегда обсуждайте мысли и чувства, которые ваш ребенок «берет» из фильмов и книг.

— Перераспределите время, которое ваши дети проводят перед экранами компьютера или телевизора и в контакте с какими бы то ни было техническими вещами, в пользу подвижных игр, чтения и общения с людьми. Помните, что технологии, конечно, стимулируют мышление ребенка, но развитие воображения и творческие занятия, такие как чтение и подвижные игры, способствуют нормальному умственному и этическому развитию ребенка во много раз больше.

— Помните о том, что к Интернету можно допускать детей только на последнем этапе этого возрастного периода и то исключительно под строгим надзором.

— Будьте особенно бдительны в отношении какого-либо «подражания» со стороны своего ребенка. В частности, будьте внимательны к знаменитостям, звездам спорта или героям мультфильмов, с которыми ваш ребенок начинает себя отождествлять. Следите за тем, чтобы ребенок, насколько это возможно, подражал только положительным характерам.

— Несмотря на возможную приверженность ваших детей к агрессивным игрушкам и играм, постарайтесь запретить их все, даже вопреки протестам ребенка. Внушите ему твердую мысль о скверне зла, ознакомьте его с понятиями греха и добродетели. На примерах из жизни, доступных ребенку, донесите до него мысль о заповедях Господних, которые созданы для того, чтобы возвысить человека до его истинного предназначения.

От 8 до 12

— Уже способные к рациональному мышлению, дети этой возрастной группы заняты решением «вечных вопросов» относительно себя, близких и мира в целом. Личность еще достаточно хрупка и может непоправимо исказиться при неверном или грубом вмешательстве родителей и окружающих. Навыки принятия решений все еще носят стихийный характер, без возможностей полноценного анализа и синтеза — этих элементов высшего мышления, необходимых для успеха во взрослой, построенной на обработке информации культуре.

— Проводя значительную часть времени вне дома со своими сверстниками, дети переходного возраста имеют особенно острую потребность быть принятыми и любимыми другими. Они хотят делать то, чего от них ждут, они хотят, чтобы их принимали в свой круг сверстники и поощряли.

— Стремясь понять, кто они такие, и обнаружить границы собственных возможностей, дети в этом возрасте охотно пробуют свои силы в чем-то новом. Это безусловный фактор риска, и родители должны нащупать для себя грань, на которой строгий родительский контроль должен сочетаться с правом ребенка на свободу и на собственный опыт. .

— Дети переходного возраста ищут идеал для подражания, необходимый им для того, чтобы сформировать самих себя. Нечистоплотные дельцы массовой культуры в погоне за выгодой создают и продвигают образы, несущие негативные ценности, мнения и поведение, специально нацеливая их на аудиторию детей среднего возраста, так как негативные образы более просты для подражания и находят отклик в пораженной грехом душе человека.

— Дети 8-12 лет находятся в активном поиске, целью которого является определение верных ценностей, позиций и поведения. Именно в это время им как никогда необходим положительный пример для подражания и наставничество. Такие образы они могут почерпнуть в художественной литературе, умело преподанной родителями.

— Растущий ребенок начинает требовать достаточно больших затрат. Поэтому просьбы о покупке таких дорогостоящих вещей, как игровые видеосистемы, компьютеры, звуковые системы, телевизоры, сотовые телефоны, — еженедельное, если не каждодневное дело. Покупая ту или иную вещь, родители должны отдавать себе отчет, зачем и с какой целью она приобретается и какое влияние окажет на развитие душевных и духовных качеств ребенка.

Что делать?

— В разговоре с 8-12-летним ребенком не нужно демонстрировать снисходительность. Вы должны помнить, что в этом возрасте дети уже склонны воспринимать себя достаточно критично, считая себя вполне взрослыми и самостоятельными. Интересуясь точкой зрения ребенка на различные вопросы, вы подкрепите его уверенность в том, что уважаете его мнение.

— Подпитывайте и укрепляйте позитивную самооценку у ребенка, не скупясь на похвалу в присутствии других, причем желательно не отделываться фразами типа «молодец» или «как здорово», а от первого лица, что очень важно, сформулировать свою положительную точку зрения на вопрос. Например: «Мне очень приятно, что мой сын смог получить/сделать/ совершить это дело. Особенно тебе удалось то-то и то-то. Но мне кажется, что если бы ты еще и то-то, то это было бы просто потрясающе».

— В этот период ваш ребенок как никогда хочет чувствовать себя комфортно, чувствовать, что его принимают и любят таким, кокой он есть. Сделайте все, чтобы подчеркнуть свою любовь к нему на словах («я люблю тебя», «я рада, что ты у меня есть», «я горжусь тобой») и без таковых (при помощи крепких объятий, похлопываний по спине, одобрительных прикосновений и т.д.).

— Если ваш ребенок сталкивается с задачами, с которыми он еще не в состоянии справиться, поддержите его морально. Предложите свою помощь с позиции не «сверху», а «рядом». Не требуйте от него сразу многого. Сознательно создавайте такие ситуации, в которых успех может быть достигнут физически, интеллектуально, эмоционально, социально и морально посредством правильного поведения и выполнения верных действий.

— Дети переходного возраста чрезвычайно внимательно относятся к тому, каких конкретно правил, линий поведения и рамок им следует придерживаться. Правила должны быть предельно понятными и прививаться настойчиво, но с любовью. Главное, чтобы вы сами следовали им в жизни, иначе вас никогда не примут всерьез.

— Самооценка ребенка переходного возраста может серьезно пострадать от уверенности в том, что он «недостаточно хорош», появится комплекс неполноценности. Когда ребенок отчаивается оттого, что у него что-то не получается, похвалите его, уверьте в том, что с Божией помощью у него все получится, и избегайте излишней критики.

— Принимая во внимание, что 8- 12-летнему ребенку может быть трудно выражать свои чувства, мы советуем вам каждый день или раз в неделю поговорить с ребенком о тех чувствах, которые он испытывает. И помните, что эти чувства могут быть как положительными (счастье, удовольствие, радость, удовлетворение, любовь или мир), так и отрицательными (гнев, грусть, ненависть, тревога, волнение, разочарование, неудача, вина, подавленность или страх). Разговор лучше начинать с рассказа о своих собственных чувствах и эмоциях по какому-либо поводу. Делайте это без надрыва, в спокойной обстановке, лучше наедине.

— Попробуйте поговорить с вашим ребенком о романтических чувствах: о дружбе, любви, самопожертвовании. Дайте ему представление о высших человеческих ценностях, помогите понять, что такое настоящие чувства, — это поможет вам избежать серьезных проблем в будущем.

— 8-12-летним детям предлагается так много товаров и услуг, что надо быть осторожнее, чтобы не переусердствовать. Особенно обращайте внимание на значение и содержание тех вещей, которые у вас просит ваш ребенок, и на ценности, связанные с этими вещами. Возьмите за правило, прежде чем купить что-либо, спрашивать себя: «Насколько полезно это будет для моего ребенка? »

— Мы настоятельно рекомендуем, чтобы вы строго запретили вашим детям просмотр телевизионных программ с чрезмерно жестокими сценами или сценами сексуального характера.

— Мы считаем, что установка телевизора в спальне ребенка равноценна отказу от контроля со стороны родителей. Либо вообще не устанавливайте телевизор в детской, спальне, либо по крайней мере ограничьте просмотр определенными часами, например некоторыми передачами по выходным, и никакого телевизора после 20.00.

— На совести родителей остается воспитание норм поведения в обществе, а также установление ограничений и правил, касающихся выбора еды и, что очень важно, контроль за соблюдением диеты. (Нам хорошо известно, насколько трудно это осуществить, принимая во внимание множество соблазнов.)

— Родители больше, чем кто бы то ни было, должны следить за доступом детей в Интернет и устанавливать жесткие правила и рамки его использования. Принимая во внимание наличие в Интернете широкого спектра информации, не предназначенной для детей этого возраста, и потенциальных опасностей, настойчивое и последовательное установление ограничений является обязанностью любого родителя.

— Для того чтобы быть полностью уверенными в том, что ваш ребенок не подвергается негативным воздействиям со стороны неподобающих видеоигр, позвольте ему играть только в игры, опробованные и проверенные вами, не содержащие возрастных ограничений. Хотя еще раз напоминаем, что компьютерная игра — это то самое, что вообще никогда и никому не нужно.

 

Примечания

[1] О семье как о малой Церкви см. нашу книгу: Г. Калинина, А. Наумова. Православной маме: в ожидании первенца. – М., Лепта, 2005

[2] Прот. Борис Ничипоров. Времена и сроки. Книга первая. М., 2002. С.85.

[3] Старец Паисий Святогорец. Слова, т.IV Семейная жизнь. М., 2005

[4] Эрих Фром. Искусство любить

[5] Прот. Борис Ничипоров. Времена  и сроки. Книга первая. М., 2002

[6] Прот. Борис Ничипоров.. Введение в христиансую психологию. М., 1994.С.160

[7] Майя Кучерская. Чтение для впавших в уныние. М., 2005

[8] Януш Корчак. Как любить ребенка

[9] Там же

[10] Там же

[11] Там же

[12] Там же

[13] Там же

[14] Януш Корчак. Правила жизни.

[15] Януш Корчак. Право ребенка на уважение.

[16] Эта ситуация прекрасно описана в книге о жизни царской семьи М. Кравцовой и Е.Янковской «Царский венец». М., 2006, С. 126-128

[17] Пьер Жильяр. Император Николай II и его семья. Л., 1990. С. 34-36.

[18] И. и М. Гриц. Таинство детва: беседы с архимандритом Виктором (Мамонтовым) М., 2005, с.28

[19] Проф., прот. Глеб Каледа. Домашняя церковь. М., 2001.

[20] Там же

Оставить комментарий

Обсудить на форуме

Система Orphus