Ультрасовременный ребенок. Современная психология. — Алла И. Баркан

Ультрасовременный ребенок. Современная психология. — Алла И. Баркан

(10 голосов3.8 из 5)

Эта книга о таланте тер­пе­ли­вой любви. Все роди­тели меч­тают о послуш­ном тихом «анге­лочке», кото­рого любить – одно удовольствие!

Но вме­сто анге­лоч­ков жизнь посто­янно под­со­вы­вает нам упря­мых фана­тов ком­пью­те­ров, пле­е­ров и бес­ко­неч­ных SMS-ок, страст­ных чита­те­лей комик­сов и гла­мур­ных жур­на­лов. Сего­дня они – гей­меры, а зав­тра – рокеры, а то и зага­доч­ные эмо­киды или дети-индиго. Но под любой мас­кой они – дети, кото­рым все­гда нужны наша без­услов­ная любовь и тер­пе­ние, тер­пе­ние, терпение…

Как понять их, таких раз­ных и непо­нят­ных? Как не порвать свя­зу­ю­щую нить? Уви­деть в своем уль­тра­со­вре­мен­ном ребенке неза­щи­щен­ную дет­скую душу вам помо­жет педи­атр, дет­ский пси­хо­лог, док­тор меди­цин­ских наук, про­фес­сор, а также мама и бабушка Алла Баркан.

Тем, кото­рых любила, люблю и все­гда буду очень любить…

Несколько слов вместо предисловия, или Мой первый серьезный роман

Мне было только восем­на­дцать, а может, не было и их… И я, подобно Гар­ган­тюа, пыта­лась про­гло­тить весь мир, не в силах насы­титься его нескон­ча­е­мыми соблаз­нами, насла­жда­ясь бук­вально всем – от зер­каль­ных капе­лек росы, в кото­рых пре­лом­ля­лась чистота всех утрен­них надежд, до маня­щего к пла­нете Малень­кого принца, раз­ве­ва­ю­ще­гося как флаг-шатер над голо­вой и тре­пе­щу­щего этим фла­гом неба, посто­янно, как хаме­леон, меня­ю­щего цвет – от зову­щей в даль, за гори­зонт, голу­бой мечты до чер­ноты невзна­чай про­ли­той кем-то туши…

Но… голу­бую мечту все чаще и чаще виза­жи­ро­вали стаи про­дрог­ших серо-мыши­ных туч, а про­ли­тую кем-то тушь под­све­чи­вали свет­лячки мер­ца­ю­щих в ночи звезд… И это мер­ца­ние напо­ми­нало мне почему-то мер­ца­ние моей соб­ствен­ной, пол­ной тайн и зага­док, души, мер­ца­ние еще не обрет­шей сво­его истин­ного смысла, куда-то «бегу­щей по вол­нам» жизни, хоть я и топ­та­лась тогда еще только в дельте русла своей судьбы, не дога­ды­ва­ясь о рука­вах ее разветвления…

Это было уди­ви­тель­ное время полета без кры­льев, напо­ми­на­ю­щее цветы розо­вого лотоса, рас­кры­ва­ю­щи­еся на вос­ходе солнца. Это было время встречи рас­света с жур­ча­щей ручей­ком, еще по-дет­ски невин­ной душой. Это было время Надежды…

И вдруг в моей жизни появился Он… хотя раньше были только они.

Я учи­лась на пер­вом курсе меди­цин­ского инсти­тута и меч­тала стать дет­ским вра­чом, несмотря на то что все мои зна­ния о детях заклю­ча­лись тогда лишь в одной-един­ствен­ной фразе, посто­янно вдалб­ли­ва­е­мой сту­ден­там на раз­ных кафед­рах педи­ат­ри­че­ского факуль­тета, неза­ви­симо от их про­филя, авто­ри­тарно заяв­ля­ю­щей, что ребе­нок – это «не взрос­лый в мини­а­тюре»… Но кто, кто же он? Никто точно не знал, как, впро­чем, не знаю и я до сих пор, ища всю свою жизнь этот ответ. А когда вдруг каза­лось – уже нахо­дила, он был непо­вто­рим, как мгно­ве­ние жизни, исче­зая из памяти вме­сте с мгно­ве­нием, эфе­мер­ным, как вся наша жизнь.

Но тогда, но тогда…

У Него были глаза медо­вого цвета. Во вся­ком слу­чае, когда мне нако­нец уда­лось загля­нуть в них, я уви­дела это. Не янтар­ного, а медо­вого, хотя взгляд Его был совсем не медо­вым, а с каким-то при­вку­сом горечи. И к нему невоз­можно было при­лип­нуть, даже чтобы поце­ло­ваться зрач­ками. Нет, нет, нет, он не обе­щал ника­кого медо­вого месяца со дня нашего зна­ком­ства, а был усколь­за­юще-мимо­лет­ным, про­ле­тев­шим мимо меня, как сча­стье, кото­рое я потом испы­тала, обща­ясь с Ним. Но все это было потом. А тогда, а тогда…

Я ощу­тила его пол­ней­шее без­раз­ли­чие к моей соб­ствен­ной пер­соне, уже успев­шей какими-то неве­до­мыми мне, таин­ствен­ными чарами при­тя­нуть к себе ему подоб­ных, только более зре­лых и опыт­ных. И это заста­вило меня вновь обра­тить на себя его вни­ма­ние посред­ством магии взгля­дов. Но на этот раз все ока­за­лось напрас­ным. Он вообще больше не реа­ги­ро­вал на меня, хотя я вос­тор­женно и шеп­тала ему на ушко рож­да­ю­щи­еся во мне слова:

Будешь кого-то с ума сводить

Сво­ими гла­зами медо­вого цвета…

Разве ты зна­ешь об этом, малыш,

Разве ты зна­ешь про это?

Но он совер­шенно не думал о буду­щем, погру­жен­ный только в себя, отго­ро­жен­ный от меня, как забо­ром, своей отре­шен­но­стью – бег­ством от соб­ствен­ной жизни, себя самого и от этой боль­нич­ной палаты, в кото­рой, каза­лось, даже потолки и стены были пере­бин­то­ваны штукатуркой.

И тогда нако­нец я реши­лась… при­жать неж­ное тельце к себе…

Ему было всего шесть-семь недель от роду. И все эти недели он лежал здесь, в боль­нице, никем не при­лас­кан­ный и никем не цело­ван­ный, малень­кий зяб­ну­щий неж­ный комо­чек с про­дрог­шим сердцем.

Я взяла его на руки, с тру­дом удер­жав, потому что он начал вдруг тре­пе­тать, словно лань, содро­га­ясь от соб­ствен­ных серд­це­би­е­ний, пре­вы­ша­ю­щих ско­рость экс­пресса. Мне каза­лось, что он пре­вра­тился весь в сердце. Оно, как окку­пант, вытес­нило в мгно­ве­ние из него все дру­гие органы и системы. Это было горя­щее сердце Данко.

Я боя­лась, что его безум­ный огонь про­сто спа­лит ребенка. А он тре­пе­тал… и дро­жал как оси­но­вый лист, хотя весь был уку­тан сло­ями пеле­нок, как заку­тан кочан капуст­ными листьями.

Я взяла его на руки. При­жала к себе. А он, он… отшат­нулся вдруг от меня, чуть не выпав из рук. Наши взгляды столк­ну­лись, как фары двух летя­щих навстречу друг другу «мер­се­де­сов» с испор­чен­ными тор­мо­зами. Я едва удер­жа­лась сама, чтобы так же, как он, не отшат­нуться… Он смот­рел на меня, содро­га­ясь от… ужаса… содро­га­ясь от дикого ужаса, леде­ня­щего душу безум­ного ужаса, отвер­гая меня в своем него­до­ва­нии… не скры­вая свое край­нее изум­ле­ние… Он не знал еще тайны магии наших рук, тайны при­кос­но­ве­ний, чело­ве­че­ской неж­но­сти?! Он не знал, что такое Любовь… Он… боялся… боялся… Любви?!

– Коля, Коленька, – вырва­лось вдруг у меня, когда кон­чи­лась пауза оцепенения.

– Да какой он там Коленька, – про­ши­пела убор­щица. – Он вообще в пер­вый раз услы­хал свое имя. Можно даже и Колька, ведь так будут звать его в дет­ских домах и при­ю­тах. А нам неко­гда здесь назы­вать всех по имени. Видишь же, сколько бро­шен­ных в нашей боль­нице. Наро­жают и бро­сят. А нам отве­чать да выра­щи­вать их… Поняла или нет?

– Но в исто­рии его болезни напи­сано, что роди­тели живы, есть мама и папа.

– Да ты про­сто чуд­ная какая-то, что ли. Если б не было мамы и папы, не было б и его. Хочешь стать педи­ат­ром, не зная даже самых обыч­ных вещей. Я теперь пони­маю, зачем вам, сту­ден­там, с «мало­лет­ства» при­ду­мали прак­тику: чтобы с пер­вого курса уже отбра­ко­вы­вать тех, кто вроде тебя, назы­ва­ю­щих Колень­ками совер­шенно без­род­ных и лиш­них детей.

– Лиш­них… лиш­них детей?! – Я забыла, кто я и где я.

Мой про­тест выплес­нулся сти­хийно, как река в навод­не­ние, выйдя из бере­гов, зали­вает собой всех и все без разбора.

Ее «лиш­них» настолько вывело меня из себя, что, сле­дуя ее соб­ствен­ной тер­ми­но­ло­гии, я тут же «отбра­ко­вала» из всего встре­чен­ного мной здесь обслу­жи­ва­ю­щего пер­со­нала лишь только ее, заявив совер­шенно оше­лом­лен­ной жен­щине что-то вроде того, что самой «лиш­ней» в этом отде­ле­нии боль­ницы для груд­нич­ков, а осо­бенно в палате для «бро­шен­ных» детей, явля­ется она сама. Хорошо еще, что в этом начи­на­ю­щемся состо­я­нии аффекта, про­мчав­шемся как мгно­вен­ный сквоз­няк, у меня хва­тило ума все выска­зать ей в ино­ска­за­тель­ной форме, как под­ска­зы­вала моя вечно ною­щая зуб­ной болью дели­кат­ность… Но житей­ски умная убор­щица-няня пре­красно уви­дела, что было на «блю­дечке с золо­той кае­моч­кой». И, к сво­ему соб­ствен­ному удив­ле­нию, как и к моему, про­сле­зив свою душу до дна, неожи­данно бро­си­лась вдруг за новой, еще даже не сти­ран­ной, правда сочно уже про­штам­по­ван­ной казен­ной боль­нич­ной печа­тью, рас­па­шон­кой для Коленьки, чтобы он нако­нец тоже понял, что, ско­рее всего, для него начи­на­ется новая жизнь.

Не знаю, как для него, но для меня она нача­лась. Это было состо­я­ние тихой неж­ной роман­ти­че­ской влюб­лен­но­сти, когда целый сол­неч­ный мир кон­цен­три­ро­вался в зрач­ках малень­кого несмыш­ле­ныша. Это было состо­я­ние какой-то сверхъ­есте­ствен­ной при­вя­зан­но­сти, напо­ми­на­ю­щей собою пово­док, длина кото­рого не пре­вы­шала мил­ли­метра. Это было состо­я­ние поло­во­дья рас­та­яв­ших вдруг во мне еще ранее почему-то неве­до­мых, свет­лых радуж­ных чувств. Это было осо­бое состо­я­ние какого-то совер­шенно безум­ного сер­деч­ного вле­че­ния, как пред­теча Боль­шой Любви…

Я с тру­дом дожи­да­лась конца заня­тий, ино­гда сбе­гала и с лек­ций, лишь бы только быст­рее уви­деть Его. Ритм жизни моей сов­па­дал теперь с рит­мом его сердцебиений.

И его леде­ня­щий меня раньше ужас от моих про­яв­ле­ний чело­ве­че­ских чувств посте­пенно рас­таял, как лед в сердце Кая от горя­чих слез Герды в холод­ных чер­то­гах Снеж­ной королевы.

Я сама пре­вра­ти­лась вся в неж­ность и ласку, хотя наше бес­по­лое вос­пи­та­ние в те вре­мена и при­рав­ни­вало это все к «смерт­ным гре­хам». Но меня еще вовсе не тро­гало, что же ска­жет по этому поводу обо мне гри­бо­едов­ская кня­гиня Марья Алек­се­евна. И, забыв о деви­чьей гор­до­сти, как пуш­кин­ская Татьяна, пишу­щая письмо, я теперь каж­дый день бук­вально очертя голову спе­шила на сви­да­ние к малень­кому маль­чику в дет­скую боль­ницу, в кото­рой дер­жали его теперь уже только из мило­сти, оття­ги­вая неми­ну­е­мую встречу с холо­дом казен­ного Дома ребенка.

Я бежала к нему на сви­да­ние, поза­быв про сви­да­ния со сво­ими преж­ними роман­ти­че­скими при­вя­зан­но­стями, не реа­ги­руя даже на бес­ко­неч­ные рисунки с изоб­ра­же­нием себя в инсти­тут­ской мно­го­ти­ражке, талант­ли­вые рисунки нашего луч­шего сту­ден­че­ского худож­ника, почему-то выбрав­шего из всего мно­го­цве­тия деву­шек своей музой меня. И хотя про эти рисунки гово­рил весь инсти­тут, они были мне без­раз­личны. А когда нако­нец сам худож­ник, посто­янно под­са­жи­ва­ю­щийся ко мне на объ­еди­нен­ных лек­циях наших двух факуль­те­тов (у него должна была быть дру­гая спе­ци­аль­ность), так и не дождав­шись моей бла­го­дар­но­сти, потря­сен­ный моим без­раз­ли­чием, откры­тым тек­стом, поза­быв о воз­мож­но­стях метода снов Веры Пав­ловны в романе «Что делать?», рас­крыл мне все свои карты, я лишь только побла­го­да­рила его за вспых­нув­шее ко мне чув­ство, ска­зав, что вовсе не достойна его и что мне очень жаль, что, сама не желая того и не помыш­ляя об этом, я раз­бе­ре­дила его душу, потому что теперь пони­маю, «что это такое…». И тут же помча­лась в инсти­тут­скую мно­го­ти­ражку со сво­ими новыми сти­хами о любви, сти­хами, посвя­щен­ными… не ему… хотя для него там и был мой ответ: «Я не хочу тебя обна­де­жи­вать, сердце твое собой растревоживать…»

И хотя мое «это такое» было нечто дру­гим, оно тоже напо­ми­нало мне чем-то неброс­кую неж­ную пастель­ную живо­пись, кото­рой поль­зо­вался мой худож­ник, а может быть, про­сто едва уло­ви­мую про­зрач­ную аква­рель… Но аква­рель­ные краски раз­во­дятся на воде, а я уже нахо­ди­лась во вла­сти транса от воз­дей­ствия какой-то стран­ной горю­чей смеси зата­ен­ных воз­вы­шен­ных чувств, пре­вра­тив­шей со вре­ме­нем эту реаль­ность в ска­зоч­ный и вол­шеб­ный роман.

Я брала Его на руки, при­жи­мала к себе его хруп­кое, неж­ное тельце, обни­мала и гла­дила, мне хоте­лось его цело­вать, хотя я и счи­тала тогда поце­луи откро­ве­нием выс­шей любви, до кото­рой бы надо еще дотя­нуться, ведь ее высота – высота Эве­ре­ста. А тут малень­кий маль­чик вдруг вызвал во мне недо­ступ­ное еще жела­ние, на кото­рое я нало­жила сама ради соб­ствен­ных прин­ци­пов вето.

Я влю­би­лась в него без оглядки. Я ему поку­пала игрушки, я ему при­но­сила цветы, я ему гово­рила слова, от кото­рых кру­жи­лась моя голова. Я уже не могла без него. И он так, как под­сол­нух весь тянется к солнцу, уже начал тянуться ко мне. Исчез сумрак в медо­вых гла­зах… под­сла­сти­лась медо­вая горечь…

И одна­жды, одна­жды все личико, когда я накло­ни­лась к нему, его вдруг осве­ти­лось улыб­кой, словно вспых­нула искра во мгле. Маль­чик начал гулить, а потом засме­ялся… Зама­хал мне сво­ими ручон­ками, даже ножки его что-то мне сооб­щали. Он боялся, что я вдруг уйду, и хотел при­влечь этим внимание.

Он сме­ялся, как звезды на пла­нете над нами, где живет до сих пор еще Малень­кий принц…

– Вы свер­шили с ним чудо, – услы­шала я, – эти дети совсем не кон­тактны. А у Коли, у Коли сей­час я уви­дела насто­я­щий, есте­ствен­ный ком­плекс ожив­ле­ния, свой­ствен­ный лишь мла­ден­цам с нор­маль­ным раз­ви­тием в столь ран­нем возрасте.

– Вы уви­дели ком­плекс? Маль­чик заком­плек­со­ван? – Я смот­рела на док­тора Коли уже сквозь пелену начав­ших моро­сить по моим щекам слез.

Док­тор все поняла.

– Этот ком­плекс – самый нуж­ный из всех наших ком­плек­сов. Это ком­плекс здо­ро­вья ребенка, под­твер­жда­ю­щий норму раз­ви­тия. А ведь мы все ему выстав­ляли задержку в раз­ви­тии. И диа­гноз был пра­виль­ным. Но… Вы смогли заме­нить ему мать. Вы его вос­кре­сили для жизни. Я об этом должна сооб­щить в дека­нат, хотя раньше все­гда была про­тив посе­ще­ния наших детей пер­во­курс­ни­ками. А теперь пони­маю, как важно, что сту­денты при­хо­дят сюда, хотя Вы нестан­дарт­ная вовсе сту­дентка, каж­дый день с ним, а не раз в неделю.

Она так же, как я, лико­вала, объ­яс­нив мне все про этот ком­плекс. Этот ком­плекс – осо­бый этап и важ­ней­шая сту­пень раз­ви­тия для здо­ро­вых детей, лиш­ний раз гово­ря­щий о том, что у них все в порядке, все в норме, все течет как по маслу и будет так течь, лишь бы мы их любили, как прежде. Их улыбки и смех, вор­ко­ва­ние, танцы ручек и ножек нам все­гда сооб­щают о том, что они нами очень довольны, наша неж­ность им очень нужна, наши ласки им необ­хо­димы, что они любят нас, как мы их. Ну а дети, кото­рых не любят, не спо­собны любовь пока­зать. Они про­сто не знают, что это такое, увя­дая без этого чувства.

И тогда я реши­лась спро­сить педи­атра, как мне Коленьку усы­но­вить. Мне каза­лось, что это – един­ствен­ный выход в лаби­ринте его несчаст­ли­вой судьбы.

– Вам хоте­лось бы Коленьку усы­но­вить… В Вашем воз­расте усы­но­вить бро­шен­ного ребенка… Я такого еще не встре­чала! – Оче­видно, я ей пока­за­лась при­шель­цем, не сумев­шим вер­нуться на свой НЛО. – Но зачем его усы­нов­лять, он ведь вре­менно бро­шен­ный, не насо­всем. Его мама в боль­нице лежит после родов, лечится от депрес­сии. Папа даже при­хо­дит на него посмот­реть. Был, наверно, два раза.

– Всего только два? За три месяца был лишь два раза? Да какой же он папа? Чужой человек!

– Нет, он про­сто не знает, как с ним обра­щаться. Я сей­час же ему позвоню. Сообщу, что сего­дня уви­дела. Может быть, обой­дется без Дома ребенка. Может быть, све­кровь как-то помо­жет, пока мама болеет. Может быть… Надо бы мне Вас с ним позна­ко­мить… Может быть, Вы понра­ви­тесь папе…

– Папе Коли? Зачем?

– Боже, как Вы наивны. Пер­вый курс лишь пре­лю­дия жизни.

* * *

Я летела как будто на кры­льях в боль­ницу, чтоб на сле­ду­ю­щий день ода­рить малыша за неза­ком­плек­со­ван­ный ком­плекс, за его начав­шее уже про­сы­паться род­ни­ко­вое чув­ство ко мне… Я летела в боль­ницу с охап­кой гвоз­дик и корич­не­вым плю­ше­вым мишкой…

Но кро­ватка его ока­за­лась пуста. И во мне что-то вдруг оборвалось…

Я сто­яла с гвоз­ди­ками возле кро­ватки, маши­нально пыта­ясь попра­вить постель, уло­жив на нее задре­мав­шего мишку. Я ждала, что его при­не­сет мед­сестра после оче­ред­ной про­це­дуры, пони­мая, что это конец бес­ко­неч­но­сти, поло­нив­шего меня до мозга костей нового, нестан­дарт­ного чув­ства, не похо­жего на мате­рин­ство, рав­но­цен­ного только ему.

* * *

– Его около часа назад забрал папа домой. – Голос няни-убор­щицы вывел меня из заоб­лач­ных грез, где еще я витала в поис­ках уте­ше­ния. – Вы же сами все сде­лали, чтоб было это. Когда папа узнал, что какая-то девушка хочет усы­но­вить его Колю, момен­тально при­мчался за ним. Объ­яс­нил, что уха­жи­вать будет за сыном его бабушка – папина мать, пока ее невестка в больнице.

И убор­щица-няня, с кото­рой когда-то мне при­шлось выяс­нять отно­ше­ния, поло­жила свою муску­ли­стую руку на мое совсем хруп­кое еще плечо. Но я… я ощу­тила не тяжесть руки, а тепло чело­ве­че­ских чувств. Так, навер­ное, и я когда-то дала Коле понять, что он не один.

Я не знаю, как можно при­вык­нуть к раз­луке, как ее пере­жить без тяже­лых потерь. Знаю только лишь то, что потом при­туп­ля­ется чуть-чуть наша эмо­ци­о­наль­ная боль. Но тогда я не знала об этом. Я жила в состо­я­нии, чем-то похо­жем на «Мисюсь, где ты? где ты?», в состо­я­нии гру­сти и свет­лой печали. Мне уже не хва­тало медо­вого взгляда и искря­щейся свет­лой улыбки. Я искала теперь это в каж­дом ребенке, у всех тех, кто встре­чался мне на пути. Но они были все же не Колей.

Я, как прежде, ходила все время в боль­ницу в ожи­да­нии чуда – вдруг папа вер­нет. И сама же себя убеж­дала – зачем?

А одна­жды, одна­жды я все же реши­лась и набрала извест­ный мне номер… Жен­ский голос отве­тил: «Алло». Я ска­зала: «Звоню из боль­ницы», – и спро­сила, как Коля. «Пре­красно, – был ответ. – Всем боль­шое спа­сибо, что мой сын теперь снова со мной».

И вдруг в трубке послы­шался смех, звон­кий, радост­ный, очень счаст­ли­вый, смех ребенка, кото­рого любят.

А потом я услы­шала – «мама», правда, «мама» каса­лось дру­гой, до сих пор мне неве­до­мой жен­щины, у кото­рой, наверно, про­ре­зался, как зуб муд­ро­сти, вдруг чело­ве­че­ский ком­плекс, да, да, ком­плекс, кото­рого нет, назван­ный ком­плек­сом ожив­ле­ния, – ком­плекс радо­сти, сча­стья и свет­лой любви.

* * *

С той поры утекло уже много воды. Я сама стала мамой, теперь даже бабуш­кой. Но мой пер­вый серьез­ный «любов­ный» роман до сих пор часто перед гла­зами, хотя мне и сего­дня еще не понять, что же было со мной в том «пре­крас­ном Далеко» и какую любовь я тогда испы­тала из нюан­сов ее раз­но­вид­но­стей. Может быть, лишь любовь-состра­да­ние, любовь-жалость или про­сто любовь-вос­хи­ще­ние, вос­хи­ще­ние перед ребен­ком… Но, ско­рее всего, лишь любовь-бла­го­дать… Бла­го­дать для вхож­де­ния в мою про­фес­сию. Ведь, в конце кон­цов, именно эта любовь научила меня быть дару­ю­щим в жизни, не беру­щим, хва­та­ю­щим все на пути, а даря­щим дру­гим хоть частицу себя, если им это необходимо.

Моя жизнь пре­вра­ти­лась в спа­се­ние Коль, и не только с гла­зами медо­вого цвета.

Я сей­час уже мно­гое знаю сама про раз­лич­ные ком­плексы, про их лече­ние и все делаю, чтоб у ребенка рас­цве­тал его самый пре­крас­ный из ком­плек­сов, назван­ный ком­плек­сом ожив­ле­ния, – ком­плекс любви, тот, кото­рый когда-то отнял у меня как раз это вол­шеб­ное чувство.

Я все делаю, чтобы осколки зер­кала злого тролля сей­час нико­гда уже б не попа­дали в сердца наших детей, а осо­бенно мам или пап, чтоб не встре­ти­лась детям Снеж­ная коро­лева, чтоб чер­тоги ее больше б не нахо­ди­лись в отде­ле­ниях дет­ских боль­ниц, в тех пала­тах, где часто лежат и сей­час малыши с зяб­нув­шими сердцами.

Встреча с каж­дым еще незна­ко­мым ребен­ком, у кото­рого уже про­блемы, для меня до сих пор полы­нья среди льда, полы­нья, пред­ве­ща­ю­щая, что лед не вечен, он рас­тает… и может стать даже потом кипят­ком… Надо лишь подо­ждать и набраться тер­пе­ния… И тогда Вы уви­дите сами эти метаморфозы…

Встреча с каж­дым еще незна­ко­мым ребен­ком для меня все­гда – это Событие!

Что с моим пер­вым Колей – не знаю. Думаю, что сей­час он уже и сам папа, неж­ный, лас­ко­вый, любя­щий папа. И что дети его – это дети, о кото­рых я много пишу и кото­рым хочу посвя­тить эту книгу. Его дети, ско­рее всего, наши дети «сего­дня», поко­ле­ние уль­тра­со­вре­мен­ных детей, посто­янно пыта­ю­щихся убе­жать от реаль­но­сти и теря­ю­щихся вре­ме­нами в пути, чтоб суметь загля­нуть, как в замоч­ную сква­жину, в парал­лель­ную сущ­ность миров. Если хочется так загля­нуть, пусть загля­ды­вают, но живут все-таки на Земле, нашей брен­ной Земле, где роса словно зер­кало, но не зер­кало тролля, а отблеск гар­мо­нии и где солнце пыта­ется нам осве­тить нескон­ча­е­мый путь к Озарению.

Воз­вра­щай­тесь на Землю, мои доро­гие! Воз­вра­щай­тесь, вы не пожалеете!

Магистр фило­со­фии, док­тор меди­цин­ских наук, про­фес­сор Алла Баркан

Розы Маленьких принцев

– КТО ВЫ, ДЕТИ?!

– МЫ РОЗЫ МАЛЕНЬКОГО ПРИНЦА.

– ВЫ НАСТОЛЬКО КАПРИЗНЫ?

– НЕ КАПРИЗНЫ, ЧУВСТВИТЕЛЬНЫ.

– ВЫ БАРОМЕТРЫ, ЧТО ЛИ?

– ПОДЛИННОСТИ ВСЕХ ЧУВСТВ.

– РАЗВЕ ЧУВСТВА БЫВАЮТ ИСКУССТВЕННЫМИ?

– ТАК ЖЕ, КАК И БУМАЖНЫМИ РОЗЫ.

– НО В ИСКУССТВЕННЫХ РОЗАХ ЕСТЬ ОСОБАЯ ПРЕЛЕСТЬ – ИХ НЕ НАДО СОВСЕМ ПОЛИВАТЬ, ИМ НЕ НУЖЕН ОСОБЫЙ УХОД.

– А НАМ НУЖЕН УХОД НАШИХ МАЛЕНЬКИХ ПРИНЦЕВ, ЗАМЕНЯЮТ КОТОРЫХ БОЛЬШИЕ РОДИТЕЛИ. МЫ – ЖИВЫЕ, И ИМ НАДО НАС ПОЛИВАТЬ.

– ЗНАЧИТ, ВЫ НЕ БУМАЖНЫЕ РОЗЫ?

– МЫ Ж ВСЕ ВРЕМЯ РАСТЕМ…

– А ЧЕМ ВАС ПОЛИВАЮТ?

– ЛЮБОВЬЮ…

– НО ЛЮБОВЬ ЕСТЬ РАЗЛИЧНЫХ ЦВЕТОВ, ДАЖЕ В РАДУГЕ ВРЯД ЛИ ИХ СЫЩЕШЬ… НО ЛЮБОВЬ ЕСТЬ РАЗЛИЧНЫХ ОТТЕНКОВ… ТАК В КАКОЙ ЖЕ ЛЮБВИ ВЫ НУЖДАЕТЕСЬ?

– В БЕЗОЦЕНОЧНОЙ, ЧИСТОЙ ЛЮБВИ.

– КТО Ж ВЫ ВСЕ-ТАКИ, ДЕТИ?

– МЫ РОЗЫ С ПЛАНЕТ НАШИХ МАЛЕНЬКИХ ПРИНЦЕВ – РОДИТЕЛЕЙ. ТЕХ, КОТОРЫЕ НАС ПРИРУЧИЛИ… ПРИРУЧАЮТ ЕЩЕ ДО СИХ ПОР. МЫ, НАВЕРНО, ИМ ОЧЕНЬ НУЖНЫ.

– КАК ОНИ ПРИРУЧАЮТ?

– РОДИТЕЛЬСКОЙ МАГИЕЙ. ПОДРАСТЕМ И ТОГДА ЛИШЬ ПОЙМЕМ.

– ВАШИ МАМЫ И ПАПЫ ВОЛШЕБНИКИ, ЧТО ЛИ?

– ДЛЯ НАС, ДА. НУ А ЖИЗНЬ РАЗВЕ НЕ ВОЛШЕБСТВО?

– ВЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО – РОЗЫ?

– ДА, РОЗЫ С ПЛАНЕТ СВОИХ МАЛЕНЬКИХ ПРИНЦЕВ – НАШИХ РОДИТЕЛЕЙ, ТЕХ, КОТОРЫЕ НАС ПРИРУЧИЛИ И КОТОРЫХ МЫ ТОЖЕ К СЕБЕ ПРИРУЧАЕМ, ХОТЯ ЭТО НЕЛЕГКОЕ ДЕЛО.

– ДЛЯ ЧЕГО ВАМ ТАКАЯ ВЗАИМОПРИРУЧЕННОСТЬ?

– ЧТОБ ГЛОТНУТЬ ХОТЯ Б КАПЕЛЬКУ СЧАСТЬЯ.

– НО ВЕДЬ КАПЛЯ ЖЕ ЭТО – НИЧТО.

– ДЛЯ СЕМЕЙНОГО СЧАСТЬЯ ДОСТАТОЧНО. КАПЛЯ СЧАСТЬЯ – ТАКОЙ КОНЦЕНТРАТ, ЧТО ЕГО МОЖНО БУДЕТ ПОТОМ РАЗВОДИТЬ ПОЧТИ ЦЕЛУЮ ЖИЗНЬ: КАЖДЫЙ ЧАС, КАЖДЫЙ ДЕНЬ, КАЖДЫЙ МЕСЯЦ…

– ВЫ ХОТИТЕ СЧАСТЛИВОЕ ДЕТСТВО?

– НЕ ОДНО ТОЛЬКО ДЕТСТВО, А ЖИЗНЬ.

– ЗНАЧИТ, ВОТ ДЛЯ ЧЕГО ВАМ РОДИТЕЛИ?

– НУ, ОНИ Ж НАС ПОЗВАЛИ СЮДА, ЧТОБЫ МЫ ПРОДОЛЖАЛИ ИХ ДАЛЬШЕ, ЧТОБЫ ПАМЯТЬ О НИХ СОХРАНИТЬ… ТОЛЬКО КАК ЖЕ НАМ ИМ ОБЪЯСНИТЬ, ЧТО МЫ РОЗЫ ДЛЯ НИХ, А ОНИ ЗАМЕНЯЮТ НАМ МАЛЕНЬКИХ ПРИНЦЕВ, ТЕХ, КОТОРЫЕ ВСЕГДА В ОТВЕТЕ ЗА НАС.

Мы все дети…

Мы все дети с «празд­ни­ком непо­слу­ша­ния» в душе неза­ви­симо от воз­раста, про­фес­сии и дости­же­ний в этой жизни – ака­де­мики ли или лабо­ранты. Это в дан­ном слу­чае не важно. Только взрос­лым этот «празд­ник» посто­янно ради ими­джа при­хо­дится скры­вать. Ну а дети, словно про­во­ка­торы, обычно демон­стри­руют его спе­ци­ально, чтобы выве­сти нас из себя, таким спо­со­бом напом­нив о себе.

Но… мы напо­до­бие ули­ток все равно стре­мимся спря­таться от них, несмотря на жизнь в одной квар­тире, в завитки своих защит­ных рако­вин, порой совсем дико­вин­ных, чтоб остаться лишь наедине с самим собой в каком-то парал­лель­ном мире со своим же соб­ствен­ным ребен­ком, словно он непро­ше­ный попут­чик, под­вер­нув­шийся слу­чайно на пути.

И живем почти все­гда мы за закры­тыми две­рями своих соб­ствен­ных квар­тир, как и сер­дец, в недо­ступ­ных никому мик­ро­ми­рах, со сво­ими «древ­не­гре­че­скими» мифами сего­дняш­него дня, со сво­ими былями, леген­дами, не заду­мы­ва­ясь, что наш бро­шен­ный попут­чик на рас­пу­тье пред­по­чтет дорогу в вир­ту­аль­ный мир, бро­сив также нас, как мы его, на без­до­ро­жье. Бро­сит, разо­ча­ро­вав­шись в нас.

Это мы не подали когда-то свою руку ему в нуж­ный для него момент, а давали только уста­новки, те, кото­рые сего­дня уже скисли, словно молоко. Уста­новки из вчера или поза­вчера, те, кото­рые когда-то полу­чили сами от своих роди­те­лей, их семей­ные релик­вии из глав­ных уста­но­вок поко­ле­ния их соб­ствен­ных роди­те­лей – как достойно жить «сего­дня» в мире…

В каком мире, в чьем? В мире про­шлых поко­ле­ний… уже уне­сен­ных ветром…

Видно, в этом корень всех про­блем Отцов и Детей – в про­ти­во­сто­я­нии вре­мен, когда почти бес­про­блем­ное. Сего­дня, как пла­нета, ока­за­лось в точке, про­ти­во­по­лож­ной Солнцу нынеш­него дня только из-за при­хо­тей Вчера.

Это про­ти­во­сто­я­ние Вчера с Сего­дня застав­ляет Вашего ребенка жить одно­вре­менно в двух мирах, ста­но­вясь дву­ли­ким Яну­сом с взгля­дом сразу в двух раз­лич­ных направ­ле­ниях – в про­шлое и буду­щее… Ну а где же насто­я­щее, та сего­дняш­няя почва, на кото­рой он стоит? Почему пыта­емся его мы обез­ли­чить, соблаз­няя буду­щими днями, поза­быв, что буду­щие дни могут лишь родиться из Сегодня.

Но вот именно это Сего­дня пре­вра­ти­лось вдруг для боль­шин­ства роди­те­лей с при­вив­ками Вчера в совре­мен­ного без­жа­лост­ного мон­стра, ведь оно зом­би­рует детей непри­ем­ле­мыми для Отцов их цен­но­стями жизни. Дис­гар­мо­ния сего­дняш­него дня – неми­ну­е­мый итог про­гресса. И хотя этот про­гресс (научно-тех­ни­че­ский и эко­но­ми­че­ский) идет семи­миль­ными шагами, пси­хо­ло­гия людей и их эмо­ции и чув­ства более кон­сер­ва­тивны и не поспе­вают за про­грес­сом всех вре­мен, в основ­ном топ­чась на месте.

И конечно же роди­тели сего­дняш­них детей не все­гда спо­собны при­ми­риться с роком, рэпом, под­рост­ко­вым сек­сом, матом, слен­гом, нар­ко­ма­нией, алко­го­лиз­мом… Если у них не было подоб­ного пери­ода в своем дет­стве в поис­ках себя. Их совсем не радует, что теле­ви­зор, Интер­нет, мобиль­ный теле­фон, видео­игры… заме­нили им роди­тель­ское вос­пи­та­ние и их авто­ри­тет, что роди­тель­ское слово стало неве­со­мым, в одно ухо лишь вле­тая, а в дру­гое – выле­тая тут же у ребенка, у кото­рого дру­гие иде­алы и дру­гие взгляды на смысл жизни.

Оче­видно, все-таки про­блемы отцов и детей – это прежде всего, видимо, про­блемы лишь кон­крет­ных вре­мен и тра­ди­ций, свя­зан­ных с осо­бен­но­стями своих вре­мен. Если б не дина­мика всей жизни и все годы был только застой, не было б и про­блем поко­ле­ний. Все текло бы как по маслу, тихо, мирно, без каких-то всплес­ков или вспы­шек, нас маня­щих к дру­гим берегам.

Говоря о поко­ле­ниях отцов и их детей, прежде всего под­ра­зу­ме­вают про­ме­жу­ток вре­мени между момен­том рож­де­ния роди­те­лей и момен­том появ­ле­ния на свет их детей. Этот про­ме­жу­ток заметно варьи­рует, как варьи­руют и годы появ­ле­ния пер­вого ребенка: у кого-то уже в 18 лет, у кого-то за 30. Есть даже мне­ние, что поко­ле­ние суще­ствует 33 года, сколько жил на свете Иисус Хри­стос. Однако чаще всего все-таки сего­дня оста­нав­ли­ва­ются на пери­оде в 22 года.

Исходя из этого, в окру­жа­ю­щем нас мире в одной и той же стране одно­вре­менно можно видеть пред­ста­ви­те­лей совер­шенно раз­ных поко­ле­ний со сво­ими кон­сер­ва­тив­ными взгля­дами, сво­его «здесь и сейчас».

И если в быв­шем СССР лишь было известно, что «нынеш­нее поко­ле­ние совет­ских людей будет жить при ком­му­низме», при­чем воз­раст этого «нынеш­него» поко­ле­ния был довольно раз­ным – от додо­баль­за­ков­ского до пост­пост­баль­за­ков­ского, то в США уже не было нынеш­него поко­ле­ния пост­пост­баль­за­ков­ского воз­раста. А к тому вре­мени все насе­ле­ние страны четко под­раз­де­ля­лось на ряд поко­ле­ний с уче­том «ампли­туды смены поко­ле­ний» и, тем не менее, ока­зав­шихся в одной упряжке – или же в виде рети­вого ска­куна, или же в виде ста­рой клячи, со всеми выте­ка­ю­щими отсюда послед­стви­ями: от осо­бен­но­стей пси­хо­ло­гии до осо­бен­но­стей сти­лей жизни.

В своей книге «За пре­де­лами детей Индиго» П. М. X. Эту­о­тер пыта­ется опре­де­лить основ­ные непо­вто­ри­мые каче­ства каж­дого из поко­ле­ний Аме­рики в XX веке.

И если «Сол­да­там Аме­рики» (1901–1924 гг.) было при­суще необык­но­вен­ное муже­ство и они под­дер­жи­вали идеи «вели­кого добра», то поко­ле­ние «Мол­ча­ли­вых» (1924–1942 гг.) уже было поко­ле­нием «раз­би­той мечты», с мен­та­ли­те­том «оди­но­ких в толпе». Это поко­ле­ние дало импульсы к сек­су­аль­ной рево­лю­ции и эпи­де­мии разводов.

А на смену им при­шло после­во­ен­ное поко­ле­ние «Дети Победы» (1943–1960 гг.), так назы­ва­е­мое поко­ле­ние «Беби-Буме­ров», поко­ле­ние, кото­рое явля­ется сего­дня бабуш­ками-дедуш­ками для любого совре­мен­ного ребенка. Это поко­ле­ние «детей Победы» отли­ча­лось от дру­гих «духов­ной эйфорией».

«Беби-Бумеры» под­няли на высо­кий пье­де­стал сво­бод­ную любовь. Это – поко­ле­ние, плы­ву­щее про­тив тече­ния, поко­ле­ние само­раз­ру­ше­ния, поко­ле­ние сози­да­ния в новых тех­но­ло­гиях и сред­ствах связи, поко­ле­ние, вырвав­ше­еся в космос.

На смену «Беби-Буме­рам» при­шло поко­ле­ние «X», или «Поте­рян­ное поко­ле­ние», поко­ле­ние «роди­тель­ского невни­ма­ния», «отверг­ну­тое поко­ле­ние», пред­по­чи­та­ю­щее мгно­вен­ные удо­воль­ствия – «пока­жите-мне-это-прямо-сей­час» – про­дол­же­нию рода… Поко­ле­ние рэпа, рока, депрес­сии. Это также поко­ле­ние деду­шек-бабу­шек наших сего­дняш­них детей и одно­вре­менно поко­ле­ние их мам и пап.

И пред­по­след­нее – «поко­ле­ние Мил­ле­ни­ума» (1982–2001 гг.), тесно сопри­ка­са­е­мое с поко­ле­нием «9/11» (2002–2024 гг.) (адап­ти­ру­ю­щи­еся) – дети сего­дняш­него дня, поко­ле­ние «Y», поко­ле­ние так назы­ва­е­мых детей-индиго с зашка­ли­ва­ю­щим коэф­фи­ци­ен­том интел­лекта и муд­ро­стью не по годам. Во вся­ком слу­чае, так выгля­дят они сей­час по опи­са­нию всех тех, кто под­нял насто­я­щий бум вокруг таких детей.

И хотя услов­ные назва­ния поко­ле­ний роди­те­лей и детей в Аме­рике вряд ли можно сопо­ста­вить с поко­ле­нием людей в быв­шем Совет­ском Союзе, а потом в Рос­сии (от допе­ре­стро­еч­ных до поко­ле­ния пере­стройки), о детях-индиго заго­во­рили бук­вально все. И этот индиго-бум будо­ра­жит умы роди­те­лей буду­щих детей, еще даже не став­ших ими.

Конечно же, без­условно, он удо­бен. Как раз именно то, что надо для оправ­да­ния своих несо­сто­яв­шихся роди­тель­ских амби­ций. Ведь в сущ­но­сти, сле­дуя дан­ным о детях-индиго, Ваш ребе­нок про­блем­ный лишь только из-за своей нестан­дарт­но­сти. При­чем под этой нестан­дарт­но­стью под­ра­зу­ме­ва­ются его неор­ди­нар­ные спо­соб­но­сти. А есть ли они на самом деле, это еще очень боль­шой вопрос. Ведь то, что потрясло пер­вых иссле­до­ва­те­лей этих детей, начи­ная с их муд­рых выска­зы­ва­ний, лиш­ний раз лишь только под­твер­ждает, что пер­во­от­кры­ва­тели детей-индиго не слиш­ком много обща­лись ранее вообще с детьми, довольно туманно пред­став­ляя воз­раст­ные воз­мож­но­сти ребенка и осо­бен­но­сти его нервно-пси­хи­че­ского развития.

Но тем не менее каж­дый из нас – частица какого-то поко­ле­ния, и именно при­над­леж­ность к сво­ему поко­ле­нию необ­хо­дима для само­иден­ти­фи­ка­ции человека.

В своей книге «Поко­ле­ния» авторы Страус и Хоу попы­та­лись дать наи­бо­лее совре­мен­ную клас­си­фи­ка­цию поко­ле­ний, взяв за основу гипо­тезу о «цик­ли­че­ской повто­ря­е­мо­сти опре­де­лен­ных черт усред­нен­ного пси­хо­ло­ги­че­ского порт­рета» людей, счи­тая, что подоб­ное можно видеть через каж­дые четыре поко­ле­ния, состав­ля­ю­щих один цикл.

Согласно клас­си­фи­ка­ции авто­ров этой книги, ана­ли­зи­ру­ю­щих дан­ные начи­ная с XV века до наших дней, каж­дое из четы­рех поко­ле­ний, вхо­дя­щих в цикл, под­раз­де­ля­ется на: про­ро­че­ское поко­ле­ние, поко­ле­ние кочев­ни­ков, геро­и­че­ское и арти­сти­че­ское поколение.

Поко­ле­ние про­ро­че­ское, или иде­а­ли­сти­че­ское (Idealist), по мне­нию Стра­уса и Хоу, – это рево­лю­ци­он­ное поко­ле­ние, созда­ю­щее свои цен­но­сти жизни и пыта­ю­ще­еся эти цен­но­сти отстоять.

Поко­ле­ние кочев­ни­ков, или реак­ци­о­не­ров (Reactve), – это поко­ле­ние разо­ча­ро­ван­ных людей в рево­лю­ци­он­ных пре­об­ра­зо­ва­ниях своих пред­ше­ствен­ни­ков, отвер­га­ю­щее мно­гие мораль­ные цен­но­сти иде­а­ли­сти­че­ского поколения.

Геро­и­че­ское поко­ле­ние, или граж­дан­ское (Civis), – это поко­ле­ние людей, кото­рые пыта­ются отсто­ять уже суще­ству­ю­щие цен­но­сти жизни.

Арти­сти­че­ское, или адап­тив­ное, поко­ле­ние (Adaptive) – поко­ле­ние неуве­рен­ных, оди­но­ких людей, доби­ва­ю­щихся совер­шен­ства в какой-нибудь одной области.

Исходя из этой клас­си­фи­ка­ции, поко­ле­ние «Беби-Буме­ров» отно­сится к про­ро­че­скому поко­ле­нию, а поко­ле­ние «X» – к кочев­ни­кам, поко­ле­ние «Y» – к геро­и­че­скому, а «Новое мол­ча­ли­вое поко­ле­ние», тесно свя­зан­ное с «поко­ле­нием Мил­ле­ни­ума», – к арти­сти­че­скому, или адап­тив­ному, поколению.

К поко­ле­нию «Беби-Буме­ров» отно­сится Билл Гейтс, а Лео­нардо ди Каприо – типич­ный пред­ста­ви­тель поко­ле­ния «X». Анна Кур­ни­кова – уже из поко­ле­ния «Y», а у пред­ста­ви­те­лей послед­него арти­сти­че­ского поко­ле­ния еще име­ется доста­точно вре­мени, чтобы в чем-то себя проявить.

А пока это юное поко­ле­ние, как и все осталь­ные, в отве­ден­ное им эпо­хами время своей непо­вто­ри­мо­стью посто­янно шоки­рует своих роди­те­лей, не все­гда пони­ма­ю­щих своих детей, потому что они забы­вают про соб­ствен­ный «празд­ник непо­слу­ша­ния» в их душе.

* * *

Но этот «празд­ник непо­слу­ша­ния» через несколько деся­ти­ле­тий уже будет напо­ми­нать о себе стар­шим поко­ле­ниям бабу­шек-деду­шек, мам и пап, когда нако­нец завер­шат созда­ние ком­пью­тера, спо­соб­ного запе­чат­леть «каж­дую секунду чело­ве­че­ской жизни».

По мне­нию пре­зи­дента Бри­тан­ского ком­пью­тер­ного обще­ства про­фес­сора Най­джела Шэд­болта, «через два­дцать лет можно будет сде­лать высо­ко­ка­че­ствен­ную циф­ро­вую видео­за­пись всех собы­тий жизни чело­века. Это не вопрос того, может ли это про­изойти, это уже происходит».

И конечно же, посмот­рев на себя со сто­роны в воз­расте сво­его непо­кор­ного и про­блем­ного вечно ребенка, мно­гим ста­нет понятно, что это только лишь вари­а­ции нормы, кото­рая раньше была также свой­ственна им. И есть ли кон­фликт поко­ле­ний – вопрос. Ско­рее всего, он – у нас в голове.

* * *

«Эта моло­дежь рас­тлена до глу­бины души. Моло­дые люди зло­коз­ненны и нера­дивы. Нико­гда они не будут похо­дить на моло­дежь былых вре­мен. Моло­дое поко­ле­ние сего­дняш­него дня не сумеет сохра­нить нашу культуру».

(Над­пись на гли­ня­ном сосуде. XXX век до нашей эры. Древ­няя Вавилония)

Ультрасовременный ребенок, или МЫ и ОНИ

Даже мой мобиль­ный теле­фон виб­ри­ро­вал в руках от дро­жа­щего, как при зем­ле­тря­се­нии, ее взвол­но­ван­ного голоса, умо­ля­ю­щего зайти к ним хотя бы на минутку, потому что… потому что… у моей полу­зна­ко­мой или же полу­при­я­тель­ницы, пови­дав­шей на своем веку все, что угодно, вдруг такое впе­чат­ле­ние, что с ней что-то нелад­ное, что она столк­ну­лась с тем, что и уму непо­сти­жимо. Ее внуки, самые люби­мые на свете, к ней при­е­хав­шие на кани­кулы вме­сте с дру­зьями, уча­щи­еся сего­дня за гра­ни­цей, пре­вра­ти­лись за корот­кий срок в совер­шенно непо­нят­ных ей детей. Нет, нет, нет, не про­сто в стран­ных детей из извест­ной мно­гим пове­сти «Гад­кие лебеди» бра­тьев Стру­гац­ких, а вообще в нечто нево­об­ра­зи­мое… У нее такое впе­чат­ле­ние, что их занес сюда вне­запно НЛО после пре­бы­ва­ния в гостях на незна­ко­мой ей пла­нете, где они успели пере­нять неиз­вест­ные Земле манеры и традиции…

Ну конечно же воочию уви­деть вдруг детей похлеще стран­ных детей в пове­сти Стру­гац­ких для меня было боль­шим соблаз­ном, и, забыв про все свои дела, я мгно­венно согла­си­лась прийти в гости.

* * *

Кроме меня и хозяйки в ком­нате ока­за­лись еще два маль­чика лет две­на­дцати – четыр­на­дцати и две девочки при­бли­зи­тельно такого же воз­раста, не счи­тая самого млад­шего внука моей полу­при­я­тель­ницы – ярко-рыже­во­ло­сого вось­ми­лет­него маль­чишки, с таин­ствен­ным взгля­дом рас­смат­ри­ва­ю­щего всех остальных.

Дети веж­ливо, но маши­нально поздо­ро­ва­лись со мной, про­дол­жая по инер­ции свой раз­го­вор на каком-то стран­ном сим­би­озе язы­ков. Нет, нет, нет, это не была извест­ная всем нам еще с гри­бо­едов­ских вре­мен смесь «фран­цуз­ского с ниже­го­род­ским», это был совер­шенно неве­до­мый мне ранее язык, напо­ми­на­ю­щий собою чем-то пест­рого попу­гая, рас­цве­чен­ного всеми мыс­ли­мыми и немыс­ли­мыми крас­ками и оттен­ками перьев-слов из одно­вре­менно несколь­ких самых попу­ляр­ных на сего­дня язы­ков… Нет, это не была раз­но­вид­ность совре­мен­ного моло­деж­ного сленга… Ско­рее всего, таким был когда-то ново­рож­ден­ный вави­лон­ско-стол­по­тво­рен­че­ский язык, еще окон­ча­тельно не отдиф­фе­рен­ци­ро­ван­ный от дова­ви­лон­ского, общечеловеческого.

Во вся­ком слу­чае, все дети, без конца повто­ряя «о’кей» и «мерси», вре­ме­нами загля­ды­вали в свои элек­трон­ные пере­вод­чики, пере­водя друг другу более про­стран­ные тирады, ска­зан­ные кем-то из них. Но это было лишь в исклю­чи­тельно ред­ких слу­чаях, потому что каза­лось, что каж­дый из этих «гад­ких лебе­дей» вла­дел сразу несколь­кими язы­ками и пре­пят­ствий к обще­нию прак­ти­че­ски не было.

Я дей­стви­тельно в пер­вый раз попала в обще­ство таких стран­ных детей, но это не были свое­об­раз­ные всад­ники апо­ка­лип­сиса бра­тьев Стру­гац­ких, своим пове­де­нием и раз­го­во­рами они ско­рее напо­ми­нали мне экс­пе­ри­мен­таль­ную попу­ля­цию людей буду­щего, сошед­ших с совре­мен­ного Ноева ковчега.

Я под­села к зна­ко­мой мне внучке хозяйки дома, 12-лет­ней Агнессе, уча­щейся в част­ной школе в Швей­ца­рии, при­вез­шей к своей бабушке подружку из Вели­ко­бри­та­нии, попро­сив ее на какое-то время даже стать моей пере­вод­чи­цей, если что-то я не пойму, так как дети не воз­ра­жали про­тив моего при­сут­ствия при их раз­го­во­рах, согла­сив­шись еще и отве­тить на неко­то­рые вопросы.

– Не забудьте спро­сить их, – про­шеп­тала на ухо мне потря­сен­ная сво­ими вну­ками бабушка, пре­по­да­ва­тель рус­ской лите­ра­туры, – что читают они и читают ли что-то вообще, кроме сво­его Интер­нета. Ведь Агнесса, Агнесса, – жен­щина будто бы поперх­ну­лась сло­вами, – уже даже забыла о Пуш­кине, Тур­ге­неве, Гоголе… А мой внук Алек­сей уже про­сто счи­тает: о каком Пуш­кине или Гоголе вообще может идти сей­час речь, когда век Каста­нед и Соро­ки­ных… И зачем читать им всем бумаж­ные книги, когда время аудиокниг.

Да, дей­стви­тельно, в гла­зах этой вос­пи­тан­ной на ста­рых интел­ли­гент­ских тра­ди­циях пре­по­да­ва­тель­ницы лите­ра­туры такие дети каза­лись если и не всад­ни­ками апо­ка­лип­сиса, то по край­ней мере пер­со­на­жами поста­по­ка­лип­сиса – одного из жан­ров науч­ной фан­та­стики, опи­сы­ва­ю­щего жизнь в мире после какой-то гло­баль­ной катастрофы.

А гло­баль­ной ката­стро­фой, ско­рее всего, для нее ока­за­лась неор­ди­нар­ность мыш­ле­ния ее соб­ствен­ных вну­ков, потому что она срав­ни­вала их мыш­ле­ние со своим, зача­тым уже более чем в полу­ве­ко­вой дав­но­сти, что по мер­кам летя­щего вре­мени было, видимо, «до нашей эры». И даже с высоты сво­его интел­лекта, а он был у нее, без­условно, если даже и не на пике Эве­ре­ста, то и не на холме, она не могла понять их «нескон­ча­е­мый бред», к кото­рому невольно при­слу­ши­ва­лась, при­гла­сив теперь также себе в ком­па­ньоны меня.

И конечно же я с любо­пыт­ством, не скры­вая жела­ния познать что-то новое, стала тут же «при­слу­ши­ваться», как и она.

Это были не про­сто совре­мен­ные дети. Это были дети нового века, и этим все ска­зано, для кото­рых Париж, Вена, Лон­дон, Женева, Рим, Афины, Нью-Йорк, Мон­ре­аль… уже были не сим­во­лами, гре­зами и меч­той, а обыч­ной реаль­но­стью, где они побывали.

Это были, ско­рее всего, дети мира, потому что, как я потом позже узнала, у них не было наци­о­наль­но­сти… В каж­дом из них сме­ша­лись раз­лич­ные крови, по три или четыре одно­вре­менно, и они этим только гор­ди­лись, тем не менее чтя свои корни, созда­вая гибрид из них для себя, скре­щи­вая в себе почти несов­ме­сти­мое, как когда-то Мичу­рин создал «сим­биоз» из япон­ской чере­мухи с виш­ней. И при этом счи­тали себя все же рус­скими или же англи­ча­нами… хотя не пони­мали вообще – для чего это все-таки нужно, когда у нас пла­нета – одна, став­шая местом встречи для всех современников.

Слу­шая этих «стран­ных» детей, я вне­запно про­зрела: что для нас было в воз­расте их лишь фан­та­зией, для них стало рутин­но­стью жизни. И куль­тур­ные цен­но­сти Лувра и Уффици, Эрми­тажа, Сикс­тин­ской капеллы зани­мали их ум меньше, чем тех­но­ло­гии совре­мен­ных нови­нок про­гресса этих стран, при­ютив­ших шедевры. И шедевры им были зна­комы, не как нам только по репро­дук­циям или копиям – в оригиналах.

Если нас в их еще юном воз­расте бес­по­ко­или судьбы База­ро­вых и Рах­ме­то­вых нашего вре­мени, а самые зло­бо­днев­ные темы раз­го­во­ров вер­те­лись, как юла, вокруг да около поко­ре­ния кос­ми­че­ских высот и внед­ре­ния в нашу жизнь ком­пью­те­ров, то этих детей вол­но­вало уже совер­шенно дру­гое, потому что им было про­сто невоз­можно пред­ста­вить себе, что чело­ве­че­ство не все­гда путе­ше­ство­вало за облака и вообще могла быть раньше эра бес­ком­пью­тер­ной жизни людей.

Собрав­шись в свое­об­раз­ный кру­жок, мои юные зна­ко­мые, при­кры­вая глаза, насла­жда­лись каким-то зву­ча­нием, исхо­див­шим из стран­ных раз­но­цвет­ных пласт­мас­со­вых коро­бо­чек, кото­рые я видела пер­вый раз в жизни.

– Это так назы­ва­е­мая «Машина Будды», – с тру­дом пыта­лась мне пояс­нить Агнесса, еле воро­чая язы­ком, нахо­дя­ща­яся бук­вально в свое­об­раз­ном трансе от мело­дий, лью­щихся из этих игру­шек, моде­ли­ру­ю­щих буд­дий­ские молитвы.

Нако­нец-то я воочию уви­дела этот аль­тер­на­тив­ный плеер сего­дняш­него дня, ажи­о­таж вокруг кото­рого под­нялся выше самой Под­не­бес­ной, где идея его при­шла в голову дуэту музы­кан­тов Кри­сти­ану Виранту и Чжану Цзяну, спо­соб­ных, как счи­тают поклон­ники их, Вас заста­вить при­слу­шаться даже к абсо­лют­ней­шей тишине. Ну а создан­ная ими эта «Машина…» успо­коит любого, пре­вра­щая поры­ви­стый ветер в сла­бый бриз.

Но, даже слу­шая все девять заколь­цо­ван­ных тре­ков этой новинки, мои новые зна­ко­мые тут же при­ня­лись рас­суж­дать о детях Китая, кото­рые с подоб­ным меди­ти­ру­ю­щим устрой­ством встре­ча­ются уже с ран­него возраста.

Речь пошла о новом китай­ском луно­ходе и об их ровес­ни­ках, меч­та­ю­щих через 20 лет посе­литься на Луне, ведь об этом уже во все­услы­ша­ние заявило китай­ское пра­ви­тель­ство, обя­зав пре­по­да­вать аст­ро­ло­гию и про­во­дить спе­ци­аль­ные тре­на­жер­ные тре­нинги с детьми даже в школах.

Посте­пенно с рас­суж­де­ний о жизни на Луне дети пере­шли на новую игрушку, помо­га­ю­щую вырас­тить сего­дня ино­пла­не­тя­нина в про­бирке. Ока­за­лось, что это пустяк. Надо только лишь купить «Test Tube Alilns» – неболь­шой про­зрач­ный цилиндр высо­той при­бли­зи­тельно 15 см, в кото­ром есть кокон и белое яйцо. Как только цилиндр напол­нится водой, жид­кость нач­нет пузы­риться и из рас­та­яв­шего кокона вылу­пится тот неве­до­мый Вам при­ше­лец, из-за кото­рого Вы и зате­яли всю эту про­це­дуру. О нали­чии в нем «жизни» будет сиг­на­лить спе­ци­аль­ный све­то­диод. Вымыв цилиндр, Вы можете даже покор­мить Вашего при­шельца «слу­гом» – спе­ци­аль­ным порош­ком, нахо­дя­щимся в ком­плекте с игрушкой.

Все это с упо­е­нием рас­ска­зы­вал мне маль­чишка из Канады по имени Алекс, удив­ля­ясь, что я об этом еще ничего не знаю. Дру­гие дети тоже с удив­ле­нием смот­рели на меня, как будто бы я только что сама вылу­пи­лась, как ино­пла­не­тя­нин, из кокона в пробирке.

Меня заин­те­ре­со­вало также то, что жизнь этого при­шельца и про­дол­жи­тель­ность ее зави­сят лишь от сте­пени вашей заботы о нем. При­чем дово­лен он этой забо­той или нет, сиг­на­ли­зи­рует Ваш «ино­пла­не­тя­нин» сам.

Крас­ный цвет, на всех язы­ках пыта­лись объ­яс­нить мне хором дети, по мере воз­мож­но­сти ука­зы­вая на этот цвет на своей одежде, озна­чает, что все о’кей, зато оран­же­вый – что он голод­ный. Чтобы при­ше­лец не уто­нул, его надо спа­сать, как только заго­рится зеле­ный цвет. Но и это еще не все. «Ино­пла­не­тя­нин» дол­жен жить в режиме дня и ночи. И если более 12 часов в сутки он ока­жется в тем­ноте, у него может «оста­но­виться сердце», а если больше 12 часов будет свет, то «частота пульса» его настолько уско­рится, что он про­сто не выдер­жит ее.

– Кто не выдер­жит? – почти начала пони­мать уже я при­чину пани­че­ского состо­я­ния хозяйки квар­тиры после трех­днев­ного обще­ния со сво­ими загра­нич­ными вну­ками и их друзьями.

– Как кто? Этот при­ше­лец. – Агнесса смот­рела на меня в пол­ном недо­уме­нии. – И вообще, – доба­вила моя 12-лет­няя совре­мен­ница, – если Вам не понятны даже такие про­стые вещи, как же мне объ­яс­нить, что о Вашей заботе об этом при­шельце знает все Интернет?

– Интер­нет у вас тоже при­ше­лец, – не скры­вала иро­нии я, неожи­данно тут же поняв, что иро­ния здесь неуместна.

– На сайте про­из­во­ди­теля этой игрушки, – попы­та­лась все-таки втол­ко­вать мне моя мало­лет­няя собе­сед­ница, – все известно, как Вы обра­ща­е­тесь с ней. Он спе­ци­ально так сде­лан. И вообще, – девочка мно­го­зна­чи­тельно посмот­рела на меня, – еще надо Вам знать то, что эти при­шельцы ничего не про­щают, как люди.

Кажется, я уже начала пони­мать, на что мне наме­кала Агнесса.

– У при­шель­цев в инструк­ции даже напи­сано: «Ваш ино­пла­не­тя­нин ничего не забу­дет», – нако­нец пере­стала меня обра­зо­вы­вать Агнесса.

Но я была уже настолько шоки­ро­вана ее рас­ска­зом, что не риск­нула ей больше зада­вать еще какие-то уточ­ня­ю­щие вопросы, боясь, что на мне заго­рится тот самый зеле­ный цвет, опо­ве­ща­ю­щий, что я в этих вопро­сах «тону».

– Но если Вы будете хорошо уха­жи­вать за своим «ино­пла­не­тя­ни­ном», – почему-то решила сжа­литься надо мной девочка, – он уже через две недели может вырасти в длину и в ширину в восемь раз.

– В восемь раз? Да, но если я дей­стви­тельно слиш­ком хорошо буду забо­титься о нем и он будет жить да жить, что тогда: мне при­дется усту­пить ему свою квар­тиру? – Нет, нет, не иро­ни­зи­ро­вала я, а уже почти так начи­нала думать, погру­жа­ясь в новую реаль­ность, мне навя­зан­ную девоч­кой, кото­рая давно уже в ней проживала.

– Но в инструк­ции об этом не напи­сано, – холодно отве­тила Агнесса, с недо­уме­нием пожи­мая пле­чами, про­дол­жая, навер­ное, удив­ляться не только моей неосве­дом­лен­но­сти, но и стран­но­сти логики.

– Лорд, Лорд, – неожи­данно донес­лось до меня, и я услы­шала лай щенка. Самый млад­ший пред­ста­ви­тель этой свое­об­раз­ной диас­поры совре­мен­ных детей, вось­ми­лет­ний Ста­сик, с вос­тор­гом давал команды собаке… собаке, кото­рой в ком­нате не было, во вся­ком слу­чае, я не видела ее здесь, обводя взгля­дом всех и каж­дого, в то же время по новым «при­ка­зам» маль­чика пони­мая, что Лорд, как он назы­вал кого-то, выпол­нял все команды его про­сто с блеском.

Уже больше не сомне­ва­ясь, что дети таким обра­зом лишь разыг­ры­вают меня, устав от моих назой­ли­вых диле­тант­ских вопро­сов, я решила найти любой повод, чтобы, пусть даже и несо­лоно хле­бавши, уйти от них, хотя мне и безумно хоте­лось остаться… Но и стать лишь посме­ши­щем в гла­зах моих малень­ких, но уда­лень­ких совре­мен­ни­ков не каза­лось мне также столь уж пре­крас­ной перспективой.

– Лорд проснулся? – дело­вито спро­сила Агнесса у млад­шего брата.

– Ты же слы­шишь, что да. Сей­час брошу ему лета­ю­щую тарелку…

Пони­мая, что больше тер­петь нельзя и что шоу достигло рас­цвета, я реши­тельно встала со стула и уже было начала про­щаться с детьми… Но в этот момент мой взгляд невольно упал на брата Агнессы, потому что все это супер­со­вре­мен­ное дет­ское обще­ство смот­рело тоже только в его сто­рону, давая ему какие-то «соба­чьи» советы.

Ну надо же, как разыг­ры­вают меня…

Но… на экране ком­пью­тера, нахо­дя­ще­гося в руках ребенка, дей­стви­тельно рез­вился какой-то весе­лый щенок. Или мне уже начало про­сто казаться. Побы­вав в таком обще­стве, это воз­можно. Но моя голова вдруг сама по себе повер­ну­лась в сто­рону весе­ля­ще­гося на экране щенка.

Щенок был… был… живой! И мне это совсем не мере­щи­лось… Это был в самом деле живой щенок, живу­щий в ком­пью­тере, что-то вроде про­дол­же­ния саги об ино­пла­не­тя­нах, про кото­рых только что про­жуж­жала мне все уши Агнесса.

Мне каза­лось, что эти невин­ные шалуны, обла­дая навы­ками гип­ноза, про­сто гип­но­ти­зи­ро­вали меня, пере­ме­стив в иллю­зор­ный мир. Теперь я пони­мала все те эмо­ции, кото­рые бур­лили в бабушке этих детей при встрече с люби­мыми вну­ками, ведь она уже обща­ется с ними несколько дней. А вот я не смогла выдер­жать и часа.

Но, опять чув­ствуя, что пора ухо­дить, я вновь это не осу­ще­ствила на деле, потому что… потому что… этот стран­ный нере­ально-реаль­ный щенок неожи­данно пере­вер­нулся… на спинку… и под­ста­вил живо­тик свой для погла­жи­ва­ния. А маль­чишка при­кос­нулся к экрану лишь палоч­кой – сти­лу­сом… И мне вдруг пока­за­лось, что щенок зами­рает от неж­но­сти!.. Я уже пони­мала, что Лорд не живой, но глаза, но глаза у него совер­шенно живые! Оче­вид­ное – неве­ро­ят­ное! Кар­на­вал в голове! Кто здесь шут и кто шутит? Кто шутит над кем? Зазер­ка­лье Кэр­ролла – ничто по срав­не­нию со мной увиденным.

Я впер­вые уви­дела то, о чем много читала, уже зная, что боты (сокр.  от «роботы») спо­собны заме­нить нам домаш­них живот­ных, хотя они, увы, вир­ту­аль­ные. Вир­ту­аль­ные, да, но ведут себя с нами… «осмыс­ленно».

Как я позже узнала, Лорд был лишь пред­ста­ви­те­лем новой игры, раз­ра­бо­тан­ной широко извест­ной ком­па­нией Nintendo, и в Япо­нии эти игрушки сей­час попу­ляр­нее, чем в свое время были тамагочи.

Так что дети сего­дня спо­собны любить вир­ту­аль­ных щен­ков вир­ту­аль­ной любо­вью. И для них это норма. И буря эмо­ций, если вдруг их щенок про­па­дет, им не свой­ственна. Поте­ря­ешь игрушку – тут же купишь дру­гую. И она будет так же общаться с тобою, как и пер­вая… У нее тот же лай, даже те же повадки… Хотя если щенок про­жил у тебя не одно лишь мгно­ве­ние, то уже обу­чился боль­шему, чем лишь только что куп­лен­ный. Зна­чит, он в самом деле… живой, нере­ально живу­щий где-то там за экра­ном, в Зазер­ка­лье экрана кон­соли… А вокруг лишь трех­мер­ная жизнь… Вир­ту­аль­ная жизнь, кото­рую пута­ешь ты теперь с насто­я­щей… Вир­ту­аль­ный щенок, вир­ту­аль­ная косточка, вир­ту­аль­ная радость обще­ния с ним. Вир­ту­аль­ное чув­ство любви и заботы…

Где гра­ницы зер­каль­ного и зазер­каль­ного? Как вообще это все соче­та­ется в жизни наших детей, под­вер­га­ю­щихся этому неми­ну­е­мому в наше время твор­че­скому экс­пе­ри­менту прогресса?

– Лорд, поешь. – Стал кор­мить щенка маль­чик, под­зы­вая поближе к себе. – Хочешь пить? – В ответ звонко «гав, гав…».

И, не веря, что слышу реально звон­кий лай этой стран­ной собаки, я осмат­ри­вать при­ня­лась вновь ком­нату, где была, чтобы все же найти в ней живого щенка, насто­я­щего, не вир­ту­аль­ного, того самого, кто сей­час лает. Нет, свою пси­хо­ло­гию я не могла пока как-то еще перестроить.

– Лорд, сидеть, – при­ка­зал щенку маль­чик. И щенок, не допив еще воду, стал покорно садиться… А я замерла у экрана кон­соли, смотря на щенка заво­ро­жен­ным взгля­дом. Дети же гово­рили уже о дру­гом. И совсем не о том, о чем мы гово­рили в их годы.

Мне каза­лось – они кора­бель­щики, веда­ю­щие царю Сал­тану про замор­ские чудеса. И хотя вен­цом всех чудес раньше была леген­дар­ная Царевна-лебедь, для сего­дняш­них «кора­бель­щи­ков» и она – это лишь ата­визм, лишен­ный фан­та­зии, несмотря на то что у нее «во лбу звезда горит». И ее чудеса для сего­дня – рутин­ность. Ну поду­ма­ешь, белка орешки гры­зет, пус­кай и золо­тые, чтобы вынуть из них изу­мруд… или… трид­цать три бога­тыря, вышед­шие из моря «на берег пустой». Пус­кай даже «кра­савцы» они «уда­лые» и пус­кай «вели­каны» они «моло­дые»… И пус­кай все равны они «как на подбор»…

На сего­дня все это уже несу­ще­ственно. Совре­мен­ный ребе­нок вос­пи­тан на дру­гих чуде­сах. Совре­мен­ные дети сего­дня могут даже уви­деть трех­мер­ную живую клетку со всеми про­цес­сами, про­ис­хо­дя­щими в ней. Они могут узнать инфор­ма­цию одно­вре­менно о два­дцати двух тыся­чах генов, побро­дить среди самых гигант­ских бел­ко­вых моле­кул, тро­гая их руками. Надо только попасть им в осо­бую ком­нату «Сб», нахо­дя­щу­юся в «цен­тре при­ло­же­ний вир­ту­аль­ной реаль­но­сти» в уни­вер­си­тете Айовы. Лишь наде­нешь очки, дан­ные там тебе, и ока­жешься сразу в «самой реа­ли­стич­ной вир­ту­аль­ной среде на планете»…

А нам хочется, чтобы они про­чи­тали о бел­ках и о бога­ты­рях, пус­кай даже и у гени­аль­ного Пуш­кина. Но… им это уже не понять, как и нам вир­ту­аль­ный их мир.

– Слу­шай, Алекс, ты про­бо­вал хоть раз играть на воз­душ­ной гитаре? – услы­хала я голос Агнессы, отры­ва­ясь от дум.

– Да, попро­бо­вал. Было при­кольно, хотя я инстру­мента не видел.

– Ну а что ты играл?

– Что взбрело тогда в голову.

– Но ты сам же мне уже не раз гово­рил, что мед­ведь насту­пил тебе в дет­стве на ухо.

– И сей­час говорю. Ну и что здесь такого? И зачем для воз­душ­ной гитары вообще нужен слух, когда на ней нельзя сыг­рать что-то непра­вильно. Надо только надеть лишь пер­чатки. А они на экране оран­же­вее апель­сина. Зато, если игра­ешь на ней, чув­ству­ешь себя как рок-звезда…

Мне опять пока­за­лось, что дети решили разыг­рать меня вновь, про­ве­ряя так мой интел­лект. Как воз­можно играть на воз­душ­ной гитаре, не имея совсем музы­каль­ного слуха, наде­вая при этом зачем-то пер­чатки, и не про­стые, под цвет апель­сина? Но… вот именно эти пер­чатки вдруг заста­вили вспом­нить меня о про­чи­тан­ном в прессе про эту гитару, выду­ман­ную совсем недавно в Фин­лян­дии. Но я лишь про­чи­тала о ней. А они ее уже исполь­зо­вали. Мне, читая про это, было лишь любо­пытно, нере­ально и ска­зочно. Для них это же про­сто была повсе­днев­ность, убе­га­ю­щая посто­янно впе­ред, за кото­рой они легко гна­лись, дого­няя, едва она только мино­вала свою черту старта.

Неужели на свете теперь появи­лись две совсем не похо­жие, совер­шенно раз­лич­ные попу­ля­ции совре­мен­ных людей. МЫ – ОНИ.

МЫ – их бабушки, дедушки, мамы и папы, со своей пси­хо­ло­гией из вче­раш­него дня. А ОНИ – совре­мен­ные дети про­гресса, так зашка­ли­ва­ю­щего от своей высоты. Ну и если у нас высота вызы­вает лишь «полеты» голо­во­кру­же­ния, то их чаще всего окры­ляет, несмотря на то, что окры­лен­ность – имприн­тинг их с момента рождения.

* * *

– А мне папа недавно, – стал рас­ска­зы­вать Алекс, – пода­рил необыч­ную книгу.

– Какую? – ожи­ви­лись все вновь.

– Да «Чер­ную магию».

– Про Гарри Пот­тера, – разо­ча­ро­ва­лась мгно­венно Агнесса.

– Тебе только лишь Гарри! Сплош­ные маль­чишки у тебя в голове, хотя ты всего-навсего лишь малолетка.

– И ты тоже не старец!

– Но меня пока еще не вол­нуют девчонки.

– Да, сего­дня еще не вол­нуют, а зав­тра… – И подруга Агнессы, Николь из Бри­та­нии, кинула дерз­кий взгляд на под­ростка. И, совсем не сму­ща­ясь меня, дети начали вдруг дис­кус­си­ро­вать о пре­муд­ро­стях… секса, говоря про такое, что мы все узна­вали только лишь после свадьбы.

– Нет, а я не хочу быть бере­мен­ной вовсе, – под­вела итог всем раз­го­во­рам Николь. – Пере­про­бую раньше все вина, шам­пан­ское, бренди… а потом, может быть, и заду­ма­юсь о ребенке.

– Но при чем тут вино и шам­пан­ское? – пере­спра­ши­вать стал Алексей.

– Да при­том. – И Николь тут же стала рас­ска­зы­вать всем о том, что она испы­тала, когда вдруг подо­шла ее оче­редь в классе взять к себе домой нян­чить младенца.

– Какого мла­денца? – испу­га­лась Агнесса.

– Не совсем насто­я­щего, робота, хотя он совер­шенно живой…

– Как живой. – Дети вслед за Агнес­сой зата­или дыха­ние. Не скры­ваю, я тоже замерла в ожи­да­нии чуда ее повест­во­ва­ния о каком-то младенце.

– Я ж ска­зала – он робот, но кри­чит, как живой, насто­я­щий ребе­нок. Пла­чет так, что тря­сется, и всем недо­во­лен. Надо взять его на руки, чтобы он успокоился.

– Ну а если он робот, его можно же выклю­чить. Зачем надо возиться?

– Не выклю­чишь. Он рас­ска­жет про это учи­телю в классе, что я плохо с ним в доме своем обра­ща­лась. И к тому же его очень жаль. Он несчаст­ный. Ему все не так, только лишь из-за того, что в нем много дефек­тов – у него есть дефекты лица и груди.

– Его в школе у вас уронили?

– Нет, он про­сто «родился» таким.

– Почему? – Да, Агнессу и вправду все так вол­но­вало, будто бы этот робот родился живым.

– Его мама была нар­ко­ман­кой и пила алко­голь, и поэтому он стал таким. А была бы нор­маль­ной, он бы так не страдал…

Мне опять захо­те­лось пощу­пать свой лоб. Как у робота может мама быть нар­ко­ман­кой? Кто здесь схо­дит с ума – они или же я? «Он бы так не стра­дал», – почему-то вер­те­лось в моей голове.

– Да и мама бы тоже. – Я при­слу­ша­лась снова к рас­сказу Николь. – Ведь мла­де­нец кри­чит по ночам, не давая всем спать. Нет, нет, нет, я вообще не желаю даже знать про нар­ко­тики и алко­голь. Может быть, лишь попро­бую чуть-чуть вина… и шам­пан­ского. Я хочу, чтобы дети мои были здоровыми.

Теперь только лишь я спо­хва­ти­лась, о чем речь, что я знала про этого робота раньше, но счи­тала все это пока только вымыс­лом. Ока­за­лось, не вымы­сел – правда. Зна­чит, в Англии и в самом деле уже стали решать часть про­блем, воз­ни­кав­ших у труд­ных под­рост­ков с нар­ко­ма­нией, алко­го­лиз­мом… таким спо­со­бом. Здо­рово! Если это заду­мано как про­фи­лак­тика таких страш­ных зави­си­мо­стей человека.

И опять про­мельк­нуло в моей голове – я лишь только читаю, они это про­буют. Так что трудно понять, кто сего­дня из нас (МЫ – ОНИ) живет все-таки вир­ту­ально и кто реально?

А потом Алек­сей всем нам начал рас­ска­зы­вать, как решил иску­паться, когда был в гостях у при­я­теля в Шта­тах, под струй­ками мод­ного там элек­трон­ного душа, кото­рый све­тился, меняя цвета. Но он выбрал конечно же свой люби­мый – зеле­ный. Вообще, в доме при­я­теля все фан­та­стично. Ну хотя б стран­ный стол в каби­нете отца. Вся поверх­ность его из стекла молоч­ного цвета, и зовут его «Голу­бой глаз». А ведь стол тот дей­стви­тельно «видит». В этом он убе­дился и сам, посто­янно играя с ним. Он то клал на него свой мобиль­ник, то плеер… или что под­вер­нется под руку… А затем нажи­мал лишь на кнопку и… изоб­ра­же­ния всех этих пред­ме­тов момен­тально ока­зы­ва­лись на столе, будто образы были реаль­ными. И он к ним при­ка­сался руками, делая что хотел: вплоть до трю­ков, а не только лишь пере­ме­щая, до сих пор не поняв, где была все же грань между этим реаль­ным пред­ме­том и полу­чен­ным обра­зом изображения.

– Ты до этого что, не встре­чался с систе­мами «рас­ши­рен­ной реаль­но­сти»? – не смог скрыть удив­ле­ния Алекс.

– Вот об этом-то я не поду­мал. Зато, зна­ешь, у нас… – И опять мне каза­лось, что это мере­щится, ведь они гово­рили такое… никак не похо­жее на зна­ко­мое с дет­ства «А у нас в квар­тире газ…». Да, дей­стви­тельно, Мы и Они.

Даже млад­ший бра­тишка Агнессы гово­рил с ними о нано­тех­нике, чипах, робо­тах и о… кло­ни­ро­ва­нии и не верил, что раньше не знали люди о вир­ту­аль­ной реаль­но­сти. Вось­ми­лет­ний маль­чишка меч­тал, что зай­мется био­ин­же­не­рией. Ну а мы в этом воз­расте вряд ли могли себе даже пред­ста­вить, что такое вообще может быть не в фантастике.

Стас про­сил, чтоб Агнесса ему при­везла из Швей­ца­рии летом уже дино­завра, авто­ном­ного робота, совсем живого, и не про­сто живого, а с эмо­ци­ями. И Агнесса нам всем рас­ска­зала, что такой дино­завр дей­стви­тельно создан и явля­ется пер­вой «спро­ек­ти­ро­ван­ной фор­мой жизни». Ему только неделя от роду, хотя он «рож­ден» в юрском пери­оде, и зовут его Pleo. Правда, кто его создал, не помнит.

Алекс тут же достал из кар­мана ком­пью­тер и вошел в Интернет.

– Его создала фирма UGOBF, – уточ­нил он бук­вально мгно­венно. А потом про­чи­тал рас­шиф­ровку. По-англий­ски назва­ние это зву­чит при­бли­зи­тельно так: «You! Go and be!», а по-рус­ски: «Эй, ты! Впе­ред и с пес­ней!» Дети начали тут же сме­яться и сме­я­лись так точно, как мы.

– Ты все­гда с собой носишь ком­пью­тер? – уточ­нила у Алекса я.

– Ну а как же теперь без него? Я обща­юсь так с учи­те­лями, сдаю с ним все зачеты, экза­мены… Могу даже не быть на заня­тиях, но все знаю, что было на них.

Я пред­ста­вила, как он обща­ется с педа­го­гами через ком­пью­тер, как сдает, сидя дома, экза­мен. О таком не меч­тал и Жюль Верн!

– Ну поду­ма­ешь, он обща­ется так с педа­го­гами. А я с мамой в любой момент, как захочу, могу выпить чай или какао, когда мама нахо­дится дома, а я в школе, – вме­ша­лась Николь.

– У Вас «чашки влюб­лен­ных»? – уточ­нила Агнесса.

– Да, конечно, как ты догадалась?

– Потому что сама поль­зу­юсь уже ими, когда очень ску­чаю по луч­шей подружке.

– Натали, что ли?

– Да, Натали.

Я узнала, что «чашки влюб­лен­ных» (Lovers Caps) све­тятся, когда их обла­да­тели делают вдруг син­хронно гло­ток, нахо­дясь на боль­шом рас­сто­я­нии. При­чем вход в Интер­нет их бес­про­вод­ный, а при син­хрон­ном глотке их све­че­ние как поцелуй.

Нико­гда еще я не каза­лась себе столь наив­ной в позна­ниях, необ­ра­зо­ван­ной, как в мгно­ве­ния, когда была здесь с детьми, рас­суж­да­ю­щими совер­шенно реально о совсем нере­аль­ном еще для меня.

– А во что Вы любили играть в нашем воз­расте? – обра­ти­лась ко мне почему-то Агнесса.

– В шашки, шах­маты… – стала пере­чис­лять я какие-то игры, чтоб она поняла то, что и у меня интел­лект все же есть, пус­кай даже в зачатке. – А моей дочери нра­вился кубик Рубика…

– Кубик Рубика, – тут же ожи­ви­лась Николь и достала све­тя­щийся кубик, что-то начав­ший ей говорить.

– Он дей­стви­тельно что-то ска­зал или мне пока­за­лось? – Я смот­рела на девочку, видимо, так, что она, словно малень­кой, мне разъ­яс­нила, о чем кубик сей­час гово­рил. Ока­за­лось, что этот ее кубик Рубика набит весь мик­ро­чи­пами и выстав­ляет уже сам очки за ско­рость сборки себя. При­чем в нем сей­час целых шесть игр, а коли­че­ство уров­ней не сосчитать…

Я решила, что надо про­щаться, еще только лишь пара рас­ска­зов детей, и я про­сто уже начну чув­ство­вать, как пол­зет моя само­оценка с чер­дака в самый низ­кий подвал.

* * *

– Так какую же книгу тебе пода­рил, Алекс, папа? – спо­хва­ти­лась вне­запно Агнесса. – Что за «Чер­ная магия»?

– Ты о ней должна знать, это книга о «Кубке Аме­рики», выпу­щен­ная в Новой Зелан­дии, потому что команда этой страны в год Мил­ле­ни­ума смогла заво­е­вать этот кубок на парус­нике Black Magic и удер­жи­вать эту победу три года.

– К сожа­ле­нию, пока не знала. Ну а что в этой книге магического?

– Как посмот­ришь ты через дис­плей на стра­ницы, а дис­плей что-то вроде бинокля, из стра­ниц выплы­вает модель парус­ника с вир­ту­аль­ными пару­сами, а с дру­гих стра­ниц модель всей этой регаты. Ты чита­ешь реаль­ную книгу, ощу­щая ее виртуально…

* * *

– Ну, и как их беседа? – Хозяйка квар­тиры, не скры­вая вол­не­ния, ожи­дала ответ. – Я забыла Вас пре­ду­пре­дить, чтобы Вы под­ска­зали, что, если не хочется им сего­дня читать Пуш­кина или Гоголя, пусть читают хотя бы «Алые паруса» – для их воз­раста Грин может быть интересен.

– Алые паруса для них слиш­ком реальны, ведь они из реаль­ной мате­рии… А их больше вол­нуют сего­дня, как я поняла, вир­ту­аль­ные, а не реаль­ные… паруса, выплы­ва­ю­щие к ним прямо из книги.

– Как из книги вообще могут выплыть паруса, что-то я не пойму? – В гла­зах жен­щины застыл испуг. – Они Вас зара­зили сво­ими иде­ями, я же Вам гово­рила, что жизнь их в бреду. Что слу­чи­лось с моими люби­мыми вну­ками? Я все­гда была про­тив всех заграниц.

– Загра­ницы-то здесь ни при чем. Про­сто наши фее­рии для них рутинны. Их вол­нуют теперь паруса, мча­щи­еся не к берегу, а к гори­зонту, ну а если вер­нее, за гори­зонт нашего пони­ма­ния жизни.

Мы создали их, но ОНИ – это не МЫ, хотя созданы были по образу нашему и подо­бию, точно так же как люди по образу и подо­бию Бога. Но люди ока­за­лись бес­цвет­ной копией с джентль­мен­ским набо­ром изъ­я­нов. А ОНИ пре­взо­шли даже ори­ги­нал. И теперь невоз­можно понять, что пер­вично здесь и что вторично.

И хотя ОНИ еще стоят в насто­я­щем, интел­лект их уже давно в буду­щем. Но МЫ… Мы… про­дол­жаем оце­ни­вать его еще с пози­ции нашего вре­мени, несмотря на то что это все «ста­ти­сти­че­ски недостоверно».

И пусть даже сего­дня не все совре­мен­ные дети могут жить как Николи, Алексы и Агнессы, зав­тра быстро сотрутся раз­ли­чия, чтоб настало потом послезавтра.

А пока… англий­ские ней­ро­фи­зио­логи раз­ра­бо­тали тех­но­ло­гию чте­ния мыс­лей, помо­га­ю­щую узнать планы чело­века на буду­щее. И воз­можно, что эти планы на буду­щее совре­мен­ных детей и будут спо­соб­ство­вать нашему вза­и­мо­по­ни­ма­нию с ними бла­го­даря основ­ным клас­си­че­ским чело­ве­че­ским каче­ствам, при­прав­лен­ным эмо­ци­ями и чув­ствами, наи­бо­лее совре­менно опи­сан­ными еще в Биб­лии и в эпоху Антич­но­сти за мно­же­ство лет до нашей эры, не пре­тер­пев­ших суще­ствен­ных изме­не­ний за века, несмотря на самые гло­баль­ные ката­клизмы. И вряд ли даже в самых ска­зочно-вир­ту­аль­ных усло­виях про­гресса пере­ве­дутся Каины и Авели, Лоты и Нои, Нар­циссы и нимфы Эхо, Дедалы и Икары, а глав­ное – посто­янно стра­да­ю­щие за свое жела­ние помочь людям Прометеи.

Но даже жерт­вен­ные Про­ме­теи сего­дня спо­собны быть гей­ме­рами или гад­же­то­ма­нами, «болеть» теле­ма­нией или же пле­е­ро­за­ви­си­мо­стью и начи­нать свой жиз­нен­ный путь «из пробирки»…

Среди них воз­можно встре­тить сла­стен и мисте­ров Бинов… Они могут быть лево­ру­кими, обид­чи­выми или демонстративными…

Все это лишь только бро­са­ю­ща­яся нам прежде всего в глаза бле­стя­щая сто­рона их меда­лей, но есть ведь еще и обо­рот­ная, кото­рая более матова и часто бывает суще­ствен­нее, чем все то, что очень бле­стит, при­тя­ги­вая мишу­рой сво­его блеска наше внимание.

И видимо, все Про­ме­теи оттуда.

Дети многозадачности

Совре­мен­ные дети – это, прежде всего, дети мно­го­за­дач­но­сти, потому что сего­дня даже хай-тек-игрушка для малень­ких, не говоря уже о все­воз­мож­ных гад­же­тах для боль­ших, мно­го­функ­ци­о­нальна, и этими функ­ци­ями можно поль­зо­ваться одно­вре­менно. Когда-то нам рас­ска­зы­вали легенды о Юлии Цезаре, кото­рый мог делать несколько дел одно­вре­менно. А вот нам, мол, про­стым смерт­ным, это недоступно.

Однако куда сего­дня Юлию Цезарю до совре­мен­ного ребенка, в срав­не­нии с кото­рым его несколько дел одно­вре­менно нам кажутся про­сто дет­ским лепетом.

Жур­нал «Time» даже назвал совре­мен­ных детей поко­ле­нием «М», где «М» – всего лишь навсего многозадачность.

Совре­мен­ный ребе­нок, слу­шая музыку, пере­хо­дит дорогу и пишет при этом SMS-сооб­ще­ния, разъ­яс­няя про­хо­жим, как добраться до нуж­ного места.

Уче­ные опи­сали даже фено­мен «под­рост­ко­вой мно­го­за­дач­но­сти», под­ра­зу­ме­вая под этим спо­соб­ность одно­вре­менно делать несколько дел сразу. Напри­мер, слу­шать радио, смот­реть теле­ви­зор и при этом сидеть за ком­пью­те­ром, где загру­жен давно уже чат, да еще успе­вая выпол­нять кое-как массу всех домаш­них зада­ний или же гово­рить по мобиль­ному телефону.

Мы при­выкли уже, что ребе­нок в одно ухо встав­ляет науш­ник от пле­ера, чтобы слу­шать дру­гим, что тво­рится вокруг, и участ­во­вать с нами в дискуссиях.

Мы при­выкли уже, что мы с ним раз­го­ва­ри­ваем, а он пишет SMS-сооб­ще­ния и при этом еще оби­жа­ется, если мы делаем заме­ча­ния, потому что ему очень трудно понять, почему все нас так раз­дра­жает, ведь для мно­гих детей это норма.

Совре­мен­ный ритм жизни тре­бует этого. Вре­мени – дефи­цит. Как объ­ять необъ­ят­ное в посто­ян­ном цейт­ноте? Ну конечно же делая мно­же­ство дел в одно время и сразу – чем пло­хой выход.

Может быть, непло­хой, если бы чело­век в самом деле бы был при­спо­соб­лен для подоб­ных задач, ведь ему очень трудно раз­ры­ваться все время между мно­же­ством их.

Если он раз­ры­ва­ется – это стресс, рубя­щий, как под корень, одним махом дере­вья, его тру­до­спо­соб­ность и даже ино­гда интеллект.

Чело­веку сего­дня под­властна пока не любая мно­го­за­дач­ность, и осо­бенно свя­зан­ная с мен­таль­ной актив­но­стью, пере­клю­чать кото­рую с реше­ния одной задачи на дру­гую в одно и то же время для мозга пока про­сто невозможно.

Ребе­нок, делая «сто дел» одно­вре­менно, не кон­цен­три­рует как сле­дует вни­ма­ние, необ­хо­ди­мое для пло­до­твор­ной дея­тель­но­сти. Поэтому вряд ли он смо­жет тща­тельно и верно выпол­нить необ­хо­ди­мое зада­ние. Ско­рее всего, будет мно­же­ство оши­бок, осо­бенно когда гото­вится к уро­кам дома.

Эту небреж­ность в любой дея­тель­но­сти из-за фено­мена мно­го­за­дач­но­сти воз­можно объ­яс­нить тем, что вни­ма­ние ребенка отклю­чено на мно­гие помехи. Хотя помехи – это то, что делает ребенок.

Когда он сразу делает три дела – решает мате­ма­тику, шлет SMS-посла­ния и слу­шает, что гово­рите Вы, поме­хами для мате­ма­тики явля­е­тесь Вы и посла­ния, для Вас – посла­ния и мате­ма­тика, а для посла­ний – мате­ма­тика и Вы. Поэтому, ско­рее всего, Ваш ребе­нок непра­вильно решит задачу, или отпра­вит не по адресу посла­ние, или про­слу­шает Ваш раз­го­вор. Во вся­ком слу­чае, во всем о’кей навряд ли будет.

Когда почти сто лет назад на свете появился теле­граф, уче­ные заме­тили, что если Вы во время набора тек­ста что-то решите сооб­щить теле­гра­фистке, то она может оши­биться, делая работу, так как ее вни­ма­ние должно было пере­клю­чаться между раз­ными каналами.

Так «роди­лась» даже осо­бая наука, изу­ча­ю­щая вли­я­ние помех на дея­тель­ность чело­века. И сего­дня, когда речь захо­дит о мно­го­за­дач­но­сти, необ­хо­ди­мой, напри­мер, при работе с ком­пью­те­ром, то можно услы­шать о «поме­хо­за­ви­си­мо­сти» стиля работы.

Без­условно, любому под­ростку этот стиль при­дает осо­бое чув­ство своей зна­чи­мо­сти и даже в какой-то сте­пени спо­со­бен повы­шать его самооценку.

Но, по мне­нию ряда зару­беж­ных пси­хо­ло­гов, под­рост­ко­вая мно­го­за­дач­ность ско­рее напо­ми­нает собой иллю­зию, чем истин­ную мно­го­за­дач­ность. Да, дей­стви­тельно, дети с при­су­щей им импуль­сив­но­стью, не раз­ду­мы­вая, хва­та­ются сразу за несколько дел, забы­вая о каче­стве выпол­не­ния их. И коли­че­ство чаще всего в этих слу­чаях не пере­хо­дит в качество.

Изу­чая про­блему мно­го­за­дач­но­сти при помощи маг­нитно-резо­нанс­ного ска­ни­ро­ва­ния мозга, уче­ные при­шли к выводу, что осо­бен­но­сти пере­клю­че­ния вни­ма­ния тесно свя­заны с так назы­ва­е­мой деся­той обла­стью Брод­манна, рас­по­ло­жен­ной в перед­ней части пре­фрон­таль­ного кор­текса. К сожа­ле­нию, пре­фрон­таль­ный кор­текс отно­сится к тем участ­кам мозга, кото­рые фор­ми­ру­ются позже дру­гих и пере­стают функ­ци­о­ни­ро­вать, раз­ру­ша­ясь, раньше дру­гих в про­цессе ста­ре­ния чело­века. Поэтому неуди­ви­тельно, что дошколь­ники, так же как ста­рые люди, не справ­ля­ются с многозадачностью.

Зато школь­ники, и осо­бенно стар­ше­класс­ники, счи­тают ее своим досто­ин­ством, демон­стри­руя по поводу и без повода, чтобы пустить Вам пыль в глаза.

Под­ро­сток, одним ухом слу­ша­ю­щий плеер, а дру­гим – раз­го­вор по мобиль­ному теле­фону, не отво­дя­щий взгляда от экрана мони­тора, может стать сим­во­лом ребенка совре­мен­но­сти, как когда-то зна­ме­ни­тая скульп­тура Веры Мухи­ной «Рабо­чий и кол­хоз­ница», полу­чив­шая Гран-при на Все­мир­ной выставке в Париже в 1937 году, стала сим­во­лом эпохи соци­а­лизма того времени.

Ино­гда, пыта­ясь как-то досту­чаться до души таких под­рост­ков, кажется, что все эти хай-теков­ские их аксес­су­ары лишь замена рыцар­ских доспехов.

В то же время дети, для кото­рых совре­мен­ная мно­го­за­дач­ность выпол­нима, попу­ляр­нее дру­гих в кругу ровесников.

Кроме этого, к тому же ока­за­лось, что их мозг в связи с тем, что сего­дня видео и фото­гра­фии все больше вытес­няет текст, может с блес­ком обра­бо­тать эту инфор­ма­цию. И вообще, сего­дняш­ние дети ее с блес­ком могут и найти, и не только эту, а любую, лишь бы только ука­зать им тему.

Ока­за­лось, что бла­го­даря обла­сти Брод­манна пла­ни­ру­ются дол­го­вре­мен­ные цели и запо­ми­на­ются неза­кон­чен­ные по каким-то при­чи­нам зада­ния, кото­рые после устра­не­ния помех можно дове­сти до конца. К тому же эта область мозга помо­гает нам раз­де­лять зада­ния на мел­кие части, рас­ши­ряя путь к мно­го­за­дач­но­сти. Ведь с фраг­мен­том спра­виться гораздо проще, чем сразу с боль­шим целым. А так фраг­мент, еще фраг­мент, еще – и вот уже моза­ика готова.

Вообще о вли­я­нии мно­го­за­дач­но­сти на совре­мен­ного чело­века самые акту­аль­ные иссле­до­ва­ния были про­ве­дены среди работ­ни­ков офи­сов, поль­зу­ю­щихся пер­со­наль­ными ком­пью­те­рами, воз­мож­но­сти кото­рых стали настолько без­гра­нич­ными, что им под­властны уже сотни задач.

По дан­ным кали­фор­ний­ского про­фес­сора Гло­рии Марк, работ­ник в офисе в сред­нем кон­цен­три­рует свое вни­ма­ние на выпол­не­нии какой-то одной задачи лишь только 11 минут, кото­рые тоже делятся на фраг­менты – от чте­ния веб-стра­ниц до правки элек­трон­ных писем. Не успев кон­чить одно зада­ние, ему при­хо­дится отвле­каться на дру­гое. Чтобы воз­вра­титься к недо­кон­чен­ному зада­нию, в сред­нем тре­бу­ется 25 минут. А потом вновь отвле­ка­ю­щие фак­торы – и так целый рабо­чий день, пере­пол­нен­ный стрес­со­ген­ными фак­то­рами мно­го­за­дач­ной работы.

Пере­клю­че­ние вни­ма­ния между зада­чами погло­щает огром­ное коли­че­ство вре­мени, кото­рое эффек­тивно можно было бы исполь­зо­вать при реше­нии какой-то одной важ­ной задачи. Так что мно­го­за­дач­ность – это только иллю­зия эко­но­мии вре­мени. Это не эко­но­мия, а потеря его.

Однако попро­буйте объ­яс­нить это своим детям, кон­троль над кото­рыми Вы прак­ти­че­ски утра­тили. Кон­троль – это нечто реаль­ное. Да, ребе­нок реа­лен, нахо­дясь с Вами рядом. Он-то рядом, но мысли его в вир­ту­аль­ном про­стран­стве. Разве можно узнать, с кем обща­ется он? Те ли люди, за кото­рых они сами себя выдают? Сколько взрос­лых себя выстав­ляют детьми… Сколько Ваших детей флир­тует, как взрослые.

Мне похва­ста­лась как-то одна тре­тье­класс­ница, но уже ас во мно­же­стве функ­ций ком­пью­тера, что она завела пере­писку с муж­чи­ной, ищу­щим моло­дую неве­сту, выда­вая себя за сем­на­дца­ти­лет­нюю, хотя ей только десять.

– Это здо­рово, это при­кольно, – гово­рила мне юная леди. – Он счи­тает меня совсем взрос­лой. Объ­яс­ня­ется уже в любви. Я назна­чила ему сви­да­ние возле театра. Мы рядом живем. И сумела его рас­смот­реть. Ничего, только взрос­лый совсем. Он стоял целый час перед вхо­дом. Я ходила туда и сюда. Но он ждал не меня, а дру­гую. Как все здо­рово было, – радо­ва­лась она совер­шенно по-дет­ски, соот­вет­ственно возрасту.

– А что мама сказала?

– Да мама не знает. Только Вы не рас­ска­зы­вайте это ей. Она думает, что когда я сижу за ком­пью­те­ром, то готов­люсь к заня­тиям. Так зачем же ей про это знать?

Но, утра­чи­вая кон­троль над мыс­лями и увле­че­ни­ями ребенка, чтобы не отры­вать его от мно­же­ства дел, Вы «утра­чи­ва­ете» и при­вя­зан­ность Ваших детей к Вам, хотя этот «кон­троль» дол­жен быть не в пря­мом смысле этого слова кон­тро­лем, а именно осо­бой при­вя­зан­но­стью между Вами и Вашим ребенком.

Совре­мен­ные роди­тели все чаще и чаще стали жало­ваться на холод­ность и отчуж­ден­ность ребенка. Он не ждет их при­хода с работы, а если и ждет, то только лишь для того, чтобы удо­вле­тво­рить свои скры­тые потреб­но­сти, зави­ся­щие от мамы или папы, при­зы­вая их к выпол­не­нию обещаний.

Совре­мен­ный ребе­нок не бежит к Вам навстречу, слыша, что Вы уже вошли в дом. Ему неко­гда, он, как все­гда, очень занят. И чем старше ребе­нок, тем это заметнее.

Совре­мен­ный ребе­нок не будет доку­чать Вам вопро­сами о само­чув­ствии, если Вы забо­лели. Его вряд ли вол­нуют Ваши успехи и вообще Ваша жизнь в той сфере, где обхо­ди­тесь Вы без него. Ему трудно на это отвлечься от своих бес­ко­неч­ных занятий.

К сожа­ле­нию, хай-тек-устрой­ства про­гресса охла­дили семей­ный очаг, пре­вра­тив нашу жизнь в бес­ко­неч­ный цейт­нот, ведь живем мы сего­дня все с Вами в режиме нарас­та­ю­щей мно­го­за­дач­но­сти. Наши дети берут с нас при­мер. Ну хотя б наблю­дая за мамами, для кото­рых подоб­ный режим стал давно уже нормой.

По дан­ным иссле­до­ва­ний бри­тан­ской кор­по­ра­ции Intel, совре­мен­ный ритм жизни нам бук­вально дик­тует сего­дня эту мно­го­за­дач­ность. Дефи­цит вре­мени порож­дает ее. Коро­левы сего­дняш­ней мно­го­за­дач­но­сти – это жен­щины. Жен­щины лучше муж­чин могут спра­виться одно­вре­менно с реше­нием сразу пары задач. И решают. Мате­рин­ство, навер­ное, сде­лало их более склон­ными к мно­го­за­дач­но­сти. Во вся­ком слу­чае, по дан­ным этих иссле­до­ва­ний, «мно­го­за­дач­ному» образу жизни были под­вер­жены 49 % обсле­ду­е­мых жен­щин и только 39 % муж­чин. В то же время 88 % респон­ден­тов счи­тали, что посто­янно нарас­та­ю­щий дефи­цит вре­мени «тре­бует» от людей этой мно­го­за­дач­но­сти. Так что совре­мен­ному ребенку без нее про­сто не обой­тись. Но и мно­го­за­дач­ность может быть совер­шенно раз­лич­ной. Да и дефи­цит вре­мени тоже отно­си­те­лен. Вре­мени для чего? Для потех, раз­вле­че­ний, посе­ще­ния дис­ко­тек или же для серьез­ных решений?

По дан­ным доклада аме­ри­кан­ского обще­ствен­ного фонда Kaisor Family Foundation «Поко­ле­ние М: медиа в жизни 8–18-летних», аме­ри­кан­ские школь­ники еже­дневно нахо­дятся под вли­я­нием все­воз­мож­ных медиа-средств около восьми с поло­ви­ной часов. Это больше, чем про­дол­жи­тель­ность рабо­чего дня у мно­гих из их роди­те­лей. И глав­ное изме­не­ние в воз­дей­ствии медиа-средств на ребенка в послед­нее время это то, что он стал под­вер­жен­ным одно­вре­менно сразу несколь­ким медиа и пыта­ется при­спо­со­биться жить из-за этого в режиме мно­го­за­дач­но­сти, даже уже в том воз­расте, когда про­сто еще до такого режима пол­но­стью не созрел. Эта тема обсуж­да­лась даже в бри­тан­ской палате лор­дов, куда были при­гла­шены и веду­щие англий­ские ученые.

По мне­нию ней­ро­био­лога Сью­зан Грин­филд, из-за «мно­го­за­дач­но­сти» дети начи­нают утра­чи­вать такую важ­ную спо­соб­ность, как кон­цен­тра­ция вни­ма­ния, и осо­бенно тогда, когда речь идет об изу­че­нии какого-то школь­ного предмета.

Полу­ча­ется, что, делая больше за мень­ший про­ме­жу­ток вре­мени, Ваш ребе­нок, тем не менее, уже не стре­мится пре­успеть в этой важ­ной для его воз­раста дея­тель­но­сти – учебе. И когда этот фено­мен налицо, дети хуже изла­гают свои мысли, посто­янно отвле­ка­ются по мело­чам и не могут при­ве­сти логи­че­ские доводы в свою пользу. И это дети, у кото­рых при всем дефи­ците вре­мени нет дефи­цита инфор­ма­ции. Но, умея добы­вать ее, им неко­гда «добы­тое» ана­ли­зи­ро­вать, потому что надо еще успеть послать одно­вре­менно кому-то свое SMS-сооб­ще­ние и выслу­шать, что друг им сооб­щит по сото­вому теле­фону. При­чем эта обста­новка может быть не только дома, но и в классе, где во время объ­яс­не­ния учи­теля писать SMS-сооб­ще­ния или смот­реть на мони­тор кар­ман­ного ком­пью­тера уже стало на сего­дня почти нор­мой, как и дети, раз­би­ра­ю­щи­еся в слож­ней­ших тех­но­ло­гиях и в то же время оши­ба­ю­щи­еся в реше­ниях эле­мен­тар­ней­ших задач, стра­дая от пере­воз­буж­де­ния нерв­ной системы.

По мне­нию Сью­зан Грин­филд, сего­дняш­ние дети легко и быстро опе­ри­руют боль­шим коли­че­ством пик­то­грамм, этими свое­об­раз­ными «икон­ками», обща­ясь друг с дру­гом бла­го­даря совре­мен­ным ком­пью­те­рам и мобиль­ным теле­фо­нам, с одной сто­роны упро­щая, а с дру­гой – услож­няя для непо­свя­щен­ных язык совре­мен­ной ком­му­ни­ка­ции людей. И если непо­пу­ляр­ное среди детей нынче чте­ние поз­во­ляло созда­вать «пер­со­на­ли­зи­ро­ван­ную» среду, то вырван­ные из кон­тек­ста «кар­тинки» с какими-то умо­по­мра­чи­тель­ными меж­до­ме­ти­ями вообще ничего не создают. Однако в режиме мно­го­за­дач­но­сти вни­ма­ния у ребенка хва­тает только на это.

А после того, как уже повзрос­леет, чем может потом это все обернуться?

Смотря чем зай­мется в даль­ней­шем. Ведь если при­дется ему вновь сидеть почти посто­янно весь день за ком­пью­те­ром, рабо­тая на пре­деле, в режиме мно­го­за­дач­но­сти, ско­рее всего, у него разо­вьется син­дром, выяв­лен­ный у мене­дже­ров спе­ци­а­ли­стом в этой обла­сти, Эдвар­дом Гэло­ве­лом. Син­дром этот лишь раз­но­вид­ность син­дрома дефи­цита вни­ма­ния (СДВ, или ADD по-англий­ски), наблю­да­е­мого в избытке сей­час у детей.

В довле­ю­щей прес­син­гом мно­го­за­дач­но­сти, в усло­виях посто­ян­ного стресса мозг мене­дже­ров, «защи­ща­ясь», пыта­ется «ими­ти­ро­вать» этот син­дром, назван­ный Э. Гэло­ве­лом син­дро­мом при­об­ре­тен­ного дефи­цита внимания.

По мне­нию уче­ного, «в отли­чие от насто­я­щего син­дрома, осно­ван­ного на ана­то­ми­че­ских осо­бен­но­стях, при­об­ре­тен­ный ADD объ­яс­ня­ется гипе­рин­тен­сив­ным окру­же­нием, в кото­ром при­хо­дится рабо­тать боль­шин­ству мене­дже­ров. В ситу­а­ции, когда мозгу при­хо­дится обра­ба­ты­вать слиш­ком боль­шой объем дан­ных, его спо­соб­ность решать про­блемы ухуд­ша­ется, а коли­че­ство оши­бок стре­ми­тельно воз­рас­тает. В работе ана­то­ми­че­ски здо­ро­вого мозга появ­ля­ются симп­томы, харак­тер­ные для ADD».

При­чем, как счи­тает иссле­до­ва­тель, всему виной страх чело­века, пре­пят­ству­ю­щий нор­маль­ной работе голов­ного мозга, страх, свя­зан­ный со слиш­ком боль­шим объ­е­мом инфор­ма­ции для «опе­ра­тив­ной памяти» мозга, глу­бин­ные отделы кото­рого вос­при­ни­мают ситу­а­цию как «ситу­а­цию выжи­ва­ния», посы­лая перед­ним отде­лам «сиг­налы паники и страха». Без­условно, чело­век в подоб­ной ситу­а­ции может вести себя неадек­ватно и непредсказуемо.

В то же время ника­кие син­дромы «при­об­ре­тен­ного дефи­цита вни­ма­ния» не в состо­я­нии изме­нить осо­бен­но­сти мно­го­за­дач­но­сти совре­мен­ного мате­рин­ства, справ­ля­ю­ще­гося с этой супер– и суперм­но­го­за­дач­но­стью вир­ту­оз­нее фокусника.

«При­хо­дится бежать очень быстро, чтобы оста­ваться на месте», – ска­зал когда-то Льюис Кэрролл.

И наше время нас посто­янно застав­ляет уско­рять этот бег, пре­вра­ща­ясь в свое­об­раз­ного Пиг­ма­ли­она, созда­ю­щего для себя соб­ствен­ных непод­ра­жа­е­мых Галатей.

КАК ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с ребен­ком, вынуж­ден­ным жить в режиме многозадачности

  • Не пере­гру­жать все­воз­мож­ными прось­бами и пору­че­ни­ями, созда­вая искус­ствен­ный дефи­цит времени.
  • Учить кон­цен­три­ро­ваться на выпол­не­нии одного задания.
  • Объ­яс­нять, что бла­го­даря кон­цен­тра­ции вни­ма­ния на каж­дом из зада­ний ребе­нок смо­жет гораздо быст­рее и лучше выпол­нить все необ­хо­ди­мое, делая их по оче­реди, чем выпол­няя одновременно.
  • Не пре­вра­щать теле­ви­зоры и ком­пью­теры в нянь или в эрзац-пап и мам.
  • Про­во­дить как можно больше сво­бод­ного вре­мени с ребенком.
  • Сде­лать все от Вас зави­ся­щее, чтобы не гас для ребенка домаш­ний очаг.
  • Учить состра­да­нию и эмпатии.
  • Знать все про­блемы, вол­ну­ю­щие Ваших детей, и помо­гать искать выходы из них.
  • Зна­ко­мить своих детей со все­воз­мож­ными радо­стями жизни, не свя­зан­ными с совре­мен­ными новин­ками прогресса.
  • Пом­нить, что чем меньше ребе­нок, тем более про­ти­во­по­ка­зана ему мно­го­за­дач­ность, кото­рая в основ­ном ему вообще не под силу и может слу­жить источ­ни­ком разо­ча­ро­ва­ния в себе.

КАК НЕ ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя с ребен­ком, пред­по­чи­та­ю­щим режим многозадачности

  • Ругать и упре­кать за холод­ность и отчуж­ден­ность, плохую успеваемость.
  • Не раз­ре­шать рабо­тать на ком­пью­тере, писать SMS-cооб­ще­ния, не объ­яс­няя почему.
  • Хва­литься перед всеми в при­сут­ствии ребенка, что даже Юлий Цезарь в срав­не­нии с ним – никто; ему под­властна сотня дел одновременно.
  • Созда­вать искус­ствен­ный дефи­цит вре­мени, поощ­ряя многозадачность.

Ситу­а­ция для родителей

Мама 12-лет­него Коли все­гда раду­ется, когда он одно­вре­менно делает несколько дел, счи­тая, что это при­го­дится ему в буду­щем. Она поку­пает сыну самые совре­мен­ные новинки тех­ни­че­ского про­гресса и не скры­вает сво­его вос­торга, когда маль­чик обща­ется с кем-то неве­до­мым в чате, одно­вре­менно объ­яс­няя кому-то что-то по теле­фону. Но, имея такого смыш­ле­ного сына, ей никак не понять, почему в классе Коля не луч­ший уче­ник, а посред­ствен­ный, плохо спит и все­гда раз­дра­жен, когда кто-то его отвле­кает от ком­пью­тера или мобиль­ного телефона.

✓ Как бы Вы вели себя на месте мамы мальчика?

* * *

«Я хочу созда­вать чудеса…» – писал Он во вве­де­нии к сво­ему гран­ди­озно-фун­да­мен­таль­ному труду по ана­то­мии, всю жизнь созда­вая шедевры Чудес.

Уже бук­вально с рож­де­ния Он не мог насы­титься крас­ками и нюан­сами мира, в кото­рый при­шел, гоня­ясь за всем, что воз­можно уви­деть, узнать, понять суть, пере­го­няя себя в этой гонке, а также Эпохи, Века…

Его можно по праву назвать гением мно­го­дела – совре­мен­ной многозадачности.

Кем был Он – худож­ни­ком или скуль­пто­ром? Уче­ным или изоб­ре­та­те­лем? А может, все-таки архи­тек­то­ром и музы­кан­том? Нет, инже­не­ром и аст­ро­но­мом! Как раз­би­рался Он в мате­ма­тике! Как в оптике! Как в ана­то­мии! А было ль что-то на Белом Свете, в чем Он не раз­би­рался совсем?

Он пять веков тому назад в своих наброс­ках пред­ви­дел даже аэро­план с под­вод­ной лод­кой, при­ду­мы­вая в то же время печат­ные станки и водя­ные мель­ницы, а также часо­вые механизмы.

Его рисунки трех пер­спек­тив заро­дыша в зна­ме­ни­той «Ана­то­мии…» сего­дня под­твер­ждает совре­мен­ное УЗИ.

А глав­ное… Он создал «Мону Лизу»… Он сотво­рил шедевр для покло­не­ния Веков… Он сотво­рил шедевр для пре­кло­не­ния перед талан­том, вер­нее, гени­аль­но­стью людей… И только бы одна эта кар­тина его поста­вила в ряды Великих…

Но, как счи­тает автор зна­ме­ни­той книги «Сто вели­ких людей» Майкл X. Харт, «самый талант­ли­вый чело­век на Земле, Лео­нардо не при­над­ле­жал к ста самым вли­я­тель­ным людям».

Не при­над­ле­жал потому, что все его оза­ре­ния и про­зре­ния оста­лись боль­шей частью лишь в неза­кон­чен­ных или же неосу­ществ­лен­ных, пусть гени­аль­ных, но только замыс­лах. Реаль­ными их сде­лали дру­гие, позже, и то идя своим про­то­рен­ным путем…

Ему на это все лишь не хва­тало, пожа­луй, самого эле­мен­тар­ного, что у дру­гих в избытке, – вре­мени. Ведь замыслы Его для сво­его осу­ществ­ле­ния потре­бо­вали бы ста Его жиз­ней сразу и одновременно.

А если бы он выбрал лишь архи­тек­туру? А если б его увле­кала лишь ана­то­мия? А если бы он пред­по­чел всему дру­гому музыку? А если б забо­лел лишь только скульп­ту­рой или живописью?

А если бы вообще не рас­пы­лялся, не став рабом своей мно­го­за­дач­но­сти, ведь мозг его не мог же пре­вра­титься в без­душ­ный крем­ни­е­вый про­цес­сор сего­дняш­них ком­пью­те­ров, спе­ци­ально при­спо­соб­лен­ных для этого.

Тогда б, навер­ное, Он все же стал бы пер­вей­шим из пер­вей­ших в своей обла­сти, воз­гла­вив, нако­нец, шеренгу ста самых Великих…

Но был бы Он тогда ль для нас сего­дня тем Лео­нардо, каким есть, куми­ром более пяти Сто­ле­тий, пыта­ю­щимся обнять целый мир одно­вре­менно, чтоб загля­нуть хотя бы в щелку его тайн, не зная, что был сам одной из них…

«Я хочу созда­вать чудеса…» – меч­тал Он, Лео­нардо да Винчи, всю жизнь, созда­вая шедевры Чудес! Лео­нардо да Винчи – гений многозадачности.

Плееродети

И еще одно вея­ние нашего вре­мени – это дети с науш­ни­ками, дети с пле­е­рами, отре­шенно сколь­зя­щие сво­ими взгля­дами по нам, слу­чайно встре­тив­шимся им на пути. Дети с пле­е­рами, сво­его рода «пле­ер­ные аути­сты», живу­щие в своем соб­ствен­ном мире музыки со все­воз­мож­ными ее сти­лями, где рок и кан­три ходят в обнимку друг с дру­гом, а тан­це­валь­ные мело­дии с немыс­ли­мыми рит­мами вызы­вают непро­из­воль­ные пока­чи­ва­ния, не заме­ча­е­мые даже самим ребен­ком, при­тан­цо­вы­ва­юще иду­щим Вам навстречу.

Таких детей можно встре­тить повсюду – и про­сто на улице, и в обще­ствен­ном транс­порте, и даже в театре. Они как кошки, гуля­ю­щие сами по себе. Ни с кем не раз­го­ва­ри­вают, никого ни о чем не рас­спра­ши­вают, сте­рео­типно совер­шая свой каж­до­днев­ный марш­рут. На лицах их мель­кают эмо­ции, направ­лен­ные в глубь себя.

Вот этот маль­чишка идет к Вам навстречу с какой-то стран­ной усмеш­кой, а у того закон­сер­ви­ро­ва­лась грусть на лице. Но что это – грусть пере­шла уже в радость, но что это – на лице уже как будто бы неве­ро­ят­ная гамма чувств. Навер­ное, про­сто сме­ни­лась мело­дия, а с нею и ритм.

Таин­ствен­ные незна­комцы невольно при­вле­кают наше вни­ма­ние своим отсут­ству­ю­щим при­сут­ствием среди нас, своим без­раз­ли­чием к нам. Своей вынуж­ден­ной общ­но­стью с нами. Они, каза­лось бы, не выяс­няют ни с кем отно­ше­ний, они не играют в азарт­ные игры, они не нару­ши­тели порядка – удобно-аморф­ные в обще­стве во время своих отре­шен­ных прослушиваний.

Но тем не менее что-то невольно вдруг нас бес­по­коит в при­сут­ствии их: ну что застав­ляет детей и под­рост­ков отречься от нашего мира, хотя бы на время своих пере­хо­дов откуда куда-то, своих пере­ез­дов, своих несколь­ких сво­бод­ных минут. Не лучше ли им пооб­щаться друг с дру­гом, не лучше ли им рас­смот­реть этот мир без этой туман­но­сти в их стран­ных взгля­дах? Зачем убе­гать от него им сего­дня, пус­кай даже в ритмы их юных сердец.

Что это – уми­ро­тво­ре­ние музы­кой или же подоб­ная стра­сти любовь? А может, обыч­ный побег от дей­стви­тель­но­сти? Но если побег – почему?

На пер­вый взгляд все объ­яс­ня­ется про­сто: издержки воз­раста и вея­ние моды. Идти со всеми в ногу, быть в одной шеренге. К тому же музыка – путь к само­вы­ра­же­нию. А само­вы­ра­же­ние – воз­мож­ность реа­ли­за­ции себя. Лишь надо только найти под­хо­дя­щий стиль музыки среди пото­ков сти­лей. Пусть даже будет он не самый совре­мен­ный. Усло­вие, чтобы он будо­ра­жил душу, и душу именно твою, а не чужую.

Ребе­нок с пле­е­ром нахо­дит этот стиль. И уда­ля­ется от нас все дальше, при­дер­жи­ва­ясь «запо­ве­дей» стиля. А «запо­веди» так несо­вер­шенны. Но он пыта­ется при­дер­жи­ваться их в обыч­ной жизни, когда и без науш­ни­ков. И с этого – начало всех кон­флик­тов с рути­ной про­жи­ва­е­мой им жизни – кон­фликты дома, в школе, в среде сверст­ни­ков, при­дер­жи­ва­ю­щихся дру­гих «запо­ве­дей» или стилей.

И вновь такой ребе­нок сам в себе, наедине со своим «дру­гом» – пле­е­ром, даю­щим ему без­гра­нич­ные воз­мож­но­сти обще­ния с «еди­но­мыш­лен­ни­ками», кото­рых рядом нет. Сло­вом, обще­ние с пле­е­ром и в самом деле интро­вер­ти­рует Вашего ребенка, заме­няя есте­ствен­ные чело­ве­че­ские ком­му­ни­ка­ции наду­ман­ными – неосу­ще­стви­мыми. А если к тому же Ваш мело­ман и так интро­верт, то в конце кон­цов ему может быть уго­то­ван путь гор­дого оди­ночки и свое­об­раз­ного изгоя в среде экс­тра­вер­ти­ро­ван­ных ровес­ни­ков. Так что обще­ние и дружба с пле­е­ром уже не так и безобидны.

Неадек­ват­ная интро­вер­ти­ро­ван­ность Вашего ребенка, вечно погру­жен­ного в музыку, если вна­чале даже и чем-то удо­вле­тво­ряет Вас – сидит себе дома, под кай­фом мело­дий, а не от нар­ко­ти­ков, все­гда на виду, не дру­жит с отпе­тыми сверст­ни­ками, – то потом неожи­данно вдруг начи­нает и раз­дра­жать: занялся б лучше все-таки хотя б каким-то делом. Он что, и в самом деле всю свою жизнь про­ве­дет в науш­ни­ках, такую скры­тую от всех дру­гих свою «науш­ни­ко­вую», неве­до­мую всем нам жизнь?

Раз­дра­же­ние может вызвать также его потря­са­ю­щая рас­се­ян­ность и без­за­бот­ность – он не слы­шит звонка теле­фона и вход­ной двери, хотя в эти моменты нахо­дится дома. Он вклю­чает обычно для себя теле­ви­зор на пол­ную гром­кость, так, как будто вокруг все глу­хие. И почти кри­чит, говоря с Вами.

Однако эти слу­чаи вовсе не поводы для раз­дра­же­ния, а повод заду­маться Вам о здо­ро­вье Вашего под­рас­та­ю­щего ребенка – не сни­жа­ется ли у него слух. Ведь о сни­же­нии слуха у детей, атри­бу­тами кото­рых явля­ются науш­ники и пле­еры, в послед­нее время твер­дят все науч­ные иссле­до­ва­ния, посвя­щен­ные этой про­блеме. Уче­ные всех раз­ви­тых стран, от Аме­рики до Вели­ко­бри­та­нии, начали пре­ду­пре­ждать о гро­зя­щей опас­но­сти, под­жи­да­ю­щей пле­е­ро­ма­нов, вплоть до пол­ной потери слуха, при дли­тель­ном про­слу­ши­ва­нии пле­ера, при­чем не только ребен­ком, но и взрос­лыми людьми.

И для всего этого есть вес­кие аргу­менты. Гром­кая музыка из пле­ера спо­собна повре­ждать воло­со­вид­ные клетки в улитке, рас­по­ло­жен­ной во внут­рен­ней части уха. В то же время воло­со­вид­ные клетки помо­гают пере­носу зву­ко­вой инфор­ма­ции музыки в мозг, и если они повре­жда­ются, а тем более пол­но­стью раз­ру­ша­ются, то вос­ста­нов­ле­ние их прак­ти­че­ски невоз­можно. А это пря­мой путь к потере слуха. Кроме этого, дли­тель­ное воз­дей­ствие гром­ких музы­каль­ных зву­ков на внут­рен­нее ухо также повре­ждает слу­хо­вой нерв.

Зву­ко­вые волны после их попа­да­ния во внут­рен­нее ухо пре­об­ра­зу­ются там из обыч­ных меха­ни­че­ских коле­ба­ний в нерв­ные импульсы. В свою оче­редь, нерв­ные импульсы бла­го­даря слу­хо­вому нерву посту­пают в мозг. В то же время мы уже знаем, что слу­хо­вой нерв очень уяз­вим, не только раз­ру­ша­ясь от силь­ных зву­ков, но и легко инфи­ци­ру­ясь при все­воз­мож­ных вирус­ных инфек­циях. А любой звук и шум, интен­сив­ность кото­рого пре­вы­шает 80 деци­бел, уже спо­со­бен ока­зы­вать свое нега­тив­ное вли­я­ние на состо­я­ние внут­рен­него уха. Не сек­рет, что сила звука пле­ера спо­собна намного пре­вы­сить эту цифру, осо­бенно сего­дня, когда ста­рые гро­мозд­кие пле­еры стали заме­няться мини­а­тюр­ными МР3-пле­е­рами, попу­ляр­ность кото­рых воз­рас­тает день ото дня.

В связи с этим веду­щие бри­тан­ские спе­ци­а­ли­сты из Коро­лев­ского наци­о­наль­ного инсти­тута по изу­че­нию нару­ше­ний слуха, учи­ты­вая резко воз­рас­та­ю­щую попу­ляр­ность МР3-пле­е­ров, каче­ствен­ный звук кото­рых застав­ляет слу­шать их вла­дель­цев CD бук­вально по 12 часов в сутки и при этом на пол­ной мощ­но­сти звука, пред­ло­жили ука­зы­вать во всех инструк­циях к этим пле­е­рам воз­мож­ность опас­но­сти их для здо­ро­вья людей. При­чем глав­ное, что бес­по­коит вра­чей, так это то, что ухуд­ше­ние слуха, ско­рее всего, про­явится только через несколько лет, когда помочь уже будет почти невозможно.

А так как подоб­ные пле­еры уже начали заво­е­вы­вать мир, то «про­блемы со слу­хом ста­нут столь же обы­ден­ным явле­нием, как и сами пле­еры». Ведь совре­мен­ные МР3-пле­еры спо­собны про­из­во­дить звуки силой 120 деци­бел. И без­условно, если такое дав­ле­ние на бара­бан­ные пере­понки ока­жется посто­ян­ным, то нега­тив­ные послед­ствия этого на орган слуха не заста­вят себя долго ждать. Сила звука 120 деци­бел – это шум взле­та­ю­щего само­лета, это начало боле­вого порога. И вовсе не муд­рено, что дети, зави­си­мые от пле­ера, чув­ствуют себя хуже дру­гих, накап­ли­вая в себе все­воз­мож­ные тре­во­жа­щие роди­те­лей симп­томы – от нару­ше­ния сна до нару­ше­ния общего состо­я­ния, напо­ми­на­ю­щего чем-то син­дром хро­ни­че­ской уста­ло­сти у взрос­лого человека.

Но тем не менее даже такие гроз­ные про­гнозы, что совре­мен­ный ребе­нок-пле­е­ро­слу­ша­тель на трид­цать лет раньше своих роди­те­лей нач­нет жало­ваться на слух, не оста­нав­ли­вают люби­те­лей пле­е­ро­му­зыки. Они про­сто игно­ри­руют их.

По дан­ным аме­ри­кан­ских иссле­до­ва­те­лей из Гар­вард­ской меди­цин­ской школы, у совре­мен­ных детей и под­рост­ков, пред­по­чи­та­ю­щих вре­мя­пре­про­вож­де­ние с пле­е­ром, вклю­чен­ным прак­ти­че­ски на всю мощь, слух нару­ша­ется уже «в 23, в 24 или в 25 лет». И как бы такие боль­ные потом ни лечи­лись, вос­ста­нов­ле­ния его прак­ти­че­ски не произойдет.

Но, к сожа­ле­нию, дети не пони­мают роль про­фи­лак­тики в этом вопросе, а их роди­тели смот­рят на все сквозь пальцы, не веря дей­стви­тельно в то, что даже пяти­ми­нут­ное про­слу­ши­ва­ние музыки, вклю­чен­ной на опти­маль­ную гром­кость, начало пути к глухоте.

Уче­ные из Гар­вард­ской меди­цин­ской школы при­шли также к выво­дам, что если звук пле­ера пре­вы­шает 80 % воз­мож­ной гром­ко­сти, то это уже опасно для слуха. А если Вы пред­по­чи­та­ете все же тихой гром­кую музыку, то не должны ее слу­шать более 90 минут в день. Потеря слуха гро­зит только тем, кто пре­вы­шает 80 %-ный порог гром­ко­сти и слу­шает эту музыку более полу­тора часов в день, при­чем доста­точно про­дол­жи­тель­ное время.

В иссле­до­ва­ниях, про­ве­ден­ных служ­бой «Зогби Интер­нэшнл» (США), под­чер­ки­ва­ется, что потеря слуха в связи с исполь­зо­ва­нием пле­е­ров гро­зит не столько взрос­лым, сколько под­рост­кам, потому что взрос­лые люди удо­вле­тво­ря­ются негром­ким зву­ча­нием мело­дий и не имеют воз­мож­но­сти этому уде­лять все свое сво­бод­ное время.

Ока­за­лось, что CD-пле­еры слу­шают около 62 % опро­шен­ных детей и лишь 36 % взрос­лых, а МР3-пле­еры – 25 % под­рост­ков и 12 % взрос­лых. В то же время почти треть этих детей и под­рост­ков-пле­е­ро­поль­зо­ва­те­лей пред­по­чи­тают слу­шать гром­кую музыку, а у 17 % из них в ушах стоит посто­ян­ный звон.

Резуль­таты иссле­до­ва­ний, про­ве­ден­ных с пас­са­жи­рами мос­ков­ского метро ана­ли­ти­че­ской груп­пой SmartMarketing, пока­зали, что число людей, поль­зу­ю­щихся пле­е­рами на этом виде транс­порта, несмотря на прак­ти­че­ски запре­дель­ный гро­хот самого мет­ро­по­ли­тена, посто­янно рас­тет, так как новые совре­мен­ные пле­еры могут пере­кры­вать шумы даже дви­га­ю­ще­гося вагона. Среди этих людей зна­чи­тель­ная доля под­рост­ков. Без­условно, это самая рани­мая группа из всех групп риска. На ребенка, слу­ша­ю­щего музыку в метро, одно­вре­менно ока­зы­вают вли­я­ние и гром­кая музыка, и шум метро, и виб­ра­ция в этом виде обще­ствен­ного транс­порта. Сум­ма­ция всех этих фак­то­ров небла­го­при­ятно вли­яет на внут­рен­нее ухо под­ростка и за очень корот­кие сроки может дать уже знать о себе начи­на­ю­щейся поте­рей слуха.

В ско­ром вре­мени пере­ход нью-йорк­ских улиц с одно­вре­мен­ным про­слу­ши­ва­нием пле­ера, раз­го­во­ром по мобиль­ному теле­фону или исполь­зо­ва­нием каких-то дру­гих совре­мен­ных элек­трон­ных устройств будет нака­зы­ваться штра­фом в 100 дол­ла­ров и запре­щаться зако­ном. По мне­нию сена­тора штата Нью-Йорк Карла Круд­жера, из-за этих устройств люди не видят и не слы­шат при­бли­жа­ю­щихся авто­мо­би­лей, что угро­жает их жизни.

(По мате­ри­а­лам прессы)

В то же время, по мне­нию сур­до­ло­гов, зани­ма­ю­щихся этой про­бле­мой, даже офи­ци­аль­ные запреты на поль­зо­ва­ние пле­е­рами в метро навряд ли дадут поло­жи­тель­ные резуль­таты, если не про­во­дить серьез­ную про­фи­лак­ти­че­скую разъ­яс­ни­тель­ную работу среди детей и под­рост­ков, зави­си­мых от плеероудовольствия.

Пыта­ясь решить все чаще и чаще заяв­ля­ю­щую о себе эту насущ­ную про­блему, свя­зан­ную с вре­мя­пре­про­вож­де­нием под­рас­та­ю­щего поко­ле­ния с пле­е­рами, уче­ные попы­та­лись понять, какие науш­ники, внеш­ние или вкла­дыши, ока­жутся без­опас­нее для потре­би­теля. По мне­нию ряда иссле­до­ва­те­лей, науш­ники-вкла­дыши сами еще могут уве­ли­чи­вать силу звука на 9 деци­бел, в то время как у внеш­них науш­ни­ков такой воз­мож­но­сти нет. Поэтому детям пред­по­чти­тель­нее исполь­зо­вать их.

Для того чтобы как-то ниве­ли­ро­вать нега­тив­ное вли­я­ние пле­е­ров, а еще лучше – предот­вра­тить их, бри­тан­ские уче­ные из иссле­до­ва­тель­ской орга­ни­за­ции Deafness Research UK, зани­ма­ю­щи­еся этой про­бле­мой, для про­фи­лак­тики у пле­е­ро­за­ви­си­мых детей нару­ше­ний со сто­роны органа слуха пред­ла­гают при­дер­жи­ваться пра­вила «60–60», что, в сущ­но­сти, озна­чает: уро­вень гром­ко­сти музыки в пле­ере не дол­жен пре­вы­шать 60 % от мак­си­мально воз­мож­ного при дли­тель­ном про­слу­ши­ва­нии ее не более 60 минут.

Если музыка, игра­ю­щая в науш­ни­ках, слышна окру­жа­ю­щим людям, то гром­кость ее уже такова, что может сопро­вож­даться нега­тив­ными послед­стви­ями. Когда же пле­е­ро­поль­зо­ва­тель спо­со­бен услы­шать речь дру­гих людей, то гром­кость зву­ча­щего пле­ера, ско­рее всего, в пре­де­лах физио­ло­ги­че­ской нормы. Но если ребе­нок обща­ется с кем-то, не сняв для обще­ния свои науш­ники, обща­ется не говоря, а крича, то это – сиг­нал повы­шен­ной гром­ко­сти плеера.

По мне­нию ряда иссле­до­ва­те­лей, чело­веку лучше всего слу­шать негром­кую музыку и не исполь­зо­вать для этой цели науш­ники. В связи с тем, что пле­еры про­дол­жают внед­ряться в нашу жизнь, инже­неры аме­ри­кан­ской ком­па­нии Munchkin изоб­рели уни­каль­ный МР3-плеер для буду­щего ребенка, нахо­дя­ще­гося еще в мате­рин­ском орга­низме, с уче­том того, что шести­ме­сяч­ный плод спо­со­бен раз­ли­чать звуки. Одна из целей созда­ния этого пле­ера – доро­до­вое вос­пи­та­ние буду­щего ребенка. Уче­ные пока­зали, что про­слу­ши­ва­ние клас­си­че­ской музыки отра­жа­ется на раз­ви­тии буду­щего ребенка, в какой-то сте­пени делая его более гар­мо­нич­ным и, кроме того, давая пред­по­сылки его музы­каль­ному воспитанию.

Пред­ва­ри­тель­ные испы­та­ния уни­каль­ного пле­ера Womb Song Punatal Sound System пока­зали его без­опас­ность, сер­ти­фи­каты кото­рой гаран­ти­руют буду­щим мате­рям целе­со­об­раз­ность исполь­зо­ва­ния этого уль­тра­со­вре­мен­ного устрой­ства и метода воз­дей­ствия на еще не родив­ше­гося мла­денца во вто­рой поло­вине беременности.

Говоря о воз­дей­ствии пле­ера на совре­мен­ного ребенка, помимо его нега­тив­ного вли­я­ния на орган слуха, роди­те­лям также жела­тельно знать, какую музыку пред­по­чи­тают слу­шать наедине сами с собой их дети. Ско­рее всего, вряд ли клас­си­че­скую. Хотя клас­си­че­ская музыка – это, пожа­луй, музыка, в кото­рой все под­чи­нено зако­нам гар­мо­нии. И про­слу­ши­ва­ние ее гар­мо­ни­зи­рует мир наших эмо­ций и чувств, давая нам бес­ко­неч­ную духов­ную пищу. Неда­ром сей­час мно­гие уче­ные пыта­ются изу­чить «эффект Моцарта», уси­ли­ва­ю­щий нашу моз­го­вую актив­ность и улуч­ша­ю­щий даже пока­за­тели интеллекта.

Клас­си­че­ские ритмы 4/4, 2/4, 3/4, 6/8 и т. д. сов­па­дают с рит­мами основ­ных жиз­нен­ных про­цес­сов людей. Когда же эти ритмы иска­женны, появ­ля­ется и «иска­жен­ная» музыка, не стре­мя­ща­яся к гар­мо­нии, а раз­ру­ша­ю­щая ее, раз­ру­ша­ю­щая про­во­ци­ро­ва­нием раз­ных низ­мен­ных чувств и зави­си­мо­стей. Музыка, опу­сто­ша­ю­щая чело­века, но… безумно люби­мая мно­гими под­рост­ками, потому что для них вызов в ней – к пере­ме­нам и воз­мож­ность в конце кон­цов все-таки вырваться из застоя сего­дняш­них будней.

И поэтому немуд­рено, что из пле­е­ров слы­шим мы то вдруг рок, то вдруг рэп или же «поп-пан­ком», «техно», «кра­с­том», «металл». Этих сти­лей сего­дня не счесть. И не все они так без­обидны для «фар­фо­ро­вой» пси­хики наших подростков.

Без­условно, роди­те­лям надо бы знать, что вну­шает их детям из пле­ера музыка. Надо знать для того, чтоб суметь спро­гно­зи­ро­вать нега­тив­ность послед­ствий от ее бес­ко­неч­ных вну­ше­ний или же уста­но­вок, учи­ты­вая, что музыка воз­дей­ствует на наш орга­низм или посред­ством пря­мого воз­дей­ствия, под­ра­зу­ме­ва­ю­щего под собой ее вли­я­ние на клетки и органы, или же кос­венно – через эмоции.

А эмо­ции наших детей и под­рост­ков спо­собны наде­лать такое! Вплоть до голо­во­кру­же­ния. А голо­во­кру­же­ние – это паря­щая неустой­чи­вость в нашем мире. Но парить можно как над обры­вом, так и в обрыв…

Сло­вом, пле­е­ро­за­ви­си­мость наших детей – не самая лег­кая из зави­си­мо­стей, если зави­си­мо­сти вообще можно клас­си­фи­ци­ро­вать как лег­кие или тяжелые.

* * *

Я при­села в метро возле девочки лет десяти, на бла­жен­ном лице ее то и дело мель­кала улыбка, из ушей почему-то тяну­лись тон­кие про­вода, из кар­мана пальто раз­да­ва­лись какие-то звуки. Я при­слу­ша­лась и поняла – это плеер. Слова песни уже начали будо­ра­жить меня своей низ­мен­но­стью и вуль­гар­но­стью мысли. Было трудно пове­рить, что такие слова вообще слу­шает этот ребенок.

Подо­шед­шая жен­щина стала про­сить девочку усту­пить свое место. Но она вряд ли это услы­шала, отве­чая ей только бла­жен­ной улыб­кой в состо­я­нии кайфа от низ­мен­ных чувств, отре­шен­ная пол­но­стью от нашей действительности.

КАК ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с ребен­ком – люби­те­лем плеера

  • Рас­ска­зы­вать о пра­ви­лах без­опас­но­сти про­слу­ши­ва­ния плеера.
  • Не раз­ре­шать вклю­чать плеер на пол­ную мощность.
  • Запре­щать слу­шать плеер часами, поль­зо­ваться в метро и везде, где и так очень шумно.
  • При подо­зре­нии на сни­же­ние слуха срочно обра­титься к сурдологу.
  • Подо­зре­ние должны вызвать сле­ду­ю­щие поступки ребенка: жела­ние пере­сесть на первую парту при объ­яс­не­нии учи­те­лем нового мате­ри­ала, просьба к бесе­ду­ю­щему с ребен­ком чело­веку гово­рить громче, вклю­че­ние теле­ви­зора на всю мощ­ность звука, неод­но­крат­ное неслы­ша­ние вход­ного звонка и звон­ков телефона.
  • Кон­тро­ли­ро­вать слова песен, пред­по­чи­та­е­мых Вашим ребенком.
  • Сов­местно поку­пать с ним новые CD, объ­яс­няя, почему Вы отка­зали ему в покупке какого-то диска.
  • При­учать к клас­си­че­ской музыке.
  • Поощ­рять жела­ние ходить на кон­церты в консерваторию.

КАК НЕ ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с ребен­ком – люби­те­лем плеера

  • Пус­кать увле­че­ние его на само­тек, не объ­яс­няя пра­вил без­опас­но­сти поль­зо­ва­ния плеером.
  • Не кон­тро­ли­ро­вать гром­кость звука и время про­слу­ши­ва­ния им CD.
  • Не обра­щать вни­ма­ния на появив­ши­еся при­знаки ухуд­ше­ния слуха.
  • Не кон­тро­ли­ро­вать музы­каль­ные при­стра­стия ребенка или же набра­сы­ваться на него за его не устра­и­ва­ю­щие Вас интересы.
  • Раз­ре­шать слу­шать только клас­си­че­скую музыку.

Ситу­а­ция для родителей

Недавно Кларе купили новень­кий, самый усо­вер­шен­ство­ван­ный плеер. Но мама раз­ре­шила им поль­зо­ваться только дома, запре­тив брать в школу и отвле­каться из-за него на уроках.

И хотя Клара умо­ляла ее раз­ре­шить пока­зать новый плеер ее школь­ным подруж­кам, мама была неумо­лима, из-за чего Клара оби­де­лась на нее и даже пере­стала с ней раз­го­ва­ри­вать. А мама, назвав дочь небла­го­дар­ной, забрала плеер у нее и спря­тала в свой шкаф.

✓ Как на месте мамы девочки посту­пили бы Вы?

* * *

Совре­мен­ный ребе­нок, ребе­нок с науш­ни­ками… Вот идет он навстречу, совсем отре­шен­ный от рутин­ной, зем­ной нашей жизни, оча­ро­ван­ный миром, зве­ня­щим в ушах.

QUO VADIS? Куда ты идешь? К нам торо­пишься или от нас?

Мобильные дети с мобильными телефонами

Если раньше мы гово­рили, что собака – это друг чело­века, то сего­дня, ско­рее всего, это мобиль­ный теле­фон, кото­рый все­гда рядом с тобой. А вер­нее, он даже не друг, а слуга, выпол­ня­ю­щий все твои при­хоти, ведь воз­мож­но­сти его уни­кальны, фан­та­стичны и ска­зоч­нее день ото дня.

Один из участ­ни­ков сим­по­зи­ума «Новые сферы при­ме­не­ния ком­пью­те­ров 2006», про­грам­мист IBM Сэм Руби, при­шел к выводу, что «из всех при­ду­ман­ных за послед­ние 25 лет тех­но­ло­гий сото­вая связь внесла наи­боль­шие изме­не­ния в наш мир», ока­зы­вая вли­я­ние на мно­гие сферы чело­ве­че­ской дея­тель­но­сти: от часо­вой инду­стрии до теле­ви­де­ния и рынка фото‑, видео­ап­па­ра­туры. Буду­щее мобиль­ных теле­фо­нов в поиске и обра­ботке инфор­ма­ции. Он ста­нет сред­ством нави­га­ции и раз­вле­че­ния. И еще боль­шее коли­че­ство людей пред­по­чтут его как доми­ни­ру­ю­щее сред­ство связи.

Это буду­щее насту­пило уже сего­дня и насту­пает каж­дый день, бла­го­даря появ­ле­нию так назы­ва­е­мых умных теле­фо­нов – смарт­фо­нов, в кото­рые можно доба­вить любую про­грамм­ную функ­цию с помо­щью при­ло­же­ний. В то же время все стан­дарт­ные функ­ции в них такие же, как в про­стых теле­фо­нах. С сен­тября 2012 года всем люби­те­лям смарт­фо­нов вскру­жил голову уже iPhone 5 – фан­та­стика XXI века.

А пока коли­че­ство поль­зо­ва­те­лей этой свя­зью про­грес­сивно рас­тет, и среди этих поль­зо­ва­те­лей все чаще и чаще встре­ча­ются дети, и не только под­ростки, а даже дошкольники.

По дан­ным Все­мир­ного банка, более 6 мил­ли­ар­дов чело­век в 2012 году в мире поль­зу­ются мобиль­ными теле­фо­нами. В то же время насе­ле­ние Земли в конце 2011 года насчи­ты­вало 7 мил­ли­ар­дов чело­век. 80 % мобиль­ных теле­фо­нов про­из­во­дит Китай, на тер­ри­то­рии кото­рого более одного мил­ли­арда або­нен­тов мобиль­ной связи. Среди новых тех­но­ло­гий это самое попу­ляр­ное и мас­со­вое явле­ние циви­ли­за­ции, тем более, что мобиль­ные теле­фоны сего­дня это не только сред­ство мгно­вен­ной связи друг с дру­гом, но и воз­мож­ность заме­нить игро­вую при­ставку, музы­каль­ный плеер, про­из­ве­сти видео– и фото­съемку, посмот­реть теле­ви­зи­он­ную про­грамму. И конечно же дети не могут нахо­диться от него в сто­роне, зара­жен­ные, прежде всего, им сво­ими роди­те­лями. И сего­дня не верится, что еще деся­ти­ле­тие назад служба поль­зо­ва­ния мобиль­ных теле­фо­нов только зарож­да­лась и пред­на­зна­ча­лась для обслу­жи­ва­ния взрос­лых людей, пре­иму­ще­ственно в сфере осу­ществ­ле­ния связи.

Один из послед­них опро­сов аме­ри­кан­ской иссле­до­ва­тель­ской ком­па­нии Teenag Research Unlimitet детей в воз­расте от 10 до 18 лет, име­ю­щих мобиль­ные теле­фоны, пока­зал, что помимо тра­ди­ци­он­ных обыч­ных раз­го­во­ров дети поль­зу­ются и дру­гими функ­ци­ями совре­мен­ных мобиль­ни­ков: 49 % опро­шен­ных исполь­зуют SMS-сооб­ще­ния, 25 % – камеры, 12 % – игры, 5 % детей про­иг­ры­вают музыку, 5 % поль­зу­ются мгно­вен­ными сооб­ще­ни­ями (IM), 2 % – элек­трон­ной поч­той, 2 % – про­иг­ры­ва­нием видео. Сло­вом, мобиль­ный теле­фон стал сред­ством раз­вле­че­ния совре­мен­ного ребенка, хотя роди­тели поку­пают его детям совер­шенно для дру­гих целей – знать о месте пре­бы­ва­ния ребенка и о том, что с ним в дан­ный момент происходит.

Но детям важ­нее те удо­воль­ствия, кото­рые они могут от него полу­чить, а не исполь­зо­ва­ние его для сред­ства связи с роди­те­лями. Мобиль­ный теле­фон нужен им для того, чтобы побол­тать с дру­зьями, но зво­нить пред­кам по поводу и без повода – это что-то вроде изну­ри­тель­ного при­нуж­де­ния, во вся­ком слу­чае в под­рост­ко­вом возрасте.

Кроме того, мобиль­ные теле­фоны сего­дня сов­ме­щают в себе столько функ­ций, бла­го­даря раз­лич­ным при­ло­же­ниям, что их можно исполь­зо­вать и как мобиль­ные теле­ви­зоры с инди­ви­ду­аль­ным экра­ном, и как воз­мож­ность для мгно­вен­ного вхож­де­ния в соци­аль­ные сети или в YouТube, и как плеер для про­слу­ши­ва­ния люби­мой музыки. Смарт­фон­ный бум имеет под собой твер­дую почву для иску­ше­ния детей. Неда­ром уже гово­рят, что теле­фон­ная функ­ция, ради кото­рой изоб­рели мобиль­ный теле­фон, ухо­дит на зад­ний план, ста­но­вясь вторичной.

Но в то же время глав­ная при­чина покупки роди­те­лями мобиль­ных теле­фо­нов для дошколь­ни­ков – это забота о без­опас­но­сти детей. Без­условно, воз­мож­ность в счи­та­ные секунды свя­заться с ребен­ком и узнать дела, – глав­ное пре­иму­ще­ство мобиль­ной связи. И хотя все чаще и чаще появ­ля­ются работы, сви­де­тель­ству­ю­щие о том, что еще не сфор­ми­ро­ван­ному орга­низму ребенка неже­ла­тельно, да и про­сто опасно под­вер­гаться элек­тро­маг­нит­ному излу­че­нию, напу­ган­ные бес­ко­неч­ными тер­ро­ри­сти­че­скими актами и ростом пре­ступ­но­сти роди­тели, невзи­рая на это, поку­пают детям такой теле­фон, выби­рая из двух зол на сего­дняш­ний день наи­мень­шее. Ведь что будет со здо­ро­вьем ребенка через несколько лет – это будет про­бле­мами буду­щего. А сего­дня важ­нее – это «здесь и сейчас».

По дан­ным недав­него иссле­до­ва­ния Eurobarometer, у 70 % евро­пей­ских детей 8–9 лет име­ются соб­ствен­ные мобиль­ные теле­фоны, а в неко­то­рых стра­нах эти цифры зна­чи­тельно выше. И хотя в Вели­ко­бри­та­нии уже начали при­слу­ши­ваться к реко­мен­да­циям Бри­тан­ского агент­ства по здо­ро­вью не раз­ре­шать поль­зо­ваться мобиль­ными теле­фо­нами детям до вось­ми­лет­него воз­раста из-за высо­кого риска воз­дей­ствия на ребенка элек­тро­маг­нит­ных волн – роди­тели про­дол­жают поку­пать детям эти теле­фоны ради соб­ствен­ного спо­кой­ствия, даже несмотря на то, что мно­гие ком­па­нии, выпус­ка­ю­щие спе­ци­аль­ные мобиль­ники для детей, начи­нают сни­мать их со сво­его про­из­вод­ства. Во вся­ком слу­чае, одна из самых зна­ме­ни­тых ком­па­ний понесла зна­чи­тель­ный ущерб, поте­ряв около полу­мил­ли­она фун­тов стер­лин­гов, отка­зав­шись от выпуска на рынок своих теле­фо­нов, пред­на­зна­чен­ных для детей до вось­ми­лет­него возраста.

Без­опас­ность ребенка дей­стви­тельно очень важна. И конечно же эта защит­ная функ­ция взрос­лых для детей все­гда зна­чима. Как же не купить тогда малышу и под­ростку совре­мен­ное чудо циви­ли­за­ции, заме­нив­шее сто­рожа, тело­хра­ни­теля, маму с папой и даже поли­цей­ского? И конечно же самый глав­ный акцент ком­па­ний, выпус­ка­ю­щих спе­ци­аль­ные мобиль­ные теле­фоны для детей, сосре­до­то­чен именно на этом аспекте, аспекте без­опас­но­сти ребенка.

Оче­видно, мно­гие роди­тели уже знают о мобиль­ном теле­фоне Teddyfone, похо­жем на плю­ше­вого мед­ве­жонка и пред­на­зна­чен­ном не про­сто для детей стар­шего дошколь­ного воз­раста, но и для млад­шего – с четы­рех лет. Про­из­во­ди­тели «мед­ве­жонка» утвер­ждают, что этот теле­фон не пред­став­ляет угрозы для здо­ро­вья ребенка, свя­зан­ной с радио­вол­нами, мини­ми­зи­руя ее.

Недавно в США начали выпус­кать мобиль­ный теле­фон для детей млад­шего и сред­него дошколь­ного воз­раста, бла­го­даря кото­рому роди­тели смо­гут кон­тро­ли­ро­вать звонки сво­его ребенка. Ведь опрос боль­шин­ства мам и пап, купив­ших теле­фоны своим детям, сви­де­тель­ствует о том, что спо­кой­ствие после раз­го­вора с ребен­ком сме­ня­ется бес­по­кой­ством роди­те­лей – как еще он исполь­зует мобиль­ную связь: с кем раз­го­ва­ри­вает кроме них, на какие сер­веры пишет SMS-сооб­ще­ния, какими услу­гами поль­зу­ется, на что тра­тится боль­шая часть денег.

В ком­па­нии Walt Disney в послед­нее время появился даже спе­ци­аль­ный мобиль­ный сер­вис для уста­нов­ле­ния подоб­ного кон­троля. Бла­го­даря этому сер­вису роди­тели смо­гут не только ука­зы­вать время, кото­рое дети могут потра­тить на раз­го­воры по мобиль­ному теле­фону, но и не раз­ре­шать поль­зо­ваться звон­ками на неко­то­рые запрет­ные, по их мне­нию, теле­фоны. В пакете услуг есть даже услуга, уточ­ня­ю­щая место­на­хож­де­ние ребенка.

Помимо этой ком­па­нии, и дру­гие аме­ри­кан­ские ком­па­нии пыта­ются помочь роди­те­лям сле­дить за место­пре­бы­ва­нием их детей вне дома и даже огра­ни­чи­вать гра­ницы этого место­на­хож­де­ния, осо­бенно для дошколь­ни­ков и млад­ших школь­ни­ков. При нару­ше­нии ребен­ком уста­нов­лен­ных роди­те­лями гра­ниц взрос­лые тут же полу­чат спе­ци­аль­ные сооб­ще­ния об этом.

А новый сер­вис CATS Communication пред­ла­гает вообще фан­та­сти­че­ские услуги – пре­ду­пре­жде­ние роди­те­лей по мобиль­ному теле­фону в тех слу­чаях, когда ребе­нок вдруг ока­жется вблизи от заре­ги­стри­ро­ван­ного сек­су­аль­ного пре­ступ­ника, нахо­дя­ще­гося уже на свободе.

Во вся­ком слу­чае, все подоб­ные новые сер­висы для роди­те­лей и детей напо­ми­нают чем-то свое­об­раз­ных част­ных сыщи­ков, предо­став­ля­ю­щих све­де­ния роди­те­лям о место­пре­бы­ва­нии их ребенка в дан­ный момент.

А япон­ский сер­вис пошел еще дальше. Адми­ни­стра­ция одного из рай­о­нов Токио реши­лась на экс­пе­ри­мент с при­ме­не­нием спе­ци­аль­ных мобиль­ных теле­фо­нов без­опас­но­сти. Сущ­ность экс­пе­ри­мента в том, что если ребе­нок вдруг попа­дает в беду, то ему тут же на помощь могут прийти доб­ро­вольцы, нахо­дя­щи­еся побли­зо­сти от места пре­бы­ва­ния потер­пев­шего. Едва школь­ник лишь акти­ви­рует тре­вож­ный сиг­нал, его место­по­ло­же­ние тут же узнают роди­тели, в школе и 20 заре­ги­стри­ро­ван­ных доб­ро­воль­цев. Без­условно, это уве­ли­чи­вает шансы для спа­се­ния детей. Таких доб­ро­воль­цев, сооб­щив­ших дан­ные своих кон­так­тов, набра­лось уже несколько тысяч.

В общем, без­гра­нич­ные воз­мож­но­сти мобиль­ного сер­виса посто­янно рас­тут, и все это только сви­де­тель­ствует в пользу при­об­ре­те­ния мобиль­ных теле­фо­нов, потому что все эти воз­мож­но­сти и в самом деле на грани фантастики.

Еще что при­вет­ству­ется роди­те­лями при покупке мобиль­ных теле­фо­нов своим детям, так это то, что, по их мне­нию, не столько тра­ди­ци­он­ные раз­го­воры с ребен­ком, как обмен с ним SMS-сооб­ще­ни­ями бла­го­при­ятно ска­зы­ва­ется на их обще­нии с детьми. По дан­ным иссле­до­ва­ния ком­па­нии Cingular, 63 % опро­шен­ных роди­те­лей, купив­ших своим детям мобиль­ные теле­фоны, дей­стви­тельно в этом убеж­дены. Ско­рее всего, улуч­ше­ние роди­тель­ско-дет­ского обще­ния посред­ством SMS-сооб­ще­ний свя­зано с тем, что подоб­ные сооб­ще­ния исклю­чают воз­дей­ствие на обща­ю­щихся вызы­ва­ю­щей часто нега­тив­ные эмо­ции невер­баль­ной ком­му­ни­ка­ции, а также настолько кратки, что содер­жат лишь при­ми­тив­ную суть инфор­ма­ции, без тех роди­тель­ских подо­плек, кото­рые чаще всего и явля­ются одной из глав­ных при­чин совре­мен­ных кон­флик­тов отцов и детей.

Опи­ра­ясь на эти дан­ные, спе­ци­а­ли­сты по вза­и­мо­от­но­ше­нию роди­те­лей и детей соста­вили даже спе­ци­аль­ное руко­вод­ство для роди­те­лей по при­ме­не­нию SMS-сооб­ще­ний. Наи­бо­лее зна­чи­мые пункты этого руко­вод­ства осно­вы­ва­ются на следующем:

  • Тек­сто­вые сооб­ще­ния, в отли­чие от звон­ков, дают детям больше сво­боды, в то же время поз­во­ляя под­дер­жи­вать связь с ребенком.
  • Роди­тели могут быстро полу­чить ответы на свои вопросы (совре­мен­ные дети – созда­ния весьма заня­тые, и ино­гда у них про­сто нет вре­мени на обсто­я­тель­ный разговор).
  • Детям удоб­нее послать SMS, если они нахо­дятся вме­сте с дру­зьями (такой спо­соб обще­ния может быть более неза­мет­ным, да и ответы будут не такими деталь­ными, как при разговоре).
  • Ни детям, ни роди­те­лям не надо бес­по­ко­иться о тоне раз­го­вора (неко­то­рые дети имеют тен­ден­цию вста­вать в обо­ро­ни­тель­ную пози­цию при зву­ках голоса своих роди­те­лей, так что часто не отве­чают на звонки, дабы избе­жать необ­хо­ди­мо­сти оправдываться).
  • Тек­сто­вые сооб­ще­ния поз­во­ляют роди­те­лям всту­пить в мир сво­его ребенка (исполь­зуя тек­сто­вые посла­ния, роди­тели могут общаться с ребен­ком в том стиле, к кото­рому он привык).

Тек­сто­вые сооб­ще­ния помо­гают укре­пить связь между роди­те­лями и детьми, дать понять ребенку, что о нем думают и помнят.

Итак, пре­иму­ще­ства нам известны, но какова все-таки обо­рот­ная сто­рона медали?

Но конечно же самое глав­ное «про­тив» – это нега­тив­ное вли­я­ние мобиль­ного теле­фона на здо­ро­вье людей, а тем более малень­кого ребенка. Элек­тро­маг­нит­ное излу­че­ние во время работы теле­фона наи­бо­лее опасно для таких систем нашего орга­низма, как цен­траль­ная нерв­ная система (ЦНС), эндо­крин­ная система, поло­вая система, а также отра­жа­ется на нашем иммунитете.

Если гово­рить о воз­дей­ствии на ЦНС, то под вли­я­нием этого излу­че­ния у людей нередко ухуд­ша­ются память и вни­ма­ние, наряду с нару­ше­нием сна, повы­шен­ной раз­дра­жи­тель­но­стью и хро­ни­че­ской уста­ло­стью. Мно­гим выстав­ля­ются диа­гнозы ней­ро­цир­ку­ля­тор­ной дисто­нии. Изме­не­ния со сто­роны эндо­крин­ной системы сви­де­тель­ствуют о хро­ни­че­ском стрессе. Со сто­роны поло­вой системы – угне­те­ние спер­ма­то­ге­неза, повы­ше­ние коли­че­ства бере­мен­но­стей с рож­де­нием непол­но­цен­ных детей. А из-за угне­те­ния имму­но­ге­неза резко падает сопро­тив­ля­е­мость организма.

Под­водя итоги самых послед­них мно­го­чис­лен­ных иссле­до­ва­ний о вли­я­нии элек­тро­маг­нит­ного излу­че­ния с мобиль­ного теле­фона на людей, поль­зу­ю­щихся этими теле­фо­нами, уче­ные обра­тили вни­ма­ние на сле­ду­ю­щие эффекты, свя­зан­ные с этим явле­нием и опуб­ли­ко­ван­ные в прессе:

  1. На фоне полу­ча­со­вого раз­го­вора по мобиль­ному теле­фону повы­ша­ется сооб­ра­зи­тель­ность людей. Этот эффект свя­зан с улуч­ше­нием кро­во­об­ра­ще­ния мозга из-за незна­чи­тель­ного нагре­ва­ния кожи. Однако, так как совсем не дока­зано, что мобиль­ные теле­фоны сти­му­ли­руют интел­лект чело­века, есть мне­ние, что этот эффект крат­ко­вре­ме­нен и, ско­рее всего, с уве­ли­че­нием вре­мени про­дол­жи­тель­но­сти раз­го­вора сооб­ра­зи­тель­ность чело­века может меняться не в луч­шую сторону.
  2. У людей, поль­зу­ю­щихся мобиль­ными теле­фо­нами, очень часто бывают, каза­лось бы, ничем не моти­ви­ро­ван­ные голов­ные боли. По мне­нию иссле­до­ва­те­лей Швед­ского инсти­тута труда и Нор­веж­ского управ­ле­ния по защите от излу­че­ния, исполь­зо­ва­ние мобиль­ного теле­фона даже меньше двух минут в день при­во­дит к ощу­ще­нию пси­хи­че­ского дис­ком­форта. Помимо этого, неко­то­рые из обсле­ду­е­мых людей жало­ва­лись на состо­я­ние нагре­ва­ния кожи за ухом, вплоть до ожога. А голов­ные боли в 3,6 раза чаще встре­ча­лись у тех людей, кото­рые раз­го­ва­ри­вали не менее четы­рех раз в день по срав­не­нию с теми, кто делал до двух мобиль­ных звонков.
  3. Иссле­до­ва­тели Коро­лев­ского науч­ного обще­ства Канады при­шли к выводу, что именно серьез­ных откло­не­ний со сто­роны здо­ро­вья, свя­зан­ных с облу­че­нием радио­вол­нами, прак­ти­че­ски нет и все выска­зы­ва­е­мые опа­се­ния по этому поводу не имеют под собой твер­дой почвы.
  4. Немец­кие уче­ные пока­зали, что на фоне 35-минут­ного раз­го­вора по мобиль­ному теле­фону из-за спазма кро­ве­нос­ных сосу­дов, снаб­жа­ю­щих пра­вое полу­ша­рие, арте­ри­аль­ное дав­ле­ние раз­го­ва­ри­ва­ю­щего чело­века повы­ша­ется в сред­нем на 5–10 мм ртут­ного столба.
  5. Мно­го­чис­лен­ные иссле­до­ва­ния в раз­ных стра­нах пока­зали, что води­тели авто­мо­би­лей, раз­го­ва­ри­ва­ю­щие по теле­фону, в четыре раза чаще попа­дают в ава­рию, чем осталь­ные, так что уве­ли­че­ние риска дорожно-транс­порт­ных про­ис­ше­ствий – еще один побоч­ный эффект повсе­мест­ного исполь­зо­ва­ния мобиль­ных теле­фо­нов в жизни людей.

Подоб­ные иссле­до­ва­ния, не пре­кра­ща­ясь, день ото дня посто­янно при­но­сят нам новые «сюр­призы».

По дан­ным бри­тан­ского про­фес­сора Ричарда Лете, виной уве­ли­че­ния числа слу­чаев аутизма у людей явля­ются ста­рые теле­фон­ные акку­му­ля­торы, в бата­реях кото­рых содер­жатся тяже­лые металлы и ртуть, спо­соб­ству­ю­щие рас­строй­ствам мозга.

Эти выводы были под­твер­ждены и фран­цуз­скими уче­ными, обна­ру­жив­шими у мно­гих боль­ных аутиз­мом в мозге боль­шое коли­че­ство тяже­лых металлов.

А по мне­нию швед­ского ней­ро­хи­рурга про­фес­сора Лэйфа Сэл­форда, «доб­ро­воль­ное облу­че­ние мозга мик­ро­вол­нами от мобиль­ного теле­фона – это самый круп­ный био­ло­ги­че­ский экс­пе­ри­мент над человеком».

Застав­ляют серьезно заду­маться опыты швед­ских уче­ных, пока­зав­ших в 2003 году, что мик­ро­вол­но­вое облу­че­ние крыс в тече­ние лишь двух часов вызы­вает у них необ­ра­ти­мые изме­не­ния в мозге – от мно­го­чис­лен­ных повре­жде­ний сосу­дов до оча­гов отмер­ших ней­ро­нов. Учи­ты­вая, что по сво­ему стро­е­нию мозг чело­века ана­ло­ги­чен стро­е­нию мозга крысы, моло­дежь, посто­янно поль­зу­ю­ща­яся мобиль­ными теле­фо­нами сего­дня, уже после трид­цати лет может стра­дать болез­нью Альц­гей­мера и даже болез­нью Пар­кин­сона – болез­нями ста­рых людей, почти не свой­ствен­ных этому возрасту.

А послед­ние сов­мест­ные дан­ные уче­ных стран Север­ной Европы, впер­вые обоб­щив­ших резуль­таты наблю­де­ний за людьми, поль­зу­ю­щи­мися мобиль­ными теле­фо­нами на про­тя­же­нии деся­ти­ле­тия, пока­зали, что риск раз­ви­тия опу­хо­лей мозга у них, если они за это время раз­го­ва­ри­вали по мобиль­ному теле­фону более 2 тысяч часов, воз­рас­тает в 3,7 раза по срав­не­нию с осталь­ными людьми, редко поль­зу­ю­щи­мися этими теле­фо­нами. Кроме того, риск раз­ви­тия опу­хо­лей у людей с 10-лет­ним «ста­жем» опыта реше­ния дел по мобиль­ному теле­фону на той сто­роне, где они чаще дер­жали трубку, уве­ли­чи­ва­ется на 39 %. Раз­би­рая посе­кундно вли­я­ние мобиль­ного теле­фона во время раз­го­вора по нему на чело­века, уче­ные при­шли к выво­дам, что в пер­вые пят­на­дцать секунд мобиль­ный теле­фон прак­ти­че­ски без­опа­сен и только лишь через это время начи­нает реги­стри­ро­ваться угне­те­ние альфа-волн моз­го­вой дея­тель­но­сти. Это угне­те­ние в первую оче­редь отра­жа­ется на памяти и кон­цен­тра­ции вни­ма­ния людей. Есть дан­ные, что оно спо­соб­ствует и ослаб­ле­нию воли.

Про­фес­сор Окс­форд­ского уни­вер­си­тета Колин Блейк­мур, как и его мно­го­чис­лен­ные кол­леги из раз­ных стран, обес­по­коен подоб­ным вли­я­нием мобиль­ного теле­фона на мозг ребенка, кото­рый еще про­дол­жает расти, а тон­кий череп его – пло­хой защит­ник от радиоволн.

Однако, отвер­гая еще мало­под­твер­жден­ные све­де­ния о воз­мож­ном про­грес­си­ро­ва­нии роста забо­ле­ва­ний у людей, поль­зу­ю­щихся мобиль­ными теле­фо­нами, все роди­тели должны знать, что даже двух­ми­нут­ный раз­го­вор по этому теле­фону изме­няет есте­ствен­ную элек­три­че­скую актив­ность мозга и это воз­дей­ствие длится при­бли­зи­тельно еще около часа после того, как Вы уже пре­кра­тили разговор.

Так что неда­ром врачи при­зы­вают роди­те­лей при покупке оче­ред­ного мобиль­ного теле­фона ребенку поль­зо­ваться здра­вым смыс­лом и тща­тельно взве­ши­вать все «за» и «про­тив». И если все-таки пере­ве­сит «за», объ­яс­нить ребенку, что поль­зо­ваться этим теле­фо­ном нужно только в экс­трен­ных  слу­чаях и крат­ко­вре­менно, доводя свой раз­го­вор бук­вально до теле­граф­ного стиля – типа «да», «нет», а не «висеть» на нем сутками.

Роди­тели должны знать, что Все­мир­ная орга­ни­за­ция здра­во­охра­не­ния внесла в спи­сок опас­ных кан­це­ро­ген­ных фак­то­ров наряду с асбе­стом, выхлоп­ными газами авто­мо­би­лей и хло­ро­фор­мом также мобиль­ный телефон.

И все-таки как вли­яет обла­да­ние или же невоз­мож­ность обла­да­ния мобиль­ным теле­фо­ном на пси­хику совре­мен­ного ребенка?

Так как нали­чие мобиль­ного теле­фона день ото дня все больше и больше ста­но­вится атри­бу­том школь­ной жизни, почти так же, как ранец, то отсут­ствие этого теле­фона у кого-то из уче­ни­ков рас­це­ни­ва­ется его одно­класс­ни­ками вроде ком­плекса неполноценности.

К сожа­ле­нию, у мно­гих совре­мен­ных детей появился новый спо­соб само­утвер­жде­ния в демон­стра­ции сво­его бла­го­со­сто­я­ния, хотя это бла­го­со­сто­я­ние не их, а их роди­те­лей. Эта новая тен­ден­ция в ком­му­ни­ка­ции детей при­вела к тому, что боль­шин­ство из них сего­дня «по одежде» начали не только лишь встре­чать, но также про­во­жать. Поэтому чем совре­мен­нее и чем дороже у Вашего ребенка мобиль­ный теле­фон, тем легче ему адап­ти­ро­ваться в среде своих ровес­ни­ков и даже стать своим в их эли­тар­ной группе. И даже если ты будешь «семи пядей во лбу», без мобиль­ного теле­фона и ком­пью­тера тебя вряд ли оце­нят твои одно­класс­ники, потому что у них совер­шенно иные цен­но­сти жизни, и ум – это прежде всего мате­ри­аль­ный доста­ток, кото­рый тебе он дает. А бед­ность сего­дня – это порок, и рас­сло­е­ние обще­ства, осо­бенно в Рос­сии, дости­гает сво­его апогея.

И поэтому, если роди­тели и отка­жутся поку­пать это «чудо» про­гресса совре­мен­но­сти – мобиль­ный теле­фон сво­ему ребенку, осо­бенно в под­рост­ко­вом воз­расте, пус­кай даже из самых бла­гих побуж­де­ний, про­яв­ляя заботу о его здо­ро­вье, тиней­джер их не пой­мет и будет чув­ство­вать себя уни­жен­ным и оскорбленным.

Напри­мер, в Япо­нии уже не сек­рет, что дети, поль­зу­ю­щи­еся сото­вым теле­фо­ном, не дру­жат со сво­ими сверст­ни­ками, у кото­рых таких теле­фо­нов нет.

Наше­ствие новых тех­но­ло­гий при­вело к пере­оценке лич­ност­ных цен­но­стей чело­века, и дети ока­за­лись легко доступ­ными мише­нями для этого. Так что капризы Вашего ребенка, что без мобиль­ника он в классе нуль без палочки, что он никто, не будет ходить в школу, не про­сто лишь его исте­рики, они имеют под собой фун­да­мент – фун­да­мент нового мыш­ле­ния детей, с кото­рым незна­кома еще часть родителей.

И если, даже нако­нец усвоив это, Вы ста­нете на путь упре­ков, настав­ле­ний, твердя, что истин­ная цен­ность чело­века не может быть тож­де­ственна мобиль­ным теле­фо­нам, навряд ли Ваш ребе­нок Вас пой­мет. Под­ро­сток видит себя лишь гла­зами сверст­ни­ков, от мне­ния кото­рых и зави­сит его само­оценка на сегодня.

Помимо пере­оценки чело­ве­че­ской цен­но­сти, наше­ствие мобиль­ных теле­фо­нов в жизнь детей «пере­стро­ило» и их ком­му­ни­ка­цию друг с дру­гом. По мне­нию извест­ного антро­по­лога Робби Блин­коффа, под­ростки, име­ю­щие мобиль­ные теле­фоны, настолько погру­зи­лись в их функ­ции, что уже не пони­мают раз­ницу в обще­нии лицом к лицу и раз­го­во­рами по теле­фону. А ведь дей­стви­тельно, сего­дняш­ние школь­ники уже почти не играют во дворе, не соби­ра­ются стай­ками по инте­ре­сам и даже если и гоняют в фут­бол, то в основ­ном на спор­тив­ных пло­щад­ках, посе­щая спе­ци­аль­ные спор­тив­ные сек­ции. И если они и ходят в гости друг к другу, то боль­шей частью только для того, чтобы полю­бо­ваться новин­ками совре­мен­ных тех­но­ло­гий у своих одно­класс­ни­ков. Дове­ри­тель­ные отно­ше­ния между детьми ста­но­вятся больше исклю­че­нием, чем пра­ви­лом, и в это вно­сят какую-то лепту и мобиль­ные телефоны.

В то же время это чудо тех­ники – свое­об­раз­ный посред­ник момен­таль­ного пси­хо­те­ра­пев­ти­че­ского воз­дей­ствия между взвол­но­ван­ным чем-то ребен­ком и гото­вым выслу­шать его тот­час же собе­сед­ни­ком, кото­рого он почему-то из всех осталь­ных пред­по­чел выбрать для испо­веди. Ну а если тот не готов… Короче говоря, начи­ная с каких-то стрес­со­вых ситу­а­ций и кон­чая все­воз­мож­ными зна­чи­мыми только для Вашего ребенка пустя­ками, он бук­вально уже под­со­зна­тельно награж­дает сво­его собе­сед­ника сво­ими про­бле­мами, облег­чая суще­ство­ва­ние себе и утя­же­ляя ему. К сожа­ле­нию, это инфан­ти­ли­зи­рует детей, сбра­сы­ва­ю­щих с себя бремя ответ­ствен­но­сти на других.

Чем больше совре­мен­ных функ­ций у мобиль­ного теле­фона, тем выше пре­стиж его вла­дельца, и поэтому теле­фо­но­ма­ния – одна из основ­ных зави­си­мо­стей у детей с мобиль­ными теле­фо­нами. А слово «зави­си­мость» уже гово­рит само за себя, сужи­вая кру­го­зор «мобиль­ни­ко­ма­нов» до пер­во­класс­ного осво­е­ния бес­чис­лен­ных функ­ций их уль­тра­со­вре­мен­ных игрушек.

Иссле­до­ва­ния япон­ских уче­ных сви­де­тель­ствуют об угрозе для здо­ро­вья людей излу­че­ний мобиль­ных теле­фо­нов, созда­ю­щихся при раз­го­воре або­нента в замкну­том про­стран­стве, осо­бенно с метал­ли­че­скими сте­нами (вагоны элек­три­чек, поез­дов, салоны авто­бу­сов, кабины лиф­тов и т. д.). В то же время среди поль­зо­ва­те­лей таких теле­фо­нов уко­ре­ни­лось мне­ние о без­вред­но­сти излу­че­ния их. Однако если при исполь­зо­ва­нии мобиль­ных теле­фо­нов в откры­том про­стран­стве это более или менее соот­вет­ствует истине, то в замкну­том про­стран­стве отра­же­ние мик­ро­волн от метал­ли­че­ских поверх­но­стей из-за интер­фе­рен­ции может уси­ли­вать интен­сив­ность излу­че­ния в так назы­ва­е­мых горя­чих точ­ках в тысячу раз в срав­не­нии с откры­тым пространством.

(По мате­ри­а­лам СМИ)

По мне­нию бри­тан­ских уче­ных, теле­фо­но­за­ви­си­мых людей можно под­раз­де­лить на «кибор­гов» и «про­те­зи­ро­ван­ных».

«Киборги» – это те, кото­рые настолько «срос­лись» с теле­фо­ном, что счи­тают его своей частью тела, как ребе­нок в пер­вые месяцы жизни пред­по­ла­гает, что мама – это про­дол­же­ние его.

Само слово «про­те­зи­ро­ван­ные» гово­рит о сути про­блемы. Теле­фо­но­за­ви­си­мость «про­те­зи­ро­ван­ных» про­яв­ля­ется в испы­ты­ва­е­мом этими людьми дис­ком­форте, если вдруг по какой-то при­чине у них нет в этот день телефона.

Чем дороже мобиль­ный теле­фон у ребенка, тем тре­вож­нее ста­но­вится он, боясь его поте­рять. В каж­дом сомни­тель­ном незна­комце он может видеть гра­би­теля. К сожа­ле­нию, из-за мобиль­ного теле­фона детей дей­стви­тельно могут избить, иска­ле­чить, огра­бить, так что их повы­шен­ный уро­вень тре­вож­но­сти имеет под собой реаль­ную почву.

Зная, что и роди­тели могут нака­зать соб­ствен­ного ребенка, отняв у него мобиль­ный теле­фон, дети, зацик­лен­ные на мобиль­ни­ках, пыта­ются изво­ра­чи­ваться и лгать в тех ситу­а­циях, когда над ними нави­сает такая угроза.

Сло­вом, ребе­нок с мобиль­ным теле­фо­ном – это ребе­нок со своей стра­те­гией и так­ти­кой выжи­ва­ния. И, поз­во­лив одна­жды вку­сить ему это «благо» циви­ли­за­ции, знайте, что пути обрат­ного нет. Хорошо еще, если ребе­нок не ста­нет фана­том этого совре­мен­ного «мон­стра» и бла­го­де­теля, без кото­рого Ваши потомки уже про­сто не мыс­лят своей соб­ствен­ной жизни. Теле­ви­зор, ком­пью­тер, мобиль­ный теле­фон – это то, что сего­дня окру­жает детей с самого их рож­де­ния, что-то вроде пред­ме­тов пер­вой необ­хо­ди­мо­сти. Так что самое важ­ное – им объ­яс­нить, когда дан­ная необ­хо­ди­мость настанет.

* * *

Одна­жды во время кон­суль­та­ции две­на­дца­ти­лет­него люби­теля и фаната всех совре­мен­ных нов­шеств слад­кой жизни, пре­тен­дента на теле-видео-ком­пью­теро-мобиль­ную манию я задала маль­чику про­во­ка­ци­он­ный вопрос: что бы из самых обо­жа­е­мых им пред­ме­тов он взял бы с собой в первую оче­редь, если бы ока­зался вдруг перед фак­том лише­ния их всех сразу, одновременно.

Маль­чик заду­мался. А мне тут же при­пом­нился слу­чай, опи­сан­ный Мише­лем де Мон­те­нем в его зна­ме­ни­тых «Опы­тах», когда импе­ра­тор Конрад III, оса­див Вельфа, гер­цога Бавар­ского, раз­ре­шил знат­ным дамам, запер­тым вме­сте с гер­цо­гом в городе, выйти оттуда, взяв с собой только то, что сами смо­гут уне­сти. Уви­дев, что дамы решили выне­сти на своих пле­чах детей, мужей и даже самого гер­цога, импе­ра­тор настолько был вос­хи­щен их бла­го­род­ством, что даже запла­кал от уми­ле­ния, и нена­висть к побеж­ден­ному гер­цогу и его под­дан­ным сме­ни­лась в нем вдруг проснув­шейся человечностью.

Но что, что пред­по­чтет из всех этих дико­ви­нок мой малень­кий совре­мен­ный фанат?

Пока я вспо­ми­нала Мон­теня, маль­чик ран­жи­ро­вал цен­ность люби­мых «игру­шек».

Ну, пред­по­ло­жим, ком­пью­тер он может легко уне­сти только в каче­стве ноут­бука, – пыта­лась уга­дать ход его мыс­лей я. А теле­ви­зор прак­ти­че­ски невоз­можно, зато видео смо­жет взять в дру­гую руку. Мобиль­ный теле­фон – вообще без про­блем: уме­стится в любом кар­мане, решала я про себя свою задачу. Но маль­чик, по-види­мому, еще не был зна­ком с Мон­те­нем, не сооб­ра­зив, что взять с собой смог бы сразу несколько иску­шав­ших его дико­ви­нок, и выбрал мобиль­ный телефон.

А когда я решила уточ­нить – почему теле­фон, то неожи­данно для самой себя вдруг услы­шала из уст ребенка бук­вально оду в честь этого теле­фона, всех функ­ций его и воз­мож­но­стей, поняв, что под­ро­сток дей­стви­тельно сде­лал пра­виль­ный выбор. И если он хотя б еще десять минут про­дол­жит пере­чис­лять мне совре­мен­ные пре­иму­ще­ства этого малень­кого оба­я­тель­ного друга – мон­стрика, то мне тоже при­дется изме­нить своим ста­рым зака­дыч­ным при­вя­зан­но­стям в пользу этого все­умейки и всезнайки.

И теперь я уже не удив­ля­юсь, читая, что австра­лий­ский ака­де­мик Диана Джеймс при­шла к выводу, что пси­хо­ло­ги­че­ская зави­си­мость от мобиль­ного теле­фона силь­нее, чем от сигарет.

Не сек­рет, что мно­гие люди, забыв дома свой теле­фон, бес­по­койны и очень нер­возны, что у них даже ска­чет дав­ле­ние, повы­ша­ясь, как у гипертоников.

А послед­ние ста­ти­сти­че­ские дан­ные, каса­ю­щи­еся этого вопроса, вообще потрясают:

90 % англи­чан в воз­расте от 18 до 25 лет бывают везде только с мобиль­ными телефонами;

40 % счи­тают, что уже про­сто не смо­гут жить без этих телефонов;

35 % уве­рены, что сото­вый теле­фон спа­сает их от соб­ствен­ных проблем;

32 % не в силах огра­ни­чить время «обще­ния» со своим мобиль­ным «дру­гом»;

8 % не рас­ста­ются с теле­фо­ном даже во сне.

Однако 7 % опро­шен­ных в обиде на это новое чудо тех­ники, обви­нив сото­вый теле­фон в «утрате важ­ных для них лич­ных отно­ше­ний либо в потере работы».

Инте­рес­ный экс­пе­ри­мент по изу­че­нию мобиль­ной зави­си­мо­сти был про­ве­ден со сту­ден­тами уни­вер­си­тета Нью-Джерси, кото­рым пред­ло­жили отклю­чить свои сото­вые теле­фоны всего на три дня. Из 220 чело­век только… трое сту­ден­тов кое-как спра­ви­лись с зада­нием, а для 217 сту­ден­тов такой срок ока­зался невы­пол­ни­мым. А ведь эти три дня моло­дежь, в конце кон­цов, про­сто могла бы вжи­вую пооб­щаться друг с дру­гом. Однако живое обще­ние в эру мобиль­ных теле­фо­нов, к сожа­ле­нию, пре­вра­ща­ется в посте­пенно изжи­ва­ю­щий себя анахронизм.

КАК ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с ребен­ком, купив ему мобиль­ный телефон

  • Объ­яс­нить, что мобиль­ным теле­фо­ном надо поль­зо­ваться только в экс­трен­ных слу­чаях и кратковременно.
  • Запре­тить дли­тель­ные раз­го­воры по телефону.
  • Обу­чить совре­мен­ным сред­ствам безопасности.
  • Поку­пать детям теле­фоны с мини­маль­ной дозой излучения.
  • Дать понять, что вла­де­ние совре­мен­ным мобиль­ным теле­фо­ном-айфо­ном – это вовсе не кате­го­рия успеш­но­сти-без­успеш­но­сти человека.
  • Рас­ска­зать ребенку о воз­мож­ных нега­тив­ных послед­ствиях, угро­жа­ю­щих его здо­ро­вью, если он часто будет поль­зо­ваться мобиль­ным телефоном.
  • Детям до восьми лет не раз­ре­шать поль­зо­ваться мобиль­ными телефонами.
  • Если ребе­нок наста­и­вает на покупке мобиль­ного теле­фона, а у Вас нет на это средств, не кри­чать на под­ростка и не отго­ва­ри­вать его от этой затеи, а объ­яс­нить ему, почему это невоз­можно сей­час, давая шансы на то, что ребе­нок сам попы­та­ется зара­бо­тать деньги на эту покупку.
  • Поощ­рять встречи и нете­ле­фон­ные беседы с друзьями.
  • При­ни­мать все меры, чтобы нали­чие мобиль­ного теле­фона не пре­вра­тило бы Вашего ребенка в «мобиль­ни­ко­мана».

КАК НЕ ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с ребен­ком, кото­рому купили мобиль­ный телефон

  • Поощ­рять увле­че­ние ребен­ком мобиль­ным телефоном.
  • Не кон­тро­ли­ро­вать время раз­го­вора по телефону.
  • Не объ­яс­нять, какую опас­ность для здо­ро­вья пред­став­ляет этот телефон.
  • Не учить соблю­дать инструк­ции по безопасности.
  • Посто­янно обнов­лять ребенку марки мобиль­ных телефонов.
  • Дарить мобиль­ные теле­фоны дошкольникам.
  • Думать о своем спо­кой­ствии больше, чем о без­опас­но­сти ребенка.

Советы по без­опас­но­сти исполь­зо­ва­ния мобиль­ных телефонов

Перед тем, как раз­ре­шить ребенку поль­зо­ваться мобиль­ным теле­фо­ном, роди­тели вме­сте с ним должны про­чи­тать инструк­цию к этому теле­фону, изу­чив пра­вила поль­зо­ва­ния им и пра­вила безопасности.

Объ­яс­няйте детям, что при раз­го­во­рах по теле­фону им необ­хо­димо поль­зо­ваться наушниками.

В слу­чае отсут­ствия науш­ни­ков рас­сто­я­ние от мобиль­ного теле­фона до головы должно быть около 2 сан­ти­мет­ров и больше.

Время поль­зо­ва­ния мобиль­ным теле­фо­ном должно быть мини­маль­ным, не более несколь­ких минут.

Коли­че­ство звон­ков должно быть резко огра­ни­чено, только по необходимости.

В тече­ние дня даже взрос­лым не реко­мен­ду­ется раз­го­ва­ри­вать более 10–15 минут, а для ребенка и эти цифры слиш­ком велики.

В связи с тем, что наи­боль­ший уро­вень облу­че­ния реги­стри­ру­ется в момент уста­нов­ле­ния связи, когда теле­фон нахо­дится в поис­ках сиг­нала, то в тех местах, где поиск затруд­нен, напри­мер, в лифте, в обще­ствен­ном транс­порте, под­зем­ных поме­ще­ниях, жела­тельно не раз­го­ва­ри­вать по теле­фону вообще.

Риск излу­че­ния воз­рас­тает при раз­го­воре во время ходьбы или в авто­мо­биле, так как при­хо­дится посто­янно под­клю­чаться к новым антен­нам, поэтому в этих слу­чаях лучше отло­жить свой звонок.

Ребе­нок дол­жен как можно реже поль­зо­ваться теле­фо­ном в закры­тых поме­ще­ниях в связи с тем, что излу­ча­е­мые теле­фо­ном волны могут отра­жаться сте­нами и покры­ти­ями, уси­ли­вая облучение.

При вклю­че­нии теле­фона или пло­хом при­еме ребе­нок не дол­жен при­кла­ды­вать теле­фон близко к уху, так как в этот момент излу­че­ние максимально.

Дети не должны дер­жать мобиль­ники посто­янно рядом с собой.

Мобиль­ник необ­хо­димо отклю­чать перед сном.

Роди­тели должны объ­яс­нить ребенку, что бес­про­вод­ный спо­соб пере­дачи дан­ных от одного мобиль­ника дру­гому, извест­ный под мар­кой Bluetooth, это не только удоб­ство, но и допол­ни­тель­ная доза излучения.

Ситу­а­ция для родителей

Роди­тели 15-лет­него Ген­на­дия – доста­точно обес­пе­чен­ные люди, но купить сыну не только айфон, а даже самый про­стой мобиль­ный теле­фон наот­рез отка­за­лись, моти­ви­руя это забо­той о его здо­ро­вье, хотя сами давно поль­зу­ются такими теле­фо­нами. И как только Гена ни про­сил их, обе­щая, что будет зво­нить только в экс­трен­ных слу­чаях, глав­ное, чтобы все одно­класс­ники видели, что он тоже не хуже дру­гих, мама с папой сме­я­лись над этими дово­дами, упре­кая его в инфан­тиль­но­сти, так же как и в том, что он еще до сих пор не спо­со­бен иметь свое мнение.

✓ Как на месте роди­те­лей маль­чика посту­пили бы Вы?

* * *

Когда ты рож­да­ешься в стране чудес и чудеса пре­вра­ща­ются в про­стую обы­ден­ность и повсе­днев­ность, а не в сверхъ­есте­ствен­ное, удив­ля­ю­щее тебя, то волей-нево­лей при­хо­дится гре­зить о чем-то дру­гом, гораздо рутин­нее этих чудес, кото­рые уже при­елись и не при­вле­ка­тельны для тебя.

Однако мобиль­ные теле­фоны и осо­бенно айфоны – одно из обы­ден­ных наших чудес, кото­рые не при­еда­ются, а лишь вос­хи­щают сво­ими юлий­це­зар­скими воз­мож­но­стями, и даже больше. Жаль только, что из этих без­гра­нич­ных воз­мож­но­стей совре­мен­ные дети выби­рают не самые луч­шие, лишая себя горько-кисло-слад­кого вкуса есте­ствен­ного обще­ния чело­века с чело­ве­ком – одной из глав­ных цен­но­стей нашей жизни.

Жаль только, что даже это бута­фор­ско-деко­ра­тив­ное теле­фон­ное обще­ние ран­жи­рует пре­тен­ду­ю­щих на него опре­де­ли­те­лями номе­ров и авто­от­вет­чи­ками, отклю­ча­ясь и вклю­ча­ясь в нуж­ный момент, деля обща­ю­щихся между собой детей на раз­лич­ные касты. И не дай Бог попасть Вашему ребенку в касту неприкасаемых.

Да и дру­гие обо­рот­ные сто­роны этой медали, не говоря уже о здо­ро­вье ребенка, не столь свет­лые, как кажется на пер­вый взгляд. И все-таки эти малень­кие, почти разум­ные посто­ян­ные спут­ники нашей жизни достойны не мень­шего вос­хи­ще­ния, чем ковер-само­лет, пре­тво­рен­ный в жизнь. А если бы бла­го­даря им у Ваших детей глав­ным кри­те­рием было бы не коли­че­ство, а каче­ство обще­ния, то им вообще не было бы цены.

Но… это зави­сит от Вас…

А кстати, что взяли бы Вы с собой, ока­зав­шись на месте выше­опи­сан­ного маль­чика-фаната, при­ни­мая соло­мо­ново реше­ние в ситу­а­циях, ана­ло­гич­ных ситу­а­ции из зна­ме­ни­тых «Опы­тов» Монтеня?

SMS-мания

Она ехала рядом со мной в вагоне метро и стро­чила без пере­дышки SMS-сооб­ще­ния, улы­ба­ясь и даже сме­ясь или же почти вслух него­дуя ответ­ным посла­ниям. Эти всплески эмо­ций при­вле­кали к ней мно­гих из еду­щих в этом вагоне, тех, кто сам не стро­чил сооб­ще­ния или не гово­рил по мобиль­ному теле­фону. Почти весь вагон был набит школь­ни­ками, воз­вра­ща­ю­щи­мися домой. Кто-то громко кри­чал в свою трубку, что уже подъ­ез­жает, кто-то про­сто по-дру­же­ски с кем-то бол­тал, при­чем тоже лишь по теле­фону. Но их были всего еди­ницы. Почти все осталь­ные «гово­рили» не так, а своим боль­шим паль­цем, бес­ко­нечно строча SMS.

Это было, конечно, очень стран­ное зре­лище. Школь­ники не обща­лись почти что друг с дру­гом, только ред­кие фразы, ника­ких обсуж­де­ний про­шед­ших заня­тий. Будто бы в одно­ча­сье вдруг все онемели.

Это друж­ное оне­ме­ние, раз­го­воры не голо­сом, а боль­шим паль­цем внешне напо­ми­нало какой-то пси­хоз, словно ты ока­зался в палате сума­сшед­шего дома, в луч­шем слу­чае – в обще­стве глу­хо­не­мых. А когда эта девочка, моя соседка, вдруг помча­лась к двери, меня вновь потрясло соб­ствен­ное откры­тие – ока­за­лось, она «гово­рила» руками со своей одно­класс­ни­цей, сидев­шей напро­тив нее, но уме­ю­щей скрыть всплески своих эмо­ций, если они вообще у нее только были. Эти две млад­ше­класс­ницы вме­сто того, чтобы про­сто взгля­нуть друг другу в глаза, чтобы встре­титься взгля­дами и все понять, пус­кай даже без слов, коль они не уместны, всю дорогу стро­чили свои «эсэм­эски», неиз­вестно о чем и зачем.

И снова стар­шее поко­ле­ние оза­да­чило пове­де­ние млад­шего. И снова новые тех­но­ло­гии по-новому лепят совре­мен­ных людей – у них новые взгляды и дру­гие потреб­но­сти. У них новые край­но­сти, новые мании. SMS-мания стала одной из них.

А то, что, каза­лось бы, во мно­гих слу­чаях очень полез­ное, эффек­тив­ное, важ­ное сред­ство обще­ния в виде посла­ния SMS-сооб­ще­ний пре­вра­ща­ется в манию, гово­рят бес­ко­неч­ные факты и заклю­че­ния спе­ци­а­ли­стов. Те, кто про­бо­вал, знают, что писать эсэм­эски настолько при­тя­ги­вает, что в конце кон­цов может стать стра­стью. И ты пишешь уже не два-три сооб­ще­ния, а зна­чи­тельно больше – десятки и сотни. Ведь одно сооб­ще­ние – это копейки, да и мысли рож­да­ются каж­дый момент, а не только когда отды­ха­ешь. Ведь не будешь же ты на уроке гово­рить по мобиль­ному теле­фону, чтоб рас­ска­зать, что при­шло тебе в голову под тео­рему или новую фор­мулу. А SMS-сооб­ще­ние можно тайно послать, когда всем объ­яс­няет учи­тель как раз незна­ко­мую, новую тему. Ну а то, что ты сам все про­слу­шал, не беда, «на фига» тебе это сда­лось, когда ты кай­фо­вал от своих сооб­ще­ний и все было ужасно прикольно.

– Ваш ребе­нок стал хуже учиться, у него изме­ни­лось вни­ма­ние, отве­чает все­гда нев­по­пад, – жалу­ется учи­тель, – хотя тихо сидит на уроке, не шалит, не мешает другим.

Но Вы поняли уже при­чину, запла­тив слиш­ком круг­лую сумму за его увле­че­ние к пись­мам. Вот когда у него кон­цен­тра­ция изме­нен­ного в школе вни­ма­ния на высоте. Так зачем же рас­се­и­вать ему ее на уроках?

По дан­ным иссле­до­ва­ния Корей­ского агент­ства циф­ро­вых воз­мож­но­стей, около трети людей, пишу­щих SMS-сооб­ще­ния, посы­лают их более сотни за сутки.

Сред­ства мас­со­вой инфор­ма­ции сооб­щили даже о «SMS-маньяке» – 19-лет­нем шот­ландце, умуд­ря­ю­щемся посы­лать до 700 таких сооб­ще­ний в день. А когда фирме, где он рабо­тал, при­шлось запла­тить за месяц подоб­ной «работы», его про­сто уволили.

Ока­за­лось, что в мире есть не только «SMS-маньяк», но и «SMS-луна­тик» – англи­ча­нин Ричард Гриф­фитс, посы­ла­ю­щий свои сооб­ще­ния даже во сне. Бри­тан­ская пресса сооб­щила, что одна­жды он в своем ноч­ном SMS про­сил друга о помощи. Друг, отклик­нув­шись, пере­зво­нил и узнал – Ричард спит.

А жителю Дании в пси­хи­ат­ри­че­ской кли­нике, куда он обра­тился за помо­щью, разо­слав в этот день более 200 сооб­ще­ний, поста­вили даже диа­гноз – «SMS-зави­си­мость».

И этот диа­гноз в послед­нее время выстав­ля­ется все чаще и чаще. Напри­мер, индиец Дипак Ширма, пыта­ясь попасть в Книгу рекор­дов Гин­несса, послал только за один месяц около 200 тысяч SMS, наме­тив себе новый рекорд – 300 тысяч, несмотря на гигант­ский счет оплаты за услуги, пре­вы­ша­ю­щий по коли­че­ству стра­ниц саму Книгу Гиннесса.

Но не каж­дый вла­де­лец мобиль­ного теле­фона, и осо­бенно если это ребе­нок, спо­со­бен послать даже 100 сооб­ще­ний. Как счи­тают врачи, наби­вать SMS на мобиль­нике вредно для здо­ро­вья ребенка. У него про­сто может воз­ник­нуть нечто вроде пис­чей болезни. «Пис­чий спазм» – это бич пиа­ни­стов. А теперь он гро­зит также и SMS-писателям.

Четыр­на­дца­ти­лет­няя Лаура, отправ­ляя в сред­нем по 100 сооб­ще­ний в день, ока­за­лась в боль­нице с диа­гно­зом «тен­ди­нит», а иначе – вос­па­ле­ние сухо­жи­лий. У нее боль­шой палец вообще пере­стал неожи­данно дви­гаться, а все нача­лось с боли в этом пальце на пра­вой руке.

Газета «Дейли теле­граф» опуб­ли­ко­вала мне­ние англий­ских вра­чей, что SMS-мания дей­стви­тельно опасна для здо­ро­вья детей и обме­ни­ваться SMS-сооб­ще­ни­ями детям жела­тельно не более 5–10 минут в день.

Для физио­ло­гов не сек­рет, что боль­шой палец, кото­рым чаще всего ребе­нок наби­рает свои сооб­ще­ния, вовсе не пред­на­зна­чен для сте­рео­типно повто­ря­ю­щихся дви­же­ний при наборе слов. Его функ­ция – это хва­та­ние и сжи­ма­ние. В связи с этим, испы­ты­вая силь­ное напря­же­ние при несвой­ствен­ной для него «писа­тель­ской» дея­тель­но­сти, он по-сво­ему «про­те­стует» – покрас­не­нием, повы­шен­ным спаз­мом, сни­же­нием подвиж­но­сти, болью.

В насто­я­щее время дока­зано, что нагрузки на пальцы кистей могут сопро­вож­даться дей­стви­тельно пато­ло­гией. Мы уже гово­рили об этих про­бле­мах у игра­ю­щих на пиа­нино. Для них это уже сей­час стало про­фес­си­о­наль­ной болез­нью. Но, в конце же кон­цов, нет же про­фес­сии – наби­рать SMS-сообщения.

На сего­дняш­ний день стра­да­ю­щих SMS-зави­си­мо­стью уже сотни тысяч, хотя реально, навер­ное, их мил­ли­оны. Мно­гие, забы­вая о сне и еде, чтоб общаться с такими же SMS-манами, узнают о ней только тогда, когда нечем пла­тить уже за телефон.

А все нача­лось не так давно. Пер­вое SMS не только отпра­вил, но и при­ду­мал, как это осу­ще­ствить с помо­щью теле­фона, инже­нер теле­ком­му­ни­ка­ци­он­ной ком­па­нии Нейл Папу­орт в 1992 году. Он отпра­вил свое лако­нич­ное рож­де­ствен­ское посла­ние «Merry Christmas – 92» и открыл новый спо­соб обще­ния совре­мен­ных людей – лако­нич­ный и быст­рый, вер­нее, мгно­вен­ный, без­условно иду­щий в одну ногу с про­грес­сом. Но опять же под­вел «чело­ве­че­ский фак­тор»… Мы учли во всем этом лишь плюсы, поза­быв, что име­ются минусы.

Плюсы – это мгно­вен­ный обмен инфор­ма­цией при довольно доступ­ной цене. Напи­сав сооб­ще­ние, Вы отво­дите душу, сооб­ща­ете что-то так важ­ное Вам или же полу­ча­телю Ваших посла­ний. Ну а если не важ­ное, а тра­фа­рет­ное – это тоже обще­ние в дан­ный момент, правда, в этом обще­нии чаще всего теле­граф­ный стиль и с усе­че­нием слов. Напри­мер, чело­век – это «чел». К сожа­ле­нию, этот язык SMS стал вхо­дить в раз­го­вор­ную речь. Эллочке-людо­едке вряд ли б даже при­снился набор слов совре­мен­ных «писа­те­лей» SMS-сооб­ще­ний. Она про­сто в срав­не­нии с ними – ака­де­мик, про­фес­сор-линг­вист. Чем короче напи­шешь, тем быст­рее отпра­вишь. Клише мыс­лей и слов полу­ча­тель поймет.

Правда, есть также мне­ние, что подоб­ный язык гово­рит о бога­тых воз­мож­но­стях рус­ского языка и сего­дня при­ем­лем. Даже если он и непри­ем­лем – он уже появился на свет, суще­ствует и есть.

Как пра­вило, дети, оку­нув­ши­еся в омут SMS-мании или зави­си­мо­сти, оди­ноки и мни­тельны, с низ­кой само­оцен­кой, с мас­сой ком­плек­сов. Это дети, кото­рым очень трудно общаться вжи­вую. И они нашли спо­соб создать для себя что-то вроде иллю­зии ком­му­ни­ка­ции. Ты не видишь глаз тех, кому пишешь, и по мимике инту­и­тивно не чув­ству­ешь сте­пень искрен­но­сти отно­ше­ний. А без­молв­ные крат­кие письма вовсе не эта­лон под­лин­но­сти эмо­ций. Так что можно тебе обма­нуться, и никто не узнает, какой дис­ком­форт ощу­щал ты, писав эти письма, защи­щая себя от действительности.

А ведь мы с Вами, взрос­лые, и в самом деле заме­чаем лишь види­мый только пове­ден­че­ский аспект при SMS-мании у наших детей. Пре­бы­ва­ние вме­сте, вдвоем с теле­фо­ном днем и ночью, все­гда и везде, посто­ян­ные взоры ребенка на экран теле­фона, то и дело набор сооб­ще­ний, даже если Вы вышли с детьми погу­лять. Теле­фон стал ребенку важ­нее роди­те­лей и дру­зей, все его инте­ресы только в нем и о нем.

Ваш ребе­нок теперь посто­янно рас­сеян, хуже учится и плохо спит. Утром, встав, пер­вым делом стро­чит сооб­ще­ния, раз­дра­жен, когда не отве­чают. Он меняет давно уста­нов­лен­ный режим дня, поза­был все свои увле­че­ния и при­вя­зан­но­сти, кроме этих своих сообщений…

Если нечто подоб­ное про­ис­хо­дит с Вашим ребен­ком, заду­май­тесь о глу­бин­ных при­чи­нах его пове­де­ния. Почему SMS-мания стала его обра­зом жизни и сре­дой оби­та­ния? Почему он бежит от реаль­но­сти? Почему увле­че­ние стало теперь для него смыс­лом жизни? Почему ему в жизни важна лишь искус­ствен­ная коммуникация?

На сего­дняш­ний день SMS-зави­си­мость, так же как и интер­нет-зави­си­мость, игро­ма­нию, отно­сят к вир­ту­аль­ным зави­си­мо­стям. Вир­ту­аль­ным, но отра­жа­ю­щимся на реаль­ной жизни людей.

Однако самое страш­ное, что угро­жает Вашему ребенку при SMS-зави­си­мо­сти, – это дегра­да­ция его умствен­ных спо­соб­но­стей. По мне­нию ряда нар­ко­ло­гов, пыта­ю­щихся лечить эту зави­си­мость, в запу­щен­ных слу­чаях подоб­ная дегра­да­ция напо­ми­нает изме­не­ние пси­хики при упо­треб­ле­нии мари­ху­аны. Во вся­ком слу­чае, если даже и не дегра­да­ция, то рабо­то­спо­соб­ность ребенка резко падает и по-сво­ему дегра­ди­ру­ется живое общение.

Вспо­ми­на­ется слу­чай, как одна две­на­дца­ти­лет­няя девочка, увле­ка­ю­ща­яся писа­ни­ной SMS-сооб­ще­ний, пожа­ло­ва­лась, что при встрече с подруж­кой, кото­рой она посы­лает по десять писем в день, им не о чем гово­рить. Вся их дружба теперь – это лишь пере­писка – «да» и «нет», «хочешь» или же «не хочу». Раньше вме­сте они посто­янно ходили в театр или в кино, в гости к своим зна­ко­мым, раньше вме­сте бро­дили они по аллеям в парке возле их дома. А сей­час это в про­шлом, про­сто вре­мени нет. Как появится только – сразу же за мобиль­ный. Не заме­тишь, как быстро оно про­ле­тает. Так что общие темы бесед их друг с дру­гом свя­заны только лишь с SMS-сообщениями.

К сожа­ле­нию, эта оне­мев­шая речь стала свя­зы­вать теперь почти всех детей, для кото­рых роди­тели при­об­рели телефоны.

А япон­ский про­фес­сор Нобио Мас­а­така, спе­ци­а­лист по при­ма­там и автор бест­сел­лера «Обе­зьяны с мобиль­ными теле­фо­нами», счи­тает, что эти корот­кие сооб­ще­ния по SMS, заме­нив­шие мно­гим беседы и нор­маль­ную речь, начали вызы­вать у под­рост­ков инстинкты при­мата, уве­ли­чив у них агрес­сив­ность. А мобиль­ники, все посто­янно фик­си­руя в своей памяти, вообще скоро, навер­ное, лишат чело­ве­че­ство луч­ших умов, так как память теперь не имеет значения.

В общем, как в любом новом мас­со­вом явле­нии, а вер­нее, в любом поваль­ном увле­че­нии и в про­блеме повы­шен­ного вни­ма­ния к SMS-сооб­ще­ниям име­ются свои сто­рон­ники и про­тив­ники. Но когда это каса­ется взрос­лых, у них есть уже соб­ствен­ные поня­тия и взгляды отно­си­тельно этого и золо­той для них сере­дины. Но когда речь идет о ребенке, а сей­час уже мно­гие дети имеют мобиль­ники почти с пеле­нок, здесь бы надо роди­те­лям поста­раться дер­жаться неких твер­дых позиций.

Говоря о воз­мож­но­стях обще­ния SMS-посла­ни­ями между роди­те­лями и детьми, мно­гие иссле­до­ва­тели видят в этом даже больше пре­иму­ществ, чем недо­стат­ков, счи­тая, что такое обще­ние соот­вет­ствует духу вре­мени. Конечно же соот­вет­ствует, но надо учи­ты­вать еще и суть кон­цен­три­ро­ван­ного содер­жа­ния роди­тель­ских настав­ле­ний, кото­рая может пре­сле­до­вать тебя по сто раз на день, начи­на­ясь с капель и кон­ча­ясь япон­скими пытками.

Невольно вспо­ми­на­ется даже один из курьез­ных слу­чаев, недавно про­ис­шед­ших в Китае. Юноша, украв­ший сумку с день­гами и мобиль­ным теле­фо­ном, начал полу­чать от быв­шей вла­де­лицы этого мобиль­ного теле­фона SMS-сооб­ще­ния с прось­бой забрать себе деньги, но вер­нуть теле­фон. Учи­тель­ница не про­сто про­сила парня вер­нуть ей свой теле­фон, но невольно про­дол­жала выпол­нять и свою про­фес­си­о­наль­ную вос­пи­та­тель­ную мис­сию, обща­ясь с ним и послав ему 21 SMS-сооб­ще­ние при­мерно такого содер­жа­ния: «При­я­тель, меня зовут Пэн Эллинг, и я пре­по­даю в школе Вуто Миал Скул. У тебя, навер­ное, дела идут плохо, поэтому я на тебя зла не держу…»; «Ошибки совер­шают все, но глав­ное – ты дол­жен осо­знать это и пытаться их исправить…»

Когда тер­пе­ние педа­гога нако­нец лоп­нуло и она решила сооб­щить о про­паже в поли­цию, возле двери своей квар­тиры она вдруг уви­дела укра­ден­ную сумку. SMS-сооб­ще­ние, остав­лен­ное ей вором, гово­рило о том, что ее вос­пи­та­тель­ные воз­дей­ствия увен­ча­лись успе­хом: «Доро­гая Пэн. Мне очень жаль… Пожа­луй­ста, про­сти меня. Ты отнес­лась ко мне пони­ма­юще, даже несмотря на то, что я украл твои вещи. Я попы­та­юсь испра­виться и стать нор­маль­ным человеком».

Но про­гресс бес­ко­не­чен, за ним не уго­нишься. И теперь можно уже не только общаться эсэм­эс­ками с кем-то, созда­вая иллю­зию бла­го­по­лу­чия, что сей­час у тебя стало столько «дру­зей», но послать SMS для уча­стия в вик­то­рине, в какой-то игре. Можете зака­зать себе так даже музыку.

SMS-инду­стрия с каж­дым днем рас­цве­тает. Можете напи­сать даже в службу зна­комств, на доску объ­яв­ле­ний, узнать горо­скоп свой на эту неделю. Поучаст­во­вать в SMS-розыг­ры­шах. И без розыг­рыша отыс­кать себе друга, жениха и неве­сту, кого пожелаешь.

Этот сер­вис пошел еще дальше, пред­ло­жив Вам обще­ние с Богом. И теперь со всех точек пла­неты летят SMS-письма с содер­жа­нием просьб и жела­ний, кото­рые будут в Изра­иле вло­жены в Стену Плача.

Вы теперь можете полу­чить на мобиль­ный тек­сты нуж­ных молитв и посе­тить даже SMS-школу изу­че­ния Библии.

С каж­дым днем пере­чень всех услуг нарас­тает. Вот, к при­меру, один, най­ден­ный в Интернете.

Новые сер­висы SMS-мании

Вы можете найти друга по пере­писке или про­сто с инте­ре­сом про­ве­сти сво­бод­ные пол­часа. Оку­ни­тесь в мир SMS-инфор­ма­ции и развлечений!

Новый увле­ка­тель­ный сер­вис – это весе­лое вре­мя­пре­про­вож­де­ние, удоб­ная воз­мож­ность обще­ния и поиска новых дру­зей по всей стране.

Для весе­лого вре­мя­пре­про­вож­де­ния Вы можете про­чи­тать анек­доты, афо­ризмы, зна­ме­на­тель­ные даты, подарки, при­зна­ние в любви, Кама­сутру, тосты, цитаты.

Вашему вни­ма­нию предо­став­лена самая све­жая инфор­ма­ция – авто­коды, курс всех валют, погода, штрих-коды.

Вы можете полу­чить любую пер­со­наль­ную инфор­ма­цию: горо­скопы, био­ритмы, сон­ник, нумерология.

SMS-транс­ля­ция спор­тив­ных сорев­но­ва­ний: фут­бол, хок­кей, «Формула‑1».

SMS-игры (сле­дует пере­чень огром­ного коли­че­ства игр).

Лого и мело­дии: получи кар­тинки или мело­дии на свой телефон.

Можно ли усто­ять нам вообще перед переч­нем таких воз­мож­но­стей, и осо­бенно детям, жаж­ду­щим быст­рее пере­про­бо­вать все в бес­ко­неч­ных меню фан­та­сти­че­ски-ска­зоч­ных технологий?

КАК ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям при увле­че­нии их ребенка SMS-сообщениями

  • Объ­яс­нить ему, что SMS-сооб­ще­ние на сего­дня – реаль­ная необ­хо­ди­мость, в каких слу­чаях надо его посылать.
  • Поощ­рять только нуж­ные SMS-отправления.
  • Разъ­яс­нять, что с дру­зьями не стоит целый день пере­бра­сы­ваться парой слов в своих сооб­ще­ниях, лучше встре­титься и пооб­щаться. Поощ­рять, как только воз­можно, такое общение.
  • Рас­ска­зы­вать о воз­мож­ных послед­ствиях для здо­ро­вья детей при увле­че­нии ребенка SMS-сообщениями.
  • Запол­нять все сво­бод­ное время ребенка инте­рес­ной для него деятельностью.
  • Уде­лять мак­си­мум вни­ма­ния для обще­ния с ним.
  • Если у Вас воз­ни­кает подо­зре­ние на воз­ни­ка­ю­щую у ребенка SMS-зави­си­мость, а об этом нетрудно дога­даться по теле­фон­ному счету, отклю­чите доступ теле­фона к SMS.

КАК НЕ ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям при увле­че­нии их ребенка SMS-сообщениями

  • Не обра­щать вни­ма­ния на увле­че­ние ребен­ком пере­пиской по мобиль­ному теле­фону и бес­ко­неч­ной тра­той вре­мени на SMS-сообщения.
  • Не раз­ре­шать писать их вообще.
  • Запре­щать общаться с дру­зьями, кото­рым он пишет SMS-сообщения.
  • Уде­лять мало вре­мени для обще­ния со своим ребенком.

Ситу­а­ция для родителей

Когда учи­тель­ница пожа­ло­ва­лась маме Вити, что он сего­дня на уроке гео­мет­рии писал SMS-сооб­ще­ния вме­сто того, чтобы слу­шать новый мате­риал, мама маль­чика только пожала пле­чами, объ­яс­нив ей, что Вите уже 14 лет и у него есть своя голова на пле­чах. Если ему неин­те­ресно учиться, пой­дет рабо­тать. Но запре­тить сыну писать SMS-сооб­ще­ния она не может.

 Пра­виль­ную ли пози­цию по отно­ше­нию к вос­пи­та­нию сво­его сына заняла мама Вити?

* * *

SMS-мания – это нечто подоб­ное визит­ной кар­точке для совре­мен­ных детей, в какой-то сте­пени отра­жа­ю­щей их миро­ощу­ще­ние, а ско­рее всего, свое­об­раз­ное миро­ви­де­ние и миро­при­ня­тие. И если вдруг гори­зонт нашей жизни для Вашего ребенка смы­ка­ется в каких-то пустых и ник­чем­ных SMS-сооб­ще­ниях со сло­вар­ным запа­сом скуд­нее, чем был даже у «зна­ме­ни­той» Эллочки-людо­едки, не наша ли в этом вина?

А может быть, сами порой мы похожи на этих же Элло­чек-людо­едок со своим стан­дарт­ным джентль­мен­ским набо­ром мето­дов вос­пи­та­ния соб­ствен­ного ребенка, не желая его пере­смат­ри­вать, поза­быв о дина­мике жизни и о том, что ребе­нок меня­ется тоже вме­сте с этой дина­ми­кой и по-сво­ему даже пыта­ется, как умеет, про­ти­во­сто­ять нам. И одна из попы­ток про­ти­во­сто­я­ния – это жизнь по пра­ви­лам SMS-сооб­ще­ний. Ведь любая зави­си­мость в конце кон­цов – это крик чело­века о помощи, его свое­об­раз­ная соска, отвле­че­ние от посто­янно скре­бу­щих про­блем нашей реаль­но­сти, где, оче­видно, ско­рее всего, Ваш «эсэмес­ный» ребе­нок не ощу­щает еще почему-то проч­ного дна, чув­ствуя во всем лишь зыб­кость… Маят­ник зыб­ко­сти всех наших чувств, маят­ник зыб­ко­сти всех отно­ше­ний, маят­ник зыб­ко­сти наших… надежд… А боль­шой палец шлет эсэмески, наде­ясь на луч­шее… Неда­ром поко­ле­ние совре­мен­ных детей в Япо­нии назвали «поко­ле­нием боль­шого пальца».

Теледети, воспитанные теленянями

Для сего­дняш­него ребенка теле­ви­зор – это настолько обы­ден­ное явле­ние, что ему очень трудно пред­ста­вить, как воз­можно про­жить без него. Не успев еще даже родиться, а тем более после рож­де­ния Ваш мла­де­нец при­слу­ши­ва­ется к мно­го­чис­лен­ным голо­сам в доме. При­чем это не только голос мамы и папы, голоса дру­гих близ­ких ребенку людей, но и чуж­дых ему, посто­рон­них, гово­ря­щих не с ним, а с самими собою. Они словно живут тоже в этой квар­тире или в ком­нате, но в теле­ви­зоре, созда­вая иллю­зию эффекта при­сут­ствия в доме мно­же­ства раз­ных людей.

Оче­видно, ско­рее всего, для мла­денца теле­ви­зор «похож» на собаку и кошку, он – «живой», не мяу­кает, но раз­го­ва­ри­вает, да еще что-то в нем дви­га­ется все время. Даже мама все­гда рада слу­шать его и смот­реть, что же в нем происходит.

И ведь дей­стви­тельно, во мно­гих семьях посто­янно вклю­чен­ный теле­ви­зор – свое­об­раз­ный фон жизни семьи. Он и вправду – живой: сам с собой раз­го­ва­ри­вает, сам себе рекла­ми­рует что-то и сам слу­шает свою же музыку, при­вле­кая вни­ма­ние малыша. И ребе­нок, еще не умея сам сидеть, уже часто сидит перед ним на коле­нях у мамы или, лежа в своей кро­ватке, умуд­ря­ется и через пру­тья смот­реть на мель­ка­ние раз­ных кар­ти­нок, на мель­ка­ние света и тени в этом стран­ном таин­ствен­ном «звере», то ли кошке или же собаке, непо­хо­жем ни на кого.

И конечно же уже повзрос­лев­шему совре­мен­ному ребенку все Ваши рас­сказы о жизни без теле­ви­зора пока­жутся сказ­ками или мифами, но не былью.

Однако были когда-то те, дале­кие уже теперь вре­мена, когда смот­реть теле­ви­зор каза­лось бла­гом, а про­граммы для детей пока­зы­вали доб­рые и свет­лые мульт­фильмы. Тогда теле­ви­зор был не в каж­дой семье, и люди ходили друг к другу в гости посмот­реть мод­ный теле­се­риал или дол­го­ждан­ный кон­церт, а сам теле­ви­зор казался сино­ни­мом радости.

Сего­дня же – совер­шенно дру­гая кар­тина. И «сино­ним радо­сти» при­но­сит не только радость. Теле­ви­зи­он­ное «хоро­шее» уже пере­ли­ва­ется через край, пре­вра­ща­ясь из хоро­шего в пло­хое. А пло­хое в том смысле, что с каж­дым годом появ­ля­ется все больше и больше работ, дока­зы­ва­ю­щих нега­тив­ное вли­я­ние «покло­не­ния» теле­ви­зору на пси­хику и здо­ро­вье чело­века, и осо­бенно если это ребенок.

Правда, прежде всего, что «хоро­шего» при­но­сит все-таки теле­ви­зор ребенку.

Без­условно, если умело исполь­зо­вать пред­ла­га­е­мые им раз­ви­ва­ю­щие и обще­об­ра­зо­ва­тель­ные про­граммы, то это раз­ви­тие позна­ва­тель­ных спо­соб­но­стей, раз­ви­тие эру­ди­ции ребенка. Ведь даже став­шие «прит­чей во язы­цех» теле­пу­зики могут мно­гому научить детей ран­него воз­раста, кото­рым мало уде­ляют вни­ма­ния их роди­тели. А «Улица Сезам» посвя­тит во мно­гие тайны чело­ве­че­ского бытия дошколь­ни­ков. Смотря люби­мые пере­дачи, Ваш ребе­нок нахо­дит темы для обще­ния с дру­гими детьми, увле­ка­ю­щи­мися этими же про­грам­мами, а зна­чит, учится ком­му­ни­ка­ции, бла­го­даря кото­рой сумеет адап­ти­ро­ваться к усло­виям нашего общества.

Теле­ви­зор на какое-то время успо­ка­и­вает импуль­сив­ного и гипе­р­ак­тив­ного ребенка, давая не только ему, но и роди­те­лям крат­ко­вре­мен­ные пере­дышки. А в неко­то­рых семьях он заме­няет малышу даже няню. Во вся­ком слу­чае, во время про­смотра ребен­ком теле­ви­зи­он­ной пере­дачи мама может заняться соб­ствен­ными делами. Хоро­шая пере­дача под­ни­мает настро­е­ние, а понра­вив­шийся мульт­фильм, рас­ска­зы­вая о том, что про­ис­хо­дит с дру­гими, зна­ко­мит ребенка со все­воз­мож­ными чув­ствами и эмо­ци­ями людей, пред­ла­гая пути выхода из раз­лич­ных ситу­а­ций, таким обра­зом как бы обу­чая детей «пра­вильно жить» и делать как можно меньше ошибок.

Навер­ное, эти поло­жи­тель­ные воз­дей­ствия теле­про­грамм и в самом деле бла­го­творно вли­яли бы на ребенка, если бы роди­тели его могли бы поль­зо­ваться магией подоб­ных чудес света, деля ее на чер­ную и белую, оста­вив для детей лишь вол­шеб­ство и чаро­дей­ство белой.

К сожа­ле­нию, в совре­мен­ных инструк­циях к теле­ви­зору не преду­смот­рены пункты, пре­ду­пре­жда­ю­щие роди­те­лей о воз­мож­ных нега­тив­ных послед­ствиях, кото­рые могут воз­ник­нуть у детей при непра­виль­ном исполь­зо­ва­нии голу­бого экрана.

А непра­виль­ное исполь­зо­ва­ние теле­ви­зора, когда речь идет о ребенке, это, прежде всего, зло­упо­треб­ле­ние вре­ме­нем про­смотра, без учета воз­раст­ных осо­бен­но­стей детей, так же как и про­грам­мами передач.

Роди­тели, уса­жи­ва­ю­щие своих детей перед теле­экра­нами, должны быть осве­дом­лены, чем это может обер­нуться в дальнейшем.

Дей­стви­тельно ли от этого только лишь польза или может быть также вред? И стоит ли заме­нять теле­ви­зо­ром няню ради соб­ствен­ного бла­го­по­лу­чия, если это потом отзо­вется нега­тив­ными сдви­гами в орга­низме ребенка и рас­плата за все – потеря здо­ро­вья. Однако иссле­до­ва­ния послед­них лет сви­де­тель­ствуют именно об этом.

Напри­мер, став­ший мод­ным сего­дня в связи с при­пи­сы­ва­е­мым его детям-индиго дефи­цит кон­цен­тра­ции вни­ма­ния мно­гие уче­ные стали свя­зы­вать с увле­че­нием ребенка теле­ви­зо­ром, счи­тая, что про­смотр теле­пе­ре­дач детьми более двух часов в день спо­соб­ствует раз­ви­тию этого явле­ния. При­чем каж­дый час, пре­вы­ша­ю­щий при­мер­ную норму опти­маль­ного вре­мени в два часа, повы­шает риск появ­ле­ния дефи­цита вни­ма­ния при­бли­зи­тельно на 10 %. А что тогда гово­рить в тех слу­чаях, когда дети сидят перед теле­экра­нами чуть ли не дни и ночи напро­лет, пока не надо­ест, пока могут.

А сиде­ние перед экра­ном – это вынуж­ден­ная гипо­ди­на­мия ребенка и бес­со­зна­тель­ная еда того, что попа­дется под руку. Как пока­зали науч­ные иссле­до­ва­ния, 25 % от съе­ден­ной за день ребен­ком пищи маши­нально загла­ты­ва­ется им во время про­смотра теле­ви­зора, а коли­че­ство детей, стра­да­ю­щих ожи­ре­нием, про­грес­сивно рас­тет во всем мире. Так что низ­кая физи­че­ская актив­ность, гра­ни­ча­щая с ленью, сов­местно с дру­гими небла­го­при­ят­ными фак­то­рами отра­жа­ется на здо­ро­вье ребенка, и не только в виде избы­точ­ной массы тела, но и спо­соб­ствует высо­кому риску раз­ви­тия у этих детей все­воз­мож­ных сома­ти­че­ских забо­ле­ва­ний, не говоря уже о нару­ше­ниях поведения.

Дан­ные иссле­до­ва­те­лей из уни­вер­си­тета Глазго в Шот­лан­дии пока­зали, что сего­дняш­ний трех­лет­ний ребе­нок в боль­шин­стве слу­чаев физи­че­ски акти­вен не менее 20 минут в день при мини­маль­ной норме один час. И еже­днев­ная дань теле­пе­ре­да­чам тоже вно­сит в это свою лепту.

А иссле­до­ва­ние пси­хо­ло­гов из Кор­нель­ского уни­вер­си­тета завер­ши­лось выво­дами о том, что у малень­ких детей, пред­по­чи­та­ю­щих теле­ви­зор дру­гим заба­вам, про­яв­ля­ется склон­ность к аутизму. Ока­за­лось, что в тех местах и шта­тах, где погод­ные усло­вия очень часто небла­го­при­ятны для про­гу­лок, дети вме­сто игр во дворе сидят перед телевизорами.

Эта склон­ность к аутизму у детей обна­ру­жи­ва­лась чаще в тех семьях, где име­лась воз­мож­ность смот­реть кабель­ное теле­ви­де­ние с бес­ко­неч­ным выбо­ром про­грамм. По мне­нию уче­ных, это, веро­ят­нее всего, было свя­зано с тем, что, увле­ка­ясь, как и дети, теле­ви­зо­ром, роди­тели в таких семьях, следя лишь за экра­ном, почти не гово­рят с ребен­ком. А это озна­чает – что дети почти не обща­ются с людьми и заго­няют сами себя в свою реальность.

Вообще, дан­ные послед­них иссле­до­ва­ний во мно­гих стра­нах мира сви­де­тель­ствуют о том, что ком­му­ни­ка­тив­ные спо­соб­но­сти детей, несмотря на то что тем для раз­го­во­ров предо­ста­точно, ухуд­ша­ются и сво­дятся на нет. И если раньше собе­сед­ни­ком был друг, то теперь теле­ви­зор, а это собе­сед­ник без обрат­ной связи.

Сего­дняш­ние дети почти уже не мучают роди­те­лей вопро­сами, и не из-за того, что исчез воз­раст поче­му­чек. Им про­сто легче посмот­реть про все инте­ре­су­ю­щее их телепрограмму.

От этого стра­дает речь, ведь с раз­го­вор­ной речью они почти что незна­комы. А их роди­тели, не пони­мая этого, довольны тем, что могут отдох­нуть. И отды­хают… не обща­ясь с соб­ствен­ным ребен­ком. Зато потом удив­лены и сетуют – что с их ребен­ком, он плохо гово­рит, не может стро­ить фразы и даже отве­чать тол­ково на вопросы.

Уче­ные из Ассо­ци­а­ции педи­ат­ров Япо­нии, зани­ма­ясь этой про­бле­мой, обна­ру­жили сле­ду­ю­щую зако­но­мер­ность – чем больше ребе­нок смот­рит теле­ви­зор, тем меньше раз­виты его ком­му­ни­ка­ци­он­ные спо­соб­но­сти. Ока­за­лось, что 96,6 % детей из тех семей, где теле­ви­зор состав­лял свое­об­раз­ный фон жизни, рабо­тая без пере­дышки больше 10 часов в день, во время вынуж­ден­ных кон­так­тов с людьми не смот­рели на собе­сед­ни­ков, а отво­дили от них глаза. Так что нет ничего уди­ви­тель­ного в том, что у таких детей наблю­да­лись замед­лен­ные темпы усво­е­ния раз­го­вор­ной речи. У них про­сто не было навы­ков обще­ния. Теле­ви­зор заме­нял им няню, но эта няня не умела под­дер­жи­вать даже самый при­ми­тив­ный разговор.

А уче­ники млад­ших клас­сов, у кото­рых был соб­ствен­ный теле­ви­зор в ком­нате, не только отста­вали от своих сверст­ни­ков в позна­нии языка, но и плохо справ­ля­лись, помимо этого, и с зада­ни­ями мате­ма­ти­че­ского тестирования.

Сен­са­ци­он­ные иссле­до­ва­ния ново­зе­ланд­ских уче­ных из уни­вер­си­тета Отаго изве­стили весь мир о том, что чем больше ребе­нок сидит перед теле­ви­зо­ром, тем хуже он учится в школе и тем меньше имеет шан­сов посту­пить в уни­вер­си­тет. А если даже такие дети и обу­ча­ются в выс­ших учеб­ных заве­де­ниях, то они реже дру­гих успешно окан­чи­вают их. Эти резуль­таты посто­янно под­твер­жда­ются и дру­гими зару­беж­ными иссле­до­ва­ни­ями – ну хотя бы таким, что из 1000 обсле­до­ван­ных людей два­дца­ти­ше­сти­лет­него воз­раста более низ­кий уро­вень обра­зо­ва­ния ока­зался у тех, кто в дет­стве любил смот­реть телевизор.

А если под «дет­ством», по дан­ным дру­гого иссле­до­ва­ния аме­ри­кан­ских уче­ных, под­ра­зу­ме­ва­ется лишь ран­ний воз­раст – воз­раст до трех лет, то при раз­вле­че­ниях теле­ви­зи­он­ными про­грам­мами в этом воз­расте более трех часов в день пока­за­тели неко­то­рых умствен­ных спо­соб­но­стей у таких детей при дости­же­нии ими 6–7 лет могут ока­заться хуже, чем у сверст­ни­ков, для кото­рых теле­ви­зор в ран­нем воз­расте не был пана­цеей от всех бед и массовиком-затейником.

Говоря о послед­них науч­ных иссле­до­ва­ниях 2011–2012 годов, хоте­лось бы оста­но­виться на иссле­до­ва­ниях бри­тан­ских уче­ных, счи­та­ю­щих, что совре­мен­ные малыши живут сего­дня между пятью экра­нами – теле­ви­зо­ров, ком­пью­те­ров, видео-игр, айфо­нов или дру­гих совре­мен­ных мобиль­ных теле­фо­нов и экра­нов-таб­ле­ток. Среди этих экра­нов в ран­нем воз­расте пре­об­ла­дает экран теле­ви­зора. Педи­атры и пси­хо­логи оза­бо­чены вли­я­нием этих экра­нов на состо­я­ние здо­ро­вья ребенка.

Ока­за­лось, что бри­тан­ские тиней­джеры, как, впро­чем, и под­ростки из дру­гих стран, около шести часов в день тра­тят на про­смотр теле­ви­зора, а про­блемы с лиш­ним весом и сер­дечно-сосу­ди­стой систе­мой начи­на­ются у детей уже даже тогда, когда это время дости­гает двух часов в день.

Теле­ви­зор не дол­жен стать «элек­трон­ной няней», малыши должны общаться не с ним, а с живыми людьми – роди­те­лями и детьми. Педи­атры, при­ни­мав­шие уча­стие в этих иссле­до­ва­ниях, сове­туют, чтобы роди­тели зна­ко­мили малы­шей с теле­ви­зо­ром только тогда, когда у них уже выра­бо­та­ются при­вычки соци­аль­ного обще­ния. При­чем, сов­мест­ный про­смотр теле­ви­зи­он­ных пере­дач роди­те­лей с малы­шами и обсуж­де­ние уви­ден­ного зна­чи­тельно сни­зит нега­тив­ное вли­я­ние теле­ви­зора на пси­хику ребенка.

Бри­тан­ские педи­атры при­зы­вают вла­сти ЕС при­нять самые жест­кие меры про­тив того, чтобы про­смотры теле­ви­зи­он­ных пере­дач вхо­дили в жизнь малень­ких детей, при­водя в при­мер Аме­рику, Австра­лию и Канаду, где этот вопрос уже решен.

Роди­тели должны знать, что еже­днев­ный про­смотр теле­ви­зора повы­шает и дет­скую агрес­сив­ность. Не сек­рет, что сей­час прак­ти­че­ски нет совер­шенно наив­ных и доб­рых пере­дач для малы­шей. Почти в каж­дом мульт­фильме кто-то с кем-то сра­жа­ется. И когда побеж­дает даже добро, зло успело оста­вить свой след на душе у ребенка, посто­янно бояв­ше­гося, кто кого побе­дит и какое зло­дей­ство еще дол­жен выне­сти его люби­мый герой.

Аме­ри­кан­ские пси­хо­логи при­бли­зи­тельно под­счи­тали, что уже к 12-лет­нему воз­расту дети, посто­янно смот­ря­щие теле­ви­зор, видят в сред­нем около 100 тысяч сцен наси­лия по этому чудо-при­бору. И если учесть, что все это осе­дает в эмо­ци­о­наль­ной памяти ребенка где-то на уровне под­со­зна­ния, то легко объ­яс­нимо – почему агрес­сив­ность у нынеш­него поко­ле­ния детей и под­рост­ков рас­тет бук­вально в гео­мет­ри­че­ской про­грес­сии. И хотя есть иссле­до­ва­ния, опро­вер­га­ю­щие эти выводы, утвер­жда­ю­щие, что это не так, что ребе­нок спо­со­бен понять нере­аль­ное и реаль­ное, тем не менее науч­ные работы послед­них лет с завид­ным упор­ством под­твер­ждают, что сцены наси­лия вовсе не помо­гают детям изба­виться от агрес­сив­ного пове­де­ния, а, наобо­рот, про­во­ци­руют его.

Экс­пе­ри­менты аме­ри­кан­ских, бель­гий­ских и немец­ких пси­хо­ло­гов пока­зали, что после про­смот­ров мульт­филь­мов с агрес­сив­ным содер­жа­нием даже у детей млад­шего школь­ного воз­раста повы­шался уро­вень агрес­сив­но­сти по срав­не­нию с исход­ным уров­нем, опре­де­ля­е­мым до начала про­смотра этих мультфильмов.

Уче­ные, полу­чив­шие дан­ные резуль­таты, не исклю­чают вер­сию, что это может быть свя­зано с тем, что дети, смот­ря­щие агрес­сив­ные мульт­фильмы, пыта­ются отож­деств­лять себя с агрес­сив­ными геро­ями, потому что, как пра­вило, эти почти все­гда коло­рит­ные пер­со­нажи при­вле­кают к себе зна­чи­тельно боль­шее вни­ма­ние, чем почти без­дей­ству­ю­щие и бес­цвет­ные их про­тив­ники, несу­щие людям добро.

Отож­деств­ляя себя с агрес­сив­ными геро­ями, дети пыта­ются им под­ра­жать, пере­ни­мая их спо­собы и пути пре­одо­ле­ния все­воз­мож­ных пре­пят­ствий и реше­ния раз­ных проблем.

Конечно же, если Вы будете посто­янно объ­яс­нять своим детям, смотря вме­сте с ними теле­пе­ре­дачи, что агрес­сия вовсе не выход из кри­ти­че­ских ситу­а­ций и мульт­фильмы лишь сказка, Ваш ребе­нок, ско­рее всего, вряд ли ста­нет так рьяно заост­рять все свое вни­ма­ние на агрес­сив­ных спо­со­бах реше­ния воз­ни­ка­ю­щих про­блем. Но если Вас это не будет тре­во­жить и Вы не дадите ему анти­при­меры, своим без­мол­вием как бы одоб­ряя его анти­об­ще­ствен­ные поступки, ребе­нок делает вывод, что агрес­сия достойна его под­ра­жа­ния, так же, как и агрес­сив­ный герой. Так что Ваш стиль вос­пи­та­ния спо­со­бен вне­сти свою лепту в агрес­сив­ность Ваших детей.

Рос­сий­ский пред­при­ни­ма­тель Али­шер Усма­нов завер­шил пере­го­воры с аме­ри­кан­ской ком­па­нией Films by Jove о при­об­ре­те­нии у нее кол­лек­ции из 547 клас­си­че­ских совет­ских мульт­филь­мов. Эту кол­лек­цию он хочет пере­дать в фонд созда­ва­е­мого дет­ского теле­ка­нала, на кото­ром, бла­го­даря этой покупке, можно будет уви­деть такие шедевры, как «Алень­кий цве­то­чек», «Сказка о царе Сал­тане», «Конек-гор­бу­нок», не говоря уже о серии мульт­филь­мов про Чебу­рашку и кро­ко­дила Гену.

(По мате­ри­а­лам СМИ)

Помимо агрес­сив­ного содер­жа­ния теле­про­грамм и Вашего стиля вос­пи­та­ния, по мне­нию пси­хо­ло­гов, раз­ви­тию агрес­сив­но­сти при про­смотре мульт­филь­мов и дру­гих дет­ских пере­дач спо­соб­ствуют также и инди­ви­ду­ально-лич­ност­ные осо­бен­но­сти Вашего ребенка, и вли­я­ние на него сверст­ни­ков и дру­зей, и то, как он оце­ни­вает содер­жа­ние уви­ден­ного. Пой­мите, что интер­пре­та­ция содер­жа­ния у Вас и ребенка может быть совер­шенно различной.

По дан­ным иссле­до­ва­те­лей из уни­вер­си­тета имени Вашинг­тона в Сиэтле, четы­рех­лет­ние дети, про­во­дя­щие у теле­ви­зора около трех с поло­ви­ной часов еже­дневно, ока­за­лись более драч­ли­выми и более зади­ри­стыми по срав­не­нию со сво­ими сверст­ни­ками, не уде­ля­ю­щими вни­ма­ния теле­про­грам­мам, даже при дости­же­нии ими воз­раста от 6 до 10 лет. При­чем подоб­ная веро­ят­ность воз­ни­кала у них на 25 % чаще, чем у срав­ни­ва­е­мых с ними ровесников.

По мне­нию руко­во­ди­теля этого иссле­до­ва­ния Фре­де­рика Цим­мер­мана, сде­лав­шего выводы и из дру­гих ана­ло­гич­ных про­ек­тов, в совре­мен­ном фильме для детей в сред­нем 9,5 минуты посвя­щены наси­лию, кото­рое волей-нево­лей смот­рит ребенок.

И конечно же чем больше и чаще Ваш ребе­нок видит сцены наси­лия, тем более нечув­стви­тель­ным к ним ста­но­вится он, и сомне­ния и муки Рас­коль­ни­кова ему про­сто уже непо­нятны. Так что каж­дый роди­тель дол­жен заду­маться о даль­ней­шем, уже когда только впер­вые вклю­чает ребенку «дет­скую» телепрограмму.

Как бы внешне спо­койно на пер­вый взгляд дети ни отно­си­лись бы к сце­нам наси­лия на экране, внут­ренне чем младше ребе­нок, тем силь­нее в эти моменты он пере­пол­нен страха, ино­гда зовя Вас поси­деть с ним в эти мгно­ве­ния, ино­гда убе­гая из ком­наты, чтоб не видеть, что может слу­читься потом.

Надо пом­нить, что чем младше ребе­нок, тем менее кри­тично оце­ни­вает он уви­ден­ное на экране и тем тяже­лее ему оце­нить – где правда, где вымы­сел. Ему все еще кажется прав­дой. И попро­буй ему объ­ясни, что волк вовсе не съел всех коз­лят, пока дома не было мамы-козы. Он же видел, что съел, и съел всех шесте­рых. И остался один лишь коз­ле­нок. А раз видел, так, зна­чит, все было дей­стви­тельно так.

Во вся­ком слу­чае, воз­раст­ной пере­чень стра­хов ребенка попол­ня­ется теперь каж­дый день ранее незна­ко­мыми стра­хами перед все­воз­мож­ными пер­со­на­жами из мульт­филь­мов и фан­та­сти­че­ских филь­мов для детей, начи­ная с мон­стров и кон­чая динозаврами.

А так как неко­то­рые роди­тели, смотря взрос­лые теле­про­граммы, не запре­щают смот­реть их вме­сте с ними ребенку, то дети пуга­ются уже не про­сто при­ду­ман­ных мон­стров, а жизни, уви­дев «стра­шилки» или «ужа­стики» реаль­ные, а не выду­ман­ные. При­чем больше всего пере­на­сы­щены ими послед­ние новости.

К сожа­ле­нию, глу­боко запря­тан­ный страх в каче­стве само­обо­роны тоже выби­рает агрес­сию, осо­бенно при бла­го­при­ят­ству­ю­щих ей ситуациях.

Чем больше нега­тив­ных эмо­ций испы­ты­вает, сидя около теле­ви­зора, Ваш ребе­нок, тем выше уро­вень его тре­вож­но­сти, тем бес­по­кой­нее сон, тем силь­нее выра­жено у него нервно-эмо­ци­о­наль­ное напря­же­ние, тем раз­дра­жи­тель­нее ста­но­вится он.

Уде­ляя много вни­ма­ния теле­ви­зору, ребе­нок невольно видит реклам­ные ролики, про­гла­ты­вая их инфор­ма­цию и счи­тая, что ею надо воспользоваться.

Вос­при­ни­мая рекламу все­рьез, Ваши дети искренне удив­лены, почему Вы не курите, когда есть сига­реты «Маль­боро», почему Вы не пьете такое пре­крас­ное пиво, как «Бал­тика», а доволь­ству­е­тесь мине­раль­ной водой.

Удив­ля­ясь Вашему пове­де­нию, дети тре­буют пре­тво­ре­ния рекламы в жизнь, хотя бы отно­си­тельно себя. Резуль­таты недав­них иссле­до­ва­ний пока­зали, что посто­ян­ный про­смотр реклам на дет­ских кана­лах закан­чи­ва­ется тем, что ребе­нок начи­нает выпра­ши­вать у роди­те­лей понра­вив­шу­юся ему игрушку, невзи­рая на при­чины отказа. Купите – и все! Если это сове­туют детям, почему же ее не купить?

Ока­за­лось, что в сред­нем ребе­нок еже­не­дельно наста­и­вает на том, чтобы роди­тели купили ему новую завет­ную игрушку, а каж­дые три недели ему очень хочется попро­бо­вать какие-нибудь два новых вида еды. В то же время дошколь­ники от трех до пяти лет, загла­ты­вая что-то съе­доб­ное во время про­смотра теле­пе­ре­дач, в связи с тем, что не могут пол­но­стью сосре­до­то­читься на еде, подав­ляют этим свой аппе­тит. Но тем не менее это нера­ци­о­наль­ное пита­ние спо­соб­ствует появ­ле­нию избы­точ­ной массы тела. В общем, закол­до­ван­ный круг.

Наряду с самыми отри­ца­тель­ными послед­стви­ями вли­я­ния теле­ви­зо­ров на детей, появ­ля­ются и работы, сви­де­тель­ству­ю­щие о поло­жи­тель­ных момен­тах такого воздействия.

Уче­ные из уни­вер­си­тета Сиены обна­ру­жили, что про­смотр теле­ви­зора – это мощ­ный отвле­ка­ю­щий фак­тор для сня­тия боле­вых ощу­ще­ний во время про­ве­де­ния меди­цин­ских про­це­дур. Этот фак­тор может даже сопер­ни­чать с под­держ­кой боль­ного ребенка мамой и ино­гда явля­ется еще эффек­тив­нее этой под­держки. Ока­за­лось, что отвле­че­ние детей инте­рес­ной теле­ви­зи­он­ной про­грам­мой сопро­вож­да­ется выбро­сом в кровь боле­уто­ля­ю­щих гормонов.

И еще одно из послед­них иссле­до­ва­ний, опро­вер­га­ю­щих вред­ное вли­я­ние теле­ви­зора на раз­ви­тие и здо­ро­вье ребенка, сви­де­тель­ствует о том, что во мно­гих слу­чаях при­пи­сы­ва­е­мые детям откло­не­ния со сто­роны пове­де­ния, их раз­ви­тия и здо­ро­вья отме­ча­лись у них и раньше, но про­сто не были ярко выра­жены, а по мере взрос­ле­ния ребенка интен­сив­ность их про­яв­ле­ния стала более значительной.

Однако какой бы точки зре­ния о вли­я­нии теле­ви­зора на Вашего ребенка Вы бы ни при­дер­жи­ва­лись, надо пом­нить о том, что элек­тро­маг­нит­ное излу­че­ние, исхо­дя­щее из теле­ви­зора, это вовсе не фак­тор, повы­ша­ю­щий сопро­тив­ля­е­мость орга­низма детей к раз­лич­ным забо­ле­ва­ниям. Элек­тро­маг­нит­ные излу­че­ния (ЭМИ) отри­ца­тельно вли­яют на мозг чело­века. Погло­ще­ние ЭМИ моз­гом может при­ве­сти к серьез­ным забо­ле­ва­ниям нерв­ной системы.

Поэтому для исклю­че­ния тяже­лых послед­ствий на здо­ро­вье ребенка надо учи­ты­вать и этот фак­тор, опи­ра­ясь на нормы коли­че­ства вре­мени, без­опас­ного для раз­вле­че­ния детей теле­ви­зо­ром в раз­лич­ные воз­раст­ные периоды.

Спе­ци­а­ли­сты сове­туют также при про­смотре теле­пе­ре­дач ребен­ком кон­тро­ли­ро­вать каче­ство изоб­ра­же­ния на экране, сле­дить за осве­ще­нием в ком­нате, соблю­дать нормы необ­хо­ди­мого рас­сто­я­ния между ребен­ком и телевизором.

По дан­ным бри­тан­ских иссле­до­ва­те­лей, после про­смотра теле­ви­зи­он­ной рекламы потреб­ле­ние пищи у детей уве­ли­чи­ва­ется на 134 %. Как пра­вило, из оби­лия рекла­ми­ру­е­мых про­дук­тов дети выби­рали шоко­лад, содер­жа­щий мак­си­мум жира и кало­рий, а также жели­ро­ван­ные кон­феты. Наи­боль­шее вли­я­ние на детей ока­зы­вали ролики, рекла­ми­ру­ю­щие про­дукты и игрушки, сопро­вож­да­е­мые муль­ти­пли­ка­ци­он­ными филь­мами. Резуль­таты иссле­до­ва­ния ука­зали на тот факт, что реклама спо­соб­ствует потреб­ле­нию детьми вред­ных для их здо­ро­вья про­дук­тов при­бли­зи­тельно в два раза.

(По мате­ри­а­лам СМИ)

Эти фак­торы без­опас­но­сти очень важны, и их нормы дол­жен знать каж­дый роди­тель, тем более что совре­мен­ный ребе­нок овла­де­вает искус­ством дистан­ци­он­ного управ­ле­ния теле­ви­зо­ром раньше, чем ходить и даже гово­рить, при­ни­мая посто­янно мая­ча­щий перед его гла­зами пульт управ­ле­ния за нуж­ную ему игрушку.

Рас­суж­дая о пози­тив­ном или нега­тив­ном вли­я­нии теле­ви­зора на ребенка, надо пом­нить, что хотим мы этого или нет, но сего­дня мы, сами того не желая, создали для наших детей такие усло­вия, что теле­ви­зор стал важ­ной частью их ком­пе­тен­ции в окру­жа­ю­щем мире. И если даже Ваш малыш не смо­жет бесе­до­вать с Вами о полот­нах Рем­брандта и скульп­ту­рах Родена, он дей­стви­тельно, как ком­пе­тент­ный спе­ци­а­лист в своем роде, без умолку спо­со­бен гово­рит Вам о Ляля или По – теле­пу­зи­ках, Губке Бобе или же о каком-то неиз­вест­ном Вам мон­стре. А когда малыши соби­ра­ются вме­сте, то они узнают о таких пер­со­на­жах почти с полу­слова, и их раз­го­воры про­ис­хо­дят на выс­шем «малы­шо­вом» уровне. Ну а дети постарше имеют, конечно, совер­шенно иные, уже свои инте­ресы, не говоря о подростках.

О том, как более пра­вильно научить ребенка поль­зо­ваться теле­ви­зо­ром и самим участ­во­вать в этом про­цессе, на сего­дняш­ний день есть раз­лич­ные мне­ния, но в основ­ном все сво­дится к сове­там аме­ри­кан­ских иссле­до­ва­те­лей, что до двух­лет­него воз­раста ребе­нок вообще не дол­жен иметь к теле­ви­зору ника­кого отно­ше­ния. Неко­то­рые уче­ные пред­ла­гают этот срок про­длить даже до четы­рех лет.

Раз­личны мне­ния и о допу­сти­мом коли­че­стве вре­мени про­дол­жи­тель­но­сти про­смотра пере­дач. В отно­ше­нии этого пара­метра – самое объ­ек­тив­ное: «Чем меньше, тем лучше». Для дошколь­ни­ков это время не должно пре­вы­шать 30–40 минут в день, для млад­ших школь­ни­ков – не больше часа, и лишь в более стар­шем воз­расте дети могут смот­реть теле­ви­зор до двух часов в день. При­чем мно­гие спе­ци­а­ли­сты вообще не реко­мен­дуют смот­реть теле­ви­зор еже­дневно, пред­ла­гая огра­ни­чи­ваться лишь двумя-тремя днями в неделю из семи.

Если Вы вклю­ча­ете теле­ви­зор в при­сут­ствии мла­денца, то до шести­ме­сяч­ного воз­раста его в основ­ном при­вле­кает све­тя­щийся экран. С полу­года ребе­нок уже пыта­ется узна­вать пред­мет, уви­ден­ный по теле­ви­зору и име­ю­щийся у него дома.

В одном из иссле­до­ва­ний мла­де­нец сумел пра­вильно исполь­зо­вать игрушку, подоб­ную кото­рой уви­дел в руках у незна­комца из теле­ви­зора сутки назад. Так что в этом воз­расте груд­ни­чок, бла­го­даря теле­ви­зору, может даже при­об­ре­сти какой-то жиз­нен­ный опыт. Но это вовсе не озна­чает, что он пони­мает все то, что про­ис­хо­дит на экране. Однако, даже не пони­мая, про­яв­ляет эмоции.

До трех лет дети еще не в силах объ­яс­нить все уви­ден­ное. Запас слов огра­ни­чен, хотя эмо­ции и чув­ства при про­смотре зна­ко­мого героя бук­вально пере­пол­няют ребенка. И даже назы­вая героя по имени, Ваш мла­де­нец без Ваших объ­яс­не­ний и ком­мен­та­риев лишь только инту­и­тивно дога­ды­ва­ется о том, что все-таки про­ис­хо­дит. Но… инту­и­ция может и подвести.

Однако уже ближе к четы­рех­лет­нему воз­расту Ваш малыш осо­знает, что мульт­фильмы и жизнь – это раз­ные вещи, но тем не менее с удо­воль­ствием погру­жа­ется в этот ска­зоч­ный мир. Раз­ви­ва­ю­щи­еся вооб­ра­же­ние и фан­та­зии поз­во­ляют ребенку иден­ти­фи­ци­ро­вать себя с теми геро­ями, в ролях кото­рых он хотел бы ока­заться и сам. Однако, при­ме­ряя на себя чужие эмо­ции, Ваш малыш еще не в силах понять, что ему жела­тельно похо­дить на реаль­ных людей, а не на каких-то ска­зоч­ных пер­со­на­жей мульт­филь­мов. Поэтому от роди­те­лей конечно же будут зави­сеть его пред­по­чте­ния – насколько сильно они пота­кают его нере­аль­ным пере­во­пло­ще­ниям и какие аль­тер­на­тивы реаль­ных людей вза­мен могут ему пред­ло­жить для роле­вых игр.

В то же время, навер­ное, каж­дая девочка в этом воз­расте должна чув­ство­вать себя хоть какое-то время прин­цес­сой, а каж­дый маль­чик – прин­цем. Вообще, жела­ние иден­ти­фи­ци­ро­вать себя с кем-то и похо­дить на выбран­ный пер­со­наж в дошколь­ном воз­расте может и дальше отра­жаться на жизни ребенка. Даже самому бес­та­лан­ному малышу не нужны азы системы Ста­ни­слав­ского. Она про­сто у него в крови. У детей – врож­ден­ный арти­стизм. И в роле­вой игре ребе­нок отшли­фо­вы­вает все его нюансы, пере­во­пло­ща­ясь для того, чтобы искренне про­жить при­ду­ман­ную жизнь. И когда ребе­нок на экране видит то, что его пора­жает, про­еци­руя на себя роль кого-то, он стра­дает так же, как этот герой. И все страхи, ужасы героя он пере­жи­вает вме­сте с ним. Нере­аль­ная жизнь на экране для него ста­но­вится реальной.

Так что, прежде чем вклю­чить Вам теле­ви­зор, надо знать о содер­жа­нии про­граммы и сюже­тах филь­мов для детей. Если фильм о страш­ном буду­щем и о раз­луке, оди­но­че­стве и о наси­лии, пусть даже с «хэппи-эндом», не вклю­чайте его все равно. Прежде, чем насту­пит «хэппи-энд», Ваш ребе­нок может пере­жить такие стра­сти, что, пожа­луй, даже его не заме­тит, зато этот ужас от уви­ден­ного будет «висеть» над ним посто­янно, как дамо­клов меч.

Полу­ча­ется, ребе­нок с мало­лет­ства живет сразу двумя жиз­нями: реаль­ной и при­ду­ман­ной, при­ни­мая эти жизни за одну или же невольно отда­вая пред­по­чте­ние при­ду­ман­ной, пол­ной неожи­дан­но­стей, магии и вол­шеб­ства. Это то, что не хва­тает ему в повседневности.

Но для малень­ких детей вол­шебно все – даже вдруг рас­крыв­шийся бутон неиз­вест­ного еще для малыша цветка. Ваш малыш и сам еще бутон. И когда рас­кро­ется он, как это все зави­симо от Вас.

И конечно, если ему не хва­тает Вашей без­оце­ноч­ной любви, Вашего вни­ма­ния к нему, Вашего сочув­ствия, Вашей под­держки, он пыта­ется все это отыс­кать в дру­гой реаль­но­сти, за пре­де­лами род­ного очага. И нахо­дит, впив­шись в теле­ви­зор, из всех совре­мен­ных маний выбрав теле­ма­нию. К сча­стью, это про­ис­хо­дит не все­гда. И пока ребе­нок еще мал, в Ваших силах все предот­вра­тить, пре­вра­тив Ваш теле­ви­зор дома в друга и союз­ника ребенка, а не в злоб­ного, без­жа­лост­ного монстра.

КАК ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с ребен­ком, любя­щим смот­реть телевизор

  • Поста­раться как можно позже при­учить ребенка к этому заня­тию, даже если теле­ви­зор в Вашем доме «заме­няет» род­ствен­ни­ков и явля­ется «чле­ном семьи».
  • Строго дози­ро­вать время про­смотра, сле­дуя реко­мен­да­циям спе­ци­а­ли­стов, соот­вет­ству­ю­щим воз­расту ребенка.
  • Малы­шам вклю­чать лишь те про­граммы, с содер­жа­нием кото­рых Вы зара­нее уже сумели озна­ко­миться, при­ни­мая во вни­ма­ние то, что не все пере­дачи, транс­ли­ру­е­мые дет­скими кана­лами, учи­ты­вают воз­раст­ные осо­бен­но­сти детей, а тем более Вашего ребенка.
  • Малень­ким детям лучше пока­зы­вать име­ю­щи­еся у Вас видео­фильмы или DVD-фильмы, извест­ные Вам до малей­ших подробностей.
  • Смот­реть теле­ви­зор вме­сте с малень­кими детьми, ком­мен­ти­руя про­ис­хо­дя­щее на экране, а при неожи­дан­ных пово­ро­тах сюжета объ­яс­нять им по ходу дей­ствия, что все это про­ис­хо­дит не на самом деле, а по замыслу режиссера.
  • Раз­ре­шать смот­реть пере­дачи только при хоро­шем каче­стве изоб­ра­же­ния на экране телевизора.
  • Сле­дить за тем, чтобы ребе­нок не садился слиш­ком близко к экрану телевизора.
  • Учи­ты­вать то обсто­я­тель­ство, что нагрузка на зре­ние при про­смотре теле­ви­зора зави­сит от осве­ще­ния в ком­нате, резко уве­ли­чи­ва­ясь в тем­ноте. Для умень­ше­ния этой нагрузки вклю­чайте в ком­нате свет с уче­том того, чтобы не было отсве­тов на экране.
  • В сол­неч­ную погоду при вклю­че­нии теле­ви­зора днем при­кры­вайте окна шторами.
  • Объ­яс­нять ребенку, что, когда он смот­рит теле­ви­зор лежа, пор­тится его зрение.
  • При­учать ребенка смот­реть теле­ви­зор сидя и не кушать в это время ничего.
  • Выклю­чать теле­ви­зор после про­смотра теле­про­граммы и не делать его зву­ко­вым фоном в доме.
  • Ста­раться не поку­пать детям игрушки, сим­во­ли­зи­ру­ю­щие отри­ца­тель­ных героев мультфильмов.
  • Не смот­реть вме­сте с ребен­ком взрос­лые фильмы.
  • Не кор­мить мла­денца гру­дью, одно­вре­менно смотря телевизор.
  • До двух лет не иску­шать малыша про­смот­ром телепрограмм.
  • Не запре­щать под­рост­кам смот­реть «мод­ные» для тиней­дже­ров теле­фильмы, чтобы они не ощу­щали себя изго­ями в среде ровесников.
  • Посто­янно искать все­воз­мож­ные аль­тер­на­тивы про­смотру теле­про­грамм: спор­тив­ные сек­ции, экс­кур­сии, походы в музеи, театры и т. д.
  • Если Вы видите, что Ваш ребе­нок пре­вра­ща­ется в теле­мана, заду­май­тесь – в чем Ваша вина: дей­стви­тельно ли искренне Вы любите его, доста­точно ли вре­мени про­во­дите с ним.

КАК НЕ ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с детьми, любя­щими смот­реть телевизор

  • Рас­тить и вос­пи­ты­вать ребенка, начи­ная с пери­ода ново­рож­ден­но­сти, в ком­па­нии с телевизором.
  • Созда­вать при помощи посто­янно вклю­чен­ного теле­ви­зора зву­ко­вой фон в квартире.
  • Заме­нять теле­ви­зо­ром домаш­ний очаг.
  • Кор­мить ребенка гру­дью, смотря пере­дачи по телевизору.
  • Пре­вра­щать теле­ви­зор в няню.
  • Не огра­ни­чи­вать время про­смотра передач.
  • Не обра­щать вни­ма­ния на сюжеты мультфильмов.
  • Ругать ребенка за тру­сость, если он боится сцен наси­лия в телевизоре.
  • Заме­нять обще­ние с Вами «обще­нием» с телевизором.
  • Не вни­кать в при­чины появ­ле­ния при­зна­ков теле­ма­нии у ребенка.
  • Не при­да­вать зна­че­ния види­мым изме­не­ниям пове­де­ния детей, вплоть до рас­строй­ства сна, после бес­кон­троль­ного про­смотра телепрограмм.
  • Не соблю­дать реко­мен­да­ции, помо­га­ю­щие сохра­нять зре­ние ребенка, посто­янно смот­ря­щего телевизор.
  • Раз­ре­шать одно­вре­менно смот­реть теле­ви­зор и делать домаш­ние задания.
  • Запре­щать смот­реть теле­ви­зор детям любого воз­раста и осо­бенно подросткового.
  • Не искать аль­тер­на­тив­ных заня­тий ребенку, пред­по­чи­та­ю­щему всему телевизор.

Ситу­а­ция для родителей

Вме­сто того чтобы отдать трех­лет­него Ванечку в дет­ский сад, его мама решила купить теле­ви­зор с боль­шим экра­ном и в те часы, когда она на работе, остав­лять Ваню дома вме­сте со стар­шей сест­рой, раз­ре­шая ему бес­кон­трольно смот­реть дет­ский канал телевидения.

 Как на ее месте посту­пили бы Вы?

* * *

Навер­ное, теле­ви­зор – это пер­вое, что уво­дит ребенка, еще про­жи­ва­ю­щего в стране грез, от роди­мого очага в Зазер­ка­лье реаль­но­сти. И что он уви­дит там – добро или зло, рас­свет или закат, – зави­сит только от нас, его роди­те­лей, все время пыта­ю­щихся обу­чить его раз­ли­чать оттенки цве­тов, осо­бенно белого цвета, кото­рым жела­тельно б забе­лить чер­ный. И если насту­пит вдруг в жизни ребенка период «ночей», пусть будут тогда это – белые ночи!

Телемания

– Вы не смот­рите фильмы про дятла Вуди? – искренне уди­ви­лась моя оча­ро­ва­тель­ная собе­сед­ница, шести­лет­няя Оленька, пере­ска­зы­вая мне содер­жа­ние оче­ред­ной серии мульт­филь­мов. – Вуди Вуд­пек­кер – мой самый люби­мый герой. Он такой хули­ган. – И Оленька с нескры­ва­е­мым вос­тор­гом про­дол­жала рас­ска­зы­вать мне про шало­сти забав­ного дятла. А потом я узнала о при­клю­че­ниях Лун­тика – этого дру­же­люб­ного фио­ле­то­вого «луня­нина», сва­лив­ше­гося на Землю. Через несколько минут речь шла уже о сме­ша­ри­ках. И только на пере­сказе оче­ред­ной серии «Губка Боб…» мне с тру­дом уда­лось пре­рвать девочку на пару минут, уди­вив ее нако­нец тем, что эта милая доб­рая живая губка нра­вится мне не меньше, чем ей. Какое сча­стье, что я дей­стви­тельно обра­тила когда-то вни­ма­ние на этот мульт­фильм с сим­па­тич­ным ребяч­ли­вым глав­ным героем, а то иначе бы про­сто не выдер­жала бы сего­дня этого свое­об­раз­ного экза­мена, устро­ен­ного шести­лет­ней девоч­кой, мама кото­рой обра­ти­лась ко мне для уточ­не­ния уровня ее нервно-пси­хи­че­ского раз­ви­тия. Правда, кто у кого уточ­нял этот уро­вень, ока­за­лось теперь под вопросом.

Все мои позна­ния о мульт­филь­мах про Винни-Пуха и Карлсона, Микки-Мауса и кота Лео­польда каза­лись Оленьке таким ата­виз­мом, что она, оче­видно, счи­тала, что я сва­ли­лась к ней тоже сего­дня вне­запно на голову, но не с Луны, как Лун­тик, а из эпохи «Страны Дино­зав­ров», про кото­рую она видела много мульт­филь­мов. Мне вообще пока­за­лось, что вся ее мис­сия на земле заклю­ча­лась лишь только в про­смотре этих мульт­филь­мов и изу­че­нии про­грамм телеменю.

Все мои дру­гие вопросы, уточ­ня­ю­щие уро­вень ее раз­ви­тия, вызы­вали у нее такое искрен­нее удив­ле­ние, что я сама уже начала сомне­ваться в пра­во­мер­но­сти поста­новки их шести­лет­нему ребенку. И на все мои вопросы, что ей больше нра­вится – книги или мульт­фильмы про Незнайку или Бура­тино, она с искрен­ним сожа­ле­нием, рас­смат­ри­вая меня, не раз­ду­мы­вая и не сомне­ва­ясь, гово­рила мне только про фильмы, не в силах понять – о каких кни­гах вообще сей­час может идти речь, когда про Незнайку и Бура­тино на свете столько мультфильмов.

Оче­видно, все дет­ские книги в поня­тии Оленьки были всего лишь навсего пере­ска­зом жизни ее люби­мых героев мульт­филь­мов. Так зачем же их надо читать, лучше все посмот­реть на экране. Она никак не могла пред­ста­вить себе, что вна­чале Аст­рид Линдгрен напи­сала книгу про Карлсона, а потом уже по этой книге появи­лось кино, потому что в ее поня­тии книги спи­сы­ва­ются с мульт­филь­мов для тех детей, у кото­рых дома почему-то нет теле­ви­зора. Про­сто Оленька ока­за­лась уже пред­ста­ви­те­лем нового поко­ле­ния наших детей, при­вык­шего полу­чать всю необ­хо­ди­мую инфор­ма­цию с экрана, а не с при­выч­ного для нас листа, осва­и­ва­ю­щего азы совре­мен­ной жизни не в реаль­ной, а в фик­тив­ной вир­ту­аль­ной дей­стви­тель­но­сти, ста­но­вясь свое­об­раз­ным фана­том этой действительности.

Гип­но­ти­че­ское воз­дей­ствие «уба­ю­ки­ва­ю­щего эффекта» теле­ви­зора посте­пенно пре­вра­щало ее увле­че­ние своей теле­гу­вер­нант­кой (мама девочки с боль­шой радо­стью поощ­ряла «дружбу» дочери с теле­экра­ном, путая его с широко обра­зо­ван­ным репе­ти­то­ром) в теле­ма­нию, завле­ка­ю­щую девочку как пение сирен в так назы­ва­е­мое обще­ство спек­такля, члены кото­рого прак­ти­че­ски уже не отли­чают реаль­ную жизнь от свое­об­раз­ного теат­раль­ного пред­став­ле­ния ее.

Но откуда Оленьке в шесть лет знать о том, что это сла­дост­ное пение сирен обычно роко­вое, и эмо­ции, испы­тан­ные ею от этого спек­такля, боль­шей частью нега­тив­ные, когда-то еще отзо­вутся в ее буду­щем в сход­ных ситу­а­циях с экран­ными, заост­ря­ю­щими все ее вни­ма­ние сего­дня, еще на пороге жизни.

Уже в 1972 году Герта Штурм, про­ведя мно­же­ство экс­пе­ри­мен­тов для иссле­до­ва­ния эмо­ци­о­наль­ного воз­дей­ствия радио и теле­ви­де­ния на чело­века, обна­ру­жила уни­каль­ное явле­ние. Если через три недели после пред­ла­га­е­мой пере­дачи реци­пи­енты забы­вали ее содер­жа­ние, сле­дуя нор­мам кри­вых забы­ва­ния, то эмо­ции, воз­ни­ка­ю­щие у них во время про­смотра этих пере­дач, не забылись.

Все даль­ней­шие иссле­до­ва­ния в этой обла­сти под­твер­дили дан­ные экс­пе­ри­мен­тов Штурм, придя к выво­дам, что эти эмо­ци­о­наль­ные пере­жи­ва­ния по устой­чи­во­сти… «рав­но­ценны эмо­ци­о­наль­ным привязанностям».

Но такие экс­пе­ри­менты про­во­ди­лись на взрос­лых людях. А что тогда гово­рить о ребенке, для кото­рого эмо­ци­о­наль­ные при­вя­зан­но­сти столь важны и кото­рый конечно же живет больше эмо­ци­ями, чем разумом.

Соб­ственно говоря, эти экс­пе­ри­менты про­де­мон­стри­ро­вали и при­вели к мысли о том, что Ваш ребе­нок после про­смотра какой-нибудь теле­про­граммы, поза­быв даже суть пере­дачи, где-то в лаби­ринте сво­его под­со­зна­ния сохра­нил массу эмо­ций, воз­ник­ших тогда в нем, отде­лив­шихся от того, кто их когда-то вызвал. Образно говоря, сбе­жав­шая от хозяев собака может Вас иску­сать или же начать лас­каться. Но для ребенка важны укусы. А если в нем закон­сер­ви­ро­ва­лось чув­ство страха? А если это была зависть? А если так спря­тался гнев? Да мало ли какие эмо­ции и чув­ства бур­лили тогда в нем. Конечно, если поло­жи­тель­ные, то пре­красно! А если он почув­ство­вал вдруг нена­висть? А если вдруг и в самом деле… ненависть?..

По мне­нию Мат­тен­клота (1991), теле­зри­тели эмо­ци­о­нально управ­ля­емы. И без­условно, это каса­ется также детей, так что любой ребе­нок, смот­ря­щий теле­пе­ре­дачу, не про­сто заря­жа­ется ее эмо­ци­ями, но и направ­ляет их в опре­де­лен­ное русло. А вися­щее на стене ружье когда-нибудь выстрелит.

Так что все доводы роди­те­лей в пользу того, что ребе­нок лишь только кай­фует, смотря теле­ви­зор, из обла­сти само­успо­ко­е­ния и само­уба­ю­ки­ва­ния. И та агрес­сия, с кото­рой еже­дневно Ваш малыш встре­ча­ется на голу­бом экране, накап­ли­ва­ется в нем вме­сте со стра­хом, под­со­зна­тельно испы­ты­ва­е­мым им. И к сожа­ле­нию, эти эмо­ции и чув­ства и в самом деле похожи на цеп­ных собак сего­дня, кото­рые не прочь сорваться зав­тра уже с цепи. Но вырос­ший зав­тра ребе­нок не смо­жет вспом­нить – когда, почему они вообще воз­никли у него.

А мама с папой будут сето­вать: что с ним слу­чи­лось, мы нико­гда не под­ни­мали на него не только руку, даже пальца. Кто сде­лал его агрес­сив­ным тру­сом? Мульт­фильмы – это ерунда. Ребе­нок пони­мает, что там все выдумки, при­ду­ман­ная жизнь. Смешно, чтоб эта вир­ту­аль­ность вызы­вала у него есте­ствен­ные чело­ве­че­ские чув­ства. Логи­че­ски, наверно, это так, если б не эти дан­ные исследований…

Да и дру­гие дан­ные дру­гих иссле­до­ва­ний под­твер­ждают это. Одним из самых инте­рес­ных экс­пе­ри­мен­тов в этой обла­сти, вызвав­ших резо­нанс в обще­стве, а осо­бенно в среде роди­те­лей и фирм, выпус­ка­ю­щих теле­ви­зоры, были иссле­до­ва­ния пси­хо­ло­гов Стэн­форд­ского уни­вер­си­тета под руко­вод­ством Аль­берта Бан­дуры о соци­аль­ном «зара­же­нии» детей под вли­я­нием теле­экрана, начи­ная с дошколь­ного воз­раста. В начале пси­хо­логи «погру­жали» ребенка в реаль­ную ситу­а­цию агрес­сии, где он ока­зы­вался неволь­ным наблю­да­те­лем агрес­сии дру­гого чело­века, к при­меру сво­его ровес­ника, за что-то изби­ва­ю­щего кукол. Как пра­вило, неволь­ный наблю­да­тель подоб­ной сцены потом пытался ее вос­про­из­ве­сти в соб­ствен­ной интер­пре­та­ции, довольно часто с еще боль­шей агрессивностью.

Дру­гой этап экс­пе­ри­мента заклю­чался в том, что дети видели сцены наси­лия уже не наяву, а на экране теле­ви­зора (в спе­ци­ально сде­лан­ных для этого филь­мах или же в худо­же­ствен­ных и доку­мен­таль­ных филь­мах с такими сце­нами). И резуль­таты этого экс­пе­ри­мента сви­де­тель­ство­вали о том, что у ребенка про­смотр подоб­ных сцен сопро­вож­дался вне­зап­ным появ­ле­нием довольно силь­ных агрес­сив­ных импуль­сов, кото­рые не умень­ша­лись даже при виде стра­да­ний жертвы этого наси­лия, а часто уве­ли­чи­вали свою интенсивность.

В своей работе «Тео­рия соци­аль­ного науче­ния» Аль­берт Бан­дура, говоря о под­ра­жа­нии кино– и теле­мо­де­лям, при­шел к выводу, что мил­ли­оны людей спо­собны под­ра­жать даже только одной модели, соци­ально «зара­жа­ю­щей» человека.

Но ведь таких моде­лей теле­ви­зор предо­став­ляет нам несмет­ное коли­че­ство. И много ли среди них есть дей­стви­тельно достой­ных для под­ра­жа­ния, осо­бенно ребенку?

До про­ве­де­ния серии иссле­до­ва­ний о воз­мож­но­стях соци­аль­ного «зара­же­ния» посред­ством теле­экрана показ сцен наси­лия на экране теле­ви­зора оправ­ды­вался «гипо­те­зой катар­сиса», кото­рой пыта­лись объ­яс­нить, что вир­ту­аль­ные сцены наси­лия не вызы­вают, а вытес­няют агрес­сив­ные импульсы.

Ока­за­лось же, что катар­сис, озна­ча­ю­щий в пере­воде с гре­че­ского «очи­ще­ние» и трак­ту­е­мый с момента появ­ле­ния «Поэ­тики» Ари­сто­теля со все­воз­мож­ными оттен­ками и нюан­сами вплоть до наи­бо­лее попу­ляр­ного на сего­дняш­ний день «пик-пере­жи­ва­ния» по А. Мас­лоу, при про­смотре сцен наси­лия детьми в теле­ви­зи­он­ных пере­да­чах не спо­соб­ствует их «очи­ще­нию от аффек­тов», а по-сво­ему ката­ли­зи­рует дрем­лю­щую в ребенке агрес­сив­ность, а не эмпа­тию (от греч. «сопе­ре­жи­ва­ние»), закреп­ляя у детей агрес­сив­ные модели поведения.

После этого откры­тия пере­по­лох в среде про­из­во­ди­те­лей теле­ви­зо­ров при­вел к массе допол­ни­тель­ных иссле­до­ва­ний на эту тему для опро­вер­же­ния выво­дов пси­хо­ло­гов о соци­аль­ном «зара­же­нии» людей и под­твер­жде­нии истин­но­сти «гипо­тезы катар­сиса». Но… резуль­таты всех после­ду­ю­щих науч­ных иссле­до­ва­ний не были уте­ши­тельны. А мамы «Оле­нек» до сих пор не обра­щают на подоб­ное вни­ма­ние, питая теле­ви­зо­ром ребенка, как фрук­тами и ово­щами, выис­ки­вая в нем вита­мины интел­лек­ту­аль­но­сти. Они не думают о том, что теле­ви­зор спо­со­бен про­грам­ми­ро­вать и пове­де­ние детей, пыта­ю­щихся под­ра­жать уви­ден­ному на экране. А совре­мен­ные мульт­фильмы – это кла­дезь наси­лия. И пока добро побеж­дает зло, ребе­нок нагло­та­ется пилю­лями неви­дан­ного страха, пыта­ясь его как-то от себя отторг­нуть. И легче всего это сде­лать тоже через наси­лие, но про­еци­руя его на тех, кто сла­бее в дан­ной ситу­а­ции тебя. А если еще Ваш ребе­нок к тому же смот­рит фильмы и для взрослых…

Навер­ное, мно­гим изве­стен слу­чай, про­ис­шед­ший в США, в Нью-Йорке, когда мало­лет­ние при­я­тели после про­смотра совре­мен­ного бое­вика потре­бо­вали от сво­его «друга» – сына хозяев квар­тиры, где они смот­рели теле­ви­зор, чтобы он для них украл кон­феты из шкафа, кото­рый не мог откры­вать без раз­ре­ше­ния роди­те­лей. Ребе­нок отка­зался. Тогда «дру­зья», схва­тив его за руки, заста­вили маль­чишку висеть за окном две­на­дца­того этажа, потре­бо­вав, чтобы он согла­сился выпол­нить их просьбу. Но поте­ряв­ший от испуга вдруг дар речи ребе­нок не мог вымол­вить ни слова. Раз­гне­ван­ные его пове­де­нием «дру­зья» раз­жали свои руки… Им было совер­шенно без­раз­лично, что млад­ший брат их «друга», плача, умо­лял их пожа­леть брата. В бое­ви­ках никто никого не мило­вал… И мало­лет­ние при­я­тели избрали для себя дорогу палачей.

Коли­че­ство подоб­ных слу­чаев сего­дня невоз­можно пере­чис­лить. Они рас­тут как будто бы в гео­мет­ри­че­ской про­грес­сии и отли­ча­ются лишь друг от друга нюан­сами «изоб­ре­те­ний»…

И в то же время Ваш ребе­нок, пере­пол­нен­ный чужими эмо­ци­ями или чув­ствами, почти лишен вооб­ра­же­ния, цар­ство кото­рого до эры теле­ви­зо­ров все­гда обычно было в дет­стве. Фан­та­зии его уже померкли, в них нет огня и ярких кра­сок. Сего­дня можно встре­тить и ребенка, кото­рый не умеет фан­та­зи­ро­вать. Зачем это пустое дело для него, когда все сде­лать может теле­ви­зор? При­чем чем больше отдает он дань сво­ему теле­мон­стру, тем ярче это выра­жено у него.

По мне­нию Хор­ста Прена, спе­ци­а­ли­ста по физио­ло­гии орга­нов чувств, у детей, стра­да­ю­щих теле­ма­нией и смот­ря­щих теле­ви­зор по десять и более часов в сутки, «кора голов­ного мозга подобна пустыне». Эти дети «стра­дают пол­ной поте­рей спо­соб­но­сти воображения».

В конце про­шлого века в Риме появи­лась книга «Моло­дежь-людоед…», потряс­шая мно­гих иссле­до­ва­те­лей, зани­мав­шихся совре­мен­ными про­бле­мами теле­ма­нии. В этой «Анто­ло­гии экс­тре­маль­ного ужаса» 10 моло­дых писа­те­лей опи­сы­вали как свой не соб­ствен­ный реаль­ный мир, а мир, вос­при­ня­тый ими бла­го­даря про­смотру теле­ви­зи­он­ных пере­дач. Вир­ту­аль­ная реаль­ность для них стала пре­це­ден­том источ­ника худо­же­ствен­ного вооб­ра­же­ния. Ну а соб­ствен­ная, соб­ствен­ная… Куда делся соб­ствен­ный их опыт жизни, моло­дые люди были не дошкольниками.

Без­условно, любой, кто лишен этой спо­соб­но­сти, по-сво­ему ущерб­ный чело­век. Ему не под­властно твор­че­ство обра­зов. Его соб­ствен­ная фан­та­зия вянет на корню, и он под­пи­ты­ва­ется чужой, чуж­дой ему фан­та­зией, лью­щейся, как из рога изоби­лия, на него с голу­бого экрана. Теле­ви­зор, подобно вам­пиру, выса­сы­вает вооб­ра­же­ние ребенка, пре­вра­щая его в туск­лого и зазем­лен­ного чело­века, неин­те­рес­ного дру­гим детям, а нередко и самому себе.

А раз он не инте­ре­сен дру­гим, так зачем же ему надо общаться с ними? Лучше про­сто уеди­ниться вдвоем с теле­ви­зо­ром, чтоб хоть как-то умень­шить свое оди­но­че­ство, живя жиз­нью кого-то, жиз­нью лучше, чем есть у него. Ну а если не лучше, так, по край­ней мере, хоть интереснее.

К сожа­ле­нию, теле­ма­нию часто срав­ни­вают с нар­ко­ма­нией, потому что у них много общих при­зна­ков и сход­ные меха­низмы появ­ле­ния этих зависимостей.

Прежде всего теле­ви­зор у таких детей пре­вра­ща­ется в глав­ную цен­ность их жизни, овла­де­вая дет­ским созна­нием подобно стра­сти. Эта зави­си­мость сопро­вож­да­ется при­вы­ка­нием. Все попытки сокра­ще­ния вре­мени «обще­ния» с теле­экра­ном даются с боль­шим тру­дом или не уда­ются вообще.

Мер­ца­ю­щий экран рас­слаб­ляет ребенка, создает ощу­ще­ние релак­са­ции. Чем дольше будет гореть экран, тем дольше будет сохра­няться это ощу­ще­ние. Но это лож­ная релак­са­ция. Как только теле­ви­зор будет выклю­чен – она мгно­венно заме­ня­ется подав­лен­но­стью из-за воз­вра­ще­ния в реаль­ный мир. И, если даже ты и испы­ты­вал радость во время про­смотра теле­пе­ре­дач, это чув­ство тут же уле­ту­чи­ва­ется, а настро­е­ние чаще всего немного ухуд­ша­ется в срав­не­нии с тем, кото­рое было до вклю­че­ния телевизора.

Изу­чая явле­ние теле­ма­нии, уче­ные обна­ру­жили суще­ствен­ные изме­не­ния со сто­роны голов­ного мозга и ряда дру­гих орга­нов и систем у теле­зри­те­лей во время про­смотра ими пере­дач. Со слов испы­ту­е­мых, после выклю­че­ния теле­ви­зора у мно­гих из них появ­ля­лось ощу­ще­ние опу­сто­шен­но­сти и они чув­ство­вали себя менее энер­гич­ными, чем раньше.

И хотя теле­маны – это те, кого прак­ти­че­ски невоз­можно ото­рвать от голу­бого экрана, по мне­нию ряда иссле­до­ва­те­лей, уве­ли­че­ние коли­че­ства вре­мени про­смотра теле­ви­зора не при­но­сит им боль­шего удо­вле­тво­ре­ния и радо­сти, чем когда это время огра­ни­чено, но зато повы­шает веро­ят­ность «под­сесть» на эффект 25-го кадра, нега­тивно воз­дей­ству­ю­щий на пси­хику человека.

С нар­ко­ма­нией теле­ма­нию также свя­зы­вает и то, что в ответ на запрет роди­те­лей смот­реть теле­про­граммы детей словно захле­сты­вает волна агрес­сив­но­сти отно­си­тельно мамы с папой. Да к тому же все инте­ресы их прак­ти­че­ски замы­ка­ются на теле­ви­зоре. Без­условно, успехи в учебе резко падают. Исче­зает вообще моти­ва­ция к этой деятельности.

Не отходя часами от голу­бого экрана, такой ребе­нок пере­на­сы­ща­ется пото­ком зри­тель­ной и слу­хо­вой инфор­ма­ции, попа­да­ю­щим к нему без вся­ких уси­лий с его сто­роны. При­чем ему даже не надо на этом сосре­до­та­чи­ваться. И конечно же это спо­соб­ствует умень­ше­нию кон­цен­тра­ции вни­ма­ния и изме­няет умствен­ную дея­тель­ность ребенка не в луч­шую сторону.

Если, читая книгу, дети спо­собны сами кон­тро­ли­ро­вать необ­хо­ди­мый им поток инфор­ма­ции, пре­ры­вая чте­ние, когда хочется оста­но­виться, чтобы обду­мать про­чи­тан­ное, то во время про­смотра теле­пе­ре­дач, при усло­вии, что это не видео­фильмы, этот поток оста­но­вить невоз­можно. И он волей-нево­лей вли­яет на созна­ние и под­со­зна­ние ребенка.

А так как малень­кие дети вос­при­ни­мают уви­ден­ное на экране некри­тично, не имея жиз­нен­ного опыта, на кото­рый можно опе­реться, то почти все нере­аль­ное счи­тают суще­ству­ю­щим на самом деле.

Наблю­дая за «тече­нием» жизни и раз­лич­ными ее про­яв­ле­ни­ями, сидя в ком­нате, не сле­зая с дивана, Ваш ребе­нок пас­сивно вос­при­ни­мает ее за экра­ном, за окном, за пре­де­лами Вашей квартиры.

А так как зри­тель­ный канал из веду­щих кана­лов вос­при­я­тия для детей явля­ется наи­бо­лее эффек­тив­ным, визу­аль­ная инфор­ма­ция, полу­ча­е­мая при помощи его, легче укла­ды­ва­ется в созна­нии, созда­вая эффект доступности.

Что же это за эффект? Ребе­нок, пред­став­ляя себя на месте героев на экране, может мыс­ленно совер­шать их дей­ствия, не созна­вая, что все это мыс­ленно. И если он видит, что герой ката­ется на конь­ках, ему кажется, что на этих конь­ках ката­ется он сам. Нахо­дясь в своей соб­ствен­ной квар­тире, дети мыс­ленно осу­ществ­ляют дей­ствия далеко за ее пре­де­лами, путая несу­ще­ству­ю­щее с суще­ству­ю­щим и не пыта­ясь разо­браться в этой пута­нице. Созда­ется впе­чат­ле­ние, что ребе­нок таким спо­со­бом познает целый мир.

Но позна­ние это слиш­ком отры­вочно, потому что он познает этот мир «гало­пом по Евро­пам», при­об­ре­тая лишь кли­по­вое мыш­ле­ние и кли­по­вое созна­ние, ведь из тех моза­ич­ных кусоч­ков о мире, кото­рые попа­да­ются ему на глаза, кар­тину мира сфор­му­ли­ро­вать пол­но­стью невоз­можно. Живя в соб­ствен­ном иллю­зор­ном мире, напо­ми­на­ю­щем собой кок­тейль из реаль­но­сти и фан­та­зий, ребе­нок и пред­став­ляет себе таким мир в дей­стви­тель­но­сти, кото­рый пол­но­стью удо­вле­тво­ряет его.

Гари Стей­нер из Чикаг­ского уни­вер­си­тета про­вел очень пока­за­тель­ный экс­пе­ри­мент, пред­ло­жив несколь­ким семьям – люби­те­лям теле­ви­зора на какое-то время (неделя, месяц) не смот­реть теле­про­граммы. Через незна­чи­тель­ный срок, при­водя в свое оправ­да­ние доводы, что пре­кра­ще­ние про­смотра теле­про­грамм нега­тивно вли­яет на отно­ше­ниях в семьях, участ­ники экс­пе­ри­мента отка­за­лись от даль­ней­шего про­дол­же­ния его, так и не выдер­жав до конца срок испы­та­ния. Жизнь без теле­ви­зора ока­за­лась не жиз­нью. Теле­ви­зор пре­вра­тился в самого необ­хо­ди­мого и люби­мого члена семьи, без кото­рого уже никто не мог обхо­диться, без кото­рого уже про­сто невоз­можно было прожить.

Ну а если без этого невоз­можно про­жить, то общаться с ним хочется бес­ко­нечно и при этом не насы­щаться обще­нием. Поэтому при пер­вой же под­вер­нув­шейся воз­мож­но­сти Ваш ребе­нок уже оста­ется наедине с ним, попав пол­но­стью под его вли­я­ние, нахо­дясь под его вла­стью, от кото­рой не хочет осво­бо­диться, пре­вра­щая неоду­шев­лен­ный при­бор в самого насто­я­щего «оду­шев­лен­ного» дик­та­тора. При­чем все осталь­ное не про­сто отхо­дит на вто­рой план, а непро­из­вольно вытес­ня­ется из памяти, хотя, может быть, в дан­ный момент и доста­точно важное.

Однако это теле­ви­зи­он­ное затме­ние несрав­нимо даже с сол­неч­ным затме­нием, потому что сол­неч­ное – крат­ко­вре­мен­ное, а теле­ви­зи­он­ное – без­вре­мен­ное. И то, что ребе­нок готов ради него на мно­гое закрыть глаза и не пыта­ется больше уже ничего нового и инте­рес­ного попро­бо­вать в своей жизни, храня вер­ность и пре­дан­ность голу­бому экрану, без­условно, вина его роди­те­лей. Ведь роди­тели ради соб­ствен­ного бла­го­по­лу­чия заме­нили ему обще­ние с ними на сур­ро­гат­ное обще­ние с неоду­шев­лен­ным пред­ме­том, изда­ю­щим оду­шев­лен­ные звуки. И хотя эти звуки и напо­ми­нают речь живых людей, да и сами «живые» люди мель­кают на теле­экране, они только мель­кают… иллю­зорно живые… С ними нет у ребенка обрат­ной связи. Да и откуда ей быть…

А вот мама и папа могли бы еще и обнять… и при­жать к себе… поце­ло­вать, посо­чув­ство­вать… Посмот­реть с неж­но­стью и любо­вью в глаза… Но им неко­гда… Они вечно в цейт­ноте… А вот у теле­няни нахо­дится время пооб­щаться с тобой. Да к тому ж теле­ви­зор не ругает тебя, даже если садишься перед ним нерас­че­сан­ный или же не вымыв руки.

Подоб­ные мысли невольно уво­дят ребенка из лона семьи. И по мере взрос­ле­ния даже роди­тели, посто­янно тре­бу­ю­щие от него заняться делами, пре­вра­ща­ются в надо­ед­ли­вые помехи для обще­ния с его луч­шим другом.

А теле­ви­зор и в самом деле для мно­гих совре­мен­ных детей пре­вра­ща­ется в неза­ме­ни­мого друга. Напри­мер, по дан­ным опроса аме­ри­кан­ских роди­те­лей, ока­за­лось, что малень­кие дети начи­нают смот­реть видео­фильмы с шести меся­цев, а теле­ви­зи­он­ные пере­дачи с десяти меся­цев жизни. В то же время, по мне­нию ряда иссле­до­ва­те­лей, сам ребе­нок в этом пери­оде и вплоть до деся­того года жизни пред­став­ляет собой сплош­ной «орган вос­при­я­тия», пости­гая все больше телом, чем голо­вой. Чтобы что-то познать, ему прежде всего это надо потро­гать, взять в руки, попро­бо­вать… Его опыт еще «ося­заем». Ну а то, что он видит на теле­экране, – без­условно, неося­за­емо и в конеч­ном счете не спо­соб­ствует его развитию.

И чем дольше ребе­нок будет про­си­жи­вать перед теле­экра­ном, смотря даже лишь только раз­ви­ва­ю­щие детей про­граммы, тем больше у Вас будет с ним все­воз­мож­ных про­блем. Ваш ребе­нок живет еще в мире телес­ного опыта, а чтобы вос­при­нять види­мое на теле­экране, одного этого опыта недо­ста­точно, и ребенку при­хо­дится про­сто раз­ры­вать уже «на части мир его опыта». Поэтому, без­условно, об обу­че­нии его в это время нет смысла вообще гово­рить, зато нано­сится колос­саль­ный вред раз­ви­тию ребенка.

Зави­сит ли Ваш ребе­нок от теле­ви­зора или нет, Вы можете при­бли­зи­тельно опре­де­лить, запре­тив ему сидеть у голу­бого экрана хотя бы несколько дней, чем больше, тем лучше. Если этот запрет вызо­вет у него раз­дра­же­ние, гнев и обиду или даже печаль, сло­вом – шквал отри­ца­тель­ных эмо­ций; если вдруг у ребенка после этого сни­зится актив­ность, будет пре­об­ла­дать депрес­сив­ное настро­е­ние впе­ре­межку с подав­лен­но­стью и апа­тией; если он нач­нет часто без повода вдруг испы­ты­вать дис­ком­форт и тре­вогу, а при раз­ре­ше­нии вновь смот­реть теле­про­граммы все это прой­дет, Вам при­дется при­нять уже меры для того, чтобы у него и в самом деле не раз­ви­лась бы телемания.

И теперь все Ваши уси­лия будут направ­лены на то, чтобы огра­ни­чить вли­я­ние теле­ви­зора на жизнь Вашего ребенка, Вашего, а не теле­мана. Но для этого и сам ребе­нок дол­жен созна­тельно отка­заться от дли­тель­ного насла­жде­ния при про­ве­де­нии вре­мени со своим луч­шим дру­гом. Зна­чит, Вы должны что-то пред­ло­жить ему тут же вза­мен, более без­опас­ное, более нуж­ное, при­но­ся­щее ему не мень­шее насла­жде­ние, чем при­вя­зан­ность к телевизору.

А это уже пол­но­стью зави­сит от Вас, от тех воз­мож­но­стей, кото­рые Вы смо­жете предо­ста­вить своим детям, и от того, какую часть сво­его лич­ного вре­мени Вы суме­ете пода­рить только им. Чем занято будет это время – сози­да­нием чего-то или же чте­нием оче­ред­ных нота­ций, решайте сами. А ведь вовсе не исклю­чено, что, может быть, именно эти нота­ции и «заглу­шает» звук теле­ви­зи­он­ного экрана, сни­мая напря­же­ние от пси­хо­эмо­ци­о­наль­ного стресса, пре­вра­щая теле­ви­зи­он­ную зави­си­мость Вашего ребенка в ширму от всего этого, в леде­нец, соса­ние кото­рого при­но­сит успо­ко­е­ние. И бла­го­даря теле­ма­нии дети зани­мают себя собы­ти­ями, про­ис­шед­шими с кем-то и где-то, а не с ними в этой раз­дра­жа­ю­щей их дей­стви­тель­но­сти, не ища выхода из про­блем своей соб­ствен­ной жизни.

В связи с тем что язык теле­ви­зора срав­ни­вают с язы­ком обра­зов, вос­при­ни­ма­е­мых в основ­ном пра­вым полу­ша­рием, свя­зан­ным с под­со­зна­нием ребенка, голу­бой экран по-сво­ему «зом­би­рует» детей, заме­няя им элек­трон­ный наркотик.

О зом­би­ру­ю­щем вли­я­нии теле­ви­зора пре­ду­пре­ждал док­тор пси­хо­ло­ги­че­ских наук из Рос­сии Вик­тор Штерн, счи­та­ю­щий, что мас­со­вое зом­би­ро­ва­ние людей нача­лось в Аме­рике после изоб­ре­те­ния зву­ко­вого кине­ма­то­графа. Прин­цип зом­би­ро­ва­ния – в «под­кле­и­ва­нии» кад­ров, содер­жа­щих важ­ную для зом­би­ро­ва­ния инфор­ма­цию, кото­рую глаз чело­века не успе­вает заме­тить, а мозг поме­щает ее в под­со­зна­ние, выда­вая затем из его глу­бин как соб­ствен­ные мысли этих людей. И конечно же «нуж­ная инфор­ма­ция» может «робо­ти­зи­ро­вать» пси­хику Вашего ребенка, загип­но­ти­зи­ро­вав нере­аль­ной реаль­но­стью, заво­ра­жи­ва­ю­щей человека.

Разве можно срав­нить бес­цвет­ную, одно­об­раз­ную жизнь ребенка с этой яркой, все время меня­ю­щейся, при­но­ся­щей сплош­ные сюр­призы жиз­нью на теле­экране? Ну а если не нра­вится что-то сей­час на экране, пере­клю­чишь – нач­нется дру­гое, и так можешь сидеть, забав­ляться до тех пор, пока тебя роди­тели не отго­нят от этого «друга».

Жаль лишь только, что не все роди­тели пони­мают, когда надо бы «ото­гнать»… Взять, к при­меру, хотя бы потряс­ший всю Япо­нию эффект фото­эпи­леп­сии, когда после про­смотра одного из эпи­зо­дов оче­ред­ной серии очень попу­ляр­ного в то время мульт­фильма «Поке­мон» с более чем семью­стами детьми начало тво­риться что-то неве­ро­ят­ное – кто-то упал в обмо­рок, кого-то стало тош­нить, у кого-то наблю­да­лись кон­вуль­сии, а у кого-то насту­пил даже вре­мен­ный пара­лич дыха­ния. Ока­за­лось, что эти «искус­ствен­ные» при­падки были вызваны мель­ка­нием кад­ров с опре­де­лен­ной часто­той, цве­то­вой гам­мой и ярко­стью изоб­ра­же­ния. И для теле­ви­зора – это норма, лишь один из при­е­мов, бла­го­даря кото­рому мно­го­кратно уси­ли­ва­ется вли­я­ние на мозг чело­века того, что он видит в дан­ный момент на теле­экране. Но из-за такой «нормы» при­шлось даже на время отме­нить показ этого зна­ме­ни­того мультфильма.

Вообще, посто­янно мер­ца­ю­щий теле­экран, выкрики-реплики борю­щихся героев, сопро­вож­да­е­мые тре­вож­ной музы­кой для уси­ле­ния устра­ша­ю­щего эффекта, не самым бла­го­твор­ным обра­зом воз­дей­ствуют на пси­хику малень­ких зри­те­лей, несу­щих оче­ред­ную вахту возле кумира семьи – теле­ви­зора, осо­бенно если у ребенка уже были какие-то откло­не­ния со сто­роны нерв­ной системы, а тем более врож­ден­ные, или он отли­ча­ется повы­шен­ной воз­бу­ди­мо­стью и пло­хим сном.

Наи­боль­шее нега­тив­ное вли­я­ние ока­зы­вают теле­пе­ре­дачи на детей, пере­нес­ших пери­на­таль­ную энце­фа­ло­па­тию, черепно-моз­го­вые травмы и т. д., стра­да­ю­щих заи­ка­нием и тиками, не говоря уже об эпи­леп­сии, не явля­ю­щейся след­ствием эффекта фотоэпилепсии.

В то же время запре­ще­ние про­смотра теле­пе­ре­дач детям, стра­да­ю­щим теле­ма­нией, может сопро­вож­даться пси­хо­ло­ги­че­ской лом­кой, напо­ми­на­ю­щей собой наркотическую.

Если бы теле­ви­де­ние так не при­вле­кало бы нас, не было бы и этой ломки. По мне­нию уче­ных, зна­чи­тель­ную роль в оча­ро­ва­нии чело­века мель­ка­ю­щими на голу­бом экране кад­рами играет наша био­ло­ги­че­ская ори­ен­ти­ро­воч­ная реак­ция, бла­го­даря кото­рой мы инстинк­тивно реа­ги­руем при помощи зре­ния или слуха на любой ранее неиз­вест­ный нам или же неожи­дан­ный и вне­зап­ный раз­дра­жи­тель. И поэтому, если ребе­нок пыта­ется убе­дить Вас, что не может сей­час ото­рваться от теле­ви­зора, это дей­стви­тельно так.

Но ребе­нок часто не может ото­рваться потому, что наблю­дает Ваше отно­ше­ние к экрану. А Вас начали при­тя­ги­вать сего­дня пере­дачи, навод­нив­шие бук­вально все каналы, пере­дачи заду­шев­ных раз­го­во­ров (talk show), где веду­щие «без ком­плек­сов» пыта­ются Вас пре­вра­тить в подо­бие себя, если Вы риск­нете вдруг пред­стать когда-то перед каме­рой. Но пред­ста­нете Вы только лишь тогда, если согла­си­тесь на стрип­тиз своей души, о кото­ром позже пожа­ле­ете, доведя себя потом в нака­за­ние за это до самых необ­ду­ман­ных поступ­ков. Но сего­дня теле­ви­зор – это алли­га­тор, пожи­ра­ю­щий чужие честь и совесть. А Вам нра­вится за этим наблю­дать со сто­роны, сма­ко­вать чужие ком­плексы и беды. И сидит обычно вече­рами вся семья перед голу­бым экра­ном теле­ви­зора, ведя заду­шев­ный раз­го­вор о каких-то «заду­шев­ных раз­го­во­рах» одур­ма­нен­ных теле­ве­ду­щими людей, пода­вая при­мер сво­ему ребенку – теле­ви­зор важ­ная необ­хо­ди­мость в жизни.

– Я выросла вме­сте с теле­ви­зо­ром, – при­зна­лась в одном из своих интер­вью зна­ме­ни­тая гол­ли­вуд­ская актриса Каме­рон Диас, стра­да­ю­щая в то время теле­ма­нией. Однако бла­го­даря про­смотру шедев­ров миро­вого кино на теле­экране она и решила посвя­тить себя кине­ма­то­графу. А потом нашла в себе силы выбро­сить все свои теле­ви­зоры и… осво­бо­диться от мании.

Для свер­же­ния узур­па­тор­ской вла­сти теле­ви­зора в США была создана даже спе­ци­аль­ная ассо­ци­а­ция «Аме­рика, сво­бод­ная от теле­ви­де­ния» («TV – Free Amerika»), чле­нами кото­рой ста­но­вятся все боль­шее и боль­шее коли­че­ство американцев.

Зато те, кто не желает всту­пать в подоб­ную ассо­ци­а­цию, сего­дня могут смот­реть теле­пе­ре­дачи даже на экра­нах совре­мен­ных мобиль­ных теле­фо­нов. А в Китае уже появился раз­вле­ка­тель­ный трех­мер­ный канал. Надо только надеть спе­ци­аль­ные очки, чтобы уви­деть объ­ем­ную теле­пе­ре­дачу. Так что теперь пыльцу для «меда» теле­ма­нии нач­нут соби­рать все боль­шее и боль­шее коли­че­ство людей, среди кото­рых обя­за­тельно будут и дети.

Но пока невоз­можно нам понять, где можно будет зака­зать спе­ци­аль­ные очки, чтобы умень­шить сте­пень бли­зо­ру­ко­сти роди­те­лей, спо­койно отно­ся­щихся к тому, что их ребе­нок пыта­ется постичь нашу реаль­ность посред­ством вир­ту­аль­ной, теле­ви­зи­он­ной жизни.

КАК ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям при теле­ма­нии ребенка

  • Прежде всего поста­раться заме­нить обще­ние ребенка с теле­ви­зо­ром обще­нием с собой.
  • Учить насла­ждаться обще­нием с при­ро­дой, домаш­ними животными.
  • Поощ­рять дружбу с детьми.
  • Поощ­рять хобби ребенка, не свя­зан­ные с совре­мен­ными гаджетами.
  • Пытаться уви­деть «под­вод­ную» часть айс­берга про­блем ребенка и помочь ему спра­виться с ней.
  • Знать про все «непри­ят­но­сти» ребенка в дет­ском саду или школе, ни в коем слу­чае не обви­няя его в них, а ища вме­сте с ним выход из сло­жив­шихся ситуаций.
  • Уста­но­вить жест­кий регла­мент вре­мени про­смотра телепередач.
  • Делать акцент на пере­да­чах о живот­ных, чуде­сах света, позна­ва­тель­ных для его воз­раста про­грам­мах – сло­вом, только на том, что дает поло­жи­тель­ную энер­ге­тику Вашему ребенку.
  • Дать почув­ство­вать насто­я­щий вкус жизни, про­те­ка­ю­щей за окном.
  • Поль­зу­ясь мето­дами ассо­ци­а­ции «Аме­рика, сво­бод­ная от теле­ви­де­ния», устра­и­вать дома недели жизни без теле­ви­зора и по мере воз­мож­но­сти пре­вра­щать их в месяцы, посте­пенно удли­няя и эти сроки.

КАК НЕ ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям при теле­ма­нии ребенка

  • Успо­ка­и­вая себя мыс­лью, что теле­ви­зор обра­зо­вы­вает ребенка, раз­ре­шать ему коро­тать дни перед голу­бым экраном.
  • Не вме­ши­ваться в теле­меню ребенка.
  • Раз­ре­шать ему вме­сте с собой смот­реть пере­дачи, не под­хо­дя­щие ему по возрасту.
  • Пре­вра­щать теле­ви­зор в теле­няню и луч­шего друга.
  • Не пытаться понять – почему теле­ви­зор заме­няет ребенку обще­ние с миром, почему жизнь за окном стала ему безразличной?
  • Не заин­те­ре­со­вы­вать ребенка все­воз­мож­ными сек­ци­ями, круж­ками и заня­ти­ями по инте­ре­сам, не свя­зан­ными со школь­ными программами.
  • Пре­вра­щать его жизнь в семье в рутин­ную повсе­днев­ность, ожи­вить кото­рую спо­со­бен только телеэкран.
  • Даже пони­мая, что у ребенка появи­лась зави­си­мость от теле­ви­зора, не при­ни­мать ника­ких экс­трен­ных мер для ее лик­ви­да­ции, пус­кая все на самотек.

Ситу­а­ция для родителей

Семи­лет­няя Алена наизусть знает еже­днев­ные про­граммы теле­ви­де­ния по всем кана­лам, транс­ли­ру­ю­щим дет­ские пере­дачи, и об этом может гово­рить целыми днями. Да и не только гово­рить. Рас­по­ря­док ее дня после школы рас­счи­тан бук­вально по мину­там. И в этом рас­по­рядке точно ука­зано время, на каком канале будет инте­рес­ная для нее пере­дача. При­чем этих пере­дач может быть несчет­ное мно­же­ство. Но маму девочки это сего­дня не вол­нует. Она даже гор­дится тем, что у нее такая умная, да еще и само­сто­я­тель­ная дочь.

 Раз­де­ля­ете ли Вы взгляды мамы Алены на «хобби» ее дочери?

* * *

Уче­ные под­счи­тали, что к 75-лет­нему воз­расту чело­век, еже­дневно смот­ря­щий до трех часов в день теле­ви­зор, дарит этому чудо-при­бору около девяти лет соб­ствен­ной жизни. И не про­сто так дарит, а нередко пла­ни­рует даже дела в соот­вет­ствии с телепрограммой.

Чтобы пра­вильно оце­нить совре­мен­ные нормы раз­ви­тия совре­мен­ных детей, посто­янно при­хо­дится зада­вать им тесты-вопросы… из сего­дняш­них филь­мов и сери­а­лов, став­ших попу­ляр­ными для детворы, несмотря на то что они часто для взрослых.

В то же время именно сти­ра­ние этой демар­ка­ци­он­ной линии между «воз­раст­ными» теле­про­грам­мами – глав­ное, что отра­жа­ется на нервно-пси­хи­че­ском раз­ви­тии, а также эмо­циях и чув­ствах детей.

Про­ведя инте­рес­ный экс­пе­ри­мент, про­си­дев целые сутки перед голу­бым экра­ном, группа укра­ин­ских жур­на­ли­стов зафик­си­ро­вала ста­ти­сти­че­ские дан­ные совре­мен­ных теле­про­грамм. За это время по теле­ви­зору можно было уви­деть «202 убий­ства, 160 драк, 66 пья­нок и 300 дру­гих “чер­ных ново­стей”». И всего лишь «20 бла­го­род­ных поступ­ков, 45 хоро­ших ново­стей и 74 шутки».

Позна­ко­мив­шись с таким «меню», можно лишь уди­виться вос­пи­тан­но­сти и поря­доч­но­сти наших детей. Ведь они еже­дневно пита­ются частью этих меню и гло­тают «еду» без остатка. И не про­сто гло­тают, а и… пере­ва­ри­вают… А так как «вкус еды» часто им непри­я­тен, ищут новую «пищу», пере­клю­чая посто­янно каналы, кото­рых не счесть. Это пере­клю­че­ние теле­ка­на­лов назы­ва­ется «заппин­гом» и явля­ется вред­ной при­выч­кой – в луч­шем слу­чае, доводя чуть ли не до нев­роза – в худ­шем слу­чае. Так что кли­по­вое мыш­ле­ние совре­мен­ных детей тесно свя­зано также и с заппингом.

Почему-то пер­вое, что при­хо­дит на ум, когда я думаю о теле­ви­зоре, – это ассо­ци­а­ции его с совер­шенно раз­лич­ными поня­ти­ями слова «амбро­зия».

Говоря об амбро­зии, сразу же вспо­ми­на­ется всем извест­ный сор­няк, жиз­не­стой­кость кото­рого пора­зи­тельна. Семена сор­няка сохра­няют свою всхо­жесть даже после того, как они про­ле­жали десятки лет в земле. С лег­ко­стью заво­е­вы­вая про­стран­ства, эта амбро­зия во время цве­те­ния пре­вра­ща­ется в аллер­ген, вызы­вая тяже­лую аллер­гию у взрос­лых и осо­бенно у детей, нанося очень силь­ный урон их здоровью.

Теле­ви­зор – такой же, пожа­луй, сор­няк и с такими же свой­ствами. Но… сего­дня мы можем с сор­ня­ками бороться, с теле­ви­зо­ром это гораздо слож­нее, и к тому же такая «борьба» может кон­читься для Вас пла­чевно. Во вся­ком слу­чае, англи­чане, неуто­ми­мые борцы за спра­вед­ли­вость и равен­ство, неда­ром вер­ный друг и сорат­ник, а глав­ное – спон­сор рево­лю­ци­он­ных марк­сист­ских идей, Фри­дрих Энгельс жил в Англии, при­шли к выводу о наде­ле­нии машин с искус­ствен­ным интел­лек­том теми же пра­вами, кото­рыми обла­дает чело­век. А эти права должны будут защи­щать машины с «само­со­зна­нием» и от Вашего семей­ного «тер­ро­ризма».

«Если у робо­тов появятся такие же права, какими обла­дает чело­век, то вполне веро­ятно сле­дует счи­тать, что у них появятся и новые обя­зан­но­сти: служба в армии, уча­стие в выбо­рах, уплата нало­гов и т. д. Но в таком слу­чае при­дется предо­ста­вить робо­там все соци­аль­ные льготы, вклю­чая финан­со­вую помощь, жил­пло­щадь и, веро­ятно, “меди­цин­ское” обслу­жи­ва­ние – то есть свое­вре­мен­ный ремонт робо­тов», – гово­ри­лось в конце 2006 года в докладе бри­тан­скому пра­ви­тель­ству и в отчете глав­ного науч­ного кон­суль­танта пра­ви­тель­ства Дэвида Кинга. «При пра­виль­ном устрой­стве нового мира через пол­века нали­чие у робо­тов прав чело­века при­ве­дет к повы­ше­нию про­из­во­ди­тель­но­сти труда и росту бла­го­со­сто­я­ния» – лейт­мо­тив доклада.

Оче­видно, подоб­ные мысли о буду­щем могли только воз­ник­нуть и иметь под­держку у людей, вскорм­лен­ных теле­меню, пре­вра­ща­ю­щих теле­ма­нов самих в робо­тов с «само­со­зна­нием». И хотя речь идет здесь о робо­тах, теле­ви­зоры чем-то им тоже сродни, выпол­няя, ско­рее всего, роль кузенов.

В то же время в гре­че­ской мифо­ло­гии амбро­зия – это пища богов. А ведь при теле­ма­нии теле­ви­зор – это дей­стви­тельно пища богов. Правда, трудно ска­зать, будут ли все бес­смерт­ные боги бес­смертны, если их вдруг лишишь этой пищи?

Так чем же все-таки явля­ется сего­дня теле­ви­зор для Вашего ребенка – он для него «сор­няк» или же все же «пища богов»?

Если Ваш ребенок геймер

Его хруп­кая дет­ская спинка «смот­рела» на меня вме­сто лица, потому что даже во время беседы со мной он не в силах был ото­рваться от мига­ю­щего экрана мони­тора. Он сидел ко мне спи­ной, одно­вре­менно отве­чая на вопросы и «уби­вая» оче­ред­ную жертву ком­пью­тер­ной игры.

– Неужели тебе не жалко тех, кого ты уби­ва­ешь? – нако­нец не удер­жа­лась я.

– Ни капельки, – без­раз­лично отве­чал семи­лет­ний «воин». – Это не люди. Это мишени. – И его рука снова рас­прав­ля­лась с какой-то жертвой.

А когда мне все-таки с боль­шим тру­дом уда­лось нако­нец ото­рвать маль­чишку от ком­пью­тера, его недо­вольно-нахму­рен­ное лицо гово­рило уже само за себя.

– Я еще не успел рас­пра­виться со всеми, – дело­вито заявил он мне. – Вы же можете подождать…

А потом, «рас­пра­вив­шись» с людьми-мише­нями, он так же спо­койно и дело­вито «рас­пра­вился» со сво­ими близ­кими, зна­ко­мыми и дру­зьями, рас­ска­зы­вая мне о своих чув­ствах к ним. Это был свое­об­раз­ный сель агрес­сии и нена­ви­сти к людям, забо­тя­щимся о нем и окру­жа­ю­щим его. Все «ракеты», «ружья», «танки» в его дет­ской, ока­за­лось, были пред­на­зна­чены не про­сто для каких-то игр, а кон­кретно для уни­что­же­ния кого-то. Прежде всего бра­тика трех лет, потому что он захо­дит в его ком­нату и ломает без конца игрушки, хотя у него име­ются свои. Маму тоже надо «нака­зать» за то, что она ему все это поз­во­ляет и к тому же защи­щает все­гда брата. Да и папа на их сто­роне. Он бы даже напу­гал учи­тель­ницу. Вечно недо­вольна его зна­ни­ями. Ну а если зна­ния не лезут в его голову, так чем он вино­ват? Еще можно, хотя б пона­рошку, рас­стре­лять его соседа Кольку. Колька ходит по его пятам. В дет­ский сад ходили вме­сте, теперь в школу. Про­сто надоел уже – и все.

Я слу­шала нескон­ча­е­мый воин­ствен­ный моно­лог сво­его малень­кого, уди­ви­тельно милого на пер­вый взгляд собе­сед­ника и, не при­ни­мая все это все­рьез, диви­лась воз­мож­но­стям его без­гра­нич­ной агрес­сив­ной фан­та­зии, раз­го­рав­шейся с каж­дой мину­той все ярче и ярче. Диви­лась, пред­по­ла­гая при­чины ее появ­ле­ния и рас­цвета. Но когда этот «милый» ребе­нок неожи­данно стал вос­тор­гаться «про­дел­ками» уче­ника из Аме­рики, стре­ляв­шего в своих одно­класс­ни­ков после «тре­ни­ровки» в игре на ком­пью­тере, извест­ной даже ему, мне при­шлось пере­стать упи­ваться без­греш­ною греш­но­стью этого невин­ного мальчугана.

А ведь все начи­на­лось довольно банально. Нача­лось все с рож­де­нием бра­тика. Толик так рев­но­вал всех к мла­денцу, что весь день при­чи­тал, стал каприз­ным и роб­ким, пере­стал ходить в садик – боялся, что там будут сме­яться над ним, потому что его так люби­мая мама, ока­за­лось, не любит его – завела себе нового сына и теперь только возится с ним, «выго­няя» спе­ци­ально Толика в дет­ский сад, чтобы он не мешал им двоим побыть вместе.

Толика даже стали водить по вра­чам, но каж­дый спе­ци­а­лист, делая свои назна­че­ния, объ­яс­нял такое состо­я­ние ребенка дет­ской рев­но­стью и лабиль­но­стью его нерв­ной системы.

В конце кон­цов папа, про­грам­мист по спе­ци­аль­но­сти, видя, что ника­кие назна­че­ния не помо­гают и маль­чик меня­ется прямо на гла­зах, при­чем не в луч­шую сто­рону (Толик начал бояться уже своей тени), за «лече­ние» сына решил взяться сам, при­ме­няя свой метод реа­би­ли­та­ции. Он отдал сыну ста­рый ком­пью­тер и купил игро­вую при­ставку к нему. А потом пока­зал, как воз­можно играть на ком­пью­тере в «дет­ские» игры «стре­лялки» для раз­ви­тия муже­ствен­но­сти и смелости.

И эффект в самом деле пре­взо­шел все ожи­да­ния. Оста­ва­ясь по-преж­нему роб­ким и тихим сна­чала в дет­ском саду, а потом уже и в школе, Толик дома все чаще и чаще ста­но­вился про­сто невы­но­си­мым – агрес­сив­ным и злым. Он теперь уже больше не пла­кал и ныл, а кри­чал, тре­бо­вал и при­ка­зы­вал. А одна­жды под­нял даже руку на маму, когда мама пыта­лась его ото­рвать от игры за ком­пью­те­ром лишь для того, чтобы он не забыл про уроки. В доме вновь появи­лись про­блемы. Толик про­сто стал малень­ким гей­ме­ром (от англий­ского слова game – игра) – игро­ком, вре­ме­нами настолько входя в свои «игры», что не мог из них выйти, путая свою жизнь с вир­ту­аль­ной реальностью.

К сожа­ле­нию, число таких «Толи­ков» еже­дневно про­грес­сивно рас­тет. Одно из послед­них иссле­до­ва­ний «Kids and Consumer Elektronics 11» аме­ри­кан­ской ком­па­нии NPD Group пока­зало, что более 40 % аме­ри­кан­ских детей, начи­ная с четы­рех лет, не говоря уже о под­рост­ках после 14, поль­зу­ются игро­выми приставками.

Без­условно, для совре­мен­ного циф­ро­вого поко­ле­ния ком­пью­тер­ные видео­игры – это реаль­ность, посте­пенно пре­вра­ща­ю­ща­яся в обы­ден­ность. И сколько бы самые зна­ме­ни­тые уче­ные и иссле­до­ва­тели, зани­ма­ю­щи­еся этой про­бле­мой, сего­дня бы ни дис­ку­ти­ро­вали по этому поводу – «каз­нить или мило­вать», резуль­тат ока­жется одним и тем же: инду­стрия ком­пью­тер­ных игр будет расти стре­ми­тельно вверх соот­вет­ственно колос­саль­ному спросу уже реально появив­шимся на нашем гори­зонте «новым людям» – экс­кей­пе­рам, убе­га­ю­щим от реше­ния своих жиз­нен­ных про­блем в ком­пью­тер­ный мир. Эти люди, из «касты» вче­раш­них Печо­ри­ных, нынче не «лиш­ние» люди, а, наобо­рот, порож­де­ние совре­мен­но­сти и ее соци­аль­ный «про­дукт». Так что ста­нет ли Ваш сего­дняш­ний супер­по­слуш­ный «пай-маль­чик» гей­ме­ром или нет, зави­сит от мно­же­ства раз­ных при­чин, а не только лишь от Вашего «хочу», «не хочу»… При­чем глав­ное здесь – это прес­синг совре­мен­ных норм жизни детей, обще­при­ня­тых среди них «норм пока­за­те­лей» их раз­ви­тия. И конечно же, если под­ро­сток не будет зна­ком с попу­ляр­ными видео­иг­рами, он ока­жется про­сто изгоем в кол­лек­тиве ровесников.

Но зна­ком может быть он по-раз­ному. Одно дело, когда он играет в них не часто, лишь эпи­зо­ди­че­ски, и дру­гое – когда он фанат этих игр и готов уде­лять им все время, и не только сво­бод­ное… Все… Ну а если не все, то огром­ную часть за счет мно­гих дру­гих своих дел.

То есть важно – насколько подоб­ные игры зна­чимы для ребенка. Про­блема лишь в этом. Правда, эту про­блему можно пере­ко­ди­ро­вать – на сего­дняш­ний день в арсе­нале ком­пью­тер­ных игр для детей пест­рое раз­но­об­ра­зие, выби­рай на свой вкус и не только «стре­лялки» и жесто­кие игры. Сколько есть раз­ви­ва­ю­щих игр…

Однако наших детей в основ­ном при­вле­кают к себе жанры игр, помо­га­ю­щие им реа­ли­зо­вы­вать хотя б как-то свои дав­ние несбыв­ши­еся мечты или же бла­го­даря кото­рым можно будет «смыть» всю накипь отри­ца­тель­ных эмо­ций, под­со­зна­тельно лишав­ших их покоя. И конечно же среди всех жан­ров игр самые жела­е­мые игры – где ребе­нок смо­жет научиться отве­чать агрес­сией на агрес­сив­ность, чтобы выжить в сход­ных ситу­а­циях, если они вдруг насту­пят в жизни. Ведь агрес­сия – это еще и защит­ная реак­ция, вре­ме­нами про­сто лишь эмо­ция спа­се­ния, пус­кай даже путем раз­ру­ше­ния дру­гих или дру­гого, угро­жа­ю­щих нам или нашим близким.

Однако это вовсе не озна­чает, что даже в тяже­лых ситу­а­циях можно выжить, лишь только лишая жизни дру­гих, не заду­мы­ва­ясь над аль­тер­на­тив­ными ходами. Но, к сожа­ле­нию, неко­то­рые жанры совре­мен­ных ком­пью­тер­ных и видео­игр настолько пере­вер­нули все вверх ногами, что все­воз­мож­ные смо­ду­ли­ро­ван­ные ими ситу­а­ции «выброса» этого засто­яв­ше­гося в орга­низме ребенка не самого луч­шего чув­ства осу­ще­ствимы лишь только мето­дами пато­ло­ги­че­ской агрес­сии. И больше всего это свой­ственно так назы­ва­е­мым жесто­ким ком­пью­тер­ным играм, рас­про­стра­ня­ю­щимся в нашей среде со ско­ро­стью бал­ли­сти­че­ской ракеты, бла­го­даря так жела­е­мому мно­гими допол­ни­тель­ному выбросу адреналина.

Однако… ведь игры бывают не только жесто­кими, но и совер­шенно без­вред­ными на пер­вый взгляд, зато очень полез­ными, напри­мер обра­зо­ва­тель­ными или раз­ви­ва­ю­щими… или…

Ока­за­лось, что маль­чи­ков больше всего при­тя­ги­вают к себе игры-стра­те­гии, в кото­рых можно пре­вра­титься в вели­кого пол­ко­водца, не хуже Напо­леона, и ощу­тить три­умф побе­ди­теля. А девоч­кам больше нра­вятся игры-кве­сты, так назы­ва­е­мые логи­че­ские игры. Но самые при­вле­ка­тель­ные для боль­шин­ства детей и под­рост­ков – это RPC-игры, бла­го­даря кото­рым воз­можно осу­ще­ствить все мыс­ли­мые и немыс­ли­мые жела­ния. Твои воз­мож­но­сти в них без­гра­ничны. Бери, выду­мы­вай, что тебе хочется! Живи как взду­ма­ется, по своим соб­ствен­ным пра­ви­лам и зако­нам, без надо­ев­ших под­ска­зок стар­шего поко­ле­ния – твоих роди­те­лей и учи­те­лей! А это мечта каж­дого ребенка.

Короче говоря, ком­пью­тер­ные игры – это воз­мож­ность скон­стру­и­ро­вать свой мир, жела­е­мый тебе в дан­ный момент, а может быть, даже необ­хо­ди­мый, созвуч­ный твоим мыс­лям… настроению…

Однако сию­ми­нут­ные, инту­и­тив­ные жела­ния обычно эмо­ци­о­нально неста­бильны. Они рас­цве­чены лишь только фей­ер­вер­ком ожи­да­ний. И если это все осу­ществ­ля­ется в игре – пус­кай осу­ществ­ля­ется. Но если вдруг эту игру потом пыта­ются ско­пи­ро­вать для жизни, при­чем без здра­вых рас­суж­де­ний, по инер­ции, то можно и пере­усерд­ство­вать. И ведь копи­руют, копи­руют те дей­ствия, те ситу­а­ции, кото­рые без тре­ни­ро­вок в этих играх были бы даже и немыс­лимы, не говоря об их осуществлении.

И самое страш­ное, конечно, когда Ваш ребе­нок зацик­ли­ва­ется на играх с наси­лием, поку­ша­ясь на жизнь людей. И пусть это все про­ис­хо­дит пока еще только лишь в вир­ту­аль­ной реаль­но­сти, однако, по мне­нию про­фес­сора А. Г. Асмо­лова, мы можем столк­нуться в конце кон­цов с «син­дро­мом Вельда». Ско­рее всего, непо­свя­щен­ному назва­ние этого син­дрома обычно ни о чем не гово­рит. Но если Вы читали рас­сказы аме­ри­кан­ского фан­та­ста Рея Брэд­бери, то тут же вспом­ните один из них о Буду­щем, кото­рое «ком­пью­ти­зи­ро­вал» писа­тель еще задолго до сего­дняш­него дня с наше­ствием ком­пью­те­ров. Его герои жили в ком­пью­те­ри­зи­ро­ван­ном доме с игро­вой ком­на­той для детей, где гос­под­ство­вала вир­ту­аль­ная реаль­ность. Бла­го­даря этой реаль­но­сти созда­вался эффект при­сут­ствия ребенка в прайде афри­кан­ских львов, вышед­ших на охоту. Дети посто­янно играли в «Вельд», и роди­те­лей почему-то вдруг стали бес­по­ко­ить все время слы­ши­мые ими из дет­ской тре­вож­ные крики и голоса, чем-то зна­ко­мые им. А когда нако­нец нервы взрос­лых не выдер­жали и они запре­тили играть детям в «Вельд», то род­ные, люби­мые дети зама­нили их тут же к себе, в игро­вую… В игро­вую, где вдруг вир­ту­аль­ные львы пре­вра­ти­лись в реаль­ных и, сойдя с экра­нов, бро­си­лись на роди­те­лей. Лишь теперь только стало понятно роди­те­лям, чьи же крики их так вол­но­вали. Но уже было поздно. Это были их крики сего­дня. Ну а раньше лишь про­сто была тре­ни­ровка в вир­ту­аль­ной реаль­но­сти такой рас­правы с мамой и папой. Тре­ни­ровка, чтоб все потом «пра­вильно» сде­лать, осу­ще­ствив это все наяву.

Но конечно же «син­дром Вельда» – это образ­ное, ассо­ци­а­тив­ное поня­тие, в пря­мом смысле слова – к сча­стью, прак­ти­че­ски не встре­ча­е­мое, за исклю­че­нием супер­т­ра­ги­че­ских и еди­нич­ных слу­чаев. Однако в пере­нос­ном смысле слова рас­про­стра­нен­ность этого «син­дрома» про­грес­сивно нарас­тает. И мно­гие иссле­до­ва­тели обви­няют во всем ком­пью­тер­ные игры, в кото­рых акт наси­лия – такая мелочь, что о ней вряд ли стоит гово­рить. И если даже мно­го­чис­лен­ные сто­рон­ники этих игр оправ­ды­ва­ются дово­дами, что жесто­кие игры про­во­ци­руют агрес­сию лишь у детей, уже склон­ных к ней, из-за чего, соб­ственно говоря, они и пред­по­чи­тают подоб­ные игры дру­гим, то это еще более усу­губ­ляет ситу­а­цию. Напра­ши­ва­ется вывод, что жесто­кие игры – это свое­об­раз­ный про­во­ци­ру­ю­щий фак­тор «дрем­лю­щей» агрес­сив­но­сти ребенка. Дрем­лю­щей до поры до вре­мени. Но ведь эта неви­ди­мая агрес­сия без жесто­ких ком­пью­тер­ных игр могла бы «дре­мать» в орга­низме ребенка все время, нико­гда не проснув­шись. Так зачем же будить нам ее? И не про­сто будить, а учить, что с ней делать, делать, не сози­дая, а разрушая.

Однако в любом слу­чае роди­те­лей ребенка должно инте­ре­со­вать – каким жан­рам ком­пью­тер­ных игр их ребе­нок отдает пред­по­чте­ние. И если его больше всего при­вле­кают жесто­кие игры, заду­маться – почему. Ведь жела­ния выплес­ки­вать агрес­сию появ­ля­ются тогда, когда име­ются ее запасы. Откуда они взя­лись у ребенка, почему?

В то же время не надо забы­вать, что для малень­ких детей нема­ло­важ­ное зна­че­ние имеет и фак­тор под­ра­жа­ния. И если им понра­ви­лась жесто­кая игра, они нач­нут осу­ществ­лять ее в реаль­но­сти. Пусть даже не в реаль­но­сти, а мыс­ленно. Но это «мыс­ленно» в какой-то миг спо­собно будет вдруг осу­ще­ствиться на самом деле. В любом слу­чае жесто­кая игра, в кото­рую Вы раз­ре­ша­ете играть Вашему невин­ному ребенку, неиз­вестно чем может ото­зваться в даль­ней­шем, «застряв» в нем где-то на уровне под­со­зна­ния. Хотите Вы или нет, но своим поощ­ре­нием подоб­ных игр или же невме­ша­тель­ством в них Вы про­буж­да­ете в своем ребенке «зверя» или «зверька», пусть даже и не с сего­дняш­ними, а с зав­траш­ними послед­стви­ями всего этого.

Врачи из Австра­лий­ской меди­цин­ской ассо­ци­а­ции при­ни­мают все меры про­тив вир­ту­аль­ных игр, спо­соб­ству­ю­щих ожи­ре­нию детей, счи­тая, что ребе­нок дол­жен зани­маться спор­том на воз­духе. В то же время все совре­мен­ные «сим­би­озы» ком­пью­те­ров со спор­тив­ными тре­на­же­рами, по мне­нию пред­ста­ви­те­лей ассо­ци­а­ции, лишь только отби­вают жела­ние у детей к физкультуре.

Том Леве­ретт, осно­ва­тель ком­па­нии Leveractive, создал ком­пью­тер­ную про­грамму для малы­шей, в пере­воде с англий­ского назы­ва­ю­щу­юся при­бли­зи­тельно так: «Глупо хихи­ка­ю­щее ком­пью­тер­ное вре­мя­пре­про­вож­де­ние для вашего непо­седы». Эта про­грамма рас­счи­тана даже на мла­ден­цев, не уме­ю­щих еще ходить и говорить.

(По мате­ри­а­лам СМИ)

И пусть сто­рон­ники агрес­сив­ных ком­пью­тер­ных игр бра­ви­руют науч­ными дан­ными, ссы­ла­ясь на то, что только 10–15 % гей­ме­ров совер­шают жесто­кие анти­со­ци­аль­ные поступки, а для основ­ной массы детей – это про­сто обыч­ное вре­мя­про­вож­де­ние без выте­ка­ю­щих из него каких-то отя­го­щен­ных послед­ствий, помните, что без подоб­ных ком­пью­тер­ных игр про­цент таких детей был бы гораздо ниже. При­ме­ряя на себя роли супер­ге­роев, как мод­ную, страстно жела­е­мую одежду, при­чем именно супер­ге­роев, уни­что­жа­ю­щих всех вокруг, Ваш ребе­нок иден­ти­фи­ци­рует себя с супер­ге­роем, в самом деле входя в его роль, пре­вра­ща­ясь в арти­ста во время спек­такля, живу­щего чужой жиз­нью… Пус­кай вре­менно, пусть искус­ственно, но… живу­щего. И в эти ска­зоч­ные пери­оды пере­во­пло­ще­ния можно успеть «сде­лать» такое, за что потом будешь рас­пла­чи­ваться целую жизнь, тем более если этот ребе­нок вообще скло­нен к агрес­сии, обла­дая «корот­кой» вер­сией гена МАОА.

В послед­ние годы наи­бо­лее зна­чи­мые наци­о­наль­ные орга­ни­за­ции здра­во­охра­не­ния США, про­водя ряд науч­ных иссле­до­ва­ний, при­шли к выводу, что между вир­ту­аль­ным и реаль­ным наси­лием суще­ствует пря­мая зави­си­мость. При­чем игры это наси­лие делают при­вле­ка­тель­ным. Пред­став­ля­ете, при­вле­ка­тель­ным! При­вле­ка­тель­ным даже для взрос­лого чело­века, а что тогда гово­рить о Вашем ребенке.

Инте­ресны также и резуль­таты науч­ных иссле­до­ва­ний, про­ве­ден­ных пси­хо­ло­гами К. Андер­се­ном и К. Дилл с уче­ни­ками кол­ле­джа, игра­ю­щими в ком­пью­тер­ные игры. На основе дан­ных экс­пе­ри­мен­тов уче­ные пред­по­ло­жили, что любая ком­пью­тер­ная игра с эле­мен­тами наси­лия фор­ми­рует под­со­зна­тель­ный услов­ный рефлекс сто­про­цент­ной агрес­сив­ной реак­ции чело­века в кон­фликт­ных ситу­а­циях. А пере­пол­нен­ный еже­днев­ной игро­вой агрес­сией, Ваш ребе­нок за кон­фликт­ную ситу­а­цию может при­нять что угодно, исполь­зуя для раз­ре­ше­ния ее един­ственно зна­ко­мый ему выход – физи­че­скую силу со всеми выте­ка­ю­щими из этого последствиями.

К тому же агрес­сив­но­сти людей, увле­ка­ю­щихся ком­пью­тер­ными играми, спо­соб­ствует и то, что у них, как пра­вило, недо­раз­виты лоб­ные доли мозга, «отве­ча­ю­щие» за эмо­ции и пове­де­ние чело­века, не говоря уже о тре­ни­ровке памяти и обу­че­нии. К таким выво­дам при­шли уже япон­ские уче­ные из уни­вер­си­тета Тох­оку, также зани­ма­ю­щи­еся этой проблемой.

И если это дей­стви­тельно так, то пове­де­ние совре­мен­ных гей­ме­ров в ско­ром вре­мени будет напо­ми­нать пове­де­ние злоб­ных и вспыль­чи­вых неан­дер­таль­цев, у кото­рых, как пред­по­ла­гают уче­ные, были тоже недо­раз­виты лоб­ные доли.

Но самое страш­ное, что под­жи­дает чело­ве­че­ство в буду­щем, по мне­нию руко­во­ди­теля этого иссле­до­ва­ния – про­фес­сора Рюто Кава­сима, – это то, что страсть к ком­пью­тер­ным играм бук­вально с пеле­нок создаст гей­ме­рам массу новых тяже­лых про­блем, основ­ным реше­нием кото­рых будут войны.

В свете этих иссле­до­ва­ний ста­нут понят­ными и выска­зы­ва­ния аме­ри­кан­ского воен­ного пси­хо­лога Дей­вида Гросс­мана, счи­та­ю­щего, что совре­мен­ные элек­трон­ные игры и бое­вая под­го­товка сол­дат на «пре­одо­ле­ние врож­ден­ного барьера» уни­что­же­ния врага имеют сход­ные меха­низмы воздействия.

А почему бы и нет? Ведь, как пра­вило, сти­му­лом за совер­ше­ние актов наси­лия и жесто­ко­сти в этих ком­пью­тер­ных играх для ребенка явля­ется воз­на­граж­де­ние, пусть даже и вир­ту­аль­ное. Но это же все-таки поощ­ре­ние, кото­рое в дей­стви­тель­но­сти вряд ли доста­ется этому гей­меру в его семье.

Да и вообще, чем отли­ча­ется вир­ту­аль­ная дей­стви­тель­ность от невир­ту­аль­ной, если ребе­нок активно живет этой жиз­нью сей­час наяву, а совсем не во сне. И мы с Вами спо­соб­ствуем этому, даже раду­ясь, что у него есть заня­тие дома и он не сло­ня­ется где-то с кем-то, а весь на виду.

И только неми­ну­е­мые про­блемы со здо­ро­вьем у люби­те­лей и поклон­ни­ков кибе­ригр отрезв­ляют немного стар­шее поко­ле­ние семьи. При­чем этому спо­соб­ствуют не столько сома­ти­че­ские нару­ше­ния – от общей утом­ля­е­мо­сти до сни­же­ния остроты зре­ния, как ком­пью­тер­ная зави­си­мость, и именно от ком­пью­тер­ных игр. Людей с этой зави­си­мо­стью назы­вают кибе­рад­дик­тами. Само слово «аддикты» озна­чает – откло­не­ние в пове­де­нии от обще­при­ня­тых норм. Однако роди­тели не должны допу­стить, чтобы ребе­нок «воз­вы­сился» до этого «почет­ного» ранга геймеров.

Но если уже он часами сидит за ком­пью­те­ром, не ощу­щая вре­мени и не в силах ото­рваться от мони­тора, стре­ляя, управ­ляя или созда­вая для себя соб­ствен­ную Все­лен­ную, про­ек­ти­руя ее до дета­лей, как Вы про­ек­ти­ро­вали себе дачу, – это поводы для бес­по­кой­ства. Ваш ребе­нок ухо­дит в игру от реаль­но­сти, от ее серых буд­ней, рутин­но­сти дел, от своей неуспеш­но­сти в этой реаль­но­сти, хоть отпил в своей жизни только пер­вый гло­ток, но… не слад­кий, а горь­кий… И в этом при­чина. Недо­пи­тую сла­дость он ищет теперь в дру­гом, соб­ствен­ном мире, где все так легко, где гос­под­ствует сказка, где все лишь «по щучьему» только «веле­нию», но… «по моему хоте­нию»… Где ты можешь себя ощу­щать не каким-то Еме­лей, а лихим Ильей Муромцем.

Да и вообще, этот фан­та­сти­че­ски ска­зоч­ный эффект уча­стия Вашего ребенка в выду­ман­ной им вир­ту­аль­ной реаль­но­сти, как воронка, заса­сы­вает его, не давая воз­мож­но­сти ото­рваться. При­чем стоит ли отры­ваться от этой насы­щен­ной жизни, где сего­дня ты всад­ник на рети­вом коне, а не «всад­ник без головы». Так зачем же вообще под­став­лять свою голову под град нра­во­уче­ний или же наре­ка­ний недо­воль­ных роди­те­лей и педа­го­гов, когда можно стать прин­цем, потом коро­лем, несмотря на то что сей­час дома ты Золушка. А в каком мире это все про­изой­дет, не имеет зна­че­ния, если он «есть», даже пусть только лишь для тебя.

Без­условно, у каж­дого гей­мера свой набор самых важ­ных потреб­но­стей, ради них можно даже забыть осталь­ные. Да и как их теперь не забу­дешь, если столько дел в дру­гой реаль­но­сти. А какая из двух – Зазер­ка­лье дру­гой, сей­час может решить только он, хотя нечего даже решать. В этой новой реаль­но­сти не набьешь себе шишек, все задачи решишь в одно­ча­сье без помощи, если будет ошибка – испра­вишь ее без каких-то тяже­лых послед­ствий, уни­же­ний и злых ком­мен­та­риев. Ты хозяин здесь сам себе, как и слуга. Сам при­казы даешь и сам их выпол­ня­ешь. И ответ­стве­нен сам за себя. Хочешь – дела­ешь, не хочешь – нет.

Так зачем же теперь воз­вра­щаться в этот несо­вер­шен­ный и озлоб­лен­ный мир, где сплош­ные ухабы и нету дру­зей, где ты чув­ству­ешь себя все время ник­чем­ным или лиш­ним… В мир, в кото­ром тобой недо­вольны вечно мама и папа, где свою нелю­бовь не скры­вает учи­тель. Нет, конечно же лучше остаться еще в своем соб­ствен­ном мире. Зачем торо­питься воз­вра­щаться в дру­гой? Ну хотя б на часок, ну хотя б на минутку… Пус­кай поздно уже, пус­кай будут ругать…

Нет, зави­си­мость от кибе­ригр – это вовсе не нар­ко­ти­че­ская зави­си­мость. При­чем это под­твер­ждают и самые послед­ние меди­цин­ские иссле­до­ва­ния. Здесь задей­ство­ваны совер­шенно дру­гие участки мозга. Но тем не менее это зави­си­мость со всеми выте­ка­ю­щими отсюда послед­стви­ями как для Вас, так и для жизни Вашего ребенка. А Вас она, оче­видно, все же вол­нует. Ведь уже только сам факт, что у него есть ком­пью­тер, сви­де­тель­ствует о том, что ребе­нок не пол­но­стью отвер­жен Вами. Ком­пью­те­ром может похва­статься не каж­дый из нас. А если Ваш сын или же Ваша дочь стали гей­ме­рами в ком­пью­тер­ном клубе и Вы их снаб­жали на это день­гами, не думая о послед­ствиях, то в этом была тоже доля заботы, пус­кай в чем-то и «вир­ту­аль­ной».

При­стра­стие детей к играм и уход от реаль­но­сти обед­няет их эмо­ци­о­наль­ную сферу, сопро­вож­да­ясь высо­ким нервно-эмо­ци­о­наль­ным напря­же­нием из-за неуме­ния жить. Да, Ваш гей­мер в своей вир­ту­аль­ной реаль­но­сти – и герой, и тво­рец, ему про­сто нет рав­ных. Даже море ему по колено. Но… когда надо чего-то добиться в дей­стви­тель­но­сти, он не знает, как пре­одо­леть даже малую толику вся­ких пре­пят­ствий. Здесь дру­гие законы и пра­вила. В играх про­сто, легко, ну а в жизни не так. Жизнь гораздо муд­рее игры. А он думать при­вык в основ­ном по шаб­лону. Но дей­стви­тель­ность жаж­дет дру­гие клише. И един­ствен­ный выход – замкнуться в себе, в том искус­ственно создан­ном мире, где уютно, ком­фортно ему стало жить, где он сам лишь вер­ши­тель всего… и при этом… без вся­кой ответственности.

Без­условно, подоб­ные мысли спо­соб­ствуют соци­аль­ной изо­ля­ции ребенка. Ведь нередко един­ствен­ный друг его – только компьютер.

Помимо всего выше­пе­ре­чис­лен­ного, «зави­са­ние» над экра­ном мони­тора застав­ляет Ваших детей часами сидеть без дви­же­ния, в ско­ван­ных позах и неудоб­ных поло­же­ниях, при­во­дя­щих к нару­ше­нию осанки и даже искрив­ле­нию позво­ноч­ника, да при этом еще маши­нально погло­щать все съе­доб­ное, что попа­дется под руку. По мне­нию ряда иссле­до­ва­те­лей именно этой про­блемы, под руку детям чаще всего «попа­да­ются» чипсы и пицца, кото­рые так и тянет запить высо­ко­ка­ло­рий­ными гази­ро­ван­ными напит­ками – кока-колой или же пепси-колой. Так что гей­ме­рам, помимо всего, гро­зит также и ожирение.

А из-за пере­воз­буж­де­ния нерв­ной системы они плохо спят, доиг­ры­вая «недо­иг­ран­ное», потому что им суток уже не хва­тает на свое увлечение.

К сожа­ле­нию, все эти игры, обе­щая раз­вить интел­лект, как гла­сят нам инструк­ции, вовсе не раз­ви­вают его, а дока­зано, что тор­мо­зят, хотя внешне всем кажется совер­шенно дру­гое. Но так хочется верить инструк­циям и созда­те­лям игр, для кото­рых так важно, чтобы мы покупали…

Ну и мы поку­паем, сжа­лив­шись над маль­чиш­ками, ища поводы при­об­ре­сти игры нового поко­ле­ния, не заду­мы­ва­ясь совер­шенно о том, что про­грамма игры про­грам­ми­рует также и мыш­ле­ние наших детей, как и их пове­де­ние, «обол­ва­ни­вая» их под видом раз­ви­тия кре­а­тив­ных спо­соб­но­стей. Как же нам лишить чадо такого раз­ви­тия! Вот мы и не лишаем.

И если раньше, говоря о детях-гей­ме­рах, в основ­ном под­ра­зу­ме­ва­лись, дей­стви­тельно, только маль­чики, то сего­дня и девочки тоже пыта­ются от них не отстать. Но в связи с тем, что игры «рож­да­ются» пока чаще муж­чи­нами и с уче­том осо­бен­но­стей муж­ской пси­хо­ло­гии, сла­бый пол не догнал еще силь­ный. Во вся­ком слу­чае, на сего­дняш­ний день, по дан­ным ста­ти­стики, девочки в два раза меньше тра­тят свое сво­бод­ное время на эти игры по срав­не­нию с маль­чи­ками. При­чем маль­чи­ков больше всего при­вле­кают азарт­ные игры, свя­зан­ные с борь­бой или сорев­но­ва­ни­ями, и меньше всего логи­че­ские игры, а у дево­чек более попу­лярны как раз именно логи­че­ские игры и менее – «бой­цов­ские». Так что ком­пью­тер­ная зави­си­мость раз­ви­ва­ется чаще у маль­чи­ков. Однако если о ней поза­быть, то надо бы при­слу­шаться также к сто­рон­ни­кам видео­игр, кото­рые при­во­дят не менее вес­кие аргу­менты в свою пользу, под­креп­ляя их тоже дан­ными науч­ных исследований.

Среди этих дан­ных осо­бенно весомы дан­ные, утвер­жда­ю­щие то, что у детей-гей­ме­ров прак­ти­че­ски такая же коор­ди­на­ция и кон­цен­тра­ция вни­ма­ния, как и у кос­мо­нав­тов. Во вся­ком слу­чае, эти пока­за­тели срав­нимы с пока­за­те­лями аст­ро­нав­тов из НАСА. Кроме того, такие под­ростки хорошо раз­би­ра­ются в тех­нике. У них раз­вито вооб­ра­же­ние. И если они даже и меньше дру­гих детей инте­ре­су­ются музы­кой, лите­ра­ту­рой и искус­ством, то это в основ­ном из-за нехватки вре­мени на эти гума­ни­тар­ные пред­меты и невоз­мож­но­сти в своем кок­тейле жизни сов­ме­стить несовместимое.

А что каса­ется высо­кой сте­пени агрес­сив­но­сти, по мне­нию сто­рон­ни­ков-защит­ни­ков, так это тоже вовсе не про­блема, ско­рее всего, для ребенка это даже ока­жется полез­ным. Бла­го­даря жесто­ким играм Ваш ребе­нок спо­со­бен реа­ли­зо­вать свои насущ­ные, но неосу­ществ­лен­ные потреб­но­сти, кото­рые таятся в под­со­зна­нии. Да, да, бла­го­даря так Вас вол­ну­ю­щим «стре­лял­кам» ребе­нок про­сто тре­ни­рует инстинкт выживания.

Извест­ные аме­ри­кан­ские уче­ные Т. Райт и П. Бри­ден­бах счи­тают, что жесто­кие игры ори­ен­ти­руют ребенка на то, как более пра­вильно выстро­ить свои отно­ше­ния в обще­стве, и обу­чают «эффек­тив­ной команд­ной работе». А если они и вызы­вают повы­шен­ную агрес­сию, так с ее помо­щью такой ребе­нок пре­одо­ле­вает свой соб­ствен­ный страх, учась справ­ляться с кон­флик­тами в жизни. А по мне­нию дру­гого иссле­до­ва­теля, Г. Пет­руся, жесто­ким ком­пью­тер­ным играм при­суща роль ска­зок со страш­ными эпи­зо­дами, пере­жи­вая кото­рые малыши учатся справ­ляться со сво­ими про­бле­мами. В конце кон­цов, все зна­ме­ни­тые сказки Андер­сена и бра­тьев Гримм тоже не лишены агрессии.

Сто­рон­ни­ками жесто­ких ком­пью­тер­ных игр ока­за­лись также и уче­ные из Инсти­тута пси­хо­ло­гии РАН, дока­зав­шие в своих иссле­до­ва­ниях, что агрес­сив­ные игры помо­гают детям адап­ти­ро­ваться в среде ровес­ни­ков без вся­ких вред­ных последствий.

А извест­ный спе­ци­а­лист по видео­иг­рам Генри Дженк­синс, иссле­дуя совре­мен­ные пред­став­ле­ния, свя­зан­ные с этой про­бле­мой, вообще назвал все раз­но­гла­сия про­тив­ни­ков-сто­рон­ни­ков мифами и поста­рался раз­ве­ять их. И без­условно, глав­ный миф среди всех мифов – миф, свя­зан­ный с наси­лием в среде таких детей. Счи­тая, что про­блема нере­альна, уче­ный при­вел аргу­менты, дока­зы­ва­ю­щие, что не только гей­меры спо­собны на насиль­ствен­ные дей­ствия. Ско­рее всего, глав­ное в этой про­блеме – осо­бен­но­сти лич­но­сти ребенка, а также его семей­ные взаимоотношения.

Уче­ный опро­верг и миф о том, что дево­чек не при­вле­кают эти игры. Еще как при­вле­кают, повы­шая их уро­вень уве­рен­но­сти в себе, спо­соб­ствуя хоро­шей адап­та­ции и луч­шей при­спо­соб­ля­е­мо­сти к жизни.

Не пра­во­мерны также выводы ряда иссле­до­ва­те­лей о соци­аль­ной само­изо­ля­ции таких детей. По дан­ным Г. Дженк­синса, 60 % гей­ме­ров играют вме­сте с дру­зьями, 33 % – с бра­тьями и сест­рами. А когда игра не пред­по­ла­гает вто­рого игрока, то нередко кто-то наблю­дает за ней рядом и дает советы.

И то, что гей­меры ста­но­вятся без­раз­лич­ными к окру­жа­ю­щему миру, – тоже миф. Ну а если это все-таки так, то это только сви­де­тель­ство, что у такого ребенка име­ется ряд пси­хо­ло­ги­че­ских проблем.

И нако­нец, не дети – глав­ные потре­би­тели видео­игр, а их роди­тели, кото­рые часто пред­ла­гают ребенку новую видео­игру, не вник­нув в ее содер­жа­ние, хотя и поку­пают ее вме­сте с ребенком.

Сло­вом, гей­ме­ром быть даже полезно. Тем более что мно­гие из этих детей свя­зы­вают свое буду­щее с ком­пью­тер­ной сфе­рой дея­тель­но­сти. И сего­дняш­ние «поси­делки» за экра­нами мони­то­ров – это только рывки к ответ­ствен­ным прыжкам.

Конечно, для боль­шин­ства роди­те­лей такое при­зна­ние вроде елея на душу – у ребенка есть цель в его жизни. Он себе даже выбрал про­фес­сию, созвуч­ную вре­мени. Да к тому же его Вам не надо искать где-то в раз­ных ком­па­ниях, очень часто сомни­тель­ных. Он все время у Вас на виду. Его даже не надо теперь забав­лять. Он и сам забав­ляет себя. Ну а если вдруг стал некон­такт­ным – прой­дет, про­сто воз­раст такой у него. Агрес­сив­ным вдруг стал, раз­дра­жи­тель­ным, злым… Так при чем здесь ком­пью­тер, когда есть уче­ные, дока­зав­шие: чтоб совер­шить что-то страш­ное, у ребенка должны быть дру­гие причины.

Но какие, какие?.. Заду­май­тесь сами. Ведь одни и те же при­чины порож­дают у раз­ных детей совер­шенно раз­ные послед­ствия. И если для одного ребенка Ваш прес­синг запре­тов лишь повод пови­но­ваться, то для дру­гого… импульс к тому самому пре­сло­ву­тому наси­лию, кото­рое не стоит зара­нее нам про­гно­зи­ро­вать, а вдруг… оно не про­изой­дет. И именно жесто­кие игры ста­но­вятся самыми поку­па­е­мыми, по-види­мому, для встряски адре­на­ли­ном. А сред­ства мас­со­вой инфор­ма­ции посто­янно сооб­щают нам о новых и новых актах ван­да­лизма и без­жа­лост­ного наси­лия, совер­ша­е­мых в раз­ных угол­ках зем­ного шара невин­ными детьми и под­рост­ками, нахо­дя­щи­мися все время на виду у роди­те­лей, осва­и­ва­ю­щих жесто­кие игры.

Хорошо, когда гей­мер-ребе­нок в самом деле у вас на виду. Но ведь гей­ме­ров много и в ком­пью­тер­ных клу­бах, куда тянет все время под­рост­ков. Сей­час даже есть новый вид спорта – кибер­спорт. Сей­час можно участ­во­вать даже в тур­ни­рах, при­чем меж­ду­на­род­ных, и при этом суметь выиг­рать при­зо­вые так же, как на дру­гих зна­ме­ни­тых тур­ни­рах, взять, к при­меру, хотя бы попу­ляр­ные теннисные.

Но когда Ваш ребе­нок в ком­пью­тер­ном клубе, то тут много есть «за», точно так же как «про­тив».

«За» – в связи с тем, что он не один, у него там есть свой круг обще­ния, даже пусть из таких же фана­тов, как он, но у них общие инте­ресы – глав­ный сти­мул, чтобы Ваш ребе­нок не был бы изо­ли­ро­ван в обще­стве сверст­ни­ков и не стал бы в конце кон­цов кем-то в виде гей­ме­ров­ского рака-отшельника.

«Про­тив» – тоже имеет резон: это, прежде всего, бес­кон­троль­ное пове­де­ние Вашего отпрыска. Вы не можете сами вли­ять на его выбор игр, а в ком­пью­тер­ном клубе их не сосчи­тать… Там име­ются самые «кле­вые», как счи­тают под­ростки, такие, о кото­рых в домаш­них усло­виях нельзя даже меч­тать. Их не купит им самый про­дви­ну­тый пре­док, ну а если и купит, то лишь для себя, потому что они для людей только с креп­кими нер­вами. А в ком­пью­тер­ном клубе может и повезти, если ты най­дешь нуж­ный под­ход ну хотя бы к хозяй­скому сыну.

В общем, жизнь полна неожи­дан­но­стей, когда в ней цар­ствует вир­ту­аль­ность или же вир­ту­аль­ная наркомания.

* * *

Не докон­чив беседу, Толик вновь повер­нулся к ком­пью­теру, и его еще хруп­кая дет­ская спинка начала содро­гаться от рез­ких дви­же­ний, поз­во­ля­ю­щих ему «стре­лять». А когда я реши­лась взгля­нуть на экран – уви­дала повер­жен­ный мир: там уже даже не было больше мише­ней, там уже даже не было больше людей – все валя­лись в каких-то неесте­ствен­ных позах, не в кого уже было стре­лять. Но… в гла­зах у ребенка искрился азарт… и он вновь начал эту игру. Совре­менно – нор­маль­ный мальчишка…

А я думала о том, что не зря пси­хи­атры сего­дня раз­ли­чают три вида пове­де­ния у всех людей: нор­ма­тив­ное, аддик­тив­ное  и зави­си­мое.  И конечно, когда ты – аддикт, пове­де­ние тоже твое аддик­тив­ное,  а вер­нее всего – погра­нич­ное между нор­мой и пато­ло­гией. И роди­те­лям это жела­тельно знать, каких взгля­дов они б ни при­дер­жи­ва­лись, кем бы ни были они – сто­рон­ни­ками или же отно­си­лись к про­тив­ни­кам все­воз­мож­ных ком­пью­тер­ных игр – одного из зна­ме­ний XXI века.

КАК ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с ребенком-геймером

  • Если Ваш ребе­нок дошколь­ного воз­раста, при­об­щать его к ком­пью­тер­ным играм как можно позже, не раньше чем перед поступ­ле­нием в школу.
  • Раз­ре­шать играть в раз­ви­ва­ю­щие игры, но только соот­вет­ству­ю­щие воз­расту ребенка.
  • Прежде чем пред­ло­жить ребенку новую игру, поиг­райте в нее сами и только после этого решайте – полезна она ему или нет.
  • Поин­те­ре­суй­тесь у своих зна­ко­мых отзы­вами о новых играх для детей.
  • Поста­рай­тесь поку­пать те игры, в кото­рых при­ни­мают уча­стие люби­мые герои ребенка, извест­ные ему из ска­зок и мультфильмов.
  • Огра­ничьте время игры до 20–30 минут, но после зна­чи­тель­ного пере­рыва ребенку можно раз­ре­шить поиг­рать еще один раз.
  • Для млад­ших школь­ни­ков и под­рост­ков это время можно уве­ли­чить до 40–60 минут без дли­тель­ного перерыва.
  • Не раз­ме­щайте ком­пью­тер с игро­вой при­став­кой в ком­нате ребенка, чтобы кон­тро­ли­ро­вать доступ к ним.
  • Поста­рай­тесь понять, каким жан­рам игр Ваш ребе­нок отдает пред­по­чте­ние, и, если это будут жесто­кие игры, раз­бе­ри­тесь – почему, не свя­зано ли это с Вашими семей­ными кон­флик­тами и ссорами.
  • Помните: чем младше ребе­нок, тем больше у него шан­сов попасть в игро­вую зави­си­мость, тем жестче необ­хо­дим роди­тель­ский контроль.
  • При пер­вых сомне­ниях, свя­зан­ных с нервно-эмо­ци­о­наль­ным напря­же­нием у ребенка в связи с ком­пью­тер­ными играми, обра­ти­тесь к педи­атру и психологу.
  • Помните, что боль­шин­ство Ваших про­бе­лов в вос­пи­та­нии и нере­а­ли­зо­ван­ные потреб­но­сти ребенка можно узнать из образа тех героев, кото­рых посто­янно изоб­ра­жает ребе­нок в ком­пью­тер­ных играх.
  • Для того чтобы Ваши дети, и осо­бенно под­рост­ко­вого воз­раста, не убе­гали от потреб­но­стей окру­жа­ю­щей их реаль­но­сти в свой иллю­зор­ный мир, раз­ви­вайте даже самые незна­чи­тель­ные таланты ребенка.
  • У ребенка должна быть все­гда какая-нибудь аль­тер­на­тива ком­пью­теру – от фут­бола до дис­ко­теки. Сле­дите, чтобы Ваш гей­мер еже­дневно гулял и общался с друзьями.
  • При­гла­шайте дру­зей ребенка к себе домой по самому малей­шему поводу.
  • Не пре­вра­щайте в един­ствен­ного друга ребенка – компьютер.
  • И если Вам даже очень удобно, когда Ваш ребе­нок у Вас на виду часами играет в раз­лич­ные игры, а Вы можете зани­маться сво­ими делами, помните, что даль­ней­шая «цена» за сего­дняш­нее Ваше бла­го­по­лу­чие может ока­заться неимо­верно высо­кой – рас­плата здо­ро­вьем ребенка. Так что поду­майте об этом уже с пер­вой минуты, когда Вы погру­жа­ете сво­его малыша в пучину игр.
  • Прежде чем поощ­рять жесто­кие игры с целью выброса есте­ствен­ной агрес­сии, вспом­ните про «син­дром Вельда», кото­рый уже начал рас­про­стра­няться не только на близ­ких, но и на весь окру­жа­ю­щий мир.
  • И даже если мечта Вашего гей­мера в даль­ней­шем стать тоже созда­те­лем ком­пью­тер­ных игр, то это вовсе не озна­чает, что его сего­дняш­няя жизнь – тоже игра без пра­вил. Но, как известно, игр без пра­вил не бывает.
  • Помните: гей­ме­рами не рож­да­ются, ими ста­но­вятся. И ста­но­вятся при раз­лич­ных небла­го­по­лу­чиях в семье, потому что уход от жизни в игру – это тоже жизнь. Так что нет смысла ругать Вам за это ребенка – ищите истоки, истоки в себе.
  • Исполь­зо­вать воз­раст­ные ком­пью­тер­ные игры для раз­ви­тия лич­но­сти и талан­тов Вашего ребенка.

КАК НЕ ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с ребенком-геймером

  • Не обра­щать на такое хобби ребенка вни­ма­ния, а, наобо­рот, поощ­рять его, поку­пая дошколь­нику или школь­нику посто­янно новые ком­пью­тер­ные игры, не вни­кая, для какого воз­раста они предназначены.
  • Счи­тать, что жесто­кие игры лишь фор­ми­руют муже­ствен­ность у мальчиков.
  • Пред­по­чи­тать ком­пью­тер­ную зави­си­мость ребенка все­воз­мож­ным нефор­маль­ным ком­па­ниям подростков.
  • Не пока­зы­вать ребенку, что, кроме ком­пью­тер­ных игр, есть еще и дру­гие инте­рес­ные сто­роны жизни.
  • Не искать выходы из тупи­ко­вых ситу­а­ций в семье, а, наобо­рот, вовле­кать в водо­во­рот семей­ных кон­флик­тов ребенка.
  • Боясь, чтобы дети не стали гей­ме­рами, запре­щать им вообще играть в какие-нибудь ком­пью­тер­ные игры, вплоть до раз­ви­ва­ю­щих игр.
  • Посто­янно уни­зи­тельно высме­и­вать ребенка за его жела­ние играть и не пред­ла­гать ему при этом ника­ких аль­тер­на­тив для игр.
  • Делать гей­мера «коз­лом отпу­ще­ния» в семье.

Ситу­а­ция для родителей

Не успела еще тетя Клава сего­дня уйти из дома Лены, как мама выхва­тила из рук девочки пода­рен­ный ей тетей диск с новой ком­пью­тер­ной игрой и выбро­сила его в мусор­ное ведро, даже не разо­брав­шись в содер­жа­нии игры. А когда девочка громко запла­кала, при­чи­тая, что игра будет ей нужна в школе, при­гро­зила уне­сти из дома ком­пью­тер, если ее дочка еще хоть один раз ей соврет. И как только Лена ни пыта­лась ей все объ­яс­нить, она вообще ее больше не слу­шала, упрямо наста­и­вая на своем.

 Как на месте мамы Лены посту­пили бы Вы?

* * *

Ваш ребе­нок стал гей­ме­ром, он у Вас на гла­зах сидит целыми днями в квар­тире, не идет ни в какие ком­па­нии… Вы его кон­тро­ли­ру­ете… О чем можно еще Вам мечтать?

Кажется, ни о чем.

Да, дей­стви­тельно он на виду. Ну а мысли его, ну а мысли… О чем думает он, выби­рая мишень? Почему выбрал именно эту? Почему же не дрог­нет рука, когда начал стре­лять? Почему он стре­ляет? На кого про­еци­рует эту мишень? Кого мыс­ленно уни­что­жает? И кто ста­нет потом глав­ной жерт­вой его, если вдруг разо­вьется у него «син­дром Вельда»? Кто? Кто? Кто? Вы поду­мали – кто? А о чем все же думает он?

Как же Вам научиться кон­тро­ли­ро­вать мысли при тоталь­ном кон­троле его пове­де­ния? Как?

Агрессивный ребенок

Агрес­сив­ность совре­мен­ных детей уве­ли­чи­ва­ется чуть ли не в гео­мет­ри­че­ской про­грес­сии, сетует боль­шин­ство уче­ных, зани­ма­ю­щихся этой про­бле­мой. И во всем этом вино­ваты сред­ства мас­со­вой инфор­ма­ции и дости­же­ния про­гресса, вто­рят им осталь­ные. Это все резуль­тат уви­ден­ного детьми наси­лия в их люби­мых теле­ви­зи­он­ных пере­да­чах, где мон­стры уже стали заме­нять ребенку эль­фов, оче­видно, думают про себя взрос­лые, не всту­па­ю­щие в эти дискуссии.

Если б только один теле­ви­зор, а ком­пью­тер, а видео­игры, бес­ко­неч­ная кибе­ра­грес­сия… уже мне­ние «пра­вых» и «левых». Ну а как тогда с геном агрес­сии? – вме­ши­ва­ются снова ученые.

И дей­стви­тельно, как? Неужели такой ген нашли? Неужели ли он существует?

Суще­ствует. Нашли.

По мне­нию уче­ных, склон­ность к агрес­сии у людей тесно свя­зана с одним из двух вари­ан­тов гена, кото­рый коди­рует рецеп­торы серо­то­нина типа 2а.

Помимо этого, у агрес­сив­ных под­рост­ков сотруд­ники инсти­тута пси­хи­ат­рии при Лон­дон­ском коро­лев­ском кол­ле­дже обна­ру­жили сни­же­ние в орга­низме этих детей фер­мента моно­ами­но­ок­си­дазы, регу­ли­ру­ю­щего кон­цен­тра­цию серо­то­нина в крови. Ока­за­лось, что к агрес­сии склонны люди с «корот­кой» вер­сией гена МАОА (моно­ами­но­ок­си­дазы А).

Однако помимо гене­ти­че­ской при­чины иссле­до­ва­тели счи­тают также, что на агрес­сив­ность людей нема­ло­важ­ное вли­я­ние ока­зы­вает и ряд дру­гих факторов.

К при­меру, склон­ность к агрес­сии можно объ­яс­нить фено­ме­ном «свер­хмуж­чины», выра­жа­ю­щимся в удво­е­нии одной из поло­вых хро­мо­сом. При этом фено­мене у муж­чин, напри­мер, выяв­ля­ется не набор XY, a XYY. Этот фено­мен тесно свя­зан с повы­ше­нием в крови этих людей гор­мо­нов адре­на­лина и тестостерона.

По мне­нию аме­ри­кан­ского химика-ана­ли­тика Уол­тера Уолча, высо­кая агрес­сив­ность про­яв­ля­ется также в тех слу­чаях, когда в орга­низме людей пони­жен уро­вень таких хими­че­ских эле­мен­тов, как литий и кобальт, и выяв­ля­ется повы­шен­ное содер­жа­ние кад­мия и свинца. Все эти эле­менты вли­яют на пси­хику чело­века и резко изме­няют его пове­де­ние, при­чем не в луч­шую сторону.

Науч­ные дан­ные рос­сий­ского уче­ного Вале­рия Васи­льева сви­де­тель­ствуют о том, что одной из при­чин повы­шен­ной агрес­сив­но­сти может быть и пато­ло­ги­че­ски быст­рый обмен веществ, выяв­лен­ный им у агрес­сив­ных людей.

У людей со склон­но­стью к агрес­сии аме­ри­кан­ским уче­ным Ричар­дом Дэвид­со­ном на томо­грам­мах мозга в неко­то­рых обла­стях коры и под­корки обна­ру­жены осо­бые изме­не­ния, не свой­ствен­ные людям без этой склонности.

Короче говоря, в послед­ние годы появ­ля­ется все больше и больше науч­ных работ, сви­де­тель­ству­ю­щих о том, что агрес­сив­ность ребенка обу­слов­лена не только соци­аль­ными фак­то­рами и осо­бен­но­стями его вос­пи­та­ния, но имеет и более креп­кий фун­да­мент – гене­ти­че­ский, объ­яс­ня­ю­щий те непо­нят­ные слу­чаи, когда, каза­лось бы, склон­ность к ней пере­да­ва­лась по наследству.

Напри­мер, изме­нен­ный ген МАОА был обна­ру­жен у муж­чин одной семьи из неболь­шого гол­ланд­ского города Нимей­гена, у муж­чин, сла­вя­щихся своим диким пове­де­нием на про­тя­же­нии пяти поколений.

В то же время, по мне­нию зна­ме­ни­того нобе­лев­ского лау­ре­ата Конрада Лоренца, агрес­сив­ность – это самый могу­ще­ствен­ный врож­ден­ный инстинкт чело­века. При­чем этот инстинкт настолько важен для выжи­ва­ния, что в науч­ных иссле­до­ва­ниях отме­чен даже тот факт, что при попа­да­нии людей в кома­тоз­ное состо­я­ние он у них исче­зает послед­ним, усту­пив свою оче­редь поло­вому инстинкту, жажде, голоду.

Одним из про­яв­ле­ний агрес­сив­но­сти у детей явля­ется гнев, в свою оче­редь при­во­дя­щий к физи­че­ской и вер­баль­ной агрессии.

Уже двух­ме­сяч­ные мла­денцы отве­чают на боль от укола гнев­ной реак­цией. При­чем чем ярче и более бур­ной будет эта реак­ция, тем с боль­шей выра­жен­но­стью она будет повто­ряться у этих детей в стар­шие воз­раст­ные пери­оды. И как счи­тает автор одной из самых извест­ных книг про эмо­ции «Пси­хо­ло­гия эмо­ций» Кэр­ролл Э. Изард, «агрес­сив­ный мла­де­нец ста­нет не менее агрес­сив­ным ребен­ком, а агрес­сив­ный ребе­нок, ско­рее всего, вырас­тет в агрес­сив­ного взрослого».

Изу­чая вли­я­ние агрес­сив­ного пове­де­ния роди­те­лей на пове­де­ние ребенка, уче­ные обна­ру­жили, что у агрес­сив­ных роди­те­лей – агрес­сив­ные дети. Иссле­до­ва­ние реак­ции детей ран­него воз­раста от года до двух с поло­ви­ной лет на про­яв­ле­ние гнева их роди­те­лей пока­зало, что агрес­сив­ное пове­де­ние взрос­лых при­во­дит к агрес­сив­ному пове­де­нию их детей. Правда, формы агрес­сии были раз­ными: 46 % детей выра­жали свое недо­воль­ство вер­бально, 24 % – гнев­ной реак­цией, а 30 % этих детей вос­поль­зо­ва­лись даже физи­че­ской агрес­сией, направ­лен­ной на обид­чи­ков. Короче говоря, гнев равен гневу, агрес­сия равна агрес­сии. Агрес­сия про­во­ци­рует агрессию.

Агрес­сия – это борьба за выжи­ва­ние. Бла­го­даря агрес­сии Ваш ребе­нок, как и Вы сами, наде­ется изме­нить не удо­вле­тво­ря­ю­щее его на сего­дня поло­же­ние вещей. Агрес­сия – это про­тест ребенка, попытка обра­тить на себя Ваше вни­ма­ние для удо­вле­тво­ре­ния насущ­ной потребности.

Она бывает трех видов: физи­че­ская агрес­сия, вер­баль­ная агрес­сия и кос­вен­ная агрессия.

Роди­те­лей больше всего, без­условно, вол­нует физи­че­ская агрес­сия. Физи­че­ская агрес­сия – это напа­де­ние, напа­де­ние ребенка на детей младше себя, своих ровес­ни­ков и даже старше себя, а ино­гда и соб­ствен­ных роди­те­лей. Физи­че­ская агрес­сия – это, образно говоря, «удар плюс удар = драка». При­чем Ваш разъ­ярен­ный ребе­нок, как будто бы нахо­дясь сам в ударе, застав­ляет нахо­диться под уда­ром других.

Как пра­вило, физи­че­ская агрес­сия слу­жит не только спо­со­бом сня­тия высо­кого нервно-эмо­ци­о­наль­ного напря­же­ния ребенка, зави­ся­щего от очень мно­гих при­чин, но и дает воз­мож­ность при­влечь к себе, хотя б этим, вни­ма­ние соб­ствен­ных роди­те­лей. А ради вни­ма­ния, дефи­цит кото­рого испы­ты­ва­ешь посто­янно, можно выгля­деть в гла­зах взрос­лых и раз­бой­ни­ком, и дика­рем, и неснос­ным маль­чиш­кой и к тому же све­сти счеты с ненуж­ными бра­тьями или сест­рами, раз­дра­жав­шими тебя детьми. Иначе говоря, бла­го­даря физи­че­ской агрес­сии ребе­нок вос­ста­нав­ли­вает спра­вед­ли­вость кулаками.

«Све­сти счеты» воз­можно и с помо­щью вер­баль­ной (сло­вес­ной) агрес­сии, при­чем эта агрес­сия может при­чи­нять боль посиль­нее физи­че­ской. Боль от слов с нега­тив­ной энер­гией, оби­жа­ю­щих и уни­жа­ю­щих, раз­дра­жа­ю­щих, зля­щих, ну а глав­ное – неспра­вед­ли­вых. Правда, эта агрес­сия тре­бует от ребенка хоть какого-то эле­мен­тар­ного раз­ви­тия речи и еще наблю­де­ний, что какое-то слово, соче­та­ние слов могут выве­сти всех из себя, так же как кулаки и удары. И пас­сив­ный сло­варь у детей рас­ши­ря­ется за счет впи­ты­ва­е­мых от тех, с кем обща­ется и кому под­ра­жает, бран­ных слов, оскорб­ле­ний, угроз.

Впи­ты­вая такие слова, Ваш ребе­нок пони­мает, что так про­сто ска­зать их нельзя. Что экс­прес­сия их – для «десерта», в них осо­бая кис­лая «сла­дость».

Крик, визг, шум, бес­ко­неч­ные ссоры, ярлыки и драз­нилки, нецен­зур­ная ругань и даже про­кля­тия появ­ля­ются вдруг в арсе­нале детей, к сожа­ле­нию, лишь как итог под­ра­жа­ния, под­ра­жа­ния в основ­ном нам.

Да, мы часто не заме­чаем, как сте­рео­типно поль­зу­емся сло­вес­ной агрес­сией при раз­лич­ных обсто­я­тель­ствах, по поводу и без повода, ради крас­ного словца, ради выплес­ки­ва­ния эмо­ций или же про­сто по инер­ции. Дошло уже до того, что даже мат у нас стал в оби­ходе обыч­ным явле­нием. Да и не только в оби­ходе. Совре­мен­ная худо­же­ствен­ная лите­ра­тура пере­пол­нена им. Хочешь стать сей­час мэтром и клас­си­ком – тогда поль­зуйся матом. Мат стал мерой таланта и брен­дом избран­ных в литературе.

Так что дети теперь попол­няют свой пас­сив­ный сло­варь для вер­баль­ной агрес­сии не от бом­жей и пья­ниц, не от пад­ших людей, а от интел­ли­ген­ции, да и вообще от любого, с кем обща­ются. Ну а если пас­сив­ный сло­варь пере­пол­нен, лиш­нее пере­хо­дит в активный.

Дру­гое дело, что чем младше ребе­нок, тем невин­нее и его «ругань». Ведь он часто не пони­мает зна­че­ния слова, пони­мает лишь то, что им можно выве­сти из себя, то, что слово у Вас под запре­том. А нару­шив запрет, Ваш ребе­нок опять при­вле­кает к себе этим вни­ма­ние взрос­лых, а осо­бенно своих роди­те­лей, даже если их нет рядом с ним. Он же знает, что кто-то рас­ска­жет роди­те­лям о его пло­хом пове­де­нии. Ну а если пло­хое, вряд ли мама оста­вит его без вни­ма­ния. Если б было хоро­шее – дру­гое дело. К сожа­ле­нию, это дей­стви­тельно так.

Цель вер­баль­ной агрес­сии – выплес­нуть напря­же­ние, доса­дить и при­влечь к себе как-то вни­ма­ние, хотя б про­из­ве­ден­ным эффек­том от запрет­ного слова или выражения.

И нако­нец – кос­вен­ная агрес­сия. Этот свое­об­раз­ный тип агрес­сии отли­ча­ется от двух преды­ду­щих тем, что ребе­нок не набра­сы­ва­ется, сжав кулаки, на обид­чика и не выплес­ки­вает на него нако­пив­ше­еся раз­дра­же­ние пото­ком бран­ных слов, а делает то же самое околь­ными, а вер­нее, кол­ла­те­раль­ными путями.

Так что же это за побоч­ные пути? Ребе­нок не про­сто оскорб­ляет ровес­ника, а раз­но­сит по всему свету непро­ве­рен­ные, оскор­би­тель­ные сплетни и слухи о нем. Ребе­нок не про­сто дерется с кем-то, а взры­ва­ется вдруг без при­чины – кри­чит и швы­ряет все то, что попало под руку, неиз­вестно куда и зачем. Может топать ногами и бить кула­ками об стол и об стенку, может что-то ломать и кру­шить, раз­ру­шая, хотя «это» совсем не вино­вато. Вино­ваты дру­гие, но недо­ся­га­е­мые для него почему-то в дан­ный момент, те, к кото­рым так трудно при­бли­зиться в силу ряда серьез­ных при­чин. И он «ярость» свою «пере­но­сит» с них на тех, кто не смо­жет ему дать отпор, на тех, кто без вины вино­ваты. А роди­тели в ужасе – что слу­чи­лось с ребен­ком – рвет все книги, ломает игрушки, делает все спе­ци­ально, назло. Может быть, тре­бу­ется ему пси­хи­атр? Почему он вдруг стал агрес­сив­ным? Не руга­ется и не дерется, а агрес­сии – через край.

Да, дей­стви­тельно, через край, и не только при кос­вен­ных ее про­яв­ле­ниях… Дети словно бы нафар­ши­ро­ваны ей. И, пре­красно все чув­ствуя, зная, что она под запре­том, ребе­нок вме­сте с ней напол­ня­ется чув­ством вины. Ну а чув­ство вины – это, соб­ственно говоря, тоже нечто в виде агрес­сии, это – свое­об­раз­ная само­агрес­сия в виде гнева уже на себя. Правда, выра­жен­ность чув­ства вины, как и само это чув­ство, тесно свя­зана не только с лич­ност­ными, но и с воз­раст­ными осо­бен­но­стями детей.

А воз­раст­ные осо­бен­но­сти часто и сами спо­соб­ствуют повы­ше­нию истин­ной или мни­мой агрес­сив­но­сти детей. Ну, взять хотя бы кри­зис ребенка трех­лет­него воз­раста, когда, может быть, Вас впер­вые обес­по­ко­ила агрес­сив­ность Вашего малыша – не явля­ется ли она при­зна­ком пси­хи­че­ских откло­не­ний у ребенка. Ведь даже если люди и не могут жить без агрес­сии, то это важно для взрос­лого чело­века, но можно ли серьезно рас­суж­дать об агрес­сив­но­сти, когда идет речь о ребенке, даже деру­щемся ребенке? В конце кон­цов, драч­ли­вость – это один из атри­бу­тов детства.

Однако тем не менее это агрес­сив­ный атри­бут, дет­ская агрессивность.

Не удив­ляй­тесь – именно агрес­сив­ность. И ничего ужас­ного в этом нет, когда она про­яв­ля­ется под вли­я­нием сопут­ству­ю­щих ей обсто­я­тельств. Любой из нас, даже самый вос­пи­тан­ный, в ответ на кон­фликт­ную ситу­а­цию, опас­ность, обиду и нескры­ва­е­мую враж­деб­ность может стать агрес­сив­ным. Но взрос­лым дано управ­лять сво­ими эмо­ци­ями и пря­тать их где-то в себе, в глу­бине. Ребенку в три года еще невоз­можно свое недо­воль­ство запря­тать в себе. Он весь нарас­пашку. Он про­сто не может свое пове­де­ние еще регу­ли­ро­вать соци­аль­ными нор­мами и воле­выми уси­ли­ями. Его не забо­тит, как будет он выгля­деть в гла­зах окру­жа­ю­щих. Поэтому бурно спо­со­бен выска­зы­вать свое недо­воль­ство при Вашем отказе немед­ленно сде­лать все то, что он хочет, при Ваших запре­тах и при несо­гла­сии с ним. Ему непо­нятна еще про­сто невы­пол­ни­мость жела­ния. Он искренне убеж­ден в том, что спра­вится сам. А Вы огра­ни­чи­ва­ете это жела­ние и тоже убеж­дены, что он не спра­вится, что он еще мал…

Так зреет кон­фликт, и раз­рядка его – агрес­сия малыша. И вот он кри­чит, виз­жит и куса­ется, дерется не только с детьми, но даже с взрослыми.

Как стыдно Вам, как неудобно… И Вы начи­на­ете «сра­жаться» с ним, чтобы добиться победы. Руга­ете, бьете, пусть тоже почув­ствует боль.

Запом­ните, вос­пи­та­ние – это не поле боя. И, став роди­те­лями, Вам прежде всего необ­хо­димо знать, что в ран­нем воз­расте один из глав­ных путей позна­ния мира – обыч­ное под­ра­жа­ние, и под­ра­жает ребе­нок взрос­лым. Вы бьете его, он Вам отве­чает, счи­тая, что это доз­во­лено. А может, вообще драч­ли­вость у малыша воз­никла как подражание.

Навер­ное, одно­крат­ные попытки агрес­сив­ного пове­де­ния встре­ча­ются у мно­гих детей. От Вас зави­сит, чтобы попытка не пре­вра­ти­лась в зако­но­мер­ность. Поэтому станьте на минутку пси­хо­ло­гом. Вспом­ните, что в три года ребе­нок эмо­ци­о­нально лаби­лен и не стре­мится любыми путями к цели, он может менять ее, лишь бы было на «что», осо­бенно если отвлечь его чем-то ему инте­рес­ным. А это воз­можно при­ду­мать всегда.

К при­меру, он про­сит хру­сталь­ную вазу. Как только он выска­жет это жела­ние, не пре­вра­щайте его в невы­пол­ни­мое, а лучше разо­ча­ро­ванно, мах­нув на вазу рукой, взять ее со стола и под­не­сти к нему, искренне сетуя, что она тяжела, велика и с ней невоз­можно играть. Как только малыш при­кос­нется к ней, вер­ните ее на стол и тут же без про­мед­ле­ния, не давая ему опом­ниться, пере­клю­чите его жела­ние в новое русло. Возь­мите каран­даш и вме­сте с ним нари­суйте дру­гую вазу, вырежьте ее и пре­вра­тите в новую игрушку, при­ду­мы­вая на ходу какую-нибудь зани­ма­тель­ную исто­рию про эту вазу. Под­хва­ты­вая Ваши мысли и фан­та­зи­руя вме­сте с Вами, малыш забу­дет о насто­я­щей вазе и преж­нем своем желании.

Когда же вме­сто «отвле­ка­ю­щего маневра» зву­чит кате­го­рич­ное «нет» и весь Ваш вид под­чер­ки­вает несо­сто­я­тель­ность его жела­ний, ребе­нок полон обиды, счи­тая, что Вы отно­си­тесь к нему, как к малень­кому. И он отста­и­вает свои права любой ценой. Он выде­ляет и фик­си­рует именно это жела­ние и пре­вра­щает его в самую боль­шую необ­хо­ди­мость для дан­ного момента. Теперь все Ваши отвле­ка­ю­щие меро­при­я­тия запоз­дали и не помогут.

В три года агрес­сив­ное пове­де­ние ребенка – это не чистая агрес­сив­ность, ско­рее, это раз­но­вид­ность реак­ции про­те­ста про­тив взрос­лых. И если Вы за это нака­жете малыша – реак­ция про­те­ста нарас­тает. Теперь все будет делаться назло, кон­фликт затя­нется. Когда же Вы не выдер­жите и сда­ди­тесь, ребе­нок быстро сооб­ра­зит, каким путем достиг победы. И стиль такого пове­де­ния закре­пится надолго. Поэтому не забы­вайте о «золо­той середине».

В три года Ваш малыш спо­со­бен ата­ко­вать обид­чика не рас­суж­дая, немед­ленно. В четыре-пять ребе­нок, прежде чем лезть в драку, спо­со­бен объ­яс­ниться и выра­зить про­тест. Он кон­тро­ли­рует уже эмо­ции и чув­ства, учи­ты­вая нормы окру­жа­ю­щей среды.

Теперь малыш спо­со­бен агрес­сив­ность напра­вить в игро­вую форму: он то сол­дат, стре­ля­ю­щий в про­тив­ника, то вдруг поли­цей­ский, пре­сле­ду­ю­щий гра­би­теля. Он пони­мает, что агрес­сив­ность при­чи­няет боль дру­гим, и весь свой гнев на близ­ких взрос­лых и детей пыта­ется пере­ве­сти в игру.

В пять-шесть лет агрес­сив­ный харак­тер пове­де­ния – уже как спе­ци­фи­че­ская форма вза­и­мо­от­но­ше­ния ребенка с дру­гими окру­жа­ю­щими его людьми, осо­бенно со сверст­ни­ками, сви­де­тель­ствуя о нару­ше­нии соци­аль­ных кон­так­тов с ними.

И снова надо заду­маться: почему? Вино­ваты ли только насмешки детей или это свя­зано с глу­бин­ными пла­стами отно­ше­ний в семье? Что тре­во­жит и бес­по­коит ребенка? Или это про­сто гиперактивность?

А может быть, Ваша любовь носит только «оце­ноч­ный» харак­тер: он люб Вам, когда хорош, кра­сив и умен. Такая любовь под­ры­вает веру ребенка в искрен­ность Вашей любви. Он хочет, чтобы Вы любили его со всеми недостатками.

Говоря об агрес­сив­но­сти дошколь­ни­ков, надо пом­нить, что источ­ник ее как в инди­ви­ду­ально-воз­раст­ных осо­бен­но­стях ребенка, так и в соци­аль­ных фак­то­рах среды.

Как фик­си­ро­ван­ная форма пове­де­ния, агрес­сив­ность закреп­ля­ется тогда, когда малыш не ощу­щает со сто­роны роди­те­лей ни неж­но­сти, ни любви и меч­тает хоть каким-то спо­со­бом при­влечь вни­ма­ние к себе.

Если Ваш ребе­нок агрес­си­вен, лиш­ний раз заду­май­тесь, дей­стви­тельно ли все бла­го­по­лучно у Вас в семье.

Когда все бла­го­по­лучно, поста­рай­тесь вспом­нить, не было ли роман­тич­ных про­яв­ле­ний чувств у дочери к отцу, у сына к матери. Может, это про­сто скры­тое сопер­ни­че­ство детей к роди­те­лям: дочки к матери, сына к папе.

Если в это время у Вас родился вто­рой ребе­нок, заду­май­тесь, не в этом ли пер­во­при­чина всего. Может быть, Ваш пер­ве­нец почув­ство­вал себя уже ненуж­ным семье. Ведь все дети с трех лет спо­собны на чув­ства и стра­сти… на зависть, рев­ность… и неадек­ват­ным пове­де­нием выплес­ки­вают все наружу. Рев­ность тоже порож­дает агрессию.

Обя­за­тельно про­на­блю­дайте, как играет малыш со сверст­ни­ками, не тре­ти­руют ли они его бес­ко­неч­ными насмеш­ками, раня­щими само­лю­бие, осо­бенно когда ребе­нок един­ствен­ный и не умеет дать сдачи. Как пра­вило, бес­по­мощны только первенцы.

Если агрес­сив­ное пове­де­ние у малыша появи­лось после поступ­ле­ния в дошколь­ное учре­жде­ние, то ищите источ­ник там.

Чем старше ста­но­вится Ваш малыш, тем чаще и чаще при­чи­ной агрес­сии, помимо вза­и­мо­от­но­ше­ний в семье и со сверст­ни­ками, явля­ются сим­во­ли­че­ские при­меры, кото­рые совре­мен­ные дети видят по теле­ви­зору или же играя в ком­пью­тер­ные игры, даже тогда, когда они пред­на­зна­чены для дошколь­ни­ков. Да, ребенку от трех до шести, без­условно, жела­тельно знать, что на свете помимо добра есть и зло. Но нюансы зла могут быть раз­ными. И ребе­нок в пять лет их пой­мет по-дру­гому, чем в восемь. Однако, к сожа­ле­нию, боль­шин­ство ком­пью­тер­ных игр и дет­ских теле­пе­ре­дач не рас­счи­таны на оттенки воз­раст­ных осо­бен­но­стей детей.

У пяти­лет­них, шести­лет­них детей помимо пря­мой физи­че­ской агрес­сии (когда ребе­нок спо­со­бен уда­рить кого-то) или кос­вен­ной физи­че­ской агрес­сии (пор­тит чужое, ломает игрушки) нема­ло­важ­ное зна­че­ние имеет и вер­баль­ная (сло­вес­ная) агрес­сия, о кото­рой уже гово­ри­лось раньше. Познав почти все тайны род­ного языка, ребе­нок может оскор­бить сло­весно (пря­мая вер­баль­ная агрес­сия), назвав кого-то дура­ком, дав про­звище, и про­чи­тать нота­ции. И даже жалобы ребенка на кого-то можно рас­це­ни­вать как агрес­сив­ную реак­цию (кос­вен­ная вер­баль­ная агрес­сия). Так что любое ябед­ни­че­ство обычно – замас­ки­ро­ван­ная агрессивность.

Роди­тели должны знать, что агрес­сия бывает не все­гда направ­лена лишь на кого-то или что-то. Нередка и само­агрес­сия или тен­ден­ции к ней у детей. В подоб­ных слу­чаях необ­хо­димо срочно выяс­нить при­чины и лик­ви­ди­ро­вать их сразу же, без про­мед­ле­ния. Само­агрес­сия опасна для ребенка. Обычно – это крик отча­я­нья и зов на помощь.

Когда ребе­нок ваш при помощи агрес­сии отста­и­вает свои инте­ресы, он поль­зу­ется ей как инстру­мен­том для дости­же­ния наме­чен­ных им целей. Такая агрес­сив­ность не страшна. С ней можно спра­виться, поняв чув­ства ребенка.

Когда ж агрес­сия как само­цель направ­лена, чтоб при­чи­нить боль или уяз­вить дру­гого, и при­ступы ее неод­но­кратны, про­кон­суль­ти­руйте ребенка у врача.

Чем старше Ваш малыш, тем чаще он будет при­вле­кать вни­ма­ние к себе, осо­бенно в среде ровес­ни­ков, сво­ими непо­нят­ными нам выход­ками, дев­чо­нок дер­гая за косы, маль­чи­шек вовле­кая в драки или ведя себя как шут: визжа прон­зи­тельно и лая, рыча, как тигр или лев, пугая этим всех детей.

Агрес­сия нужна ребенку, чтоб выра­зить ею пре­вос­ход­ство, хотя бы этим, над дру­гими, когда осо­бых заслуг нет, а хочется стать самым главным.

Агрес­сия – это защита, когда она необ­хо­дима. Агрес­сия – это ответ на уни­же­ния ребенка, замас­ки­ро­ван­ная месть.

Появился даже такой тер­мин, как пас­сив­ная агрес­сия, объ­еди­нив­ший в своем назва­нии, каза­лось бы, совер­шенно про­ти­во­по­лож­ные поня­тия. Ведь пас­сив­ный – это несо­про­тив­ля­ю­щийся, а агрес­сия заме­шана на раз­ных спо­со­бах сопротивления.

Тем не менее пас­сив­ная агрес­сия – это ино­ска­за­тель­ная агрес­сия, напо­ми­на­ю­щая собой эзо­пов­ский язык. Чтобы добиться сво­его, мы не идем по стол­бо­вой дороге, а ищем где-то рядом с ней околь­ные пути – тро­пинки, про­секи. Они нас при­бли­жают к цели. Короче говоря, пас­сив­ная агрес­сия – это скры­тая форма мани­пу­ли­ро­ва­ния кем-то ради дости­же­ния своих тай­ных наме­ре­ний. Но так как она чаще всего под­со­зна­тельна, то в резуль­тате ее Ваш ребе­нок нередко вре­дит сам себе. А под­со­зна­тельна она потому, что свя­зана с тем, что роди­тель­ский гнев на ребенка «по заслу­гам» или же нет про­ни­кает невольно в под­со­зна­ние Ваших детей, вызы­вая у них уста­новки отри­ца­ния авто­ри­те­тов, отри­ца­ния вла­сти над ним.

Эти все уста­новки явля­ются целью пас­сив­ной агрес­сии, где свер­же­ние авто­ри­тета роди­те­лей – это глав­ная цель. Своей авто­ри­тар­ной агрес­сией Ваш ребе­нок выво­дит Вас из рав­но­ве­сия. И готов рас­пла­титься за это даже соб­ствен­ным бла­го­по­лу­чием, лишь бы капельку Вам досадить.

А роди­те­лям трудно понять, почему их смыш­ле­ный наслед­ник с тру­дом успе­вает и в классе слы­вет за тупицу, хотя с ран­него дет­ства уже легко схва­ты­вал все на лету. Но ребенку важ­нее про­бить брешь в роди­тель­ском авто­ри­тете, чем достойно оправ­ды­вать само­оценку. Этого тре­бует властно подав­лен­ный гнев на роди­те­лей, пря­чу­щийся давно в подсознании.

Однако, к сожа­ле­нию, резуль­та­том пас­сив­ной агрес­сии может стать не только пло­хая успе­ва­е­мость про­те­сту­ю­щего так талант­ли­вого ребенка, но и тяга детей к нар­ко­ти­кам или алкоголю.

Наи­выс­шая форма пас­сив­ной агрес­сии – это само­агрес­сия, вплоть до самых тяже­лых послед­ствий ее.

Про­яв­ле­ния пас­сив­ной агрес­сии у детей под­рост­ко­вого воз­раста, начи­ная с 11–12 лет и до 15, если эта агрес­сия не при­но­сит вреда, можно нам рас­це­нить так же, как воз­раст­ную норму ребенка. И если мы не вме­ша­емся в это явле­ние, управ­ляя им без нега­тив­ных эмо­ций, то такая агрес­сия, ско­рее всего, ока­жется только вре­мен­ным явлением.

Если же это нас раз­дра­жает и нам хочется дать при­ку­рить за все выходки соб­ствен­ным детям, то агрес­сия ста­нет хро­ни­че­ской и, срод­нив­шись с под­рост­ком, пой­дет с ним бок о бок и в его повзрос­лев­шую жизнь, где про­дол­жит ему ста­вить свои подножки.

В то же время если Вы, начи­ная с деся­ти­лет­него воз­раста ребенка, пере­ста­нете с ним выяс­нять отно­ше­ния, объ­яв­ляя то лоды­рем, то туне­яд­цем… если смо­жете так же сдер­жаться, уви­дав бес­по­ря­док в квар­тире… если смо­жете не реа­ги­ро­вать на его эпа­таж­ную внеш­ность, неже­ла­ние Вам под­чи­няться, то, ско­рее всего, воз­раст­ная агрес­сия, про­яв­ля­ю­ща­яся такими симп­то­мами, без­воз­вратно прой­дет, не оста­вив сле­дов даже для про­ве­де­ния вечера воспоминаний.

Если ж эта агрес­сия вдруг «повзрос­леет» и оста­нется с Вашим ребен­ком надолго, может быть, даже и навсе­гда, то не стоит зави­до­вать тем, с кем он будет рабо­тать и с кем будет жить.

У него про­сто ста­нет неснос­ным харак­тер, от кото­рого будет стра­дать и он сам.

Говоря о про­грес­сивно рас­ту­щей агрес­сив­но­сти наших детей, мы все чаще упо­ми­наем вли­я­ние на ее рас­цвет теле­ви­зи­он­ных пере­дач и видео­игр, а также воз­мож­но­сти поль­зо­ва­ния Интер­не­том, обща­ясь со всем зем­ным шаром.

По мне­нию самой круп­ной в мире Аме­ри­кан­ской пси­хо­ло­ги­че­ской ассо­ци­а­ции (АПА), все более и более ста­но­вя­щи­еся попу­ляр­ными видео­игры с эле­мен­тами наси­лия про­во­ци­руют агрес­сив­ность у детей, игра­ю­щих в них, дав ребенку понять, что кон­фликты проще всего раз­ре­шить, при­ме­няя наси­лие. А так как мозг на реаль­ное и вир­ту­аль­ное наси­лие реа­ги­рует прак­ти­че­ски оди­на­ково, есть опас­ность, что дети нач­нут про­ве­рять досто­вер­ность вир­ту­аль­ной агрес­сии в нашей действительности.

А недавно в штате Небраска был зафик­си­ро­ван еще один вид вир­ту­аль­ной агрес­сии – «cuPer bullying», заклю­ча­ю­щийся в том, что школь­ники раз­ных клас­сов, обща­ясь по элек­трон­ным адре­сам, начали оскорб­лять и пугать друг друга. Что это – шало­сти или дей­стви­тельно новый вид школь­ного бул­линга? Ведь подоб­ное «обще­ние» – тяж­кий груз для лег­ко­ра­ни­мых детей, защи­ща­ю­щихся от него «ухо­дом» в себя. При­чем этот «уход» может быть и доста­точно дол­гим, если не навсегда.

К сожа­ле­нию, бул­линг за 20 лет сво­его суще­ство­ва­ния в корне изме­нил идеал совре­мен­ного под­ростка, пута­ю­щего наси­лие с мас­ку­лин­но­стью тиней­джера и его мужественностью.

Агрес­сив­ность под­ростка на сего­дняш­ний день – это важ­ней­ший фак­тор его само­утвер­жде­ния и даже при­вле­че­ния к своей пер­соне лиц про­ти­во­по­лож­ного пола, ведь для дево­чек она тоже свое­об­раз­ный эта­лон сме­ло­сти и муже­ствен­но­сти такого избранника.

Однако несмотря на то, что родина бул­линга (от англий­ского bully – наси­лие) Вели­ко­бри­та­ния, по послед­ним дан­ным Все­мир­ной орга­ни­за­ции здра­во­охра­не­ния, в одно из иссле­до­ва­тель­ских направ­ле­ний кото­рой вхо­дило опре­де­ле­ние коэф­фи­ци­ента под­рост­ко­вой жесто­ко­сти в стра­нах Европы и Север­ной Аме­рики, самые жесто­кие маль­чики в воз­расте от 11 до 15 лет про­жи­вают в Чехии, а девочки – в Вен­грии. Ока­за­лось, что 69 % чеш­ских маль­чи­ков и 32 % вен­гер­ских дево­чек в 2005 году хотя бы раз, но были участ­ни­ками драки. Самые миро­лю­би­вые дети были в Фин­лян­дии (37 % маль­чи­ков и 13 % дево­чек дра­лись в год про­во­ди­мого исследования).

Кроме хре­сто­ма­тий­ного школь­ного бул­линга все боль­шую и боль­шую попу­ляр­ность среди детей школь­ного воз­раста при­об­ре­тает «изби­е­ние для раз­вле­че­ния», когда муки жертвы агрес­сии хлад­но­кровно сни­ма­ются на мобиль­ный теле­фон, а потом демон­стри­ру­ются в Интер­нете. К сожа­ле­нию, нашим детям, как в древ­но­сти, нужны зре­лища… И эти «зре­лища» не вызы­вают угры­зе­ния совести.

В то же время, по дан­ным дру­гого иссле­до­ва­ния, про­во­ди­мого аме­ри­кан­скими уче­ными, дети, пока­зав­шие высо­кий уро­вень агрес­сив­но­сти при про­ве­де­нии тестов на нее, должны войти в группу риска по раз­ви­тию сер­дечно-сосу­ди­стых забо­ле­ва­ний. Ока­за­лось, что веро­ят­ность раз­ви­тия у них так назы­ва­е­мого мета­бо­ли­че­ского син­дрома – сово­куп­но­сти фак­то­ров риска в виде ожи­ре­ния, повы­ше­ния арте­ри­аль­ного дав­ле­ния и инсу­ли­но­вой недо­ста­точ­но­сти – гораздо выше, чем у детей с нор­маль­ной воз­раст­ной агрес­сив­но­стью. В свою оче­редь мета­бо­ли­че­ский син­дром – это один из важ­ных пус­ко­вых меха­низ­мов для раз­ви­тия забо­ле­ва­ний сер­дечно-сосу­ди­стой системы #

и диа­бета. И, ско­рее всего, агрес­сив­ность, пред­ше­ствуя раз­ви­тию этих серьез­ных забо­ле­ва­ний у детей, может быть свое­об­раз­ным мар­ке­ром для их про­гно­зи­ро­ва­ния у ребенка. А досто­вер­ный про­гноз – это и целе­на­прав­лен­ная профилактика.

И если раньше угрозу раз­ви­тия сер­дечно-сосу­ди­стых забо­ле­ва­ний у людей свя­зы­вали с так назы­ва­е­мым А‑типом лич­но­сти, счи­тая, что фак­то­рами риска при этом типе лич­но­сти слу­жат: веч­ное состо­я­ние цейт­нота из-за того, что эти люди все­гда куда-то спе­шат, их свое­об­раз­ный пер­фек­ци­о­низм – ори­ен­ти­ро­ван­ность на успех, а также и агрес­сив­ность, то про­ве­ден­ные иссле­до­ва­ния аме­ри­кан­ских уче­ных сви­де­тель­ствуют о том, что из всех выше­пе­ре­чис­лен­ных отли­чи­тель­ных свойств этих людей дей­стви­тель­ным фак­то­ром риска явля­ется только их агрессивность.

Не все дети спо­собны выста­вить напо­каз свою агрес­сив­ность, даже когда она адек­ватна сло­жив­шейся ситу­а­ции, ведь своим вос­пи­та­нием мы про­фи­лак­ти­че­ски ниве­ли­руем ее. Но не отре­а­ги­ро­ван­ная во внеш­ней среде агрес­сия не исче­зает совсем. Она как бы накап­ли­ва­ется в орга­низме, пере­ходя в свое­об­раз­ную внут­рен­нюю агрес­сив­ность, основ­ным фун­да­мен­том кото­рой явля­ются повы­шен­ная тре­вож­ность ребенка и посто­янно пре­сле­ду­ю­щие его страхи: страх нака­за­ния, страх не оправ­дать Ваши ожи­да­ния, страх быть хуже дру­гих. Своим вос­пи­та­нием мы то и дело куль­ти­ви­руем у детей муча­ю­щее их чув­ство вины. Боль­шин­ство из них вре­ме­нами даже боится поде­литься с роди­те­лями сво­ими агрес­сив­ными фан­та­зи­ями, пре­сле­ду­ю­щими их нередко во сне в виде все­воз­мож­ных кош­ма­ров, и, в свою оче­редь, явля­ю­щихся бес­ко­неч­ными при­чи­нами непо­нят­ных нам страхов.

Короче говоря, каковы бы ни были истин­ные при­чины агрес­сив­но­сти у Вашего ребенка, он нуж­да­ется в Вашей помощи, она про­сто необ­хо­дима ему. Агрес­сив­ные дети, как пра­вило недо­оце­ни­вая при­су­щую им враж­деб­ность, ощу­щают ее в окру­жа­ю­щем их мире, где глав­ными для них еще пока явля­е­тесь Вы. И только Вы, а не кто-нибудь иной, можете и спо­собны сбро­сить с глаз сво­его ребенка эту гне­ту­щую его пелену.

* * *

Если Вам трудно самим разо­браться, свя­зана ли агрес­сив­ность Вашего ребенка только с воз­рас­том или же он в самом деле ста­но­вится агрес­сив­ным, вос­поль­зуй­тесь при­бли­зи­тель­ной схе­мой наблю­де­ния за детьми, выяв­ля­ю­щей кри­те­рии агрес­сив­но­сти, раз­ра­бо­тан­ной аме­ри­кан­скими уче­ными М. Алворд и П. Бейкер.

КРИТЕРИИ АГРЕССИВНОСТИ

  • Ребе­нок часто теряет кон­троль над собой.
  • Ребе­нок часто спо­рит, руга­ется со взрослыми.
  • Ребе­нок часто отка­зы­ва­ется выпол­нять правила.
  • Ребе­нок часто спе­ци­ально раз­дра­жает людей.
  • Ребе­нок часто винит дру­гих в своих ошибках.
  • Ребе­нок часто сер­дится и отка­зы­ва­ется сде­лать что-либо.
  • Ребе­нок часто завист­лив, мстителен.
  • Ребе­нок чув­стви­те­лен, очень быстро реа­ги­рует на раз­лич­ные дей­ствия окру­жа­ю­щих его детей и взрос­лых, кото­рые нередко раз­дра­жают его.

Посто­янно наблю­дая за своим ребен­ком и фик­си­руя у него те или иные устой­чи­вые черты, соот­вет­ству­ю­щие этим кри­те­риям, Вы смо­жете пред­по­ло­жить, насколько агрес­си­вен Ваш ребе­нок и агрес­си­вен ли он вообще. Ведь, может быть, бес­по­ко­я­щие Вас у него при­знаки агрес­сии были свя­заны как с его воз­раст­ными осо­бен­но­стями, так и со спе­ци­фич­но­стью ситу­а­ции, в кото­рой вне­запно ока­зался он.

В порыве гнева мы все теряем кон­троль над собой. Ребе­нок может спо­рить со взрос­лыми, инту­и­тивно чув­ствуя, что они не правы, отста­и­вая свои инте­ресы. Да и пра­вила, про­ти­во­по­лож­ные тем, кото­рым его обу­чали, для него, без­условно, не норма.

Дос­ко­нально ана­ли­зи­руйте каж­дый кри­те­рий. И только в том слу­чае, если Вы убе­ди­тесь, что хотя бы четыре кри­те­рия из восьми не менее полу­года устой­чивы у ребенка и про­яв­ля­ются в неадек­ват­ных ситу­а­циях, можно пред­по­ло­жить, что он ста­но­вится агрессивным.

* * *

Если Вы хотите узнать, нет ли у Вашего ребенка скры­той агрес­сии по отно­ше­нию к кому-то, можете исполь­зо­вать «Отъ­езд», одно из десяти корот­ких повест­во­ва­ний из теста дет­ского пси­хо­лога Луизы Дюсс «Сказка». В этом тек­сте есть пер­со­наж, кото­рому надо сде­лать выбор. С этим пер­со­на­жем ребе­нок обычно иден­ти­фи­ци­рует себя.

ОТЪЕЗД

«Одна­жды роди­тели, дедушки и бабушки, дяди и тети и все дети пошли на вок­зал, и один из них сел на поезд и уехал далеко-далеко… и, может быть, нико­гда не вер­нется. Кто это был?»

При скры­той агрес­сив­но­сти по отно­ше­нию к кому-то ребе­нок может отпра­вить далеко-далеко не только кого-нибудь из упо­мя­ну­тых в тек­сте, а и совсем дру­гого чело­века, явля­ю­ще­гося источ­ни­ком его агрессивности.

Этот тест, раз­ра­бо­тан­ный еще в 40‑х годах про­шлого века, без труда можно моди­фи­ци­ро­вать, при­ду­мав подоб­ную исто­рию с само­ле­том или раке­той, кос­ми­че­ским кораб­лем… Глав­ное, чтобы ребе­нок сде­лал свой выбор и дал Вам, хотя бы кос­венно, понять, кто вызы­вает в нем агрес­сив­ные импульсы. А почему – уже выявить Ваша задача.

Без­условно, для диа­гно­стики агрес­сив­но­сти у более стар­ших детей при­ду­мы­ва­ются совер­шенно дру­гие исто­рии, и лучше всего судить о ней по рисун­кам ребенка, кото­рые он выпол­няет по зада­нию школь­ного психолога.

КАК ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с агрес­сив­ным ребенком

  • Пер­вым делом нащу­пать все боле­вые точки в семье.
  • Нор­ма­ли­зо­вать семей­ные отно­ше­ния. Ребе­нок не дол­жен быть сви­де­те­лем ссор и скандалов.
  • Пере­смот­реть стиль вос­пи­та­ния ребенка. При­дер­жи­ваться одного стиля вос­пи­та­ния всем чле­нам семьи.
  • Не зло­упо­треб­лять сво­ими бес­ко­неч­ными «нельзя», «не надо», пре­пят­ству­ю­щими раз­ви­тию детей.
  • Лик­ви­ди­ро­вать все агрес­сив­ные формы пове­де­ния среди близ­ких ребенку людей, помня, что малыш, под­ра­жая, видит все.
  • Не при­ме­нять ника­кие формы физи­че­ского нака­за­ния по отно­ше­нию к ребенку, вплоть до шлеп­ков. Дока­зано, что чем более жестоко нака­зы­ва­ете Вы сво­его ребенка в семье, тем более жесток он по отно­ше­нию к окружающим.
  • При­ни­мать его таким, какой он есть, и любить со всеми недо­стат­ками, чтобы он не чув­ство­вал себя отвер­жен­ным родителями.
  • Что-то тре­буя от ребенка, учи­ты­вать воз­мож­но­сти его, а не то, как Вам хоте­лось бы это видеть.
  • Попы­таться пога­сить кон­фликт еще в заро­дыше, направ­ляя инте­рес ребенка в дру­гое русло.
  • Научить выплес­ки­вать свой гнев при­ем­ле­мыми для его воз­раста спо­со­бами (рисо­ва­нием обид­чика не в самом луч­шем виде, при­ду­мы­ва­нием про­звищ и т. д.), пере­водя физи­че­скую агрес­сию в вер­баль­ную, чтобы умень­шить нервно-пси­хи­че­ское напря­же­ние ребенка. Роди­тели должны усво­ить, что, обу­чая сво­его ребенка все время подав­лять свой гнев и делая его «удоб­ным» для всех вокруг и для себя, они заста­вят рано или поздно рас­пла­чи­ваться за все это малыша раз­лич­ными пси­хо­со­ма­ти­че­скими рас­строй­ствами от псо­ри­аза и миг­рени до язвы желудка и гипер­то­нии. Но в то же время гнев – есте­ствен­ная реак­ция нашего орга­низма, при­су­щая всем нам эмо­ция, зна­ко­мое всем чув­ство, и «лик­ви­ди­ро­вать» его совсем, да еще раз и навсе­гда, нельзя. Поэтому жела­тельно учить ребенка осво­бож­даться от него более или менее при­ем­ле­мыми для наших соци­аль­ных норм спо­со­бами, исполь­зуя даже при­ду­ман­ные япон­цами куклы для битья.
  • Вме­сте с раз­гне­ван­ным ребен­ком можно выле­пить обид­чика из пла­сти­лина, зако­пать его в песке или залить водой.
  • Ребенку можно раз­ре­шить закрыть дверь в ком­нате и кри­чать в ней все то, что при­дет на ум.
  • С ребен­ком можно сочи­нить сказку, в кото­рой появится воз­мож­ность выплес­нуть ему свои нега­тив­ные эмоции.
  • Раз­гне­ван­ного малыша можно заста­вить раз­ря­диться какой-нибудь физи­че­ской нагруз­кой: от игры в мяч до сорев­но­ва­ний в беге.
  • И даже в таких слу­чаях игра маль­чи­шек с игру­шеч­ными писто­ле­тами оправ­дана и допу­стима, хотя на этот спо­соб раз­рядки напря­же­ния до сих пор нет еди­ных взгля­дов у психологов.
  • Вам надо дать понять ребенку, что он любим, даже когда в семье вдруг появился ново­рож­ден­ный, и поста­раться при­влечь его к уходу за мла­ден­цем, под­чер­ки­вая, как малень­кие сест­ричка или бра­тик нуж­да­ются в нем.
  • Когда при­чи­ной агрес­сив­но­сти ребенка явля­ется сопер­ни­че­ство детей в семье и Ваш малыш все время вспы­хи­вает будто спичка, лучше всего его вовлечь в игру, в кото­рой предо­ста­вить ему роль сле­дя­щего за пове­де­нием дру­гих – сестер и бра­тьев. Подоб­ным спо­со­бом воз­можно предот­вра­тить его драчливость.
  • При драч­ли­во­сти ребенка глав­ное – не разъ­яс­нить, а предот­вра­тить удар.
  • Научить его обще­нию со сверст­ни­ками, уде­ляя мак­си­мум вни­ма­ния при поступ­ле­нии в дет­ский сад.
  • Ребе­нок дол­жен понять, что можно кон­тро­ли­ро­вать свои эмо­ции и их нега­тив­ные импульсы, что послед­ствия его агрес­сив­но­сти не при­ем­лемы в обще­стве, где он живет.
  • Научить сочув­ствию дру­гим людям.
  • Пом­нить, что и слово может ранить малыша.
  • Пони­мать ребенка!

КАК НЕ ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с агрес­сив­ным ребенком

  • Посто­янно вну­шать ему, что он пло­хой. Помните, что отри­ца­тель­ная оценка взрос­лых фор­ми­рует отри­ца­тель­ную само­оценку у малы ша и затруд­няет его обще­ние с внеш­ним миром.
  • Негиб­кими вос­пи­та­тель­ными меро­при­я­ти­ями заго­нять ребенка в угол, оже­сто­чая его.
  • Исполь­зо­вать агрес­сив­ные методы вос­пи­та­ния и нака­за­ния (шлепки, угол, ремень). Не забы­вайте, что агрес­сив­ность – это след­ствие враж­деб­но­сти, а вос­пи­та­тель­ные меро­при­я­тия – не ору­дия сражения.
  • На гла­зах ребенка мучить домаш­них животных.
  • Не обу­чать навы­кам выплес­ки­ва­ния гнева неа­грес­сив­ными способами.
  • Учить подав­лять свой гнев, заго­няя его вовнутрь.
  • Пред­на­ме­ренно раз­жи­гать роман­ти­че­ские чув­ства к одному из родителей.
  • Все время под­чер­ки­вать и напо­ми­нать, что ново­рож­ден­ный лучше его.
  • Содей­ство­вать сопер­ни­че­ству между детьми в семье.
  • Куль­ти­ви­ро­вать вражду между ним и сверстниками.
  • Оскорб­лять досто­ин­ство малыша гру­быми словами.
  • Не любить его или любить только «оце­ноч­ной» любовью.
  • Пом­нить, что без­эмо­ци­о­наль­ность роди­те­лей, без­раз­ли­чие их по отно­ше­нию к сво­ему ребенку сти­му­ли­рует агрес­сив­ность детей.
  • Когда нет види­мых при­чин для агрес­сии малыша, обра­ти­тесь к пси­хо­логу и психоневрологу.

* * *

Для умень­ше­ния сте­пени агрес­сив­но­сти у детей и под­рост­ков про­во­дятся все­воз­мож­ные тре­нинги. Один из них, пред­ло­жен­ный немец­кими спе­ци­а­ли­стами, заслу­жи­вает осо­бого вни­ма­ния своей доступ­но­стью испол­не­ния и пре­крас­ными конеч­ными результатами.

Сущ­ность тре­нинга «Анти­на­си­лие» – вна­чале узнать как можно больше о самом ребенке, так и его семье из спе­ци­аль­ных интер­вью с под­рост­ком. Бла­го­даря «откро­ве­ниям» тиней­джера спе­ци­а­ли­сты состав­ляют мне­ние о воз­мож­ных источ­ни­ках его агрес­сив­но­сти и про­гно­зи­руют, что можно ожи­дать от ребенка в раз­лич­ных жиз­нен­ных ситу­а­циях. На вто­ром этапе тре­нинга под­ростка все­воз­мож­ными сред­ствами вер­баль­ной агрес­сии спе­ци­ально про­во­ци­руют на агрес­сив­ные дей­ствия. Несмотря на это, ребе­нок дол­жен научиться игно­ри­ро­вать эти про­во­ка­ци­он­ные дей­ствия и не отве­чать на них агрес­сив­ными выходками.

И нако­нец, на тре­тьем, заклю­чи­тель­ном этапе тре­нинга – «тре­нинге при­вле­ка­тель­но­сти», под­ро­сток при помощи роле­вых игр с ситу­а­ци­ями агрес­сии, опи­ра­ясь на свои самые луч­шие каче­ства, дол­жен дока­зать, что научился уже стойко выдер­жи­вать все про­во­ка­ци­он­ные, агрес­сив­ные дей­ствия в свой адрес и не отве­чать агрес­сией на них.

Этот тре­нинг про­во­дится в тече­ние года под руко­вод­ством опыт­ных спе­ци­а­ли­стов и дает обна­де­жи­ва­ю­щие результаты.

Однако самое глав­ное, по мне­нию уче­ных, зани­ма­ю­щихся про­бле­мами агрес­сив­но­сти у детей, это искрен­няя роди­тель­ская любовь к ребенку и исклю­че­ние жесто­ко­сти в обра­ще­нии с ним. Несмотря на то что менее актив­ная раз­но­вид­ность гена МАОА встре­ча­ется у одной трети детей, и осо­бенно у маль­чи­ков, агрес­сив­ными из них ста­но­вятся только те, с кото­рыми жестоко обра­ща­ются их роди­тели, посто­янно нака­зы­вая их за малей­шие дет­ские шало­сти и про­делки. При хоро­шем обра­ще­нии с такими детьми гене­ти­че­ская пред­рас­по­ло­жен­ность к агрес­сив­но­сти прак­ти­че­ски не дает о себе знать.

Так что роди­те­лям жела­тельно сде­лать из выво­дов уче­ных и для себя соб­ствен­ные выводы – будет ли Ваш ребе­нок агрес­сив­ным или нет. Не лучше ли сразу после рож­де­ния мла­денца выбрать наи­бо­лее бла­го­при­ят­ный для адап­та­ции его к новой жизни стиль вос­пи­та­ния, бла­го­даря кото­рому Ваш ребе­нок, Вы сами и обще­ство смо­гут избе­жать массы даль­ней­ших про­блем, свя­зан­ных с агрес­сив­но­стью не столько детей, как взрослых.

Ситу­а­ция для родителей

Четы­рех­лет­ний Дима очень любит теле­ви­зор и может целыми часами вме­сте с папой смот­реть любые кино­фильмы, где совер­ша­ются наси­лия и гра­бежи. Но мама почему-то недо­вольна этим и посто­янно запре­щает папе вклю­чать такие пере­дачи. А Диме непо­нятно почему. И он, как папа, оби­жа­ется на маму и даже вчера вече­ром, шутя, навел вне­запно на нее вдруг дуло писто­лета, кото­рый папа купил ему в «Дет­ском мире». Но вме­сто того, чтобы понять шутку, мама Димы выхва­тила писто­лет из его рук и выбро­сила в мусо­ро­про­вод. А папа ей дока­зы­вал, под гром­кие рыда­ния ребенка, что это – изде­ва­тель­ство над сыном, что маль­чики не могут вырасти без писто­ле­тов, наси­лие – у них в крови. И это глав­ное, что отли­чает насто­я­щего мужчину.

 Что бы пред­при­няли Вы в подоб­ной ситуации?

* * *

Агрес­сив­ный ребе­нок, как будто бы ежик, уты­кан игол­ками для обо­роны от мира, в кото­ром лишь видит враж­деб­ность, а если не видит – предчувствует…

Как трудно его взять на руки. Совсем невоз­можно погла­дить… Иголки все­гда начеку. Они лучше раньше коль­нут Вас, чем Вы вдруг коль­нете его. Коль­нут только для про­фи­лак­тики… чтоб спря­тать под мас­кой враж­деб­но­сти свою без­за­щит­ность и робость, свой страх поте­рять вдруг вне­запно тепло мате­рин­ской любви.

И дру­жат нелепо, но крепко, рани­мость души его и агрес­сив­ность, кото­рая будто бы кокон пыта­ется душу собой уберечь.

Дети, бегущие за прогрессом, или Одержимые гаджетоманией

Как это ни зву­чало бы пара­док­сально, но если у Вашего ребенка лишь только SMS-мания, видео­ма­ния, теле­ма­ния, а не их сово­куп­ность, то это еще пол­беды. Неда­ром все позна­ется в срав­не­нии. Все боль­шую и боль­шую часть нашего моло­дого поко­ле­ния захва­ты­вает в плен новая страсть – гад­же­то­ма­ния, кото­рую мно­гие, осо­бенно обес­пе­чен­ные, роди­тели вна­чале сами про­во­ци­руют у соб­ствен­ных детей, прак­ти­че­ски не дога­ды­ва­ясь о ней. При­чем роди­тели не только про­во­ци­руют, но чаще всего сами тоже уже имеют эту чер­во­то­чину, ско­рее гор­дясь ей, чем опа­са­ясь ее послед­ствий. И свой опти­мизм, свою эйфо­рию невольно навя­зы­вают ребенку.

– У нас Вита­лик – про­сто вун­дер­кинд. В свои две­на­дцать раз­би­ра­ется так в тех­нике, что даже взрос­лые сове­ту­ются с ним, решив купить какую-то новинку. Часами может тор­чать в мага­зине, рас­спра­ши­вая про­дав­цов про функ­ции при­бо­ров. Если понра­вится какой-то, не ото­рвешь, пока не купишь.

Конечно, мы гор­димся с мужем, что сын, как мы, идет в ногу с про­грес­сом. Правда, меня как мать сей­час сму­щает, что он ста­но­вится невы­но­си­мым, если не купишь ему новую «игрушку»: кри­чит, что мы отста­лые от жизни и ничего вообще не пони­маем. Дово­дит всех нас до того, что мы сда­емся. Но вот на днях, когда не сда­лись, ска­зав ему, что нет, пожа­луй, смысла вновь поку­пать ему вто­рой iPad, кото­рый был довольно доро­гим, взо­рвался тут же прямо в мага­зине. Кри­чал при про­дав­цах на нас, бук­вально обзы­вая отста­лыми и жад­ными, вплоть до того, что мы души­тели и палачи прогресса.

А после этого вдруг пере­стал с нами общаться. Не спал, не ел, два дня не ходил в школу, как будто что-то у него слу­чи­лось. Короче, впал в какую-то депрес­сию. При­шлось пойти на попят­ную. Купили ему этот доро­гой план­шет, правда, купили без него. Но сын вна­чале делал вид, что ничего не видит и не слы­шит. Зато потом как будто бы впал в эйфо­рию. Стал цело­вать меня и папу, зво­нить по теле­фону всем дру­зьям и хва­статься неви­дан­ной новинкой.

Он изме­нился прямо на гла­зах. Как будто это был дру­гой ребе­нок. Мы раньше заме­чали тоже с мужем, что новое в него все­ляет радость, что настро­е­ние его зави­сит от поку­пок жела­е­мых им пле­е­ров или план­ше­тов. На днях, муж гово­рит, появится еще одна новинка – iPad mini…

Но сколько ж можно поку­пать одно и то же, пусть даже с новой функ­цией, пусть совер­шен­нее, чем раньше?! У нас и так в квар­тире филиал любого мага­зина элек­тро­ники. Муж этим тоже все-таки гре­шит. Но он же круп­ный биз­нес­мен, сам зара­ба­ты­вает деньги, так что ему мне нечего ска­зать, хотя порою это раз­дра­жает. Пред­ставьте, целыми часами может гово­рить по теле­фону о фото­ка­мере в мобиль­нике и съем­ках. А в театр позо­вешь – ужасно занят. Но мужу все же не две­на­дцать лет.

Как лучше все-таки вести себя с Вита­ли­ком? Как объ­яс­нить ему, что суть рекламы – зом­би­ро­вать мозги. Я так боюсь, чтобы он не пошел по сто­пам сво­его дво­ю­род­ного брата. Тому пят­на­дцать, но он чуть не пре­вра­тился в вора. Взял тай­ком деньги матери, чтобы купить новый мобиль­ный теле­фон, кото­рый она отка­за­лась ему поку­пать. При­знался сам во всем, купив эту «игрушку». Теперь все в панике в нашей семье. Врач гово­рит, что это уже при­знаки зави­си­мо­сти, зави­си­мо­сти от тех­ни­че­ских нови­нок. Какая-то гад­же­то­ма­ния! Но никто из моих зна­ко­мых о ней не слы­шал. А если она есть на самом деле, то может ли мой сын ей «забо­леть»? Ведь он же еще все-таки ребенок.

К сожа­ле­нию, в послед­ние годы все «ста­рые» и «новые» зави­си­мо­сти и мании помо­ло­дели, вплоть до алко­голь­ной и нар­ко­ти­че­ской зави­си­мо­стей, овла­дев­ших также душами наших детей.

Если врач дей­стви­тельно поста­вил пра­виль­ный диа­гноз, то у дво­ю­род­ного брата Вита­лика раз­ви­ва­ется, пожа­луй, самая «пре­стиж­ная» на сего­дняш­ний день зави­си­мость – гад­же­то­ма­ния (от англий­ского слова gadget – тех­ни­че­ская новинка), при кото­рой обла­да­ние новин­ками тех­ни­че­ских чудес стало смыс­лом жизни чело­века, орео­лом его в гла­зах окру­жа­ю­щих людей. При­чем вес пре­стижа тесно свя­зан с чис­лом новых функ­ций у при­бора, даже если они тебе не нужны. Новое – обя­зан ты купить. Зара­ба­ты­вай сам, лезь в долги, но поку­пай. И устра­и­вай музей своих кол­лек­ций из ком­пью­те­ров и пле­е­ров раз­лич­ных поко­ле­ний. Насла­ждайся, что вла­де­ешь всем.

Такие взрос­лые, а теперь уже и дети – при­чем чаще всего дети этих же гад­же­то­ма­нов, вос­пи­ты­ва­е­мые на нагляд­ных при­ме­рах, – готовы ску­пать бес­ко­неч­ные новинки, рекла­ми­ру­е­мые сред­ствами мас­со­вой инфор­ма­ции и осо­бенно мно­го­чис­лен­ными глян­це­выми жур­на­лами. Ну а если Вы к тому же пред­ста­ви­тель гла­мура, то без этих нови­нок Вам попро­сту не обой­тись, потому что мода – не только одежда…

По дан­ным иссле­до­ва­те­лей, сей­час несколько мил­ли­о­нов людей на пла­нете стра­дают этой уль­тра­со­вре­мен­ной зави­си­мо­стью, уже начав­шей разъ­едать также души и наших детей. При­чем сте­пень этой зави­си­мо­сти прямо про­пор­ци­о­нальна сте­пени обес­пе­чен­но­сти семьи, и чем больше у роди­те­лей име­ется мате­ри­аль­ных воз­мож­но­стей, тем боль­шая веро­ят­ность склон­но­сти к этой зави­си­мо­сти у их ребенка, и осо­бенно в под­рост­ко­вом воз­расте, когда появ­ля­ется мно­же­ство пред­рас­по­ла­га­ю­щих для нее фак­то­ров, и не только психологических.

Для под­ростка быть не хуже дру­гих – одна из состав­ля­ю­щих гори­зонта его миро­воз­зре­ния. Так что если у какого-то одно­класс­ника есть новая циф­ро­вая фото­ка­мера, а у его соседа по парте нет, то это вес­кая при­чина для стра­да­ний того «дру­гого», вплоть до появ­ле­ния у него ком­плекса неполноценности.

И если у Вас есть мате­ри­аль­ная воз­мож­ность удо­вле­тво­рить «совре­мен­ные» при­хоти «малыша» – это одно, а если нет, да к тому же Вы стро­гий, авто­ри­тар­ный роди­тель со сво­ими желез­ными пра­ви­лами – как не изба­ло­вать ребенка, «барах­та­ю­ще­гося» в обще­стве изба­ло­ван­ных, пус­кай даже неве­ро­ят­ными покуп­ками, детей, – это совер­шенно дру­гое… Так что совре­мен­ная гра­да­ция школ для более или менее пре­успе­ва­ю­щих роди­те­лей, а не детей в этом аспекте имеет и свой поло­жи­тель­ный резон, во вся­ком слу­чае, воз­мож­ность удо­вле­тво­ре­ния нескон­ча­е­мых потре­би­тель­ских потреб­но­стей и жела­ний их про­грес­сив­ных чад у роди­те­лей при­бли­зи­тельно оди­на­кова. А это озна­чает – гомео­па­ти­че­ские дозы зави­сти вме­сто воз­мож­ных лоша­ди­ных… И мини­мум про­ступ­ков на фоне этой зависти.

В конце кон­цов, если заду­маться, гад­же­то­ма­ния – род­ная сестра шопин­го­ма­нии, так назы­ва­е­мой шопинг-зави­си­мо­сти, вспышки кото­рой могут появиться у каж­дого из нас, и неза­ви­симо от вре­мен года, как при депрес­сии. Той шопин­го­ма­нии, кото­рая, по мне­нию пси­хо­ло­гов, спа­сает даже вре­ме­нами нас от стрес­сов. Но когда речь идет о шопин­го­ма­нии, то под­ра­зу­ме­вают в основ­ном жен­щин всех воз­рас­тов и взгля­дов, ску­па­ю­щих ненуж­ные им вещи, во вся­ком слу­чае в дан­ный момент, от туфель на немыс­ли­мых плат­фор­мах до шпи­лек для отсут­ству­ю­щих кос. Здесь глав­ное – купить, и очень дорого, чтоб сумма в чеке чуть-чуть отрез­вила и вызвала бы всплеск адреналина.

Гад­же­то­ма­ния, или гад­жет-аддик­ция, – нечто дру­гое: здесь важны не брил­ли­анты или пла­тья каких-то умо­по­мра­чи­тель­ных фасо­нов, а лишь тех­ни­че­ские чудеса, новинки, запо­ло­нив­шие собой целый мир. В совре­мен­ном лек­си­коне появи­лось даже слово «тех­но­фе­тиш», и идо­лом для мно­гих совре­мен­ни­ков ста­но­вится все чаще техника.

Мы стали покло­няться тех­ни­че­ским новин­кам. Они вле­кут нас, вызы­вая жгу­чее жела­ние – ско­рее обла­дать ими и их воз­мож­но­стями. И эта страсть подобна любов­ной стра­сти. Ведь если нет воз­мож­но­сти для обла­да­ния – мир погру­жа­ется в туман отча­я­ния. Но «забо­лев­ших» много только там, где детей окру­жают люди, «стра­да­ю­щие» от подоб­ного недуга и могу­щие зара­зить им Вашего ребенка, свое­об­раз­ным виру­сом гаджетомании.

Когда нет рядом «вируса», тех­но­фе­тиш – обыч­ное, разум­ное явле­ние. Любой из нас спо­со­бен оча­ро­вы­ваться воз­мож­но­стями мыс­лей чело­века, его фан­та­зией и вопло­ще­нием всего при­ду­ман­ного в функ­циях при­бо­ров, хотя бы про­чи­тав такое: «На выставке 3GSM фин­ская ком­па­ния пока­зы­вает свое новое дости­же­ние – уни­вер­саль­ный муль­ти­ме­дий­ный теле­фон, поз­во­ля­ю­щий запи­сы­вать высо­ко­ка­че­ствен­ное видео вплоть до DVD-видео и вос­про­из­во­дить его на внеш­нем мони­торе или телевизоре».

Или же о япон­ской ком­па­нии Thanko, раз­ра­бо­тав­шей циф­ро­вой бинокль, кото­рый спо­со­бен делать фото­снимки и запи­сы­вать видео.

А чего только стоит загла­вие оче­ред­ной рекламы – «Неве­ро­ят­ные медиа­пле­еры Aigo».

Да лишь про­стое чело­ве­че­ское любо­пыт­ство нас застав­ляет каж­дый раз подроб­нее зна­ко­миться с воз­мож­но­стями этих нови­нок и, позна­ко­мив­шись, «забо­леть» ими, поняв и убе­див­шись в том, что реци­дивы гад­же­то­ма­нии, при посто­ян­ных про­во­ка­ци­он­ных фак­то­рах про­гресса, неизлечимы.

Когда-то нам неве­ро­ят­ными каза­лись цвет­ные теле­ви­зоры и маг­ни­толы. Потом меч­тою стали уже пей­джеры, чуть позже все зацик­ли­лись на музы­каль­ных цен­трах. И вдруг при­шла на смену этому всему эра мобиль­ных теле­фо­нов, циф­ро­вых видео­ка­мер и все­воз­мож­ных поко­ле­ний ста­ци­о­нар­ных и пере­нос­ных ком­пью­те­ров. Все это было на гла­зах роди­те­лей сего­дняш­них детей, во вся­ком слу­чае их бабу­шек и дедушек.

В отли­чие от преж­них поко­ле­ний, сего­дняш­ний ребе­нок не зна­ком с подоб­ной эво­лю­цией высо­ко­тех­но­ло­ги­че­ских устройств. Ведь он родился уже в их эпоху, и они для него нор­маль­ное явле­ние, а не дико­винка, какой была для нас. Это обы­ден­ная для него реаль­ность. Правда, реаль­ность, обнов­ля­е­мая с каж­дым днем. Но и ребе­нок обнов­ля­ется ведь тоже, меня­ясь не по дням, а по часам. Так почему бы ему не идти в ногу с про­грес­сом? И если вся загвоздка лишь в день­гах, так это про­сто пока­за­тель нелюбви его роди­те­лей к нему, жале­ю­щих ему дать деньги на покупки.

Да, запре­ща­ю­щих ребенку поку­пать, но фак­тор денег не все­гда существенен.

Взгля­ните как воз­можно вни­ма­тель­нее на сво­его ребенка, зара­жен­ного уже гад­же­то­ма­нией. Какие Вы уви­дели симп­томы отли­чия его от нега­д­же­то­ма­нов-сверст­ни­ков, да и от него самого в недав­нем прошлом?

Ско­рее всего, Вас вол­нуют, оза­да­чи­вая, при­ступы его нена­сы­ща­е­мых жела­ний – пойти и посмот­реть, купить…

Как выпа­дет сво­бод­ная минутка, так он уже стре­мится в мага­зин или серьезно изу­чает все рекламы, звоня дру­зьям и пере­спра­ши­вая их, довольны или не довольны они сво­ими новыми при­об­ре­те­ни­ями. Вна­чале это радует лишь Вас. Вам кажется – подоб­ное заня­тие намного рас­ши­ряет кру­го­зор сле­дя­щего за посту­пью про­гресса, инте­ре­су­ю­ще­гося его новин­ками ребенка.

Однако позже Вы осо­зна­ете, что это рас­ши­ре­ние одно­сто­рон­нее и про­ис­хо­дит за счет оску­де­ния палитры раз­но­об­ра­зия всей его дет­ской жизни. Но если раньше это чем-то похо­дило на хобби и ребе­нок только созер­цал, то созер­цать теперь он больше не наме­рен, желая дей­ство­вать, а зна­чит – поку­пать. И начи­нает дока­зы­вать Вам, как это важно и необходимо.

Теперь все Ваши отго­ворки для него бес­смыс­ленны. Он, видимо, не слы­шит их, он в дру­гом мире. И если даже Вы отка­жете ему в покупке, он най­дет спо­соб, как осу­ще­ствить так страстно для него жела­е­мое, нуж­ное, необ­хо­ди­мое в дан­ный момент… Пусть этот спо­соб в семье неприемлем…

Когда же Вы не воз­ра­жа­ете ребенку, путь для поку­пок при­бли­зи­тельно таков. Ребе­нок может дове­сти до белого кале­ния любого про­давца сво­ими бес­ко­неч­ными вопро­сами-отве­тами, так демон­стри­руя ему свою осве­дом­лен­ность. Эти рас­спросы вроде риту­ала. Он для себя, конечно, все решил. Но тем не менее пыта­ется узнать еще дру­гие под­хо­дя­щие вари­анты и, убе­див­шись в том, что их доста­точно, пыта­ется вновь взве­сить «за» и «про­тив». А если сразу не нахо­дит «за», то может еще несколько недель решаться на покупку, сомне­ва­ясь. Иначе говоря, за созер­ца­тель­ным пери­о­дом может начаться сле­ду­ю­щий – сомнения.

Пожа­луй, именно период сомне­ний один из самых небла­го­при­ят­ных для здо­ро­вья Вашего ребенка во всем про­цессе нача­того им при­об­ре­те­ния для себя новых элек­трон­ных гад­же­тов. Ребе­нок будто бы зацик­лился на нем, с симп­то­мами, напо­ми­на­ю­щими стресс, как при отказе сде­лать для него покупку.

У детей даже начи­на­ется бес­сон­ница, настолько пере­воз­буж­дают их навяз­чи­вые мысли по поводу новинки, и раз­дра­же­ние ребенка вре­ме­нами спо­собно пере­даться также и роди­те­лям. К сча­стью, обхо­дится все без депрес­сии, обычно свой­ствен­ной ребенку, жела­ния кото­рого не выполняют.

Этот период может отра­зиться и на учебе воз­буж­ден­ного ребенка. Ведь школь­нику не до нее. Его вол­нует, а вер­нее, гло­жет все время это тех­но­фе­тиш­ное – «быть или не быть».

А когда насту­пает нако­нец про­зре­ние и выбор сде­лан – радость через край. Он про­сто счаст­лив. Эйфо­рия дает огром­ный при­лив сил. И он часами возится с при­бо­ром, забыв про осталь­ные все дела, влюб­ля­ясь до безу­мия в покупку и в самом деле пре­вра­щая ее в насто­я­щий технофетиш.

Но… про­шло пара меся­цев… И появи­лась новая реклама подоб­ного устрой­ства, в отли­чие от преж­него… супер­но­вей­шего… И у ребенка исче­зает вновь покой. Ему необ­хо­димо купить новое и заме­нить им уже уста­рев­шее, хоть уста­рев­шему не более полугода.

И снова начи­на­ются дебаты в доме, вплоть до ссор. Вновь обста­новка вся нака­лена. Кто убе­дит кого и побе­дит – пока что не известно никому. Если Вы отка­зали наот­рез – депрес­сия и разо­ча­ро­ва­ние даль­ней­шей жизнью.

Вы ока­за­лись в плену у эмо­ций Вашего ребенка. Но здра­вый смысл дик­тует Вам: взять отка­зать, не пота­кать без­мер­ной нена­сыт­но­сти жела­ний. Довольно бало­вать – он не малыш!

А мате­рин­ство, его жалость кри­чит Вам и надо­едает: купить, немед­ленно купить для пре­кра­ще­ния всех мук. Ребенку надо помочь выжить! Как можно срав­ни­вать купюры с печа­лью Вашего ребенка?

И он вновь у Вас на коне. Вновь все сна­чала, все по кругу. И снова, снова Вы в плену… В плену у Вашего ребенка, в плену у всех чудес прогресса.

В тех слу­чаях, когда роди­тели таких детей сами гад­же­то­маны, в семьях царит мир и согла­сие даже при незна­чи­тель­ном денеж­ном доходе.

Если роди­тели далеки от гад­же­то­ма­нии или же им вообще не до нее, «хобби» ребенка – при­чина бес­ко­неч­ных семей­ных конфликтов.

К сожа­ле­нию, это жгу­чее жела­ние обла­дать неве­ро­ят­ной новин­кой, когда ты еще пол­но­стью во вла­сти роди­те­лей, застав­ляет ребенка искать дей­ствен­ные пути для дости­же­ния постав­лен­ной цели. И он учится лице­ме­рить и вымо­гать, быть пай-маль­чи­ком, чтоб «заслу­жить», или же пре­вра­ща­ется в неснос­ного, буй­ного, про­те­сту­ю­щего обвинителя.

Ваш ребе­нок как будто бы хаме­лео­нит при обще­нии с Вами – он то чер­ный, то белый. Все зави­сит лишь от обсто­я­тельств и жела­ния что-то купить.

Ради новой игрушки он вмиг пре­вра­ща­ется в при­спо­соб­ленца, при­ме­ряя раз­лич­ные маски, чтобы Вам уго­дить, спря­тав так истин­ное лицо.

Его жизнь почти уже сказка про волка и коз­лят. Волк, пою­щий как мама-коза, – это он, когда что-то пыта­ется вымо­лить из того, без чего невоз­можно прожить.

Так что мод­ная нынче гад­же­то­ма­ния может стать и тро­пой уни­же­ний для ребенка, бегу­щего вслед за прогрессом.

Ско­рее всего, эта гад­же­то­ма­ния – свое­об­раз­ная демар­ка­ци­он­ная линия про­па­сти между нера­вен­ством обес­пе­чен­но­сти детей. По тому, чем вла­деет ребе­нок из нови­нок про­гресса, можно больше судить о достатке семьи, чем о щед­ро­сти его роди­те­лей. И для еще не окреп­шей пси­хики ребенка это ощу­ща­е­мое им нера­вен­ство может стать при­чи­ной все­воз­мож­ных ком­плек­сов, вплоть до ком­плекса неполноценности.

Дети из необес­пе­чен­ных семей лик­ви­ди­руют подоб­ное нера­вен­ство часто анти­со­ци­аль­ными поступ­ками, направ­лен­ными на вла­дель­цев при­гля­нув­шихся вещей.

К сожа­ле­нию, зависть, рож­да­е­мая гад­же­то­ма­нией, – это путь к воров­ству, лжи, агрес­сии, чаще всего под зна­ме­нами уста­нов­ле­ния соци­аль­ной спра­вед­ли­во­сти. Однако уста­нов­ле­ние этой спра­вед­ли­во­сти совре­мен­ными детьми про­ис­хо­дит намного жестче, чем в зна­ме­ни­том фильме Эль­дара Ряза­нова «Бере­гись авто­мо­биля», глав­ный герой кото­рого, сыг­ран­ный Смок­ту­нов­ским, был лишь бла­го­род­ным прав­до­люб­цем по срав­не­нию с сего­дняш­ними «мсти­те­лями».

Так что муд­рость в том, чтоб Ваш ребе­нок мог общаться в основ­ном с детьми Вашего круга и возможностей.

В то же время, если Ваш ребе­нок увле­ка­ется новин­ками тех­ни­че­ского про­гресса, это вовсе не повод для паники или гло­баль­ного беспокойства.

Уже пяти­лет­ний ребе­нок, име­ю­щий меди­ацентр (Personal Media Center), пред­на­зна­чен­ный для детей от 5 до 12 лет, раз­ра­бо­тан­ный в Гол­лан­дии, спо­со­бен стать гад­же­то­ма­ном. Этот меди­ацентр для самых малень­ких спо­со­бен фото­гра­фи­ро­вать каме­рой, про­иг­ры­вать видео на экране, играть в ком­пью­тер­ные игры, вос­про­из­во­дить файлы. Однако это только начало.

В Япо­нии выпу­щен самый ком­пакт­ный ноут­бук в мире весом 580 г. Раз­мер ком­пью­тера 17х13 см, тол­щина – 26,5 мм. Сен­сор­ный экран его поз­во­ляет вво­дить дан­ные с кла­ви­а­туры и при помощи сти­луса. Время работы от бата­реи около 8 часов.

(По мате­ри­а­лам СМИ)

Прежде всего, в первую оче­редь – это сви­де­тель­ство его тех­ни­че­ской ода­рен­но­сти: не все взрос­лые сего­дня в состо­я­нии осво­ить мно­же­ство замыс­ло­ва­тых функ­ций чудес совре­мен­ного про­гресса, а он в этом ас. Да к тому же все это спо­соб­ствует также повы­ше­нию его само­оценки среди одноклассников.

Во-вто­рых, высо­кая ком­пе­тент­ность ребенка в подоб­ной сфере может с воз­рас­том пере­ра­сти в про­фес­си­о­наль­ную. В любом слу­чае такие дети не без­дель­ники, погло­щен­ные ску­кой, а дея­тель­ные люди, вре­ме­нами… слиш­ком деятельные…

Ну а если в Вашей семье нет воз­мож­но­стей и прежде всего необ­хо­ди­мого денеж­ного достатка для тех­но­фе­тиша, а ребе­нок тре­бует… то это уже про­белы Вашего вос­пи­та­ния. У любого ребенка должно быть чув­ство меры, если он пол­но­цен­ный член семьи… В конце кон­цов, создайте для него усло­вия для зара­ботка им самим необ­хо­ди­мых денег для покупки инте­ре­су­ю­щей его «игрушки», кото­рая его заво­ро­жила и о кото­рой все лишь гово­рят. Ведь даже тама­гочи был раньше ярким сви­де­тель­ством гаджетомании.

В то же время гар­ган­тю­ан­ская нена­сыт­ность Вашего ребенка и его оправ­да­ния ее тем, что он дол­жен иметь все новинки про­гресса, посто­ян­ная одно­сто­рон­ность его увле­че­ний сви­де­тель­ствуют о том, что роди­тели про­сто ему не рас­крыли глаза на дру­гое, на дру­гие реаль­ные цен­но­сти, заме­нив это все мате­ри­аль­ными. И он знает теперь только их.

И конечно же очень обидно, что, успе­шен ли ты или нет, дети, так же как взрос­лые, стали судить по моде­лям и фир­мам ком­пью­те­ров, пле­е­ров, теле­ви­зо­ров или мобиль­ни­ков, под­ме­нив этим цен­ность людей. Под­ме­нив и теряя свою с нашего одоб­ре­ния… мол­ча­ли­вого, но одоб­ре­ния. Оправ­да­ние же ему слово «про­гресс», а вер­нее всего, про­сто рос­кошь прогресса.

«Эта рос­кошь все­гда опья­няла умы, и все­гда были люди стой­кие к ней. Нашим бы детям у них поучиться», – писал выда­ю­щийся фило­соф Артур Шопен­гауэр в своих «Афо­риз­мах житей­ской мудрости».

А ведь чело­веку дей­стви­тельно, чтобы ощу­тить вкус жизни, надо не так уж много. Древ­не­гре­че­ский фило­соф Дио­ген счи­тал, что, уме­рив все свои потреб­но­сти, не завися ни от обще­ства, ни от госу­дар­ства, чело­век чув­ствует себя сво­бод­ным и счаст­ли­вым. Отка­зав­шись от всего, чем обла­дал, он пере­се­лился жить в боль­шую гли­ня­ную бочку. Оде­вался в рва­ный плащ, питался чем попало, тем, что нахо­дил на рынке, где сто­яла бочка. Слава его при­влекла к нему даже Алек­сандра Маке­дон­ского. Царь при­е­хал в город Кра­нию возле Коринфа, где жил Дио­ген. Дио­ген лежал в пыли перед своею боч­кой, под­став­ляя тело солнцу.

Алек­сандр, как гла­сит легенда, захо­тел узнать, в чем все-таки нуж­да­ется фило­соф, обе­щая все жела­ния исполнить.

– У меня одно жела­ние: чтобы ты ото­шел в сто­рону и больше бы не засло­нял мне солнце.

Ска­зав это, Дио­ген мгно­венно повер­нулся к пове­ли­телю спи­ной, про­дол­жая греться. Свита царя воз­не­го­до­вала. Над фило­со­фом нависла туча наказания.

– Если бы я не был Алек­сан­дром, – улы­ба­ясь, вдруг про­мол­вил царь, – мне хоте­лось бы стать Диогеном.

Правда это или нет, пусть даже лишь пре­крас­ный вымы­сел… Но самый могу­ще­ствен­ный чело­век того вре­мени, обла­дав­ший несмет­ными богат­ствами, маке­дон­ский заво­е­ва­тель Все­лен­ной, понял то, что жизнь в бочке, но так, как жела­ешь, а не как тре­бует эти­кет, может быть «кра­си­вее» жизни в самых бога­тых двор­цах. Чело­век, лишав­ший сво­боды дру­гих, понял вдруг, что он сам несвободный.

Нет, конечно же вряд ли стоит настра­и­вать наших детей на жизнь в гли­ня­ной бочке, но то, что обла­да­ние самым жела­е­мым не заме­нит им под­лин­ных чело­ве­че­ских цен­но­стей, надо бы и объяснить.

Да, навер­ное, мно­гие из нас могут про­жить, как вели­кий Гора­ций, без «сло­но­вой кости», без «тир­рен­ских ста­туй», без «пур­пур­ных одежд»… без того и другого…

Но… стоит лишь только взять в руки жур­нал, как сразу же бро­сится тебе в глаза:

«На рынке появи­лось неве­ро­ят­ное коли­че­ство устройств из раз­ряда “пять в одном”, одна новинка, а имеет сразу пять функций…»

«Тама­гочи – интер­ак­тив­ные игрушки-роботы воз­вра­ща­ются в нашу жизнь… Но в отли­чие от тама­гочи конца 1990‑х, яйце­вид­ные суще­ства нового поко­ле­ния смо­гут влюб­ляться, жениться и иметь детей… Тама­гочи-плюс смо­гут общаться, бол­тать и всту­пать в любов­ные отно­ше­ния друг с другом…»

Даже трудно понять те воз­мож­но­сти, осо­знать, что сулит нам реклама, – то очки с музы­каль­ной при­став­кой, то муз­центр на голове, то будиль­ник с лас­ко­вым голо­сом, то часы, дума­ю­щие вслух, то… то… то…

Нет, конечно же вряд ли нужны нашим детям сего­дня «тир­рен­ские ста­туи», может быть, и детек­торы лжи, но чем младше ребе­нок, тем больше захо­чется побол­тать ему вдо­воль с новыми тама­гочи, с тама­гочи, кото­рые смо­гут рожать ему новых таких же друзей.

* * *

Мой зна­ко­мый купил себе в этом году уже восемь часов. Вся зар­плата – на это. Но какие часы – загля­дишься. Жаль лишь то, что идут они, лежа на полке. Каж­дый месяц рука его носит новинку, ведь часы не наде­нешь все сразу, как кольца.

А сосед мой часами гово­рит о мобиль­ни­ках. Про­да­вец в мага­зине, где их про­дают, – его луч­ший при­я­тель. Умуд­ря­ется ему менять теле­фоны, вме­сто ста­рого выдает новый с допла­той. Хоть доплата чуть-чуть меньше, чем стоит новый, созда­ется иллю­зия, что повезло. Сколько будет еще так соседу «везти», неиз­вестно, но от этого «хобби» он вряд ли отка­жется даже при неве­зе­нии… про­сто не смо­жет, ведь теперь пере­шел на айфоны.

У зна­ко­мого и у соседа рас­тут дети-под­ростки. У них та же мания, что у отцов. Только им уже мало часов и мобиль­ни­ков, тянет также на что-то дру­гое, что хоте­лось бы тоже купить. Если им воз­ра­зить, оби­жа­ются, гово­рят – это в генах, вино­ваты они. Ну а если дей­стви­тельно так?

Ну откуда, к при­меру, берутся циф­ро­вые фанаты с часами с флэш-памя­тью, и вообще от кого роди­лось поко­ле­ние гаджетоманов?

Напри­мер, пер­вый поку­па­тель – аме­ри­ка­нец Хазим Саид ради дол­го­ждан­ного гад­жета iPhone 5, про­дажа кото­рого нача­лась 21 сен­тября 2012 года, про­стоял в оче­реди у фир­мен­ного мага­зина на Пятой авеню в Нью-Йорке более недели – 8 дней. Газеты даже напе­ча­тали его интер­вью о своем «сча­стье», в кото­ром он объ­яс­нил, какими тех­ни­че­скими дан­ными при­влекла его эта новинка тех­ни­че­ского прогресса.

А ведь дети правы, гены тоже при­чина. Те, кто долго «болеет» гад­же­то­за­ви­си­мо­стью, обла­дают не только куп­лен­ными «желез­ками», но у них обна­ру­жено и повы­шен­ное содер­жа­ние в клет­ках орга­низма осо­бого спе­ци­фи­че­ского фер­мента моно­ами­нок­си­дазы A (monoamine oxidase А), фер­мента, под­дер­жи­ва­ю­щего их стрем­ле­ние к новизне и спо­соб­ству­ю­щего хоро­шему настро­е­нию при покупке чего-то осо­бен­ного, – таковы послед­ние выводы уче­ных из Аме­рики и Япо­нии, зани­ма­ю­щихся этим вопросом.

Короче говоря, у неофи­лии, как офи­ци­ально назы­вают гад­же­то­ма­нию, болезни, вызы­ва­ю­щей у чело­века почти непод­власт­ное ему, непре­одо­ли­мое жела­ние обла­дать новой, ска­зоч­ной вещью, име­ются гене­ти­че­ские пред­по­сылки. А с ними бороться пока невоз­можно. Их можно лишь сдер­жи­вать, контролируя…

Так что если Ваша дочь с такой пред­рас­по­ло­жен­но­стью из всех совре­мен­ных гад­же­тов выбрала элек­трон­ное пла­тье, моля Вас о его покупке, загля­ните в рекламу – зачем, почему? И тогда, может быть, Вы пой­мете, что и без гене­ти­че­ских пред­по­сы­лок от суля­щих воз­мож­но­стей «обла­да­ния» этим пла­тьем можно в самом деле сойти с ума:

«В наш высо­ко­тех­но­ло­ги­че­ский век элек­тро­ники могут быть не только сред­ства обще­ния, домо­хо­зяйки и лич­ные води­тели, но и одежда тоже.

Недавно было изоб­ре­тено элек­трон­ное пла­тье, кото­рое состоит из 400 скреп­лен­ных метал­ли­че­скими коль­цами мик­ро­схем… А регу­ли­ро­вать работу пла­тья можно при помощи цен­траль­ной панели управ­ле­ния, кото­рая нахо­дится на спине.

Каж­дая мик­ро­схема содер­жит “красно-зелено-синий” све­то­диод или фото­эле­мент, пере­мычки и сол­неч­ную бата­рею, кото­рая днем заря­жает пла­тье, а при более туск­лом осве­ще­нии меняет его цвет. Также есть воз­мож­ность при­со­еди­не­ния пла­тья к ком­пью­теру, изме­не­ния по внеш­нему виду…

Теперь как мини­мум поло­вину гар­де­роба можно с лег­ким серд­цем выбро­сить – зачем столько ненуж­ных вещей, если одно элек­трон­ное пла­тье заме­няет как мини­мум четыре?»

Может ли усто­ять Ваша дочь-под­ро­сток перед такими заман­чи­выми воз­мож­но­стями? А Вы сами, если у Вас еще оста­лась хотя бы капелька вооб­ра­же­ния? Разве не хочется Вам стать геро­и­ней ска­зок нашего времени?

А если все сказки с пере­оде­ва­ни­ями уже позади, может быть, имеет смысл Вам оку­нуться в пер­вые пере­дачи IFM-сооб­ще­ний (Instant Feeling Message) под назва­нием «emosive» – сер­вис для пере­дачи кому-то ощу­ща­е­мых Вами эмо­ций и чувств.

А вдруг кто-то, еще до сих пор Вами так и не встре­чен­ный, ощу­щает эмо­ции жизни, как Вы?

Так что трудно сего­дня понять, кто же дышит из нас пол­ной гру­дью и реально живет в нашем мире чудес – Ваш ребе­нок, бегу­щий вдо­гонку про­грессу, или Вы, обре­чен­ные бег замедлять.

Кстати, а купите ли Вы сво­ему ребенку самые при­тя­га­тель­ные новинки нашего про­гресса на сего­дняш­ний день – iPad mini iPad 4? А зав­траш­ние, кото­рые еще без названия?

КАК ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с ребен­ком, увле­ка­ю­щимся тех­ни­че­скими новинками

  • Отне­стись к этому как к вея­нию совре­мен­но­сти, однако поста­раться уто­лять жажду к этим вея­ниям в разум­ных для Вашей семьи рамках.
  • Если Вы сами ока­за­лись при­чи­ной под­ра­жа­ния Ваших детей, поста­рай­тесь уме­рить свой пыл или станьте разум­ным гуру их в подоб­ных вопросах.
  • Если же эта мания Ваших детей свя­зана с окру­же­нием в школе, сде­лайте все воз­мож­ное, чтоб ребенку не стать в своем классе изгоем: перейти в дру­гой класс или в новую школу, поку­пать, что имеют ровес­ники, пере­ори­ен­ти­ро­вать цен­но­сти жизни, дать понять ему, что его само­оценка – это вовсе не сфера его потреб­ле­ния, хоть сей­час стало модно мерить также и этим.
  • Поощ­рять ком­пе­тент­ность ребенка в новой тех­нике, в ее возможностях.
  • Попы­таться рас­ши­рить его кру­го­зор увле­че­нием теат­ром, кино, путешествиями.
  • Выбрать вме­сте с ним нуж­ную спор­тив­ную секцию.
  • Отвле­кать тем, что будет ему инте­ресно, кроме этих нови­нок прогресса.
  • Поощ­рять его дружбу с детьми без гаджетозависимости.
  • Запре­щать уни­жаться из-за вся­ких поку­пок. Дать понять ему, что в лице­ме­рии Вы совсем не нуж­да­е­тесь, оно Вам неприятно.
  • Учить скром­но­сти, неза­ви­симо от достатка семьи, даже в слу­чаях, если отец олигарх.
  • Сло­вом, сами решайте, «быть» или «не быть» Вашим детям заяд­лыми гад­же­то­ма­нами, а когда уже поздно решать, помо­гайте им справ­ляться с про­бле­мами, не упрекая.

КАК НЕ ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя с ребен­ком, увле­ка­ю­щимся тех­ни­че­скими новинками

  • Запре­щать, уни­жать и наказывать!
  • Поощ­рять хва­стов­ство перед теми, кто не может сопер­ни­чать в этом с ребенком.
  • Пре­вра­щать мате­ри­аль­ный доста­ток семьи в пре­вос­ход­ство детей над дру­гими детьми, демон­стри­руя это как норму.

Ситу­а­ция для родителей

Ради своей завет­ной мечты полу­чить в пода­рок самый совре­мен­ный плеер со все­воз­мож­ными допол­ни­тель­ными функ­ци­ями Наташа так усердно зани­ма­лась алгеб­рой, что даже стро­гий пре­по­да­ва­тель мате­ма­тики поста­вил ей за чет­верть «отлично». Это было глав­ным усло­вием мамы для покупки такого подарка. Но мама, похва­лив дочь, начала объ­яс­нять ей, что еще не готова на подоб­ную трату, можно ведь купить ей также и обыч­ный плеер. И вообще, она про­сто хотела дока­зать своей дочери, что она не тупица, а про­стая лен­тяйка. Хлоп­нув две­рью, Наташа сбе­жала из дома.

 В чем была ошибка мамы Наташи?

* * *

«На свете столько вещей, кото­рые мне не нужны» – все чаще и чаще пита­юсь я этой мыс­лью Сократа, когда оче­ред­ная реклама или рас­сказы близ­ких дру­зей пыта­ются разъ­едать мне душу…

– Кото­рые мне не нужны, не нужны, не нужны! – сама себя зацик­ли­ваю я на этом сво­ими непро­из­воль­ными установками.

Но наш луч­ший друг с таким упо­е­нием рас­ска­зы­вает о Нем, о том, что Он у него умеет, как вос­хи­щает своей кра­со­той и разум­но­стью и как на Него при­ятно смот­реть, насла­жда­ясь, и даже когда Он в покое, что, зная на все 100 %, что речь лишь идет о ком­пью­тере, кото­рый допол­нил кол­лек­цию преж­них, мне все же все время мере­щится, что он гово­рит о ребенке, своем пер­венце, без кото­рого не может понять, как жил раньше.

«Тех­но­фе­тиш, – в кото­рый раз нахожу я опре­де­ле­ние стран­ного явле­ния, – это новей­ший супер­со­вре­мен­ный гад­жет, при­но­ся­щий новую тех­ни­че­скую функ­ци­о­наль­ность, обла­да­ние кото­рой явля­ется жгу­чим жела­нием, а отсрочка обла­да­ния при­во­дит к нерв­ным рас­строй­ствам. Тех­но­фе­тиш сохра­няет свою акту­аль­ность до появ­ле­ния еще более кру­того ана­ло­гич­ного устройства».

Жела­ние обла­дать, не про­стое, а жгу­чее. Да это ж сродни стра­сти или любви, когда хочется обла­дать нам Люби­мыми! А здесь… обла­да­ние только вещами, при­чем обла­да­ние уже с готов­но­стью в бли­жай­шее время к измене, когда у люби­мых появятся «род­ствен­ники»… А может, и наша любовь – это тоже сего­дня ста­но­вится лишь раз­но­вид­но­стью подоб­ного тех­но­фе­тиша, и дети боятся ее поте­рять, пред­чув­ствуя в ней неста­биль­ность. Ведь им не под силу пока изме­нять, и им не под силу раз­воды, когда у роди­те­лей вдруг появ­ля­ются дру­гие, «кру­тые и ана­ло­гич­ные» муж­чины и жен­щины, став вновь пре­тен­ден­тами на жен и мужей… с новыми функциями.

«На свете столько вещей, кото­рые мне не нужны», – пыта­юсь исполь­зо­вать я имму­ни­тет, полу­чен­ный от при­вивки посто­янно выру­ча­ю­щей меня установки.

И ведь дей­стви­тельно… не нужны.

Но так хочется вре­ме­нами услы­шать твой голос, кото­рым навряд ли воз­можно вообще обла­дать, хотя я его создала, обо­жа­е­мый мной мой ребе­нок, его теп­лоту, его неж­ность… Твой голос, кото­рым лишь ты обла­да­ешь, и он сей­час вме­сте с тобой, а не здесь… Что я не могу рав­но­душно пройти сама уже мимо вит­рины, где кастинг про­во­дят между собой мобиль­ные теле­фоны… У этого – видео­ка­мера, а у того – суперзвук…

– Сего­дня уже полу­чили вообще супер-супер, – вер­бует меня продавец.

На свете столько вещей, кото­рые мне не нужны…

Но мне до безу­мия хочется слы­шать твой голос в пре­вос­ход­ном вари­анте! Не буду ж на этом я экономить!

И несмотря на свой имму­ни­тет, кол­лек­ция супер­мо­биль­ни­ков моя попол­ня­ется вновь. Когда-нибудь их сосчи­таю. Сей­час же мне важно услы­шать твой голос, когда ты ухо­дишь из дома, в кото­ром я им «обла­дала».

Хай-тек-дети

Да, да, не удив­ляй­тесь, такие дети уже появ­ля­ются сего­дня. Хотя об этом фено­мене мало кто заду­мался, счи­тая, в край­нем слу­чае, их гад­же­то­ма­нами. Среди гад­же­то­ма­нов тоже мне встре­ча­лись эти дети. Но все-таки гад­же­то­ма­ном чаще ста­но­вится ребе­нок в школь­ном воз­расте. А хай-тек-дети – это с колы­бели, ведь мамы у них тоже хай-тек-мамы. Такие дети уже с пам­пер­сов (пеленки для них лишь ана­хро­низм) рас­тут как «циф­ро­вое поко­ле­ние» и впи­ты­вают в себе нов­ше­ства высо­ких технологий.

Их дет­ство – не раз­би­тые коленки и синяки на них, не игры во дворе до умо­по­мра­че­ния то в каза­ков-раз­бой­ни­ков, то в прятки, их жизнь не дис­кус­сии с дру­зьями и спор до хри­поты. Их с дет­ства ограж­дают от опас­но­сти, они не знают слова «рис­ко­вать» в есте­ствен­ном и «нату­раль­ном» смысле слова, рискуя только перед мони­то­ром, играя в игры, про­во­ци­ру­ю­щие лишь бута­фор­ский риск. И этот риск для них есте­стве­нен, как образ жизни. Им стоит только захо­теть. И пода­ется все на блю­дечке да с золо­той кае­моч­кой… Они при­выкли, что искус­ствен­ная жизнь для них есте­ственна. Они в такое время роди­лись, что сказка – это явь, а вся неявь как сказка.

Я целый час пыта­юсь пока­зать трех­лет­нему Вале­рику, как можно играть с куби­ками, кото­рые ему я при­несла. Но малыш не пыта­ется играть в неве­до­мые ему игры, пока­зы­вая мне в ответ свои, неве­до­мые раньше мне, кото­рые бук­вально пора­жают меня своею без­гра­нич­но­стью воз­мож­но­стей, и в то же время став­шие обыч­ными для этого трех­лет­него ребенка. Его игрушки могут даже видеть или слы­шать, не то что гово­рить вслух, если поже­ла­ешь. Но маль­чику они уже скучны, его мечта – чтоб мама купила ему новый робот Furby, кото­рый может гово­рить с ним, как живой, а не твердя лишь только пару фраз (эта новая хай-тек-игрушка дей­стви­тельно знает около 800 фраз).

– Скажи, зачем тебе, Вале­рик, хочется иметь живого нежи­вого робота, когда ты можешь поиг­рать с друзьями.

– С дру­зьями скучно, – слышу я в ответ. – Мне мама гово­рит, что ком­ната моя не для детей.

Невольно я осмат­ри­ваю ком­нату, ее холод­ный совре­мен­ный стиль хай-тек. На окнах дет­ской вме­сто зана­ве­сок с Микки-Мау­сом про­стые жалюзи, нет даже ни одной кар­тины, хотя бы репро­дук­ции из ска­зок, какие-то в тумане черно-белые две фото­гра­фии с баналь­ными пей­за­жами, без экзо­ти­че­ских рас­те­ний в соч­ных крас­ках. Игрушки все стоят на стел­ла­жах так пра­вильно, что хочется их сбро­сить на этот пол, покры­тый лишь лино­ле­умом, а не ков­ром для игр ребенка, чтобы устро­ить в дет­ской живой хаос, при­су­щий жизни малень­ких детей.

Но маль­чику в три года он… неве­дом. Вале­рик про­сто не нуж­да­ется в нем, как дру­гие дети. Его вос­пи­ты­вали не так, как вос­пи­ты­вали их. Ему удо­бен этот полу­круг­лый из пла­стика диван­чик. Его ни капли не сму­щает серость стен… Вокруг него лишь сталь, стекло, пласт­масса. И хотя много света и про­стран­ства, мне кажется, что он живет в какой-то пустоте.

– Да, мы хотели сде­лать дет­скую поярче, – уга­ды­вает мои мысли его мама. – Но потом пере­ду­мали, ведь яркое все – в про­шлом. А сыну жить при­дется в буду­щем. Пусть при­вы­кает с дет­ства. Муж даже чуть не выкра­сил все стены в мод­ный чер­ный цвет, но для меня он очень мра­чен. Зато бы дет­ская, чер­нее ночи, имела бы совсем осо­бый шарм, была бы не такой, как у дру­гих, была бы не такою, как у всех.

Не такой, как у всех, – это глав­ная мысль совре­мен­ного стиля хай-тек (от англий­ского High tecnology – высо­кие тех­но­ло­гии), начав­шего вры­ваться недавно не только в инте­рьеры офи­сов и квар­тир, но и в стиль, образ жизни людей.

Все по-новому. Все по-дру­гому – только свет и про­стран­ство, стекло, сталь, даже пла­стик, стены опре­де­лен­ных цве­тов. Долой шторы, гар­дины, пус­кай жалюзи нам дози­руют солнце. Да и мебель совсем не нужна. Ее можно легко заме­нить все­воз­мож­ными новыми и совре­мен­ными, попу­ляр­ными уже кон­струк­ци­ями. У дизай­не­ров столько фан­та­зии. Что им стоит при­ду­мать, каким будет буду­щее. Без­условно, не в стиле ампир.

И чем больше сего­дня кого-то шоки­руют эти нов­ше­ства мод­ного стиля, тем доволь­нее его поклон­ники, загля­нув­шие в буду­щее вме­сте с дизайнерами.

Это буду­щее мы уже ощу­щаем в новой моде одежды и в раз­ных новин­ках про­сто див­ных вещей, в поста­нов­ках спек­так­лей, ну бук­вально во всем, а не только в стро­и­тель­стве офи­сов и квар­тир. Стиль хай-тек поро­дил свои хай-тек-устрой­ства. Мно­гие из них неза­ме­ни­мые гад­жеты, без кото­рых сего­дня почти не прожить.

Вот и мама Вале­рика – гад­же­то­манка. После родов не тра­тила время только лишь на мла­денца, не сидела весь день у кро­ватки. Зани­ма­лась сво­ими делами, бол­тала с подру­гами, а за сыном сле­дила видео­няня. Как запла­чет, не брала на руки, а вклю­чала осо­бен­ный плеер, пред­на­зна­чен­ный для колы­бели, назы­ва­е­мый «Слад­кие сны». Запи­сала спе­ци­ально свой голос. И Вале­рик тот­час успо­ка­и­вался. Забо­леет – давала циф­ро­вую пустышку, изме­ряла ею тем­пе­ра­туру. Был спо­кой­ный сиг­нал – зна­чит, норма. Если же раз­да­ва­лась тре­вож­ная музыка – зна­чит, тем­пе­ра­тура высокая.

К его дет­ской кро­ватке все­гда было под­ве­шено «Вол­шеб­ное зер­кало». Есть такая игрушка фирмы Philips. В нем Вале­рик учился узна­вать сам себя, раз­ви­вал коор­ди­на­цию взгляда, дви­же­ний. Это зер­кало даже учило Вале­рика раз­го­ва­ри­вать, потому что спо­собно само запи­сать звук и слово, а потом все воспроизвести.

Чуть Вале­рик под­рос, научился играть в инте­рес­ную очень игру Baby Туре, правда, ему при­шлось груд­нич­ком из-за этого научиться сидеть за ком­пью­те­ром. Нажмет кла­вишу – тут же уви­дит фигурку и услы­шит «гав-гав» или «мяу».

Да, она совре­мен­ная мама, мама хай-тек-про­гресса. Но ведь это же здо­рово жить, как она. И ребенку, наверно, неплохо. У него фан­та­стич­ная жизнь, «циф­ро­вой», совре­мен­ный стиль жизни.

Как-то раз забе­жала на мгно­ве­нье на почту, а Вале­рик в коляске остался на улице. Вдруг сиг­нал – надо срочно к ребенку. Это тре­бо­вал мобиль­ный сто­рож. Элек­трон­ный бре­лок был при­креп­лен к коляске и, как сто­рож, сле­дил за Вале­ри­ком. А сей­час они сыну купили на ручку элек­трон­ный брас­лет Aero Scont. Если даже уйдет – тут же сразу найдется.

Да. Она в самом деле, навер­ное, хай-тек-мама, и это так важно для сына.

– Почему же Ваш сын не играет с друзьями?

– У него нет друзей.

– Но ему уже три.

– Ну и что? Ему про­сто дру­зья не нужны. У него есть ком­пью­тер, «живые» игрушки. Посмот­рите, вот этот мла­де­нец агу­кает, если только к нему при­кос­нешься, а тот – может пла­кать, сме­яться. Сын ни с кем не дерется, его тоже не бьют. А дру­зей заве­дет себе в школе.

– Для раз­ви­тия нужно обще­ние со сво­ими ровесниками.

– Чтоб зави­до­вали? Сын такую «пилюлю» успеет еще про­гло­тить. А пока сам с собой фантазирует.

– Фан­та­зи­рует, но недо­ста­точно. Он не может пред­ста­вить, как лучше играть с дере­вян­ными кубиками.

– Но ведь кубики не гово­рят и не ходят. А Вале­рик при­вык только к этим игрушкам.

* * *

Оче­видно, при­вык. Его мир – мир хай-тека. Он шаг­нул уже в буду­щее, живя в насто­я­щем. И как только ему вдруг при­дется вырваться из подоб­ных вир­ту­аль­ных усло­вий хай-тека в непри­выч­ную сей­час совсем для него совер­шенно реаль­ную жизнь, ну хотя бы при поступ­ле­нии в школу, эти нож­ницы между реаль­ной дей­стви­тель­но­стью и ее нере­аль­ным подо­бием дадут знать о себе, хочешь или не хочешь. Что Вале­рика может ждать в буду­щем, хоть сего­дня в него он уже заглянул?

Это зависть детей – жертв родив­ше­гося «циф­ро­вого нера­вен­ства», не име­ю­щих вообще воз­мож­но­сти поку­пать доро­гие хай-тек-роботы и игрушки. Зависть и непри­язнь. Ссоры, драки, кон­фликты, если рядом не будут такие, как он.

Через несколько лет он, ско­рее всего, ста­нет про­сто фана­том-гад­же­то­ма­ном. Он ребе­нок хай-тека, и этим все ска­зано. Хай-тек-дети – элит­ные гад­же­то­маны. Их вол­нует лишь самое-самое, ну а больше всего экс­клю­зив­ное. Даже в ком­на­тах этих детей стиль хай-тека витает в пространстве.

По жела­нию «самого-самого» хай-тек-дети похожи на пер­фек­ци­о­ни­стов. Но, чтоб им полу­чить это «самое-самое», в основ­ном нужен только доста­ток, а не тру­до­го­лизм, чтоб быть пер­вым в успе­хах среди рав­ных и рву­щихся тоже к успехам.

Для детей этих важно нера­вен­ство, но нера­вен­ство в сфере вещей – сног­сши­ба­тель­ных, непо­вто­ри­мых, вещей буду­щего или… из будущего.

А каким будет зав­тра у нас, нам дик­туют фан­та­зии тех, кто его «про­из­во­дит» сего­дня. Наши дети при­выкли жить, кроме воз­душ­ной, и в инфор­ма­ци­он­ной среде, вызы­ва­ю­щей массу потреб­но­стей. Мы хотим то и это, уви­дев рекламу. Мы рекла­мо­за­ви­симы. Так же и дети. Новые тех­но­ло­гии, как алли­га­торы, нас гло­тают почти цели­ком. И нам хочется, чтоб проглотили.

В раз­ных хай-тек-устрой­ствах таится надежда раз­но­об­ра­зия жизни, ее экс­клю­зив­но­сти. И не важен теперь нашим детям экс­клю­зивно-осо­бен­ный их интел­лект. У них нынче дру­гая ментальность.

В нашу инду­стри­аль­ную эру про­цве­тают хай-тек-кор­по­ра­ции, обе­ща­ю­щие всем нам чудо. И конечно же в первую оче­редь обла­дать этим чудом желают хай-тек-дети за счет кошель­ков своих люб­ве­обиль­ных роди­те­лей. А купив так желан­ное чудо, этот хай-тек-ребе­нок меч­тает им шоки­ро­вать всех окру­жа­ю­щих, и осо­бенно тех, у кото­рых подоб­ных воз­мож­но­стей нет, чтоб не стали ему конкурентами.

Мой зна­ко­мый под­ро­сток вдруг решил посо­ве­то­ваться, есть ли смысл воз­дей­ство­вать на своих пред­ков, чтоб купить для ком­пью­тера и теле­фона ряд новей­ших устройств, еще даже не создан­ных, но в бли­жай­шее время, навер­ное, все же ока­жу­щихся в нашей про­даже. Он мне дал про­чи­тать сооб­ще­ние с сайта, где было напи­сано о науч­ном иссле­до­ва­нии во Фло­риде, цель кото­рого – «научить» наши ком­пью­теры пони­мать, когда надо им нам выда­вать инфор­ма­цию, чтобы мы могли пра­вильно все осознать.

Ну хотя бы такие устройства:

  1. Сен­соры, уста­нов­лен­ные возле глаз чело­века, заме­чают, когда чело­век смот­рит на устрой­ство и когда он смот­рит на дру­гого чело­века и пред­по­ло­жи­тельно занят разговором.
  2. Система наблю­де­ния засе­кает, к какой инфор­ма­ции обра­ща­ются поль­зо­ва­тели во время раз­го­вора, и дает для нее высо­кий при­о­ри­тет по пере­сылке через Интернет.
  3. Мобиль­ные теле­фоны пере­хо­дят на виб­ра­цию, когда они «видят» через встро­ен­ные камеры, что «хозяин» раз­го­ва­ри­вает с кем-то.
  4. Система «вни­ма­тель­ных сооб­ще­ний» (AMS) пере­сы­лает элек­трон­ную почту на устрой­ство, кото­рое чело­век исполь­зует в дан­ный момент.
  5. Теле­ви­зоры и все­воз­мож­ные пле­еры авто­ма­ти­че­ски оста­нав­ли­ва­ются, когда на них никто не смотрит.
  6. Система камер и мик­ро­фо­нов, наблю­да­ю­щая за нашими гла­зами и рече­выми коман­дами, управ­ляет нашей обста­нов­кой. При этом глаза играют роль указки – они пока­зы­вают на объ­ект, а рече­вая команда опре­де­ляет дей­ствие с этим объ­ек­том. То есть чело­век смот­рит на теле­ви­зор и гово­рит: «Вклю­чить». Что он и делает – включается.
  7. Видео­зер­кала опре­де­ляют сто­я­щих рядом собе­сед­ни­ков и опре­де­ляют их основ­ные темы раз­го­вора и инте­ресы. В зер­кале обра­зу­ется муль­тяш­ное «облако», кото­рое и отра­жает этот спи­сок. При общих инте­ре­сах «облака» схо­дятся в одно.

Это даже Вам не тама­гочи, научив­ши­еся уже рожать детей. И без­условно, у такого хай-тек-под­ростка его соб­ствен­ные дети тоже будут хай-тек-детьми. Как же ими не быть. Только, может быть, мы назы­вать нач­нем их уже как-то не так, по-другому.

Но теперь, чтобы быть не такими, как все, нам не надо плыть про­тив тече­ния. Зака­жите себе экс­клю­зив­ный при­бор с бес­ко­неч­ным коли­че­ством функ­ций, чтобы был лишь един­ствен­ным в мире. Будут деньги, и будет хай-тек, хотя кто из нас может загля­нуть в свое будущее.

Может быть, вновь при­дут вре­мена, когда ста­нут дико­вин­ками обыч­ные куклы, паро­возы, машинки, игрушки без функ­ций, кроме функ­ции дет­ского вооб­ра­же­ния, когда ста­нут гад­жеты настолько при­выч­ными, что уже нач­нут тор­мо­зить нашу жизнь. Когда все, что сего­дня, вдруг ста­нет для всех лишь анти­ква­ри­а­том, за кото­рым все будут гоняться… Когда буду­щее почему-то захо­чет оку­нуться в про­шед­шее… Когда снова нач­нем мы бро­дить по лесам и лугам, поко­рять Эве­ре­сты, убе­гая туда от нови­нок хай-тека.

А пока хай-тек стал на сего­дня для мно­гих роди­те­лей и их детей спо­со­бом их само­вы­ра­же­ния, даже обра­зом мыс­лей и сти­лем их жизни. И неве­домо им, что родился он вовсе, увы, не сей­час, а в сере­дине еще XIX века, когда в архи­тек­туре был огром­ный подъем в ее тех­но­ло­ги­че­ском смысле. И шедев­ром хай-тека стал Хру­сталь­ный дво­рец, кра­со­вав­шийся на пер­вой Все­мир­ной выставке в 1851 году в Лон­доне, в зна­ме­ни­том Гайд-парке.

А эмблема Парижа – все­мирно извест­ная башня Эйфеля, разве она не шедевр хай-тек-стиля? Или же центр искус­ства и куль­туры имени Жоржа Пом­пиду сей­час в том же Париже? В свое время все эти шедевры при­во­дили своих «совре­мен­ни­ков» в шок. А сей­час ими стали гордиться.

Так что то, что хай-тек попу­ляр­ным стал сти­лем в эпоху высо­ких кос­ми­че­ских тех­но­ло­гий, вовсе не озна­чает, что это ново­рож­ден­ный стиль. Про­сто сей­час для его рас­цвета стало больше усло­вий, чем раньше. И в ракетно-кос­ми­че­ском веке сфера его вли­я­ния резко рас­ши­ри­лась, ведь фун­да­мент его – это уль­тра­со­вре­мен­ная тех­ника и доста­точно сме­лый дизайн.

Циф­ро­вой стиль – опора хай-тека. Совре­мен­ные же тех­но­ло­гии его слуги, его гос­пода. В ско­ром вре­мени мы, оче­видно, пере­се­лимся жить в циф­ро­вые дома, где все будет к услу­гам жиль­цов – от огром­ного соб­ствен­ного кино­те­атра до ком­пью­тер­ных игр и круп­ных зака­зов в супер­мар­ке­тах, где управ­лять нашей жиз­нью смо­гут лишь самые про­грес­сив­ные гад­жеты. Спе­ци­а­ли­стов сего­дня же только вол­нует, где для этого можно нам будет как-то выкро­ить время.

А пока еще нет подоб­ных домов, хай-тек-мамы и папы со сво­ими детьми живут в ком­на­тах или квар­ти­рах, аске­тич­ных, как стро­гий монах.

Сей­час даже состав­лен при­мер­ный порт­рет чело­века, кото­рый из всех инте­рье­ров пред­по­чел инте­рьер в мод­ном стиле хай-тек, чело­века успеш­ного и эру­ди­ро­ван­ного, раз­би­ра­ю­ще­гося в новей­ших дости­же­ниях нашей науки и тех­ники, любя­щего ком­форт и гар­мо­нию, интро­верта с бога­тым внут­рен­ним миром, пря­чу­щим в глу­бине его свои эмоции.

Как жаль, что чело­век ста­но­вится под стать холодно-жест­кому, раци­о­нально-аске­ти­че­скому стилю и пре­вра­ща­ется потом в роди­теля ребенка, невольно погру­жая его в этот стиль.

КАК ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с хай-тек-ребенком

  • Так как совре­мен­ные дети хай-тека – это свое­об­раз­ный про­дукт стиля вос­пи­та­ния в семье, то роди­те­лям про­сто необ­хо­димо помочь, чтобы чуда высо­ких тех­но­ло­гий при­несли ребенку пользу, а не вред.
  • Не допус­кать, чтобы хай-тек-игрушки лишали Вашего ребенка обще­ния со сверст­ни­ками. Ста­рай­тесь, чтобы ребе­нок играл ими вме­сте с друзьями.
  • Помните, что увле­че­ние только такими игруш­ками может тор­мо­зить раз­ви­тие спо­соб­но­стей малень­кого ребенка, поэтому не отда­вайте пред­по­чте­ние лишь им.
  • Поку­пать не все хай-тек-игрушки под­ряд, а в основ­ном воз­дей­ству­ю­щие на позна­ва­тель­ные спо­соб­но­сти детей.
  • Помо­гать детям раз­ви­вать свою фан­та­зию и вооб­ра­же­ние, играя вме­сте с ними.
  • Не загру­жать мозг малень­кого ребенка ком­пью­тер­ной грамотностью.
  • Объ­яс­нять ребенку, что если ему даже и поку­пают массу интер­ак­тив­ных игру­шек, то это вовсе не повод для хва­стов­ства и пре­зре­ния к дру­гим детям.
  • Зна­ко­мить ребенка с жиз­нью за окном его хай-тек-комнаты.
  • Зна­ко­мить детей с искус­ством и живо­пи­сью всех вре­мен и наро­дов, рас­ска­зы­вать о сти­лях архитектуры.
  • Разъ­яс­нять ребенку, что то, что ему кажется изли­ше­ством, напри­мер ста­рин­ная кар­тина в позо­ло­чен­ной раме, это не обя­за­тельно должно быть изли­ше­ством для других.
  • Ребе­нок дол­жен понять нечто хре­сто­ма­тий­ное, что на вкус и на цвет това­ри­щей нет.

КАК НЕ ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с хай-тек-ребенком

  • Застав­лять ребенка уни­жаться ради покупки хай-тек-игрушки.
  • Поощ­рять неосо­знан­ное ребен­ком оди­но­че­ство ради игры с игруш­кой, кото­рую нельзя давать дру­гим детям из-за очень высо­кой цены.
  • Поку­пать ребенку игрушки лишь для того, чтобы он их вклю­чал и выключал.
  • Забав­ляться вме­сте с ребен­ком новой игруш­кой, не пыта­ясь исполь­зо­вать ее воз­мож­но­сти для раз­ви­тия раз­ных спо­соб­но­стей малыша.
  • Пре­вра­щать такие игрушки в пред­мет поклонения.
  • Вну­шать малышу, что его дет­ская ком­ната в холод­ных тонах и тща­тельно убран­ная гораздо лучше, чем ком­ната у его друга, где масса игру­шек и раз­ных ненуж­ных вещей.
  • Не поощ­рять инте­ресы ребенка в искус­стве и обла­стях, не свя­зан­ных с высо­кими технологиями.

Ситу­а­ция для родителей

Поза­вчера Костя вме­сте с папой купил само­лет, кото­рый взле­тал без пилота и делал посадку, вчера мама с папой взяли его с собой в мага­зин, чтобы купить машину, води­тель кото­рой мог ехать и тор­мо­зить, а сего­дня мама купила сама пяти­лет­нему сыну малень­кую под­вод­ную лодку, кото­рая пла­вала под водой. И хотя Косте она очень понра­ви­лась, он стал упре­кать свою маму, почему она купила ему эту игрушку без него. Он сам выби­рает, что ему хочется.

 Как бы Вы попы­та­лись отве­тить на Костино «почему»?

* * *

Рас­ска­зы­вают, что Эйфе­лева башня так раз­дра­жала своим хай-теков­ским сти­лем все­мирно извест­ного писа­теля Ги де Мопас­сана, что он пред­по­чи­тал всем ресто­ра­нам Парижа малень­кий ресто­ран­чик на этой башне, и только лишь потому, что оттуда не бро­са­лась в глаза нена­вист­ная ему метал­ли­че­ская кон­струк­ция пре­зи­ра­е­мого им «шедевра» архи­тек­туры, воз­вы­ша­ю­ща­яся над сто­ли­цей Фран­ции, и можно было спо­койно созер­цать люби­мый город. Без­условно, в наход­чи­во­сти писа­телю нельзя отка­зать. Оче­вид­ное – неве­ро­ят­ное… Клин выши­ба­ется кли­ном. И луч­шее место для пря­ток – спря­таться там, откуда ведутся все поиски.

Почему-то мне хочется посо­ве­то­вать всем совре­мен­ным хай-тек-детям, пре­зи­ра­ю­щим уже не стиль эсте­тики Эйфе­ле­вой башни, а эсте­тику сти­лей во вре­мена про­слав­лен­ного Мопас­сана, для кото­рых новинки хай-тека засло­нили дру­гие все пре­ле­сти жизни, поско­рее под­няться бы тоже в ресто­ран­чики или кафе, рас­по­ло­жен­ные наверху зна­ме­ни­той кон­струк­ции Эйфеля и оттуда взгля­нуть на Париж, потря­са­ю­щий город искусств.

Может быть, кто-то там им под­ска­жет, где вид­не­ется Лувр, что там есть «Мона Лиза»… И рас­ска­жет исто­рию зна­ме­ни­той картины…

Хай-тек-дети ведь дети стро­гого стиля, даже жест­кого, в чем-то бру­таль­ного, вырос­шие уже без нее… без мадонн Рафа­эля… без «Данаи» Рембрандта…

Это дети, кото­рым неве­дом смысл атлан­тов и кари­а­тид. Для них все это только изли­ше­ства в мра­море или же в позо­ло­чен­ных рамах…

Для них глав­ное – жест­кость кон­струк­ций, стекло, чет­кость линий, про­пор­ции, холод­ный металл и при всем этом мини­мум декора жизни…

А в Данае – застыв­шая Страсть и в заро­дыше Жизнь Персея…

Мона Лиза живет уже столько веков под вуа­лью скры­ва­е­мой тайны, пора­жая загад­кой улыбки… над кото­рою бьются уче­ные, выдви­гая раз­лич­ные вер­сии. Но они лишь сме­няют друг друга, а загадка еще остается.

Для ребенка хай-тека такую загадку решить можно в два счета – создать эту улыбку! И не про­сто создать, а про­ана­то­ми­ро­вать, рас­чле­нив на ее состав­ля­ю­щие, будто бы теп­лота чело­ве­че­ских чувств – раз­но­вид­ность холод­ных кон­струк­ций из металла, стекла или пластика.

Для ребенка хай-тека такая улыбка – это аксес­суар в виде лишь исклю­че­ния для его буду­щего циф­ро­вого жилища, без каких бы то ни было аксес­су­а­ров, где атланты не будут под­дер­жи­вать больше небо­свод, опус­кая его лишь в мгно­ве­ния своих веч­ных сви­да­ний с кариатидами.

Поттеромания

Побег от дей­стви­тель­но­сти у совре­мен­ных детей про­дол­жа­ется и в мир гар­ри­пот­те­ризма, если можно так выра­зиться, в мир хорошо упа­ко­ван­ных грез с брен­дом товар­ного вида, в мир, в кото­ром гос­под­ствует вол­шеб­ство. И пусть даже вол­шеб­ство чер­ной магии. Глав­ное – магии. А какого она цвета – это уже сущий пустяк, потому что маги­че­ское кол­дов­ское для ребенка – жела­е­мое из жела­е­мого, это та «терра инко­гнита», в неве­до­мость кото­рой так хочется загля­нуть и задер­жаться там навсе­гда, чтобы не воз­вра­щаться в эти угрю­мые, прес­ные, серые будни, моно­тон­ные, как едва раз­ли­чи­мые звуки стре­лок настен­ных часов.

Эпи­де­мия гар­ри­пот­те­ризма захва­тила весь мир бла­го­даря реклам­ному вирусу. В прессе начали появ­ляться сооб­ще­ния, обна­де­жи­ва­ю­щие роди­те­лей и учи­те­лей: книга ото­рвала детей от теле­ви­зора, дети стали читать. Хорошо, что она кло­ни­ру­ется – каж­дый год по новому тому… Но… на основе каж­дого клона начали созда­вать кино­фильмы, транс­ли­ру­е­мые по теле­ви­зору… чтоб опять при­тя­нуть детей к голу­бому экрану, при­чем «смот­ря­щих» гар­ри­пот­те­ро­ма­нов ока­за­лось зна­чи­тельно больше, чем «чита­ю­щих»…

Честно говоря, я тоже вна­чале чуть не ока­за­лась одной из жертв все­об­щего ажи­о­тажа, под вли­я­нием бом­бар­ди­ро­вок реклам­ных сте­рео­ти­пов, скро­ен­ных на еди­ный манер в раз­лич­ных стра­нах, потому что, заходя в любой книж­ный мага­зин, видела только огром­ные порт­реты маль­чика-очка­рика и при­зывы купить книгу о нем, как будто бы все дру­гие книги вообще изда­тель­ства мира пере­стали вдруг выпус­кать. Но когда мне нако­нец уда­лось взять в руки еще пер­вый том всей этой непре­кра­ща­ю­щейся эпо­пеи, не пове­рила, что совре­мен­ный ребе­нок, в боль­шин­стве своем неусид­чи­вый и гипе­р­ак­тив­ный, с син­дро­мом дефи­цита вни­ма­ния, отя­го­щен­ный непо­мер­ными домаш­ними зада­ни­ями, нахо­дя­щийся в веч­ном цейт­ноте из-за увле­че­ния бес­ко­неч­ными новин­ками про­гресса, в состо­я­нии сам оси­лить такое коли­че­ство пус­кай даже самых зани­ма­тель­ных стра­ниц за корот­кий про­ме­жу­ток вре­мени. И тогда мне захо­те­лось уточ­нить у школь­ни­ков, сколько вре­мени необ­хо­димо им для про­чте­ния такой книги, пер­вый том кото­рой по объ­ему усту­пал лишь только «Войне и миру» Льва Тол­стого. Но «Войну и мир» когда-то изу­чали в школе без конца и без начала на про­тя­же­нии бес­ко­неч­ных меся­цев, а тут такой потря­са­ю­щий фено­мен: книгу бук­вально про­гла­ты­вают, как гам­бур­геры в «Мак­до­нал­дсе» вечно спе­ша­щие уви­деть все досто­при­ме­ча­тель­но­сти туристы.

К моему вели­кому удив­ле­нию, искрен­ность детей лишь только оза­да­чила меня. Мно­гие из них при­зна­лись, что вообще не откры­вали «Гарри Пот­тера». Для чего, зачем им надо эту книгу откры­вать? В шко­лах есть теперь клубы фана­тов маль­чика-очка­рика, где Вам все рас­ска­жут о нем, если поже­ла­ете. В неко­то­рых из гим­на­зий сей­час даже стали про­во­дить факуль­та­тивы и уроки, посвя­щен­ные столь попу­ляр­ному вол­шеб­нику. Ну конечно, книги они поку­пают. Это модно, кто же их не поку­пает. И осо­бенно тогда, когда выхо­дит новый том и всю ночь кай­фу­ешь, стоя в оче­реди за ним возле мага­зина, где обычно соби­ра­ются такие же фанаты, ино­гда даже с родителями.

– Это же так здо­рово, – дели­лась со мной зна­ко­мая девочка, посто­ян­ная участ­ница уже став­ших хре­сто­ма­тий­ными таких собы­тий. – Мы соби­ра­емся все вме­сте и куч­ку­емся. Бол­таем. Ждем. И все это под звезд­ным небом. И в этом тоже есть что-то магическое.

– А что тебе известно об авторе книги? – попы­та­лась уточ­нить я у дру­гой посто­ян­ной «фанатки». – Она тоже маг?

– Да что Вы. Она раньше была такой бед­ной, такой бед­ной, – искренне рас­чув­ство­ва­лась моя юная собе­сед­ница, девочка из семьи новых рус­ских, не зна­ю­щая, что кроме пти­чьего молока есть и коро­вье, – такой бед­ной, что трудно представить.

– Что же трудно пред­ста­вить? – попы­та­лась все-таки уточ­нить я.

– Да ей при­шлось напе­ча­тать свою первую книжку на какой-то пишу­щей машинке, пред­став­ля­ете, у нее не было даже компьютера.

– Пред­став­ляю, – успо­ко­ила девочку я, почему-то почув­ство­вав себя вдруг послед­ней из могикан.

Но на этом, к сожа­ле­нию, все позна­ния моей собе­сед­ницы об авторе книги начи­на­лись и закан­чи­ва­лись. Оче­видно, про­сто больше ей учи­тель­ница в школе не сооб­щила ничего осо­бен­ного, потряс­шего пси­хику совре­мен­ного ребенка. Вот пишу­щая машинка – это да. А вол­шеб­ство – это такая обыденность.

Нет, моя юная собе­сед­ница и не соби­ра­лась утруж­дать себя чте­нием тол­стых книг, хотя охотно поку­пала их в пода­рок своим тоже нечи­та­ю­щим подру­гам, ста­но­вя­щимся бла­го­даря ей также такими же «страст­ными» фана­тами Гарри Пот­тера, как и она.

– Пони­ма­ете, сей­час модно иметь Гарри Пот­тера дома, – разъ­яс­няла она мне, все еще про­дол­жав­шей зада­вать ей наво­дя­щие вопросы, – хотя дети все ждут только филь­мов, в них за два часа узна­ешь все.

Вот и раз­бе­рись, читают ли все совре­мен­ные фанаты Гарри Пот­тера книги о нем или нет. Во вся­ком слу­чае, делают вид, что читают, не без помощи отве­ча­ю­щих за это чте­ние взрос­лых, обу­ча­ю­щих их лице­ме­рию. А то, что сомне­ние мое вовсе не бес­поч­венно, под­твер­ждает недав­ний опрос бри­тан­ских иссле­до­ва­те­лей по поводу чте­ния англи­ча­нами наи­бо­лее попу­ляр­ных в Вели­ко­бри­та­нии на сего­дняш­ний день десяти книг, среди кото­рых клан Гарри Пот­тера был пред­став­лен кни­гой «Гарри Пот­тер и Фило­соф­ский камень». Ока­за­лось, что треть всех опро­шен­ных для того, чтоб «казаться начи­тан­ными и куль­тур­ными», при­ви­рают отно­си­тельно чте­ния этих книг, сознав­шись иссле­до­ва­те­лям, что «если их спро­сят о том или ином про­из­ве­де­нии, то они ска­жут, что читали его, даже если не имеют ни малей­шего пред­став­ле­ния о том, что вообще за книги и о чем там речь». Этот опрос про­во­дился среди взрос­лых людей, а что тогда можно ска­зать нам о детях, где боязнь быть хуже дру­гих дости­гает гло­баль­ных мас­шта­бов, а жела­ние под­ра­жать, чтобы быть не хуже дру­гих, пере­хле­сты­вает все гра­ницы доз­во­лен­ного. Да, жела­ние быть не хуже дру­гих, а стать лучше, дик­туя нам свои усло­вия, спо­собно даже дойти до абсурда. Невольно вспо­ми­на­ется слу­чай, когда я, делая дис­сер­та­цию и изу­чая нервно-пси­хи­че­ское раз­ви­тие ребенка, ходила по дет­ским садам города, дого­ва­ри­ва­ясь с мето­ди­стами, чтобы мне раз­ре­шали на заня­тиях в груп­пах давать детям необ­хо­ди­мые для моей работы зада­ния, резуль­таты кото­рых я должна была ана­ли­зи­ро­вать. При­чем эти зада­ния дети выпол­няли бы в моем присутствии.

Обычно моей просьбе не пре­пят­ство­вали. Но в одном образ­цово-пока­за­тель­ном дошколь­ном учре­жде­нии заслу­жен­ный мето­дист обла­сти, ссы­ла­ясь на заня­тость детей, попро­сил меня оста­вить ему зада­ние и зайти за ним на сле­ду­ю­щий день, убе­див меня в том, что про­сле­дит за пра­виль­но­стью выпол­не­ния всего необ­хо­ди­мого сам. Побла­го­да­рив его за любез­ность, не подо­зре­вая ника­кого под­воха, я спо­койно ему объ­яс­нила, что согласна на это усло­вие, потому что зада­ние состоит только в том, чтоб трех­лет­ние дети нари­со­вали мне круг.

На сле­ду­ю­щий день сама заве­ду­ю­щая образ­цово-пока­за­тель­ным дет­ским садом в при­сут­ствии мето­ди­ста вру­чила мне работы своих воспитанников.

– Ну как? – испы­ту­юще смот­рела она на меня, не скры­вая, что ждет при­выч­ного одоб­ре­ния. – Наши дети не под­вели? Их нервно-пси­хи­че­ское раз­ви­тие на высоте, не правда ли, ведь в нашем дошколь­ном учре­жде­нии мы при­ме­няем к каж­дому ребенку инди­ви­ду­ально-лич­ност­ный под­ход, – с заучен­ным пафо­сом про­воз­гла­шала она, пере­пу­тав свое дирек­тор­ское кресло с три­бу­ной, а меня – с чле­нами оче­ред­ных комиссий.

Но я, тоже лишь рату­ю­щая за инди­ви­ду­ально-лич­ност­ный под­ход, мол­чала в ответ, неожи­данно вдруг пони­мая всю абсурд­ность такого под­хода, во вся­ком слу­чае, в этом образ­цово-пока­за­тель­ном дошколь­ном учре­жде­нии, потому что… Потому что все 30 детей трех­лет­него воз­раста, на кото­рых, уже без сомне­ния, рас­про­стра­нялся этот под­ход, совер­шенно оди­на­ково, как под копирку, выпол­нили это доста­точно слож­ное, но уже выпол­ни­мое, пус­кай даже условно, зада­ние – их круги ока­за­лись самим совер­шен­ством, если бы не одно «но»… такой круг был под силу лишь цир­кулю, а не ребенку столь неж­ного возраста.

– Да, конечно, судя по резуль­та­там, ваши дети по этому пока­за­телю настолько опе­ре­жают нервно-пси­хи­че­ское раз­ви­тие трех­ле­ток в дру­гих дошколь­ных учре­жде­ниях, – нако­нец все-таки реши­лась отве­тить ей я, – что…

– Да, да, да. Нам об этом известно, – лико­вали заве­ду­ю­щая и мето­дист, при­вык­шие убла­жать все комиссии.

– Что… – про­дол­жила я, – что мне даже трудно пред­ска­зать насколько. Ведь зада­ние было дано только с целью понять, как они ну хотя б начи­нают рисо­вать… этот круг… При­бли­жа­ется ли он у них хотя б как-то к своей всем извест­ной нам форме, потому что в три года ребенку выпол­нить иде­ально такое зада­ние невоз­можно, если он в буду­щем не Пикассо. До сих пор я счи­тала, что это все так, но сей­час поняла, что есть дети, пре­взо­шед­шие даже Пикассо, дети-цир­кули… дети, кото­рые заме­нить могут цир­куль… И они все собра­лись здесь, в вашем саду.

Заве­ду­ю­щая и мето­дист опу­стили глаза, а когда я уже ухо­дила, попро­сили: об этом ни слова, и осо­бенно в дру­гих садах. Вино­ваты во всем вос­пи­та­тель­ницы. Им хотелось…

Им хоте­лось, оче­видно, того же, что и рекла­мо­да­те­лям самого-самого луч­шего из совре­мен­ных дет­ских бест­сел­ле­ров, воз­нес­шего автора на вер­шину чита­тель­ского олимпа, бла­го­даря вол­шеб­ству именно тех магов и кол­ду­нов, с кото­рых она спи­сы­вала свои персонажи.

Ско­рее всего, и без этой лавины все­воз­мож­ных реклам­ных трю­ков «Гарри Пот­тер», выйдя в свет, нашел бы своих поклон­ни­ков и почи­та­те­лей, при­чем более искрен­них и пре­дан­ных, в самом деле чита­ю­щих книги и насла­жда­ю­щихся ими, хотя, навер­ное, вот тогда бы из-за побоч­ных вли­я­ний этого чте­ния про­сла­вив­ше­муся изда­нием этой эпо­пеи изда­тель­ству при­шлось бы пре­рвать свой бес­ко­неч­ный кон­тракт на про­дол­же­ние книги с Джоан Роулинг.

Во вся­ком слу­чае, сей­час мы уже имеем эффекты Гарри Пот­тера, свя­зан­ные с пси­хи­кой ребенка, при­чем в основ­ном не с поло­жи­тель­ным вли­я­нием на уве­ли­че­ние коли­че­ства детей, сев­ших за книгу и нако­нец-то начав­ших читать. Как это ни каза­лось бы пара­док­саль­ным, но один из вол­ну­ю­щих спе­ци­а­ли­стов сего­дня из уже обна­ру­жен­ных «эффек­тов» Гарри Пот­тера свя­зан именно с этим нескон­ча­е­мым чте­нием, потому что мно­гих из истин­ных фана­тов малень­кого вол­шеб­ника, с упо­е­нием сле­дя­щих за его при­клю­че­ни­ями, под­жи­дает «Хогвартс-син­дром». Так назвал англий­ский врач Бен­нет пере­утом­ле­ние глаз у фана­тов Пот­тера и при­ступы силь­ной голов­ной боли в связи с этим.

При­чем чем больше будет истин­ных чита­ю­щих фана­тов у юного Гарри и чем длин­нее будет повест­во­ва­ние о нем, тем резче воз­рас­тает веро­ят­ность появ­ле­ния свое­об­раз­ной эпи­де­мии этого «Хогвартс-син­дрома».

Так что как все-таки будет лучше – чтоб ребе­нок Ваш много читал или нет, решать Вам и ребенку.

В то же время в те дни, когда вновь появ­ля­ются новые книги «пот­те­ри­аны», истин­ные фанаты Гарри бла­го­даря запой­ному чте­нию (или пере­ли­сты­ва­нию книги), выяс­няя даль­ней­шие судьбы героев, забы­вают про драки и все­воз­мож­ные агрес­сив­ные спо­собы выяс­не­ния отно­ше­ний. Насту­пает свое­об­раз­ный период гар­ри­пот­те­ров­ского зати­шья. Во вся­ком слу­чае, в эти дни, как утвер­ждают англий­ские медики, наблю­да­ется рез­кое сни­же­ние дет­ского травматизма.

А, по мне­нию автора книги «Тай­ный язык детей», дет­ского пси­хо­лога Лоуренса Шапиро, под­ра­жая уро­кам в школе про­фес­сора Люпина, обу­ча­ю­щего малень­ких вол­шеб­ни­ков не бояться своих стра­хов путем пре­вра­ще­ния их из неви­ди­мых в види­мые, да при этом еще делая их смеш­ными, почи­та­тели Гарри Пот­тера тоже смо­гут вос­поль­зо­ваться подоб­ным мето­дом для осво­бож­де­ния себя от своих соб­ствен­ных страхов.

Однако извест­ный спе­ци­а­лист по дет­ским фобиям и стра­хам, про­фес­сор пси­хо­ло­гии Тол Оллен­дик с этим мето­дом явно не согла­сен, потому что боя­ще­муся ребенку, как он счи­тает, гораздо важ­нее реаль­ное воз­дей­ствие с объ­ек­том, а не с вымыслом.

К тому же, по мне­нию дру­гого про­фес­сора пси­хо­ло­гии, Дже­рома Син­гера, все уча­ща­ю­щи­еся «подвиги» глав­ного героя в борьбе со злом спо­собны сами напу­гать юных чита­те­лей книги.

А в Гер­ма­нии мно­гие оза­бо­чены тем, что чер­ная магия, про­слав­ля­е­мая в книге, не в луч­шую сто­рону может повли­ять на пси­хику малень­ких детей. Вообще в этой стране, так же как и в сосед­них с ней Австрии и Швей­ца­рии, не говоря уже о самой Англии – родине Гарри Пот­тера, про­тив­ники книги орга­ни­зо­вали даже теле­фон­ные линии, бла­го­даря кото­рым можно выска­зать свое воз­му­ще­ние и изба­виться от нако­пив­ше­гося раздражения.

А раз­дра­жает в «Гарри Пот­тере» мно­гое, и каж­дый, кто хочет, нахо­дит в этой нескон­ча­е­мой эпо­пее для себя соб­ствен­ные нега­тив­ные моменты: ее обви­няют и в оккуль­тизме, и в сата­низме, и в рели­ги­оз­ном экс­тре­мизме, и даже в сек­сизме (роль маль­чи­ков завы­шена). И даже в фами­лии глав­ного героя, как и в име­нах неко­то­рых пер­со­на­жей, после линг­ви­сти­че­ских экс­пер­тиз пред­по­ла­гают намеки на про­па­ганду нар­ко­ти­ков. Ну хотя бы, по мне­нию пре­зи­дента Линг­ви­сти­че­ской ассо­ци­а­ции Малай­зии, корень «пот» в фами­лии Пот­тер на сленге нар­ко­ди­ле­ров озна­чает не что иное, как мари­ху­ану. Кроме того, и пове­де­ние юного вол­шеб­ника, когда он летает и рас­тво­ря­ется в воз­духе, – это обыч­ное состо­я­ние нар­ко­мана, его ощу­ще­ние, кото­рое он про­еци­рует на окру­жа­ю­щий мир.

Одни недо­вольны, дру­гие пре­воз­но­сят все до небес. А в уни­вер­си­тете города Аде­ла­ида в Австра­лии решили вве­сти даже курс чаро­дей­ства и шама­низма для студентов.

А зна­ме­ни­тая гол­ли­вуд­ская дива Николь Кид­ман счи­тает, что, чтобы стать супер­ма­мой, ей надо сыг­рать хотя бы эпи­зо­ди­че­скую роль в кино­э­по­пее про юного вол­шеб­ника и при­ве­сти своих детей – фана­тов Гарри на съе­моч­ную пло­щадку фильма.

И даже пер­вый богач пла­неты Билл Гейтс впал в дет­ство, решив сняться в пре­зен­та­ци­он­ном видео­ро­лике в роли… Гарри Поттера…

А аме­ри­кан­ский аст­ро­навт Билл Макар­тур зака­зал фильм «Гарри Пот­тер и кубок огня» на борт меж­ду­на­род­ной кос­ми­че­ской стан­ции. В общем, пот­те­ро­ма­ния захва­тила не только детей, но и трез­вые взрос­лые головы. Неда­ром само слово «мания» само за себя уже все говорит.

И сколько бы ни ругали и осуж­дали Джоан Роулинг, вплоть до выска­зы­ва­ний типа, что ее книги – это плод вырож­де­ния англий­ской лите­ра­туры, она на коне, а ее фан­та­зии и вооб­ра­же­ние сумели взбу­до­ра­жить весь мир… «этот безум­ный, безум­ный… мир». Наш инфан­тиль­ный, потре­би­тель­ский мир, в кото­ром роли муль­ти­ви­та­ми­нов могут выпол­нять Барби, Кены и… Гарри Поттеры…

При­чем для всего этого надо только про­бить голо вой стену лон­дон­ского вок­зала на плат­форму 9 и 3/4.

И дети дей­стви­тельно стали биться голо­вой о стену в поис­ках все­мо­гу­ще­ства и несрав­нен­ного дара, забыв, что они люди, а вовсе не маги.

Без­условно, каж­дый ребе­нок, как и взрос­лый (только взрос­лый не гово­рит об этом вслух), меч­тает о чуде в своей судьбе. Что, соб­ственно, уже и про­изо­шло с самим авто­ром книги Джоан Роулинг. Надежды – это фун­да­мент чело­века. Но они не осу­ществ­ля­ются с помо­щью зелья. Ради их осу­ществ­ле­ния надо дей­ство­вать. И это дей­ствие не должно быть свя­зано с наси­лием. А в книге силы добра побеж­дают своих вра­гов именно им. И люди, даже не отда­вая себе в этом отчета, ждут именно его. Да, да, вся мно­го­чис­лен­ная ауди­то­рия чита­те­лей или нечи­та­те­лей Джоан Роулинг, а вер­нее, поклон­ни­ков Гарри Пот­тера, ожи­дая завер­ша­ю­щую часть эпо­пеи, занята лишь одним и тем же вопро­сом – кто будет убит? И даже сам король ужа­сов – Сти­вен Кинг при­знался как-то писа­тель­нице в том, что она напу­гала его. Напу­гала короля этого жанра!

Но ведь книги читают и дети. И, зная, как попу­лярна пот­те­ро­ма­ния в послед­нее деся­ти­ле­тие (может быть, еще до их рож­де­ния), хотя бы у их роди­те­лей, счи­тают подоб­ное своим обра­зом жизни, в кото­ром наси­лие – норма, а тем более – бла­го­род­ное наси­лие. Правда, наси­лие, тож­де­ствен­ное бла­го­род­ству, это нон­сенс из нонсенсов.

И хотя мно­гие спе­ци­а­ли­сты сего­дня за то, чтобы дети, как взрос­лые, знали бы о наси­лии в жизни, они про­сто забыли о том, когда сами когда-то были детьми и как реа­ги­ро­вали на подоб­ное, какой выплеск эмо­ций вызы­вали у них эти сцены.

А подоб­ные сцены в «Гарри Пот­тере» посто­янно сле­дуют одна за дру­гой, вплоть до чело­ве­че­ских жерт­во­при­но­ше­ний. Да и сама атмо­сфера книг все чаще и чаще ста­но­вится нагне­та­ю­щей. При­чем зло – при­вле­ка­тельно! И любой уче­ник школы магов по сво­ему усмот­ре­нию, если вдруг пред­по­чтет всему силу и власть, может стать злым вол­шеб­ни­ком, гораздо опас­нее вось­мой феи из зна­ме­ни­той сказки Шарля Перро «Спя­щая кра­са­вица», пред­ска­зав­шей ново­рож­ден­ной прин­цессе ужас­ное буду­щее. При­чем, как ока­за­лось, недавно най­ден­ный пер­во­на­чаль­ный конец сказки был тоже настолько далек от какого-то совер­шен­ства, что его даже при­шлось пере­де­лы­вать, чтобы окон­ча­тельно не разо­ча­ро­вы­вать чита­те­лей. И все только из-за того, что у моло­дой феи, сумев­шей все-таки как-то, когда-то ниве­ли­ро­вать закля­тие не при­гла­шен­ной на бал злой вось­мой феи, «появи­лись новые заботы и новые про­теже» и ее магия была отдана дру­гим. А сила и власть над судь­бой злой вось­мой феи лишь вновь расцвела.

А что же сего­дня для совре­мен­ного ребенка может быть пред­по­чти­тель­нее вла­сти и силы?

Да этот же сим­биоз озна­чает бук­вально все. Ведь даже власть над сво­ими ровес­ни­ками, не говоря уже о роди­те­лях и учи­те­лях, может сде­лать детей все­мо­гу­щими. И к тому ж ты еще попа­дешь в эли­тар­ный круг избран­ных и про­жи­вешь осле­пи­тельно яркую жизнь, а не серую жизнь маг­лов. Совре­мен­ный поклон­ник Гарри Пот­тера вряд ли даже иден­ти­фи­ци­рует эту серость с собой, не пони­мая, что маглы – это он сам и его совре­мен­ники, поль­зу­ю­щи­еся ком­пью­те­рами и все­воз­мож­ной быто­вой тех­ни­кой, но тем не менее веду­щие уди­ви­тельно уны­лый и скуч­ный образ жизни.

И живу­щие в фан­та­сти­че­ски-ска­зоч­ной сего­дняш­ней реаль­но­сти дети, когда можно уже совер­шить даже про­стую тури­сти­че­скую поездку в кос­мос, под­па­дая под вли­я­ние оба­я­тель­ного очка­рика – «про­сто Гарри», упи­ва­ются давно про­пи­тан­ным наф­та­ли­ном оккуль­тиз­мом, потому что для них и кос­ми­че­ский туризм, и неве­ро­ят­ные циф­ро­вые тех­но­ло­гии – это уже обыч­ная маг­лов­ская рутин­ная реаль­ность, без осо­бой изю­минки. А так хочется жить всем в вол­шеб­ном, потря­са­ю­щем мире, где про­блемы реша­ются по мано­ве­нию твоей руки, взма­хи­ва­ю­щей вол­шеб­ной палочкой.

Правда, для этого еще жела­тельно стать Гарри Пот­те­ром. И дети пыта­ются им стать, не заду­мы­ва­ясь – хорошо это или плохо, и тем более что мысль книги – «про­сто Гарри» – лиш­ний раз под­твер­ждает, что он точно такой же, как его совре­мен­ники, как все дети вокруг. Он как все. Любой может когда-то стать Гарри. И, гоня­ясь за этой меч­той, Ваш ребе­нок уже под­ра­жает ему, и не только лишь внеш­но­стью, но и выпи­тыми напитками.

И теперь уже вол­шеб­ная палочка Гарри пре­вра­ща­ется в пана­цею от всех бед. А гар­ри­пот­те­ризм посе­ля­ется в душе ребенка, и ребе­нок бежит от реаль­но­сти, но уже не в свой, выду­ман­ный им когда-то для себя обособ­лен­ный мир, как воз­можно в ком­пью­тер­ных играх, а пыта­ется снять хотя б угол в квар­тире мира Поттера.

Ваш ребе­нок ста­но­вится или пыта­ется стать фана­том вымыш­лен­ного героя, чело­века, кото­рого не суще­ствует, чело­века, кото­рого вовсе нет, да и нико­гда раньше не быв­шего. Поста­рай­тесь заду­маться сами, чело­века, кото­рого не суще­ствует… И при этом еще он бежит от реаль­но­сти. Но… уход от реаль­но­сти, по мне­нию ряда иссле­до­ва­те­лей, это один из основ­ных спо­со­бов пере­ра­ботки отри­ца­тель­ных эмо­ций, так назы­ва­е­мый поле­вой. И когда Ваш ребе­нок стре­мится к нему, да еще и так страстно, – сколько же отри­ца­тель­ных, нега­тив­ных эмо­ций нако­пи­лось в нем и сколько копится?

А ведь Ваш ребе­нок не оди­нок. Неда­ром уже этот пыла­ю­щий фана­тизм полу­чил даже соб­ствен­ное назва­ние – «пот­те­ро­ма­ния». Так что прежде чем поощ­рять гар­ри­пот­те­ров­ский фана­тизм Вашего отпрыска, отрез­ви­тесь и сами – как, что, почему… Почему Вашему милому, доб­рому и наив­ному ребенку стало тесно вдруг в нашем мире и он рвется в дру­гой, зага­доч­ный мир? Почему ему хочется стать Гарри Пот­те­ром? Быть не тем, кем он есть. Стать вер­ши­те­лем судеб. Выде­ляться в среде осталь­ных. Зна­чит… он не дово­лен собой. Почему так низка его само­оценка? Или, наобо­рот, высока, что встре­ча­ется реже.

Но самое глав­ное, что пора­жает в этом фено­мене, – это пора­зи­тель­ная спо­соб­ность под­да­ваться гип­нозу того, чего нет. Взять хотя бы нашу­мев­шее в Рос­сии отрав­ле­ние 20 ново­си­бир­ских школь­ни­ков мед­ным купо­ро­сом, когда 20 совер­шенно пси­хи­че­ски здо­ро­вых чет­ве­ро­класс­ни­ков доб­ро­вольно выпили вол­шеб­ный напи­ток, сде­лан­ный по гар­ри­пот­те­ров­скому рецепту вось­ми­класс­ни­ками этой школы, не про­те­стуя, пере­пу­тав реаль­ную жизнь с нереальной.

А что вось­ми­класс­ники? Пре­красно зная, что мед­ный купо­рос – это яд, какое «добро» тво­рили они, глу­мясь не про­сто над детьми младше себя, а под­вер­гая серьез­ной опас­но­сти их жизни? Ведь подоб­ное могло про­изойти и где-то в дале­кой глу­бинке, где школь­ни­кам не смогли бы ока­зать меди­цин­скую помощь.

Ско­рее всего, все эти эффекты, фено­мены и син­дромы Гарри Пот­тера у совре­мен­ных детей – это вызов роди­те­лям и учи­те­лям. И чтобы они пол­но­стью не окку­пи­ро­вали бы их, добав­ляйте хотя бы гомео­па­ти­че­ские дозы еже­днев­ного вол­шеб­ства своим детям. Помните, что вол­шеб­ная палочка для них – это Вы. И конечно же не кри­ча­щие и поуча­ю­щие, а любя­щие и все пони­ма­ю­щие, уде­ля­ю­щие мак­си­мум воз­мож­ного для Вас вре­мени сво­ему ребенку. Ведь от Вас зави­сит гораздо больше, чем вы даже пред­по­ла­га­ете, – ста­нет ли дей­стви­тельно Ваш ребе­нок насиль­ни­ком или бор­цом за Добро.

Только вот какими спо­со­бами и мето­дами он все это будет дости­гать? Ведь прак­ти­че­ская магия сего­дня может озна­чать не только оккуль­тизм. И среди нас, маг­лов, есть реаль­ные вол­шеб­ники, создав­шие фан­та­сти­че­скую, ска­зоч­ную явь без каких-то зелий или риту­а­лов, про­сто своим соб­ствен­ным умом.

И навер­ное, не стоит зани­мать детям «ум» у Гарри Пот­тера сего­дня, пре­тво­ряя в жизнь его рецепты. Кстати, бол­гар­ские свя­щен­ники пра­во­слав­ной церкви в городе Русе обна­ру­жили, что все рас­те­ния и веще­ства, при­ме­ня­е­мые для кол­дов­ства в этой книге, ядо­виты и жиз­ненно опасны. Так что исто­рия с мед­ным купо­ро­сом это еще не самое страш­ное, когда суть фана­тизма – безум­ное подражание.

И поэтому, когда ребе­нок под­ра­жает Гарри Пот­теру в его высо­ких начи­на­ниях – это поло­жи­тель­ный момент, но когда готов он на обряды чер­ной магии – совсем дру­гое, потому что под­со­зна­ние его рас­пах­нуто для чуж­дого вли­я­ния. Да еще какого… Так что поль­зуй­тесь тем, что пока оно еще открыто лишь для Вас. Напол­няйте его содер­жа­нием, где будет власт­во­вать добро, за кото­рое при­хо­дится бороться. Но бороться самим, а не с помо­щью вол­шеб­ных палочек.

Помните, что если Ваш ребе­нок искренне захо­чет почему-то пре­вра­титься в Гарри Пот­тера, то, ско­рее всего, он все время ощу­щает себя в Вашем доме и в семье, так же как и сам Гарри до Хогвартса, никому не нуж­ным, ни на что не год­ным и заком­плек­со­ван­ным подкидышем.

Не желая все-таки сми­ряться с такой неза­вид­ною судь­бой, он меч­тает войти в круг для избран­ных и все­мо­гу­щих… И, меч­тая, рвется к соб­ствен­ной мечте… И… наде­ется на вол­шеб­ство. Вол­шеб­ство какой-то помощи и пони­ма­ния. На все то, чего у него нет.

А ведь это могли дать ему бы Вы и сами. Но Вам неко­гда, у Вас… мечты дру­гих мас­шта­бов и совсем иного содер­жа­ния – как одеть его и как обуть, где, когда, какое дать обра­зо­ва­ние. О каком же вол­шеб­стве вообще может идти здесь речь?

Зато с Пот­те­ром это воз­можно. Он же сам про­шел свой соб­ствен­ный и тяж­кий путь – от замо­рыша до гени­аль­ней­шего мага. Так что сле­дом за ним! Побе­жим по про­ло­жен­ным им для дру­гих следам.

И бегут сего­дня мил­ли­оны детей от самих себя и от нас с Вами, от своей при­выч­ной недо­лас­кан­но­сти и от нашей нелюбви к ним, рав­но­ду­шия к зама­я­чив­шей где-то мечте – стать такими, чтобы не нуж­даться в этой ласке и в этой любви, без кото­рых горько на земле. Ну а как ты этого добьешься – кол­дов­ством или нет, – без­раз­лично. Был бы только нуж­ный резуль­тат. Это главное.

И пус­кай ходят слухи о том, что мама Гарри Пот­тера – это команда спе­ци­а­ли­стов, при­ме­ня­ю­щая посто­янно нуж­ные для дан­ного эффекта пси­хо­тех­ники, что это про­сто-напро­сто реклам­ный трюк-про­ект, детей это вовсе не вол­нует – им доста­точно своих интриг. У них появился новый идол. Ну а идо­лам ведь надо покло­няться, и они осу­ществ­ляют это, покло­ня­ясь без конца и края.

И пожа­луй, глав­ное из глав­ного в этой мании и покло­не­нии то, что наших детей больше тянет все-таки Добро… И они пред­по­чи­тают из всего его… Но… Добру везет обычно только в сказ­ках, хотя в жизни оно побеж­дает не все­гда. Да к тому ж как очер­тить гра­ницу – где конец Добра, начало зла. Ведь гра­ница часто так рас­плыв­чата, и у каж­дого она своя. Да и есть ли у Добра и зла кате­го­рия коли­че­ства и качества?

К слову, «Гарри Пот­тер» – это вовсе не пер­вая книга, взбу­до­ра­жив­шая целый свет бес­ко­неч­ной веч­ной борь­бой между силами Добра и зла. Эту тему затро­нул когда-то Тол­киен в «Вла­сте­лине колец», Клайв Льюис в своих «Хро­ни­ках Нар­нии». Та же тема борьбы и про­ти­во­сто­я­ния этих двух состав­ля­ю­щих нашего мира, та же помощь вол­шеб­ни­ков, необ­хо­ди­мая для победы Добра, и при­мерно такой же тогда фана­тизм поклон­ни­ков, но без этих кос­ми­че­ских сумм на рекламу. И сей­час эти книги как феникс вос­стали из пепла, став сюже­тами оска­ро­нос­ных или же попу­ляр­ней­ших фильмов.

Но… ценя вол­шеб­ство ска­зоч­но­сти побед в вымыш­лен­ных мирах, я невольно все­гда вспо­ми­наю печаль­ную явь – словно факел, пыла­ю­щий трост­ни­ко­вый корабль…

Ярко-жут­кое зре­лище пепла надежд леген­дар­ного Тура Хей­ер­дала. Он, меч­тав­ший, чтоб люди Земли, раз­ных наци­о­наль­но­стей, веро­ис­по­ве­да­ний, раз­ных рас, раз­ного цвета кожи нашли б один общий язык на пла­нете – язык мир­ного сосу­ще­ство­ва­ния, дока­зал, что такое воз­можно и даже в экс­тре­маль­ных усло­виях жизни. Начав в 1977 году экс­пе­ди­цию «Тиг­рис» с интер­на­ци­о­наль­ной коман­дой, бороздя почти целых пол­года Индий­ский океан на судне из спе­ци­аль­ного трост­ника, он уви­дел, как люди помо­гают друг другу, несмотря на бук­вально поляр­ные, а вер­нее, гло­баль­ные свои раз­ли­чия. Но такое воз­можно было лишь в оке­ане, на земле цар­ство­вали дру­гие порядки. «Тиг­рис» вдруг ока­зался в зоне кон­фликта – в зоне новой войны на Ближ­нем Востоке: войны в Сомали и Эритрее.

Яростно про­те­стуя про­тив анти­гу­ман­ного, совер­ша­е­мого людьми на пла­нете, зна­ме­ни­тый иссле­до­ва­тель дал при­каз под­жечь «Тиг­рис», пре­вра­тив­шийся уже лишь в пепел надежд. И хотя эту акцию под­дер­жала ООН, Добро было повер­жено злом. Жаль, что не ока­за­лось вол­шеб­ни­ков рядом, что такой дефи­цит их на нашей Земле. А у смерт­ных в руках не бывает пало­чек Гарри Поттера.

Но тем не менее в честь уже зна­ме­ни­той мамы «Гарри» назвали пла­нету да в при­дачу еще дино­завра. Она стала самой бога­той жен­щи­ной в Англии и вто­рой в списке рей­тинга жур­нала «Форбс» из 20 самых бога­тых жен­щин шоу-биз­неса на нашей планете.

Да, да, шоу-биз­неса. К сожа­ле­нию, именно шоу-биз­нес управ­ляет сего­дня созна­нием наших детей, пре­вра­щая их жизнь тоже в шоу.

А мы с вами – в тени. Там удоб­нее. Наши мысли – сплош­ная мани­лов­щина: про­сто хочется, чтобы Добро побеж­дало бы зло без каких бы то либо вол­шеб­ных пало­чек Гарри Пот­тера, так же как бы и без уча­стия нас… Зна­чит, новые «Тиг­рисы» снова будут гореть.

И не будут уже нико­гда люди пони­мать думы друг друга, как когда-то, еще до эпохи Вави­лон­ского столпотворения.

Может быть, уже все же пора посе­лять, нако­нец, нам детей в совре­мен­ном, сего­дняш­нем мире, объ­яс­няя то, что вол­шеб­ство – это наша реаль­ность: с изу­мруд­ной тра­вой с капель­ками зер­каль­ной росы, с этой пеня­щейся, как шам­пан­ское, вет­кою бело­снеж­ной сирени, с золо­той, словно солнце, ака­цией, розо­вым, как надежда, фла­минго… Все вокруг вол­шеб­ство, как мы сами… Жаль, что это мы не понимаем.

К вол­шеб­ству тоже можно при­вык­нуть. И оно вызы­вает оско­мину, от кото­рой порою бежим мы в дру­гой, нам не ведо­мый мир, хотя он более про­за­ич­ный, но рас­цве­чен лишь мни­мой доступ­но­стью. И мы с Вами живем мни­мой жиз­нью, а тем более дети, со сво­ими фан­та­зи­ями. Так что мании будут все­гда, мании пер­ма­нентны, в них меня­ются только назва­ния. И какая нам раз­ница – «пот­те­ро­ма­ния» или же «бит­ло­ма­ния» уве­дет из реаль­ного мира, а вер­нее, от нас за собой зав­тра наших детей? Что мы делаем с Вами, чтобы этого не было?

* * *

А сего­дня уже Джоан Роулинг, пере­чи­тав нако­нец всю свою зна­ме­ни­тую эпо­пею о юном вол­шеб­нике, несмотря на то, что о завер­ше­нии ее напи­сала на обрат­ной сто­роне мра­мор­ной ста­туи гре­че­ского бога Гер­меса в отеле «Бал­мо­рал» в Эдин­бурге: «Дж. Роулинг закон­чила писать книгу “Гарри Пот­тер” в этой ком­нате (652) 11 января 2007», неожи­данно решила вдруг, спу­стя целых пять лет, пере­пи­сать две свои зна­ме­ни­тые книги из семи.

«Я точно знаю, что пара книг о Гарри Пот­тере нуж­да­ются в дора­ботке. Во время их напи­са­ния мне при­хо­ди­лось рабо­тать в жест­ких вре­мен­ных рам­ках, ино­гда бывало дей­стви­тельно сложно. Я пере­чи­ты­ваю их и думаю: “Боже, может сто­ить вер­нуться назад и напи­сать автор­скую вер­сию”», – обна­ро­до­вала писа­тель­ница в своем интервью.

Так какая же вер­сия, если она была не автор­ской, зазом­би­ро­вала сердца юных фана­тов Джоан Роулинг? И не про­сто зазом­би­ро­вала, а вызвала общее безу­мие, во вся­ком слу­чае, сооб­щая о выходе послед­него тома, «Спе­шите при­со­еди­ниться к общему безу­мию!» – при­зы­вал один из сай­тов фана­тов Гарри Поттера.

А каким сле­ду­ю­щим «безу­мием» будут зазом­би­ро­ваны наши дети?

Ведь конечно же вряд ли мать-геро­иня Гарри Пот­тера, став­шая рекорд­смен­кой по гоно­ра­рам в дет­ской лите­ра­туре, попав­шая даже в Книгу рекор­дов Гин­несса, книги кото­рой печа­та­лись на 63 язы­ках и рас­про­стра­ни­лись по свету в более чем 300 мил­ли­о­нах экзем­пля­ров, про­дол­жит свое кол­дов­ство над остав­ши­мися в живых пер­со­на­жами. И хотя она в самом деле решила не про­дол­жать уже свою эпо­пею, тем не менее, заду­мала новую книгу для детей, сюжет кото­рой рас­счи­тан на все­лен­ную Гарри Поттера.

И все это легко объ­яс­нимо, ведь сумела же она на своем нере­аль­ном мире ско­ло­тить такое реаль­ное состо­я­ние. Видимо, и Джоан Роулинг при­дется стать маг­лом, опу­стив­шись на нашу брен­ную землю, по кото­рой при­дется ходить, не летая, как Гарри, на вол­шеб­ной метле.

И все-таки, если мать Гарри Пот­тера не явля­ется созда­те­лем автор­ской вер­сии его, кто отец этого юного волшебника?

Рокорэпопопс-дети

(Если Ваш ребенок любит рок, рэп, попсу…)

Да, дей­стви­тельно, каза­лось бы, почти совсем невин­ная пле­е­ро­за­ви­си­мость у Вашего ребенка ино­гда спо­собна ока­зать на него вли­я­ние серьез­нее боль­шин­ства дру­гих опас­ных для детей зави­си­мо­стей. И страш­нее изме­не­ний слуха угро­жа­ю­щая ему потеря своей инди­ви­ду­аль­но­сти и сво­его лица, если он у Вас люби­тель рока или рэпа. Если б только бы роди­тели об этом знали… или бы хотя бы догадались…

Но прак­ти­че­ски никто из них не свя­зы­вает появ­ля­ю­щи­еся про­блемы в жизни их детей с заты­ка­ю­щими так удобно уши малень­кими спут­ни­ками их, наушниками…

Ваш ребе­нок начал увле­каться вдруг нар­ко­ти­ками… Что это? Издержки воз­раста или нечто другое?

Ваш ребе­нок вдруг стал агрес­сив­ным… Он ведь – гей­мер, это объяснимо.

Ваш ребе­нок про­сто извра­ще­нец… Но откуда это, почему?

Ваш ребе­нок свя­зан с оккуль­тиз­мом… Как он только умуд­рился вдруг попасть в эту анти­со­ци­аль­ную ком­па­нию, в эту секту, как вообще ска­тился на дно общества?

Почему все время у него депрес­сия? Почему попытки суицида?

Почему сплош­ные «почему»?

Был почти пай-маль­чи­ком недавно, а сего­дня стал про­бле­мою семьи и источ­ни­ком всех Ваших бес­ко­неч­ных стрес­сов. И пожа­луй, вряд ли в голову при­дет то, что это свя­зано лишь только с его музы­каль­ными при­стра­сти­ями, раз­де­ля­е­мыми и дру­гими сверстниками.

Да, он любит рок, да, он любит рэп. Поку­пает при любой воз­мож­но­сти себе новые CD. Вкусы Вы его, конечно, вряд ли раз­де­ля­ете. Но как запре­тить ему то, что вол­нует всех его ровес­ни­ков? Он не дол­жен стать изгоем или жертвой.

Ведь, в конце кон­цов, пожа­луй, все под­ростки рано или поздно прой­дут через это. Почему ж ему нельзя? Чем хуже он дру­гих? Неужели ему в этом воз­расте пока­заны романсы?

Короче говоря, музы­каль­ные при­стра­стия ребенка идут на само­тек. И он упи­ва­ется воз­мож­но­стью выбора бук­вально запо­ло­нив­ших все страны и кон­ти­ненты CD, CD на любой вкус, выби­рая из них то, что тро­гает, под­ра­жая дру­гим и пыта­ясь идти с ними рядом, не выпя­чи­ва­ясь, в одной общей шеренге.

И вот эта шеренга детей, и он в ней, не ведая этого, всту­пает в опас­ную зону, где, к сожа­ле­нию, нет пре­ду­пре­ди­тель­ных знаков.

Пред­по­ло­жим, ребе­нок увле­ка­ется роком. Увле­ка­ется – пусть увле­ка­ется. Не играет в азарт­ные игры, не тор­чит днями у теле­ви­зора, только лишь поку­пает CD и их слушает.

Но что слу­шает, в этом вопрос.

Роди­тели совре­мен­ных детей вряд ли дога­ды­ва­ются, какие цен­но­сти навя­зы­вает их любим­цам подоб­ная музыка. А рок-музыка про­па­ган­ди­рует самое страш­ное, что только может быть в жизни: от все­воз­мож­ных форм жесто­ко­сти и наси­лия до суи­ци­даль­ных поступ­ков. Эта музыка не про­сто про­па­ган­ди­рует, а под­тал­ки­вает ребенка на подоб­ные дей­ствия. И чем раньше ребе­нок начи­нает слу­шать рок, тем силь­нее внед­ря­ется в него все пагуб­ное, свя­зан­ное с рок-музыкой.

При­чем сами рок-музы­канты не отри­цают этого факта, пуб­лично заяв­ляя о нем.

«Я понял, что эта музыка про­ни­кает в моло­дежь потому, что ее ритмы сов­па­дают с рит­мами в их орга­низме. Я знал, что никто и ничто не может выши­бить эту музыку из них… Они будут ее носить в себе всю жизнь», – откро­венно при­знался в жур­нале Life в 1968 году один из пер­вых рас­про­стра­ни­те­лей рок-музыки Хэл Зигер.

Но если они будут носить ее в себе всю жизнь, то что именно они будут носить?

На кон­фе­рен­ции Бри­тан­ского пси­хо­ло­ги­че­ского обще­ства в Йорке были пред­став­лены резуль­таты опроса, про­ве­ден­ного среди сту­ден­тов Наци­о­наль­ной ака­де­мии для талант­ли­вой моло­дежи, – какой музыке они отдают пред­по­чте­ние. Ока­за­лось, что клас­сика и джаз, отно­ся­щи­еся к интел­ли­гент­ным жан­рам, у самых ода­рен­ных моло­дых людей Англии были менее попу­лярны, чем «гру­бый и жесто­кий» металл, заняв­ший тре­тье место в списке самых люби­мых стилей.

По мне­нию руко­во­ди­теля этого иссле­до­ва­ния Стю­арта Кэду­ал­ла­дера, талант­ли­вой моло­дежи часто при­хо­дится пре­одо­ле­вать про­блемы, не свой­ствен­ные обыч­ным людям, и, «быть может, с помо­щью музыки им уда­ется на время уйти от дав­ле­ния, кото­рому под­вер­га­ются талант­ли­вые люди».

(По мате­ри­а­лам СМИ)

Про­ана­ли­зи­ро­вав 700 самых попу­ляр­ных песен «тяже­лого металла», аме­ри­кан­ские иссле­до­ва­тели обна­ру­жили, что 50 % из них вос­пе­вали убий­ства, 35 % были посвя­щены сата­низму, а 7 % – само­убий­ствам… В то же время, по мне­нию ряда пси­хо­ло­гов (Джон Кап­пас, Алан Блюм), «люди очень вос­при­им­чивы ко всему, ска­зан­ному в песне». А что тогда гово­рить о детях?

«И путем насы­ще­ния чувств музы­кой, – уве­рены эти уче­ные, – могут вос­при­ни­мать все, что вну­ша­ется им в это время, потому что они утра­тили само­за­щиту. Люди поки­дают кон­церты в крайне вос­при­им­чи­вом состо­я­нии. Музыке свой­ственно ослаб­лять мыш­ле­ние и созда­вать настро­е­ние. И тогда внеш­ние впе­чат­ле­ния легко асси­ми­ли­ру­ются» (Алан Блюм).

А откуда вообще появи­лась подоб­ная музыка? После рож­де­ния леген­дар­ной рок-группы «Битлз».

Есть мне­ние, что источ­ни­ком рок-музыки стал рок-н-ролл, явля­ясь в то время эвфе­миз­мом поло­вых отно­ше­ний людей.

Вот, соб­ственно говоря, почему и сего­дня рок-музыка не про­сто про­па­ган­ди­рует детям секс, но и вос­пе­вает все­воз­мож­ные поло­вые извра­ще­ния. По мне­нию того же зна­ме­ни­того аме­ри­кан­ского пси­хо­лога Алана Блюма, «нико­гда в про­шлом не суще­ство­вало искус­ства, направ­лен­ного так явно на совра­ще­ние моло­дежи… Эта музыка вли­яет на моло­дых людей больше, чем откры­тая порнография…».

А роди­тели не пони­мают, почему совре­мен­ные дети задают им вопросы о тайне рож­де­ния лишь в мало­лет­стве, а потом лучше их раз­би­ра­ются в сексе, при­кры­ва­ясь оско­ми­ной тер­мина «сек­су­аль­ная рево­лю­ция». Да, они в самом деле в этих вопро­сах гра­мот­нее роди­те­лей, если, конечно, роди­тели в дет­стве не увле­ка­лись подоб­ною музыкой.

В музы­каль­ном плане рок был зачат, если можно так выра­зиться, из сим­би­оза-соеди­не­ния буги-вуги и рит­ми­че­ских блюзов.

Во вто­рой поло­вине шести­де­ся­тых годов на рок начали ока­зы­вать вли­я­ние дзен-буд­дизм и язы­че­ское колдовство.

Затем рок-испол­ни­тели и их фанаты для совер­ше­ния так назы­ва­е­мого пси­хо­де­ли­че­ского путе­ше­ствия стали исполь­зо­вать во время рок-кон­цер­тов нар­ко­тик – гал­лю­ци­но­ген ЛСД.

После этого насту­пил период исполь­зо­ва­ния марихуаны.

И на фоне всего этого нача­лось увле­че­ние раз­лич­ными восточ­ными религиями.

Боль­шин­ство рок-музы­кан­тов стали при­вер­жен­цами фило­со­фии отца сата­ни­стов – Али­стера Кро­ули, увлек­шись оккульт­ной лите­ра­ту­рой. И конечно же все их иска­ния отра­зи­лись в музыке.

Но и этого ока­за­лось недо­ста­точно. Ком­по­зи­торы рок-музыки поста­ра­лись внед­рить в нее вос­при­я­тие древ­них рели­ги­оз­ных риту­а­лов и мистику.

Однако уже в семи­де­ся­тых годах нача­лось вос­хож­де­ние панк-музыки.

А в послед­ние годы воз­рос инте­рес к музыке, спо­соб­ной изме­нить созна­ние чело­века, музыке, вызы­ва­ю­щей состо­я­ние транса, музыке с шаман­скими ритмами.

В связи с тем что дети и под­ростки ока­за­лись глав­ными слу­ша­те­лями так назы­ва­е­мой буй­ной музыки, спе­ци­а­ли­сты из Аме­ри­кан­ской ака­де­мии педи­ат­рии при­шли к выводу, что «про­слу­ши­ва­ние совре­мен­ной рок-музыки угро­жает здо­ро­вью детей в боль­шей сте­пени, чем несколько лет тому назад болезнь полио­ми­е­лит». Оче­видно, более страш­ное срав­не­ние про­сто трудно себе даже пред­ста­вить. «Без­обид­ная» музыка – основа досуга и столь гроз­ное заболевание.

А по мне­нию извест­ного аме­ри­кан­ского про­фес­сора дет­ской пси­хи­ат­рии Павла Кинга, «эта музыка подобна добав­ле­нию бен­зина в пламя, кото­рое горит нена­ви­стью и озлоб­лен­но­стью». Ока­за­лось, что 80 % его паци­ен­тов слу­шают каж­дый день «тяже­лый металл».

Науч­ные иссле­до­ва­ния, посвя­щен­ные этой про­блеме, во мно­гих стра­нах мира под­твер­дили, что тяже­лая музыка нега­тивно вли­яет на пси­хику ее потре­би­те­лей. Обсле­ду­е­мые люди во время про­слу­ши­ва­ния ее плохо справ­ля­лись с тестами, у них были обна­ру­жены изме­не­ния даже в энцефалограммах.

Поэтому немуд­рено, что рок-музыку часто назы­вают «зву­ко­вым адом». И это под­твер­жда­ется в экс­пе­ри­мен­тах с живот­ными и рас­те­ни­ями. В то время как клас­си­че­ская музыка ока­зы­вает на них лишь бла­го­при­ят­ное вли­я­ние – цветы даже быст­рее рас­цве­тают, под звуки совре­мен­ной музыки они увядают.

По мне­нию швей­цар­ских уче­ных, посе­ти­тели рок-кон­цер­тов после окон­ча­ния их реа­ги­руют на раз­дра­жи­тели почти в пять раз силь­нее, чем обычно. Ско­рее всего, это свя­зано с тем, счи­тает про­фес­сор Б. Раух, что под вли­я­нием этой музыки в боль­шом коли­че­стве выде­ля­ются гор­моны стресса.

О нега­тив­ном вли­я­нии рок-музыки на пси­хику ребенка можно гово­рить бес­ко­нечно. И если бы роди­тели совре­мен­ных детей имели бы об этом хоть малей­шее пред­став­ле­ние, фор­ми­руя музы­каль­ные вкусы сво­его ребенка, то даже бы под­рост­ко­вая нар­ко­ма­ния вряд ли была бы сего­дня такой гроз­ной проблемой.

Когда Ваш ребе­нок увле­ка­ется роком, роди­тели тоже должны знать о сти­лях его, чтобы понять, чем могут гро­зить детям раз­ные стили, – что зна­чит, к при­меру, клас­си­че­ский хэви-металл, софт-металл, спид-металл, блэк-металл или готик-металл. Как дей­ствует каж­дый из этих «метал­лов» на пси­хику? Чем стили отличны один от дру­гого? Есте­ственно, чем более про­фес­си­о­нально Вы будете выгля­деть в гла­зах соб­ствен­ного ребенка, каса­ясь зна­ний в роке, тем больше шан­сов у Вас предот­вра­тить у него нега­тив­ные послед­ствия от бес­ко­неч­ного про­слу­ши­ва­ния этой музыки.

Помимо рока совре­мен­ный ребе­нок покло­ня­ется также рэпу. Рэп (Rap) – одна из форм тан­це­валь­ной музыки с так назы­ва­е­мым рва­ным, лома­ным рит­мом. Вокал в нем заме­няет речи­та­тив. При­чем этот речи­та­тив накла­ды­ва­ется на уже име­ю­щу­юся фонограмму.

Рэп – это ветвь хип-хоп-куль­туры, рож­ден­ная в сере­дине семи­де­ся­тых годов про­шлого века в чер­ных диско-клу­бах Южного Бронкса.

Рэп – это новый стиль жизни, спо­соб само­вы­ра­же­ния бед­ня­ков негри­тян­ских квар­та­лов Нью-Йорка. А песня в стиле рэп «Dont Believe the Hype» одной из его куль­то­вых групп пре­вра­ти­лась даже в гимн моло­дежи 80–90‑х годов.

«Куда катится этот мир?» – основ­ной вопрос рэпа, пре­вра­тив­ший его в новую, рево­лю­ци­он­ную музыку.

Но с 1992 года, когда Dr. Dre выпу­стил пла­ти­но­вый аль­бом «The Chronik», ненор­ма­тив­ная лек­сика ста­но­вится основ­ным атри­бу­том этого музы­каль­ного стиля.

Аль­бом «Хро­ника» (на сленге рэпа – травка) харак­те­ри­зует новый стиль жизни самих рэпе­ров – стиль голо­во­ре­зов со всеми выте­ка­ю­щими отсюда последствиями.

«Роди­тели, вни­ма­ние: ненор­ма­тив­ная лек­сика», – пре­ду­пре­ждают над­писи на мно­гих дис­ках рэпа в США.

Роди­тели, вни­ма­ние! Невольно хочется обра­титься и к нашим роди­те­лям. Поста­рай­тесь понять, чем так при­вле­кает Вашего ребенка подоб­ная музыка. А если он пони­мает англий­ский, какие мысли она наве­вает ему. Неужто Вам хочется, чтобы он стал отъ­яв­лен­ным головорезом?

В то же время скры­тый смысл рэпа – сня­тие пелены с глаз и про­ща­ние с дет­скими гре­зами. Они были обма­ном. Ведь мир не такой. Не из радуги – из чер­ноты. Соб­ственно, этот выплеск разо­ча­ро­ва­ния и несет для ребенка глав­ную эмо­ци­о­наль­ную нагрузку в рэпе. Ведь рэп – это для тех, кто еще не нашел сво­его места под солн­цем. А под­ро­сток же, конечно, ищет его.

Но совре­мен­ного ребенка при­вле­кает сего­дня и попса, созда­ю­щая иллю­зию поко­ре­ния недо­ся­га­е­мого, иллю­зию успеха. И хотя эта иллю­зия созда­ется лишь из рит­мов, лаки­ро­ван­ных бес­ко­нечно повто­ря­ю­щимся одним и тем же набо­ром слов «для песе­нок, напо­ми­на­ю­щих чем-то одно­ра­зо­вые шприцы», ребенка заво­ра­жи­вает ее неха­риз­ма­ти­че­ская харизма популярности.

А роди­тели вряд ли заду­мы­ва­ются о зом­би­ро­ва­нии своих детей, слу­ша­ю­щих подоб­ную музыку, без­ду­хов­но­стью, об акценте ее на наших низ­мен­ных чув­ствах, об ее двой­ном дне.

Взять хотя бы начало рас­цвета «Тату». Девочки-анге­лочки, сплош­ная невин­ность… Это внешне. А что же внутри? Что внутри, гово­рят нам сплош­ные скан­далы, свя­зан­ные все время с «успе­хами» этой группы. А ведь им под­ра­жают мил­ли­оны под­рост­ков. Раз куми­рам поз­во­лено, зна­чит, и им.

Но если заду­маться, то все это под­ра­жа­ние в основ­ном свое­об­раз­ный про­тест про­тив Вашего рав­но­ду­шия к соб­ствен­ному ребенку. У детей дефи­цит роди­тель­ского вни­ма­ния. А если не дефи­цит, то Ваше вни­ма­ние – преж­ний набор тех же эмо­ций и чувств, кото­рыми Вы ода­ри­вали их когда-то в дет­стве. Но сего­дня они повзрос­лели, и им нужно дру­гое обще­ние, дру­гой уро­вень отношений.

Эти новые стили – зер­кало отно­ше­ний отцов и детей. И не только лишь спо­соб само­вы­ра­же­ния млад­ших из них, а подо­бие бунта, кото­рый не в силах «отцы» пода­вить, потому что он непо­дав­ляем при­выч­ными мето­дами, рас­ши­ряя гра­ницы свои без конца и без края.

Ваш ребе­нок фанат рока, рэпа, поп-музыки… Стили будто бы раз­ные – эффект один. Эффект музыки в ритме дельта-волн – ритма мозга, нахо­дя­ще­гося в состо­я­нии комы, глу­бо­кого транса или сна.

Сна – не бодр­ство­ва­ния!.. Глу­бо­кого транса!..

Ваш нор­маль­ный ребе­нок нахо­дится в трансе, слу­шая эту музыку в ритме «шаман­ских частот», где «маги­че­ский» бубен акцен­ти­рует ритм почти в 150 уда­ров в минуту, ритм эпи­леп­ти­форм­ных раз­ря­дов! Ваш нор­маль­ный ребе­нок… нахо­дится в трансе!..

Бель­гий­ские уче­ные из меди­цин­ского уни­вер­си­тета Брюс­селя при­шли к выводу, что про­слу­ши­ва­ние музы­каль­ных про­из­ве­де­ний в стиле тяже­лого рока и хеви-метал может при­ве­сти к раз­рыву аль­веол и фор­ми­ро­ва­нию эмфи­земы лег­ких. Этому спо­соб­ствуют зву­ко­вые волны с высо­кой энер­гией и низ­кой часто­той По мне­нию иссле­до­ва­те­лей, людям с забо­ле­ва­ни­ями брон­хо­ле­гоч­ной системы, а тем более стра­да­ю­щим эмфи­зе­мой лег­ких не реко­мен­ду­ется посе­щать рок-кон­церты и даже слу­шать тяже­лый рок и хеви-метал.

(По мате­ри­а­лам СМИ)

По мне­нию ряда уче­ных, к ритму музыки на дис­ко­те­ках добав­ля­ются также рит­мич­ные танцы и рит­мично мель­кают про­жек­тора, осве­щая собой тем­ноту… Это все пси­хо­тех­ника, ее при­емы доми­ни­ро­ва­ния дельта-ритма, дельта-волн голов­ного мозга ребенка. А ито­гом всего может быть что-то вроде при­падка боль­ного эпи­леп­сией, появ­ле­ние стран­ных навяз­чи­вых мыс­лей, вплоть до само­агрес­сии и суицида.

Сло­вом, с этим не стоит шутить.

Надо пом­нить, что дети в науш­ни­ках, мол­ча­ливо-удоб­ные дети – это мины замед­лен­ного дей­ствия. А когда посе­щают они дис­ко­теки и кон­церты, эти мины спо­собны взо­рваться. При­чем взрыв может быть боль­шой силы. Правда, если бы Вы захо­тели, то сумели б ее регулировать.

По биб­лей­ским пре­да­ниям, разо­шед­ше­гося царя Саула успо­ка­и­вала только игра на гус­лях отрока Давида. Мело­дич­ные звуки при­во­дили царя вновь в себя, и он снова мог достойно царствовать.

Мно­гие стили совре­мен­ной музыки не только не успо­ка­и­вают, а спо­собны из нор­маль­ных людей делать буй­ных, и осо­бенно наших детей. А мы, этого вовсе не ведая, водим их по пси­хо­ло­гам и пси­хи­ат­рам, не забыв и про нев­ро­па­то­ло­гов, доводя их до этого сами своей невни­ма­тель­но­стью, без­раз­ли­чием и рав­но­ду­шием к их насущ­ным делам и проблемам.

Ведь, в конце кон­цов, в роке и рэпе, как и в попсе, есть песни, кото­рые вряд ли спо­собны им навре­дить. Если бы только мы были бы сами асами в этих сти­лях, хотя б ради лишь наших важ­ных сове­тов ребенку.

КАК ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с рокорэпопопсо-ребенком

  • Прежде всего, поста­раться самим озна­ко­миться с глав­ными посту­ла­тами нра­вя­ще­гося ребенку музы­каль­ного стиля.
  • Стать совет­ни­ком ему в выборе CD.
  • Объ­яс­нять, почему Вам не нра­вится его выбор.
  • Не поощ­рять частое посе­ще­ние дис­ко­тек и рок– или рэп-кон­цер­тов, но и не вво­дить запреты на это.
  • Поста­раться понять, почему Ваш ребе­нок как отду­шину сво­его напря­же­ния выбрал именно рок, рэп или попсу.
  • Уде­лять как можно больше вни­ма­ния сво­ему ребенку.

КАК НЕ ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с рокорэпопопсо-ребенком

  • Запре­щать слу­шать люби­мую музыку, не объ­яс­няя почему.
  • Не раз­ре­шать посе­щать дис­ко­теки и кон­церты рок– или рэп-групп.
  • Рас­па­лять вооб­ра­же­ние ребенка мни­мыми цен­но­стями того или иного стиля, кото­рому роди­тели до сих пор покло­ня­ются сами.
  • Не запре­щать слу­шать песни с про­па­ган­дой наси­лия, извра­щен­ного секса и дру­гих амо­раль­ных наклон­но­стей, счи­тая, что ребе­нок сам пой­мет, что к чему.

Ситу­а­ция для родителей

Две­на­дца­ти­лет­няя Ася не про­сто начала увле­каться роком, а без раз­ре­ше­ния роди­те­лей стала ходить в чер­ном, с пир­син­гом и с сига­ре­той в руке. Когда соседи рас­ска­зали об этом маме девочки, мать запре­тила дочке вообще слу­шать ее люби­мую музыку и вышвыр­нула все чер­ные вещи, име­ю­щи­еся в ее гар­де­робе, из дома, несмотря на рыда­ния девочки и просьбы ее этого не делать.

 Как бы Вы посту­пили на месте матери Аси?

* * *

Каж­дому поко­ле­нию детей свой­ственны свои музы­каль­ные при­стра­стия, сле­до­вая реак­ция кото­рых воз­дей­ствует на даль­ней­шую жизнь или обры­ва­ется вне­запно, как гор­ная тро­пинка, когда перед взо­ром уже только скалы для аль­пи­ни­стов. Но скалы бывают слиш­ком отвес­ными, так же как и ква­ли­фи­ка­ция аль­пи­ни­стов весьма отно­си­тельна в подоб­ных усло­виях. Сло­вом, по тро­пинке можно вер­нуться назад к ее раз­вилке, так и не сде­лав попытки взо­браться на вершину.

Недав­ние иссле­до­ва­ния кли­ни­че­ского пси­хо­лога Ланса Вильямса, про­ве­ден­ные с 400 под­рост­ками – люби­те­лями рэпа, для кото­рых сти­муль­ным мате­ри­а­лом слу­жили иллю­стра­ции с дис­ков попу­ляр­ных пев­цов этого жанра, отра­жа­ю­щие дина­мику свое­об­раз­ной «дегра­да­ции» этого стиля музыки, види­мой даже по одежде рэп-звезд: от парад­ных костю­мов до бикини, пока­зали, что подоб­ная музыка уже начала ассо­ци­и­ро­ваться у мно­гих детей с их духов­ным истощением.

По мне­нию ряда пси­хо­ло­гов, пред­по­чте­ния в музыке – одна из частей внут­рен­него мира лич­но­сти, по кото­рой можно судить даже об интел­лекте человека.

Пыта­ясь опре­де­лить свой­ства лич­но­сти в зави­си­мо­сти от пред­по­чте­ния людьми того или иного ее жанра, иссле­до­ва­тели в одном из подоб­ных экс­пе­ри­мен­тов, пред­ва­ри­тельно клас­си­фи­ци­ро­вав музыку, раз­де­лили ее даже на несколько групп:

1) рефлек­сив­ная и слож­ная (народ­ная и клас­си­че­ская музыка, блюз и джаз);

2) интен­сив­ная и бун­тар­ская (тяже­лый металл и аль­тер­на­тив­ный рок);

3) при­под­ня­тая и обыч­ная (поп-музыка, стиль кан­три, рели­ги­оз­ная музыка…);

1) энер­гич­ная и рит­мич­ная (рэп, хип-хоп и т. д.).

Итоги экс­пе­ри­мента пока­зали, что несмотря на то, что на наш выбор музыки в дан­ный момент нема­ло­важ­ное вли­я­ние ока­зы­вает настро­е­ние, тем не менее музы­каль­ные пред­по­чте­ния людей в основ­ном свя­заны с одним и тем же жанром.

Сме­ши­вают стили и жанры чаще всего те, кто любит новизну. А отли­чи­тель­ной осо­бен­но­стью детей как раз и явля­ется жажда новизны, так что кон­сер­ва­тизм любого ребенка в его музы­каль­ных пред­по­чте­ниях не так уж кре­пок и его можно отре­ту­ши­ро­вать или же откор­ре­ги­ро­вать, если это будет необ­хо­димо, а глав­ное – най­дутся вес­кие аргу­менты в пользу этой инициативы.

* * *

И все-таки даже из чистого любо­пыт­ства или по необ­хо­ди­мо­сти слу­шая совре­мен­ную «мод­ную» музыку, ее тахи­кар­дию серд­це­би­е­ния рит­мов, убе­га­ю­щих как от погони веч­ного цейт­нота жизни наших дней, пре­кло­ня­ясь перед новиз­ной, я лишь с вос­тор­гом только зами­раю, услы­шав вальсы Штра­уса или Шопена, теряю голову и нахо­жусь как будто под гип­но­зом чару­ю­щих, боже­ствен­ных мело­дий пле­нив­шего меня когда-то в дет­стве Чай­ков­ского, в любви к кото­рому храню я постоянство.

Я не уве­рена, дей­стви­тельно ли суще­ствует «эффект Моцарта», потряс­ший целый мир пред­по­ло­же­нием уче­ных, что гени­аль­ность ком­по­зи­тора воз­дей­ствует на интел­лект его поклон­ни­ков и повы­шает даже коэф­фи­ци­ент этого интел­лекта (IQ), но я готова слу­шать «Малень­кую ноч­ную сере­наду» Моцарта до самого утра, забыв о сне, вклю­чая в сотый раз уже почти заснув­шее CD и всмат­ри­ва­ясь в яркий звез­до­пад с… Надеж­дой, что он сумеет осве­тить Того, кто будет петь ноч­ные сере­нады мне под моим окном всю мою жизнь…

Так что мои такие «ночно-сере­на­дов­ские» мысли и в самом деле могут слу­жить под­твер­жде­нием пред­по­ло­же­ния извест­ного иссле­до­ва­теля Гор­дона Шоу, обна­ру­жив­шего «музы­каль­ный» харак­тер мыс­ли­тель­ных опе­ра­ций в голов­ном мозгу, что музыка явля­ется одним из фак­то­ров, спо­соб­ных вли­ять на мыш­ле­ние людей. А Моцарт начал сочи­нять ее уже с четы­рех лет, и на его про­из­ве­де­ниях, как ни на чьих дру­гих, воз­можно попы­таться это доказать.

Пред­по­ло­же­ния уче­ного пол­но­стью под­твер­ди­лись. Ска­ни­ро­ва­ние мозга с помо­щью маг­нит­ного резо­нанса при про­слу­ши­ва­нии про­из­ве­де­ний Моцарта, Бет­хо­вена и поп-музыки трид­ца­тых годов ука­зало, что только на фоне про­из­ве­де­ний Моцарта акти­ви­зи­ро­ва­лись все участки коры голов­ного мозга.

После­ду­ю­щие иссле­до­ва­ния этого фено­мена поз­во­лили соста­вить даже спе­ци­аль­ную шкалу гром­ко­сти музы­каль­ного зву­ча­ния, внизу кото­рой ока­за­лась при­ми­тив­ная поп-музыка, а на вер­шине шедевры Вольф­ганга Ама­дея Моцарта.

«Эффект Моцарта» поз­во­лил попасть ком­пакт-дис­кам гени­аль­ного ком­по­зи­тора, жив­шего более двух веков тому назад, с реко­мен­да­ци­ями для роди­те­лей, как вли­ять на интел­лект ребенка, в совре­мен­ные бест­сел­леры и занять в рей­тин­го­вом ряду их одно из пер­вых мест.

В связи с этим каж­дая «ново­рож­ден­ная» мама в штате Джор­джия в США из рук самого губер­на­тора полу­чала в пода­рок этот диск.

Гению Моцарту покло­ня­лась родина рэпа – Америка.

А в это время на родине самого гени­аль­ного ком­по­зи­тора в Австрии, на ули­цах музы­каль­ной сто­лицы Европы Вены, где Моцарт жил и тво­рил свои луч­шие годы, при­ез­жие музы­канты играли рок, рэп, регги и попсу, и мно­го­чис­лен­ные совре­мен­ные ком­мер­че­ские двой­ники внеш­него облика гени­аль­ного ком­по­зи­тора, под­ростки, в пепель­ных пари­ках и бар­хат­ных пан­та­ло­нах, про­да­вав­шие билеты на кон­церты в Дом Моцарта, с упо­е­нием виб­ри­ро­вали в такт анти­мо­цар­тов­ской музыки, забыв об «эффекте Моцарта» и своей бла­го­род­ной мис­сии попу­ля­ри­за­ции этого «эффекта».

И кто знает, если бы во вре­мена Моцарта появи­лась бы зна­ме­ни­тая «ливер­пуль­ская чет­верка», зара­зив­шая весь мир эпи­де­мией «бит­ло­ма­нии», пере­вер­нув все наши взгляды на стили музыки, дав импульс для рож­де­ния ранее неве­до­мых из них, в такт каких музы­каль­ных жан­ров виб­ри­ро­вал бы сам вели­кий ком­по­зи­тор со своим лег­ким нра­вом, отбив­шийся в сто­лице Австрии уже совсем от рук сво­его целе­устрем­лен­ного отца, про­то­рив­шего ему звезд­ный путь, под звуки рэпа или же своих произведений.

Ведь «соль» всех этих сти­лей – веч­ная дилемма, сто­я­щая перед отцами и детьми.

А может быть, он сам вдруг начал сочи­нить бы в наших сего­дняш­них, почти кок­тейль­ных сти­лях… Тогда бы точно все заме­тили «эффект» вели­кого и гени­аль­ного Вольф­ганга Ама­дея Моцарта, доба­вив­шего б лучи солнца в рок, рэп и попсу, как в ста­рые свои про­из­ве­де­ния, кото­рые все были им осве­щены, не только лишь осве­щены, но и согреты сол­неч­ным све­том его гени­аль­но­сти. И сол­неч­ными стали б рок, рэп и попса…

Но это были бы тогда совсем дру­гие стили, не отра­жав­шие извеч­ные про­блемы между отцами и детьми: кон­сер­ва­тизм непо­ни­ма­ния и импуль­сив­ность отвержения…

И только совре­мен­ный «эффект Моцарта», воз­дей­ству­ю­щий на наш интел­лект, путем подъ­ема его коэф­фи­ци­ента, навер­ное, когда-нибудь сумеет под­нять так этот коэф­фи­ци­ент, что мы в конце кон­цов научимся решать эти извеч­ные про­блемы без побе­ди­те­лей и побеж­ден­ных, а так, как и поло­жено род­ным и близ­ким людям.

А рокеры и рэперы тогда нач­нут нам сочи­нять ноч­ные сере­нады, боль­шие или малень­кие, несу­ще­ствен­ный вопрос.

НЕБОЛЬШОЙ СЛОВАРИК СТИЛЕЙ «ТЯЖЕЛОЙ МУЗЫКИ» ДЛЯ РОДИТЕЛЕЙ

Клас­си­че­ский хеви-метал  (classic heavy metal) – мело­дич­ная гитар­ная основа, повто­ря­ю­щийся ритм и агрес­сив­ная манера исполнения.

Софт-метал  (soft metal) – ком­мер­че­ское тече­ние хеви-метала со смяг­чен­ным зву­ча­нием и эле­мен­тами поп-музыки.

Глэм-метал  (glam metal) – группы хеви– и софт-мета­ли­стов со свое­об­раз­ным сце­ни­че­ским ими­джем (яркие одежды, грим, сце­ни­че­ские эффекты).

Трэш-метал  (trash metal) – мно­го­крат­ное изме­не­ние ритма музыки в одной ком­по­зи­ции с при­ме­сью агрес­сив­но­сти и техничности.

Про­грес­сив-метал  (progressive metal) – пото­мок art-рока, самый интел­лек­ту­аль­ный метал­ли­че­ский жанр, раз­ви­тие кото­рого про­ис­хо­дило под воз­дей­ствием про­фес­си­о­наль­ных музы­кан­тов, окон­чив­ших консерваторию.

Спид-метал  (speed metal) – тече­ние с уско­рен­ным ритмом.

Дэт-метал  (death metal) – упро­щенно-агрес­сив­ная форма трэш-метала с низ­ким, рыча­щим вокалом.

Готик-метал  (gothic metal) – замед­лен­ный темп с депрес­сив­ными мело­ди­ями и спо­кой­ным вокалом.

Блэк-метал  (black metal) – син­тез дэт– и спид-метала. Одно из экс­тре­маль­ных тече­ний хеви-метала. При­ми­тив­ная гитар­ная тех­ника, быст­рый ритм, рыча­щий вокал, язы­че­ская лирика или сата­нин­ские тексты.

Фолк-метал  (folk metal) – исполь­зо­ва­ние народ­ных мело­дий, инстру­мен­тов и стихов.

АОР  (AOR) – облег­чен­ный вари­ант хард-н-хеви с вир­ту­оз­ным вла­де­нием музы­каль­ными инстру­мен­тами, легко запо­ми­на­ю­щи­мися мело­ди­ями и хоро­шим вокалом.

Арт-рок  (Art Rock) – тех­нич­ная музыка с эле­мен­тами джаза, фолка, клас­сики и пси­хо­де­лии на основе рока.

Глэм-рок  (Glam Rock) – группы рока, при­вле­ка­ю­щие к себе вни­ма­ние не столько музы­кой, сколько внеш­ним видом (от при­чуд­ли­вых цве­та­стых наря­дов и раз­но­цвет­ных волос до при­ме­не­ния кос­ме­тики и все­воз­мож­ных укра­ше­ний). Эти рокеры под­раз­де­ля­ются на хули­га­ни­стых, мрач­ных и злоб­ных шок-рокеров.

Грайнд­кор  (Grindcore) – самое тяже­лое музы­каль­ное направ­ле­ние из всех.

Хард-рок  (Hard Rock) – сино­ним хеви-метала.

Аль­тер­на­тива  (Alternativa) – смесь все­воз­мож­ных музы­каль­ных направ­ле­ний, заду­ман­ных как аль­тер­на­тива всем совре­мен­ным сти­лям, но став­шая самым попу­ляр­ным сти­лем после попсы.

Кумиромания

– А Вы любите Бритни Спирс? – не скры­вая вол­не­ния, ждет моего ответа деся­ти­лет­няя поклон­ница скан­дально зна­ме­ни­той певицы, побрив­шая наголо голову по образу и подо­бию взбал­мош­ной звезды, доведя свою маму бук­вально до шока от этой выходки.

– Конечно, Бритни очень талант­лива, – лью баль­зам я на душу Нонны, – но сей­час у нее столько про­блем и она нездо­рова, – пыта­юсь как можно более дели­катно объ­яс­нить я все девочке.

– Да, я знаю, у нее непри­ят­но­сти с мужем, – не дает дого­во­рить мне Нонна, пора­жая своей осве­дом­лен­но­стью о жизни певицы в своем столь юном воз­расте, – но он сам во всем вино­ват, ведь ему так повезло, так повезло, – вос­тор­женно взды­хает девочка.

– В чем повезло?

– Бритни выбрала из всех муж­чин его! И если бы я ока­за­лась на его месте, я бы делала все так, чтобы мы не рас­ста­ва­лись, – не скры­вает своей мечты юная фанатка. – Вот когда мы с ней позна­ко­мимся и она узнает меня… – И Нонна дове­ри­тельно сооб­щает мне, что будет тогда, а я лишь только начи­наю осо­зна­вать, что ее мама сего­дня видит еще только цве­точки, все ягодки еще впе­реди, и ягодки не самые слад­кие, кис­лее клюквы…

Говоря о рокор­э­по­попс-детях, нельзя оста­вить на обо­чине дороги и эпи­де­мию куми­ро­ма­нии, кото­рая все чаще и чаще стала пора­жать наше моло­дое поко­ле­ние, хотя, каза­лось бы на пер­вый взгляд, это явле­ние старо как мир.

Но тем не менее совре­мен­ные сред­ства мас­со­вой инфор­ма­ции с их эле­мен­тар­ной доступ­но­стью даже для дошколь­ни­ков пре­вра­тили это «без­обид­ное» явле­ние почти в гло­баль­ную про­блему для их роди­те­лей. Роди­те­лей, совер­шенно теря­ю­щихся перед соб­ствен­ным ребен­ком-фана­том, не зная, как пра­вильно вести себя с ним – поощ­рять или наказывать.

Поощ­рять, так за что? За то, что он пыта­ется под­ме­нить свою соб­ствен­ную жизнь чужой, обез­ли­чив себя?

Нака­зать – почему? Лишь за то, что его гори­зонт сузился до какой-то малю­сень­кой точки в про­стран­стве и вре­мени, где ему осве­щают смысл жизни не извест­ные всем нам «све­тила», а одни только отблески от диа­демы или же оре­ола кумира.

Может быть, лучше сна­чала понять – почему взя­лось вдруг «почему».

Почему «сошелся кли­ном белый свет» для Вашего ребенка на каком-то дру­гом чело­веке, и, как кажется Вам, вовсе не достой­ном, хоть для этой роли можем выбрать мы любого, а не только всем извест­ных поко­ри­те­лей сер­дец, при­хо­дя­щих в дом с телеэкрана.

Но а если даже и достой­ном, все равно, стоит ли под­ме­нять свою жизнь сур­ро­га­том и копи­ро­вать чью-то судьбу. Ведь, в конце кон­цов, «куми­ро­ма­ния» у Вашего ребенка – дока­за­тель­ство лишь его эмо­ци­о­наль­ной неста­биль­но­сти, а не про­сто одна из воз­мож­ных ста­дий под­рост­ко­вого раз­ви­тия или взрос­ле­ния тиней­дже­ров, чем пыта­емся мы это оправдать.

«Как бы ты с Джа­сти­ном Бибе­ром про­вела день?», «Что бы вы сде­лали, когда узнали, что Джа­стин ваш род­ствен­ник?», «Увле­че­ния и пред­по­чте­ния Джа­стина Бибера», «Жур­налы с Джа­сти­ном», «Твит­тер Джа­стина», да вряд ли можно вообще пере­чис­лить спи­сок тем, каса­ю­щихся жизни совре­мен­ного кумира под­рост­ков всего мира Джа­стина Бибера, на пер­вом рос­сий­ском фан-сайте Джа­стина Бибера. Я знаю даже котов и собак – Джа­сти­нов Бибе­ров. А в мага­зи­нах для под­рост­ков его смаз­ли­вень­кое личико вроде иконы почти на каж­дом укра­ше­нии и сувенире.

Но кто же этот Джа­стин Бибер? На том же сайте можно всем узнать – поп и R&B‑певец из города Стр­эт­форда канад­ской про­вин­ции Онта­рио. И если не было бы Интер­нета, то вряд ли этот Джа­стин Бибер стал бы тем куми­ром под­рост­ков, о кото­ром знает весь мир.

Никому не извест­ного маль­чишку сде­лали все­мир­ной зна­ме­ни­то­стью его видео, кото­рые он раз­ме­щал на YouTube в 13 лет, испол­няя хиты извест­ных пев­цов. Джа­стина заме­тили нуж­ные люди. Его при­знали одним из самых талант­ли­вых детей в США. А во всем мире его назы­вают – Teen singing sensation (пою­щий под­ро­сток – сен­са­ция). Без­условно, пре­вра­тив­шись в сен­са­цию, Джа­стин стал не только куми­ром под­рост­ков, а и источ­ни­ком Джастиномании.

Вообще, мания в пси­хи­ат­рии – это радост­ное настро­е­ние с уси­лен­ным вле­че­нием и неуто­ми­мой дея­тель­но­стью, уско­ре­нием мыш­ле­ния и речи, чув­ством опти­мизма и вынос­ли­во­сти, силы, когда видится все в розо­вом цвете (Гарольд Дж. Кап­лан, Бен­джа­мин Дж. Садок). Но… и розо­вый цвет при­еда­ется в пест­ром мно­го­цве­тье жизни. Правда, при куми­ро­ма­нии этот цвет чаще всего един­ствен­ный, и кумир в гла­зах ребенка осве­щен именно им.

«Не сотвори себе кумира» в дошколь­ном воз­расте не совсем вер­ное выра­же­ние. Любой ребе­нок нуж­да­ется обычно в иде­але, кото­рый он невольно пре­вра­щает потом в кумира.

Конечно же до шести лет все феи или маги в жизни детей – это их роди­тели или же люди, уха­жи­ва­ю­щие за ними, обес­пе­чи­ва­ю­щие их без­опас­ность и защи­щен­ность в нашем мире.

Ста­дия все­силь­но­сти роди­те­лей – важ­ная веха в раз­ви­тии ребенка. И если он осо­знает, что это все вовсе не так, то для него это силь­ней­ший стресс и разо­ча­ро­ва­ние, кото­рое в нем может посе­литься надолго, все время омра­чая детство.

Роди­тели – это глав­ные защит­ники ребенка и его опора. Их образ все­гда зримо или же незримо ему помо­гает. И только после шести лет он сам уже спо­со­бен раз­ру­шить свою иллю­зию, созрев для пони­ма­ния того, что все­мо­гу­ще­ство роди­те­лей имеет какие-то пре­делы, и ино­гда довольно ограниченные.

И тогда дети ищут иной идеал, воз­мож­но­сти кото­рого должны быть не такими, как у мамы с папой. Им хочется воз­вы­шен­но­сти чувств, и идеал дол­жен быть тоже более воз­вы­шен­ным, а зна­чит, отда­лен­ным. Нет, он не дол­жен жить под одной кры­шей с ними, как роди­тели, пусть лучше живет под дру­гой, чтоб не испы­ты­вать разо­ча­ро­ва­ния при виде его в стоп­тан­ных домаш­них туф­лях или же в сти­ра­ном халате, не все же из куми­ров спо­собны про­дол­жать даже без зри­те­лей играть все время роли не себя, а супер­че­ло­века, как, напри­мер, Любовь Орлова, кото­рую в любой момент из дома воз­можно было пове­сти в покои или же на прием англий­ской коро­левы без пере­оде­ва­ния и нало­же­ния спе­ци­ально маки­яжа. Она все­гда уже с утра как будто бы была готова к этому, хоть коро­лева жила не в России.

Да, идеал дол­жен бли­стать… И Ваш ребе­нок инту­и­тивно начи­нает поиск такого чело­века как эта­лон для под­ра­жа­ния, осо­бенно когда Вы посто­янно под­чер­ки­ва­ете все его недо­статки – он плохо учится, неак­ку­ра­тен, рас­сеян, недо­тепа… Ну сло­вом, не тот, о кото­ром Вы меч­тали. Вот у сосе­дей… Срав­не­ния не в пользу Вашего ребенка, ведь у сосе­дей дети те, как надо…

И чтобы пере­плю­нуть тех, «как надо», ему нужен кумир для под­ра­жа­ния. Он ищет его… и находит…

А если гово­рить о рокор­э­по­по­псо-детях, то, без­условно, глав­ные кумиры для них – это соли­сты извест­ных, попу­ляр­ных, совре­мен­ных групп. Да и вообще, гораздо легче под­ра­жать всем тем, кто посто­янно у вас на виду, – пев­цам, акте­рам или же теле­ве­ду­щим. Раз выбрали из всех дру­гих лишь их, так зна­чит – про­сто нету недо­стат­ков. Зато досто­инств всех – не перечесть!

И Ваш ребе­нок, вряд ли ведая об этом, при­ду­мы­вает сам эти досто­ин­ства, при­ду­мы­вает в пре­вос­ход­ной сте­пени – от самый умный и самый талант­ли­вый до самый, самый необыч­ный на земле… Ведь так при­ятно «вла­деть» самым, самым!

И чем больше «досто­инств» у кумира, тем больше низ­вер­гает сам себя ребе­нок с пье­де­стала, под­чер­ки­вая этим лишь свое несо­вер­шен­ство, свою ник­чем­ность и свою несо­сто­я­тель­ность, без­жа­лостно сни­жая планку уровня само­оценки чуть ли не до нуля.

Сни­жает почти до нуля, не созна­вая, что глав­ные досто­ин­ства кумира, при­ду­ман­ные им, по сути – вир­ту­аль­ные. А вот бичует он себя не виртуально.

И это само­би­че­ва­ние обычно застав­ляет ребенка в самом деле рав­няться на какой-то идеал, на сво­его ниц­ше­ан­ского «сверх­че­ло­века», идеей о кото­ром одержим.

А если уже одер­жим идеей, то это чистой воды фана­тизм, свое­об­раз­ный эмо­ци­о­наль­ный сдвиг.

И вряд ли можно теперь найти чело­века пре­дан­нее, чем фанат кумиру. Он даже готов отдать за кумира жизнь, хотя кумир не все­гда из себя на самом деле что-то пред­став­ляет. Но у фаната своя шкала цен­но­стей. При­чем куми­ром может стать любой, не обя­за­тельно лишь кто-то попу­ляр­ный. Фан­та­зия ребенка создаст эту попу­ляр­ность для себя – пусть это будет даже Ваш сосед.

Суть в том, чтобы под­нять кумира до небес, и на такую высоту, откуда вид­не­лись только бы «небес­ные» лишь каче­ства кумира, при­пи­сы­ва­е­мые ему обо­жа­нием фаната. Те каче­ства, кото­рые не под­да­ются критике.

Вообще, фана­тизм, по мне­нию пси­хи­ат­ров, это, прежде всего, повы­шен­ная вну­ша­е­мость, и фана­тами могут стать лишь вну­ша­е­мые люди. В то же время вну­ша­е­мость – один из атри­бу­тов дет­ства. Поэтому дети и склонны к этому явле­нию, и осо­бенно если куми­рам их нра­вится обо­жа­ние таких поклон­ни­ков, в кото­рых, в свою оче­редь, осо­бенно люди искус­ства, очень заинтересованы.

А ребе­нок Ваш ищет себе идеал, созда­вая иллю­зии, не зная про маски людей. Ему хочется быть с тем, кто ярче дру­гих. Но попро­буй найти их в толпе. Вряд ли можно найти. А при­ду­мать – пожа­луй­ста! И при­ду­мать такого, в кото­ром нуж­да­ешься, чтоб, ему под­ра­жая, «пере­де­лать» себя. Ведь уже к под­рост­ко­вому воз­расту дети знают, чего им в себе не хва­тает – муже­ствен­но­сти или уве­рен­но­сти, оба­я­ния или же оча­ро­ва­ния зна­ме­ни­тых людей.

Спе­ци­а­ли­сты уже гово­рят во весь голос о «син­дроме покло­не­ния зна­ме­ни­то­стям», «созда­ю­щем» куми­ров для ряда людей.

При­чем та куми­ро­ма­ния, о кото­рой при­нято гово­рить, – это лишь пер­вая ста­дия этого синдрома.

Во время этой ста­дии, по мне­нию пси­хо­ло­гов и вра­чей, «ребе­нок настолько инте­ре­су­ется жиз­нью сво­его кумира, что бук­вально зави­сит от всех све­де­ний о нем, инте­ре­су­ясь малей­шими дета­лями от пред­по­чте­ния в одежде до пред­по­чте­ний в еде. А если эти све­де­ния не допол­ня­ются, нет инфор­ма­ции, ребе­нок может даже впасть в депрессию».

Когда же у под­ростка появ­ля­ется вдруг уве­рен­ность, что у него, в отли­чие от дру­гих, есть какая-то осо­бен­ная, своя, чуть ли не род­ствен­ная связь с куми­ром, то это уже – симп­томы вто­рой ста­дии «син­дрома покло­не­ния знаменитостям».

На тре­тьей ста­дии навяз­чи­вые мысли спо­собны дово­дить фана­тов до кри­ми­наль­ных действий.

Как пра­вило, этот син­дром бывает у тех, кто неуве­рен в себе и готов цеп­ляться за всех, кто кажется им более успеш­ным и дея­тель­ным в осу­ществ­ле­нии своих жиз­нен­ных планов.

При этом син­дроме фанаты готовы сде­лать себе даже пла­сти­че­ские опе­ра­ции, лишь бы чем-то похо­дить на кумира, а похо­дить – зна­чит, пере­ни­мать и блеск жизни сво­его иде­ала. И эта под­со­зна­тель­ная вера крепка настолько, что неми­ну­е­мые неудачи при таком покло­не­нии, даже при изме­не­нии внеш­но­сти, рас­це­ни­ва­ются под­рост­ками как неком­пе­тент­ность пла­сти­че­ского хирурга, не сумев­шего пра­вильно сде­лать копию с ори­ги­нала, а не нечто иное, разумное.

Почему вино­ваты хирурги? Потому что не могут «ско­пи­ро­вать» точно внеш­ность кумира фанату, когда это так необ­хо­димо. Если внеш­но­сти тех и дру­гих будут чем-то тож­де­ственны, заблуж­да­ются дети, то и судьбы фаната с куми­ром могут стать совер­шенно похо­жими или же почти одинаковыми.

Иначе говоря, Ваш ребе­нок-фанат таким кос­вен­ным путем как бы пыта­ется отка­заться от соб­ствен­ной жизни, а вер­нее, ответ­ствен­но­сти за нее, ком­пен­си­руя все свое несо­вер­шен­ство за счет качеств кумира, кото­рые ему очень хоте­лось бы иметь и кото­рых ему не хва­тает. И конечно же это искус­ствен­ное пла­сти­че­ское пере­кра­и­ва­ние своей внеш­но­сти под­со­зна­тельно помо­гает ребенку пре­вра­щать эти каче­ства кумира в свои, невольно отож­деств­ляя себя с совер­шенно дру­гим чело­ве­ком, вдруг став­шим части­цей фаната.

Но под нож пла­сти­че­ского хирурга готовы лечь фанаты не только живых куми­ров, но и оче­ло­ве­чен­ных пред­ме­тов или даже игру­шек. Вся Аме­рика знает Синди Джек­сон, жен­щину, пере­нес­шую 22 пла­сти­че­ские опе­ра­ции только ради того, чтобы стать похо­жей на куклу Барби. Да, да, да, Вы не ошиб­лись, на запо­ло­нив­шую нашу пла­нету гипер­сек­су­аль­ную Барби. Ока­за­лось, что парень, в кото­рого она была влюб­лена, обо­жал с дет­ства Барби. И тогда Синди тоже решила стать подоб­ной ей, чтобы жених обо­жал ее так же, как куклу. Она так изме­нила весь свой внеш­ний облик, что дей­стви­тельно стала как Барби. Муж ушел от нее, испу­гав­шись, что женился на кукле, пусть даже люби­мой, но для жизни ему ока­за­лась нужна жен­щина, а не кукла. Зато Синди явля­ется родо­на­чаль­ни­цей появив­ше­гося сей­час в мире «син­дрома Барби», ведь у Синди уже есть после­до­ва­тели, среди них соро­ка­ше­сти­лет­няя Сара Бердж, мать трех доче­рей, сде­лав­шая за время пре­вра­ще­ния в «куклу» 26 опе­ра­ций и добив­ша­яся все-таки сво­его. Невоз­можно понять, где здесь норма и где патология.

Однако фанаты отож­деств­ляют себя не только с Барби или с рок– или рэп-звез­дами, не только с раз­лич­ными зна­ме­ни­то­стями, веду­щими по теле­ви­зору шоу, куми­ром для них может стать даже кил­лер, любой кри­ми­наль­ный авто­ри­тет, вплоть до мафи­ози. Конечно же это пугает роди­те­лей, а ино­гда и самого ребенка, вос­пи­ты­ва­ю­ще­гося, каза­лось бы, в бла­го­по­луч­ной семье. Но тем не менее этому можно дать объяснение.

Ско­рее всего, как счи­тают уче­ные, зани­ма­ю­щи­еся дан­ной про­бле­мой, это свя­зано с неот­ре­а­ги­ро­ван­ной и невы­ра­жен­ной агрес­сией, «закон­сер­ви­ро­ван­ной» в нас с вами, а если ска­зать более верно, с архе­ти­пом воина. Есте­ственно, не сек­рет, что чело­век вопло­щает в себе не только воз­вы­шен­ное, но и низ­мен­ное. Однако воз­вы­шен­ное пре­воз­но­сится, как пра­вило, нами до небес, а низ­мен­ное тща­тельно «пря­чется» на бес­со­зна­тель­ном уровне, где вре­мен­ными или посто­ян­ными квар­ти­ран­тами явля­ются все­воз­мож­ные архе­типы, что-то вроде набора состо­я­ний чело­ве­че­ского бытия, выхо­дя­щие на пер­вый план в силу раз­лич­ных жиз­нен­ных обсто­я­тельств. В более древ­ние вре­мена архе­типы слу­жили кан­вой жизни. Сей­час мно­гие из них про­сто нам не нужны. Мы опи­ра­емся больше теперь не на архе­типы, а на сте­рео­типы. Однако по мере необ­хо­ди­мо­сти архе­типы, скры­ва­ю­щи­еся в бес­со­зна­тель­ном, пыта­ются выйти наружу, как и архе­тип воина, необ­хо­ди­мый в дале­кие вре­мена для защиты муж­чи­нами своих близ­ких от непри­я­теля, при угрозе опас­но­сти. Как ока­за­лось, архе­ти­пов не счесть, они есть на все слу­чаи жизни, вплоть до архе­типа любов­ницы. И даже наше свя­щен­ное мате­рин­ство – это обыч­ный архе­тип матери. Такое поня­тие, как архе­тип, воз­никло бла­го­даря рабо­там Карла Юнга, кото­рый срав­ни­вал архе­типы чело­века с импуль­сами «у птиц вить гнезда, а у мура­вьев стро­ить муравейники».

Как пра­вило, архе­типы имеют несколько состав­ля­ю­щих, и архе­тип воина в мир­ные и смут­ные вре­мена несет совер­шенно раз­ные функ­ции: во время войны – напа­де­ние, а в мир­ное время – охрану. У кил­ле­ров вечно взве­ден на курке момент напа­де­ния, моменты охраны при этом без­дей­ствуют, они изо­ли­ро­ваны в бес­со­зна­тель­ном. Поэтому архе­типы воина для них имеют лишь только одну свою функ­цию – функ­цию напа­де­ния. И пусть эта функ­ция в мир­ное время отнюдь не из луч­ших, но, прежде всего, она нас защи­щает, хотя и направ­лена про­тив дру­гих, всех непо­свя­щен­ных… И дети-фанаты готовы идти так, как их кумиры, про­тив дру­гих, не в силах отдать себе в этом отчета.

Однако идти про­тив всех им труд­нее, чем сде­лать куми­ром любого подонка, в кото­ром бур­лит посто­янно агрессия.

Воз­мож­ность выплес­нуть засто­яв­шу­юся агрес­сию исполь­зуют и спор­тив­ные фанаты, теря­ю­щие свои головы в толпе подоб­ных. Чаще всего такие фанаты – это или те под­ростки, в семьях кото­рых цар­ствует агрес­сия во время бес­ко­неч­ных ссор и выяс­не­ния кон­фликт­ных ситу­а­ций, или же дети из семей, где этот спо­соб выра­же­ния эмо­ций все­гда был под запре­том, из-за чего ребе­нок нако­пил в себе ряд нега­тив­ных чувств – гнев, ярость, злость – и ищет спо­соб, как от них освободиться.

Ино­гда агрес­сив­ность фана­тов про­яв­ля­ется в ситу­а­циях, когда ребенку кажется, что его кумира кто-то пыта­ется оби­жать или оби­дел. В подоб­ных слу­чаях фанат стоит за кумира горой. По мне­нию пси­хо­ло­гов, этому спо­соб­ствует «эффект отра­же­ния», про­яв­ля­ю­щийся в том, что «оби­жен­ный» жиз­нью кумир пред­по­ла­гает, что обо­жа­е­мого им чело­века кто-то так же спо­со­бен оби­деть, как и его.

Так кто же, если не он, защи­тит сво­его кумира. И начи­на­ются пету­ши­ные бои под эги­дой еще не опе­рив­ше­гося «мате­рин­ства» фаната с при­зрач­ными вра­гами кумира, не все­гда даже дога­ды­ва­ю­щи­мися, что они – эти враги. А если дей­стви­тельно враги? Тогда им не поза­ви­ду­ешь, потому что любой истин­ный фанат – это не только веду­щий отча­ян­ную борьбу за правду неуто­ми­мый адво­кат кумира, но и жесто­кий десант­ник в нерав­ной борьбе, зазом­би­ро­ван­ный на победу. Иного выхода про­сто нет. Ведь защита «люби­мого» – глав­ная функ­ция этой самой любви, да и вообще, оче­видно, подоб­ного чувства.

Куми­ро­ма­нию у детей могут искус­ственно куль­ти­ви­ро­вать и спе­ци­ально взрос­лые в целях мар­ке­тинга, к при­меру, попу­ляр­ным рок-груп­пам при­пи­сы­вают мар­ке­тинг нар­ко­ти­ков. А фанаты, бук­вально схо­дя­щие с ума от этих групп, вряд ли дога­ды­ва­ются, что демон­стра­тив­ное пове­де­ние их куми­ров не только на сцене, но и в жизни, их истин­ное или мни­мое при­стра­стие к нар­ко­ти­кам, о кото­ром они дают знать в своих интер­вью, это вовсе не тер­ни­стый путь к славе, а всего лишь навсего хорошо кем-то опла­чи­ва­е­мая и орга­ни­зу­е­мая про­па­ганда и пиар-акция нар­ко­ти­ков, «вкус» кото­рых уже не прочь попро­бо­вать и под­ро­сток, чтобы пол­но­стью похо­дить на сво­его кумира и побыть с ним в одной шкуре.

И ведь дей­стви­тельно, в самом деле хочется «попро­бо­вать», когда ты слы­шишь или чита­ешь о необык­но­вен­ных ощу­ще­ниях и чув­ствах полета, опья­ня­ю­щих тебя после таких «проб» и при­да­ю­щих серо­сти буд­ней твоих совер­шенно иной колорит.

Невольно при­по­ми­на­ется, как одна зна­ко­мая девочка, начи­тав­ша­яся Пеле­вина и решив­шая сде­лать его своим куми­ром, потому что о его кни­гах писали во всех газе­тах, сове­то­ва­лась со мной, от каких гри­бов у нее будут кра­си­вее гал­лю­ци­на­ции, совер­шенно не пони­мая, что такое гал­лю­ци­на­ции, но зато хорошо пред­став­ляя, какой кайф пред­стоит ей узнать.

Роди­те­лям детей-фана­тов необ­хо­димо знать, что фана­тизм, ко всему про­чему, обычно под­ра­зу­ме­вает под собой также вла­де­ние еще фана­тами и фети­шами, кото­рые нередко рас­про­стра­няют сами обо­жа­е­мые Вашими детьми кумиры.

Однако, пони­мая, что такое фетиш, роди­тели вряд ли заду­мы­ва­ются над тем, что в меди­цине фетиш озна­чает не что иное, как источ­ник сек­су­аль­ной сти­му­ля­ции, при­чем зна­чи­мый источ­ник. Бла­го­даря фетишу удо­вле­тво­ря­ется сек­су­аль­ная реак­ция. Иначе говоря, даже вожде­лен­ные авто­графы кумира имеют двой­ное дно: с одной сто­роны, эйфо­рия от полу­че­ния него, а с дру­гой сто­роны – сек­су­аль­ная стимуляция.

К сожа­ле­нию, как бы это ни зву­чало пара­док­сально, но фети­шизм у фана­тов – это не про­сто какие-то пред­меты, напо­ми­на­ю­щие о ком-то, а то, что вызы­вает у них воз­буж­де­ние-вле­че­ние на уровне инстинкта. И есте­ственно, чем дальше длится син­дром «покло­не­ния зна­ме­ни­то­стям», тем чаще на фоне всеми нами види­мого пла­то­ни­че­ского чув­ства под­ростки-фанаты, исполь­зуя фетиши, испы­ты­вают сек­су­аль­ное вле­че­ние, так назы­ва­е­мый секс-прес­синг, пере­воз­буж­да­ясь почти до безумия.

Фана­там-маль­чи­кам гораздо легче «снять» подоб­ный секс-прес­синг, чем девоч­кам. Забыв о высо­ком пла­то­ни­че­ском чув­стве, они спо­собны умень­шить свое сек­су­аль­ное напря­же­ние при помощи физио­ло­ги­че­ской раз­рядки, хотя бы мастур­ба­цией. Для дево­чек такой выход в сло­жив­шейся ситу­а­ции кажется слиш­ком низ­мен­ным и оскор­би­тель­ным для взле­ле­ян­ного ими высо­кого пла­то­ни­че­ского чув­ства, поэтому о тра­фа­рет­ной физио­ло­ги­че­ской раз­рядке не может быть и речи. Они пред­по­чи­тают рас­пла­чи­ваться за свои «высо­кие» чув­ства депрес­си­ями, попыт­ками ауто­агрес­сии и все­воз­мож­ными эмо­ци­о­наль­ными рас­строй­ствами, вплоть до само­убийств. Во вся­ком слу­чае, им чаще, чем маль­чи­кам, врачи выстав­ляют диа­гноз «пред­су­и­ци­даль­ного синдрома».

Правда, чаще всего сво­ими попыт­ками све­сти все счеты с жиз­нью дети про­сто пыта­ются при­влечь вни­ма­ние фаната, не думая о том, что попытка может быть роковой.

Вообще, «син­дром покло­не­ния кумиру» – это крик оди­но­че­ства влюб­лен­ного в него под­ростка, кото­рый сам, по его мне­нию, никому не нужен. А раз он сам никому не нужен, то ему также не нужен никто, кроме выбран­ного им фан­тома любви. И, покло­ня­ясь фан­тому, ребе­нок пере­стает общаться даже со сверст­ни­ками. У него нет дру­зей, а тем более при­я­те­лей про­ти­во­по­лож­ного пола.

И если куми­ро­ма­ния начи­на­ется до начала пери­ода фор­маль­ной логики, 7–8 лет, то и поло­ро­ле­вое пове­де­ние такого ребенка, фор­ми­ру­ю­ще­еся при­бли­зи­тельно с 11 лет, не соот­вет­ствует воз­раст­ным нор­мам. И без­условно, обще­ние этих детей в какой-то сте­пени даже ущербно, из-за склон­но­сти к интро­верт­но­сти и замкну­то­сти в кругу ровес­ни­ков, не покло­ня­ю­щихся кумирам.

Оди­но­че­ство их еще больше уси­ли­ва­ется, и они оста­ются наедине со сво­ими почти навяз­чи­выми мыс­лями и порт­ре­тами выбран­ных ими кумиров.

В край­них слу­чаях пик их обще­ния – на тусов­ках таких же фана­тов, куда их вле­кут сход­ные чув­ства с дру­гими людьми, с общим идо­лом и инте­ре­сами, свя­зан­ными с пре­крас­ным куми­ром. Здесь, как пра­вило, их интро­верт­ность про­хо­дит, и они кон­флик­туют друг с дру­гом, соперничая.

Ино­гда Ваш ребе­нок готов по пятам сле­до­вать за куми­ром на край света, в любую глу­бинку… лишь бы видеть его и быть рядом. И осо­бенно если кумир – зна­ме­ни­тость. Ну хотя бы извест­ный певец. А извест­ным пев­цам надо только лишь спеть свою новую песню, в кото­рой гово­рится о важ­ных про­бле­мах детей и кло­ко­чу­щих чув­ствах под­рост­ков, чтобы «завер­бо­вать» их в фанаты. Потому что ребе­нок, про­слу­шав слова, про­зре­вает – на свете нашелся Один, кто его нако­нец пони­мает. Пони­мает! Его пони­мают! Зна­чит, можно изба­виться от всех про­блем, если есть на земле вот такой Человек!

Он не мать, не отец, он не будет брюз­жать день и ночь из-за низ­ких оце­нок и не убран­ной утром постели. Он не будет часами тебя уни­жать из-за жалоб учи­теля и заме­ча­ний в днев­нике, где лишь ложь и обман. Он не будет орать и коман­до­вать. Он не будет тебя кон­тро­ли­ро­вать, как дошколь­ника или детсадовца.

Раз он понял, какой я хоро­ший, то полю­бит за это меня. Как же мне не отве­тить вза­им­но­стью? Как теперь не идти рядом с ним, ну хотя бы все знать про него. Этот само­гип­ноз посте­пенно пре­вра­щает ребенка в фаната выду­ман­ного им иде­ала, созда­вая иллю­зию сча­стья: нако­нец появился «спа­си­тель» – изба­ви­тель от преж­них проблем.

И спа­си­телю пишутся письма «в никуда», но с надеж­дой, что он их полу­чит и узнает из них про поклон­ника. В общем, жизнь фаната – в ожи­да­нии чуда и пред­чув­ствия встречи, жизнь в иллю­зор­ной башне из сло­но­вой кости.

* * *

– Попро­сите маму, чтобы она не ругала меня, – пре­ры­вает мои раз­мыш­ле­ния Нонна. – Мне подружка сей­час позво­нила, что Бритни надела парик. Бритни тоже боится, как я, своей мамы… Правда, здо­рово, я и она, – раду­ется хоть такой сомни­тель­ной парал­лели между собой и обо­жа­е­мым ей куми­ром девочка. – Но вчера у нее был парик голу­бой, а сего­дня уже белого цвета, – вновь и вновь пора­жает меня своей осве­дом­лен­но­стью о малей­ших дета­лях в жизни певицы деся­ти­лет­няя девочка.

И я пред­став­ляю, что будет с ее уже сей­час нахо­дя­щейся в шоке мамой, не пустив­шей сего­дня дочь даже в школу, а решив­шей про­кон­суль­ти­ро­ваться со спе­ци­а­ли­стами, когда она узнает о голу­бом парике, хотя парик на сего­дняш­ний день – это един­ствен­ный выход для девочки, чтобы скрыть свою мета­мор­фозу с при­чес­кой. При­чем этот парик дол­жен под­чер­ки­вать ее преж­ний облик.

Но Нонна совер­шенно иного мне­ния обо всем про­ис­шед­шим с ней. Ее мечта – появиться в школе бри­то­го­ло­вой, как Бритни, чтобы дети лоп­нули от зави­сти к ней. Ведь из всего класса, где интер­не­тов­ские сайты о зна­ме­ни­той певице читают почти все, только она отва­жи­лась на такое.

И пока я пыта­юсь хоть как-то пого­во­рить с ней по душам, девочка тор­же­ственно сооб­щает мне, что сре­зан­ные локоны певицы сей­час можно будет купить в том салоне кра­соты, где она их сре­зала, за мил­лион дол­ла­ров… Вот если бы у нее были такие деньги, если бы только были… Она бы их отдала не заду­мы­ва­ясь… А сей­час у нее един­ствен­ная мечта – хорошо выучить англий­ский язык и устро­иться рабо­тать няней в дом Бритни, помо­гать ей вос­пи­ты­вать ее детей, ведь Бритни все время меняет нянь и, может быть, при­мет на работу также ее.

По мне­нию мамы Нонны, с ее доче­рью тво­рится что-то нелад­ное, и кон­суль­та­ция пси­хо­лога – это только пер­вая инстан­ция, в кото­рую обра­ти­лась она. Ско­рее всего, все это окон­чится очень пла­чевно… И не дай бог, как у самой Бритни Спирс, кото­рой покло­ня­ются мил­ли­оны таких же глу­пых дев­чо­нок, как и ее соб­ствен­ная дочь. Чему покло­ня­ются? Этой рас­пу­щен­но­сти и все­доз­во­лен­но­сти, ведь звезд­ные часы неко­гда мод­ной певицы уже позади. А у Нонны все впе­реди. Но будет ли теперь это «все» после подоб­ного поме­ша­тель­ства, име­ну­е­мого обо­жа­нием, после этого фана­тизма, где ее един­ствен­ная дочь высту­пает в каче­стве сле­пого щенка? И вообще, кто-нибудь когда-нибудь зай­мется ли нако­нец этим вопро­сом, этими тще­слав­ными зна­ме­ни­то­стями, поз­во­ля­ю­щими из-за себя кале­чить жизни нера­зум­ных детей, ведь им на это в конце кон­цов все равно наплевать?

Мама Нонны про­сто не знает, что этот вопрос вол­нует не только ее. Пси­хо­логи из Лос-Андже­леса при­шли к выводу, что мно­гие зна­ме­ни­то­сти в самом деле счи­тают себя настолько лучше дру­гих, что они достойны покло­не­ния фана­тов и быть для кого-то куми­рами. Они очень тще­славны, эго­и­стичны и не могут жить без поклон­ни­ков. Фана­тизм обо­жа­ю­щих их под­рост­ков им важ­нее мате­ри­аль­ных цен­но­стей и карьеры. По мне­нию пси­хо­ло­гов, обсле­до­вав­ших более 200 зна­ме­ни­то­стей, у мно­гих из них отме­ча­лись симп­томы так назы­ва­е­мой звезд­ной болезни, одним из кото­рых ока­зался высо­кий уро­вень само­влюб­лен­но­сти. Тще­сла­вие для боль­шин­ства зна­ме­ни­тых акте­ров, музы­кан­тов и теле­ве­ду­щих – одна из харак­те­ри­стик их лич­но­сти, под­твер­жда­ю­щая нали­чие этой болезни. И так же как мно­гие из нас, а осо­бенно дети, нуж­да­ются в куми­рах, так и кумиры нуж­да­ются в фанатах.

По дан­ным науч­ных иссле­до­ва­ний, каж­дый тре­тий житель США соби­рает инфор­ма­цию про жизнь своих куми­ров, ста­но­вясь жерт­вой «син­дрома покло­не­ния зна­ме­ни­то­стям», при­чем 10 % из них настолько зави­симы от этой инфор­ма­ции, что если она недо­ста­точна или же в чем-то их не удо­вле­тво­ряет, то они могут впасть даже в депрес­сию, не говоря уже о повы­ше­нии уровня их тревожности.

И в то же время куми­ро­ма­ния, как счи­тают англий­ские уче­ные, не только интро­вер­ти­рует ребенка, но в какой-то сте­пени и помо­гает фана­там найти свое место в обще­стве сверст­ни­ков, и даже один­на­дца­ти­лет­ние дети, а не только стар­ше­класс­ники при­об­ре­тают осо­бен­ный имидж в гла­зах ровес­ни­ков, рас­ска­зы­вая о жизни своих куми­ров. При­чем у 30 % тиней­дже­ров основ­ная часть сво­бод­ного вре­мени ухо­дит на такое обще­ние, обще­ние с теми, кто при­слу­ши­ва­ется к твоим словам.

Куми­ро­маны создают свой круг дру­зей и бла­го­даря при­вя­зан­но­сти к зна­ме­ни­то­стям обу­ча­ются навы­кам соци­аль­ного обще­ния, что нема­ло­важно в дет­ском воз­расте. Кроме того, по мне­нию пси­хо­ло­гов, такие дети ста­но­вятся эмо­ци­о­нально авто­ном­ными и эмо­ци­о­нально дистан­ци­ро­ван­ными от роди­те­лей, что необ­хо­димо для их даль­ней­шего взросления.

А пси­хо­лог Джеймс Хоуран вообще выска­зал такую мысль, что «в свет­ском обще­стве культ звезд играет ту же самую роль, что цер­ковь для веру­ю­щих, а именно поз­во­ляет при­со­еди­ниться к сооб­ще­ству людей, раз­де­ля­ю­щих оди­на­ко­вые ценности».

В то же время вопрос об этих цен­но­стях – глав­ное, что вол­нует роди­те­лей. Каким цен­но­стям будет отда­вать при­о­ри­тет их ребе­нок, покло­ня­ясь кумиру, поко­рив­шему мир, – его мил­ли­он­ному состо­я­нию, поз­во­ляв­шему сорить день­гами, его все­доз­во­лен­но­сти, его непред­ска­зу­е­мо­сти, его каприз­но­сти и сног­сши­ба­тель­ной внеш­но­сти или же его оба­я­нию, тру­до­лю­бию, мило­сер­дию, бла­го­тво­ри­тель­но­сти, доброте…

Без­условно, когда Ваш ребе­нок готов покло­няться таланту кумира и его чело­веч­но­сти – это одно, но когда его манят лишь «кисель­ные берега и молоч­ные реки» – это совер­шенно другое.

Но есть и тре­тий вари­ант – жела­ние стать двой­ни­ком при­ду­ман­ного ребен­ком чело­века-бога может стать ката­ли­за­то­ром потен­ци­аль­ных воз­мож­но­стей фаната, пре­вра­тив­шись в импульсы его ста­нов­ле­ния как лич­но­сти. Ведь таланты ребенка вре­ме­нами – это «Спя­щая кра­са­вица», кото­рую дол­жен про­бу­дить Пре­крас­ный принц. И этим прин­цем ста­но­вится кумир.

Ско­рее всего, есть какая-то вза­и­мо­связь между безум­ным покло­не­нием талант­ли­вой моло­дежи уже обще­при­знан­ным талан­там в этой обла­сти и соб­ствен­ным вос­хож­де­нием к твор­че­ским вер­ши­нам. Ведь вос­хи­ще­ние жиз­нью в чем-то себе подоб­ных дает сол­неч­ную энер­гию раз­ви­тия сво­его соб­ствен­ного таланта или же про­буж­дает дрем­лю­щие воз­мож­но­сти. И кумир, даже о том и не подо­зре­вая, ста­но­вится луч­шим настав­ни­ком и Учи­те­лем для сво­его незри­мого ученика.

Когда-то моя еще совсем юная дво­ю­род­ная сестра, меч­та­ю­щая после окон­ча­ния школы быть кем угодно, но только не твор­че­ским чело­ве­ком, слу­чайно услы­шала по радио пение зна­ме­ни­той гре­че­ской певицы Иоанны Геор­га­ко­полу, или про­сто Иоанны.

Это пение про­из­вело на девочку столь силь­ное впе­чат­ле­ние, что я стала сви­де­те­лем того, как у нее начал про­яв­ляться не про­сто «син­дром покло­не­ния кумиру», а нечто более выс­шей инстан­ции. Девочка пре­об­ра­жа­лась прямо на гла­зах и, хотя до окон­ча­ния школы было еще далеко, объ­явила роди­те­лям твердо и веско: «Я хочу стать певицей!»

Певи­цей в семье, где нико­гда не было певиц, а тра­ди­ции в основ­ном огра­ни­чи­ва­лись на вра­чах и педа­го­гах. Стать певи­цей, до четыр­на­дца­ти­лет­него воз­раста нико­гда раньше не пев, все свои вне­школь­ные успехи до сих пор свя­зы­вая только с побе­дами на сорев­но­ва­ниях по лег­кой атлетике…

Конечно же все род­ствен­ники и дру­зья вос­при­няли с юмо­ром заяв­ле­ние девочки, начав лишь помо­гать ей соби­рать пла­стинки и фото­гра­фии Иоанны.

Хотела бы стать Марией Кал­лас – тогда бы еще было понятно ее вре­мен­ное «опья­не­ние» талан­том певицы и это под­спуд­ное жела­ние – чем-то похо­дить на нее, но Иоанна – это же нечто совер­шенно другое.

«Помеч­тает – прой­дет», – решили роди­тели, но все-таки согла­си­лись опла­тить уроки учи­теля пения для под­го­товки дочери к поступ­ле­нию в музы­каль­ное учи­лище, ведь девочка к тому вре­мени не учи­лась даже в музы­каль­ной школе.

Неиз­вестно по какой при­чине начав­ше­еся покло­не­ние кумиру при­вело к тому, что девочка окон­чила не только музы­каль­ное учи­лище, но ока­за­лась в числе пер­вых и в кон­сер­ва­то­рии. А сей­час она не только веду­щая певица одной из довольно извест­ных филар­мо­ний, но и заслу­жен­ный дея­тель искусств, а глав­ное – очень счаст­ли­вый чело­век, счаст­ли­вый бла­го­даря своей твор­че­ской про­фес­сии, помо­га­ю­щей ей каж­дый день обна­ру­жи­вать без­дон­ность соб­ствен­ной души и даю­щей тол­чок к поиску этой без­дон­но­сти у зри­те­лей и поклон­ни­ков ее неожи­данно про­бу­див­ше­гося таланта, про­бу­див­ше­гося только лишь бла­го­даря куми­ро­ма­нии – одной из ста­дий поиска детей сво­его соб­ствен­ного, еще не най­ден­ного, но обя­за­тельно име­ю­ще­гося «Я».

КАК ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с ребен­ком, покло­ня­ю­щимся кумиру

  • Прежде всего, вспом­нить свое дет­ство и свою моло­дость, убе­див­шись, что и у Вас было нечто подобное.
  • Поста­раться знать о кумире не меньше сво­его ребенка.
  • Акцен­ти­ро­вать вни­ма­ние ребенка на поло­жи­тель­ных каче­ствах кумира, кото­рые, как бы он ни был для Вас чужд, все­гда можно найти.
  • Стать свое­об­раз­ным «соучаст­ни­ком» куми­ро­ма­нии своих детей.
  • Если образ кумира, по Вашему мне­нию, анти­со­ци­аль­ный, сде­лать все воз­мож­ное для замены этого кумира на более пози­тив­ного человека.
  • Поста­рай­тесь заву­а­ли­ро­ванно кон­тро­ли­ро­вать фана­тизм ребенка, следя, чему и кому отдает он пред­по­чте­ние, смотря теле­ви­зор или же поль­зу­ясь ком­пью­те­ром, какие жур­налы предпочитает.
  • Даже под мар­кой учебы не согла­шай­тесь рас­по­ла­гать ком­пью­тер и теле­ви­зор в дет­ской ком­нате, где Ваш ребе­нок, как пра­вило, предо­став­лен сам себе, и Вам трудно будет наблю­дать за его предпочтениями.
  • Не пре­вра­щайте куми­ро­ма­нию ребенка в «шпи­о­но­ма­нию» за ним, пыта­ясь всеми прав­дами и неправ­дами про­ни­кать в его тайны.
  • Выяс­няйте при­чины его пред­по­чте­ний, зада­вая пря­мые, но очень дели­кат­ные вопросы.
  • Доби­вай­тесь того, чтобы ребе­нок дове­рял Вам и делился сво­ими сокро­вен­ными мыс­лями о кумире, а не видел бы в Вас врага сво­его фанатизма.
  • Спо­соб­ство­вать твор­че­скому подъ­ему ребенка, вдох­нов­лен­ного своим чув­ством к кумиру.
  • Если куми­ро­ма­ния ребенка свя­зана с про­яв­ле­нием его соб­ствен­ного таланта и покло­ня­ется он чело­веку, достиг­шему в этой обла­сти твор­че­ских вер­шин, то это один из путей утвер­жде­ния его соб­ствен­ной неза­у­ряд­но­сти, по кото­рому Вам жела­тельно пройти вме­сте с ним.
  • Помните, что куми­ро­ма­ния не болезнь-одно­дневка, у нее часто хро­ни­че­ское тече­ние, но если Вы с муд­ро­стью отне­се­тесь к ее про­яв­ле­нию и най­дете истоки ее появ­ле­ния, посте­пенно устра­няя их, если они небла­го­при­ятны для Вашего ребенка, она рано или поздно прой­дет без суще­ствен­ного ущерба для под­ростка, не говоря уже о воз­мож­ных пре­иму­ще­ствах. Если же Вы попы­та­е­тесь рас­ко­лоть и раз­бить это хру­сталь­ное чув­ство ребенка, послед­ствия могут быть самыми плачевными.
  • Глав­ное, чтобы ребе­нок не ощу­щал дефи­цита Вашей любви. И тогда куми­ро­ма­ния – это нор­маль­ное явление.

КАК НЕ ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с ребен­ком, покло­няв­шимся кумиру

  • Ругать, нака­зы­вать, высме­и­вать, запрещать…
  • Выис­ки­вать лишь отри­ца­тель­ные каче­ства, не акцен­ти­руя вни­ма­ние на поло­жи­тель­ных сто­ро­нах кумира.
  • Уни­жать и оскорб­лять кумира в при­сут­ствии ребенка.
  • Сле­дить за ребен­ком, испол­няя роль семей­ного детектива.
  • Пытаться кон­тро­ли­ро­вать даже мысли ребенка.
  • Спе­ци­ально выклю­чать теле­ви­зор, когда в нем пока­зы­вают кумира.
  • Запре­щать общаться с друзьями-фанатами.
  • Высме­и­вать твор­че­ский подъем у ребенка во имя его кумира.
  • Демон­стри­ро­вать свое рав­но­ду­шие к судьбе ребенка.

Ситу­а­ция для родителей

Мама две­на­дца­ти­лет­ней Насти запре­щает ей гово­рить кому бы то ни было о своей любви к заме­ча­тель­ной кино­диве Джу­лии Робертс, и девочке очень обидно, что она не раз­де­ляет ее чувств к зна­ме­ни­той кино­звезде и к тому же не хочет, чтобы об этом знали дру­гие. А сего­дня, когда Настя все-таки начала рас­ска­зы­вать подруге что-то из био­гра­фии люби­мой актрисы, мама тут же отклю­чила теле­фон, а раз­гне­ван­ная девочка в ответ выска­зала ей все, что за это время нако­пи­лось у нее на душе. В ответ мама заперла девочку в дет­ской, угро­жая ей, что если она не выки­нет эту дурь из головы, то отве­дет ее к психиатру.

 Как надо бы было посту­пить в сло­жив­шейся ситу­а­ции на месте Насти­ной мамы?

* * *

«Не сотвори себе кумира»… Не сотвори! Не сотвори!

Всю свою созна­тель­ную жизнь я в раз­ном свете вижу обще­при­ня­тые Запо­веди, пре­ду­пре­жда­ю­щие нас о все­воз­мож­ных иску­ше­ниях, воз­ни­ка­ю­щих на пути людей, об обще­при­ня­тых, хре­сто­ма­тий­ных иску­ше­ниях, не все­гда обла­го­ра­жи­ва­ю­щих чело­века. Но… «ничто чело­ве­че­ское мне не чуждо»… И одно дело, когда ты с моло­ком матери впи­ты­ва­ешь в себя уста­новку – «не укради», и совер­шенно дру­гое, если ты уста­новку – «не сотвори себе кумира» пере­де­лы­ва­ешь на свой лад. Ведь те дале­кие вре­мена, когда воз­никла эта запо­ведь, в конце кон­цов, уже давно позади.

И если Бог и создал ее, чтоб выде­лить из массы язы­че­ских богов как-то себя, то речь в ней и шла о боже­ствен­ных куми­рах, а не о наших, зем­ных, будо­ра­жа­щих души совре­мен­ных детей, и вовсе не только лишь из-за осо­зна­ния своей соб­ствен­ной непол­но­цен­но­сти и незре­ло­сти лич­но­сти такого ребенка, а из-за более высо­кого сво­его пред­на­зна­че­ния. И я вовсе не согласна с мне­нием тех, кто счи­тает, что в сле­пой вере и сле­пом покло­не­нии ребенка к кумиру он теряет соб­ствен­ное лицо и тем самым раз­ру­шает свое «Я».

Вна­чале мы тво­рим себе куми­ров, потом кумиры тво­рят нас.

Так уж вышло, что, едва научив­шись читать, моим куми­ром стала вечно живая серия книг «Жизнь заме­ча­тель­ных людей», с плот­но­стью насе­ле­ния, как в Под­не­бес­ной, бла­го­даря кото­рой я создала себе свою соб­ствен­ную Под­не­бес­ную, пере­се­ляя туда тех, без кото­рых уже не могла обой­тись, куми­ров моих мыс­лей. Я не могу ска­зать, что отли­ча­лась боль­шим посто­ян­ством, к кому-то давно охла­дела, кого-то про­дол­жаю обо­жать до сих пор, пыта­ясь найти элик­сир жизни, а лучше бес­смер­тия, как в дет­стве, для бук­вально сра­зив­шего меня напо­вал своим нестан­дарт­ным мыш­ле­нием Вис­са­ри­она Белин­ского. Хотя, каза­лось бы, по логике вещей моим куми­ром из куми­ров дол­жен был стать не извест­ный кри­тик, а кто-то из тех тита­нов, кото­рых он гени­ально кри­ти­ко­вал. Но тем не менее я обо­жала больше всех именно Белинского…

В копилке моей Под­не­бес­ной еще до сих пор, навер­ное, тесно куми­рам, когда-то пора­зив­шим мое вооб­ра­же­ние и не успев­шим разо­ча­ро­вать, из-за кото­рых готова выяс­нять отно­ше­ния с дру­гими, не менее извест­ными и талант­ли­выми людьми, но… почему-то не сумев­ших попасть в круг избран­ных мною кумиров…

Мои уни­вер­си­теты про­дол­жали и живые кумиры, неиз­вестно откуда вдруг попа­дав­ши­еся мне на пути люди-свет­лячки, пре­вра­ща­ю­щи­еся для меня в све­тя­щи­еся огоньки мая­ков, при аль­пи­ни­сти­че­ском пре­одо­ле­нии пре­пят­ствий во время «сколь­же­ния» по отвес­ным ска­лам судьбы.

Бла­го­даря этим живым куми­рам и мгно­ве­ниям вос­хи­ще­ния ими я писала почти все школь­ные сочи­не­ния по лите­ра­туре в сти­хах и видела жизнь не только с изнанки, а во всех ее поэ­ти­че­ских про­яв­ле­ниях. Мне до сих пор не понятна роль репе­ти­тора в про­цессе позна­ния, в конце кон­цов, он не пода­рит свою голову уче­нику. Но я отдаю все­гда долж­ное роли кумира, ката­ли­зи­ру­ю­щего это веч­ное чело­ве­че­ское жела­ние – что-то познать, и не только самое необ­хо­ди­мое в дан­ный момент, но и что-то для зав­тра, что когда-нибудь вдруг при­го­дится в рас­кладке нашего жиз­нен­ного пасьянса. Во вся­ком слу­чае, мне это пригодилось.

Кумиры созда­вали мой харак­тер, пере­ли­цо­вы­вая ген­ные издержки… В меня внед­ря­лось что-то от их уста­но­вок. Все ино­род­ное мгно­венно отвер­гала моя мораль­ная иммун­ная система. Но сим­биоз всех наших общих уста­но­вок все время шли­фо­вал мой мир.

«Спе­шите делать добро», – ста­ра­лась сде­лать я деви­зом своей кафедры слова одного из самых ярких аль­тру­и­стов на земле – док­тора Гааза, чтоб сам док­тор Гааз стал куми­ром для моих сту­ден­тов – буду­щих дет­ских вра­чей, кото­рым без аль­тру­изма вообще нечего делать в медицине.

«Мне нужны живые спут­ники, кото­рые сле­дуют за мною, потому что хотят сле­до­вать сами за собой…» – при­слу­ши­ва­лась я к сло­вам Ницше, пыта­ясь сле­до­вать сама за собой даже в минуты отчаяния.

«Я не знаю, что такое “пройти мимо”, – под­ска­зы­вал мне Алек­сандр Чижев­ский, когда мне, вопреки здра­вому смыслу, ради спа­се­ния кого-то при­хо­ди­лось идти «про­тив течения».

«Мы в ответе за тех, кого при­ру­чили», – стало для меня новой запо­ве­дью бла­го­даря «обще­нию» с Анту­а­ном де Сент-Экзюпери…

Сло­вом, я за куми­ров! Нет, нет, нет, не на похо­жую на запой куми­ро­ма­нию, а на точно дози­ру­е­мую ее. Пусть это даже будет кумир на час, кумир-биодобавка.

Во вся­ком слу­чае, кумиры про­буж­дают у Вашего ребенка веру в Чудо, дают ему надежду на него. А без надежды невоз­можно жить. Про­блема только в том, где отыс­кать достой­ного кумира, чтобы ребе­нок, под­ра­жая, под­ра­жал высо­ким чув­ствам чело­века, а не был бы коле­но­пре­кло­нен­ным перед ничто­же­ством, рас­цве­чен­ным пиаром.

Кумиры могут пре­вра­титься в лест­ницу наверх. И если даже чув­ство к ним не дол­го­вре­менно, не важно, глав­нее всего, чтобы Ваш ребе­нок ока­зался на сол­неч­ной сто­роне ими­джа кумира и пере­нял бы эту сол­неч­ность его, раз­дви­нув так гра­ницы соб­ствен­ного «Я», бла­го­даря осо­бой атмо­сфере вос­хи­ще­ния, срав­ни­мой только лишь с глот­ком озона… Озона, кото­рый назы­вают мно­гие сего­дня «супер­кис­ло­ро­дом». А кис­ло­род необ­хо­дим для жизни.

* * *

Навер­ное, из всех зем­ных фана­тов самым извест­ным, самым пре­дан­ным кумиру был зна­ме­ни­тый древ­не­гре­че­ский фило­соф Пла­тон, воз­нес­ший муд­реца Сократа до небес. Когда-то в моло­до­сти знат­ный афи­ня­нин, пишу­щий стихи, услы­шав раз­го­вор Сократа с кем-то, вне­запно так был потря­сен умом фило­софа, что после этого, швыр­нув напи­сан­ное им в огонь, стал луч­шим из уче­ни­ком про­слав­лен­ного мудреца.

Когда ж народ­ная власть афи­нян каз­нила его люби­мого учи­теля, воз­не­на­ви­дев ее, уче­ник поки­нул род­ной город и осно­вал в при­го­роде Афин первую в мире Ака­де­мию. Меч­той фило­софа было тогда фор­ми­ро­ва­ние в сте­нах осно­ван­ной им Ака­де­мии дру­гого, нового, осо­бен­ного чело­века, в кото­ром бла­го­род­ство соче­та­лось бы со справедливостью…

Создав свое уче­ние и школу, Пла­тон, кото­рого так назы­вали в моло­до­сти за ширину плеч, а потом за широту ума, всю жизнь про­дол­жая «пере­же­вы­вать» полу­чен­ные от Сократа зна­ния, пытался про­слав­лять учи­теля, как мог. И вот про­сла­вил на века. Сократ стал «граж­да­ни­ном мира», кото­рого при­ду­мал Дио­ген, ходив­ший в пол­день с фона­рем, чтобы уви­деть Человека.

И этим Чело­ве­ком может стать… Кумир ребенка…

Но еще лучше, если кумир Вашего ребенка уже явля­ется подоб­ным Человеком.

В конце кон­цов, за мно­же­ство веков, наверно, фонарь Дио­гена нако­нец смог осве­тить хотя бы одного из тех, кото­рые лишь гре­зи­лись Пла­тону, – осо­бен­ного Чело­века, с сим­би­о­зом: и спра­вед­ли­во­сти и бла­го­род­ства. А это глав­ное, что Вашему ребенку необ­хо­димо от Кумира.

Подростковая гламуромания

Я уже давно не чув­ство­вала себя такой отста­лой и необ­ра­зо­ван­ной, с таким кос­ным мыш­ле­нием и кон­сер­ва­тив­ными взгля­дами, как при раз­го­воре с малень­кой оча­ро­ва­тель­ной Ликой, кото­рая, будь жив сей­час Чехов, своей кра­со­той и оба­я­нием, навер­ное, влю­била б его в себя, как когда-то ее тезка Лика Мизинова.

Мне мере­щи­лось, что я из поко­ле­ния дино­зав­ров слу­чайно ока­за­лась в сего­дняш­нем гла­мур­ном дне, потому что слово «гла­мур» было глав­ным при раз­го­воре с деся­ти­лет­ней девоч­кой, управ­ля­ю­щей им так же лихо, как ямщик лошадьми.

И если для меня отблеск этого слова лишь озна­чал елей­ную мишуру, а жизнь, окра­шен­ная им, напо­ми­нала опе­ре­точ­ную мисте­рию или под­све­чен­ную блуж­да­ю­щими раз­но­цвет­ными огнями, наря­жен­ную, как щего­лиха, рож­де­ствен­скую елку, для нее это уже был стиль жизни, хотя о каком стиле вообще еще можно гово­рить в столь юном воз­расте, на заре перед вос­хо­дом солнца своей буду­щей судьбы. Но тем не менее… это было именно так, потому что, если мне было совер­шенно без­раз­лично, какой шарф или шар­фик обни­мает меня, лишь бы он «обни­мал», грея, как мне хоте­лось, Лике важ­ным каза­лось совер­шенно дру­гое – его люк­со­вый бренд: чтоб он был из «семей­ства» Burberry или Gucci.

Хорошо, что роди­тели Лики могли ей пота­кать в ее стиль­ных запро­сах, совер­шенно не свой­ствен­ных ранее детям. Соб­ственно, они не только лишь пота­кали, а, ско­рее всего, сами фор­ми­ро­вали такие запросы, ори­ен­ти­руя девочку не на рос­кошь обще­ния, а на рос­кошь, чтобы обла­дать в жизни рос­ко­шью, недо­ступ­ную мно­гим дру­гим, и таким спо­со­бом выде­ляться средь них.

Лика мне в самом деле каза­лась не от мира сего, но не по интел­лекту или же необыч­ному образу мыс­лей. Я не видела в ней сле­дов дет­ства. У нее был про­ду­ман каж­дый жест, каж­дый взгляд, а мане­рам ее бы, навер­ное, поза­ви­до­вала бы Маль­вина, так и не сумев­шая вос­пи­тать Бура­тино, как и внеш­нему виду малень­кой дамы из вре­мен зна­ме­ни­той мар­кизы Помпадур.

В ее дет­ской повсюду дре­мали глян­це­вые жур­налы, слу­жив­шие Лике, оче­видно, настав­ни­ками и гувер­нант­ками, начи­ная от «Кин­дер­ба­зара», дик­то­вав­шего дет­скую моду для гла­мур­ных детей, и кон­чая люби­мым жур­на­лом роди­те­лей, а осо­бенно мамы – Cosmopolitan, став­шим чем-то похо­жим на биб­лию, повест­ву­ю­щую о гла­муре, с его мифами и дог­ма­тами на сего­дняш­ний день.

* * *

А ведь дей­стви­тельно, если совре­мен­ные маль­чики бук­вально с пеле­нок меч­тают о хай-тек-игруш­ках, то девоч­кам гре­зятся не только они. У них есть и дру­гие жела­ния – стать хоть чем-то похо­жими на кра­са­виц, кото­рые на них смот­рят все время с обло­жек самых мод­ных жур­на­лов. Им хоте­лось бы так же бли­стать, как они, оча­ро­вы­вать всех, живя будто бы в сказке. Они мно­гое могут отдать за гла­мур, хотя слово «гла­мур» при­дет позже, осо­знанно лишь в стар­ших классах…

Ну а как же до школы? И до школы гла­мур­ная жизнь пре­льщает детей, как и взрос­лых. Они про­сто не знают о том, что это гла­мур­ная жизнь.

Пожа­луй, каж­дая девочка из бла­го­по­луч­ной семьи, начи­ная с трех­лет­него воз­раста или чуть позже, всту­пает в свое­об­раз­ный «гла­мур­ный» период, кото­рый можно назвать «прин­цессо-бар­бин­ским», меч­тая быть самой луч­шей и самой кра­си­вой. Это период бес­ко­неч­ного пере­оде­ва­ния и ноше­ния мами­ных туфель, позна­ния жен­ских сек­ре­тов: от магии жен­ской помады до магии неж­ных духов. Любая дев­чушка согласна накра­сить себе лаком ногти и даже при­пуд­рить свой нос. При­чем девочки не про­сто под­ра­жают мамам, а в них про­сы­па­ется жен­ствен­ность, кото­рая снова спо­собна заснуть.

Заснет ли она или окон­ча­тельно проснется в даль­ней­шем, зави­сит от мно­гих при­чин, и прежде всего, конечно, от отно­ше­ния к этому инфан­тильно-инту­и­тив­ному кокет­ству роди­те­лей, осуж­да­ю­щих или при­вет­ству­ю­щих его.

И если такое кокет­ство Вас лишь забав­ляет, Вам ясно, что это – сту­пенька раз­ви­тия, Вы дочери дарите баль­ные пла­тья и даже кос­ме­тику, конечно же дет­скую и безопасную.

А Ваша дочь вдруг ощу­щает себя в баль­ных пла­тьях прин­цес­сой из сказки, кру­жась и тан­цуя, пыта­ясь понра­виться всем. Прин­цес­сой быть – это какое-то чудо! Ведь с ней про­ис­хо­дят одни чудеса. Она так нежна, так хрупка, так чув­стви­тельна, что ей поме­шает горо­шина даже под сот­ней перин. Она так изящна, кра­сива, нарядна, что ей обя­за­тельно встре­тится принц.

Она знает все, не умея при этом вообще ничего. Зачем ей уметь, когда сде­лают слуги…

В зави­си­мо­сти от того, как Вы будете реа­ги­ро­вать на затя­нув­шу­юся ста­дию этого инфан­тиль­ного кокет­ства, кото­рую пыта­лись раз­жечь сами, под­бра­сы­вая в топку массу аксес­су­а­ров для нее, от кру­жев до духов, увле­че­ние своей неот­ра­зи­мо­стью может сопро­вож­даться у дочери от почти хре­сто­ма­тий­ного ком­плекса Элек­тры, когда мама, воз­бу­див­шая в девочке жен­ствен­ность, выгля­дит как сопер­ница по отно­ше­нию к папе, до мод­ного ныне ком­плекса потре­би­тель­ницы – все для удо­вле­тво­ре­ния при­хо­тей обо­жа­е­мого ребенка.

Затя­нув­ша­яся «прин­цессо-бар­бин­ская» ста­дия – это также и путь к нар­цис­сизму. Вашей дочери мало, чтоб ей все любо­ва­лись. Она стала уже любо­ваться собою сама. Каза­лось бы, вера в свою неот­ра­зи­мость повы­шает само­оценку девочки, что само по себе хорошо. Но нюансы повы­ше­ния само­оценки в дан­ном слу­чае не самые при­ем­ле­мые – воз­вы­ше­ние себя над осталь­ными, нечто вроде мании вели­чия. Но стоит ли уже на «тре­ни­ров­ках» своей буду­щей гла­мур­ной жизни зара­ба­ты­вать себе какую-то манию, быть может, даже при­ят­ную, когда в гла­муре не должно быть изъ­я­нов. А мания – это изъян, да при этом еще и какой…

Если роди­тели трезво смот­рят на скла­ды­ва­ю­щу­юся ситу­а­цию и один из началь­ных эта­пов раз­ви­тия жен­ствен­но­сти у ребенка, то и это само­лю­бо­ва­ние, и жела­ние воз­вы­ситься за счет бута­фор­ских пре­иму­ществ – кник­се­нов, супер­по­чти­тель­ных покло­нов и баль­ных пла­тьев – у их доче­рей в даль­ней­шем может лишь пере­ра­сти в хоро­шие манеры и изряд­ный вкус.

Но когда на этом заост­ря­ется вни­ма­ние, этому все время пота­кают… это лишь при­вет­ству­ется… Когда мама с папой в самом деле пре­вра­ти­лись в слуг, да еще и в отмен­ных… Ваша дочь дей­стви­тельно ста­но­вится «прин­цес­сой», но не в самом луч­шем смысле этого поня­тия. И тогда «прин­цессо-бар­бин­ский» период может затя­нуться навсегда.

Почему этот период кажется мне «бар­бин­ским»? Потому, что куклы Барби сей­час стали эта­ло­ном кра­соты для дево­чек. Да к тому же они ассо­ци­и­ру­ются у детей с прин­цес­сами. Среди этих кукол и им подоб­ным в самом деле появи­лось мно­же­ство прин­цесс. И кра­си­вых… до неве­ро­ят­но­сти! Им бы только в глян­це­вый жур­нал! Эти куклы так похо­дят на рос­кош­ных дам оттуда… Или, может, эти дамы нам напо­ми­нают кукол своей вир­ту­аль­ной нереальностью?

Но они ж реальны! Посмот­рите! Их порт­реты, под­писи под ними… Их наряды, виллы, яхты и «фер­рари»… Их сия­ние, их блеск, оча­ро­ва­ние, высве­чен­ные талант­ли­вым фотографом.

Они где-то рядом, но не с Вами… Они где-то рядом, но… не здесь… В этом их гла­мур, их ослеп­ле­ние… Они в самом деле осле­пили Вас, но не лам­поч­кой кар­ман­ного фона­рика, а пото­ком света от про­жек­тора… Осле­пили так, как ослеп­ляет солнце… Осле­пили своей поли­ро­ван­ной гламурностью.

И конечно, если Вы уже давно встали на ноги, трезво мыс­лите, то, про­чи­тав о них, может быть, вздох­нете, поза­ви­до­вав или же инту­и­тивно пожа­лев, вновь заняв­шись нуж­ными делами. Ну а Ваша девочка-под­ро­сток! Как при­ка­жете ей Вы сего­дня усто­ять перед этим при­зрач­ным вели­ко­ле­пием? Где ей взять для этого имму­ни­тет? И она меч­тает… жить гла­мурно, вести эту ска­зоч­ную жизнь, где есть только лишь блеск кур­ти­за­нок и при этом нету нищеты.

Вообще, само слово «гла­мур» в пере­воде с англий­ского озна­чает нечто типа «оча­ро­ва­ние, блеск, рос­кошь». Оно воз­никло в Сред­ние века как вари­ант фран­цуз­ского слова «грам­ма­тика». И даже сего­дня в Окс­форд­ском уни­вер­си­тете Вы можете встре­тить про­фес­со­ров of glamour (грам­ма­тики).

Однако зна­че­ние совре­мен­ного слова «гла­мур», поко­рив­шего мир, далеко от грам­ма­тики. Гла­мур – это про­сто грезы и «показ­ная рос­кошь», «ослеп­ля­ю­щее вели­ко­ле­пие» и «поли­ро­ван­ная дей­стви­тель­ность». Гла­мур – это «розо­вый туман»… вол­шеб­ство… Это свое­об­раз­ная бута­фо­рия… Гла­мур – это позо­ло­чен­ное папье-маше.

И к сожа­ле­нию, это папье-маше бла­го­даря рос­кош­ным глян­це­вым жур­на­лам ста­но­вится образ­цом под­ра­жа­ния для блуж­да­ю­щих в поис­ках ими­джа и харизмы под­рост­ков. Кра­сиво жить, под­ра­жая кому-то, все­гда было свой­ственно людям. Вна­чале пыта­лись под­ра­жать ари­сто­кра­там, потом жизни звезд.

В соро­ко­вых годах про­шлого века появился даже тер­мин glamour of Hollywood, открыв­ший целую эпоху гла­мура в кино и демон­стри­ру­ю­щий атри­буты гла­мур­ной жизни: от ухо­жен­ной, кра­си­вой внеш­но­сти до брил­ли­ан­тов и рос­коши… Это был образ жизни потря­са­ю­щих гол­ли­вуд­ских кинодив.

Страсть к под­ра­жа­нию в основ­ном жен­ский удел. Бур­ле­ние жен­ствен­но­сти тре­бует имиджа.

В начале XX века почти всем хоте­лось стать жен­щи­ной-вамп подобно извест­ной тогда тан­цов­щице Айрин Кастл, создав­шей такой образ жен­щины. Затем начали под­ра­жать Рите Хей­у­орт – звезде Гол­ли­вуда. Чуть позже уже иде­а­лом была Эли­за­бет Тей­лор. Пле­няла гла­мур­но­стью Мэри­лин Монро. Сего­дня гла­мур – эта­лон выс­шей жен­ствен­но­сти, доступ­ной лишь избран­ным и посвя­щен­ным, име­ю­щим свой этикет.

Гла­мур, как вода, про­ни­кает во все, не только в кос­ме­тику, моду… Гла­мур­ное фото, гла­мур­ный пей­заж, гла­мур­ная жен­щина, гла­мур­ная жизнь… Гла­мур­ная жизнь для гла­мур­ных людей… Смот­рите же, как им живется. Листайте стра­ницы жур­на­лов – Glamour, Elle, Cosmopolitan… И им под­ра­жайте… Но как?

Как сле­до­вать этому широко навя­зы­ва­е­мому сте­рео­типу, как жить в обще­стве брен­до­за­ви­си­мых людей, когда тебе только четыр­на­дцать и ты опья­нен такой пер­спек­ти­вой, а средств для нее не хва­тает? Как может оча­ро­вать собой кого-то самая кра­си­вая девушка, не име­ю­щая в своем гар­де­робе мод­ных фир­мен­ных вещей?

Теперь уже дет­ские баль­ные пла­тья как новый наряд короля в срав­не­нии с тем, что дик­тует гла­мур. А неокреп­шая пси­хика Вашей дочурки, рас­ту­щей «прин­цес­сой», желает немед­ленно – все и сей­час. Хорошо, если Вы VIP-роди­тели и у Вас есть на это воз­мож­ность. Но таких дево­чек с такими роди­те­лями еди­ницы, а хотят очень мно­гие. И дев­чонки, забро­сив учебу, ищут выход, пле­ня­ясь мни­мыми ценностями.

Период поло­вой зре­ло­сти у дево­чек с уста­нов­кой на гла­мур­ную жизнь таит в себе много опас­но­стей. Теперь они уже осо­знают, что за баль­ные пла­тья прин­цесс как-то надо пла­тить, да при­том не забот­ли­вым роди­те­лям. Что их ум, кра­сота, гра­ци­оз­ность только аксес­су­ары к чему-то неве­до­мому. То, что жен­ствен­ность, прежде всего, это деньги: доро­гая кос­ме­тика, доро­гой макияж, доро­гие вечер­ние пла­тья… То, что Золуш­кой могут быть все. А прин­цес­сами вряд ли сего­дня ста­нут те, для кото­рых под­хо­дят хру­сталь­ные туфельки…

Опья­нен­ные воз­мож­но­стью жить, под­ра­жая жур­на­лам и меч­тая о прин­цах, но уже не в обра­зах пап, девушки, зара­жен­ные гла­мур­ной жиз­нью, ищут спо­собы тор­го­вать внеш­но­стью. Их мечты – это подиум, деньги, успех и погоня за при­зрач­ным сча­стьем, сча­стьем в облике мил­ли­о­нера. Пусть он будет ста­рик, раз­ва­люха… Глав­ное – это щед­рость… рос­кош­ная жизнь в сфере траты финан­сов, а вовсе не зара­ботка. И, гоня­ясь за при­зра­ком и мира­жами, девочки попа­дают в при­тоны, секс-рабыни, в какие-то шайки… Начи­нают, едва лишь созрев, поло­вую жизнь, чтоб стать взрослее.

И у тех, у кого есть воз­мож­ность без этого оку­нуться в гла­мур­ную жизнь, тоже одни про­блемы – не про­де­ше­вить, выби­рая на время какого-то спутника.

Если тянет гла­мур­ная жизнь уже с дет­ства, пре­иму­ще­ство только лишь в том, что ребе­нок сле­дит за собой, своей внеш­но­стью, учится тан­це­вать, музи­ци­ро­вать, чтоб хоть этим при­влечь дру­гих к своей особе. У ребенка какая-то цель.

Девочке очень хочется похо­дить на счаст­ли­вицу. Ей неве­домо, что гла­мур – это обман, гла­мур – это мираж, это – грезы… Быст­ро­те­чен и вре­ме­нен. А как только достиг­нешь, то боишься его поте­рять. Страх потери тебе не под­вла­стен. Оттого ты и дер­жишься крепко за него, как за мамину юбку…

Да, гла­мур – заблуж­де­ние, иску­шен­ный обман. Макияж пря­чет твое лицо, его пре­лесть. Запах мод­ных духов заглу­шает твой, дев­ствен­ный… Укра­ше­ния лишь отвле­кают тех, кто хочет тебя созер­цать. А рос­кош­ное пла­тье дик­тует тебе, как вести себя в обще­стве рав­ных, и ты смот­ришь на всех свы­сока, когда на тебя так же смот­рят другие.

Без­условно, гла­мур – это опре­де­лен­ное дистан­ци­ро­ва­ние от «негла­мур­ных». Я бы даже ска­зала – под­черк­ну­тый спо­соб пре­не­бре­же­ния теми, кто не смог дорасти до него. Это избран­ность, касто­вость, покло­не­ние отпо­ли­ро­ван­ной и под­сла­щен­ной изыс­кан­ной рос­коши. Но такое про­зре­ние при­дет не в четыр­на­дцать, а чуть позже, когда поте­ря­ешь дру­зей, свою непо­вто­ри­мость, свою есте­ствен­ность, пре­вра­тив­шись в гла­мур­ный шаб­лон. Когда ты вдруг пой­мешь, что духов­ность не сия­ю­щий гля­нец и блеск. Ярче солнца бле­стит мишура. И твой глян­це­вый мир полон ей.

Истин­ный гла­мур – нечто дру­гое. Это вовсе не высо­ко­ме­рие, а воз­вы­шен­ность чувств, не сно­бизм, а его отри­ца­ние. Но с гла­мур­ной душой надо про­сто родиться, что, конечно, удел не толпы соблаз­ни­те­лей и соблаз­ня­ю­щихся, поку­па­ю­щих этот гла­мур. Гла­мур – это лишь форма, а важно содер­жа­ние. Гла­мур – это не про­сто кра­си­вая жизнь, а окошко в уто­пию жизни.

И поэтому немуд­рено то, что дети, как мы, начали зара­жаться этой оча­ро­ва­тель­ной гла­му­ро­ма­нией, под­твер­жда­ю­щей нам то, что «жизнь пре­красна, и она удалась».

«Дети стали новыми жерт­вами люк­со­вых брен­дов» – гла­сят заго­ловки газет.

И дей­стви­тельно, даже кон­струк­торы Lego пере­стали манить уже взоры совре­мен­ных детей так, как раз­лич­ные fashion-марки. И на фоне охла­жде­ния взрос­лых людей к fashion-лей­б­лам, пре­сы­тив­шихся уже ими, этот дет­ский «теля­чий» вос­торг перед рос­ко­шью застав­ляет пере­ори­ен­ти­ро­ваться зна­ме­ни­тые марки на дет­скую кли­ен­туру. Ведь гла­мур­ные мамы и папы не отка­жут в покупке гла­мура сво­ему гла­мур­ному чаду. Так что эра гла­мура еще не иссякла, у нее есть достой­ные про­дол­жа­тели рода, не желав­шие уже носить за спи­ной свои школь­ные ранцы, а меч­тав­шие ходить сей­час даже в школу с сум­ками от Birkin.

* * *

Мама Лики, войдя в ее ком­нату, при­ня­лась уточ­нять у меня, что могу я ска­зать о гла­мур­ном романе «Casual». Это пер­вый гла­мур­ный роман в ее жизни о русских.

– А «Евге­ний Оне­гин» Вам еще неизвестен?

– Но при чем здесь «Евге­ний Онегин»?

– Это был, оче­видно, пер­вый рус­ский роман с опи­са­нием гла­мур­ной жизни. «Casual» – блек­лая одно­дневка, а «Евге­ний Оне­гин» про­сла­вил гла­мур навсе­гда. Правда, в нем еще не было слова «гла­мур», но зато была сущ­ность гла­мура. А сего­дня оно как при­манка для всех. Рей­тинг книг повы­ша­ется, если автор его нам при­во­дит в назва­нии. Вы, наверно, читали книги «Дети гла­мура», «Гла­мур­ная жизнь» или даже «Сенат­ский гла­мур»… Раньше сек­сом пле­няли в назва­ниях, а теперь пере­крыл все «гла­мур».

– А Вы видели «Секс в боль­шом городе»?

– Не хва­тило тер­пе­ния посмот­реть все. Правда, там потря­са­ю­щий был сим­биоз, сим­биоз секса вме­сте с гла­му­ром, то, что надо сего­дня для мно­гих, смысл жизни для «лиш­них» людей.

Неожи­данно мама заме­тила, что у Лики раз­бито колено.

– Что случилось?

– Да про­сто Сережка гонялся за мной. Я бежала, а он мне под­ста­вил под­ножку. Я упала…

– Кто же раз­ре­шил, Лика, тебе так вести себя в школе? Ты забыла, как надо вести себя девочке тво­его круга? Чтоб у девочки в шел­ко­вом пла­тье раз­би­ва­лись колени!

Мама него­до­вала, а меня потрясло, что она не жалела ребенка, а читала ей только нота­ции об эти­кете, непри­ем­ле­мом еще для таких детей, пре­вра­ща­ю­щем дет­ство в про­кис­шую ста­рость. Так что эта гла­мур­ная жизнь – даже с изнанки шиво­рот вся навы­во­рот. И коленки со шра­мами дет­ства здесь совсем не уместны, как шеро­хо­ва­то­сти, пор­тя­щие зер­каль­ную гладь блеска глянца.

КАК ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя с ребен­ком, меч­та­ю­щим о гла­мур­ной жизни

  • Поощ­рять про­сы­па­ю­щу­юся жен­ствен­ность девочки или девушки, но не как ее досто­я­ние, а как сту­пеньку есте­ствен­ного развития.
  • Не ста­вить знак равен­ства между про­яв­ле­нием жен­ствен­но­сти и обла­че­нием этой жен­ствен­но­сти в золо­че­ные рамы.
  • Объ­яс­нить, что шарм жен­щины – это не умо­по­мра­чи­тель­ные наряды и сног­сши­ба­ю­щая кос­ме­тика, а при­су­щее ей от при­роды есте­ствен­ное обаяние.
  • Сле­дить за осан­кой ребенка.
  • Поощ­рять увле­че­ние бале­том, баль­ными танцами.
  • При любой воз­мож­но­сти дать понять, что сиять и бли­стать можно в любом обще­стве, при­чем самый таин­ствен­ный блеск – это блеск интеллекта.
  • Объ­яс­нять, что «звезд­ная жизнь» – это, прежде всего, боль­шой труд. И она не любому бывает по плечу.
  • Поощ­рять школь­ные заня­тия и увле­че­ние школь­ными предметами.
  • Во время «прин­цессо-бар­бин­ского» пери­ода подыг­ры­вать девоч­кам, учить их изыс­кан­но­сти, эти­кету, не делая из всего этого культа.
  • Поку­пать одежду, учи­ты­вая вкусы ребенка.
  • Если взрос­лая дочь увлек­лась вдруг гла­му­ром, под­ра­жая кумиру и листая жур­налы, а у Вас нет средств на него, понять то, что все это вея­ние вре­мени, не ругать, не высме­и­вать, а обсу­дить все воз­мож­но­сти осу­ществ­ле­ния ее мечты. Может быть, это зав­тра ста­нет воз­мож­ным. Но сего­дня дру­гие про­блемы: учеба, под­го­товка к экза­ме­нам, вуз.
  • Если вдруг Ваша дочь под воз­дей­ствием гла­му­ро­ма­нии ищет прин­цев в любом встреч­ном и попе­реч­ном, объ­яс­ните, какие послед­ствия могут ей при­не­сти эти связи.
  • Не ругайте за флирт и кокет­ство и вуль­гар­ный по Вашим стан­дар­там макияж.
  • Сде­лайте все воз­мож­ное, чтобы девочка не зара­зи­лась также «поди­у­м­ма­нией» из-за ска­зоч­ной жизни, не сбе­жала б из дома из-за спо­ров или же раз­но­гла­сий между Вами и ею, не впала б в депрессию.
  • Объ­яс­ните ей цен­ность брил­ли­анта и срав­ните ее с фианитом.
  • И ста­рай­тесь, чтоб дочка учи­лась в такой школе, где семьи при­мерно имеют такой же доста­ток, как ваша, и дру­жила б с детьми из семей сход­ного соци­аль­ного статуса.
  • Помните, что гла­мур­но­сти также под­вер­жены маль­чики, только их «макияж» про­яв­ля­ется больше в комфорте.

КАК НЕ ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с ребен­ком, меч­та­ю­щим о гла­мур­ной жизни

  • Насме­хаться над ребен­ком и высме­и­вать его мечты.
  • Поощ­рять, не имея для этого достатка.
  • Лезть из кожи, отка­зы­вая себе во всем ради фир­мен­ных пла­тьев для дочери.
  • Отправ­лять ребенка из семьи с невы­со­ким достат­ком в элит­ную школу. Куль­ти­ви­ро­вать это желание.
  • Учить флирту, кокет­ству и не при­да­вать ника­кого зна­че­ния интел­лекту ребенка.
  • Вме­сте с Вашим ребен­ком бес­ко­нечно взды­хать над гла­мур­но­стью жизни дру­гих и тол­кать, как воз­можно, в пучину этой жизни, не под­го­то­вив зара­нее к ней.

Ситу­а­ция для родителей

Соби­ра­ясь на школь­ный вечер, четыр­на­дца­ти­лет­няя Стелла неожи­данно порвала мод­ные капро­но­вые чулки. И какие чулки только ни пред­ла­гала ей мама вза­мен, все были не такими, какие нужны. Да и в мага­зине неда­леко от дома их тоже не ока­за­лось. И тогда Стелла решила не идти на вечер, кото­рый ждала целый месяц, не желая быть хуже дру­гих, хотя эти чулки все равно бы никто не уви­дел, они б пол­но­стью все были б скрыты под брю­ками. Правда, мама одоб­рила ее решение.

 Какой бы выход под­ска­зали Вы девочке, ока­зав­шись на месте ее матери?

* * *

Мне опять дове­лось пойти в гости к моим ста­рым гла­мур­ным зна­ко­мым, где собра­лось гла­мур­ное обще­ство быв­ших секс-сек­ре­тарш, стю­ар­десс, топ-моде­лей, тех, кто смог себе сам обес­пе­чить гла­мур­ную жизнь, пере­дан­ную им вовсе не по наследству.

Как все­гда, обсуж­да­лись гла­мур­ные темы: кто раз­во­дится с кем, каково состо­я­ние будет у раз­ве­ден­ной в дар от быв­шего мужа; кто купил что в послед­нее время дороже дру­гих, какой фирмы и марки… Я зара­нее знала клише всех их мыс­лей в нашем раз­но­об­ра­зии жизни, как пресны они и как без­лики на сия­ю­щем фоне их бытия, где зара­нее все им известно: кому руку подать, кому нет… Они внешне все были гла­мурны, а внутри – пустота, пустота и фан­томы их душ в позо­ло­чен­ном папье-маше… Им навряд ли воз­можно понять, что мужей они могут лишь только завлечь своей внеш­ней гла­мур­но­стью, но удер­жать можно только гла­мур­но­стью мыс­лей… А блеск мыс­лей не каж­дому дан, это, видимо, все же врож­ден­ный гла­мур, для кото­рого самый изыс­кан­ный лейбл не под­хо­дит, у кото­рого свой «фир­мен­ный» лого­тип, лого­тип блеска непо­вто­ри­мо­сти их, опья­ня­ю­щего осталь­ных всех мышления.

Неожи­данно вдруг почему-то в гости­ную при­бе­жал сын хозяев, гла­мур­ный под­ро­сток две­на­дцати лет, объ­явив всем тор­же­ственно, что у него теперь больше не будет прыщей.

Его мама нам всем уточ­нила, что сумела добиться от сына всего: всех хоро­ших манер – вплоть до сдер­жи­ва­ния им в нуж­ный момент все­воз­мож­ных эмо­ций, и не только одних нега­тив­ных, даже радость он может при всех пода­вить… Или же, как сей­час, дать понять о ней всем. Нани­мали для этого даже спе­ци­ально луч­шего спе­ци­а­ли­ста… Стать гла­мур­ным мешали ребенку только юно­ше­ские прыщи. Но дру­гой спе­ци­а­лист за огром­ные деньги помог также и в этом. В общем, парень что надо, взгля­ните теперь на него…

Все смот­рели с вос­тор­гом, уточ­няя, к кому надо им обра­титься со сво­ими детьми. А я лишь поняла, что гла­мур­ная жизнь – это жизнь без пры­щей и эмоций.

Без пры­щей, мне понятно, но как без эмо­ций может выжить вообще чело­век, а тем более дети.

Тут же вспом­ни­лась сразу исто­рия из счаст­ли­вого дет­ства Ее вели­че­ства Ели­за­веты Вто­рой, нынеш­ней коро­левы Вели­ко­бри­та­нии, как она в знак про­те­ста про­тив раз­ных при­ди­рок учи­тель­ницы вылила на свои золо­ти­стые волосы почти целую бутыль с чер­ни­лами… вопреки пра­ви­лам этикета.

Правда, эта гла­мурь была все-таки – коро­лев­ской гла­му­рью буду­щей коро­левы туман­ного Аль­биона. Ну а нашим гла­мур­ным сего­дняш­ним дамам с их стан­дарт­ными, но далеко не такими родо­слов­ными нынче при­сущ совер­шенно иной блеск гла­мура – став­шее почти кли­по­вым уже мыш­ле­ние и кол­лаж уста­но­вок из их преж­ней жизни «сек­ре­тарш» впе­ре­мешку с новыми уста­нов­ками из их новой жизни, с уста­нов­ками нынеш­них дам, пус­кай даже не вели­ко­свет­ских, но дам, зани­ма­ю­щихся вос­пи­та­нием соб­ствен­ного ребенка, исходя из рецеп­тов гла­мур­ных жур­на­лов, где нет места гла­мур­но­сти мыс­лей, зато все так заман­чиво для буду­щих Золу­шек, для кото­рых не важен раз­мер башмачка.

Элитный ребенок

А для этих детей быть гла­мур­ными – норма, если этого лишь поже­ла­ешь. У них нет тор­мо­зов, нет и предо­хра­ни­те­лей, у роди­те­лей их деньги льются рекой, да к тому же еще поло­же­ние их посто­янно обя­зы­вает выде­ляться. А гла­мур – это деньги, потом осталь­ное. Выбери только лишь себе имидж.

Без­условно, и это уже не сек­рет, что рез­кое рас­сло­е­ние рос­сий­ского обще­ства на бед­ных и очень бога­тых кос­ну­лось и жизни ребенка. И если в боль­шин­стве зару­беж­ных стран о таком рас­сло­е­нии пыта­ются умол­чать, в Рос­сии это демон­стра­тивно под­чер­ки­вают, и даже мла­денцы уже пони­мают, что их жизнь отлична от жизни дру­гих. А с воз­рас­том это поня­тие ярче. При­чем рас­сло­е­ние зави­сит не столько от дохода роди­те­лей и сте­пени их пла­те­же­спо­соб­но­сти, как от зани­ма­е­мой роди­те­лями долж­но­сти и их ста­туса в обществе.

VIP-дети, или элит­ные дети, это не столько дети новых рус­ских, а дети, прежде всего, поли­ти­че­ской элиты и круп­ных чинов­ни­ков. Дети, пожи­на­ю­щие плоды успеш­ной дея­тель­но­сти своих роди­те­лей и при­ни­ма­ю­щие это как долж­ное, как будто бы это они, а не папы и мамы достигли небес­ных высот. Хотя в основ­ном это все-таки больше папины, а не мамины сынки или дочки, потому что, как пра­вило, мамы в их семьях – при­ло­же­ния пап.

Это дети мини­стров и мэров, очень круп­ных поли­ти­ков и дипло­ма­тов, биз­не­сме­нов и звезд шоу-биз­неса – сло­вом, тех, кто все­гда и у всех на виду, за кем при­стально все наблю­дают, кто явля­ется веч­ным объ­ек­том папа­рацци всех ран­гов и раз­ных мастей.

Жизнь этих детей – под кон­воем охран­ни­ков, нагне­та­ю­щих страх, каж­дый миг под­твер­жда­ю­щих их исклю­чи­тель­ность, важ­ность своей персоны.

Эти дети с рож­де­ния знают, что их папы «вели­кие» люди, что таких пап раз-два и обчелся, что они в касте «избран­ных» и эта избран­ность поз­во­ляет им больше, чем мно­гим дру­гим. А дру­гие все те, кто живет на земле. Но не те, а они – небожители.

У них только права и почти нет обя­зан­но­стей. Их досто­ин­ство все заклю­ча­ется в том, что им выпало сча­стье родиться в тех семьях, где сумел уже кто-то из близ­ких про­ло­жить в под­не­бе­сье лыжню.

К сожа­ле­нию, боль­шин­ство совре­мен­ных VIP-детей ведут с дет­ства лишь «сли­воч­ный» образ жизни, пре­зи­рая всех тех, кому он не досту­пен. При­чем это высо­ко­ме­рие при­ви­вают им люди, кото­рые сами когда-то в основ­ном вышли или же из тру­щоб, или же из хру­щев­ских квар­тир. Но их новая жизнь на вил­лах, в блеске славы, стерла преж­нюю серую жизнь. При­чис­ляя себя теперь уже к элите, срав­ни­вая свое поло­же­ние в обще­стве с поло­же­нием ари­сто­кра­тов, боль­шин­ство из роди­те­лей этих детей вряд ли знают, что ари­сто­кра­тия – далеко не сино­ним рос­сий­ской элите.

Да, к элите все­гда отно­си­лись люди знат­ного рода и мно­гого достиг­шие, нахо­дя­щи­еся на выс­ших сту­пе­нях нашей иерар­хи­че­ской лест­ницы, так же как ода­рен­ные и гени­аль­ные, поко­рив­шие мир своим даром.

Но элита из знат­ного рода выде­ля­лась сво­ими обя­зан­но­стями, а совсем не пра­вами. Дети же совре­мен­ной рос­сий­ской элиты в основ­ном знают только права. Соб­ственно говоря, эти дети вряд ли чем-то вообще б отли­ча­лись от мно­гих ровес­ни­ков, если б только не их вос­пи­та­ние по типу кронпринцев.

Моя юная собе­сед­ница Сонечка вот уже целый час жалеет подругу, от кото­рой ушел ее папа, и теперь уже Таня не смо­жет ходить в свою школу, кото­рую любит.

– Почему же не смо­жет ходить? – уточ­няю я у второклассницы.

– Туда можно лишь ездить, туда не пой­дешь, а у мамы ее нет машины. Не забрала машину у папы. И к тому же у мамы нет денег, а у папы она не берет.

И Сонечка рас­ска­зы­вает мне совре­мен­ную сказку из ска­зок «Тысячи и одной ночи» про школу ее люби­мой подруги.

– В этой школе есть даже конюшни и пла­не­та­рий, – вос­тор­га­ется девочка и… пыта­ясь уло­жить меня на обе лопатки, про­дол­жает: – Также чай­ные домики… Правда, здо­рово! Во как живут! – не то удив­ля­ется, не то зави­дует Сонечка.

И только тут я нако­нец начи­наю пони­мать, что речь идет о самой пре­стиж­ной школе в Рос­сии – Пер­вой мос­ков­ской него­су­дар­ствен­ной гим­на­зии на Нико­ли­ной Горе в рай­оне Рублевки.

Об этой школе я наслы­ша­лась уже вдо­воль: и об элек­тро­ограж­де­нии, и об обзор­ной вышке. И о том, что в каж­дом классе име­ются видео­ка­меры, хотя за детьми и так сле­дят их тело­хра­ни­тели. И о массе пси­хо­ло­гов, охра­ня­ю­щих школь­ни­ков от школь­ных стрес­сов, а вер­нее, от жизни, ее нега­тива, посы­пая все горь­кое слад­кой пудрой.

Охра­няет от жизни здесь также охрана. Какова ее чис­лен­ность – не пере­честь… Тем не менее тело­хра­ни­тели тоже посто­янно готовы спа­сать… своих малень­ких и шалов­ли­вых хозяев от пре­врат­но­стей жизни… И даже машины, на кото­рых при­во­зят этих детей, в основ­ном все бронированные.

Не имея кон­так­тов с «про­стыми» детьми, эти дети не меньше дру­гих хули­га­нят. Балу­ются. Шалят, сквер­но­сло­вят, ино­гда поз­во­ляют себе и такое, что дру­гим не при­дет про­сто в голову.

Девиз мно­гих из них – все­доз­во­лен­ность. Все­доз­во­лен­ность и распущенность.

При­чем эту всех потря­са­ю­щую все­доз­во­лен­ность куль­ти­ви­руют не одни лишь роди­тели, но и взрос­лые вокруг них, даже учи­теля, не все­гда нахо­дя­щие в себе муже­ство выска­зать обо всем свое мне­ние. К сожа­ле­нию, кре­ди­то­спо­соб­ность роди­те­лей ниве­ли­рует прин­ци­пи­аль­ность людей, поль­зу­ю­щихся денеж­ной «бла­го­тво­ри­тель­но­стью» за свою же работу, что понятно бук­вально уже с колы­бели отпрыс­кам из подоб­ных элит­ных семей, изба­ло­ван­ным, как барчуки.

Вос­пи­та­тели, учи­теля для такого ребенка – что-то вроде мише­ней. Вообще, интел­ли­ген­ция – вто­рой сорт, и не более.

Ведь все­знайки-интел­лек­ту­алы не в силах поз­во­лить себе даже одеться в мод­ных бути­ках и поку­пать доро­гие машины. Поль­зу­ются метро и авто­бу­сами. И при этом в то время, когда их питомцы-пер­во­класс­ники ездят на «мер­се­де­сах», «БМВ» или же «ягу­а­рах» и «бентли», не говоря уже о дру­гих самых пре­стиж­ных мар­ках машин.

Так за что же тогда ува­жать их, за то, что не смогли при­спо­со­биться к жизни? И чему они могут тогда научить детей из необыч­ных элит­ных семей?

Соб­ственно говоря, это, ско­рее всего, мысли мам или пап, а совсем не ребенка, но озву­чи­вает их он.

Все­доз­во­лен­ность часто делает детей дерз­кими и раз­нуз­дан­ными. Став под­рост­ками и пре­вра­тив­шись в так назы­ва­е­мую золо­тую моло­дежь, они или пыта­ются про­жи­гать свою жизнь, или про­сто меч­тают само­утвер­диться путем отри­ца­ния опыта своих роди­те­лей, пере­став нако­нец быть лишь только их тенью.

Да, без­бед­ная жизнь элит­ных детей, выпол­не­ние мамой и папой всех их при­хо­тей, тем не менее, пре­вра­щает их про­сто в залож­ни­ков или жертв амби­ций роди­те­лей, их стрем­ле­ния к вла­сти и нако­пи­тель­ству, их стрем­ле­ния к славе и псев­до­по­пу­ляр­но­сти, и конечно же их тщеславия.

– КАКИМ дол­жен быть месяч­ный бюд­жет мод­ного тусовщика?

– Все зави­сит от чело­века. Пре­дела нет. Можно за ночь про­ку­тить машину. Хоть «мер­се­дес». Легко.

– ЭТО как так легко? Очень даже сложно представить!

– Ну как? Во-пер­вых, надо снять стол зара­нее. Вно­сишь нуж­ную сумму и на нее пьешь, ешь, куришь кальян. Когда депо­зит закан­чи­ва­ется, доплачиваешь.

– А СКОЛЬКО стоит столик?

– В «Раю» десять тысяч, в «Дяги­леве» – 15 тысяч.

– ДОЛЛАРОВ?

– Ну конечно.

– А САМЫЙ деше­вый сколько?

– Две тысячи. Дальше. Можно зака­зать шам­пан­ское по пять тысяч «зелени» за бутылку. Но я шам­пан­ское не люблю. Вообще, ста­ра­юсь жить эко­номно. Но в то же время ни в чем себе не отка­зы­ваю. Если я отды­хаю, то на все 100.

Ольга Ван­ды­шева.

Из интер­вью с сыном одного из депу­та­тов Думы

Не все дети спо­собны при­вык­нуть к морали мам и пап с двой­ным дном. К посто­ян­ным любов­ни­цам… к посто­ян­ным любов­ни­кам… И хотя они все из теп­лич­ных усло­вий, тем не менее, чуть повзрос­лев, мно­гие ищут риск в экс­тре­мале, зани­ма­ясь опас­ными видами спорта, чтоб хоть в них утвер­дить свое «я», или же начи­нают вдруг курить сига­реты и элит­ную «травку» и забав­ляться игрой с авто­ма­тами… Фак­тор денег ведь их не сму­щает. Правда, в Англии, для элит­ных детей от 14 до 16 лет, напри­мер, жур­нал Cosmo Girl вме­сте с ком­па­нией Capital Vip стал устра­и­вать вечера, куда даже при­хо­дят наслед­ные принцы, где нар­ко­тики и алко­голь под запре­том и за этим обычно наблю­дает охрана.

Нет, не все эти дети желают всю жизнь при­спо­саб­ли­ваться к атмо­сфере елей­ного под­ха­ли­мажа или же непри­кры­того, лож­ного лицемерия.

Что еще отли­чает элит­ных детей – веро­ятно, отсут­ствие зави­сти, соци­аль­ной, конечно, ведь, как пра­вило, все же зави­дуют им.

Еще также – хоро­шее обра­зо­ва­ние, и не только в Рос­сии, но и за рубе­жом. Без­условно, отлич­ный старт в будущее.

То, что «золо­тая моло­дежь» не может жить без тусо­вок вовсе не зна­чит, что они какие-то ненор­маль­ные. Среди них много вполне обра­зо­ван­ных и достой­ных лич­но­стей. Но, несмотря на боль­шие воз­мож­но­сти, они не могут ничего в своей жизни кон­тро­ли­ро­вать. Им все уже дали их бога­тые и высо­ко­по­став­лен­ные папы – и деньги, и рамки суще­ство­ва­ния. Им ни к чему стре­миться дока­зы­вать свою состо­я­тель­ность. Эта безыс­ход­ность сродни безыс­ход­но­сти дере­вен­ских жите­лей, кото­рые нахо­дят выход в том, чтобы водку пить и морды бить.

Наши «мажоры» живут в неиз­ве­дан­ном поле. Их роди­тели – элита в пер­вом поко­ле­нии, в отли­чие от запад­ной ари­сто­кра­тии поня­тия не имеют, как гото­вить детей к бога­той жизни. Поэтому детям и оста­ется само­вы­ра­жаться с помо­щью ноч­ных клу­бов. Но такое взрос­ле­ние – через про­жи­га­ние жизни – может пре­вра­титься в нар­ко­ти­че­скую зависимость.

Борис Ново­держ­кин, пси­хо­те­ра­певт. «Папы за них все решили. Диагноз»

Им открыты дороги в Гар­вард или Окс­форд, если кроме валюты есть еще интел­лект и жела­ние его использовать.

Они могут без вся­ких пре­пят­ствий про­дол­жить дина­стию и тру­диться во благо общего дела.

Им везде помо­гают про­тек­ции, им везде помо­гают зна­ком­ства, им везде помо­гает фами­лия. Чем извест­нее она, тем больше. Хотя неко­то­рые стра­дают из-за гром­ких фами­лий, меша­ю­щих им про­жить жизнь по соб­ствен­ным своим сце­на­риям, как, к при­меру, стар­ший сын Аль­берта Эйн­штейна Ханс Альберт.

Что мешает общаться про­стому ребенку с при­чис­ля­ю­щим себя к элитным?

Если он уже понял, что он – выс­шая каста, его спесь и занос­чи­вость, высо­ко­ме­рие и пре­зре­ние к тем, кто живет не как он.

Все­доз­во­лен­ность, пре­не­бре­же­ние, наг­лость, пси­хо­ло­гия, что все воз­можно купить. Покло­не­ние почти уже до абсурда золо­тому тельцу, убла­же­ние им бес­ко­неч­ных жела­ний. Зна­ние всех своих при­ви­ле­гий, хотя их зара­бо­тали для них отцы.

И боязнь оку­нуться в сво­боду без охранников-телохранителей.

Говоря про элит­ных детей, хочется всем напом­нить, что часто они про­сто вре­мен­щики, так же как их роди­тели, те, кото­рые нынче сидят на коне, хотя зав­тра, воз­можно, их кто-то почему-то вдруг сбро­сит с седла.

Это дети, кото­рым при­хо­дится посто­янно пля­сать под дудку роди­те­лей, чтоб кичиться без­мер­ною мило­стью их перед рав­ными им в этих пляс­ках, а потом, полу­чив эту милость, путать – кто же они в самом деле: может быть, бремя вла­сти или славы роди­те­лей – их по праву, они ведь их дети. Так зачем же стре­миться им что-то достичь, когда и так уже все достиг­нуто. Лучше про­сто исполь­зо­вать все эти блага.

Мно­гие, как умеют, исполь­зуют, не пыта­ясь заду­маться о зав­траш­нем дне, им пре­красно живется уже в насто­я­щем. Мно­гие, но не все… что дает хоть какую-то все же надежду, что элита про­дол­жит элиту, при­чем не бута­фор­скую… подлинную.

КАК ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с ребен­ком из элит­ной семьи

  • Объ­яс­нять ему, что, кроме прав, име­ются и обя­зан­но­сти, что заслуги роди­те­лей не его, что важно состра­да­ние, а не высокомерие.
  • Помо­гать ему само­утвер­диться, чтоб не быть веч­ной тенью отца, даже если отец и министр.

Что с этой пуб­лики взять: они росли и фор­ми­ро­ва­лись, стоя по горло в рос­коши, кото­рой их без устали обли­вали папы и мамы. Но сами-то роди­тели – рос­сий­ские чинов­ники и мил­ли­о­неры – должны бы знать, что нечто похо­жее уже дав­ным-давно про­ис­хо­дило на Западе. И оргии «золо­той» аме­ри­кан­ской моло­дежи во вре­мена Вели­кой депрес­сии стали одной из раз­дра­жа­ю­щих искр, едва не вызвав­ших соци­аль­ный пожар. Но заоке­ан­ские тол­сто­сумы опас­ность быстро рас­по­знали. И с тех пор (из чув­ства само­со­хра­не­ния) гонят своих отпрыс­ков на работу с моло­дых лет – офи­ци­ан­тами, посу­до­мой­ками. Ума наби­раться. И зна­ете, помо­гает… А наши пока лишь торо­пятся наесться ана­на­сами и сже­вать побольше ряб­чи­ков. Ведь могут и не успеть! Из исто­рии мы это хорошо знаем…

Андрей Бара­нов.

Реплика в тему: «Ана­насы с рябчиками»

  • Учить поль­зо­ваться день­гами во благо, а не во вред.
  • Поощ­рять увле­че­ние ребенка спор­том, гума­ни­тар­ными или точ­ными науками.
  • Вызы­вать моти­ва­ции поиска соб­ствен­ного смысла жизни и выбора соб­ствен­ного пути.

КАК НЕ ЖЕЛАТЕЛЬНО вести себя роди­те­лям с ребен­ком из элит­ной семьи

  • Все время под­чер­ки­вать при раз­го­воре с ребен­ком осо­бое поло­же­ние их семьи по срав­не­нию с дру­гими семьями.
  • Куль­ти­ви­ро­вать в нем высо­ко­ме­рие и сно­бизм, пре­зре­ние к мало­обес­пе­чен­ным слоям населения.
  • Потвор­ство­вать куте­жам и любым спо­со­бам про­жи­га­ния жизни.
  • Запре­щать общаться с детьми, нахо­дя­щи­мися ниже его на сту­пень­ках соци­аль­ной лестницы.

Ситу­а­ция для родителей

Когда шести­лет­ний Антон, побы­вав в гостях у бабушки с дедуш­кой, пока­зал дома пода­рок, кото­рый ему пода­рил сосед бабушки с дедуш­кой, недо­воль­ная мама Антона начала уко­рять маль­чика, запре­щая ему брать подарки у бед­ных людей. Они все поку­пают пло­хое, деше­вое, а деше­вые вещи тебе не нужны.

 Пра­виль­ный ли урок пре­под­несла мать Антону?

* * *

VIP-ребе­нок, элит­ный ребе­нок или же из семьи новых русских…

Здесь такая тон­чай­шая грань, здесь так зыбки нюансы, что можно запу­таться, так и не раз­ли­чив, кто из них – все же кто…

Но раз­ли­чие есть между ними и Вашим ребен­ком, если он не в числе кем-то «избран­ных», не в числе «золо­той молодежи».

Вообще, само поня­тие «золо­тая моло­дежь» начало свое шествие по миру после Вели­кой фран­цуз­ской рево­лю­ции, когда так стали назы­вать сын­ков «нуво­ри­шей», пре­де­лом жела­ния кото­рых было насла­жде­ние жиз­нью. Эти состо­я­тель­ные без­дель­ники, дети раз­бо­га­тев­ших мещан, про­жи­га­тели жизни, только и посвя­щали свою жизнь этому про­жи­га­нию, поль­зу­ясь бла­го­со­сто­я­нием соб­ствен­ных роди­те­лей и не остав­ляя после себя ника­кого следа, кроме этого.

Пере­жив уже два сто­ле­тия, «золо­тая моло­дежь» фран­тов-бело­ру­чек про­дол­жает свое шествие по земле, поль­зу­ясь объ­ед­ками с бар­ского стола своих роди­те­лей или же застав­ляя питаться этими объ­ед­ками своих пред­ков, зани­мая за них эти бар­ские столы.

Но не все пред­ста­ви­тели «золо­той моло­дежи» про­жи­гают свою жизнь, как сын зна­ме­ни­того актера совре­мен­но­сти Жерара Депар­дье, вос­кре­сив­шего нам иллю­зию о встрече с гра­фами Монте-Кристо.

Гийом Депар­дье, отси­дев­ший даже в тюрьме за упо­треб­ле­ние и рас­про­стра­не­ние нар­ко­ти­ков, участ­ник бес­чис­лен­ных дорож­ных ава­рий, одна из кото­рых сто­ила ему ампу­та­ции ноги, не пере­стал обви­нять во всех своих мно­го­чис­лен­ных несча­стьях все­мирно извест­ного отца, про­дол­жая мно­жить эти несча­стья своей раз­гуль­ной жизнью.

Сын Алена Делона Энтони, быв­ший нар­ко­ман и алко­го­лик, не в состо­я­нии выйти из депрес­сии из-за того, что не может добиться попу­ляр­но­сти сво­его отца, решив про­дол­жить семей­ную династию.

Правда, есть и пред­ста­ви­тели быв­шей «золо­той моло­дежи», живу­щие не только бла­го­даря пеплу славы извест­ных фами­лий, но и про­дол­жав­шие про­слав­лять эти фами­лии сво­ими дости­же­ни­ями само­сто­я­тельно. Взять хотя бы быв­шего пре­зи­дента США Буша-млад­шего, про­дол­жив­шего дело сво­его отца, также пре­зи­дента Аме­рики Буша-старшего.

Одним из зна­ме­ни­тых детей Белого дома был также Роберт Лин­кольн – сын Авра­ама Лин­кольна, зани­мав­ший высо­кие посты в правительстве.

В то же время Пат­ри­ция Рей­ган – дочь Рональда Рей­гана всю жизнь яростно кри­ти­ко­вала поли­тику соб­ствен­ного отца, став необык­но­венно попу­ляр­ной бла­го­даря этому.

Во вся­ком слу­чае, она хоть что-то, но делала, а не про­сто поль­зо­ва­лась бла­гами зна­ме­ни­той фамилии.

* * *

Говоря о VIP-детях, мне невольно вспом­нился слу­чай, когда как-то во время ноч­ного дежур­ства в боль­нице меня срочно вызвали из при­ем­ного покоя в пуль­мо­но­ло­ги­че­ское отде­ле­ние со стран­ной прось­бой – пере­ве­сти шести­лет­него маль­чика с ост­рым брон­хи­том в кли­нику психиатрии.

Ничего не пони­мая, что могло быть общего между брон­хи­том и такими изме­не­ни­ями в пси­хике шести­лет­него ребенка, что его в две­на­дцать часов ночи срочно надо было направ­лять на осмотр к пси­хи­атру, я мгно­венно побе­жала в отделение.

В орди­на­тор­ской сидел какой-то маль­чик – щуп­лень­кий, невзрач­ный, полу­сон­ный, с крас­ными, опух­шими от слез гла­зами, рядом с рас­ка­лен­ной, как железо, мед­сест­рой, оче­видно, той, что вызвала меня.

– Это Вы здесь глав­ный врач? – спро­сил меня по-взрос­лому ребенок.

– Я ска­зала тебе – глав­ный, – не на шутку рас­сер­ди­лась медсестра.

Убе­див­шись, что я «глав­ный…», шести­лет­ний маль­чу­ган про­тя­нул мне, как по эти­кету, руку и представился:

– Кирилл Розан­цев… Я сын глав­ного редак­тора глав­ной газеты.

В той газете был дей­стви­тельно глав­ный редак­тор с этой же фами­лией. Я его пре­красно знала, и не пона­слышке, а воочию, рабо­тая еще со школы в каче­стве вне­штат­ного кор­ре­спон­дента у него. Но Кирилла дове­лось уви­деть в пер­вый раз.

– Что слу­чи­лось, Кирилл? Уже пол­ночь, почему ты до сих пор не спишь? – совсем не тра­ди­ци­онно начала я соби­рать ана­мнез у настолько здра­во­мыс­ля­щего маль­чика, что он даже пом­нил, кто его отец.

– Я не буду спать в вашей боль­нице вме­сте с осталь­ными детьми, – воз­му­щенно заявил Кирилл.

– Видите ли, для него нужна отдель­ная палата, – не могла сдер­жаться мед­сестра, вся кипев­шая уже внутри от своей раскаленности.

– Вы должны им при­ка­зать, – дей­стви­тельно потре­бо­вал маль­чишка, – чтобы дали мне отдель­ную палату, я же сын…

И он вновь стал пере­чис­лять зва­ния и долж­но­сти отца, чело­века столь демо­кра­тич­ного, что я даже школь­ни­цей вхо­дила со ста­тьями в его каби­нет, едва посту­чав и без звонка. Почему ж он соб­ствен­ные лавры пере­ве­сил вдруг на шею сына, еще несмыш­ле­ного совсем? И, уве­шан­ный чужими лав­рами, маль­чишка так довел мед­пер­со­нал, что его счи­тают невме­ня­е­мым. Бед­ный, малень­кий, дутый пузырь, вер­нее пузырек.

– Кирилл, я, конечно, учту твою просьбу, но лишь зав­тра. А сей­час пой­дем со мной в палату, где ты будешь только до утра, – попы­та­лась я хоть как-то уло­жить в постель устав­шего ребенка.

– Ни за что, – мгно­вен­ным был ответ. – Вы же глав­ная! Вы при­ка­жите им!

Я под­села к маль­чику поближе.

– Кирилл, хочешь, я пойду с тобой.

– Не хочу, я не хо…

Он замолк уже на полу­слове, побеж­ден­ный сном, с кото­рым так боролся. Голова его упала на мое плечо, сник­нув, словно увя­да­ю­щий цве­ток, и его рыже­го­ло­вость, золо­тые кудри вдруг напом­нили мне оду­ван­чик, сол­неч­ный, медо­вый и янтарный.

– Милый, глу­пый, сол­неч­ный маль­чишка, тебе про­сто еще не понять, что век оду­ван­чика так кра­ток, эфе­ме­рен, как мгно­ве­нье жизни и как долж­но­сти наших отцов. Зав­тра золото должно ведь пре­вра­титься в ковыль пуха… Только лишь поду­ешь на него… и оста­нутся одни вос­по­ми­на­ния, что когда-то у тебя была корона из увяд­ших золо­тых волос.

А подуть сумеет, увы, каж­дый, потому что это так легко – раз­не­сти свер­ка­ю­щую жизнь кого-то в пух и прах, осо­бенно когда она чем-то тебя раздражала.

И каких бы ни был ты голу­бых кро­вей, вряд ли стоит так демон­стра­тивно про­во­дить демар­ка­ци­он­ные раз­гра­ни­чи­тель­ные линии между своей тер­ри­то­рией и тер­ри­то­рией дру­гих. Ведь, в конце кон­цов, все эти линии лишь сви­де­тели о пере­ми­рии людей друг с дру­гом. И навряд ли из нас кто-то знает, для кого сей­час сед­лают Белого Коня!

Душа ребенка не может быть в бронежилете, или Ребенок из семьи новых русских

У Алисы есть все, что она поже­лает. Были б только жела­ния, словно она в самом деле живет где-то в ска­зоч­ной Стране Чудес, если только такая страна суще­ствует. Я хожу с ней по вилле, похо­жей чем-то на Эрми­таж: мра­мор­ные колонны при входе, лест­ница со скульп­ту­рами, масса кар­тин в позо­ло­чен­ных рамах.

Она будто бы малень­кая хозяйка боль­шого дома меня водит по ком­на­там, все объ­яс­няя и рас­ска­зы­вая обо всем. Но сего­дня она в самом деле хозяйка, потому что роди­тели снова в отъ­езде, а ее вос­пи­та­нием, как все­гда, зани­ма­ются гувер­нантка и няня да еще двое тело­хра­ни­те­лей, а иначе – ее воору­жен­ные тени.

– При­слуга, – как объ­яс­няет мне Алиса, хотя я пре­красно знаю, что гувер­нантка окон­чила МГУ, а няня – инсти­тут ино­стран­ных язы­ков. Но для Алисы они дей­стви­тельно при­слуга, так назы­вают их ее роди­тели: отец – довольно круп­ный биз­нес­мен и мать, быв­шая парик­ма­херша, бла­го­даря судьбе достиг­шая седь­мого неба.

При­слуга им необ­хо­дима: ведь на кого оста­вить дочь, когда нет вре­мени ею зани­маться и, как болонку, не возь­мешь с собой – Алиса уже ходит в пер­вый класс. А папа без конца в поезд­ках, чтоб пере­прыг­нуть самого себя – дела, дела, одни дела повсюду. И мама сле­дом тоже – для ком­форта, ведь папа же семей­ный человек.

Так что Алиса при­вы­кает жить без них, но… не при­вык­нет, хоть мама зво­нит десять раз на день, чтоб дать инструк­ции садов­нику, кухарке и выру­гать ее, на вся­кий слу­чай, за плохо под­го­тов­лен­ный урок. Алиса не должна позо­рить папу.

Но мама не все­гда ее ругает – рас­ска­зы­вая ей про раз­ные наряды, в кото­рых она будет щеголять.

Алиса в самом деле щего­ляет, она все­гда ходит в рос­кош­ных пла­тьях, как будто жизнь – это веч­ный праздник.

Да, у Алисы есть, наверно, все. Ей мно­гие зави­дуют, но больше всех… зави­дует она.

Она зави­дует подружке-одно­класс­нице, что ее мама никуда не уез­жает и вме­сто няни у нее лишь бабушка; она зави­дует зна­ко­мой девочке, что ее папа вече­рами дома, она зави­дует любому… каж­дому… кто может быть все­гда в кругу родных.

Хотя Алиса живет, как прин­цесса, ей почему-то все­гда неуютно и холодно на их вилле-музее, куда роди­тели обычно при­ез­жают как гости… или же «в коман­ди­ровку»… на несколько дней или на неделю. Ей почему-то очень оди­ноко в толпе при­слуги и телохранителей.

Она все­гда под прес­сом тяж­ких дум. Навяз­чи­вые мысли не дают покоя. Ей снятся бес­ко­неч­ные кош­мары и вре­ме­нами про­сто страшно жить, как будто бы вокруг сплош­ные монстры.

* * *

Мы с ней пыта­емся умень­шить ее страхи. При­ду­мы­ваем новую игру про девочку – ее ровес­ницу, а также про маму с папой этой девочки, пусть даже вир­ту­аль­ной, но пред­став­ля­е­мой реаль­ной сего­дня в нашей с ней игре в виде уже хре­сто­ма­тий­ной Барби.

– Мама с папой у девочки – лучше не надо! – объ­яс­няет Алиса мне, смотря на куклу. – Поку­пают ей все, что она вдруг захо­чет. Не захо­чет – при­ду­мают сами. Мама с папой у девочки – луч­шие в мире, – пыта­ется убе­дить меня Алиса. Но потом, почему-то рас­пла­кав­шись, добав­ляет: – Но мы их поса­дим в тюрьму.

– Почему же, Алиса, за что?

– Да за то, что они остав­ляют дома дочку одну и с чужими людьми, – раз­ма­зы­вает она слезы по щекам.

– Но ведь ты же счи­та­ешь – лучше их не найти?

– Да, они очень… очень… хоро­шие, но еще и такие – пло­хие, – что-то решает для себя девочка, про­еци­руя, а вер­нее, при­ме­ри­вая, как свое новое пла­тье, эту ситу­а­цию на себя, потому что она – макияж ее соб­ствен­ных мыс­лей. А потом, спо­хва­тив­шись вдруг, что я что-то пойму не совсем так, как надо, пре­ры­вает игру, пре­кра­тив раз­го­вор о тюрьме и роди­те­лях. Бежит к шкафу и роется в нем. Достает что-то вроде жилета.

– Это папа при­вез мне, когда при­ез­жал, – хва­ста­ется Алиса обно­вой. – Дога­дай­тесь, что это такое? – И, не дожи­да­ясь моего ответа, таин­ственно сооб­щает: – Это бро­не­жи­лет. Правда, здорово?

– Для кого этот бронежилет?

– Для меня.

– А зачем же тебе он понадобился?

– Чтоб меня защи­тить, если будут стре­лять, так ска­зал мне мой папа. Нет, навер­ное, лучше всем нам сесть в тюрьму. Там не будут стре­лять и там нас не похи­тят, – дове­ри­тельно объ­яс­няет мне девочка, при­жи­мая к своей груди, за кото­рой в испуге коло­тится ее малень­кое, в соб­ствен­ный кула­чок, сердце, или, вер­нее, сер­дечко, мод­ную новинку сезона для детей новых рус­ских – дет­ский бронежилет.

У Алисы есть все, что пре­стижно сего­дня, – от ком­пью­тера до соб­ствен­ной лошади.

У Алисы есть все, что сего­дня – за деньги. Но душа ее в бронежилете.

* * *

К сожа­ле­нию, такая Алиса не одна. И число их рас­тет с каж­дым днем.

Вос­пи­та­ние по типу «крон­принца», а вер­нее, «совре­мен­ных крон­прин­цев» куль­ти­ви­ру­ется во мно­гих семьях так назы­ва­е­мых новых рус­ских. Но если быв­шие «крон­принцы» были насто­я­щими наслед­ни­ками пре­сто­лов, то совре­мен­ные – лишь состо­я­ний, при­чем нажи­тых недавно. А это озна­чает, что еще про­сто нет тра­ди­ций в вос­пи­та­нии детей в подоб­ных семьях. Они лишь только созда­ются на почве ломки ста­рых и в основ­ном инту­и­тивно. Здесь глав­ное – чтоб сохра­нить пре­стиж, пре­стиж семьи, пре­стиж себя, пре­стиж «сосло­вия», в кото­ром очутился.

А за пре­стиж при­хо­дится пла­тить. Но эта плата не день­гами, кото­рыми легко так отку­питься. Цена «сослов­ного» пре­стижа – бес­цен­ная, при­хо­дится пла­тить своим здо­ро­вьем. Поэтому и появи­лись уже тер­мины: «син­дром нового рус­ского», «син­дром жены нового рус­ского», «син­дром ребенка нового рус­ского». Число подоб­ных тер­ми­нов посто­янно рас­тет. Почти каж­дый пси­хо­лог вно­сит что-то свое. Но как бы мы ни пута­лись в этом хаосе тер­ми­нов, надо бы знать хоть при­бли­зи­тельно – о чем речь и вообще, что еще за «син­дромы» могут быть у успеш­ных людей. Может быть, эти все ярлыки им накле­или лишь неудачники?

Каж­дый думает так, как желает, но все более и более типич­ным «порт­ре­том» совре­мен­ного нового рус­ского ста­но­вится порт­рет пре­успе­ва­ю­щего биз­не­смена, источ­ника необык­но­вен­ных семей­ных богатств, пове­ли­теля и «спон­сора» для всех тех, кто с ним рядом. Не все­гда име­ю­щий даже выс­шее обра­зо­ва­ние, он, как пра­вило, обла­дает гени­аль­ным чутьем – делать деньги из воз­духа. Этот так назы­ва­е­мый ско­ро­бо­гач и вли­я­тель­ный отец семей­ства рас­пла­чи­ва­ется за свое пре­успе­я­ние высо­ким уров­нем нервно-эмо­ци­о­наль­ного напря­же­ния, раз­дра­жи­тель­но­стью, вспыль­чи­во­стью и син­дро­мом хро­ни­че­ской усталости.

Его жизнь – это бес­ко­неч­ные погони за день­гами, а вер­нее, пре­умно­же­нием их, кра­си­выми девуш­ками, особ­ня­ками, яхтами и «фер­рари». Его жизнь – это посто­ян­ная кон­ку­рен­ция и жела­ние пре­взойти осталь­ных, даже в выборе жены, для кото­рой сего­дня важ­нее длина ног, чем ее интел­лект. Жена – это его побря­кушка в побря­куш­ках, кото­рые он ей купил и кото­рые также б носили еще масса дру­гих «топ-моде­лей». С ней должно быть не стыдно выйти в свет – это главное.

Утвер­див­шись в соб­ствен­ном вели­чии, такой отец прак­ти­че­ски не имеет вре­мени для вос­пи­та­ния сво­его ребенка, отку­па­ясь от него доро­гими подар­ками в пери­оды своих «коман­ди­ро­вок» домой. Почему же коман­ди­ро­вок? Потому что его жизнь в разъездах.

Конечно же и среди новых рус­ских есть достой­ные папы и сверх­вер­ные мужья, но их зна­чи­тельно меньше, потому что обычно сверх­бо­гат­ство и власть, обру­шив­ши­еся для гене­ти­че­ски непод­го­тов­лен­ного для этого чело­века, как лавина, вне­запно, вызы­вают мута­ции в его образе жизни и при­во­дят к «син­дрому нового русского».

Когда же мы гово­рим о «син­дроме жены нового рус­ского», то под­ра­зу­ме­ваем под этим тоже ворох про­блем, тене­вую, совер­шенно не осве­щен­ную солн­цем, а ско­рее пере­пол­нен­ную тучами, почти неви­ди­мую для дру­гих сто­рону суще­ство­ва­ния совре­мен­ных Золу­шек, сумев­ших каким-то спо­со­бом как-то надеть на себя ска­зоч­ный хру­сталь­ный башмачок.

Каза­лось бы, стать женой нового рус­ского – это мечта боль­шин­ства совре­мен­ных жен­щин и деву­шек, а тем более что это один из самых дей­ствен­ных спо­со­бов скачка в повы­ше­нии тво­его соци­аль­ного ста­туса, когда дру­гих шан­сов для этого нет.

Без­условно, аван­сцена, на кото­рой, как пра­вило, пред­стает перед нами жена нового рус­ского, – это фее­ри­че­ское сия­ние мате­ри­аль­ных цен­но­стей, кото­рыми она обла­дает, ослеп­ля­ю­щее мно­гим глаза. То, что боль­шин­ству из нас вряд ли и сни­лось, для таких жен­щин – это повсе­днев­ная рутин­ная реаль­ность, наве­ва­ю­щая порой даже скуку. У них часто оско­мина на те блага жизни, к кото­рым они так стре­ми­лись, про­дол­жая стре­миться и сей­час… по инер­ции. Им уже опо­сты­лели тусовки в Монако или же в Кур­ше­веле. Их не тянет уже на Мав­ри­кий. Им как будто бы все надо­ело. Они про­сто не знают уже, что хотят.

Это все аван­сцена, но… но… за кули­сами вряд ли им поза­ви­ду­ешь. Но почему?

Потому что они почти все отно­сятся к группе риска по раз­ви­тию алко­голь­ной и нар­ко­ти­че­ской зави­си­мо­сти и все­воз­мож­ных депрес­сив­ных состо­я­ний. Боль­шин­ство из них обра­ща­ются к пси­хо­ло­гам и пси­хо­те­ра­пев­там. Мно­гие, чув­ствуя себя «вре­мен­щи­ками» и желая как можно дольше про­длить эту вре­мен­ность, бес­ко­нечно спо­собны носиться по свету за сво­ими успеш­ными мужьями.

Зная, как неста­бильна их сего­дняш­няя ста­биль­ность, и не очень веря в наступ­ле­ние «зав­тра», они в отсут­ствие мужа эко­но­мят даже на обслу­жи­ва­ю­щем пер­со­нале и копят, копят деньги на свой чер­ный день, пыта­ясь «под­кор­мить» ими и своих бед­ных родственников.

Мни­тель­ность, подо­зри­тель­ность, под­со­зна­тель­ный страх, что их чары на мужа ослабли, делают таких жен­щин нерв­ными, исте­рич­ными и каприз­ными, доводя до раз­лич­ных неврозов.

И цель жизни для мно­гих из них – удер­жать «кра­соту» как ору­жие флирта. Все сво­бод­ное время они в фит­нес-клу­бах или у кос­ме­то­ло­гов. Липо­сак­ции или под­тяжки лица, масса раз­ных пла­сти­че­ских опе­ра­ций запол­няют их дни и недели.

Они заняты пол­но­стью только собой, и ребе­нок для мно­гих из них как игрушка или свя­зу­ю­щее звено с мужем, ведь муж­чина меч­тает все­гда о наслед­нике. Ино­гда дети – про­сто обуза, помеха… Мате­рин­ство у мно­гих лишь только в зачатке. И его про­яв­ле­ние – тоже отку­питься подар­ками, чем дороже, тем лучше. Отку­питься подар­ками – зна­чит любить. А вос­пи­ты­вать могут дру­гие – «Мэри Поппинсы» и «фре­кен Боки». При­чем их нани­мают нередко сей­час даже в семьи, где мама почти все­гда дома. Иметь нянь, гувер­нан­ток – пре­стижно, а осо­бенно если к тому же у них также семь пядей во лбу. Пусть узнают цену интеллекта.

Но совре­мен­ные «Мэри Поппинс», име­ю­щие своих соб­ствен­ных детей, ради кото­рых и согла­ша­ются на подоб­ное раб­ство, кроме своих энцик­ло­пе­ди­че­ских зна­ний при­но­сят в рос­кош­ный дом и заву­а­ли­ро­ван­ное пре­зре­ние вме­сте с зави­стью, счи­тая, что жизнь их по срав­не­нию с этой «цар­ской» семьей про­сто не уда­лась, хотя они достойны ее больше своих хозяев. А насто­я­щей Арины Роди­о­новны сей­час даже и днем с огнем не найти. Вот и при­хо­дится новым «наслед­ным прин­цам» жить среди снеж­ных коро­лев, начи­ная от мамы и кон­чая чужими людьми. Тут уже можно гово­рить и о «син­дроме мамы ребенка нового русского».

Хорошо, если рядом есть бабушки, дедушки, искренне любя­щие своих милых вну­ков. Но для тех, кто живет в запо­вед­ни­ках, вроде Руб­левки, это ред­кость. Зачем пор­тить свой имидж бед­ными род­ствен­ни­ками? И чему они могут детей научить?

Да, дей­стви­тельно, надо отдать долж­ное, что в боль­шин­стве семей новых рус­ских обра­зо­ва­нию ребенка при­да­ется огром­ное зна­че­ние. Все элит­ные школы за рубе­жом запол­ня­ются этими детьми, и сумев­шие спра­виться с их про­грам­мой под­ростки по объ­ему полу­чен­ных зна­ний нередко пре­вос­хо­дят своих столь успеш­ных роди­те­лей. Но они только книжно умны… А у пап интуиция!

Без­условно, учиться у луч­ших из луч­ших пре­по­да­ва­те­лей – это неплохо, но смотря в каком воз­расте, где: дома или вдали от него. Ведь под мар­кой учебы теперь для ребенка мас­ки­ру­ется снова раз­лука – новый стресс и разо­ча­ро­ва­ния да обида на своих роди­те­лей, если тебе лишь десять… две­на­дцать… и так хочется еще немножко мама­па­пи­ной капли любви, хоть, каза­лось бы, то, что к раз­луке эти дети при­выкли давно, и осо­бенно если семья их, а вер­нее, ребе­нок и мама жили за рубе­жом. Сей­час этот стиль жизни стал мод­ным. Особ­няк на Руб­левке – лишь только один из подоб­ного клана подоб­ных. А семье все же лучше живется в Европе. Без­опас­нее там, можно и сэко­но­мить на телохранителях.

В общем, как бы это ни зву­чало пара­док­сально, но боль­шин­ство семей новых рус­ских отно­сятся к раз­ряду небла­го­по­луч­ных для про­жи­ва­ю­щего в них ребенка, несмотря на мате­ри­аль­ную феерию.

Лишен­ные без­оце­ноч­ной роди­тель­ской любви, ведь даже в шко­лах такие дети должны быть впе­реди дру­гих, чтоб не позо­рить маму с папой, «крон­принцы» зяб­нут на рос­кош­ных вил­лах, в рос­кош­ных шубах, меч­тая лишь о «ват­нике» род­ного очага, бла­го­даря кото­рому могли б согреться.

Их посто­ян­ные раз­луки с роди­те­лями пре­вра­щают их жизнь в нескон­ча­е­мый хро­ни­че­ский стресс, ведь так хочется поде­литься сво­ими успе­хами или же неуда­чами с мамой и папой. О, как хочется им лиш­ний раз обнять маму и папу и при­жаться к ним, как к самым близ­ким! О, как хочется, чтоб и они бы обняли тебя!

Если бы только знали роди­тели, как ужасно с рож­де­нья слы­шать ночью и днем о каких-то раз­бор­ках, ходить в туа­лет, когда кто-то тебя охра­няет чужой, и рас­ска­зы­вать этим чужим о своих дет­ских тай­нах и «страш­ных» сек­ре­тах. Больше некому ведь, а так хочется… хочется… Но и этих чужих мамы вечно меняют. Не успе­ешь при­вык­нуть, уже кто-то другой.

Почему-то все чаще и чаще вспо­ми­на­ются мне слова малень­кой девочки, одной из таких «новых» шести­лет­них «прин­цесс», у кото­рой роди­тели, пыта­ясь найти для нее супер­няню, устро­или кастинг про­жи­ва­ю­щих в их семье нянь, посто­янно вышвы­ри­вая их, как ветошь, на гла­зах дочери. Та непра­вильно вешала пла­тья в шкафу, эта – плохо помыла посуду. И хоть девочка пла­кала, чтобы их не меняли, ее голос не слы­шал никто. И одна­жды она вдруг ска­зала роди­те­лям, когда ей поку­пали щенка: «Если вам даже кто-то понра­вится больше, я его не отдам, ни за что не отдам, потому что он сразу при­вык­нет ко мне, а к дру­гим не при­вык­нет и будет ску­лить. Кто ж его пожа­леет? Это же не игрушка».

К сча­стью, девочка еще не пони­мала сама, как и, впро­чем, ее очень-очень забот­ли­вые роди­тели, что и все нев­ро­ти­че­ские реак­ции у нее были тесно свя­заны с тем, что и ее саму при­ни­мали в семье за игрушку, кормя утром, днем, вече­ром чер­ной икрой, застав­ляя носить только пла­тья из бар­хата, но при этом всем чаще всего вос­пи­ты­вая по мобиль­ному телефону.

Ведь даже ради нее, а она в самом деле была желан­ным ребен­ком, ее мама во время бере­мен­но­сти не отка­за­лась от «нуж­ных» при­вы­чек, вопреки реко­мен­да­циям вра­чей колеся по всем кон­ти­нен­там и стра­нам, сопро­вож­дая мужа, меняя кли­ма­ти­че­ские пояса, а после рож­де­ния дочери остав­ляя ее с пер­вых дней на слу­чай­ных кор­ми­лиц и нянь, к мель­ка­нию новых лиц кото­рых девочка не успе­вала при­вык­нуть. Да и лица зна­ко­мых в этом доме меня­лись, как дни и недели, потому что сте­пень сбли­же­ния с ними была прямо про­пор­ци­о­нальна сте­пени тол­щины их кошелька, а девочка так меч­тала о посто­ян­ных при­вя­зан­но­стях и чувствах.

Если бы только знали роди­тели, что ей сни­лось все­гда по ночам… Но им неко­гда было про это спро­сить. И виной этот веч­ный домаш­ний цейт­нот. И все ради того, чтоб у дочери их «зав­тра» было бы лучше «вчера». Но ведь есть же еще и сегодня!

Я смотрю на Алису. Вспо­ми­наю ту девочку. Сколько общего у них в судьбе. Рос­кошь и нищета отно­ше­ний с близ­кими им людьми. Страх в толпе их охранников.

Веч­ный испуг – поте­рять вдруг лицо свое перед дру­гими, опо­зо­рив роди­те­лей несо­вер­шен­ством. Или же вак­ха­на­лия чувств вседозволенности.

* * *

Я смотрю на Алису, надев­шую все же на себя мод­ный бро­не­жи­лет, в лек­си­коне кото­рой чуж­дые мне слова – «кру­той», «тачка», «залож­ник», несмотря на ее юный возраст.

– Все равно не пойму, для чего он тебе?

– Я же Вам гово­рила, чтоб при­крыть, что внутри.

– Сердце, легкие?..

– Папа не рас­ска­зал… А еще что име­ется там?

– Там душа. Но ее нельзя нам при­крыть бронежилетом.

– Почему?

– Потому, что он ранит ее.

– Как же ранит, когда он спа­сает от ран? Вы не зна­ете, что ли, зачем бро­не­жи­лет? Если носишь его посто­янно, то не будешь бояться вообще ничего. Он спа­сет, пони­ма­ете, он защитит…

– Но тебя защи­щать должны мама и папа, а не бронежилет.

– Но они… но они… – Девочка раз­ры­да­лась и при­жа­лась ко мне, совер­шенно чужой, больше в этот момент было не к кому.

Чтобы у ваших детей не было син­дрома «ребенка нового русского»

Жела­тельно учи­ты­вать и обо­рот­ную сто­рону медали всех Ваших бла­гих побуж­де­ний ради сча­стья Вашего ребенка и…

Взве­сив все «за» и «про­тив»,  отка­заться от мно­гих соблаз­нов, свой­ствен­ных жизни совре­мен­ных новых рус­ских, и поста­раться создать для него нор­маль­ный семей­ный очаг, хотя бы в дошколь­ном воз­расте, когда для детей цен­ность жизни – в роди­те­лях, а все мате­ри­аль­ное – второстепенное.

Дело в том, что обычно, вос­пи­ты­вая сво­его ребенка, мы пыта­емся пере­дать ему мно­гое из сво­его житей­ского опыта, из ста­рей­ших тра­ди­ций своей семьи, но недавно воз­ник­шие семьи новых рус­ских не имеют еще осо­бого опыта в вос­пи­та­нии своих детей, и былые тра­ди­ции их семей не все­гда отве­чают тре­бо­ва­ниям, предъ­яв­ля­е­мым таким семьям сего­дня. Поэтому о том, как вос­пи­ты­вать совре­мен­ных «крон­прин­цев», мно­гие их роди­тели имеют лишь сугубо абстракт­ное пред­став­ле­ние, ведь в копилке их соб­ствен­ного жиз­нен­ного опыта нет ничего подоб­ного, и при­хо­дится вре­ме­нами бро­саться из одной край­но­сти в дру­гую, не все­гда находя золо­тую середину.

Но эту «сере­дину»  можно найти, если…

Еще до рож­де­ния Вашего ребенка  заду­маться о его буду­щем здо­ро­вье и празд­нично-тусо­воч­ный образ жизни, даже с самыми изыс­кан­ными винами и доро­гими сига­ре­тами, при­бли­зить к более аске­ти­че­скому, с глав­ным прин­ци­пом – не вреди!

А нане­сти вред здо­ро­вью Вашего буду­щего ребенка помимо алко­голя и куре­ния спо­собны даже Ваши экзо­ти­че­ские путе­ше­ствия в ска­зоч­ные страны из-за рез­ких смен кли­ма­ти­че­ских поясов.

Не устра­и­вать чехарду  мель­ка­ния лиц посто­янно сме­ня­е­мого «обслу­жи­ва­ю­щего пер­со­нала». Найти не столько зна­ю­щую, как пони­ма­ю­щую всю гамму чувств ребенка няню, и лучше всего, если ею будет род­ная бабушка, а не слу­чай­ный чело­век из «про­ход­ного двора».

Когда же Вам при­хо­дится доволь­ство­ваться услу­гами чужого чело­века, не забы­вайте о син­дроме «няни Маши Рас­пу­ти­ной», зави­ду­ю­щей жизни своей соб­ствен­ной вос­пи­тан­ницы из-за того, что у ее детей нет ничего подоб­ного, и пыта­ю­щейся самыми небла­го­вид­ными спо­со­бами уста­но­вить «равен­ство и брат­ство». Ищите няню по при­зва­нию, искренне любя­щую детей.

Луч­ший вари­ант,  если няня Вам будет лишь только помощ­ни­цей в вос­пи­та­нии Вашего ребенка. В послед­нее время все чаще и чаще появ­ля­ются науч­ные иссле­до­ва­ния, утвер­жда­ю­щие, что если уже с самого рож­де­ния мла­де­нец посто­янно ощу­щает дефи­цит вни­ма­ния и ласки, то это может отра­зиться даже на раз­ви­тии мозга ребенка, кото­рый, став взрос­лым, будет отли­чаться повы­шен­ным уров­нем тре­вож­но­сти и иметь бес­ко­неч­ные про­блемы при вза­и­мо­от­но­ше­ниях с людьми. И конечно же неж­ность самой луч­шей кор­ми­лицы для ребенка не вхо­дит ни в какое срав­не­ние с неж­но­стью матери.

Хотя бы до под­рост­ко­вого воз­раста  не раз­лу­чаться с ребен­ком ради пре­стиж­ной школы в дру­гом городе, и осо­бенно за рубе­жом, где не будет с ним рядом не только роди­те­лей, но и ста­рых друзей.

Без­условно, пре­крас­ное обра­зо­ва­ние, кото­рое роди­тели могут дать своим детям, это цен­ней­ший вклад в буду­щее ребенка и одно из про­яв­ле­ний истин­ной роди­тель­ской любви. Однако и в этом про­яв­ле­нии Вашей заботы о ребенке есть свои под­вод­ные рифы.

Конечно, если Ваш ребе­нок полу­чает это пре­стиж­ное обра­зо­ва­ние в том городе, где Вы живете, и, несмотря на частые разъ­езды, Вы все время кон­так­ти­ру­ете с ним, к тому же все дру­зья с ним посто­янно рядом, то это – луч­ший из вари­ан­тов для сохра­не­ния его здоровья.

Но, к сожа­ле­нию, такой вари­ант встре­ча­ется все реже. Сей­час пре­стижно, чтобы дети новых рус­ских учи­лись за гра­ни­цей в пан­си­о­нах, интер­на­тах и зна­ме­ни­тых част­ных шко­лах под «теле­фон­ным» наблю­де­нием роди­те­лей. Но это же в какой-то мере тоже без­над­зор­ность, ее совсем осо­бый новый тип, тип без­над­зор­но­сти с повы­шен­ным вни­ма­нием роди­те­лей, правда, вни­ма­ние здесь чаще всего вир­ту­аль­ное. Ведь теле­фоны не все­ви­дя­щее око, и что тво­рится без роди­те­лей с ребен­ком, известно только ему самому. А в шко­лах рас­цве­тает сей­час повсе­местно нечто похо­жее на «дедов­щину». И даже школь­ники, живу­щие в семье, боятся о ней гово­рить роди­те­лям. А как про это рас­ска­зать по телефону?

Сей­час даже в такой стране, как Вели­ко­бри­та­ния, куда так модно стало везти на учебу детей новых рус­ских, она, там назван­ная «бул­лин­гом» (сло­вес­ные оскорб­ле­ния, запу­ги­ва­ние, физи­че­ское наси­лие со сто­роны одно­класс­ни­ков), при­об­ре­тает чуть