Родительская любовь: почему перелюбить детей невозможно?

Родительская любовь: почему перелюбить детей невозможно?

(6 голосов5.0 из 5)

В пря­мом эфире  пере­дачи «Фор­мула семьи» радио «Теос» веду­щая Эль­вира Чипенко и пси­хо­лог Юрий Пожи­даев  зада­ются вопро­сом,  в чём заклю­ча­ется истин­ная любовь к детям, почему нельзя ску­питься на роди­тель­скую любовь  и  где  нахо­дить для неё ресурсы.

– Юрий, роди­тели часто бывают в таком состо­я­нии, когда нет сил и жела­ния любить сво­его ребёнка, не хочется этого делать. Может быть, ты сильно устал, но при этом пони­ма­ешь, что ску­питься на роди­тель­скую любовь нельзя. 

Сего­дня мы будем гово­рить, как в этом слу­чае посту­пать, и в целом про то, как дети чув­ствуют любовь роди­те­лей, как её пони­мают.

– В прин­ципе, дру­зья, мы должны пони­мать, что детей вообще любить непро­сто. И, прежде чем думать о детях, обя­за­тельно нужно под­го­то­виться к тому, чтобы ребё­нок у тебя был, и под­го­то­вить себя к этому уди­ви­тель­ному собы­тию, кото­рое длится всю жизнь. Потому что, если ребё­нок родился, мы так или иначе готовы к тому, что мы будем с ним в тече­ние всей жизни.

pervye dni novorozhdennogo doma 89 - Родительская любовь: почему перелюбить детей невозможно?

Бук­вально вчера была кон­суль­та­ция  с одним моло­дым чело­ве­ком: 18 лет, любовь и  всё такое. Говорю: ну, ты готов жениться? Он гово­рит: не готов. А зачем тебе эти все шуры-муры нужны? Ну, оди­но­че­ство, вот это, вот это, вот это….

Давайте гово­рить о том, что нужно под­го­то­виться к семей­ной жизни, под­го­то­виться к этой любви, потому что рано или поздно появятся дети, а ты и к супру­же­ству-то не готов, а к появ­ле­нию детей, навер­ное, тем более. 

Мы прак­ти­че­ски об этом не заду­мы­ва­емся. Да, мы думаем, что у жен­щины апри­ори есть инстинкт мате­рин­ства, и поэтому она так или иначе выжи­вет, ей деваться некуда, молоко при­шло, надо кор­мить. И отцов­ство так или иначе при­дёт, тоже никуда не денешься. И потом бывают эти все форс-мажор­ные ситу­а­ции, когда от детей уже и не зна­ешь, куда деться, и муж­чины пря­чутся в туа­лете, а жен­щины ухо­дят на маникюр.

Не так давно раз­го­ва­ри­вал с одним пар­нем, ему около 19 лет, и мы гово­рили про внут­рен­ний мир, про вза­и­мо­от­но­ше­ния с самим собой. Мне так было уди­ви­тельно, что он впер­вые заду­мался об этом, он нико­гда не думал, что отно­ше­ния с самим собой нужно стро­ить. Понятно, что нужно стро­ить отно­ше­ния с рабо­то­да­те­лем, с пре­по­да­ва­те­лями, с папой, с мамой.

Стро­ить отно­ше­ния с самим собой – это очень важно, потому что если нет отно­ше­ний с собой, то отно­ше­ния с дру­гими людьми, с дру­гими «я», с дру­гим субъ­ек­том в своей соб­ствен­ной жизни трудно выстраивать. 

И вот появ­ля­ется это малень­кое чудо, а с ним нужно стро­ить вза­и­мо­от­но­ше­ния. У тебя внут­рен­ний раз­драй, ты не обра­ща­ешь вни­ма­ния на самого себя, на свои внут­рен­ние пере­дряги, а тут еще кто-то.

И прежде нужно обра­тить вни­ма­ние на самого себя: а есть ли внут­рен­ние отно­ше­ния с самим собой, а в каких я отно­ше­ниях с самим собой, а всё ли у меня хорошо с самим собой? Или, может быть, я себе про­стить какую-то штуку не могу, и я живу вот в этом раз­драе, и мне очень-очень плохо.

Конечно, это будет вли­ять на любовь, кото­рой не достаёт нашим детям.

Недавно про­чи­тал одну ста­тью, автор вспо­ми­нает ака­де­мика Дмит­рия Сер­ге­е­вича Лиха­чева. Его очень любили роди­тели, и он полу­чил неж­ное вос­пи­та­ние. И вот этот ком­нат­ный маль­чик, когда ему было 22 года, попа­дает в жест­кие усло­вия Соло­вец­кого лагеря осо­бого назначения.

И когда его заби­рали на посе­ле­ние, когда его аре­сто­вали, ему уда­лось взять с собой неко­то­рые вещи, в том числе дет­ское оде­яло. И вот когда он был в лагере, когда он укры­вался дет­ским оде­я­лом, он напи­сал о себе, что накры­вался этим оде­я­лом от угла к углу, уго­лок на ноги, уго­лок на плечи, потом сверху клал полу­шу­бок, закры­вался с голо­вой и вспо­ми­нал, какое было у него счаст­ли­вое детство.

И вот это махонь­кое оде­яло плюс гро­мад­ные вос­по­ми­на­ния о том, как его любили, как его нежно вос­пи­ты­вали, помогли ему про­жить этот Соло­вец­кий лагерь. Этим при­ме­ром я заяв­ляю о том, что как важно любить своих детей. 

og og 1451906372262425520 - Родительская любовь: почему перелюбить детей невозможно?

Вот так важно, пока они еще малы, когда они ещё не пошли в школу, когда они ещё с нами до под­рост­ко­вого воз­раста – важно, чтобы вот это неж­ное вос­пи­та­ние было, важно их любить.

Недавно мы гово­рили о ген­дер­ном вос­пи­та­нии, что к маль­чи­кам осо­бое отно­ше­ние, к девоч­кам дру­гое, мы гово­рим о нака­за­нии и так далее. Но любовь как поня­тие, как отно­ше­ние должна доми­ни­ро­вать в отно­ше­ниях к нашим детям.

У нас много сте­рео­ти­пов и ком­плек­сов, кото­рые при­хо­дят из обще­ства, и мы пере­жи­ваем о том, осо­бенно в рос­сий­ском обще­стве – что мы пере­лю­бим наших детей. 

Дети все раз­ные. Есть дети, кото­рым слу­шаться и сто­ять ровно – это нор­мально, а есть ребё­нок, кото­рый не может ни минуту сто­ять, и мы его начи­наем трясти.

Нужно к детям отно­ситься очень нежно, и это помо­гает им дальше про­жить эту жизнь.

 – Вос­по­ми­на­ния ака­де­мика – это пока­за­тельно, но инте­ресно узнать, что чув­ствует ребё­нок старше дошколь­ного воз­раста, в началь­ной школе, когда роди­тели его любят, что ему это даёт. Ощу­ще­ние чего? Без­опас­но­сти, дове­рия? Как это работает?

– Это целая гамма чувств. Во-пер­вых, любовь по-раз­ному про­яв­ля­ется. Нужно учиться тому, как про­яв­лять любовь. Допу­стим, в классе сидят роди­тели, и им пси­хо­лог-педа­гог гово­рит: ребёнка надо любить. И все: да, ребёнка надо любить!

Вот кто-то рем­нём любит, кто-то шлё­пает, и все думают, что это любовь. Есте­ственно, что ребенка нужно любить. Во-пер­вых, это должна быть обя­за­тельно так­тиль­ная любовь, важно обни­мать и гла­дить по голове, и дети так или иначе воз­вра­ща­ются к нам за так­тиль­ной любовью.

Вот, напри­мер, сего­дня мой млад­ший – восемь лет, вто­рой класс, были напря­жён­ные отно­ше­ния со стар­шим, у нас млад­ший пери­о­ди­че­ски пыта­ется вос­пи­ты­вать стар­шую, он там что-то пере­на­прягся… Паша, что слу­чи­лось? Паша заби­ра­ется ко мне на коленку, мне на живот кла­дёт голову, сидит со мной. Я говорю: Пашенька, мой хоро­ший, что там, что такое?..

Можно было прийти как власть име­ю­щий, быстро постро­ить Пашу, при­ве­сти его в чув­ство, дать ему пинка, вытрях­нуть в школу, чтобы ребё­нок пошёл и учился. Но делаю совер­шенно по-дру­гому, потому что он чем-то рас­строен, что-то не так, что-то про­изо­шло вне его сценария. 

Вот он при­шёл, под­пи­тался эмо­ци­о­наль­ным теп­лом, физи­че­ским теп­лом от меня. Бук­вально 3–5 минут, потом – всё, собрался маль­чишка: где мой рюк­зак, где моя сменка? Раз-раз, и пошёл в школу, и вышел из подъ­езда, как будто кнопка рубиль­ника у него, всё, он вклю­чился и пошёл процесс.

Но можно было бы заткнуть ребёнка, надо­рвать его, сло­мить его, постро­ить его, и так далее. Конечно, мы, взрос­лые, можем напу­гать ребенка, и он как собачка, как натре­ни­ро­ван­ное суще­ство, будет выпол­нять ту команду, кото­рая от него тре­бо­ва­лась: сде­лай то, что мы хотим, сиди, молчи, иди, стой, и так далее. Есть такие пове­ли­тель­ные гла­голы, кото­рые мы обычно исполь­зуем, чтобы вос­пи­ты­вать наших детей.

– Почему роди­тель­ская любовь важна – потому что она закла­ды­вает фун­да­мент буду­щей спо­соб­но­сти любить в детях, при­дает уве­рен­но­сти и помо­гает сфор­ми­ро­вать своё «я». То есть, когда мы любим сво­его ребёнка, мы помо­гаем ему понять, как это – любить, и помо­гаем ему быть уве­рен­ным и фор­ми­ро­вать своё «я».

– Абсо­лютно согла­сен, потому что когда мы любим сво­его ребенка, то, во-пер­вых, мы даём ему уве­рен­ность. Он чув­ствует в самом себе, что он это может. Потом чело­ве­че­ское, мате­рин­ское, роди­тель­ское, отцов­ское тепло, кото­рое мы ему даём, помо­гает ему быть уве­рен­ным в зав­траш­нем дне, уве­ренно посту­пать в той или иной ситуации.

fullsize - Родительская любовь: почему перелюбить детей невозможно?

Но пред­ставьте, что вы ребёнка посто­янно руга­ете, вы хотите, чтобы он у вас был отлич­ни­ком, но он не может быть отлич­ни­ком в силу того, что он такой, какой он есть, он у вас не математик.

У нашего стар­шего труд­но­сти с гео­мет­рией, с про­стран­ствен­ным мыш­ле­нием. И когда я начал зна­ко­миться с гео­мет­рией седь­мого класса, я понял, что у меня тоже труд­но­сти. Я понял, что я задачу в седь­мом классе без посто­рон­ней помощи решить не могу.

И, по всей види­мо­сти, это наслед­ствен­ная стезя, в кото­рую вошёл мой стар­ший сын. И я это пони­маю, и поэтому не буду его брать за грудки и вести на пятёрку.

Конечно, мне нужно помочь ему с дис­ци­пли­ной, с тем, чтобы он выпол­нял уроки. Но опять же нужна любовь, а не нужно ребёнка под­ве­ши­вать за ноги – помните, как кот Бази­лио и Лиса Алиса пове­сили Бура­тино, чтобы из него выпали пять золотых.

Ино­гда мы при­ме­няем такие спо­собы, чтобы вот эти пять золо­тых как про­дукт нашего воз­дей­ствия на ребёнка обя­за­тельно из него выско­чили. Я думаю, что это не тот метод. Конечно, дис­ци­плина нужна, но без любви, как пел когда-то водо­воз в фильме «Волга-волга» – и ни туды, и не сюды…

 – Можно ли ска­зать, что роди­тель­ская любовь для ребенка это неко­то­рый фун­да­мент, на кото­ром он стоит и может спо­койно раз­ви­ваться, не пере­жи­вая ни о чём?

– Думаю, нужно об этом сказать.

Так или иначе, мы закла­ды­ваем фун­да­мент вза­и­мо­от­но­ше­ний, и отно­ше­ния стро­ятся на любви, потому, когда мы любим ребёнка, мы даём ему без­опас­ность отно­ше­ний. То есть дома с нами он в без­опас­но­сти, он полу­чает любовь, тем самым мы не рас­слаб­ляем его, как неко­то­рые думают, а укреп­ляем его. 

Ребё­нок ста­но­вится более уве­рен­ным в себе, не чув­ствует себя оди­но­ким, в нём не фор­ми­ру­ется много ком­плек­сов, кото­рые потом он будет пожи­нать и на осно­ва­нии их стро­ить свою жизнь.

Недо­ста­ток любви рож­дает очень и очень много ком­плек­сов. И, мне кажется,  любви не может быть слиш­ком много. Изба­ло­ван­ность – это не от любви, это другое.

Роди­тель­ская любовь – это когда взрос­лый уде­ляет ребенку вни­ма­ние, когда он раз­го­ва­ри­вает с ним, при­ни­мает его, когда обни­мает его, когда вни­кает в про­блемы, когда про­хо­дит какой-то опре­де­лён­ный путь вме­сте с ним. Вот это любовь. 

Ино­гда роди­тели ком­пен­си­руют нехватку вре­мени подар­ками: мол, тебе испол­ня­ется восемь лет, и я сей­час куплю тебе всё, что ты хочешь. Ну, ребё­нок что-то хочет, и он вытас­ки­вает ему этот пода­рок, и извини, сей­час мне сей­час неко­гда, вот тебе гад­жет, вот тебе ещё один гад­жет, вот ещё что-то тебе, и делай всё что хочешь…

Нет, это не то. Любовь – это ещё и дис­ци­плина, когда ребё­нок знает гра­ницы, когда мы учим его этим гра­ни­цам, и мы ему рас­тол­ко­вы­ваем, что хорошо, что плохо, когда он пони­мает, что совер­шает какой-то дур­ной посту­пок. Ну, напри­мер, я узнал о том, что мой стар­ший, когда ему было три­на­дцать, попро­бо­вал поку­рить на даче. Какая  у отца реак­ция: я дол­жен как-то нажать, и так далее?

– Есть пра­виль­ный ответ, а есть импуль­сив­ный – вам какой?

– Пра­виль­ный, конечно, ответ. В начале про­граммы мы начали гово­рить о внут­рен­них отно­ше­ниях с самим собой. И когда есть вот эти пра­виль­ные внут­рен­ние отно­ше­ния с самим собой, когда я нахо­жусь в мире с самим собой, тогда кидаться на дру­гого чело­века не буду, тем более на сво­его соб­ствен­ного ребёнка.

Мы же пом­ним эту песню: «Собака бывает куса­чей только от жизни соба­чьей», мол, если у нас жизнь соба­чья, то мы и детей своих будем кусать. И обычно мы кусаем тех, кто не защи­щен, сла­бее нас, вот так  мы устро­ены, и больше всего доста­ется нашим детям. 

Если у нас неудачи на работе, если мы пору­га­лись со сво­ими дру­зьями, если мы пору­га­лись со сво­ими роди­те­лями, бабуш­ками и дедуш­ками, на ком мы будем зло сры­вать – на тех, кто попа­да­ется под руку, на неза­щи­щен­ных детях.

Почему? Потому что уяз­вимы, потому что у нас есть ком­плексы, и там много-много может быть чего. Поэтому нужно раз­би­раться сна­чала с самим собой. И когда у меня мир с самим собой, тогда я при­хожу с этим миром к сво­ему ребёнку и раз­би­раю про­блему, кото­рая у него есть – напри­мер, по поводу куре­ния или по поводу влюбленности.

Не только под­рост­кам, но и детям свой­ственно влюб­ляться в кого-то, они же смот­рят к сери­алы парал­лельно со взрос­лыми. Дети это впи­ты­вают и потом что-то про­еци­руют, они влю­би­лись, у них чув­ства насто­я­щие появились.

И реак­ция роди­теля на дет­ский сад – это одна реак­ция, на под­рост­ко­вый период – дру­гая. Девушка, кото­рая влю­би­лась в 25 – это сле­ду­ю­щая реак­ция. Если роди­тели будет также отно­ситься к тебе в 25 лет, как в дет­ском саду,  зна­чит, что-то не так.

 – Что делать, если ты не уме­ешь любить ребенка? Ната­лья пишет: если не любишь себя, сле­до­ва­тельно, не можешь любить сво­его ребенка? 

Жанна спра­ши­вает: если давать нечего, недо­люб­лен­ная, трав­ми­ро­ван­ная мать, бабушки, дедушки не напол­нили, нечем было; долг был – одели, обули, накор­мили, и всё. А эмо­ци­о­нально были недо­ступны, то что в таком слу­чае делать?

– То, что вы начали зада­ваться этим вопро­сом, то, что это обо­зна­чено – это уже пер­вый шаг к тому, чтобы начать вос­пол­нять самого себя.

Если чего-то не хва­тает – если мне не хва­тает кис­ло­рода, и я  буду этот кис­ло­род кому-то отда­вать, так или иначе я задох­нусь. То же самое и здесь. Если вы пони­ма­ете, что вы недо­люб­лены, вот этим нужно заняться самим.

20151809135739 - Родительская любовь: почему перелюбить детей невозможно?

Понятно, от ребёнка никуда не денешься, в ссылку его не отпра­вишь. Но если вы пони­ма­ете, что у вас про­блемы с чем-то кон­крет­ным, с непро­ще­нием роди­те­лей, напри­мер, или про­блемы с тем, что вы не вос­при­ни­ма­ете самого себя, вы счи­та­ете себя уро­ди­ной, страш­ной, бес­тол­ко­вой, и так далее, – тогда нужно сесть и при­нять реше­ние: так, как сей­час я себя вос­при­ни­маю, я не должна себя воспринимать.

Дело в том, что если вы себя так вос­при­ни­ма­ете, то вольно или невольно, осо­знанно или неосо­знанно вы это отно­ше­ние к самой себе пере­да­ете сво­ему ребёнку. И не удив­ляй­тесь тому, что через какой-то про­ме­жу­ток вре­мени ваш ребё­нок будет отно­ситься к вам так же, как вы отно­си­тесь к себе. 

Если вы себя не ува­жа­ете, то ваш ребё­нок тоже будет не ува­жать вас, потому что он видит, как вы отно­си­тесь к самой себе в ваших поступ­ках, при­ня­тии реше­ния, в отно­ше­нии с какими-то близ­кими людьми, зна­чи­мыми для вас, и это очень важно.

Для того, чтобы выпра­вить своё отно­ше­ние к детям, вам нужно разо­браться с самим собой,  понять, что с вами про­ис­хо­дит. Про­ана­ли­зи­руйте, отре­флек­си­руйте и пой­мите, осо­знайте, погру­зи­тесь на глу­бину, уде­лите себе это время – потом вы это пой­мете, в каких обла­стях нужно рабо­тать, вста­вать, выравнивать.

Если у вас про­блемы с весом, с дик­цией, с само­оцен­кой, еще с чем-либо – ну, давайте давайте зани­маться, давайте реше­ние при­ни­мать, давайте дви­гаться, а не жало­ваться. Есть люби­мый люби­мый тер­мин, о кото­ром гово­рят прак­ти­че­ски все моло­дые люди, «про­кра­сти­на­ция» – давайте, если сего­дня втор­ник – не с поне­дель­ника начи­нать, а со вторника.

Берите тет­радку, берите стул, нач­ните что-то делать для себя.

И опять же, если вы любите сво­его ребенка, если вы так заяв­ля­ете, то вы его не любите, если вы не любите себя. Или вы любите, зна­чит, его непра­вильно. Потому что если вы не ува­жа­ете себя, то, навер­ное, вы пере­да­дите это неува­же­ние ребёнка к самому себе. Вот так это устро­ено, вы должны это понимать.

– Хорошо, если мать при­знает факт, что не любит ребенка и готова с этим рабо­тать. Но не все готовы, в том числе, уви­деть, что любви нет, потому что нет ресур­сов на себя. Ещё один ком­мен­та­рий: невоз­можно отдать то, чего у тебя нет; делать то, что тебе не свой­ственно – это наси­ло­вать себя, а будет ли от этого ребёнку лучше? 

И мно­гие счи­тают, что с рож­де­нием ребенка жизнь закан­чи­ва­ется, и детей иметь не хотят. Нужно жить наи­луч­шим обра­зом для себя, тогда и ребёнку будет мак­си­мально хорошо в пред­ло­жен­ных условиях.

– Давайте мы пого­во­рим по поводу ресур­сов на самого себя. Вы зна­ете, мы очень часто живём в гро­мад­ных заблуж­де­ниях. Потому что лень впе­реди пла­неты всей. Мы при­хо­дим с работы, и нам лень что-то гото­вить, мы устали, и поэтому вклю­чаем теле­ви­зор, мы гово­рим: я отдыхаю.

Но когда вы смот­рите теле­ви­зор, вы не отды­ха­ете, потому что голова забита,  и вы пыта­е­тесь  туда поме­стить какие-то ново­сти, фильмы, какие-то эмо­ции, переживания.

Нужно взять, выклю­чить всё и пойти на про­гулку, пройти пол­тора кило­метра, поды­шать, посмот­реть на дере­вья, листья собрать…

Когда мы гово­рим о том, что у нас нет ресур­сов, на самом деле это неправда. Мы пыта­емся себя оправ­дать и найти аргу­менты для того, чтобы защи­тить себя и ска­зать: у меня нет ресур­сов. Если оста­но­виться и посмот­реть, ресурсы обя­за­тельно найдутся. 

Я по своей соб­ствен­ной жизни знаю: если мне лень, я нахожу тысячу аргу­мен­тов, я себя обма­ны­ваю фили­гранно, комар носа не под­то­чит, если я что-то не очень хочу. И зна­ете, уди­ви­тель­ная вещь, что мы знаем пра­виль­ный ответ, и мы знаем, как посту­пать. Но мы не хотим, потому что надо напря­гаться, а напря­гаться нам несвойственно.

Это то же самое, если я хочу себе плос­кий живот, но я пре­красно пони­маю, что для того, чтобы у меня был плос­кий живот, чтобы у меня не было лиш­него веса, мне нужно напря­гаться. А напря­гаться я не хочу. И поэтому лучше я себе куплю несколько поя­сов на бата­рей­ках, чтобы они виб­ри­ро­вали, и чтобы у меня, пока я еду в элек­тричке, шесть куби­ков формировалось.

Поэтому нужно уси­лие над самим собой. Вообще для того, чтобы достиг­нуть какого-то резуль­тата – напри­мер, выучить англий­ский язык, при­ве­сти себя в поря­док – даже для того, чтобы у жен­щины были ногти в порядке, нужно себя под­нять и схо­дить к маникюрше.

 – Но ведь не все­гда так, как вы гово­рите. Да, мы живём в заблуж­де­нии, есть лень, но есть в дей­стви­тель­но­сти ситу­а­ции, когда у чело­века нет сил. Может быть, депрес­сия, апа­тия, пони­ма­ете. А как разо­браться, в таком случае? 

– Когда у чело­века вообще нет сил ни на что, по всей види­мо­сти, это уже доста­точно серьез­ный сиг­нал, чтобы обра­титься за ква­ли­фи­ци­ро­ван­ной помо­щью. Тогда нужно пойти к пси­хо­логу, к нев­ро­логу, или куда-то ещё. Не все­гда, когда нет сил, это только лишь пси­хо­ло­ги­че­ская про­блема, может быть, нужен эндокринолог.

Здо­ро­вьем нужно зани­маться – и пси­хо­ло­ги­че­ским, и эмо­ци­о­наль­ным, и физи­че­ским. Если я при­хожу, у меня сил нет, у меня вообще настро­е­ния нет, вообще ничего не могу, встать с кро­вати не могу – тогда нужно пред­при­нять какой-то шаг, чтобы помочь себе.

А у вас ещё дети, и вас это очень сильно рас­стра­и­вает, потому что вы пони­ма­ете, что ресурса нет – чело­ве­че­ского, эмо­ци­о­наль­ного, физи­че­ского, вас это очень сильно рас­стра­и­вает. Поэтому есте­ственно, что нужно обра­титься  за помощью.

Силы не при­дут ниот­куда, никто вас не под­ни­мет и ничего с вами не сде­лает, если вы сами не откро­ете дверь, через кото­рую вам помогут.

– Как же вы отре­а­ги­ро­вали на куре­ние в три­на­дцать лет?

– Я начал раз­го­ва­ри­вать об этом, начал спра­ши­вать. Так, говорю – я уже узнал, что у тебя был этот опыт. Он мне начал гово­рить: пап, я не помню. Надо же – не пом­нишь, как это ты не помнишь?

Ну, во-пер­вых,  гово­рить надо без агрес­сии. Понятно, что дети про­буют что-то. Потом ты начи­на­ешь рас­спра­ши­вать, при каких обсто­я­тель­ствах это было, как это про­изо­шло, рас­скажи, мне про­сто инте­ресно. Когда ребё­нок в пер­вые одну-две минуты пони­мает, что не будет ремня, не будет такого,  что вот сей­час папа нач­нет меня ругать, душить, и всё осталь­ное. И он начи­нает вспо­ми­нать, начи­нает тебе об этом рассказывать.

Когда он тебе рас­ска­зал, к тебе рас­по­ло­жился, когда, условно говоря, он настроил свой мозг для того, чтобы вос­при­ни­мать инфор­ма­цию – мы начи­наем гово­рить про куре­ние. Что такое куре­ние, почему я не курю, напри­мер, и так далее и тому подоб­ное, потому что есть все­воз­мож­ные  аль­тер­на­тив­ные кури­тель­ные штуки.

И начи­на­ешь гово­рить: слу­шай, если ты хочешь ещё раз попро­бо­вать, давай вме­сте, я готов тебе купить сига­рет. Давай пой­дём сей­час, выбе­рем самые кра­си­вые, какие тебе нра­вятся. Ты попро­бу­ешь, мне про­сто инте­ресно, как ты это дела­ешь, и так далее. И он посмот­рел на меня: нет, пап, я больше не буду, мне не понра­ви­лось. Всё, гештальт закрыт, мы пого­во­рили об этом.

Он это попро­бо­вал, я об этом узнал, он знает мою реак­цию. И в сле­ду­ю­щий момент о чём я говорю: когда в тебе что-то пред­ло­жат, что ты захо­чешь попро­бо­вать, ты меня спроси, что я думаю об этом. Давай мы с тобой пого­во­рим, потом при­мем реше­ние, и если это нор­мально, будешь пробовать. 

Ведь что для нас самое важ­ное: создать в его созна­нии, в его мыш­ле­нии алго­ритм дей­ствия. Пра­виль­ный алго­ритм дей­ствий – это когда ребе­нок стал­ки­ва­ется с какой-то незна­ко­мой шту­кой, о кото­рой он не знает, хоро­шая она или пло­хая. Чтобы он ска­зал: подо­ждите, я в этом не буду участ­во­вать, мне нужно папу спро­сить, хорошо или это плохо.

И вот здесь очень важно нала­дить эту ком­му­ни­ка­цию. Вот он при­хо­дит: слу­шай, папа, зовут туда, что дума­ешь по этому поводу? Ну, давай пого­во­рим с тобой об этом.

– Подо­ждите, но ведь это закла­ды­ва­ется гораздо раньше, чем в под­рост­ко­вом возрасте?

– Да, но это под­дер­жи­ва­ется в под­рост­ко­вом воз­расте тоже. Потому что в под­рост­ко­вом воз­расте сверст­ники ста­но­вятся более зна­чи­мыми, и здесь важно, чтобы вы были где-то рядом, чтобы вы не отдали на откуп всё сверст­ни­кам. И чтобы мая­чили, чтобы напо­ми­нали о себе, гово­рили: я папа, я за тебя несу ответ­ствен­ность, и мне инте­ресна твоя жизнь.

 – А что, если в дет­стве не полу­чи­лось зало­жить вот этот меха­низм? Ска­жем, ребё­нок при­но­сит какое-то руга­тель­ное слово, матер­ное. И обыч­ная реак­ция роди­те­лей: ты что, замолчи! Шлёп по губам – и всё, и у ребенка скла­ды­ва­ется такой алго­ритм: ничего нового роди­те­лям при­но­сить не буду, они меня бьют или кричат. 

И тут мы в под­рост­ко­вом воз­расте пыта­емся нала­дить дове­ри­тель­ные отно­ше­ния. Мне кажется, на таком фун­да­менте это не полу­чится. Если в дет­стве были такие реак­ции от роди­те­лей, то во взрос­лом воз­расте не стоит ждать дру­гого. А как в таком слу­чае быть?

– Когда  перед нами под­ро­сток, это уже не ребё­нок. Смотрю, как он реа­ги­рует на маму – мою жену, и есте­ственно, что он отста­и­вает свои права и сво­боды. Ино­гда он гово­рит: так, у меня есть пас­порт, мне уже 14 лет, мне скоро будет 15.

Послед­ний раз он гово­рил: я на это имею право. То есть он посто­янно сиг­на­лит о том, что не стоит таким спо­со­бом сверху гово­рить: я так ска­зал, и ты так будешь делать. Понятно, что в любом слу­чае роди­тель глав­ный, он уста­нав­ли­вает пра­вила. Но как это доно­сится до детей? Есть прин­ци­пи­аль­ная разница.

Если мы это доно­сим для детей так: я ска­зал и всё, – то, пони­ма­ете, да, он при вас будет слу­шаться, но когда вас не будет рядом, он будет делать то, что он хочет, и он не будет анализировать.

Для меня самое глав­ное, чтобы у моих детей сфор­ми­ро­ва­лась соб­ствен­ное ана­ли­ти­че­ское мыш­ле­ние, чтобы они научи­лись пра­вильно при­ни­мать реше­ния, рефлек­си­ро­вать, чтобы у них был сфор­ми­ро­ван вот этот меха­низм, алго­ритм,  и это был некий фильтр.

– А как его сфор­ми­ро­вать, если дет­ство упущено?

– Я все­гда за то, чтобы роди­тели не опус­кали руки. Мы же сего­дня гово­рим о том, что детей нужно любить и про­дол­жать их любить, про­дол­жать их принимать.

Любовь – это уни­вер­саль­ный ключ, один из един­ствен­ных клю­чей, кото­рый помо­гает нам открыть сердце ребёнка и досту­чаться до него.  И если мно­гие вещи упу­щены, то посред­ством любви, посред­ством при­ня­тия можно мно­гое изменить. 

Напри­мер, когда в неко­то­рые моменты ты ста­но­вишься чуть-чуть ниже ребёнка, когда ты гово­ришь: слу­шай, лучше ты меня научи чему-то. Не то, что ты заиг­ры­ва­ешь с ним – нет, а когда ты вста­ёшь в такую пози­цию – не в защи­ща­ю­щу­юся, не в довле­ю­щую пози­цию, а когда ты абсо­лютно обез­ору­жен и рас­крыт перед ним.

– И вот тогда ребё­нок начи­нает слу­шать?

– Тогда он начи­нает при­слу­ши­ваться к тебе, тогда он посте­пенно откры­вает своё сердце. Ведь недо­лю­бовь бло­ки­рует двери сердца, и ребё­нок не впус­кает тебя, он не при­слу­ши­ва­ется к тебе, он живет совер­шенно парал­лель­ной жизнью.

Он может быть послуш­ным, хорошо учиться, делать то, что ты хочешь от него. Но у него есть парал­лель­ная жизнь, и эти парал­лель­ные жизни пока вме­сте, пока он зави­сит от тебя, но как только у него будет воз­мож­ность куда-то свин­тить, он свин­тит, и потом ты будешь зада­ваться вопро­сом: а что слу­чи­лось, вроде бы у нас всё было нормально? 

Нет, не было нор­мально, потому что жизни были парал­лельны, они не пере­се­ка­лись, там не было общ­но­сти, там не было вот этих раз­го­во­ров, свя­зы­ва­ю­щих людей между собой.

– У нас есть такие сооб­ще­ния: а как понять, где грань, мы любим или мы балуем? Воз­мо­жен ещё вари­ант бла­го­по­луч­ного исхода, если роди­тель умеет любить и даёт много любви ребёнку. 

А ещё он дол­жен быть счаст­ливо реа­ли­зо­ван в соци­уме, чтобы не про­изо­шло при­ли­па­ние и стрем­ле­ние к ком­форту «а‑ля жизнь в мам­ки­ной утробе».

– Пер­вый вопрос: а почему вы об этом пере­жи­ва­ете? Ответьте себе на него. Вы счи­та­ете, что вы пере­люб­ли­ва­ете ребёнка. Если вы так счи­та­ете, в чем это выра­жа­ется, что это зна­чит? Что вы слиш­ком ему много поз­во­ля­ете. Вот что нужно понять, опре­де­лить вашу терминологию.

Любить ребёнка – это не зна­чит исклю­чить дис­ци­плину из его жизни. Это зна­чит, что он дол­жен, напри­мер, ложиться в 23:00 и не пря­тать под подушку гад­жет, он дол­жен высы­паться. Это зна­чит, что он дол­жен учить уроки и так далее.

– Может быть, у роди­те­лей  есть страх оби­деть ребёнка, оттолк­нуть тем, что ты ему что-то запре­тишь или как-то на него нада­вишь. Как  побе­дить этот страх? Ребё­нок же будет обижаться?

– Очень мно­гое  у нас зави­сит от настро­е­ния, но вос­пи­та­тель­ный про­цесс не дол­жен зави­сеть от настро­е­ния. Я пони­маю, что это очень сложно. То есть у вас сей­час хоро­шее настро­е­ние, поэтому ребё­нок играет в какие-то игрульки, пока ему игра­ется, пока у него глаза не закрылись.

Если у вас пло­хое настро­е­ние, вы начи­на­ете на нём сры­ваться. Поэтому всё зави­сит от вас. Я все­гда боюсь уни­вер­саль­ных сове­тов, потому всё доста­точно точечно. Какие у вас отно­ше­ния с ребён­ком? Если вы бои­тесь нака­зы­вать, это про­блема ваша, а не его. Надо с вами раз­би­раться, почему вы этого бои­тесь, почему вы его бои­тесь перелюбить.

Поэтому я и говорю, что любви много не бывает. Но ведь есть опре­де­лён­ные кон­структы вос­пи­та­ния, в част­но­сти дис­ци­плина, вза­и­мо­от­но­ше­ния, ува­же­ние к взрослому.

Любовь – это не зна­чит, что ребё­нок, кото­рому 14 лет, может дать пуб­лично пинка маме или папе, при всех ска­зать – «Батяня!» Это не то, это пани­брат­ство такое, неува­жи­тель­ное отно­ше­ние. Почи­тайте про Дмит­рия Лиха­чева, он опи­сы­вает дет­ство – и какой потом могу­чий чело­век вырос! Нужно разо­браться, а что у вас, почему вы бои­тесь. Я боюсь – почему, чего я боюсь кон­кретно – вот с этим нужно работать.

– Татьяна напи­сала, что её подруга посто­янно в кон­такте с ребён­ком, она вклю­чена, пони­мает его с полу­слова, но у неё боль­шой страх ска­зать ребенку «нет».

У подруги ребе­нок вечно сидит на ней, она всё делает за него: напи­сать рефе­рат, помочь выпол­нить зада­ние – это мама. Он знает, что мама при­дёт и всё раз­жует, и напря­гаться не надо. И вот, навер­ное, на фоне такой подруги, может быть, страх у самой Татьяны, как не стать таким родителем.

– Не нужно этого делать. Мы же пре­красно пони­маем, что ребё­нок дол­жен, напри­мер, само­сто­я­тельно наде­вать на себя вещи. То же самое и здесь – не нужно делать за ребенка рефе­рат, вы должны это пони­мать. Есте­ственно, если за меня будут делать всё, я тоже к этому привыкну.

Вы должны это пони­мать,  ведь есть, по-моему, некие таб­лицы согласно воз­расту: что ребё­нок дол­жен уметь в один год, в два, в три и так далее. Откройте, посмот­рите – понятно, что всё это с учё­том инди­ви­ду­аль­ных особенностей.

Не надо об оцен­ках пере­жи­вать, вы должны пере­жи­вать о ребёнке, а не об оценке. Мало ли что – он запнулся, забыл, может быть, не выспался и так далее, но вы за эту оценку что его руга­ете? Вам же важны отно­ше­ния с ребёнком.

Не нужно делать за него то, что он дол­жен делать в свои десять лет. Он дол­жен в десять лет заправ­лять кро­вать, мыть за собой посуду, уметь разо­греть себе в мик­ро­вол­новке еду… Опека – это не любовь, пони­ма­ете. Любовь – это то каче­ство, кото­рое помо­гает ребенку в даль­ней­шем быть взрос­лым – вот с этой сто­роны я смотрю.

– А мно­гие путают любовь с заботой…

– Мы забо­тимся о своих детях, это понятно, мы зара­ба­ты­ваем деньги и так далее. Но вы должны посте­пенно ото­дви­гать гра­ницы заботы от них.

Если маль­чику 14 лет, он может в душе само­сто­я­тельно мыться, и не надо кон­тро­ли­ро­вать, как он вымыл уши и всё осталь­ное. Через какой-то про­ме­жу­ток вре­мени вы должны отка­заться от про­верки домаш­ней работы, вы должны пояс­нить ему, что учёба – это твой выбор, это твоя задача, ты учишься, тебе это надо,  а не мне.

hello html 1dca5047 1 - Родительская любовь: почему перелюбить детей невозможно?

И вот, когда вы при­ни­ма­ете это реше­ние, ослаб­ля­ете кон­троль, тогда ребё­нок начи­нает вклю­чаться, потому что он пони­мает, что ему нужно куда-то идти рабо­тать. Вы гово­рите о том, что хорошо, вот есть работа двор­ника, вот есть работа кон­сьержа, есть работа води­теля авто­буса, есть вот это – вот, смотри, куда ты хочешь идти учиться.

Ты быть кон­сьер­жем хочешь – но это 15 тысяч. И вы ему всё это рас­пи­сы­ва­ете, вы раз­го­ва­ри­ва­ете с ним как со взрос­лым, и он пони­мает: так, навер­ное, я кон­сьер­жем не буду. А для того, чтобы не так – нужно посту­пить, а чтобы посту­пить, нужен про­ход­ной балл, и вот это, вот это, вот это…

Моти­ва­ция должна нахо­диться внутри. Помо­гите, чтобы у него была внут­рен­няя моти­ва­ция. Не ваша внеш­няя, кон­тро­ли­ру­ю­щая, а внут­рен­няя, тогда он достиг­нет чего-то. А иначе вы до гро­бо­вой доски будете кон­тро­ли­ро­вать его вме­сте с ним.

– Сей­час много людей нас услы­шало, и роди­тели зада­ются вопро­сом: а я люблю сво­его ребёнка? Доста­точно я его люблю или недо­ста­точно? Как роди­телю понять, доста­точно он любит или недо­люб­ли­вает, или, может быть, пере­люб­ли­вает. Как опре­де­лить – по каче­ству отно­ше­ний с ребён­ком, или есть какие-то маркеры?

– Думаю, мно­гое зави­сит ещё и от воз­раста. Если ребёнку три года – это один мар­кер; если ему четыр­на­дцать – дру­гой мар­кер. Давайте возь­мём четыр­на­дца­ти­лет­него. Когда ребё­нок обра­ща­ется к вам за помо­щью, когда ребё­нок хочет с вами пого­во­рить, вклю­чает вас в какое-то обсуж­де­ние, в какие-то про­цессы – зна­чит, у вас есть отношения.

Что такое любовь? Любовь – это вза­и­мо­от­но­ше­ния, и чем глубже у вас отно­ше­ния, тем глубже у вас раз­го­воры –  а зна­чит,  с любо­вью всё нормально. 

Если этих раз­го­во­ров нет, если школа, порт­фель, купили одежду, то, сё, пятое, деся­тое, накор­мить и одеть – то тогда там любви нет, там есть про­сто парал­лель­ная жизнь, о кото­рой я сего­дня гово­рил. Поэтому смот­рите по уровню взаимоотношений.

Чем старше ста­но­вится ребе­нок, чем глубже ста­но­вятся раз­го­воры и вза­и­мо­от­но­ше­ния, тем они  более искрен­ние, тёп­лые. Понятно, что с кро­хой, кото­рому три года, вы не будете гово­рить про базаль­ные ган­глии, про миро­зда­ние и так далее. Вы будете гово­рить на языке ребятёнка. 

Я дал бы именно такой мар­кер: посмот­рите, насколько глу­боки ваши отно­ше­ния, и насколько ребё­нок, кото­рому четыр­на­дцать лет, часто при­хо­дит к вам. Вот если вы его не будете звать – он пой­дёт к вам за помо­щью, или нет? Напри­мер, про­ве­дите экс­пе­ри­мент в тече­ние недели.

Он, кроме как поесть и где моя пижама лежит, у вас ни о чём не спра­ши­вает? По всей види­мо­сти, что-то не так с вашей любо­вью и с вашими вза­и­мо­от­но­ше­ни­ями. И поэтому тогда ско­рее выхо­дите на тропу постро­е­ния вза­и­мо­от­но­ше­ний. Но помните о том, что когда вы стро­ите отно­ше­ния, вы исклю­ча­ете крики.

Выучи­тесь слу­шать ребёнка, выучи­тесь пони­мать ребёнка.  И не ребёнка – уже под­ростка. И посте­пенно эти вза­и­мо­от­но­ше­ния вы смо­жете выстроить.

Беседа состо­я­лась на радио «Теос»

Соб. инф.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки