Ваш беспокойный подросток. — Байярд Роберт Т., Байярд Джин

Ваш беспокойный подросток. — Байярд Роберт Т., Байярд Джин

(7 голосов3.4 из 5)

Книга Р. и Дж. Бай­яр­дов, адре­со­ван­ная роди­те­лям, не может уста­реть: все­гда будут семьи с детьми-под­рост­ками, и  в их числе такие, где роди­тели «дошли до ручки» и уже не знают, что делать с «бес­по­кой­ными под­рост­ками», и будет ли когда-нибудь конец «семей­ному аду».

К читателю

Про­шло четыре года с момента выхода в свет пер­вого изда­ния книги Роберта и Джин Бай­яр­дом на рус­ском языке. За эти годы очень мно­гое изме­ни­лось в нашей жизни. Одни про­блемы исче­зают в ней без следа, дру­гие, новые про­блемы появи­лись. Есть, однако, опре­де­лен­ный круг «веч­ных» чело­ве­че­ских забот, оста­ю­щихся в нашей жизни, что бы вокруг ни про­ис­хо­дило. Это дет­ско-роди­тель­ские отно­ше­ния, труд­но­сти и кон­фликты. В этом смысле книга Р. и Дж. Бай­яр­дов, адре­со­ван­ная роди­те­лям, не может уста­реть: все­гда будут семьи с детьми-под­рост­ками, и все­гда будут в их числе такие, где роди­тели «дошли до ручки» и уже не знают, что им делать со сво­ими «бес­по­кой­ными» под­рост­ками», и будет ли когда-нибудь конец всему этому «семей­ному аду».
Книги для роди­те­лей бывают раз­ные. Из одних вы можете узнать много нового, они рас­ши­ряют ваш кру­го­зор, обо­га­щают вас све­де­ни­ями из фило­со­фии, пси­хо­ло­гии, педа­го­гики, меди­цины. Однако зача­стую подоб­ные зна­ния не могут найти непо­сред­ствен­ного прак­ти­че­ского при­ме­не­ния в ваших вза­и­мо­от­но­ше­ниях с детьми. Про­чи­тав такие книги, вы узна­ете, как роди­те­лям сле­дует отно­ситься к тем или иным семей­ным ситуациям.

Но вот что вам делать сего­дня с вашим сыном (вашей дочерью)?

На этот вопрос в таких кни­гах, как пра­вило, ответа нет.

Есть, однако, книги для роди­те­лей совер­шенно иного рода. Эти книги можно назвать свое­об­раз­ными «ноу хау» (от англий­ского «знаю как»). В них содер­жится не про­сто инфор­ма­ция-зна­ние, но также инфор­ма­ция, орга­ни­зу­ю­щая ваше пове­де­ние, ваше обще­ние, вашу жизнь.

Такие книги (а их обычно назы­вают прак­ти­че­скими руко­вод­ствами) — довольно ред­кое явле­ние. Напи­сать прак­ти­че­ское руко­вод­ство гораздо слож­нее, нежели обыч­ную книгу; чтобы оно ока­за­лось реа­ли­стич­ным и дей­ствен­ным, необ­хо­дим боль­шой, обоб­щен­ный и опре­де­лен­ным обра­зом систе­ма­ти­зи­ро­ван­ный прак­ти­че­ский опыт.
Вам повезло — вы дер­жите в руках насто­я­щее прак­ти­че­ское руко­вод­ство по усо­вер­шен­ство­ва­нию обще­ния роди­те­лей и детей-подростков.

В крат­ком пре­ди­сло­вии пере­вод­чика невоз­можно, да и не нужно, на наш взгляд, пере­ска­зы­вать содер­жа­ние книги. Чтобы соста­вить о нем пред­став­ле­ние, доста­точно загля­нуть на стра­ницу, где пред­став­лено ее оглав­ле­ние. Вме­сте с тем, есть несколько важ­ных сооб­ра­же­ний, кото­рые все же сле­дует пред­по­слать вашему зна­ком­ству с этой книгой.
Сооб­ра­же­ние пер­вое. Книга Р. и Дж. Бай­яр­дов — это пси­хо­тех­ни­че­ское «ноу хау». Такое прак­ти­че­ское руко­вод­ство не сле­дует путать с «ноу хау» иного типа. Когда вы поль­зу­е­тесь, напри­мер, инструк­цией по экс­плу­а­та­ции видео­маг­ни­то­фона или пова­рен­ной кни­гой, то такие «ноу хау» помо­гают вам вно­сить опре­де­лен­ные, как пра­вило, целе­со­об­раз­ные изме­не­ния в окру­жа­ю­щий вас внеш­ний мир вещей. На пер­вый взгляд, пси­хо­тех­ни­че­ское руко­вод­ство также гово­рит вам, что и как делать вовне, с дру­гими людьми. Однако в дей­стви­тель­но­сти оно пред­на­зна­чено прежде всего для пре­об­ра­зо­ва­ния вашего соб­ствен­ного внут­рен­него мира. Пси­хо­тех­ни­че­ское “ноу хау» — это прак­ти­че­ское руко­вод­ство по само­из­ме­не­нию! Здесь вы, конечно же, спро­сите: «Зачем мне изме­няться, когда меняться дол­жен мой сын? Моя дочь?»

Вот тут-то сле­дует выска­зать наше вто­рое сооб­ра­же­ние. Ответ на ваш недо­умен­ный вопрос пара­док­са­лен, но очень прост: согласно пред­став­ле­ниям совре­мен­ной пси­хо­ло­гии и пси­хо­те­ра­пии, для того чтобы изме­нить дру­гого чело­века, надо при­нять его таким, каков он есть — и каким, судя по всему, вы его пока при­нять не можете. То есть для успеха воз­дей­ствия на дру­гого сна­чала надо изме­нить себя! «Изме­ня­ясь сам, изме­няю дру­гих» — вот кредо авто­ров книги. Книгу эту они адре­суют отча­яв­шимся, испро­бо­вав­шим уже, каза­лось бы, все сред­ства роди­те­лям «бес­по­кой­ных» под­рост­ков. Во, как ока­зы­ва­ется, есть еще одно сред­ство. И это, еще не опро­бо­ван­ное вами, сред­ство (как вы смо­жете убе­диться сами, пора­бо­тав неко­то­рое время с дан­ным прак­ти­че­ским руко­вод­ством) обла­дает весьма силь­ным и бла­го­твор­ным дей­ствием. И, нако­нец, сооб­ра­же­ние третье.
Мой лич­ный опыт работы в каче­стве пси­хо­лога-кон­суль­танта пока­зы­вает: тер­пе­ние не отно­сится к числу рас­про­стра­нен­ных роди­тель­ских доб­ро­де­те­лей… Нам, как пра­вило, хочется добиться немед­лен­ных поло­жи­тель­ных изме­не­ний в своих детях. Чудеса, конечно, бывают, но крайне редко; обычно тре­бу­ются уси­лия, настой­чи­вость, каж­до­днев­ная и ино­гда довольно кро­пот­ли­вая работа, воз­вра­ще­ния и повторы, дви­же­ние шаг за шагом и т. п. Дорогу оси­лит идущий…

Ваши про­блемы в отно­ше­ниях с детьми скла­ды­ва­лись годами; и хотя пре­одо­леть воз­ник­шие труд­но­сти можно, но… только не за один-два дня, а хотя бы за один-два месяца серьез­ной работы под руко­вод­ством авто­ров книги.

Завер­шая это крат­кое обра­ще­ние к вам, чита­тель-роди­тель, мне хоте­лось бы поже­лать вам дове­рия к авто­рам книги, кри­тич­но­сти по отно­ше­нию к себе, настой­чи­во­сти в дости­же­нии своих целей и — хотя бы немного чув­ства юмора. Я совер­шенно уве­рен в том, что эти каче­ства в соче­та­нии с опы­том Роберта и Джин Бай­яр­дов обес­пе­чат чудо в вашей отдельно взя­тий семье.

С самыми доб­рыми напут­стви­ями кан­ди­дат пси­хо­ло­ги­че­ских наук А. Б. Орлов

Предисловие

Если вы испы­ты­ва­ете чув­ство оза­бо­чен­но­сти или бес­по­кой­ства в отно­ше­нии сво­его ребенка-под­ростка, то мы рады позна­ко­миться с вами и пред­ло­жить вам эту книгу как сред­ство, кото­рое облег­чит вашу ношу.
Не чув­ствуйте себя оди­но­кими: тысячи роди­те­лей пере­жи­вают во мно­гом сход­ные про­блемы, и весьма веро­ятно, что неко­то­рые из них — ваши соседи и дру­зья — совсем рядом. Вы можете и не дога­ды­ваться о том, что нахо­ди­тесь в такой боль­шой ком­па­нии: в нашем обще­стве роди­телю пола­га­ется испы­ты­вать чув­ство стыда, когда сын или дочь про­пус­кают заня­тия в школе, или напи­ва­ются, или как-либо иначе плохо ведут себя; поэтому даже дру­зья не склонны гово­рить о про­ступ­ках детей и свя­зан­ных с ними пере­жи­ва­ниях. Выка­зы­вая вам свое рас­по­ло­же­ние, они еще могут при встрече спро­сить: «Ну а как дети?» — однако ваш ответ сво­дится, как пра­вило, к тому, чтобы рас­ска­зать о соци­ально-при­ем­ле­мом в пове­де­нии детей, а отнюдь не о непо­ви­но­ве­нии, стыч­ках, ноч­ных воз­вра­ще­ниях домой, про­пус­ках заня­тий. Для роди­теля допу­стить, чтобы отри­ца­тель­ные факты стали известны, все равно что полу­чить отри­ца­тель­ную оценку. Все, кого вы зна­ете, испы­ты­вают те же самые опа­се­ния, поэтому каж­дый пред­по­чи­тает мол­чать, пере­жи­вая наедине чув­ства оди­но­че­ства и отчаяния.

Мы, Боб и Джин Бай­ярд, про­шли через все это сами и поэтому у нас осо­бый инте­рес к тем ситу­а­циям, в кото­рых роди­тели чув­ствуют себя как в осаде. Для нас крайне важно, каким из двух путей вы выхо­дите из них. Почти навер­няка вы счи­та­ете, что про­блема заклю­ча­ется в пове­де­нии вашего ребенка, а ее реше­ние — в том, чтобы, каким-то обра­зом изме­нить ребенка, заста­вить его вести себя иначе; однако столь же навер­няка вам будет легче спра­виться со сто­я­щей перед вами про­бле­мой, если посмот­реть на нее как на воз­мож­ность изме­нить что-то в вашей соб­ствен­ной жизни, рас­ши­рить ее гра­ницы, научиться лучше забо­титься о ней. В этой книге мы рас­ска­жем, как идти вто­рым путем во благо вам и вашему ребенку.

Мы не все­гда чув­ство­вали себя столь уве­ренно, как сей­час, не знали, как справ­ляться с кон­фликт­ными ситу­а­ци­ями. Мы вырас­тили пяте­рых детей и за это время совер­шили прак­ти­че­ски все (как разум­ное, так и глу­пое), о чем рас­ска­зы­ваем в книге. О том же, что делали наши дети, пусть когда-нибудь рас­ска­жут они сами. Ува­жая их право на лич­ную жизнь, мы будем опи­сы­вать только то, что сами про­жили и испы­тали, стал­ки­ва­ясь, подобно роди­те­лям, кото­рых мы кон­суль­ти­ро­вали, с широ­чай­шей палит­рой дет­ского пове­де­ния, на про­тя­же­нии мно­гих лет рас­цве­чи­вав­шей пере­жи­ва­ни­ями наши жизни.
Когда мы вырас­тили почти до совер­шен­но­ле­тия двух своих пер­вых детей, нам пока­за­лось, что у нас еще оста­лось много нерас­тра­чен­ных отцов­ско-мате­рин­ских чувств. (А может быть, нам хоте­лось дока­зать также, что мы можем быть хоро­шими роди­те­лями и, сле­до­ва­тельно, сто­я­щими людьми?) С чув­ством радо­сти и ощу­ще­нием новых гори­зон­тов мы при­няли в семью еще трех детей из Кореи; одному из них было один­на­дцать, а двум дру­гим — по пять лет. К моменту, когда все пятеро выросли и стали готовы к само­сто­я­тель­ной жизни, у нас уже была непре­рыв­ная трид­ца­ти­лет­няя прак­тика вос­пи­та­ния детей.

На про­тя­же­нии всего этого вре­мени наш роди­тель­ский опыт скла­ды­вался из взле­тов и паде­ний. Были пери­оды, когда дети «вели себя пре­красно», и тогда мы также чув­ство­вали себя пре­красно. В дру­гое время они про­де­лы­вали то, о чем рас­ска­зы­ва­ется в этой книге, и тогда мы были по-насто­я­щему несчаст­ными: оби­жен­ными, рас­сер­жен­ными, пой­ман­ными в ловушку. Каж­дый слу­чай такого рода вызы­вал в нас глу­бо­кие и очень непри­ят­ные пере­жи­ва­ния. Для Боба они озна­чали при­мерно сле­ду­ю­щее: «Во мне что-то не так. Я не могу уста­но­вить доб­рые и близ­кие отно­ше­ния со сво­ими детьми. Они не видят во мне чело­века». Для Джин это были чув­ства вины и страха: «Должно быть, я пло­хой чело­век. Я должна посвя­тить всю свою жизнь детям. А вме­сто этого я рабо­таю в школе или под­ра­ба­ты­ваю где-то еще. Тем самым я обде­ляю детей, поэтому они и ведут себя не так, как надо». Дол­гое время мы сты­ди­лись всех этих пере­жи­ва­ний и стра­дали пооди­ночке. Много позд­нее при­шло пони­ма­ние: все это лишь оши­боч­ные сте­рео­типы мыш­ле­ния, хотя и пора­бо­тив­шие, по нашему убеж­де­нию, мно­гих роди­те­лей, но тем не менее вполне под­да­ю­ще­еся переделке.

Чтобы помочь себе пре­одо­леть те труд­но­сти, кото­рые при­хо­ди­лось испы­ты­вать при вос­пи­та­нии детей, мы испро­бо­вали все, что могли найти и в чем видели хоть какую-нибудь надежду.

Мы читали книги о вос­пи­та­нии детей. Неко­то­рые из них были очень хоро­шими. Однако в боль­шин­стве книг совер­шенно не затра­ги­ва­лись мучив­шие вас пере­жи­ва­ния вины, там гово­ри­лось лишь о том, что роди­тели должны делать ради своих детей, и мы все более убеж­да­лись, что наши жизни сами по себе совсем ничего не значат.
Мы годами водили детей на доро­го­сто­я­щие пси­хо­те­ра­пев­ти­че­ские сеансы. Воз­можно, это в чем-то помо­гало, но глав­ный и оче­вид­ный для нас резуль­тат состоял в сле­ду­ю­щем: наши дети посте­пенно начи­нали верить в то, что они — «паци­енты», с ними что-то не так и каж­дый раз, когда они соби­ра­ются чего-либо достичь в своей жизни, им необ­хо­дима помощь. Мы же настолько сты­ди­лись своих обра­ще­ний за помо­щью к кон­суль­тан­там, что нико­гда не рас­ска­зы­вали об этой своим род­ствен­ни­кам и друзьям.
Мы про­шли спе­ци­аль­ный курс обу­че­ния, осно­ван­ный на книге д‑ра Томаса Гор­дона «Тре­нинг эффек­тив­но­сти роди­теля». Здесь впер­вые мы почув­ство­вали реаль­ную помощь. Этот курс поло­жил начало нашему ста­нов­ле­нию как рав­но­прав­ных чле­нов соб­ствен­ной семьи и поз­во­лил уви­деть в детях инте­рес­ных, разум­ных и ответ­ствен­ных людей.
Мы изу­чали пси­хо­ло­гию семей­ной жизни и пси­хо­те­ра­пию в уни­вер­си­тете, полу­чили науч­ные сте­пени по пси­хо­ло­гии. Мы начали рабо­тать в каче­стве про­фес­си­о­наль­ных кон­суль­тан­тов для семей (под­рост­ков и их роди­те­лей), ока­зав­шихся в кри­зис­ных ситу­а­циях. К насто­я­щему вре­мени мы уже имели дело со мно­гими сот­нями оби­жен­ных, бун­ту­ю­щих, раз­гне­ван­ных, подав­лен­ных или упря­мых под­рост­ков и со мно­гими сот­нями их обычно отча­яв­шихся роди­те­лей. Мно­гое из того, с чем при­хо­ди­лось стал­ки­ваться, было зна­ко­мым по соб­ствен­ному лич­ному опыту, и мы чув­ство­вали, что можем понять про­блемы и пере­жи­ва­ния наших клиентов.

В ходе работы с кри­зис­ными ситу­а­ци­ями в семьях мы заме­тили, что именно роди­тели начи­нали испы­ты­вать оза­бо­чен­ность, когда ухуд­ша­лись семей­ные дела. Крайне редко к нам обра­ща­лись за помо­щью сами под­ростки. Обычно они делали это для того, чтобы, напри­мер, изба­виться от при­стра­стия к нар­ко­ти­кам или алко­голю, но очень и очень немно­гие обра­ща­лись за помо­щью, чтобы осво­бо­диться от дур­ной ком­па­нии, при­вы­чек лгать, красть, про­пус­кать заня­тия в школе, сбе­гать из дома и т. д. Когда дети совер­шали подоб­ные про­ступки, именно роди­тели испы­ты­вали отча­я­ние и звали на помощь.
Вот почему мы адре­суем эту книгу родителям.

Мы раз­мыш­ляли, тру­ди­лись, мучи­лись и, как могли, справ­ля­лись с труд­но­стями, пока вос­пи­ты­вали своих пяте­рых детей. Мы про­шли через все куль­ми­на­ции уны­ния и надежд, непри­язни и лико­ва­ния, бес­по­мощ­но­сти и тор­же­ства. Все наши про­блемы и свя­зан­ные с ними пере­жи­ва­ния осо­бенно уси­ли­ва­лись, бук­вально дости­гали апо­гея, когда каж­дый наш ребе­нок ста­но­вился под­рост­ком. Тогда-то и каза­лось — дальше так жить невозможно.
Но в один пре­крас­ный день — и в этом заклю­ча­ется одна из тех надежд, кото­рые мы хотели бы заро­нить в сердце каж­дого роди­теля,— наша борьба начи­нала осла­бе­вать. Мы заме­чали (сна­чала лишь от слу­чая к слу­чаю), что нам на самом деле ста­но­ви­лось легче общаться и жить с детьми. В наши отно­ше­ния про­ни­кали юмо­ри­сти­че­ские нотки; ска­зан­ное или сде­лан­ное детьми под­час пора­жало нас своей чело­веч­но­стью и пре­ис­пол­нен­но­стью таким пафо­сом, что мы начи­нали пони­мать их и не могли скрыть улыбки, даже если бес­по­ко­и­лись и неодоб­ри­тельно качали голо­вой. Отрад­ные минуты, кото­рые при­ятно удив­ляли нас, стали слу­чаться все чаще и чаще; дети по-раз­ному, но каж­дый раз осмыс­ленно давали понять, что любят нас; каж­дый из них совер­шал нечто доб­рое и достой­ное, чем обычно гор­дятся роди­тели. И мы нако­нец-то почув­ство­вали себя в пол­ном согла­сии со сво­ими детьми.

Сна­чала мы пола­гали: все это про­ис­хо­дит потому, что дети окон­ча­тельно повзрос­лели. Они, конечно, изме­ни­лись; но только впо­след­ствии мы поняли, что дру­гими стали не только они, но и мы сами. Наши дети все­гда были и послуш­ными и угод­ли­выми, и доб­рыми и неснос­ными, и забот­ли­выми и эго­и­стич­ными. Повзрос­лев, они, конечно, во мно­гом изме­ни­лись, но по мере совер­шен­ство­ва­ния нашего отно­ше­ния к ним мы посте­пенно пере­стали ждать или хотеть чего-либо от детей (чему они, кстати, так или иначе спо­соб­ство­вали). Дети высту­пали при этом как наши тер­пе­ли­вые учи­теля, делая все, чтобы изба­вить, осво­бо­дить нас от этих ожи­да­ний и дать нам воз­мож­ность радо­ваться им таким, какие они есть. Мы мно­гим обя­заны этому нашему сов­мест­ному раз­ви­тию, без кото­рого так бы и про­жита всю жизнь со сво­ими в чем-то, может быть, удоб­ными, но вме­сте с тем очень кос­ными роди­тель­скими предубеж­де­ни­ями. Дети помогли нам открыть новые гори­зонты и войти в более широ­кий мир.

Глав­ное, что может сде­лать, на наш взгляд, эта книга,— побу­дить вас как роди­теля уви­деть и в кон­крет­ной про­блеме, и в ваших вза­и­мо­от­но­ше­ниях с ребен­ком в целом не столько дока­за­тель­ство каких-то изъ­я­нов или оши­бок ребенка, сколько вли­я­ние, побуж­да­ю­щее вас к раз­ви­тию и изме­не­нию и одно­вре­менно предо­став­ля­ю­щее вам воз­мож­ность для этого. Несмотря на душев­ную боль, вы можете даже при­вет­ство­вать эту про­блему как один из тех вызо­вов, кото­рые бро­сает вам отнюдь не ваш ребе­нок, но ваша соб­ствен­ная жизнь.

Не пре­тен­дуя, конечно, на то, что у нас есть исчер­пы­ва­ю­щие «ответы», как раз­ре­шить каж­дую кон­крет­ную ситу­а­цию, мы, однако, рас­по­ла­гаем боль­шим прак­ти­че­ским опы­том и неод­но­кратно имели воз­мож­ность наблю­дать состо­я­ния сча­стья и ответ­ствен­но­сти как роди­те­лей, так и детей. Осно­вы­ва­ясь на этом опыте, мы можем ска­зать вам, что, ско­рее всего, попы­та­лись бы сде­лать, если бы ока­за­лись на вашем месте. Мы убеж­дены, что пред­ла­га­е­мый нами под­ход (если, конечно, вы будете ему сле­до­вать) может при­ве­сти к суще­ствен­ному и поло­жи­тель­ному изме­не­нию в ваших вза­и­мо­от­но­ше­ниях с ребенком.

Вре­ме­нами, веро­ятно, он будет тру­ден, даже невыносим.

Он потре­бует вне­се­ния неко­то­рых изме­не­ний в образ вашего мышления.

Он может иметь и обод­ря­ю­щий эффект, при­но­сить вам ощу­ще­ние про­дви­же­ния и освобождения.

Мы пред­ла­гаем вам начать с того, чтобы про­ве­сти пару вече­ров за чте­нием этой книги. Поста­рай­тесь в спо­кой­ной обста­новке про­чи­тать ее от корки до корки — и основ­ной текст, и упраж­не­ния, и при­меры — с тем, чтобы почув­ство­вать ее общий настрой, кото­рый все­лит в вас надежду и ощу­ще­ние того, что все будет хорошо. Затем вер­ни­тесь к началу книги и про­шту­ди­руйте ее содер­жа­ние шаг за шагом. Мы сове­туем рабо­тать над кни­гой после­до­ва­тельно, поскольку делать то, о чем гово­рится в конце посо­бия, сле­дует, лишь пред­ва­ри­тельно освоив и про­ра­бо­тав его ран­ние раз­делы, что поз­во­лит создать неко­то­рый задел или фундамент.

И, нако­нец, будьте добры и снис­хо­ди­тельны к себе. Вы вполне можете рас­счи­ты­вать на наше пони­ма­ние, если не суме­ете сде­лать что-либо из того, что мы вам посо­ве­туем в книге, потому что нам также мно­гое не уда­ва­лось во время тех кри­зи­сов, кото­рые слу­ча­лись у нас с детьми. Если бы при­шлось пройти через все это снова и мы знали бы то, что знаем теперь, мы, без сомне­ния, после­до­вали бы своим реко­мен­да­циям. Однако нам при­шлось учиться на соб­ствен­ном опыте — а это непро­стое уче­ние. В ходе него было допу­щено немало оши­бок. Мы ста­ра­лись про­щать себе эти огрехи. Наде­емся, что и вы про­стите себе все, что не смо­жете сде­лать; а то, что вам удастся, пусть при­даст вам уве­рен­но­сти. Нам хоте­лось, чтобы после зна­ком­ства с этой кни­гой вы стали хотя бы немного более самими собой, ока­за­лись более спо­соб­ными к твор­че­ству и изме­не­ниям, нежели раньше.

Глава 1. Рассмотрим проблему в перспективе

Для вас насту­пило труд­ное время. Вы рас­стро­ены, обес­по­ко­ены, может быть, даже раз­гне­ваны тем, как ведет себя ваш ребе­нок-под­ро­сток. В гла­зах всего мира ваша про­блема может казаться част­ной, лич­ной и очень незначительной.

У Джоди, по-види­мому, совсем нет уве­рен­но­сти в себе. Почти все время она про­во­дит в своей ком­нате, а во время обеда ей стоит труда раз­го­ва­ри­вать с нами.
Но она может быть и настолько зна­чи­тель­ной, что в ее реше­ние ока­зы­ва­ются вовле­чен­ными окру­жа­ю­щие — школа, полиция.

Дэн был задер­жан поли­цией за вожде­ние чужой машины без соот­вет­ству­ю­щего разрешения.

В любом слу­чае для вас все подоб­ные ситу­а­ции пред­став­ля­ются зна­чи­тель­ными, застав­ляя бес­по­ко­иться о том, чем же все это кон­чится, что он или она сде­лает в сле­ду­ю­щий раз; и, воз­можно, заду­маться: как вы сами будете жить с этим чело­ве­ком до тех пор, пока он или она не достиг­нет взрослости.

То, что про­ис­хо­дит в вашей семье, может напо­ми­нать любой из сле­ду­ю­щих слу­чаев, о кото­рых в своих жало­бах рас­ска­зы­вали нам обес­по­ко­ен­ные родители:

Том (14 лет) кра­дет у нас деньги, спирт­ные напитки, юве­лир­ные украшения. 

Джэн (13) про­во­дит все свое время вне дома и, если ей захо­чется, может даже не прийти ночевать. 

Он ничего не хочет делать по дому. Устра­и­вает бес­по­ря­док в ком­нате, на кухне, повсюду и не соби­ра­ется уби­рать за собой. 

Я знаю, что Линда (14) курит марихуану. 

Она (12) свя­за­лась с ребя­тами, кото­рые гораздо старше ее; они не знают, чем им заняться, и про­сто сло­ня­ются повсюду как насто­я­щие бродяги. 

Энн (16) уже сде­лала два аборта. Теперь она забе­ре­ме­нела в тре­тий раз. 

Джерри (14) всту­пил в бой­ска­уты, но, как только я запла­тил за его форму, он вышел из этой орга­ни­за­ции. Ложь — вот чего я не могу выно­сить. Я не могу пове­рить чему бы то ни было, что Карен (14) выдает за правду.

Морис (15) не хочет ходить в школу, за послед­ние два года у него уже несколько недель пропусков. 

Мере­дит (12) была задер­жана за кражу в магазине. 

Дона (17) все­гда хочет быть наедине. Она часами сидит одна в своей комнате. 

Он (16) не хочет быть чле­ном нашей семьи. Он не желает никуда ходить вме­сте с нами и обычно не хочет даже раз­го­ва­ри­вать ни с кем из нас. 

Мой сын (14) убе­жал из дома, шесть дней он про­жил у сво­его друга. 

Дэйв (13) руга­ется. Он назы­вает меня такими сло­вами, кото­рые ни один маль­чик не смеет даже про­из­не­сти в при­сут­ствии своей матери. 


Все это, есте­ственно, пугает роди­те­лей, поскольку озна­чает для них следующее:

Мои сын или моя дочь ста­но­вится хуже 

И

Я ока­зался пло­хим родителем

а также, возможно:

Мой ребе­нок не любит меня. Люди узнают о моем фиа­ско. Он одер­жал верх надо мной. Я обре­чена вот так жить с этим чело­ве­ком еще три года (или пять, или семь лет), и из этой ситу­а­ции нет ника­кого выхода.

Помимо пере­жи­ва­ний, свя­зан­ных со всеми этими болез­нен­ными мыс­лями, вы, воз­можно, почув­ству­ете себя совер­шенно слом­лен­ными, потому что может казаться: со сло­жив­шейся ситу­а­цией ничего нельзя поде­лать. Веро­ятно, вы уже испро­бо­вали все, до чего сами могли доду­маться, и лишь обна­ру­жили, что ни одно из средств не явля­ется доста­точно долго дей­ству­ю­щим. Вы пыта­лись дис­ци­пли­ни­ро­вать сына или дочь:

Хорошо, теперь тебе при­дется поси­деть дома.

Ты опять одел это, поэтому теперь ты будешь сидеть дома все лето.

Или же вы пыта­лись исполь­зо­вать «поощ­ре­ния»:

Я дам тебе пять дол­ла­ров, если на этой неделе ты ни разу не про­пу­стишь школь­ные занятия.

Я раз­решу тебе пойти на пик­ник, если ты пере­оде­нешься после школы. 

Или же вы исполь­зо­вали обыч­ные для роди­те­лей тре­бо­ва­ния и распоряжения:

Энни, ты должна ходить в школу и выпол­нять домаш­ние зада­ния. Если не будешь этого делать, то не смо­жешь впо­след­ствии полу­чить при­лич­ную работу, ту работу, кото­рую тебе захо­чется иметь.

Воро­вать дурно, и ты не дол­жен этого делать. Не смей так вести себя со своей матерью.

Вы, воз­можно, испро­бо­вали стро­гий надзор:

Я соби­ра­юсь раз­бу­дить тебя в 6.30, затем отвезу в школу, доведу до тво­его класса и заберу сразу же после занятий.

Вы могли решить, что, воз­можно, ваш ребе­нок нуж­да­ется в пони­ма­нии и любви, и попы­та­лись пого­во­рить с ним по душам, выска­зать ему или ей свою озабоченность:

Карл, почему ты это дела­ешь? Давай обсу­дим это. Я люблю тебя.

Вы могли ходить с ребен­ком на кон­суль­ти­ро­ва­ние и в резуль­тате обна­ру­жили сна­чала крат­ко­вре­мен­ное улуч­ше­ние в его пове­де­нии, а затем — вновь ухуд­ше­ние (или же вообще не было ника­кого улуч­ше­ния, или же он отка­зался ходить на консультации).

У вас могло воз­ник­нуть также ощу­ще­ние, что, поскольку ни одно из пред­ло­жен­ных вам обще­ством средств воз­дей­ствия не сра­бо­тало, что-то не так, должно быть, в вас самих:

«Что же я делаю не так? Где я допу­стила ошибку»

«Я дол­жен был быть здесь, с вами, когда вы были маленькими».

«Может быть, все это про­ис­хо­дит потому, что у тебя только я; своим раз­во­дом я лишила тебя отца».

И т. д. и т. п.

Для роди­теля все это создает крайне болез­нен­ную ситу­а­цию. Она трав­ми­рует пере­жи­ва­ни­ями оза­бо­чен­но­сти, бес­по­мощ­но­сти, уни­же­ния, вины. Именно к этой боли мы обра­ща­емся в своей книге. И мы хотим ска­зать вам, что совсем необя­за­тельно так мучить себя.

Мы убеж­дены, что если вы по-насто­я­щему про­ра­бо­та­ете и осво­ите тот под­ход, кото­рый пред­ла­га­ется вам в этой книге, то смо­жете улуч­шить свою ситу­а­цию и в то же самое время сде­ла­ете мак­си­мум воз­мож­ного, чтобы обес­пе­чить под­ростку наи­луч­шие усло­вия для развития.

На самом деле пози­тив­ные моменты могут быть даже в вашей тепе­реш­ней болез­нен­ной ситу­а­ции. Чем тяже­лее для вас ситу­а­ция с вашим ребен­ком, чем силь­нее она вас заде­вает, трав­ми­рует, тем больше сил и энер­гии вы готовы вло­жить в ее раз­ре­ше­ние и в изме­не­ние исход­ной ситу­а­ция. Мы попро­сим вас испро­бо­вать весьма необыч­ные сред­ства вос­пи­та­ния, изме­нить в каком-то смысле ваш образ мыш­ле­ния; а это может, побу­дить вас про­игно­ри­ро­вать наши реко­мен­да­ции. Однако ваши мучи­тель­ные пере­жи­ва­ния и ваше отча­я­ние могут выну­дить вас опро­бо­вать хотя бы неко­то­рые из этих новых под­хо­дов. Поэтому именно отри­ца­тель­ные пере­жи­ва­ния будут той при­чи­ной, бла­го­даря кото­рой вы смо­жете при­об­щиться к менее огра­ни­чен­ному и более счаст­ли­вому образу жизни — как для вас, так и для вашего ребенка.

Пред­по­ло­жим теперь, что нечто в пове­де­нии вашего ребенка-под­ростка рас­стра­и­вает вас и вы хотите уяс­нить себе спо­соб дей­ствий в дан­ной ситу­а­ции. Мы опи­шем такой спо­соб, вклю­ча­ю­щий в себя пять или шесть эта­пов, каж­дому из кото­рых будут посвя­щены одна или две главы.

Сове­туем вам серьезно отне­стись к после­до­ва­тель­но­сти в изу­че­нии этих эта­пов. Только освоив пер­вый этап, можно перейти ко вто­рому, ибо любой после­ду­ю­щий этап пред­по­ла­гает, что вы в опре­де­лен­ной сте­пени осво­или содер­жа­ние всех предшествующих.

Для начала жела­тельно, чтобы вы про­смот­рели книгу доста­точно бегло, так, чтобы полу­чить о ней общее пред­став­ле­ние; затем при­ми­тесь за нее осно­ва­тельно, про­шту­ди­ро­вав этап за этапом.

Итак, вы нахо­ди­тесь сей­час в слож­ной, болез­нен­ной ста­дии, она скла­ды­ва­лась посте­пенно, и в ее воз­ник­но­ве­нии так или иначе при­ни­мали уча­стие все члены семьи, поэтому ее нельзя раз­ре­шить с помо­щью несколь­ких поверх­ност­ных при­е­мов и тех­ник. С дру­гой сто­роны, учи­ты­вая ваше обе­ща­ние пора­бо­тать над этой ситу­а­цией серьезно и после­до­ва­тельно, этап за эта­пом, можно наде­яться, что в тече­ние 6—4 недель вы сами уви­дите пози­тив­ные изме­не­ния в суще­ству­ю­щем сей­час поло­же­нии дел. Дли­тель­ные уси­лия с вашей сто­роны на про­тя­же­нии несколь­ких меся­цев, веро­ят­нее всего, при­ве­дут к даль­ней­шему улучшению.

Перед тем как мы нач­нем, одно заме­ча­ние отно­си­тельно уров­ней уча­стия роди­те­лей в этой работе. Если вы роди­тель-оди­ночка, то ваши ста­ра­ния почти навер­няка дадут поло­жи­тель­ные резуль­таты. Если в вос­пи­та­ние ребенка вовле­чены двое роди­те­лей, то опре­де­лен­ное пре­иму­ще­ство заклю­ча­ется в при­ня­тии ими обо­ими пред­став­лен­ного в книге под­хода. Однако если ваш парт­нер укло­ня­ется от уча­стия в этой работе, то это все же не может поме­шать вам про­де­лать все в оди­ночку. В любом слу­чае, как сви­де­тель­ствует наш опыт, улуч­ше­ние исход­ных вза­и­мо­от­но­ше­ний с ребен­ком зави­сит от того, насколько искренне и посто­янно вы будете про­де­лы­вать все то, что мы пред­ла­гаем в этой книге.

Теперь мы готовы начать. Пер­вый этап работы состоит в том, чтобы успо­ко­ить и под­бод­рить себя.

Мы обна­ру­жили: рабо­тая над улуч­ше­нием той или иной ситу­а­ции во вза­и­мо­от­но­ше­ниях с ребен­ком, важно поз­во­лить себе пове­рить в саму воз­мож­ность такого улуч­ше­ния — а для этого надо научиться рас­слаб­ляться, видеть пер­спек­тиву в вашей ситу­а­ции и обре­тать опре­де­лен­ную сте­пень внут­рен­ней умиротворенности.

Когда вы чув­ству­ете себя обес­по­ко­ен­ными, рас­стро­ен­ными, сер­ди­тыми, то, ско­рее всего, ведете себя импуль­сивно и дела­ете то, что на самом деле прямо про­ти­во­по­ложно тому, чего вы дей­стви­тельно хотите. Поэтому мы попро­сим вас потра­тить сей­час несколько минут, чтобы при­ве­сти себя в настро­е­ние, наи­бо­лее под­хо­дя­щее для дости­же­ния поло­жи­тель­ного резуль­тата. Вы посту­пите наи­луч­шим обра­зом, если нач­нете дей­ство­вать из исход­ного состо­я­ния внут­рен­него уми­ро­тво­ре­ния и расслабления.

У вас могут быть свои спо­собы дости­же­ния этого состо­я­ния. Воз­можно, вы, напри­мер, регу­лярно зани­ма­е­тесь меди­та­цией или же зна­ете, что про­гулка в несколько миль или пол­часа спо­кой­ного оди­но­че­ства при­ве­дут к рас­слаб­ле­нию и дадут вам ощу­ще­ние более широ­кой пер­спек­тивы. Может быть, вы регу­лярно про­де­лы­ва­ете какие-то упраж­не­ния, поз­во­ля­ю­щие вам вновь обре­сти све­жесть и рас­сла­биться. В этом слу­чае мы обра­ща­емся к вам с прось­бой про­де­лать все это перед тем, как вы нач­нете рабо­тать с кни­гой, я повто­рять эти упраж­не­ния каж­дый раз, как только ока­же­тесь в труд­ной ситу­а­ции. На тот слу­чай, если вам захо­чется испро­бо­вать неко­то­рые из наших спо­со­бов само­успо­ко­е­ния, мы вклю­чили в книгу несколько упраж­не­ний, кото­рые нахо­дим весьма полезными.

Они могут пока­заться вам слиш­ком про­стыми, но это обсто­я­тель­ство не должно поме­шать вам ощу­тить на себе: эти упраж­не­ния, если вы по-насто­я­щему научи­тесь их выпол­нять, могут ока­заться очень эффек­тив­ными и дей­ствен­ными. Мы обна­ру­жили: суще­ствует лишь один фак­тор, кото­рый реально пре­пят­ствует успеш­ному само­успо­ко­е­нию, и этот фак­тор — непо­ни­ма­ние, что в само­успо­ко­е­ние может быть достиг­нуто произвольно.

Боль­шин­ство людей не осо­знают, что сами создают соб­ствен­ное настро­е­ние и, сле­до­ва­тельно, могут его изме­нять — и что такие изме­не­ния вполне есте­ственны и нор­мальны. Если вы сами себе поз­во­лите, то вполне можете при­ве­сти себя в сле­ду­ю­щее спо­кой­ное настро­е­ние: «В целом все нор­мально; а теперь давай-ка посмот­рим, что же я могу сде­лать с этой проблемой».

Мы видели, как люди про­де­лы­вали это, и сами делали так, поэтому уве­рены: и вы это смо­жете. Для того чтобы успо­ко­ить себя, перед тем как начи­нать непо­сред­ственно зани­маться про­бле­мой вашего ребенка, про­де­лайте сле­ду­ю­щие упражнения:

Пер­вое упражнение

Сидя в кресле, попро­буйте рас­сла­бить все мышцы (за исклю­че­нием тех, кото­рые нужны для сохра­не­ния вашей позы и удер­жи­ва­ния книги). Одна из стран­ных при­вы­чек, скла­ды­ва­ю­щихся у боль­шин­ства взрос­лых, когда они ока­зы­ва­ются в непри­ят­ных или стрес­со­вых ситу­а­циях, состоит в напря­же­нии мышц. Напря­жен­ные мышцы не спо­соб­ствуют выходу из отри­ца­тель­ной ситу­а­ции, напро­тив, они как бы еще силь­нее замы­кают вас в ней. Вот почему сле­дует усво­ить прямо про­ти­во­по­лож­ную реак­цию: рас­слаб­лять мышцы во всех тех слу­чаях, когда воз­ни­кает дис­ком­форт или стресс. Делая это, мы ока­жемся в гораздо более луч­шем поло­же­нии, чтобы раз­ре­шить или изме­нить появив­шу­юся проблему.

Прак­ти­куя эту реак­цию, вы смо­жете почти пол­но­стью рас­сла­биться за одну-две секунды. Однако если вы сочтете все это лишь пустой тра­той вре­мени, то мы почти гаран­ти­руем, что и в даль­ней­шем вы будете счи­тать этот навык незна­чи­мым. Ско­рее всего, попро­бо­вав один или два раза рас­сла­биться, вы потом совер­шенно пере­ста­нете делать это. Поэтому мы про­сим вас про­де­лать сей­час упраж­не­ние на более систе­ма­ти­че­ское рас­слаб­ле­ние и повто­рять его снова и снова в после­ду­ю­щие дни и недели — до тех пор, пока оно не ста­нет как бы вашей вто­рой натурой.

И каж­дый раз, как только перед вами будет воз­ни­кать какая-либо про­блема, вы будете осво­бож­дать все свои мышцы от излиш­него напря­же­ния. Рас­слаб­ле­ние мышц сде­лает прак­ти­че­ски невоз­мож­ным обыч­ный ход стрес­со­вой ситу­а­ции, поскольку вы уже не смо­жете реа­ги­ро­вать в этой ситу­а­ции так, как вы делали это раньше.

Воз­можно, если вы пол­но­стью рас­сла­би­тесь, вам не удастся даже рас­сер­диться или почув­ство­вать бес­по­кой­ство. Рас­слаб­ле­ние мышц может ока­заться также полез­ным для сохра­не­ния вашего сома­ти­че­ского здоровья.

Прямо сей­час, сидя в кресле, сна­чала напря­гите одно­вре­менно все мышцы, насколько смо­жете, и поста­рай­тесь сохра­нить это напря­же­ние секунд десять. Сидите все это время настолько напря­женно и ско­ванно, насколько смо­жете. Затем поз­вольте напря­же­нию посте­пенно уйти — пусть ваше тело вяло обмяк­нет в кресле. Заметьте при этом, какими ощу­ще­ни­ями все это сопро­вож­да­ется, насколько замед­лен и глу­бок вдох после того, как вы начали осво­бож­даться от напря­же­ния, и как затем вы ощу­ща­ете уход напряжения.

Теперь, про­дол­жая спо­койно сидеть в кресле, про­ве­дите по край­ней мере десять минут, углуб­ляя состо­я­ние рас­слаб­ле­ния, мыс­ленно наблю­дая за каж­дой частью сво­его тела и поз­во­ляя ей еще больше рас­сла­биться. По мере того как вы поз­во­ля­ете каж­дой части вашего тела еще больше рас­сла­биться, дайте воз­мож­ность чув­ству внут­рен­ней уми­ро­тво­рен­но­сти раз­литься по всему телу.

«Теперь рас­слаб­ля­ются пальцы ног (по мере того как вы поз­во­ля­ете им еще больше обмяк­нуть). Теперь рас­слаб­ля­ются своды стоп. Теперь — пятки. Теперь рас­слаб­ля­ются щико­лотки. Теперь еще больше рас­слаб­ля­ются мышцы икр и голеней».

Про­дол­жая таким обра­зом — мед­ленно и мягко — мыс­ленно про­дви­гаться по всем частям тела, при необ­хо­ди­мо­сти воз­вра­щай­тесь к неко­то­рым из них до тех пор, пока вы не почув­ству­ете, что дости­га­ете удо­вле­тво­ря­ю­щего вас уровня рас­слаб­ле­ния во всем теле.

Теперь, сохра­няя ощу­ще­ние рас­слаб­ле­ния, кото­рого вы достигли в ходе упраж­не­ния, и, исполь­зуя только те мышцы, кото­рые нужны, чтобы удер­жи­вать книгу и читать, пере­хо­дите к сле­ду­ю­щему упражнению.

Вто­рое упражнение

Сидя спо­койно в кресле, пред­ставьте, что в самом цен­тре вашего суще­ства есть малень­кая частица, кото­рая очень, очень спо­койна и счаст­лива. Не затро­ну­тая всеми стра­хами и забо­тами о буду­щем, пре­бы­вает она там в пол­ней­шем мире, в силе и сча­стье. До нее нельзя добраться, к ней нельзя при­кос­нуться. Если вы поже­ла­ете, ее можно пред­ста­вить в виде неко­его образа — язычка пла­мени, дра­го­цен­ного камня или пота­ен­ного озера, спо­кой­ного, с глад­кой, без малей­шей зыби поверх­но­стью. Пре­ис­пол­нен­ная глу­бо­кой уми­ро­тво­рен­но­стью и радо­стью, спо­кой­ствием и силой, она нахо­дится в пол­ной без­опас­но­сти. Она там — глу­боко в вас. Пред­ставьте теперь, что это пламя, этот дра­го­цен­ный камень или это озеро, нахо­дя­ще­еся глу­боко, в самом цен­тре, в самом ядре вас,— вы сами.

Пред­ставьте, что этот пота­ен­ный центр все­гда пре­бы­вает в вас, оста­ва­ясь таким же спо­кой­ным в тихим, через какие бы труд­но­сти, про­блемы и бес­по­кой­ства вам ни при­шлось пройти. И вы, если захо­тите, можете научиться в любой момент при­по­ми­нать, что эта частица — там. И много раз за день вы можете вспом­нить об этом малень­ком ядрышке внут­рен­ней уми­ро­тво­рен­но­сти, мыс­ленно при­об­щиться к нему. Зная, что оно здесь, совсем рядом, вы будете ощу­щать больше спо­кой­ствия и рас­слаб­лен­но­сти и одно­вре­менно больше уве­рен­но­сти и силы.

Тре­тье упражнение

Удер­жи­вая ощу­ще­ние рас­слаб­ле­ния и внут­рен­ней уми­ро­тво­рен­но­сти, нач­ните посте­пенно рас­ши­рять это состо­я­ние на окру­жа­ю­щее — так, чтобы ваша про­блема с ребен­ком при­об­рела обо­зри­мые раз­меры, стала выгля­деть вполне реша­е­мой. Если вы ощу­щали бес­по­кой­ство, воз­му­ще­ние, обиду или дру­гие болез­нен­ные эмо­ции, когда раз­мыш­ляли о своей про­блеме, то, по-види­мому, вы вос­при­ни­мали ее в слиш­ком узких рам­ках, кото­рые одно­вре­менно огра­ни­чи­вали ваши воз­мож­но­сти при поиске реше­ний. Вам необ­хо­димо больше про­стран­ства, нужна более широ­кая перспектива.

Оста­ва­ясь в очень рас­слаб­лен­ном состо­я­нии, сядьте поудоб­нее и поз­вольте мыс­лям скон­цен­три­ро­ваться на про­блеме с вашим сыном или доче­рью. Пред­ставьте себя с ним или с ней в этой вол­ни­тель­ной и при­чи­ня­ю­щей вам бес­по­кой­ство ситу­а­ции. Когда вы будете четко пред­став­лять все это, поду­майте о вас обоих и одно­вре­менно о доме, в кото­ром вы живете, о тех, кто еще живет с вами.

А теперь вклю­чите в эту кар­тину ваших бли­жай­ших сосе­дей. Поду­майте о том кусочке земли и о тех домах, кото­рые нахо­дятся по сосед­ству, о всех людях, кото­рые в них живут, чтобы теперь в вашем пред­став­ле­нии ока­за­лись вы, ваш под­ро­сток и все люди, живу­щие побли­зо­сти от вас.

Когда эта кар­тина ста­нет доста­точно чет­кой, сде­лайте сле­ду­ю­щий шаг и поду­майте о всем рай­оне, в кото­ром вы живете,— о вас, вашем ребенке и всех тех сот­нях и тыся­чах роди­те­лей и детей, а также дру­гих людей, живу­щих, рабо­та­ю­щих, вза­и­мо­дей­ству­ю­щих на всем этом боль­шом про­стран­стве земли. Рас­ши­ряя создан­ное пред­став­ле­ние, поду­майте обо всей стране, мил­ли­о­нах людей и семей, мил­ли­о­нах квад­рат­ных кило­мет­ров земли, о ее мно­го­чис­лен­ных горо­дах и огром­ных про­сто­рах. Про­дол­жая эту мысль, пред­ставьте теперь всю нашу Землю с ее мате­ри­ками и оке­а­нами и всех живу­щих на ней людей. Про­дви­га­ясь еще дальше, поду­майте обо всей нашей Сол­неч­ной системе — огром­ном пыла­ю­щем Солнце и всей массе пла­нет, их спут­ни­ках я кос­ми­че­ской пыли, мед­ленно вра­ща­ю­щихся вокруг Солнца. Вооб­ра­зите теперь галак­тику в целом — все ско­пище сол­неч­ных систем, раз­бро­сан­ных друг от друга на такие рас­сто­я­ния, что без изум­ле­ния нельзя даже думать о них. И, нако­нец, попро­буйте пред­ста­вить себе всю Все­лен­ную — мил­ли­оны галак­тик во всех направ­ле­ниях,— конца и пре­дела кото­рых не мог еще вооб­ра­зить себе ни один человек.

Теперь, про­дол­жая удер­жи­вать в уме ощу­ще­ние всей этой необъ­ят­но­сти бытия, вер­ни­тесь назад, чтобы вновь поду­мать о ваших труд­но­стях с сыном или доче­рью, и опре­де­лите соот­вет­ству­ю­щее ей место и зна­че­ние в этой схеме мироздания.

Пой­мите, что, конечно же, ваша про­блема вполне реальна и ося­за­ема; и в то же время во всей этой огром­но­сти и без­мер­но­сти бытия вы вполне можете пред­по­ло­жить, что она как-то раз­ре­шится сама, вне зави­си­мо­сти от того, что Вы при этом будете делать. При­чем любое ее реше­ние не при­ве­дет к какому-либо реаль­ному про­дол­жи­тель­ному ущербу для всего вашего мира.

Чет­вер­тое упражнение

Пред­ставьте, что вы про­во­дите свой лет­ний отпуск в Ита­лии и без­за­ботно осмат­ри­ва­ете раз­ва­лины древ­ней Пом­пеи День тихий и сол­неч­ный. Огля­ды­ва­ясь по сто­ро­нам, вы всюду видите сви­де­тель­ства каж­до­днев­ной жизни про­шлого — улицы, ряды домов, дво­рики, кухни, камен­ные сосуды для вина. Сотни лет тому назад люди рабо­тали, обща­лись, созда­вали семьи — все то было здесь, на этом самом месте, осве­щен­ном сей­час теп­лыми лучами солнца. Пред­ставьте теперь, что в этом тихом месте вы уви­дели камен­ную колонну, на кото­рой глава семьи этого древ­него города запи­сы­вал собы­тия своей каж­до­днев­ной жизни, и про­чли на ней сле­ду­ю­щую над­пись: «Сего­дня я был пре­ис­пол­нен ужа­сом и гне­вом, потому что мой сын был задер­жан пом­пей­ской поли­цией». Или: «Сего­дня я понял, что моя дочь упо­треб­ляет гашиш».

Обра­тите вни­ма­ние на то, много или мало адре­на­лина посту­пило в вашу кровь при мысли об этой столь древ­ней роди­тель­ской про­блеме. Вы ощу­тите, воз­можно, неко­то­рое сочув­ствие и даже сим­па­тию, но прак­ти­че­ски не испы­та­ете ника­кой реаль­ной тре­вож­но­сти или обеспокоенности.

Затем пред­ставьте себя этим чело­ве­ком, вооб­ра­зите, что про­блема, начер­тан­ная на камен­ной колонне, — ваша про­блема с вашим ребен­ком и что с того вре­мени, как все это слу­чи­лось, про­шло почти 2000 лет. При этом обра­тите вни­ма­ние на то, какие ощу­ще­ния вызы­вает у вас эта проблема.

А теперь в этом при­ят­ном и рас­слаб­лен­ном состо­я­нии про­дол­жите чте­ние — с тем, чтобы рас­смот­реть вме­сте с нами ряд важ­ных фактов.

Подав­ля­ю­щее боль­шин­ство детей, совер­шав­ших то, что мы пере­чис­лили в начале главы, стали со вре­ме­нем вполне нор­маль­ными людьми; иначе говоря, повзрос­лев, они смогли сами поза­бо­титься о себе, ока­за­лись само­сто­я­тель­ными и смогли под­дер­жи­вать доста­точно ком­форт­ные отно­ше­ния с окру­жа­ю­щими, вклю­чая и своих родителей.

В боль­шин­стве семей, про­хо­дя­щих через период под­рост­ни­че­ства сына или дочери, у роди­те­лей и детей суще­ствуют труд­но­сти. Боль­шин­ство под­рост­ков, вклю­чая тех, кото­рые совер­шали все то, что мы пере­чис­лили выше, впо­след­ствии — обычно где-то между восем­на­дца­тью и два­дца­тью пятью годами — пере­жили сво­его рода пси­хо­ло­ги­че­ский пере­во­рот и стали со сво­ими роди­те­лями насто­я­щими друзьями.

Вы не оди­ноки. Бук­вально сей­час тысячи роди­те­лей про­хо­дят через то же самое, что и вы; а еще больше роди­те­лей испы­тали все это в прошлом.

Ско­рее всею, вы не нане­сете ника­кого ущерба сво­ему ребенку даже в том слу­чае, если дума­ете о себе с чув­ством вины как о пло­хом роди­теле. В детях, как в людях вообще, заклю­чена огром­ная сила, кото­рая побуж­дает их жить, и именно эта сила опре­де­ляет (в гораздо боль­шей сте­пени, чем все то, что вы сде­ла­ете или не сде­ла­ете), какими они станут.

Совер­шенно оче­видны зна­чи­тель­ные раз­ли­чия в тех усло­виях, в кото­рых дети успешно вырас­тают и ста­но­вятся взрос­лыми: в индей­ских дерев­нях Цен­траль­ной Аме­рики, где их изо­ли­руют на про­тя­же­нии самых пер­вых лет жизни в тем­ных хижи­нах; в иглу эски­мо­сов; в при­ми­тив­ных пле­ме­нах, где их вос­пи­ты­вают глав­ным обра­зом дру­гие дети и ста­рики и где они очень редко видят родителей.

Если вы чув­ству­ете, что ока­за­лись в ловушке: вы оби­жены, а ваш ребе­нок помы­кает вами, то почти навер­няка можно ска­зать: сил у вас больше, чем вы пола­га­ете, в том числе сил так изме­нить окру­жа­ю­щее, чтобы почув­ство­вать себя гораздо лучше. Такое пове­де­ние, не при­чи­ня­ю­щее вреда ребенку, будет, ско­рее всего, во благо и ему (или ей), и вам.

И вот, нако­нец, послед­нее при­ят­ное сооб­ра­же­ние, кото­рое вы должны при­нять во вни­ма­ние: Вы обла­да­ете таким же стрем­ле­нием, такой же потреб­но­стью, таким же пра­вом на сча­стье, сво­боду, вни­ма­ние, ува­же­ние, любовь и т.д., как и ваш ребенок.

Будем счи­тать: теперь вы чув­ству­ете готов­ность начать рабо­тать с той кон­крет­ной про­бле­мой, кото­рая суще­ствует в ваших отно­ше­ниях с ребенком.

Прежде всего, давайте попы­та­емся понять: в чем же состоит ваша цель, к чему вы стре­ми­тесь, чего хотите добиться для сына или дочери? Если вы смо­жете про­яс­нить для себя и удер­жи­вать в уме то, чего на самом деле хотите, обща­ясь с ним или с ней, то у вас будет больше уве­рен­но­сти, что вы про­дви­га­е­тесь к дан­ной цели, а не про­сто зары­ва­е­тесь все глубже и глубже в ту исход­ную стрес­со­вую ситу­а­цию, кото­рая вам совсем не нравится.

В чем же состоит ваша цель?

В подоб­ных слу­чаях роди­тели обычно стре­мятся одно­вре­менно к несколь­ким целям, кото­рые к тому же нахо­дятся как бы на раз­ных уров­нях. На более непо­сред­ствен­ном, кон­крет­ном уровне они при­ла­гают все силы, чтобы изме­нить некое пове­де­ние ребенка, кото­рое, соб­ственно, их и беспокоит.

Он не может про­дол­жать зани­маться воровством

Он дол­жен ходить в школу.

Я хочу, чтобы она при­хо­дила вовремя!

Я хочу, чтобы она пре­кра­тила ругаться!

Когда роди­те­лей про­сят объ­яс­нить, почему они хотят добиться именно этих изме­не­ний, они обычно ука­зы­вают на более отда­лен­ные цели, отно­ся­щи­еся уже к несколько более обоб­щен­ному уровню.

Напри­мер:

Я хочу, чтобы он пре­кра­тил воро­вать, потому что…

Я хочу, чтобы он был чест­ным чело­ве­ком. Я хочу, чтобы он не попал в беду.

Он дол­жен ходить в школу, потому что…

Я хочу, чтобы он закон­чил сред­нюю школу. Я хочу, чтобы он смог полу­чить хоро­шую работу.

Она должна при­хо­дить вовремя, потому что…

Я хочу, чтобы с ней не слу­чи­лось ничего плохого.

Затем, когда спра­ши­ва­ешь роди­те­лей, к чему же они стре­мятся в конеч­ном счете, что явля­ется целью вос­пи­та­ния детей в дол­го­вре­мен­ной пер­спек­тиве, они, как пра­вило, назы­вают несколько очень общих целей:

Я хочу, чтобы он стал хоро­шим человеком.

Я хочу, чтобы она была счастливой.

Я хочу, чтобы у него в жизни были хоро­шие вза­и­мо­от­но­ше­ния с дру­гими людьми. 

Если мы обоб­щим на самом высо­ком уровне все то, к чему, по мне­нию роди­те­лей, стре­мится боль­шин­ство из них, то полу­чим сле­ду­ю­щую цель, вклю­ча­ю­щую в себя почти все част­ные цели:

Я хочу, чтобы мой ребе­нок стал поря­доч­ным, ответ­ствен­ным чело­ве­ком, спо­соб­ным при­ни­мать в отно­ше­нии самого себя пра­виль­ные решения.

Теперь мы отме­тим одну инте­рес­ную осо­бен­ность про­цесса дости­же­ния целей в меж­лич­ност­ных ситу­а­циях. Мы обна­ру­жили: этот про­цесс будет осу­ществ­ляться наи­луч­шим спо­со­бом и даст вам наи­боль­шие шансы для дости­же­ния ваших целей на всех уров­нях, если вы забу­дете на время о целях более низ­ких уров­ней и напра­вите всю свою энер­гию на дости­же­ние наи­выс­шей цели. В дей­стви­тель­но­сти вы не можете достичь мно­гих целей более низ­ких уров­ней, если будете стре­миться прямо и непо­сред­ственно к ним, и все попытки сде­лать это ско­рее ухуд­шат, нежели улуч­шат вашу ситу­а­цию. Попытки, пред­при­ни­ма­е­мые для того, чтобы ваш ребе­нок пре­кра­тил воро­вать или начал ходить в школу, могут лишь при­ве­сти к уве­ли­че­нию слу­чаев воров­ства и про­гу­лов, осо­бенно если (а именно так часто и бывает), совер­шая все это, ребе­нок «награж­да­ется» вни­ма­нием взрос­лых. Однако те же самые цели более низ­ких уров­ней зача­стую как бы встают на свое место, когда вы стре­ми­тесь к более высо­кой цели.

По этой при­чине мы про­сим вас на неко­то­рое время ото­дви­нуть в сто­рону бес­по­кой­ство по поводу про­ис­хо­дя­щего в отно­ше­ниях с ребен­ком кри­зиса, кон­крет­ную школь­ную про­блему или про­блему с воров­ством или неже­ла­тель­ными дру­зьями. Решая вопрос о том, как пове­сти себя во вза­и­мо­от­но­ше­ниях с ребен­ком, отка­жи­тесь от жела­ния под­толк­нуть, напра­вить его или ее к тому, что вы хотите в дан­ном кон­крет­ном случае.

Вме­сто этого спро­сите себя: «Что я могу сде­лать в этой ситу­а­ции, чтобы помочь моему ребенку быть более ответ­ствен­ным и спо­соб­ным при­ни­мать свои соб­ствен­ные решения?»

Глава 2. Передадим ребенку ответственность за его собственную жизнь

В начале этой главы мы соби­ра­емся пред­ло­жить вашему вни­ма­нию несколько идей, кото­рые могут (осо­бенно в том слу­чае, если вы испы­ты­ва­ете труд­но­сти с ребен­ком) уди­вить, даже пора­зить вас, пока­заться вам слиш­ком эго­и­стич­ными, амо­раль­ными или рево­лю­ци­он­ными. Если ваша реак­ция будет именно такой, воз­дер­жи­тесь, пожа­луй­ста, от оце­нок до тех пор, пока не про­чтете всю книгу и не пой­мете нашу пози­цию. Даже если усво­е­ние этих идей и потре­бует от вас неко­то­рых уси­лий и опре­де­лен­ной прак­тики, они будут, как пока­зы­вает наш опыт, нена­прас­ными, поскольку идеи эти не про­сто гуманны, но и эффективны.

Если вы испы­ты­ва­ете труд­но­сти с вашим сыном или вашей доче­рью, то, весьма веро­ятно, вы дела­ете нечто одно (а может быть, и то и дру­гое) из двух:

  1. Вы опре­де­ленно не справ­ля­е­тесь с вашей важ­ней­шей обя­зан­но­стью, состо­я­щей в том, чтобы делать счаст­ли­вой свою соб­ствен­ную жизнь.
  2. Весьма веро­ятно, что вы берете на себя труд руко­во­дить жиз­нью сво­его ребенка, что явля­е­тесь уже не вашей забо­той, но пря­мой обя­зан­но­стью вашего ребенка.

Задача этой книги состоит в том, чтобы помочь вам изме­нить обе эти уста­новки или при­вычки. В дан­ной и сле­ду­ю­щих трех гла­вах мы нач­нем со вто­рой из них (как более лег­кой) и потре­ни­ру­емся осво­бож­даться от при­вычки руко­во­дить жиз­нью ребенка. Со вре­ме­нем мы перей­дем к деталь­ному обсуж­де­нию этого тре­нинга, однако сей­час, для того чтобы создать более бла­го­при­ят­ные усло­вия для после­ду­ю­щей работы, мы попро­сим вас про­де­лать оче­ред­ные три шага.

Пер­вый шаг

Возь­мите бумагу и каран­даш и составьте по воз­мож­но­сти пол­ный спи­сок всего того, что заде­вает, бес­по­коит вас в пове­де­нии вашего ребенка.

Даже если вме­сте с вами с кни­гой рабо­тает кто-то еще, составьте этот спи­сок (как и все про­чее в нашей работе) сами, инди­ви­ду­ально. Если двое роди­те­лей рабо­тают над какой-то кон­крет­ной про­бле­мой вме­сте, то каж­дый из них дол­жен соста­вить отдель­ный спи­сок, и, ско­рее всего, ока­жется, что в этих спис­ках будет по край­ней мере несколько раз­лич­ных пунктов.

Спи­сок ста­нет той осно­вой, на кото­рой будет стро­иться ваша работа с кни­гой, и мы наде­емся научить вас рабо­тать с каж­дым его пунктом.

Взяв­шись за состав­ле­ние списка, вы можете вклю­чить в него восемь, десять и даже больше пунк­тов. Вот под­борка пунк­тов, пере­чис­лен­ных в спис­ках раз­ных родителей:

Поздно ложится спать.

Лжет, напри­мер, гово­рит, что идет в одно место, а сама идет куда-то еще; гово­рит, что сде­лал уроки, а сам не сде­лал их; гово­рит, что не крала из моего кошелька.

Пач­кает на кухне.

Раз­ве­ши­вает мок­рые поло­тенца по ван­ной комнате.

Остав­ляет гряз­ную посуду в гостиной.

Не кор­мит своих домаш­них животных.

Не уби­рает за своей собакой.

Берет без спроса мою одежду.

Оде­ва­ется как бродяга.

Зло­упо­треб­ляет косметикой.

Дает мою одежду (фен для волос, кос­ме­тику) своим подругам.

Исче­зает по ночам из дома через окно.

Гуляет допоздна или даже всю ночь.

Остав­ляет свой вело­си­пед (коньки и т.п.) на улице без присмотра.

Остав­ляет мои инстру­менты ржа­веть на улице или же теряет их.

Часами зани­мает телефон.

Зака­зы­вает, не спро­сив меня, доро­го­сто­я­щие меж­ду­го­род­ные раз­го­воры по телефону.

Не хочет пере­оде­ваться после школы.

Имеет дур­ную при­вычку скандалить.

Посто­янно угрюм и замкнут.

Водится с неже­ла­тель­ными приятелями.

Имеет друга (подружку) гораздо старше ее (его).

Слиш­ком много смот­рит телевизор.

Валя­ется целыми днями, слу­шая сте­рео­за­писи или про­смат­ри­вая телепрограммы.

Не делает уроков.

Не ходит в школу.

Плохо учится.

При­во­дит дру­зей домой, когда меня нет.

Поз­во­ляет своим дру­зьям красть у нас.

Не моется.

Не делает работу по дому.

Зака­ты­вает исте­рики и угро­жает, когда ему перечат.

Не уби­рает в своей ком­нате. Содер­жит ее в беспорядке.

Убе­гает из дома.

Дерется с бра­тьями или сестрами.

Гово­рит, что не любит меня.

Руга­ется.

Обзы­вает меня.

Ничего не хочет делать вме­сте с семьей.

Все время хочет быть одна.

Тре­бует денег.

Гово­рит дру­гим, что я плохо с ней обращаюсь.

Кра­дет у меня или дру­гих чле­нов семьи (деньги, укра­ше­ния, кол­лек­ции монет, спирт­ные напитки).

Курит.

Пьет пиво с друзьями.

Курит мари­ху­ану.

Хра­нит мари­ху­ану в своей спальне.

Акти­вен и нераз­бор­чив в сексе.
Угро­жает мне или дру­гим телес­ными увечьями.

Сде­лал бере­мен­ной свою подружку.

Сде­лала аборт, а теперь опять забеременела.

Отби­вает шту­ка­турку со стен, когда злится.

Берет чужую машину и отправ­ля­ется в «уве­се­ли­тель­ную прогулку».

Про­би­ра­ется в дом к сосе­дям и кра­дет там вещи.

Ворует в магазинах.

Гро­зится убить себя.

Ездит в маши­нах, кото­рые водят без­от­вет­ствен­ные друзья.

Вме­ши­ва­ется в мою лич­ную жизнь.

Тре­вожно читать этот спи­сок. Если бы вы про­чли его до того, как решили заве­сти детей, то, воз­можно, вам при­шлось бы изме­нить свое наме­ре­ние. Тем не менее, в его чте­нии есть и пози­тив­ный момент: весьма веро­ятно, что к вам в этом списке имеют отно­ше­ние не все про­блемы! Мы также думаем, что каж­дую из этих про­блем можно рас­смат­ри­вать не только как повод для болез­нен­ной стычки, но и как бла­го­при­ят­ную воз­мож­ность для изме­не­ния своей жизни к луч­шему. Давайте нач­нем теперь сор­ти­ро­вать содер­жи­мое списка, чтобы вне­сти в него неко­то­рый порядок.

Вто­рой шаг

Теперь, когда ваш спи­сок готов, еще раз про­смот­рите его и выбе­рите для отдель­ного перечня все то, что имеет вполне опре­де­лен­ные послед­ствия для жизни ребенка, но никак не вли­яет на вас. Этот пере­чень мы будем назы­вать переч­нем собы­тий жизни ребенка.

Затратьте на это неко­то­рое время, про­ду­мы­вая каж­дый пункт списка по мере того, как про­дви­га­е­тесь впе­ред. Воз­можно, неко­то­рые пункты имеют явные след­ствия лишь для вашего ребенка и, таким обра­зом, отно­сятся к перечню собы­тий его жизни; дру­гие же тесно свя­заны только с вашей соб­ствен­ной жиз­нью и, сле­до­ва­тельно, к дан­ному перечню не отно­сятся. Но есть и такие пункты, кото­рые вам при­дется раз­бить на под­пункты, чтобы опре­де­лить, какой из них вли­яет на вас, а какой – нет.

Если же вы никак не можете решить, отно­сится ли дан­ный пункт к перечню собы­тий жизни ребенка, то спро­сите себя, рас­по­ла­га­ете ли вы реаль­ной вла­стью над этой ситу­а­цией или нет. Напри­мер, если кос­ме­тика, кото­рую вы одал­жи­ва­ете своей дочери, все чаще не воз­вра­ща­ется вам, можно пре­кра­тить давать ее. Однако если у вашей дочери есть при­вычка курить вне дома, то не суще­ствует такого пря­мого воз­дей­ствия, кото­рое можно пред­при­нять, чтобы изме­нить поло­же­ние. В пер­вом слу­чае у вас есть непо­сред­ствен­ная власть над ситу­а­цией, тогда как во вто­ром слу­чае такой вла­сти нет. Мы обна­ру­жили, что пункты, кото­рые не вли­яют на вашу жизнь, — это обычно то, с чем вы ничего не можете поде­лать. Мы счи­таем: было бы пло­хой так­ти­кой наста­и­вать на своем там, где это бес­по­лезно, и поэтому пред­ла­гаем: если можете, поме­стите дан­ные пункты в пере­чень собы­тий жизни ребенка. Побе­ре­гите свои силы для тех сфер, с кото­рым мы будем иметь дело несколько позд­нее и в кото­рых у вас есть неко­то­рое влияние.

Спо­соб, с помо­щью кото­рого вы будете отби­рать пункты для перечня собы­тий жизни ребенка, зави­сит, конечно, от той ситу­а­ции, в кото­рой вы нахо­ди­тесь; только вы смо­жете решить, отно­сится или нет дан­ный пункт к перечню собы­тий, не вли­я­ю­щих на вашу жизнь. Тем не менее, мы можем, исполь­зуя при­меры из нашего списка, ука­зать отдель­ные пункты, кото­рые, ско­рее всего, могут быть отне­сены к дан­ному перечню.

Сле­ду­ю­щие пункты в целом лучше вклю­чить в пере­чень собы­тий жизни ребенка, вычле­няя при этом лишь те весьма незна­чи­тель­ные их аспекты, кото­рые вли­яют на вас и, кроме того, нахо­дятся под вашим контролем.

- Поздно ложится спать. Роди­тели часто испы­ты­вают оза­бо­чен­ность по этому поводу, ибо ребенку необ­хо­дим отдых, чтобы вовремя встать утром и быть бод­рым в школе. Конечно, если дети поздно ложатся спать, то на сле­ду­ю­щий день у них сли­па­ю­щи­еся и зату­ма­нен­ные глаза, вялость и сон­ли­вость, но все это – послед­ствия для жизни вашего ребенка, и совер­шенно ясно, что они не вли­яют на вашу жизнь. Поме­щаю этот пункт в пере­чень собы­тий жизни ребенка, учтите, однако, сле­ду­ю­щие его аспекты, кото­рые вли­яют на вашу жизнь: Ворч­ли­вый и раз­дра­жи­тель­ный на сле­ду­ю­щий день. Не дает мне побыть одной; лишает меня тишины и покой вече­ром и ночью. Тре­бует, чтобы его или ее раз­бу­дили на сле­ду­ю­щее утро.

- Слиш­ком много смот­рит теле­ви­зор. Мы можем пред­ста­вить те послед­ствия для жизни вашего ребенка, кото­рые, воз­можно, бес­по­коят и вас. Ребе­нок, ско­рее всего, напрасно тра­тит время; он пор­тит осанку и глаза; заби­вает себе голову ерун­дой и баналь­но­стями, вме­сто того чтобы учится полу­чать удо­воль­ствие от твор­че­ства. Ничто из этого не вли­яет на вашу жизнь, поэтому дан­ный пункт сле­дует, ско­рее всего, отне­сти к перечню собы­тий жизни ребенка, однако опять с неко­то­рыми ого­вор­ками: Мешает мне смот­реть инте­ре­су­ю­щие меня про­граммы. Смот­рит теле­ви­зор слиш­ком долго и вклю­чает его так громко, что шум надо­едает и мешает мне.

- Не моется. Ужас­ная кар­тина пре­сле­дует роди­те­лей, чей ребе­нок не хочет мыться: через трид­цать лет вы идете по улице с вашим ребен­ком, вы – опрят­ные и эле­гант­ные, а он или она – немы­тые и нече­са­ные взрос­лые оттал­ки­ва­ю­щего вида. Все зна­ко­мые, завидя вас вме­сте, думают: «Какие ужас­ные роди­тели, как только они поз­во­лили вырасти таким разгильдяем».

Однако, если не думать о стыде такого рода, неже­ла­ние вашего ребенка мыться не вли­яет на вашу жизнь, хотя оно имеет опре­де­лен­ные послед­ствия для самого ребенка: мне­ние о нем дру­зей, учи­те­лей, род­ствен­ни­ков и т.д. скла­ды­ва­ется с уче­том его опрят­но­сти, и, весьма веро­ятно, что они и ведут себя по отно­ше­нию к нему в соот­вет­ствии с этим мне­нием. Поме­щая этот пункт в пере­чень собы­тий жизни ребенка, сле­дует учесть те его аспекты, кото­рые могут пред­став­лять для вас отдель­ную про­блему: От нее непри­ятно пах­нет, зано­шен­ный сви­тер пах­нет при каж­дом ее дви­же­нии. Он пач­кает мебель, когда сидит на ней. Когда насту­пает его оче­редь гото­вить, он не моет руки, и мне кажется, что и пища грязная.

- Не забо­тится о лич­ном имуществе.

- Остав­ляет свой вело­си­пед на улице, где он может попасть под дождь или где его могут украсть. 

Почти каж­дый взрос­лый, вынуж­ден­ный зара­ба­ты­вать деньги, чтобы содер­жать семью, чув­ствует себя не в своей тарелке, когда видит пло­хое обра­ще­ние с доро­гими вещами; а когда эти вещи он еще и опла­тит соб­ствен­ным тру­дом, такой дис­ком­форт может быть весьма чув­стви­тель­ным. Видя, как бес­це­ре­монно обра­ща­ются с куп­лен­ными вами вещами, вы также можете почув­ство­вать себя недо­оце­нен­ным. У вас могут раз­виться тре­вож­ность и озлоб­лен­ность во всем, что каса­ется денег. Вы запла­тили за нечто, что не было оце­нено, и можете почув­ство­вать: вы и дальше обя­заны пла­тить за новые и новые вещи – и все ваши деньги про­сто исчез­нут, как исче­зает вода в сливе раковины.

Чтобы совер­шенно изме­нить ситу­а­цию и вер­нуть себе кон­троль над финан­со­выми затра­тами, мы сове­туем вам про­ве­сти чет­кую грань между вещами вашего ребенка и вещами, при­над­ле­жа­щими вам. И после этого все, что ребе­нок делает со сво­ими вещами, со всей опре­де­лен­но­стью вклю­чить в пере­чень собы­тий жизни ребенка. Совер­шенно ясно, что про­пажа вело­си­педа у ребенка, вся­кого рода порча школь­ной формы, рас­трата под­рост­ком соб­ствен­ных денег, ско­рее всего, ока­жут воз­дей­ствие на его, а не на вашу жизнь. В то же время сле­дует пом­нить о тех аспек­тах дан­ного пункта, кото­рые имеют послед­ствия и для вас.

Ждет, что я воз­мещу про­пав­шие, испор­чен­ные или отдан­ные вещи.

- Дерется с бра­тьями и (или) сест­рами. Это один из наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ных и оче­вид­ных пово­дов для бес­по­кой­ства роди­те­лей, име­ю­щих несколь­ких детей. Бес­по­кой­ство это при­ни­мает столь раз­но­об­раз­ные формы и имеет столько сте­пе­ней выра­жен­но­сти, что мы до сих пор встре­ча­емся в своей прак­тике с его новыми раз­но­вид­но­стями. Каж­дый раз, стал­ки­ва­ясь с новым слу­чаем такого рода, мы обычно думали: «Эта ситу­а­ция – совер­шен­ней­шее исклю­че­ние» — и начи­нали рабо­тать с ней каким-то осо­бым обра­зом. Однако вновь при­хо­дили к тому виде­нию подоб­ных ситу­а­ций, кото­рое опи­сы­ваем в этой книге. Когда дети дерутся, вашу глав­ная забота, воз­можно, состоит в том, чтобы обес­пе­чить их без­опас­ность: вы бои­тесь, что один из них серьезно пора­нит дру­гого. Оче­видно, это может иметь крайне непри­ят­ные послед­ствия как для того, так и для дру­гого. Но даже если резуль­тат не столь ужа­сен, вас все равно может пугать пер­спек­тива воз­ник­но­ве­ния у детей уста­но­вок решать все жиз­нен­ные про­блемы с помо­щью наси­лия; при­чем один ребе­нок при­уча­ется быть хули­га­ном и зади­рой, а дру­гой – бес­по­мощ­ной жерт­вой. Все это — серьез­ные послед­ствия, но в первую оче­редь они вли­яют на жизнь детей. Мы сове­туем вам поме­стить этот пункт в пере­чень собы­тий жизни ребенка (если все участ­ники сты­чек доста­точно взрос­лые и умеют уже бегать и гово­рить), учи­ты­вая при этом те его аспекты, кото­рые ока­зы­вают на вас непо­сред­ствен­ное вли­я­ние. Меня пугает воз­мож­ность насто­я­щего уве­чья. Они так сильно возятся, когда дерутся, что я слышу визг и шум от их возни и гро­хот мебели. Они так шумят, что домо­вла­де­лец уже гро­зил выселением.

- Кри­чит, зака­ты­вает исте­рики, когда ему или ей пере­чат. Вам не хочется, чтобы ребе­нок был недо­во­лен вами или сер­дит на вас, а соседи или кто-либо еще знали о подоб­ного рода ненор­маль­ном пове­де­нии вашего ребенка. Тем не менее, вспышки раз­дра­же­ния, ско­рее всего, не имеют каких-либо реаль­ных послед­ствий для вашей жизни. Что же каса­ется ребенка, то, насколько мы знаем, резуль­та­тами исте­ри­че­ских вспы­шек бывают вос­па­ле­ние горла, потеря голоса, чув­ство бес­по­мощ­но­сти от того, что никак нельзя полу­чить жела­е­мого тем спо­со­бом, кото­рым хочется; и ино­гда чув­ство при­ят­ного воз­буж­де­ния, насту­па­ю­щее после пол­ной раз­рядки. Таким обра­зом, это, ско­рее всего, пункт из перечня собы­тий жизни ребенка. Неко­то­рые дети швы­ряют вещи, когда раз­гне­ваны; будут ли подоб­ные слу­чаи отне­сены к перечню собы­тий жизни ребенка или к перечню собы­тий вашей жизни, зави­сит, как нам пред­став­ля­ется, от того, чьи вещи были бро­шены или повре­ждены. Если это ваши вещи, то слу­чив­ше­еся опре­де­ленно вли­яет на вашу жизнь; если же это были вещи ребенка, то их поломка – потеря для него, а не для вас. Вот почему дан­ный пункт сле­дует отне­сти к перечню собы­тий жизни ребенка. Вспышки раз­дра­же­ния не так про­сты. Обычно они воз­ни­кают в ответ на нечто, что сде­лали вы и что может затра­ги­вать как жизнь ребенка («Нет, ты не пой­дешь к Джен, пока не сде­ла­ешь домаш­нее зада­ние»), так и вашу соб­ствен­ную жизнь («Нет, я не соби­ра­юсь одал­жи­вать тебе мою машину на сего­дняш­ний вечер»). Вспышки раз­дра­же­ния воз­ни­кают также, если прежде вы неод­но­кратно делали уступки ребенку. В итоге вы можете как бы натре­ни­ро­вать раз­дра­жи­тель­ность ребенка, время от вре­мени под­креп­ляя ее. Теперь же пред­стоит пере­учить сына или дочь. А как это сде­лать, мы пока­жем в сле­ду­ю­щих гла­вах. Нечто, отно­ся­ще­еся к вспыш­кам раз­дра­же­ния ребенка, должно быть отне­сено к перечню собы­тий вашей жизни. Это шум. Одна из мате­рей, с кото­рой нам при­шлось рабо­тать, стра­дала по этой при­чине даже рас­строй­ством слуха. Таким обра­зом, отно­си­тельно вспы­шек раз­дра­же­ния ребенка вы, воз­можно, захо­тите отме­тить для себя сле­ду­ю­щее: Шум раз­дра­жает и мучает меня.

- Не уби­рает в своей ком­нате. Подоб­ное может достав­лять роди­те­лям, и осо­бенно мате­рям, почти нестер­пи­мые муче­ния. И, тем не менее, в боль­шин­стве слу­чаев такая при­вычка вли­яет пре­иму­ще­ственно на жизнь ребенка; ведь именно ваш сын или ваша дочь должны жить как в сви­нар­нике, испы­ты­вать стыд, когда пред­стоит при­нять у себя дру­зей, и затруд­не­ния, когда при­хо­дится искать свои вещи в этом бес­по­рядке и носить нести­ран­ную, мятую одежду. Роди­тели ино­гда пола­гают, что одна из обя­зан­но­стей – научить детей быть опрят­ными; а важ­ный эле­мент такого обу­че­ния – посто­ян­ное тре­бо­ва­ние под­дер­жи­вать чистоту и поря­док в спальне. Нам бы очень хоте­лось убе­дить вас, что все это лучше всего отне­сти к перечню собы­тий жизни ребенка. Если бы вы сда­вали одну из своих ком­нат кому-нибудь за плату, наста­и­вали бы вы, чтобы он или она под­дер­жи­вали в ней поря­док? Мы думаем, что, ско­рее всего, нет: если чело­век пла­тит за ком­нату, то она явля­ется его тер­ри­то­рией. Конечно, ребе­нок не пла­тит за ком­нату, однако нам все же пред­став­ля­ется разум­ным, чтобы неко­то­рая часть дома была бы выде­лена ему как именно его тер­ри­то­рия. Так что оставьте, если смо­жете, чистоту и поря­док в ком­нате ребенка в перечне собы­тий его жизни. Непри­бран­ная ком­ната будет, по-види­мому, доса­ждать вам только в тех слу­чаях, когда: Ее дверь ока­зы­ва­ется при­от­кры­той, так что нельзя не видеть бес­по­рядка и грязи. В ней скап­ли­ва­ется посуда, кото­рую остав­ляет там ребе­нок. Остав­лен­ные в ней объ­едки при­вле­кают в дом мура­вьев и мышей. Вы хотите про­дать дом, и вам при­хо­дится пока­зы­вать все его ком­наты потен­ци­аль­ным покупателям.

- Не хочет ничего делать вме­сте с семьей.

- Все время хочет быть наедине. Роди­тели обычно чув­ствуют себя оби­жен­ными, ненуж­ными, отвер­га­е­мыми, когда дети избе­гают ходить куда-либо вме­сте с ними, явно пред­по­чи­тая ком­па­нию дру­зей или свою сте­рео­ап­па­ра­туру. Дальше мы опи­шем, что сле­дует делать, чтобы ребенку захо­те­лось бывать всюду с вами; а здесь же про­сто посо­ве­туем вклю­чить эти пункты, если вы, конечно, смо­жете, в пере­чень собы­тий жизни ребенка. Попро­буйте поду­мать об этом с такой точки зре­ния: вы ведь инте­рес­ный, забот­ли­вый и весе­лый чело­век; и если ребе­нок не хочет быть с вами, то это потеря, ско­рее, для него, чем для вас. А вот то, что вы можете учи­ты­вать: Отка­зы­ва­ясь сопро­вож­дать меня, ребе­нок лишает меня воз­мож­но­сти выхо­дить из дома, потому что я знаю: он, оста­ва­ясь один, может что-нибудь испор­тить, впу­стить чужих людей в дом и т.д.

- Водится с «неже­ла­тель­ными» при­я­те­лями. В эту кате­го­рию дру­зей могут попасть, напри­мер, те, цен­но­сти кото­рых явно отли­ча­ются от ваших, кто зна­чи­тельно старше вашего ребенка, кто уже имел дело с поли­цией, кто зани­ма­ется сек­сом, упо­треб­ляет нар­ко­тики, туне­яд­ствует и т.д. «Воз­мож­ность самому выби­рать себе дру­зей» — это, по-види­мому, вто­рая из наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ных и насущ­ных потреб­но­стей под­рост­ков. «Больше сво­боды» — их пер­вей­шая потреб­ность; но даже она зача­стую при­об­ре­тает зна­че­ние «сво­боды быть с дру­зьями, кото­рых я сам выбрал». В то же время мы знаем: забот­ли­вые роди­тели часто испы­ты­вают чув­ство ответ­ствен­но­сти за то, с какими людьми обща­ется и дру­жит их ребе­нок, а учи­теля и адми­ни­стра­ция школы, а также раз­ного рода кон­суль­танты ино­гда уси­ли­вают у них это чув­ство ответ­ствен­но­сти. Мы слы­шали одна­жды, как офи­цер поли­ции ска­зал роди­те­лям: «Вы отве­ча­ете за то, с какими людьми сло­ня­ется ваш ребе­нок». Однако это также такой пункт, над кото­рым вы не име­ете пря­мого и непо­сред­ствен­ного кон­троля и кото­рый прямо не вли­яет на вашу жизнь. На наш взгляд, этот пункт предо­став­ляет осо­бенно хоро­шую воз­мож­ность для того, чтобы, пора­бо­тав с ним, полу­чить боль­шую сво­боду для себя и в то же время найти точки вза­и­мо­по­ни­ма­ния с сыном или доче­рью. Мы думаем, что дан­ный пункт совер­шенно опре­де­ленно отно­сится к перечню собы­тий жизни ребенка. Отло­жим для после­ду­ю­щего обсуж­де­ния такие его аспекты, кото­рые могут вли­ять на вас: Ребе­нок при­во­дит этих «неже­ла­тель­ных» дру­зей домой про­тив моего жела­ния. Поз­во­ляет этим дру­зьям красть у меня. Тре­бует, чтобы я обслу­жи­вал этих дру­зей (возил их на раз­ного рода раз­вле­че­ния и т.д.).

- Убе­гает из дома. Когда ребе­нок впер­вые убе­гает из дома, роди­тели могут испы­тать насто­я­щие муче­ния. Воз­можно, вы ощу­тите под­лин­ную душев­ную боль и внут­рен­нее напря­же­ние – боль, кото­рая какое-то время не даст думать ни о чем дру­гом, и внут­рен­нее напря­же­ние посто­ян­ной оза­бо­чен­но­сти, обиды и стыда. До тех пор пока сын или дочь не вер­ну­лись, вы будете видеть их в каж­дом встреч­ном ребенке, кото­рый хоть чем-то напо­ми­нает вашего, и каж­дый раз при этом вы будете испы­ты­вать мучи­тель­ную боль. Тем не менее, мы не можем ска­зать, что все эти болез­нен­ные пере­жи­ва­ния при­чи­няет вам ребе­нок. Ско­рее всего, их при­чина в самих роди­те­лях. Отча­сти она заклю­ча­ется в том, что все мы убеж­дены в необ­хо­ди­мо­сти кон­тро­ли­ро­вать любые поступки ребенка; а этот его побег, кото­рый мы не смогли пред­ви­деть и про­кон­тро­ли­ро­вать, под­ры­вает дан­ное убеж­де­ние и тем самым трав­ми­рует нас. В самой ситу­а­ции побега из дома и ребе­нок, и роди­тель видят, как пра­вило, некое воз­дей­ствие ребенка на роди­теля (или роди­те­лей) с целью полу­чить от него что-либо (по край­ней мере, вни­ма­ние). Дра­ма­ти­зи­руя дан­ное собы­тие и оправ­ды­вая этот ирра­ци­о­наль­ный в своей основе посту­пок, дети часто опи­сы­вают своих роди­те­лей как насто­я­щих чудо­вищ с пятью рогами и пере­пон­ча­тыми лапами. Да и роди­те­лям, ско­рее всего, при­дется выслу­шать о себе нечто подоб­ное, пока их дети не будут най­дены. Все это может поме­шать тому, что дан­ный пункт попа­дет в пере­чень собы­тий жизни ребенка. Тем не менее, мы убеж­дены: с вос­пи­та­тель­ной точки зре­ния такое реше­ние явля­ется самым вер­ным и наи­бо­лее эффек­тив­ным. Если мы посмот­рим на ребенка как на чело­века, ответ­ствен­ного за свою жизнь, то уви­дим в его побеге из дома посту­пок, смысл кото­рого заклю­ча­ется в воз­дей­ствии не на роди­те­лей, а на самого себя. Именно ребе­нок пере­жи­вает при этом все свя­зан­ные с побе­гом опас­но­сти и радо­сти, ощу­ще­ние сво­боды и осо­зна­ние неспра­вед­ли­во­сти, допу­щен­ной им по отно­ше­нию к роди­те­лям, вся­кого рода ослож­не­ния в связи со шко­лой, труд­но­сти при поиске дру­зей, кото­рые при­ютили бы его, а также все неудоб­ства из-за необ­хо­ди­мо­сти про­во­дить ночи в цер­ков­ных пар­ках, садах, на кры­шах уни­вер­ма­гов и т.д. В ряде шта­тов США побеги детей из дома рас­це­ни­ва­ются как нару­ше­ния закона – и это также забота ребенка. Если же вы соблю­да­ете роди­тель­ские обя­зан­но­сти (а мы уве­рены, что это именно так, иначе вы не читали бы эту книгу), то вы не нару­ша­ете закона. Итак, мы сове­туем вам поме­стить дан­ный пункт в пере­чень собы­тий жизни ребенка. Учтите при этом те аспекты побега, кото­рые могут непо­сред­ственно повли­ять на вашу жизнь: Под­вер­гает меня судеб­ной и финан­со­вой ответ­ствен­но­сти за весь тот ущерб, кото­рый он или она может при­не­сти. (Эта ответ­ствен­ность сохра­ня­ется, однако, и когда ваш ребе­нок не нахо­дится в бегах). Остав­ляет меня в неве­де­нии и неуве­рен­но­сти, сле­дует ли про­дол­жать предо­став­лять ему или ей ком­нату, делать ли для него или нее раз­ного рода покупки и т.д.

- Ездит в маши­нах или на мото­цик­лах с без­от­вет­ствен­ными дру­зьями. Здесь вашей глав­ной забо­той явля­ется без­опас­ность ребенка. Вы легко можете пред­ста­вить себе, что он или она тяжело изу­ве­чены или что из-за них сильно постра­дал кто-то дру­гой. И дей­стви­тельно, этот пункт может иметь очень серьез­ные послед­ствия для буду­щего ребенка, и в то же время вы прак­ти­че­ски ничего не можете изме­нить. Если нало­жить запрет на такого рода поездки, то ребе­нок будет участ­во­вать в них без вашего ведома, и вы утра­тите даже ту малую частицу кон­троля, что была у вас ранее. Поэтому мы думаем, что этот пункт отно­сится к перечню собы­тий жизни ребенка. Один из аспек­тов этой про­блемы, кото­рый также может вас бес­по­ко­ить и непо­сред­ственно вли­ять на вашу жизнь, таков: Потре­бу­ются затраты на лече­ние и содер­жа­ние изу­ве­чен­ного и нетру­до­спо­соб­ного ребенка, кото­рые мне при­дется оплачивать. 

- Пьет, курит, упо­треб­ляет мари­ху­ану или дру­гие нар­ко­тики. Все эти дей­ствия могут при­чи­нять вред здо­ро­вью, а неко­то­рые из них запре­щены зако­ном, так что они опре­де­ленно имеют послед­ствия для жизни вашего ребенка. Отдель­ные аспекты этих дей­ствий, вли­я­ю­щие на вашу жизнь, могут состо­ять в том, что под­ро­сток: При­хо­дит домой пья­ный или невме­ня­е­мый. Хра­нит дома нар­ко­тики или запасы алко­голя (а это может навлечь на вас ответ­ствен­ность за нару­ше­ние закона). Ока­зы­ва­ется вовле­чен­ным в поли­цей­ское рас­сле­до­ва­ние, тре­бу­ю­щее явки роди­те­лей в суд. 

- Сек­су­ально акти­вен (активна). До тех пор, пока сек­су­аль­ная актив­ность сына или дочери осу­ществ­ля­ется где-то за пре­де­лами вашего вни­ма­ния и вашей осве­дом­лен­но­сти, она, ско­рее всего, весьма незна­чи­тельно вли­яет на вашу жизнь, тогда как для него или для нее эта актив­ность имеет массу воз­мож­ных послед­ствий. К дан­ной сфере отно­сятся все вопросы, свя­зан­ные с вос­при­я­тием ребен­ком самого себя, вза­и­мо­от­но­ше­ни­ями с дру­гими людьми, мора­лью и нрав­ствен­но­стью, любо­вью, воз­мож­ной бере­мен­но­стью и вене­ри­че­скими забо­ле­ва­ни­ями. Все это пред­по­ла­гает при­ня­тие ребен­ком дей­стви­тельно важ­ных и ответ­ствен­ных реше­ний. Если насту­пает бере­мен­ность, то реше­ние о том, вос­пи­ты­вать ли ребенка, бро­сить ли его или же сде­лать аборт, при­над­ле­жит в соот­вет­ствии с зако­ном, при­ня­тым в боль­шин­стве шта­тов, моло­дой матери. Согласно закону вы не несете ответ­ствен­но­сти за уход за мла­ден­цем и даже не отве­ча­ете за уход за вашей доче­рью, если у нее есть ребе­нок. Когда это про­ис­хо­дит, она ста­но­вится взрос­лой и, сле­до­ва­тельно, ответ­ствен­ной за себя и сво­его ребенка. На вас же вли­яют лишь сле­ду­ю­щие аспекты сек­су­аль­ной актив­но­сти под­ростка: Зани­ма­ется сек­сом в вашем доме. Думает, что я буду рас­тить его (ее) ребенка. 

- Поздно воз­вра­ща­ется домой. 

- По ночам ухо­дит из дома через окно. И снова ваша глав­ная забота здесь – без­опас­ность ребенка. Вы пред­став­ля­ете себе все те опас­но­сти, кото­рые могут под­сте­ре­гать его поздно вече­ром и ночью: напа­де­ния, изна­си­ло­ва­ния и т.п., и вам хочется, чтобы ваш ребе­нок был дома, в без­опас­но­сти. Без­опас­ность сына или дочери дей­стви­тельно явля­ется важ­ным фак­то­ром его или ее жизни, вли­я­ю­щим на вашу жизнь – поскольку вы испы­ты­ва­ете бес­по­кой­ство по дан­ному поводу. Поме­стите, если смо­жете, этот пункт в пере­чень собы­тий жизни ребенка, отме­тив для себя те его аспекты, кото­рые вли­яют на вашу жизнь. Шумит, когда поздно воз­вра­ща­ется домой, и нару­шает мой покой или будит меня среди ночи. Раз­би­вает стекла в окнах и ломает двер­ные замки, пач­кает стены и мебель, когда выби­ра­ется из дома или про­би­ра­ется домой. Остав­ляет дом неза­пер­тым, чтобы потом бес­пре­пят­ственно вер­нуться в него.

- Носит вызы­ва­ю­щие бюстгальтеры.

- Носит одежду, выгля­дя­щую очень неряшливо.

- Зло­упо­треб­ляет кос­ме­ти­кой.  Манера ребенка оде­ваться вли­яет на его жизнь по мно­гим кана­лам: она сви­де­тель­ствует о том, каким видит себя ребе­нок, каким он хочет, чтобы его видели дру­гие, и тем самым как бы пре­ду­пре­ждает окру­жа­ю­щих, чего они могут ожи­дать от него. На вашу жизнь все это не вли­яет: на нее вли­яет ваша манера оде­ваться. Далее, реаль­ный кон­троль над тем, как оде­ва­ется ребе­нок, крайне незна­чи­те­лен – за исклю­че­нием тех слу­чаев, когда он или она нахо­дится в пол­ной зави­си­мо­сти от вас. Мы сове­туем вам вклю­чить этот пункт в пере­чень собы­тий жизни ребенка, отме­тив для себя только то, что прямо вли­яет на вас: Хочет появиться на людях вме­сте со мной, в то время как сам выгля­дит как насто­я­щий бро­дяга (похожа на про­сти­тутку) и т.п.

- Водит машину при­я­теля, не имея води­тель­ских прав (или уго­няет чужую машину и отправ­ля­ется на «уве­се­ли­тель­ную прогулку»).

- Про­ни­кает в дома сосе­дей и кра­дет там вещи.

- Зани­ма­ется воров­ством в мест­ном уни­вер­маге. Конечно, все эти неза­кон­ные дей­ствия так или иначе ока­жут свое вли­я­ние на жизнь вашего ребенка. Совер­шая подоб­ные поступки, он или она нару­шает права дру­гих людей и в худ­шем слу­чае может сде­лать нечто, что нане­сет им пря­мой ущерб. При этом под­ро­сток полу­чает также неко­то­рые пред­став­ле­ния о законе, кото­рые, воз­можно, сна­чала сво­дятся к тому, что им легко пре­не­бречь, а затем (если ему посчаст­ли­вится и он не успеет стать зако­ре­не­лым пра­во­на­ру­ши­те­лем) уже начи­нает пони­мать, что обхо­дить законы не так уж легко и нару­ше­ния их могут иметь весьма непри­ят­ные послед­ствия. Вы не можете непо­сред­ственно повли­ять на ребенка так, чтобы он пере­стал зани­маться подоб­ного рода вещами; поэтому оста­ется лишь наде­яться, что поли­ция вме­ша­ется прежде, чем дело зай­дет слиш­ком далеко. В этом слу­чае ваш ребе­нок может быстро повзрос­леть, если, конечно, вы поз­во­лите слу­чив­ше­муся остаться его или ее соб­ствен­ной про­бле­мой. Ино­гда роди­тели стре­мятся сде­лать так, чтобы избе­жать нака­за­ния детей вла­стями за нару­ше­ние зако­нов, пола­гая, что арест – это пре­дель­ная, слиш­ком кру­тая мера, а «при­вод» может повре­дить чело­веку в даль­ней­шем. Даже если дело зашло так далеко, сове­туем вклю­чить этот пункт в пере­чень собы­тий жизни ребенка. Может быть, вас успо­коит то обсто­я­тель­ство, что столк­но­ве­ние с зако­ном обычно не явля­ется ни пол­ным кра­хом, ни слиш­ком силь­но­дей­ству­ю­щим сред­ством, боль­шин­ство пред­ста­ви­те­лей вла­сти, зани­ма­ю­щихся несо­вер­шен­но­лет­ними пра­во­на­ру­ши­те­лями, борются за детей, а не про­тив них и делают все воз­мож­ное, чтобы вер­нуть их к нор­маль­ной жизни без каких-либо травм. В неко­то­рых шта­тах любой при­вод за судебно нака­зу­е­мые пра­во­на­ру­ше­ния, допу­щен­ные несо­вер­шен­но­лет­ними, лик­ви­ди­ру­ется по дости­же­нии ими восем­на­дца­ти­лет­него воз­раста. Если ваш ребе­нок экс­пе­ри­мен­ти­рует с неза­кон­ными дей­стви­ями, то столк­но­ве­ние с зако­ном без вашего вме­ша­тель­ства и пору­чи­тель­ства может ока­заться для него един­ствен­ным спа­си­тель­ным сред­ством. И, по-види­мому, намного лучше, если это про­изой­дет теперь, чем после того, как ребенку испол­нится восем­на­дцать лет. Тюрьма для взрос­лых менее ком­фор­та­бельна, менее полезна и более серьезна по своим послед­ствиям, чем при­ем­ник для несо­вер­шен­но­лет­них. Короче говоря, мы пред­ла­гаем вам вклю­чить эти пункты в пере­чень собы­тий жизни ребенка. А аспекты такого пове­де­ния, кото­рые вы должны исклю­чить из этого перечня, потому что они вли­яют на вас, могут быть сле­ду­ю­щими: Дер­жит кра­де­ное в моем доме. Полу­че­ние вызо­вов из поли­ции. Необ­хо­ди­мость идти в суд с ребен­ком. Необ­хо­ди­мость опла­чи­вать содер­жа­ние ребенка в при­ем­нике для несо­вер­шен­но­лет­них. Необ­хо­ди­мость опла­чи­вать штрафы за ущерб, нане­сен­ный ребенком.

- Не хочет делать домаш­ние задания.

- Не хочет ходить в школу. 

- Плохо учится. То, что делает ваш ребе­нок в школе и в связи со шко­лой, вли­яет прежде всего на его или ее жизнь – на то, что он или она смо­гут выби­рать впо­след­ствии: вид дея­тель­но­сти, кото­рой они будут зани­маться, людей, с кото­рыми они будут общаться, а также на его или ее пред­став­ле­ния о себе. Но все это не вли­яет на вашу жизнь; вы, веро­ятно, уже про­шли через все те классы школы, кото­рые хотели окон­чить, и вряд ли у вас есть жела­ние повто­рить весь этот путь с вашим ребен­ком. Воз­можно, вы не можете также заста­вить ребенка ходить в школу или хорошо учится. Нам нико­гда не дово­ди­лось видеть, чтобы кому-то из роди­те­лей уда­ва­лось заста­вить детей учить уроки. Таким обра­зом, эти «школь­ные» пункты сле­дует смело отне­сти к перечню того, что должно забо­тить вашего ребенка. Те их аспекты, кото­рые сле­дует исклю­чить из этого перечня, если, конечно, они бес­по­коят вас, таковы: Вынуж­дает меня выслу­ши­вать теле­фон­ные звонки из школы и обви­не­ния в том, что мой ребе­нок ведет себя там не так, как сле­дует. Сло­ня­ется вокруг дома во время школь­ных заня­тий. Живет в доме как ижди­ве­нец, не имеет ника­ких обя­зан­но­стей. (Мы хотим ска­зать, что ваша основ­ная обя­зан­ность по отно­ше­нию к ребенку состоит, веро­ятно, в том, чтобы предо­став­лять ему все необ­хо­ди­мое для нор­маль­ной жизни, тогда как обя­зан­ность ребенка – учиться и гото­виться стать взрос­лым. Если же он или она пре­кра­щают обу­че­ние, но все еще про­дол­жают ждать под­держки роди­те­лей, ничем не воз­ме­щая их помощь, то это и есть иждивенчество.)
- Валя­ется целыми днями, только и знает что ест и смот­рит теле­ви­зор. Каза­лось бы, дан­ный пункт не столь уж и зна­чим, однако он может быть посто­ян­ным раз­дра­жи­те­лем для роди­те­лей. Все это взрос­лый пере­жи­вает под­час осо­бенно болез­ненно, потому что он не может при­ду­мать сколько-нибудь при­ем­ле­мого оправ­да­ния для сво­его нетер­пи­мого отно­ше­ния к без­де­лью ребенка и поэтому вынуж­ден испы­ты­вать чув­ство неуве­рен­но­сти и вины наряду с пере­жи­ва­ни­ями край­него раз­дра­же­ния. Наш опыт сви­де­тель­ствует: это вто­рич­ная про­блема. Обычно роди­тель чув­ствует себя рас­сер­жен­ным и бес­по­мощ­ным из-за каких-то дру­гих про­ступ­ков ребенка и поэтому редко испы­ты­вает поло­жи­тель­ные пере­жи­ва­ния по отно­ше­нию ко всему тому, что тот делает. Если вы чув­ству­ете, что кто-то вас обма­ны­вает, экс­плу­а­ти­рует, отвер­гает, неспра­вед­ливо обра­ща­ется с вами, то, ско­рее всего, ваша реак­ция на все в этом чело­веке будет отри­ца­тель­ной. Как только вы осво­бож­да­е­тесь от этих более суще­ствен­ных про­блем, ста­но­вится гораздо легче быть снис­хо­ди­тель­ным и доб­рым к этому чело­веку. Поэтому мы сове­туем заняться вещами более зна­чи­мыми, а дан­ный про­сту­пок без коле­ба­ний впи­сать в пере­чень собы­тий жизни ребенка, вычле­нив те его аспекты, кото­рые на самом деле вли­яют на вашу жизнь: Съе­дает дома все съест­ное. Остав­ляет за собой исполь­зо­ван­ную посуду и окурки. Не дает мне побыть наедине с собой. 

Наде­емся, что при­ве­ден­ный спи­сок доста­то­чен, чтобы дать вам пред­став­ле­ние о том, какого рода пункты соот­вет­ствуют перечню собы­тий жизни ребенка. Суще­ствует также осо­бая группа про­блем, кото­рые на пер­вый взгляд отно­сятся к перечню собы­тий жизни ребенка, но, тем не менее, не вычле­нены как тако­вые из исход­ного списка про­блем. Это пункты, сгруп­пи­ро­ван­ные вокруг того, что гово­рит или какого рода уста­новку выра­жает ваш ребе­нок. Мы имеем в виду сле­ду­ю­щее: когда ребе­нок гово­рит неправду, обзы­вает вас или когда он мра­чен, угрюм или замкнут – все это не обя­за­тельно вли­яет на вашу жизнь; вли­я­ние начи­на­ется тогда, когда вы начи­на­ете вос­при­ни­мать подоб­ное пове­де­ние все­рьез. Однако дан­ные пункты не столь легко под­да­ются тому под­ходу, кото­рый мы реко­мен­дуем при­ме­ни­тельно ко всем про­чим собы­тиям жизни ребенка, и поэтому мы не будем вклю­чать их в дан­ный пере­чень, а зай­мемся ими отдельно (и несколько позд­нее). Те про­ступки ребенка, кото­рые оста­лись в нашем исход­ном списке, сле­дует рас­смат­ри­вать как непо­сред­ственно вли­я­ю­щие на вас, т.е. как пункты перечня собы­тий жизни роди­теля, с кото­рыми мы будем рабо­тать во вто­рой части книги.

Тре­тий шаг

Теперь у вас есть отдель­ный пере­чень тех поступ­ков ребенка, кото­рые не вли­яют на вашу жизнь. Нам бы хоте­лось, чтобы вы пора­бо­тали с этими пунк­тами осо­бым спо­со­бом, кото­рый мы кон­кре­ти­зи­руем для вас в после­ду­ю­щих пара­гра­фах. Однако не начи­найте, пожа­луй­ста, сразу же выпол­нять все наши инструк­ции. Пока мы реко­мен­дуем сде­лать следующее:

- Про­чи­тайте все инструк­ции, содер­жа­щи­еся в остав­шейся части этой главы.

- Затем про­чи­тайте главы 3 и 4. Они помо­гут вам выра­бо­тать разум­ное объ­яс­не­ние тому спо­собу, кото­рым вы будете вза­и­мо­дей­ство­вать с ребен­ком, и при­да­дут вам необ­хо­ди­мый для этих вза­и­мо­дей­ствий запас уверенности.

- Вновь про­чтите инструк­ции, завер­ша­ю­щие эту главу, и только после этого начи­найте их выполнять.
По суще­ству нам бы хоте­лось, чтобы вы пред­при­няли в отно­ше­нии пунк­тов перечня собы­тий жизни ребенка сле­ду­ю­щее. Во-пер­вых, отка­жи­тесь от ответ­ствен­но­сти за эти пункты. Во-вто­рых, выра­бо­тайте у себя дове­рие к тому, что ваш ребе­нок может сам при­ни­мать пра­виль­ные реше­ния во всех этих слу­чаях, и дайте ребенку понять и почув­ство­вать это ваше доверие.

Вы можете обна­ру­жить, что выпол­нить дан­ные инструк­ции довольно легко, и если на самом деле так и будет, то уже одно это может при­ве­сти к замет­ным изме­не­ниям в ваших отно­ше­ниях с сыном или доче­рью. Тогда про­де­лайте реко­мен­ду­е­мое нами мед­ленно, в своем темпе. Нам бы не хоте­лось, чтобы вы слиш­ком интен­сивно, слиш­ком ста­ра­тельно и мето­дично про­ра­ба­ты­вали все пункты перечня, так как, чрез­мерно при­нуж­дая себя к такого рода работе, вы вряд ли смо­жете осво­бо­диться от свя­зан­ных с про­ступ­ками ребенка бес­по­койств, обиды и раз­дра­же­ния; а это озна­чает, что вы не смо­жете по-насто­я­щему и пол­но­стью осво­бо­диться от самих про­блем. С дру­гой сто­роны, полезно себя немного и под­тал­ки­вать; чем ско­рее вы пере­да­дите ребенку один или два пункта из этого перечня, тем ско­рее вы ощу­тите облег­че­ние и пре­иму­ще­ства такого положения.

Вот как вам сле­дует дей­ство­вать, чтобы осво­бо­диться от этих пунк­тов и научиться дове­рять вашему ребенку:

СНАЧАЛА: выбе­рите из перечня самый зна­чи­тель­ный пункт, ответ­ствен­ность за кото­рый вы можете без осо­бого труда пере­дать ребенку.

ЗАТЕМ: пер­во­на­чально в вооб­ра­же­нии попрак­ти­куй­тесь несколько минут в такого рода пере­даче ответ­ствен­но­сти. Рас­слабь­тесь тем спо­со­бом, кото­рый помо­гает вам почув­ство­вать себя в мире с окру­жа­ю­щими, а потом несколько раз про­де­лайте в вооб­ра­же­нии сле­ду­ю­щие действия:

Пред­ставьте, что вы видите, как ваш ребе­нок совер­шает кон­крет­ный посту­пок. Как только вы сде­ла­ете это, вы почув­ству­ете тот преж­ний, зна­ко­мый вам эмо­ци­о­наль­ный тол­чок – смесь бес­по­кой­ства, гнева и бес­по­мощ­но­сти, озна­ча­ю­щий при­мерно сле­ду­ю­щее: «Я дол­жен что-то сде­лать; но из того, что я могу пред­при­нять, нет ничего, что было бы эффективным».

Затем пред­ставьте, что вы при­по­ми­на­ете: ответ­ственны за это пове­де­ние теперь не вы, а ваш ребе­нок, и вы не должны больше испы­ты­вать этот непри­ят­ный эмо­ци­о­наль­ный толчок.

Ощу­ще­ние облег­че­ние и сво­боды – как от сбро­шен­ного со спины груза – нач­нет раз­ли­ваться по всему вашему телу.

В этом состо­я­нии облег­че­ния и сво­боды, если оно при­дет к вам, поз­вольте себе про­явить новый для вас инте­рес к тому, как же дол­жен вести себя ребе­нок теперь, уже без вашего ощу­ще­ния ответ­ствен­но­сти за него. Пусть это будет так, как будто вы чита­ете книгу, кото­рая вам очень нра­вится и, как вы зна­ете, хорошо кон­ча­ется, но при этом не име­ете ника­кого пред­став­ле­ния о содер­жа­нии оче­ред­ной главы. Сло­вом, вы можете с удо­воль­ствием ожи­дать раз­ного рода неожи­дан­но­стей, зная в то же время, что герои книги в без­опас­но­сти и их ждет бла­го­по­луч­ное раз­ре­ше­ние кол­ли­зии. Когда вы смо­жете почув­ство­вать подоб­ный дру­же­люб­ный инте­рес, пред­ставьте себе, что вы пово­ра­чи­ва­е­тесь к ребенку и видите, что он как раз делает то, что отно­сится к перечню собы­тий его жизни. Вы заме­ча­ете это с инте­ре­сом и исход­ным чув­ством дове­рия к тому, что под­ро­сток смо­жет успешно раз­ре­шить воз­ник­шую проблему.

ТЕПЕРЬ: отре­пе­ти­руйте обра­ще­ние к сыну или дочери, в кото­ром вы как бы пере­да­ете ему или ей ответ­ствен­ность за дан­ный пункт перечня. Это обра­ще­ние может зву­чать при­мерно так:

«Мет, я бес­по­ко­и­лась и сер­ди­лась из-за того, что в про­шлый раз ты не пошел в школу, и пыта­лась заста­вить тебя пойти туда.  Я долго думала об этом и теперь пони­маю, что посту­пала глупо. Я не могу заста­вить тебя делать что-либо, и, кроме того, все это дей­стви­тельно твое дело, так как вли­яет прежде всего на твою жизнь.

Я поняла, что ты вполне можешь сам при­ни­мать пра­виль­ные реше­ния отно­си­тельно заня­тий в школе.

С сего­дняш­него дня я не соби­ра­юсь вме­ши­ваться в эти реше­ния и дове­ряю тебе: что бы ты ни решил, будет для тебя правильным.

Я по-преж­нему буду инте­ре­со­ваться тво­ими делами и вся­че­ски помо­гать тебе, если, конечно, ты об этом попро­сишь, но в целом все это теперь твое дело».

Вы, воз­можно, заме­тили: в этом обра­ще­нии всего шесть пред­ло­же­ний, в каж­дом из них под­ле­жа­щим явля­ется место­име­ние «я», в обра­ще­нии нет вопро­си­тель­ных пред­ло­же­ний. Мы назы­ваем пред­ло­же­ния такого рода Я‑высказываниями. В этой книге мы еще пого­во­рим об эффек­тив­ных рече­вых кон­струк­циях, а сей­час лишь попро­сим вас как можно точ­нее при­дер­жи­ваться сле­ду­ю­щего: выска­зы­вать только то, что вы чув­ству­ете или соби­ра­е­тесь делать, и не гово­рить сыну или дочери, что он или она может или дол­жен (должна) делать. Сфор­му­ли­руйте то, что вы должны ска­зать в виде Я‑высказываний, про­из­не­сите это по воз­мож­но­сти кратко и не зада­вайте вопро­сов (таких как «Почему ты не хочешь ходить в школу?», «Хочешь, я пого­ворю вме­сто тебя с твоим учи­те­лем?», «Ты ходил сего­дня в школу?» и т.д.).

ЗАТЕМ: отре­пе­ти­руйте крат­кое выска­зы­ва­ние в отно­ше­нии тех аспек­тов дан­ного пункта, кото­рые про­дол­жают вас бес­по­ко­ить. Например:

«Я не соби­ра­юсь вме­ши­ваться в твои школь­ные дела; в то же время есть кое-что, чего я хочу.

Я хочу, чтобы во время школь­ных заня­тий здесь не было твоих приятелей.

Я хочу, чтобы каж­дый из нас выпол­нял свои обя­зан­но­сти. Я не хочу содер­жать иждивенца».

Обра­тите вни­ма­ние на то, что и это обра­ще­ние явля­ется очень лако­нич­ным и цели­ком состоит из Я‑высказываний. В нем гово­рится о том, что вы чув­ству­ете, что вы хотите, что вы соби­ра­е­тесь делать. Будьте ясными и лако­нич­ными в своих высказываниях.

Попрак­ти­куй­тесь в этом обра­ще­нии до тех пор, пока не почув­ству­ете, что оно вас больше не стесняет.

ТЕПЕРЬ: отправ­ляй­тесь к вашему сыну или вашей дочери, прямо и открыто заявите ему или ей, что вы при­шли к опре­де­лен­ному реше­нию в отно­ше­нии кон­крет­ной про­блемы, и сфор­му­ли­руйте это решение.

ЗАТЕМ: на про­тя­же­нии сле­ду­ю­щих несколь­ких дней или недель ана­ло­гич­ным обра­зом пере­дайте ему или ей ответ­ствен­ность за осталь­ные пункты из перечня собы­тий жизни ребенка.

Реак­ция вашего сына или дочери на все это может ока­заться для вас довольно неожи­дан­ной. Нам при­хо­ди­лось видеть детей, реа­ги­ро­вав­ших очень по-раз­ному: от радо­сти до вспы­шек раз­дра­же­ния, от обви­не­ний («Ты не забо­тишься обо мне!») и просьб изба­вить их от ответ­ствен­но­сти до явной апа­тии, без­раз­ли­чия и отсут­ствия какой-либо замет­ной реак­ции. Мы сове­туем вам спо­койно выслу­шать ребенка (что бы он ни гово­рил и ни делал в ответ на ваше обра­ще­ние) и мягко повто­рить, что это именно то, что вы хотите сде­лать. При этом скон­цен­три­руйте вни­ма­ние не столько на реак­ции ребенка, сколько на вашем соб­ствен­ном наме­ре­нии при­дер­жи­ваться Я‑высказываний, не зада­вать вопро­сов и изъ­яс­няться коротко.

Надо ска­зать, и роди­тели обна­ру­жи­вают целый спектр реак­ций в ответ на саму идею, пред­ла­га­е­мую в этой главе. Неко­то­рые из них испы­ты­вают немед­лен­ное облег­че­ние. Мно­гие скеп­ти­че­ски воз­ра­жают: «Вы что же, счи­та­ете, что надо пере­стать при­смат­ри­вать за детьми – и только?», «Про­сто оста­вить ребенка на про­из­вол судьбы?» неко­то­рые выра­жают оза­бо­чен­ность в связи с тем, что утра­чи­вают ответ­ствен­ность за пове­де­ние ребенка: «Это же озна­чает, что я дол­жен отка­заться от своей обя­зан­но­сти быть вос­пи­та­те­лем!». Или: «Я отве­чаю за сво­его ребенка!» Ино­гда роди­тели гово­рят при­мерно сле­ду­ю­щее: «Если я сде­лаю все это, то ребе­нок возь­мет надо мной верх». Все эти реак­ции есте­ственны и понятны; они выте­кают из чисто­сер­деч­ного стрем­ле­ния роди­те­лей делать мак­си­мум воз­мож­ного в деле вос­пи­та­ния. В сле­ду­ю­щей главе мы пого­во­рим о том, почему вы именно так, а не иначе реа­ги­ру­ете на пред­ла­га­е­мое нами. Пока лишь ска­жем: если вы сде­ла­ете то, что здесь реко­мен­ду­ется, глав­ный шаг на пути к реше­нию вашей про­блемы будет совер­шен. Мы утвер­ждаем это без­от­но­си­тельно к тому, насколько радостно, сер­дито или угрюмо про­ре­а­ги­рует ребе­нок на ваше заяв­ле­ние и насколько тяжело или, напро­тив, легко вы сами сде­ла­ете этот шаг. Пер­вый шаг к раз­ре­ше­нию вашей про­блемы сде­лан. Теперь дело за тем, чтобы идти дальше с опо­рой на это начинание.

В чет­вер­той главе мы рас­смот­рим вопрос о том, каким обра­зом обычно раз­ви­ва­ется исход­ная ситу­а­ция и каковы спо­собы регу­ли­ро­ва­ния этого развития.

Пока в вашем исход­ном списке про­блем оста­ется еще много пунк­тов, отно­ся­щихся к поступ­кам ребенка, непо­сред­ственно вли­я­ю­щим на нашу жизнь. Все они очень важны, и мы зай­мемся ими (так же, как и зна­чи­мыми для вас аспек­тами пунк­тов из перечня собы­тий жизни ребенка) во вто­рой поло­вине книги.

Глава 3 . Почему так тяжело передавать ответственность ребенку

В преды­ду­щей главе мы попро­сили вас про­де­лать то, что про­фес­си­о­наль­ные пси­хо­те­ра­певты назы­вают «пере­да­чей кон­троля». Мы слиш­ком хорошо знаем: понять и про­де­лать такую рода пере­дачу вам гораздо труд­нее, чем нам напи­сать о ней. Уже обсуж­дая вклю­че­ние ряда пунк­тов в пере­чень собы­тий жизни ребенка, вы могли столк­нуться со зна­чи­тель­ными труд­но­стями. И даже если вы отно­си­тесь к тем роди­те­лям, у кото­рых выска­зан­ные выше идеи вызвали эмо­ци­о­наль­ную раз­рядку и облег­че­ние, то вполне можете испы­ты­вать неко­то­рые сомне­ния по поводу разум­но­сти всего этого. Что же лежит в основе такого рода сомне­ний? Отчего пере­дача ответ­ствен­но­сти ребенку столь трудна для выполнения?

Мы пола­гаем, что пони­маем, почему само обсуж­де­ние воз­мож­но­сти предо­ста­вить ребенку право совер­шать ошибки может созда­вать такие труд­но­сти и даже пугать вас. Думаем, так про­ис­хо­дит потому, что вы стре­ми­тесь быть хоро­шими роди­те­лем, под­ра­зу­ме­вая под этим при­мерно следующее:

Это моя обя­зан­ность – при­смат­ри­вать за тем, чтобы мой сын или моя дочь нор­мально раз­ви­ва­лись и вели себя вполне опре­де­лен­ным обра­зом. Напри­мер, я обя­зана смот­реть за тем, чтобы он или она ста­но­ви­лись чест­ными, ува­жа­ю­щими дру­гих, жела­ю­щими и уме­ю­щими зара­ба­ты­вать себе на жизнь, име­ю­щими поло­жи­тель­ное пред­став­ле­ние о самих себе, исполь­зу­ю­щими свои потен­ци­аль­ные воз­мож­но­сти. Это я обя­зана наблю­дать за тем, как он или она ведут себя на людях, посе­щают школу, едут, сле­дят за собой и т.д.

Это я обя­зан руко­во­дить своим ребен­ком. А он – сле­до­вать моим указаниям.

Если мой ребе­нок попа­дает в беду, моя обя­зан­ность состоит в том, чтобы выз­во­лить его или ее из этой беды.

Я должна жерт­во­вать всем для моего ребенка, потому что его потреб­но­сти и бла­го­по­лу­чие более важны, нежели мои.

Это моя обя­зан­ность обес­пе­чить без­опас­ность моего ребенка; я тот, кто дол­жен быть начеку по отно­ше­нию ко всем опас­ным ситу­а­циям и кто дол­жен защи­щать от них моего ребенка.

Это моя обя­зан­ность обе­ре­гать моего ребенка от стра­да­ний, непри­ят­но­стей, оши­бок и неудач.

Подав­ля­ю­щее боль­шин­ство роди­те­лей во всем мире строит свое пове­де­ние на основе подоб­ного рода идей. И плохо ли, хорошо ли, но эти идеи дей­ствуют, давая воз­мож­ность огром­ному коли­че­ству людей, вос­пи­тан­ных в соот­вет­ствии с ними, не только выжить, но и более или менее нор­мально жить. Если вас бес­по­коит какая-то про­блема с вашим ребен­ком, то, ско­рее всего, вы явля­е­тесь именно таким забот­ли­вым и доб­ро­со­вест­ным чело­ве­ком, стре­мя­щимся при­ме­нять неко­то­рые из этих идей в своей семье. Вот почему вы застав­ля­ете ребенка ходить в школу, реша­ете, каких дру­зей он или она не должны видеть, про­ве­ря­ете, есть ли у него или у нее деньги на зав­трак, вычи­щена ли одежда, при­че­саны ли волосы и т.д. и т.п. Никто не знает, почему эти идеи рабо­тают у боль­шин­ства роди­те­лей и могут даже рабо­тать у вас по отно­ше­нию к неко­то­рым вашим детям и при этом совер­шенно не дей­ствуют в отно­ше­нии кон­крет­ного ребенка. Хотя, может быть, вам посчаст­ли­вится, и что-то в вас и/или в вашем ребенке под­ска­жет вам, что в этих идеях чего-то недо­стает, в чем-то они неверны. И тем самым выну­дит вас – еще без какого-либо чет­кого и ясного плана и, несмотря на воз­ни­ка­ю­щие про­блемы и труд­но­сти – искать дру­гой путь. Сам факт, что вы испы­ты­ва­ете затруд­не­ние во вза­и­мо­от­но­ше­ниях с ребен­ком, может ока­заться для вас обоих нача­лом пути к более сво­бод­ному, пол­но­цен­ному и счаст­ли­вому спо­собу суще­ство­ва­ния, свя­зан­ному с обнов­лен­ной систе­мой пред­став­ле­ний о воспитании.

В чем же оши­бочны при­ве­ден­ные выше идеи – если не счи­тать того важ­ного обсто­я­тель­ства, что они не рабо­тают в вашем кон­крет­ном слу­чае? Мы пола­гаем, их изна­чаль­ный недо­ста­ток заклю­ча­ется в сле­ду­ю­щем: они осно­ваны на ряде пред­по­ло­же­ний, уни­жа­ю­щих досто­ин­ство вашего ребенка и вас самих и, сле­до­ва­тельно, ока­зы­ва­ю­щих на вас обоих пагуб­ное, деструк­тив­ное воз­дей­ствие. Каж­дый раз ваш ребе­нок пред­стает в соот­вет­ствии с этими иде­ями как всего лишь бес­по­мощ­ное суще­ство, не спо­соб­ное само­сто­я­тельно жить, нуж­да­ю­ще­еся в вашем руко­вод­стве, под­держке, зна­нии того, что вы «забо­ти­тесь» о нем. Здесь нет даже упо­ми­на­ния об ини­ци­а­тиве и спо­соб­но­сти вашего ребенка сде­лать что-либо само­сто­я­тельно. Это очень невер­ное и крайне уни­зи­тель­ное пред­став­ле­ние о вашем сыне или дочери. Кроме того, эти идеи опре­де­ляют и вас лишь в связи с пове­де­нием вашего ребенка, а не как чело­века, кото­рый что-то озна­чает и сам по себе. С вами счи­та­ются постольку, поскольку вы явля­е­тесь «хоро­шим роди­те­лем». То, что вы из себя пред­став­ля­ете, зави­сит не от того, что вы дела­ете или кем вы явля­е­тесь, но от того, что он или она думают или делают, но от того, насколько точно он или она соот­вет­ствуют вашим ожи­да­ниям. Тем самым каж­дый из вас зна­чим лишь «через дру­гого» и не явля­ется инди­ви­дом, обла­да­ю­щим само­ува­же­нием и самодостаточностью.

И дей­стви­тельно, подоб­ные пред­став­ле­ния при­во­дят к воз­ник­но­ве­нию у ребенка низ­кой само­оценки; ему или ей по суще­ству как бы гово­рят: «Ты не спо­со­бен при­ни­мать пра­виль­ные реше­ния; ты бес­по­мо­щен и тебе необ­хо­дим дру­гой чело­век (папочка и/или мамочка), кото­рый бы думал за тебя. Более того, за то, что ты дела­ешь, отве­ча­ешь не ты, а папочка или мамочка!»

По боль­шому счету эти пред­став­ле­ния раз­ру­шают (или хотя бы сни­жают) также и вашу само­оценку. Прежде всего, они ста­вят перед вами такую задачу, реше­ние кото­рой может при­ве­сти вас лишь к неуспеху. С одной сто­роны, посред­ством этих идей обще­ство как бы гово­рит вам: «Вы хоро­ший чело­век постольку, поскольку вы хоро­ший роди­тель» и «Хоро­ший роди­тель кон­тро­ли­рует сво­его ребенка». Между тем здра­вый смысл и то, как на самом деле ведет себя ваш ребе­нок, при­во­дят к мысли: «Я не могу кон­тро­ли­ро­вать моего ребенка». Таким обра­зом, общее, ито­го­вое обра­ще­ние к себе ока­зы­ва­ется таким: «Я должна и тем не менее я не могу кон­тро­ли­ро­вать сво­его ребенка!» Нет ничего уди­ви­тель­ного, что вы чув­ству­ете себе фруст­ри­ро­ван­ным, пой­ман­ным в ловушку и при­хо­дите к убеж­де­нию: что-то не в порядке в вас самих.

Когда роди­тель усва­и­вает дан­ный образ мыш­ле­ния, он или она делают совсем не то, что должны делать роди­тели под­рост­ков. Хотя лишь немно­гие из вас полу­чили педа­го­ги­че­ское обра­зо­ва­ние, все мы научи­лись кон­тро­ли­ро­вать пове­де­ние наших детей ради их же соб­ствен­ной пользы («Нет, ты не можешь пойти на улицы со своим трех­ко­лес­ным вело­си­пе­дом»). Затем, по мере взрос­ле­ния детей, мы стре­мимся сохра­нить в силе преж­ние (и чем далее, тем более неадек­ват­ные) навыки кон­троля «для их же соб­ствен­ного блага» («Нет, ты не можешь больше встре­чаться с Бил­лом после того, как он побы­вал в при­ем­нике для несо­вер­шен­но­лет­них»). Игра на улице может ока­заться смер­тельно опас­ной для дошколь­ника, тогда как для под­ростка про­дол­же­ние его отно­ше­ний с Бил­лом уже не столь опасно. Иначе говоря, ваши навыки кон­троля за ребен­ком были адек­ват­ными, когда он был малень­ким, но теперь они уже пере­стали быть таковыми.

Нас ино­гда бук­вально пора­жает кон­траст между тем детьми, кото­рые сопро­тив­ля­ются такого рода роди­тель­скому кон­тролю, и теми, кто не делает этого. Ино­гда спо­соб­ный ребе­нок ока­зы­ва­ется настолько зави­си­мым от реше­ний, при­ни­ма­е­мых роди­те­лями, что дости­гает взрос­ло­сти совер­шенно не гото­вым к само­сто­я­тель­ной жизни.

Роди­тели Энн (16) были крайне рас­стро­ены тем, что она стала сопро­тив­ляться их тре­бо­ва­ниям. Дочь, прежде отлич­ница, теперь начала полу­чать посред­ствен­ные отметки и инте­ре­со­ваться маль­чи­ками. Этому кри­зису пред­ше­ство­вало столк­но­ве­ние Энн с роди­те­лями: они тре­бо­вали, чтобы она оста­вила работу в фирме Мак­до­нальдс и больше вре­мени уде­ляла при­го­тов­ле­нию домаш­них зада­ний, а Энн про­ти­ви­лась этому. Ее стар­шая сестра (23) была в свое время, по мне­нию роди­те­лей, «иде­аль­ным» под­рост­ком, нико­гда не при­чи­няв­шим им какого-либо бес­по­кой­ства. Однако и в 23-лет­нем воз­расте она все еще про­дол­жала жить с роди­те­лями, ей не уда­ва­лось сколько-нибудь долго удер­жаться на одной работе, а хоте­лось лишь быть дома, зани­маться убор­кой, домаш­ними делами и не иметь ничего общего с делами и забо­тами взрос­лых людей. Как вы можете дога­даться, нам при­шлось ска­зать этим роди­те­лям, что про­блема стар­шей дочери гораздо более серьезна, чем про­блема млад­шей: дове­рив­шись роди­тель­скому кон­тролю, стар­шая упу­стила воз­мож­ность научиться забо­титься о самой себе.

Таким обра­зом, стрем­ле­ние кон­тро­ли­ро­вать жизнь ребенка в соот­вет­ствии с иде­ями, при­ве­ден­ными выше, может ужасно вас рас­стра­и­вать, если кон­троль ока­зы­ва­ется без­успеш­ным. Если же этот кон­троль успе­шен, то ваш ребе­нок может упу­стить воз­мож­ность лучше осво­ить само­сто­я­тель­ный образ жизни.

Теперь мы соби­ра­емся опи­сать иную систему пред­став­ле­ний, иную фило­со­фию, кото­рая, по нашему убеж­де­нию, изба­вит вас от ряда про­блем и будет спо­соб­ство­вать ста­нов­ле­нию более поло­жи­тель­ной само­оценки как у вас, так и у вашего ребенка. Эта фило­со­фия пред­став­ляет собой не набор гото­вых к упо­треб­ле­нию педа­го­ги­че­ских рецеп­тов, но, ско­рее, несколько исход­ных пред­по­ло­же­ний, из кото­рых вы смо­жете раз­вить систему ваших соб­ствен­ных, инди­ви­ду­аль­ных представлений.

Когда ребе­нок в мла­ден­че­ском воз­расте, он или она нуж­да­ются в опре­де­лен­ном уходе про­сто для того, чтобы выжить. Мла­де­нец дол­жен быть накорм­лен, вымыт, согрет. Поэтому одна из раз­но­вид­но­стей любви, кото­рую вы выра­жали вашему ребенку-мла­денцу, состо­яла в заботе о его или ее телес­ном благополучии.

Однако очень скоро ребе­нок вырас­тает из этих сугубо телес­ных потреб­но­стей: начи­нает пол­зать, затем ходить, само­сто­я­тельно есть, оде­ваться и умы­ваться, начи­нает при­ни­мать на себя часть ответ­ствен­но­сти за себя и за планы семьи. Телес­ные потреб­но­сти малень­кого ребенка должны удо­вле­тво­ряться еще дол­гое время, но потреб­ность в дан­ном типе ухода посте­пенно умень­ша­ется и по суще­ству исче­зает в под­рост­ко­вые годы, а в неко­то­рых соци­аль­ных сооб­ще­ствах даже гораздо раньше. Мы пола­гаем, что в иде­аль­ном слу­чае вы как роди­тель также вырас­та­ете из вашего инте­реса предо­став­лять ребенку такого рода уход.

Эта забота о телес­ном бла­го­по­лу­чии ребенка пред­став­ляет собой, на наш взгляд, лишь один из уров­ней роди­тель­ской любви.

Суще­ствует вто­рой уро­вень этой любви, кото­рый необ­хо­дим ребенку (впро­чем, как и вся­кому чело­веку) для того, чтобы жить. Он необ­хо­дим настолько, что мла­денцы, не полу­ча­ю­щие такого рода любви, обычно поги­бают в ран­нем воз­расте. Это любовь-забота по отно­ше­нию к тому внут­рен­нему суще­ству, к тому внут­рен­нему Я, кото­рое по сути дела и есть чело­век, к той уни­каль­ной энер­гии или актив­но­сти, кото­рая оду­шев­ляет чело­века. Можно ска­зать, что это любовь к вопло­щен­ной в дру­гом чело­веке спо­соб­но­сти при­ни­мать реше­ния. С самого начала ваш ребе­нок наде­лен непо­вто­ри­мыми инди­ви­ду­аль­ными спо­со­бами пове­де­ния, при­су­щими только ему или ей. Раз­ви­ва­ясь, они создают абсо­лютно уни­каль­ного чело­века, кото­рого вы нико­гда не спу­та­ете с кем-либо еще. Он или она не только обла­дают уни­каль­ным набо­ром генов, не только физи­че­ски уни­кальны (как уни­кальны, напри­мер, их отпе­чатки паль­цев), но отли­ча­ются еще и совер­шенно инди­ви­ду­аль­ными спо­со­бами пове­де­ния. Он или она посто­янно при­ни­мают реше­ния, кото­рые вы не можете пред­ви­деть и кото­рые могут удив­лять вас: реше­ния о том с кем дру­жить, что пред­по­чи­тать из еды, о чем думать и т.д. Эти инди­ви­ду­аль­ные реак­ции и есть то, что для вас столь есте­ственно любить, чему столь есте­ственно радо­ваться в вашем ребенке. Вы упус­ка­ете их из виду, когда сосре­до­то­чи­ва­е­тесь на том, что он «не дол­жен» или, напро­тив, «дол­жен» делать. Эти инди­ви­ду­аль­ные реак­ции исхо­дят из внут­рен­него Я чело­века, т.е. из той его части, кото­рая пре­вра­щает его или ее в уни­каль­ного чело­века. Именно они поз­во­ляют отли­чить живого чело­века от куклы или робота; и поэтому удо­воль­ствие, кото­рое вы полу­ча­ете от них, можно назвать «удо­воль­ствием от про­яв­ле­ний жизни».

Это удо­воль­ствие от непо­вто­ри­мого спо­соба жизни и уни­каль­ных реше­ний дру­гого чело­века и потреб­ность в них состав­ляют то, что мы имеем в виду под более высо­ким уров­нем любви.

Предо­став­ле­ние ребенку любви этого рода – самое глав­ное, что вы можете сде­лать для него или для нее. И в опре­де­лен­ном смысле вы уже сде­лали все это на про­тя­же­нии мно­гих лет. Вне зави­си­мо­сти от того, насколько нега­тивны ваши пере­жи­ва­ния по поводу ребенка в дан­ный момент, у вас вообще не было бы каких-либо отно­ше­ний с ним или с ней, если бы в самом их осно­ва­нии не было бы исход­ной заботы о дру­гих как о людях. Однако и этот вид любви может быть скрыт у роди­те­лей за иными спо­со­бами пове­де­ния, свя­зан­ными глав­ным обра­зом с раз­ного рода обя­зан­но­стями. Поэтому мы рас­ска­жем вам, как сле­дует про­яв­лять такого рода любовь по отно­ше­нию к вашему ребенку.

Суще­ствует два спо­соба, с помо­щью кото­рых можно про­яв­лять эту любовь, и они оба весьма суще­ственны для того, чтобы и вы, и ваш ребе­нок смогли осво­бо­диться от про­блем в ваших вза­и­мо­от­но­ше­ниях и пере­стали испы­ты­вать свя­зан­ное с ними бес­по­кой­ство. Один из этих спо­со­бов мы назы­ваем моде­ли­ро­ва­нием: он состоит в том, что вы предо­став­ля­ете ребенку воз­мож­ность наблю­дать, как вы сами про­яв­ля­ете любовь к сво­ему соб­ствен­ному внут­рен­нему Я и забо­ти­тесь о нем. Подроб­нее мы еще рас­ска­жем об этом в гла­вах 5–9. Дру­гой спо­соб — актив­ное про­яв­ле­ние вашей соб­ствен­ной потреб­но­сти и под­держки по отно­ше­нию к непо­вто­ри­мой спо­соб­но­сти вашего ребенка при­ни­мать само­сто­я­тель­ные реше­ния. Весьма веро­ятно, мно­гое из того, что вы дела­ете в насто­я­щее время и что, по вашему мне­нию, должно быть полезно для вашего ребенка, на самом деле умень­шает дан­ную спо­соб­ность и бло­ки­рует ее про­яв­ле­ния. Поэтому мы про­сим вас так изме­нить спо­соб вашего мыш­ле­ния, чтобы все, что вы дела­ете, было бы направ­лено на под­дер­жа­ние и предо­став­ле­ние бла­го­при­ят­ных воз­мож­но­стей для выра­же­ния спо­соб­но­сти вашего ребенка само­сто­я­тельно при­ни­мать реше­ния. Если вы ста­нете делать это, то авто­ма­ти­че­ски будете спо­соб­ство­вать ему во всех его проявлениях.

Основ­ное поло­же­ние этой главы можно сфор­му­ли­ро­вать сле­ду­ю­щим обра­зом: вы удо­вле­тво­рены своим ребен­ком до той сте­пени, до кото­рой он или она соот­вет­ствуют стан­дар­там обще­ства; ровно настолько, насколько это так, и вы, и ваш ребе­нок ока­зы­ва­е­тесь обма­ну­тыми, сби­тыми с толку; вме­сто этого вы должны научиться чув­ство­вать удо­вле­тво­ре­ние при про­яв­ле­нии вашим ребен­ком уни­каль­ной спо­соб­но­сти к при­ня­тию само­сто­я­тель­ных решений.

Три шага, кото­рые вы можете пред­при­нять в этом направ­ле­нии, таковы:

  1. Заме­чайте любые про­яв­ле­ния своей при­вычки при­ни­мать реше­ния за ребенка и нач­ните осво­бож­даться от нее.
  2. Научи­тесь полу­чать удо­воль­ствие от при­ня­тия реше­ний вашим ребенком.
  3. Изме­ните неко­то­рые из ваших мыс­лей и убеж­де­ний отно­си­тельно вашего ребенка.

Работа, пред­ло­жен­ная вам в главе 2 и состо­яв­шая в пере­даче ребенку ответ­ствен­но­сти за пункты из перечня собы­тий жизни ребенка, — хоро­шее начало для осво­е­ния вами пер­вого из этих трех шагов.

Вто­рой шаг, свя­зан­ный с полу­че­нием боль­шего удо­воль­ствия от спо­соб­но­сти ребенка при­ни­мать реше­ния и от самих этих реше­ний, поле­зен как для вас, так и для вашего ребенка. Внут­рен­нее Я чело­века рас­ши­ря­ется и раз­ви­ва­ется, когда он или она окру­жены людьми, высоко ценя­щими это Я и полу­ча­ю­щими удо­воль­ствие от наблю­де­ний за тем, как оно дей­ствует. Все это вы можете дать вашему ребенку, если осо­зна­ете, что перед вами живая, пуль­си­ру­ю­щая частица самой дей­стви­тель­но­сти и у вас есть дра­го­цен­ная, но мимо­лет­ная воз­мож­ность видеть ее, учиться у нее и полу­чать от нее радость. Вам, конечно, при­дется попрак­ти­ко­ваться, прежде чем вы смо­жете полу­чить какое-либо удо­воль­ствие от тех, сей­час рас­стра­и­ва­ю­щих вас реше­ний, при­ни­ма­е­мых ребен­ком. Но, осво­бо­див­шись от ощу­ще­ния своей ответ­ствен­но­сти за них, вы обна­ру­жите: стала легче заме­чать вооду­шев­ле­ние, юмор и чело­веч­ность в той или иной кон­фликт­ной ситу­а­ции. Может быть, какая-то неболь­шая часть вашего суще­ства уже заме­чает это; может быть, что-то, нахо­дя­ще­еся как бы за вашим созна­нием и рас­суд­ком, ино­гда ощу­щает всплеск удив­ле­ния и уми­ле­ния дей­стви­ями ребенка. Пере­жи­вает едва уло­ви­мое чув­ство сопри­част­но­сти тем наив­ным и нело­гич­ным иска­ниям, с помо­щью кото­рых он или она пыта­ются найти свое место в мире, и ощу­ще­ние того, насколько все это чело­вечно, про­ти­во­ре­чиво, ранимо и без­за­щитно. Эти пере­жи­ва­ния самой жизни, и любой, даже очень неболь­шой фраг­мент такого рода пере­жи­ва­ний не может не радовать.

Ощу­ще­ние пер­спек­тивы помо­гает учиться полу­чать такого рода радость от обще­ния с ребен­ком. Можно огля­нуться на свое про­шлое и при­пом­нить те наив­ные и нело­гич­ные поступки, кото­рые совер­шали вы сами, когда были в том же воз­расте, что и ваш ребе­нок. Или же можно пред­ста­вить: перед вами не ваш, а сосед­ский ребе­нок, и поэтому вы наблю­да­ете за его пове­де­нием как бы со сто­роны. Соседи и дру­гие взрос­лые в отли­чие от роди­те­лей зача­стую полу­чают гораздо больше удо­воль­ствия от обще­ния с детьми, лучше обща­ются и раз­го­ва­ри­вают с ними лишь потому, что, по-види­мому, не чув­ствуют себя ответ­ствен­ными за при­ни­ма­е­мыми ими реше­ния. Если ребе­нок неряш­ливо оде­ва­ется или часами смот­рит теле­ви­зор, то сосед может про­сто заме­тить это, его настро­е­ние от этого не изме­нится, и он не ска­жет: «Тебе сле­до­вало бы носить более при­лич­ную одежду» и т.д. почему бы и роди­телю не осво­ить ана­ло­гич­ную уста­новку и не стать более сво­бод­ным, чтобы полу­чать больше удо­воль­ствия от обще­ния с соб­ствен­ным ребенком?

Не зная всего этого, вы каж­дый раз могли встре­чать ребенка со сле­ду­ю­щей мыс­лью: «Она должна вести себя так-то и так-то; я еще посмотрю, делает ли она то, что должна делать» и «Я одобрю или же не одобрю то, что она делает». Если же вы хотите полу­чать больше радо­сти и удо­воль­ствия от обще­ния с ребен­ком, поста­рай­тесь заме­нить мысль: «Хотел(а) бы я знать, встала ли она нако­нец?» — сво­бод­ным и ней­траль­ным чув­ством любо­зна­тель­но­сти, так что вам уже не нужно будет ни одоб­рять, ни осуж­дать, но лишь радо­ваться про­ис­хо­дя­щему, как если бы вы про­сто смот­рели инте­рес­ное пред­став­ле­ние. Вы уви­дите, что вас ребе­нок посто­янно вас удив­ляет; и что одно из огром­ных пре­иму­ществ быть роди­те­лем как раз и состоит в том, чтобы уметь радо­ваться этим посто­ян­ным сюр­при­зам. Вы обна­ру­жите также: ино­гда вы зна­ете гораздо больше, чем ребе­нок, и пре­красно видите, что он или она явно идут в сто­рону неко­то­рых непри­ят­ных, болез­нен­ных послед­ствий. Однако наи­луч­шее, что вы можете сде­лать подоб­ной ситу­а­ции, — про­сто выска­зать, кон­ста­ти­ро­вать свое опа­се­ние, а затем дать воз­мож­ность этим послед­ствиям произойти.

Пред­ставьте себе: вы наблю­да­ете за тем, как бабочка ста­ра­ется выбраться из кокона. В дей­стви­тель­но­сти бабочка должна при­ло­жить немало уси­лий и в этом смысле испы­тать много «стра­да­ний», выби­ра­ясь из кокона, если тот доста­точно непо­дат­лив, прежде чем, взмах­нув кры­лыш­ками, поле­теть; если же ей «помочь» выбраться из кокона, то она скоро умрет. Зная это и пони­мая, что сын или дочь при­ни­мают реше­ния, кото­рые непре­менно при­ве­дут к непри­ят­но­стям, разум­ный роди­тель тем не менее поз­во­лит ребенку при­нять их и смо­жет по-насто­я­щему оце­нить и испы­тать радость от чело­веч­но­сти и неиз­беж­но­сти про­ис­хо­дя­щего, потен­ци­аль­ных воз­мож­но­стей и новизны, заклю­чен­ных в подоб­ного рода ситуациях.

Короче говоря, для того чтобы вы смогли совер­шить дан­ный шаг, мы сове­туем вам поз­во­лить себе радо­ваться живо­сти и непред­ска­зу­е­мо­сти ребенка – даже если то, чем он или она удив­ляют вас, пона­чалу вызы­вает лишь тре­вогу и беспокойство.

Если же вы хотите полу­чить кон­крет­ные реко­мен­да­ции, как можно уве­ли­чить радость и удо­воль­ствие от обще­ния с ребен­ком, попро­буйте про­де­лать сле­ду­ю­щие упражнения:

Составьте для себя спи­сок из десяти поступ­ков ребенка, кото­рые уди­вили вас или были неожи­дан­ными. Попро­буйте теперь найти в каж­дом из этих поступ­ков такие сто­роны, кото­рые могут вызвать у вас ощу­ще­ния радо­сти, удо­воль­ствия, вооду­шев­ле­ния. Опре­де­лите, что в каж­дом кон­крет­ном слу­чае кажется вам наив­ным в пове­де­нии ребенка, или напо­ми­нает ваши соб­ствен­ные поступки в про­шлом, или же – насколько тот или иной посту­пок харак­те­рен только для вашего ребенка, выяв­ляет его инди­ви­ду­аль­ность. Най­дите такие сто­роны каж­дого из этих поступ­ков, кото­рые поз­во­лили бы вам ска­зать: «Я пони­маю, почему она так сделала!»

Если же вам будет трудно про­ана­ли­зи­ро­вать это, попы­тай­тесь тогда пред­ска­зать, что сде­лает или ска­жет ребе­нок в тече­ние сле­ду­ю­щих пяти минут. Ска­жите что-нибудь ему или ей, напри­мер: «Мне на самом деле инте­ресно, что с тобой сей­час про­ис­хо­дит» — и посмот­рите, уда­лось ли вам уга­дать, каким будет его или ее ответ. Если вам уда­лось точно пред­ска­зать его, пора­дуй­тесь тому, что были правы; если же ошиб­лись, пора­дуй­тесь непред­ска­зу­е­мо­сти и неожи­дан­но­сти ответа!

Поду­майте о том, к чему стре­мится, чего хочет ваш ребе­нок. Обра­тите вни­ма­ние, есть ли вас, когда вы дума­ете об этом, хотя бы малей­шее пони­ма­ние ребенка и жела­ние, чтобы ребе­нок имел или делал, что хочет, и был, кем хочет, — и есть одно из про­яв­ле­ний той любви и той радо­сти, о кото­рых мы вам рассказываем.

Тре­тий шаг, кото­рый вы можете пред­при­нять, чтобы про­явить свою любовь к ребенку, — изме­не­ние ваших соб­ствен­ных мыс­лей и убеж­де­ний. Дан­ный шаг явля­ется чрез­вы­чайно важ­ным, поскольку между убеж­де­ни­ями людей и их дей­стви­ями суще­ствует тес­ней­шая вза­и­мо­связь. Не осо­зна­вая этого обсто­я­тель­ства, мы неиз­менно и посто­янно ведем себя так, чтобы под­твер­дить сво­ими дей­стви­ями истин­ность своих же внут­рен­них убеж­де­ний. Иначе говоря, если вы верите, что ваш ребе­нок (или вы сами) плох, бес­по­мо­щен или трус­лив, вы, совер­шенно не осо­зна­вая этого, будете и вести себя так, чтобы сде­лать вашего ребенка (или самого себя) именно таким. С дру­гой сто­роны, если вы убеж­дены, что он или она изна­чально наде­лены поло­жи­тель­ными каче­ствами, спо­собны при­ни­мать вер­ные реше­ния и само­сто­я­тельно руко­во­дить соб­ствен­ной жиз­нью, то вы неиз­бежно и без осо­бых уси­лий будете и воз­дей­ство­вать на ребенка именно в этом направ­ле­нии. Даже если при этом не про­из­но­сить ни одного слова, ребе­нок все равно узнает ваше мне­ние о нем уже по одному тому, как вы себя ведете, и будет со всей серьез­но­стью отно­ситься к этому мне­нию, поскольку вы – его роди­тель. А со вре­ме­нем сде­лает это мне­ние и своим соб­ствен­ным убеж­де­нием. А затем и вести себя в соот­вет­ствии с ним.

Здесь вы, воз­можно, ска­жете: «Но мой ребе­нок прямо сей­час совер­шает все эти про­ступки и при­ни­мает невер­ные реше­ния. Как же я могу изме­нить мое мне­ние обо всем этом?»

Для чело­века, при­ни­ма­ю­щего реше­ния, они обычно имеют как поло­жи­тель­ные, так и отри­ца­тель­ные послед­ствия; одни обна­ру­жи­ва­ются сразу же после выбора реше­ния и соот­вет­ству­ю­щего поступка, тогда как дру­гие дают о себе знать позд­нее. Чем более зрел и опы­тен чело­век, тем больше вни­ма­ния он уде­ляет отда­лен­ным послед­ствиям. Так, под­ростки склонны кон­цен­три­ро­ваться на бли­жай­ших резуль­та­тах своих реше­ний, тогда как роди­тели уде­ляют больше вни­ма­ния их след­ствиям в буду­щем. Это обсто­я­тель­ство – источ­ник мно­же­ства конфликтов.

Когда роди­тель вынуж­дает или пыта­ется выну­дить ребенка при­нять опре­де­лен­ное реше­ние, он обычно менее оза­бо­чен крат­ко­сроч­ными послед­стви­ями и больше вни­ма­ния уде­ляет более отда­лен­ным послед­ствиям этого реше­ния. Суще­ствует, однако, гораздо более отда­лен­ное послед­ствие, кото­рое игно­ри­ру­ется и роди­те­лям, и ребен­ком, а именно — науче­ние под­ростка видеть и учи­ты­вать все послед­ствия при­ня­того реше­ния. Учась дове­рять ребенку, поз­во­ляя ему при­ни­мать соб­ствен­ные реше­ния и сле­до­вать им, роди­тель доби­ва­ется и крат­ко­вре­мен­ного пре­иму­ще­ства бес­кон­фликт­но­сти отно­ше­ний с ребен­ком, и дол­го­сроч­ной выгоды, поскольку убеж­да­ется: тот посте­пенно науча­ется более ясно видеть и учи­ты­вать отда­лен­ные послед­ствия соб­ствен­ных реше­ний. Когда роди­тель предот­вра­щает (или пыта­ется предот­вра­тить) при­ня­тие ребен­ком реше­ния, при­во­дя­щего к неже­ла­тель­ным отда­лен­ным послед­ствиям, у ребенка ока­зы­ва­ется меньше воз­мож­но­стей ощу­тить на себя эти отри­ца­тель­ные послед­ствия; даже если он стал­ки­ва­ется с ними, то уде­ляет им недо­ста­точно вни­ма­ния, поскольку слиш­ком оза­бо­чен борь­бой про­тив кон­троля родителей.

Таким обра­зом, ваша вера в спо­соб­ность ребенка при­ни­мать пра­виль­ные реше­ния ока­зы­вает на эту его спо­соб­ность сти­му­ли­ру­ю­щее вли­я­ние. В то же время ваши преж­ние суж­де­ния о реше­ниях, при­ни­ма­е­мых ребен­ком, могут ока­заться слиш­ком заужен­ными, если при­нять во вни­ма­ние конеч­ные, наи­бо­лее общие цели вос­пи­та­ния. Напри­мер, реше­ние вашей дочери отпра­виться в уни­вер­маг, чтобы стя­нуть там что-нибудь, может иметь такие послед­ствия, кото­рые в конеч­ном счете при­ве­дут ее к твер­дой мысли нико­гда больше не воро­вать. С уче­том дан­ной пер­спек­тивы это послед­нее реше­ние может рас­смат­ри­ваться как правильное.

Как мы уже гово­рили, ваши внут­рен­ние убеж­де­ния вли­яют на то, что вы дума­ете о себе и что думает о вас ваш ребе­нок. Они уста­нав­ли­вают также огра­ни­че­ния на то, что вы можете сде­лать, каким можете стать, чего можете добиться в своей жизни. Изме­нив эти убеж­де­ния о себе и своем ребенке, вы можете суще­ственно повли­ять на все про­ис­хо­дя­щее в обще­нии с ним.

Вот пере­чень неко­то­рых убеж­де­ний, кото­рых зача­стую при­дер­жи­ва­ются роди­тели по отно­ше­нию к своим детям (парал­лельно при­во­дится пере­чень убеж­де­ний, кото­рые, ско­рее всего, сфор­ми­ру­ются у ребенка):

Роди­тель: «Я отве­чаю за то, что делает мой ребе­нок». «Он не будет делать этого». «Она не может при­ни­мать реше­ния». «Она глупа». «Он ненор­ма­лен». «Ее сле­дует ценить лишь постольку, поскольку она явля­ется “хоро­шей”: посе­щает школу, под­чи­ня­ется, сле­дит за собой, веж­лива, испол­ни­тельна». «Она не может забо­титься о себе».

Ребе­нок: «Папа (или мама) отве­чает за мои дей­ствия; я не отве­чаю за то, что делаю». «Я не буду делать этого». «Я не могу при­ни­мать реше­ния». «Я глупа». «Я ненор­ма­лен». «Меня ценят лишь за то, что я соот­вет­ствую жела­ниям дру­гих людей». «Реше­ния, кото­рые я при­ни­маю для самой себя, ничего не стоят». «Я не могу забо­титься о себе».

Нам хоте­лось бы, что бы тща­тельно про­ана­ли­зи­ро­вали сам спо­соб вашего мыш­ле­ния и изме­нили в пози­тив­ном направ­ле­нии каж­дое из этих убеж­де­ний. Например:

Роди­тель: «Мой ребе­нок отве­чает за то, что делает». «В любой ситу­а­ции он сде­лает так, как будет лучше для него». «Она может при­ни­мать реше­ния». «С ним все в порядке». «Я могу дове­рить ему заботу о самом себе». «Я не знаю, что он сде­лает в сле­ду­ю­щий раз, а ведь это так интересно…»

Ребе­нок: «Я отве­чаю за свои дей­ствия». «Конечно, я так сде­лаю». «Конечно, я могу при­ни­мать соб­ствен­ные пра­виль­ные реше­ния». «Со мной все в порядке». «Я могу и буду забо­титься о себе». «Я не без­раз­ли­чен маме, и она верит, что реше­ния, кото­рые я приму, будут для меня правильными».

Если изме­не­ние образа мыш­ле­ния в направ­ле­нии, пока­зан­ном этими переч­нями, все­рьез заин­те­ре­со­вало вас, мы реко­мен­дуем вам сде­лать следующее.
Вам пона­до­бятся неболь­шой блок пис­чей бумаги или несколько неболь­ших кар­то­чек для запи­сей и авто­ручка или каран­даш, кото­рые вы могли бы носить с собой на про­тя­же­нии несколь­ких дней. Затем в тече­ние дня отме­чайте, что вы дума­ете о ситу­а­циях, в кото­рых у вас воз­ни­кает про­блема с ребен­ком. Каж­дый раз, когда вы испы­ты­ва­ете в подоб­ной ситу­а­ции эмо­ци­о­наль­ный сиг­нал, фик­си­руйте воз­ни­ка­ю­щие у вас мысли о ребенке. Не нерв­ни­чайте и не мучай­тесь по поводу этих мыс­лей; про­сто отме­чайте для себя первую при­шед­шую вам в голову мысль, когда вы начи­на­ете думать о ребенке. Может быть, эта мысль будет такой: «Я нена­вижу все это», «Мне плохо от всего этого», «Она у меня дождется», «Так дело не пой­дет», «С ним что-то не так» и т.п. А теперь достаньте каран­даш и бумагу и запи­шите эту мысль.

После нее запи­шите новое пред­ло­же­ние, начи­на­ю­ще­еся име­нем вашего ребенка и завер­ша­ю­ще­еся сле­ду­ю­щим обра­зом: «… имеет все необ­хо­ди­мое для того, чтобы при­ни­мать само­сто­я­тель­ные реше­ния и рас­по­ря­жаться своей соб­ствен­ной жизнью».

Про­де­лы­вайте все это мето­дично на про­тя­же­нии несколь­ких дней – до тех пор, пока не заме­тите, что дан­ное соче­та­ние мыс­лей стало вашей при­выч­кой, т.е. что каж­дый раз, ощу­щая эмо­ци­о­наль­ный сиг­нал в связи с той или иной про­блем­ной ситу­а­цией, вы начи­на­ете сопро­вож­дать его обод­ря­ю­щей мыс­лью: «Мой ребе­нок имеет все необ­хо­ди­мое для того, чтобы при­ни­мать само­сто­я­тель­ные реше­ния и рас­по­ря­жаться своей соб­ствен­ной жизнью».

В этой главе мы стре­ми­лись помочь вам сни­зить ответ­ствен­ность, кото­рую вы все еще воз­ла­га­ете на себя и кото­рая рас­про­стра­ня­ется на реше­ния, при­ни­ма­е­мые ребен­ком в отно­ше­нии соб­ствен­ной жизни.

Хоте­лось бы только под­черк­нуть: мы вовсе не ратуем ни за то, чтобы поощ­рять и побуж­дать ребенка идти напе­ре­кор вам, ни за то, чтобы пре­не­бре­гать «тре­бо­ва­ни­ями» обще­ства. Вся эта система пере­ста­нет рабо­тать, как только вы хоть в какой-то мере будете игно­ри­ро­вать или хотя бы непра­вильно трак­то­вать стрем­ле­ния, исхо­дя­щие из вашего соб­ствен­ного внут­рен­него Я. Не сове­туем мы вам игно­ри­ро­вать и вашего ребенка или гово­рить ему, что вы не будете о нем забо­титься («Давай, давай – уви­дишь, забо­чусь ли я о тебе»). Вы можете про­дол­жать забо­титься о ребенке, инте­ре­со­ваться им, но в то же время вам сле­дует отка­заться от того, чтобы кон­тро­ли­ро­вать и направ­лять каж­дое из его решений.

В дан­ном слу­чае речь идет о ваших пред­став­ле­ниях о людях, о том, чтобы вы видели их не бес­по­мощ­ными – но спо­соб­ными при­ни­мать само­сто­я­тель­ными реше­ния, чтобы вы делали все воз­мож­ное, побуж­дая и поощ­ряя при­ня­тие вашим ребен­ком соб­ствен­ных решений.

Здесь роди­тели обычно выска­зы­вают нам свою глу­бо­кую оза­бо­чен­ность: а что может про­изойти, если они «поз­во­лят» сво­ему ребенку при­ни­мать само­сто­я­тель­ные решения?

Разве это не опасно?

Она может выйти из дома и будет ограб­лена, изна­си­ло­вана, убита, наконец.

Он не знает, как сле­дует себя вести; он попа­дет в насто­я­щую беду, если я не буду руко­во­дить им.

Обес­по­ко­ен­ность роди­те­лей вполне обос­но­ванна. Конечно же, в мире есть опас­но­сти, и детей (впро­чем, и взрос­лых тоже) каж­дый день изби­вают, наси­луют и даже уби­вают. Тем больше осно­ва­ний стре­миться к тому, чтобы как можно ско­рее сде­лать вашего ребенка ответ­ствен­ным за соб­ствен­ное пове­де­ние. Един­ствен­ная реаль­ная защита ребенка от всех этих опас­но­стей – это его здра­вый смысл и зна­ние, что именно сам он или она сама должны рас­по­зна­вать опас­но­сти и при­ни­мать по отно­ше­нию к ним соот­вет­ству­ю­щие реше­ния. Если же ребе­нок счи­тает, что бес­по­ко­иться по поводу опас­но­стей и при­ни­мать реше­ния – ваша обя­зан­ность, то он, ско­рее всего, пере­ло­жит все заботы на вас и будет без­за­ботно радо­ваться чув­ству своей пол­ной без­от­вет­ствен­но­сти. А вот это уже дей­стви­тельно опасно, потому что в дан­ном слу­чае ребе­нок ста­нет жить с убеж­де­нием, что опас­но­стей не суще­ствует, так как вы на страже и пере­хва­тите, ней­тра­ли­зу­ете все, что может доста­вить ему хоть какое-нибудь бес­по­кой­ство. Но на самом деле вы не можете все­гда быть на страже, не можете ней­тра­ли­зо­вать все опас­но­сти; и вот ребе­нок начи­нает жить с чув­ством лож­ной, мни­мой без­опас­но­сти… Таким обра­зом, луч­шее, что вы можете сде­лать, чтобы дей­стви­тельно защи­тить вашего ребенка от опас­но­стей, состоит, как мы пола­гаем, в сле­ду­ю­щем: дать понять ребенку, что вы пола­га­е­тесь на его спо­соб­ность при­ни­мать вер­ные решения.

Если же вы счи­та­ете, что надо отло­жить пере­дачу подоб­ной ответ­ствен­но­сти ребенку до тех пор, пока он сам не про­явит спо­соб­но­сти при­ни­мать ее, то пере­смот­рите, пожа­луй­ста, эти ваши пред­став­ле­ния. Совсем не обя­за­тельно люди ста­но­вятся более ответ­ствен­ными лишь потому, что взрос­леют; воз­можно, вы зна­ете трид­цати- или даже соро­ка­лет­них, кото­рые тем не менее так и не при­няли на себя ответ­ствен­ность за свою соб­ствен­ную жизнь. Люди учатся быть ответ­ствен­ными, ока­зы­ва­ясь в таких ситу­а­циях, где они знают, что дей­ствуют сами по себе, и где они при­ни­мают реше­ния, послед­ствия кото­рых отно­сят только на свой счет. Защи­щая ребенка от опас­ной жизни, вы рис­ку­ете поме­шать ему раз­вить в себе ту силу, кото­рая может спра­виться с этими опас­но­стями. Мы обна­ру­жили: в тех слу­чаях, когда детям пол­но­стью дове­ряют быть само­сто­я­тель­ными, эта спо­соб­ность неожи­данно обна­ру­жи­ва­ется даже у тех, о ком ранее нельзя было поду­мать ничего подоб­ного. Отсут­ствие веры у детей в свои соб­ствен­ные спо­соб­но­сти свя­зано, по-види­мому, с тем, что в эти спо­соб­но­сти не верят окружающие.

Если вам все еще трудно уйти от кон­троля за раз­лич­ными сто­ро­нами жизни ребенка, мы сове­туем вам отка­заться только от того, что почти не нару­шает вашего спо­кой­ствия и не свя­зано со сколько-нибудь суще­ствен­ным само­при­нуж­де­нием. Отло­жите все про­чее на буду­щее. Воз­можно, впо­след­ствии, уви­дев поло­жи­тель­ные резуль­таты того, что сде­лано сей­час, вы с боль­шей лег­ко­стью пере­да­дите ребенку еще больше ответ­ствен­но­сти. Все, что вы смо­жете осу­ще­ствить на этом пути, ока­жет впо­след­ствии бла­го­твор­ное воз­дей­ствие и на вас, и на вашего ребенка.

Глава 4. Как ваш ребенок может прореагировать на все это.

В преды­ду­щей главе мы гово­рили об уста­новке, сво­дя­щейся к непо­сред­ствен­ному жела­нию роди­теля видеть сво­его ребенка само­сто­я­тель­ным, при­ни­ма­ю­щим соб­ствен­ные реше­ния. В этой главе давайте обсу­дим, что же, ско­рее всего, про­изой­дет, когда вы нач­нете пере­да­вать ребенку право рас­по­ря­жаться его жизнью.
Что сде­лает с этой новой «сво­бо­дой» ваш сын или ваша дочь, если вы решите устра­ниться от обя­зан­но­сти при­ни­мать реше­ния за него или за нее?

Боль­шин­ство под­рост­ков, кото­рых мы знаем, утвер­ждают: их самое боль­шое жела­ние — больше сво­боды рас­по­ря­жаться своей соб­ствен­ной жиз­нью. Учи­ты­вая всю остроту и насущ­ность этого тре­бо­ва­ния, можно было бы пред­по­ло­жить, что, полу­чая сво­боду, они встре­тят ее радост­ным выра­же­нием лица и счаст­ли­вой улыб­кой. Верно, такое ино­гда слу­ча­ется; однако мы были пора­жены, как много детей вовсе не выгля­дели счаст­ли­выми, когда их роди­тели в конце кон­цов согла­ша­лись «поз­во­лить» им при­ни­мать само­сто­я­тель­ные реше­ния. Они выгля­дели, ско­рее, угрю­мыми и гово­рили при­мерно сле­ду­ю­щее: «Ты не забо­тишься обо мне», «Ты нико­гда не сде­ла­ешь этого» или даже (а это их под­лин­ные выска­зы­ва­ния): «Я не уве­рен, что готов при­ни­мать само­сто­я­тель­ные реше­ния» и «Пожа­луй­ста, про­дол­жай про­ве­рять меня!» И очень часто пер­вое, что под­ростки делают с этой новой сво­бо­дой, сво­дится к тому, что они начи­нают вести себя еще хуже, чем раньше, тем самым пыта­ясь, по край­ней мере отча­сти, выну­дить роди­те­лей вер­нуться к кон­тролю за ними (Это также отча­сти и «тести­ро­ва­ние», или про­верка серьез­но­сти наме­ре­ния роди­те­лей отка­заться от контроля).

Давайте посмот­рим, почему же они ведут себя таким образом.

Мы думаем, что одной частью сво­его суще­ства каж­дый ребе­нок дей­стви­тельно стре­мится к сво­боде, желает ее для того, чтобы иметь воз­мож­но­сти при­ни­мать ответ­ствен­ные реше­ния, отве­чать за свою жизнь, быть самим собой. Дру­гая же его часть боится этой сво­боды, хочет быть избав­лен­ной от нее и будет делать все воз­мож­ное, чтобы запо­лу­чить реше­ния, при­ня­тые где-то и кем-то еще.

И это далеко не дет­ская про­блема; каж­дое чело­ве­че­ское суще­ство живет с этим про­ти­во­ре­чием всю свою жизнь. С самого начала все мы хотим «делать по-сво­ему» и в то же время стре­мимся устра­ниться от этого. Каж­дый хочет про­яв­лять твер­дость, быть опре­де­лен­ным, при­ни­мать свои соб­ствен­ные реше­ния в жизни; и одно­вре­менно каж­дый хочет про­сто сле­до­вать без­опас­ным ста­рым при­выч­кам и поз­во­лять кому-то при­ни­мать реше­ния. Все мы немного похожи на цир­ко­вого льва из «Дон Кихота» Сер­ван­теса, стре­мив­ше­гося вырваться из своей клетки на про­стор рав­нин. Одна­жды дверь клетки ока­за­лась слу­чайно откры­той, и лев выбе­жал из нее на волю. Однако, как только он сде­лал это, тяжесть всей его сво­боды и ответ­ствен­но­сти обру­ши­лась на него, и, как ска­зано в романе, он повер­нулся и побе­жал обратно в клетку.

У всех нас тот же выбор, что был у этого льва; много раз на дню мы выби­раем между нашими соб­ствен­ными сме­лыми поступ­ками и сле­до­ва­нием уже гото­вым реше­ниям. Веро­ятно, боль­шин­ство из нас выби­раем ино­гда одно, ино­гда дру­гое и обычно стре­мимся уста­но­вить доста­точно ком­форт­ное рав­но­ве­сие между двумя спо­со­бами пове­де­ния. В общем-то мы даже не осо­знаем, что посто­янно делаем этот выбор.

Однако про­ис­хо­дя­щие в жизни собы­тия вновь и вновь вынуж­дают пере­смат­ри­вать выбор. В нашу жизнь вклю­ча­ются или же, наобо­рот, ухо­дят из нее зна­чи­мые для нас люди, мы науча­емся чему-то новому, завер­шаем свое обра­зо­ва­ние, всту­паем в брак, обза­во­димся детьми, и каж­дое такое изме­не­ние – это сво­его рода кри­зис, потому что застав­ляет нас вновь совер­шать дан­ный выбор; либо при­ни­мать больше соб­ствен­ных реше­ний, либо еще больше под­чи­нять свою жизнь внеш­ним обсто­я­тель­ствам. И нико­гда нельзя уста­но­вить окон­ча­тель­ное рав­но­ве­сие, поскольку у нас вновь и вновь появ­ля­ются новые воз­мож­но­сти выбора.

Веро­ятно, нашему чита­телю уже стало ясно: авторы этой книги отдают пред­по­чте­ние выбору в пользу соб­ствен­ных, само­сто­я­тель­ных, а не гото­вых реше­ний. Ведь в иде­але раз­ви­тие чело­века состоит в том, что он ста­но­вится все более и более спо­соб­ным к при­ня­тию все боль­шего числа само­сто­я­тель­ных реше­ний. Это и состав­ляет то, что с пси­хо­ло­ги­че­ской точки зре­ния мы назы­ваем ростом, взрос­ле­нием, ста­нов­ле­нием ответ­ствен­но­сти и сво­боды, рас­ши­ре­нием созна­ния чело­века. Важны оба выбора, и, более того, каж­дый из нас неиз­бежно вынуж­ден много раз совер­шать выбор в пользу уже гото­вых реше­ний; но мы убеж­дены, что, в конеч­ном счете, раз­ви­тие чело­века, иду­щее через все кри­зисы, при­во­дит к обре­те­нию им права рас­по­ря­жаться своей соб­ствен­ной жизнью.

Если вы испы­ты­ва­ете труд­но­сти с ребен­ком, то, ско­рее всего, вы оба пере­жи­ва­ете кри­зис; одна часть вашего Я стре­мится думать и посту­пать совер­шенно само­сто­я­тельно, а дру­гая вынуж­дает вас соот­вет­ство­вать неким внеш­ним тре­бо­ва­ниям, сооб­ра­же­ниям и целесообразностям.

Ребе­нок пере­жи­вает кри­зис потому, что дости­гает воз­раста, в кото­ром люди в нашем обще­стве начи­нают по-новому осо­зна­вать свою авто­ном­ность и само­сто­я­тель­ность. Если мы посмот­рим на ситу­а­цию, в кото­рой нахо­дится ребе­нок, то уви­дим, что до 11–12-летнего воз­раста он науча­ется очень мно­гому, но, весьма веро­ятно, по боль­шей части он усва­и­вает это от вас. Даже ребе­нок, кото­рый вся­че­ски этого сопро­тив­ля­ется, ско­рее всего, научится мно­гому, про­сто под­ра­жая вам как роди­телю: научится ходить, а не пол­зать, гово­рить, поль­зо­ваться во время еды не паль­цами, а вил­ком и лож­кой, ходить оде­тым, а не голым…

После того как все это ока­жется усво­ен­ным, для ребенка при­хо­дит время узнать еще кое-что не менее важ­ное, еще пол­нее осо­знать, что он или она – чело­век, лич­ность, суще­ству­ю­щая отдельно от вас или кого-либо еще, чело­век, рас­по­ря­жа­ю­щийся своей соб­ствен­ной жиз­нью. При нор­маль­ном раз­ви­тии ребе­нок дол­жен понять, что он или она не чья-то копия и что побуж­де­ния его или ее дей­ствий исхо­дят не извне, а изнутри. Для дости­же­ния такой цели ребе­нок дол­жен при­ни­мать реше­ния, кото­рые отли­ча­лись бы от ваших, про­сто для того, чтобы понять: он или она может порож­дать соб­ствен­ные идеи.

Внут­рен­няя потреб­ность в этом начи­нает нахо­дить выра­же­ние у людей в нашем обще­стве где-то между один­на­дца­тью и шест­на­дца­тью годами. В своей основе это вполне нор­маль­ное и поло­жи­тель­ное явле­ние, озна­ча­ю­щее, что ребе­нок взрос­леет, а отнюдь не то, что он или она нена­ви­дит вас или ста­но­вится хуже. Впо­след­ствии, когда ребе­нок уже прой­дет через все это и почув­ствует себя отдель­ным и само­сто­я­тель­ным чело­ве­ком, он может вер­нуться к вам и даже осу­ще­ствить мно­гие из ваших идей и начи­на­ний; но все это ста­нет воз­мож­ным только потому, что он сам захо­чет этого, реа­ли­зуя таким обра­зом, уже будучи взрос­лым, свое соб­ствен­ное наме­ре­ние (При­ня­тие нуж­ного ему или ей реше­ния, явля­ю­ще­гося одно­вре­менно тем же самым, на кото­ром наста­и­вают его или ее роди­тели, пред­по­ла­гает более высо­кий уро­вень зре­ло­сти, чем тот, кото­рый есть у боль­шин­ства под­рост­ков. Они чаще стре­мятся «пока­зать свою неза­ви­си­мость», делая прямо про­ти­во­по­лож­ное тре­бу­е­мому и не отда­вая себе отчета в том, что тем самым на деле демон­стри­рует свою зави­си­мость от родителей).

Здесь нам хоте­лось бы под­черк­нуть: это внут­рен­нее дав­ле­ние, вынуж­да­ю­щее ребенка при­ни­мать само­сто­я­тель­ные реше­ния, явля­ется для него поис­тине мучи­тель­ным. Ребе­нок ока­зы­ва­ется в поло­же­нии льва, для кото­рого настало время выхо­дить из клетки, при­ни­мать соб­ствен­ные реше­ния, но кото­рый уже напу­ган всем этим. Без­условно, что-то в ребенке нуж­да­ется в сво­боде – и это состав­ляет глав­ное направ­ле­ние раз­ви­тия; но обычно в нем суще­ствует и сво­его рода пани­че­ского страх от мысли о дей­стви­тель­ной сво­боде. Очень велико иску­ше­ние опять вбе­жать в «клетку», и боль­шин­ство детей про­де­лы­вают это многу раз.

Спо­соб, с помо­щью кото­рого дети вновь забе­гают в «клетку», состоит в том, чтобы выну­дить кого-либо еще при­ни­мать реше­ния за них. После­до­ва­тель­ность здесь при­мерно такова:

  1. У ребенка появ­ля­ется сме­лая мысль при­нять какое-то соб­ствен­ное ответ­ствен­ное решение.
  2. Ощу­ще­ние пани­че­ского страха овла­де­вает им или ею.
  3. Ребе­нок совер­шает нечто, что, как он или она знают, заде­нет вас – с тем, чтобы выну­дить вас при­нять решение.
  4. Вы реа­ги­ру­ете на это и, осу­ществ­ляя над­зор, браня, одоб­ряя или не одоб­ряя и т.д. фак­ти­че­ски гово­рите ему или ей, как сле­дует поступить.

Если ребенку удастся выну­дить вас или кого-либо еще ска­зать, как ему или ей сле­дует себя вести, заста­вить при­смат­ри­вать за ним или ней, одоб­рять или не одоб­рять его или ее пове­де­ние, тогда сам ребе­нок уже не дол­жен все это делать. Он или она теперь сво­бодны от необ­хо­ди­мо­сти при­ни­мать соб­ствен­ные реше­ния. Теперь, имея над собой дру­гого чело­века в каче­стве началь­ника, ответ­ствен­ного за при­ня­тие реше­ний, ребе­нок может вновь воз­му­щаться тво­ри­мым над ним «дик­та­том», громко наста­и­вать на своем стрем­ле­нии полу­чить сво­боду и в то же время делать все, что он хочет, не обре­ме­няя себя ответственностью.

Вновь и вновь про­хо­дить через такую после­до­ва­тель­ность не столь при­ятно, как может пока­заться на пер­вый взгляд; и замкну­тые, мрач­ные выра­же­ния лиц у мно­гих наших бес­по­кой­ных под­рост­ков отра­жают типич­ное для них настро­е­ние. Все это непри­ятно, поскольку ребе­нок нико­гда не может пол­но­стью реа­ли­зо­вать и исчер­пать до конца эту свою пози­цию. Нечто, заклю­чен­ное в самом ребенке, знает: выход из дан­ного поло­же­ния отнюдь не в том, чтобы жить в клетке, про­сто под­чи­ня­ясь реше­ниям дру­гих людей или игно­ри­руя их, а в том, чтобы быть сво­бод­ным и при­ни­мать соб­ствен­ные реше­ния; и это нечто посто­янно дей­ствует на под­ростка изнутри. Ребе­нок вновь и вновь побуж­да­ется к тому, чтобы выскольз­нуть на сво­боду, при­няв само­сто­я­тель­ное ответ­ствен­ное реше­ние. Однако все это похоже на выход из «клетки», сама мысль о кото­ром снова вызы­вает страх, — и поэтому ребе­нок быстро отбра­сы­вает ее. Он или она вновь делает так, чтобы спро­во­ци­ро­вать вас или кого-либо еще забрать весь кон­троль в свои руки; вынуж­дает вас бра­ниться или нака­зы­вать, одоб­рять или не одоб­рять, зада­вать вопросы, при­смат­ри­вать, гово­рить, что делать и что не делать. Как только вы про­ре­а­ги­ру­ете таким обра­зом, ребе­нок вновь ока­зы­ва­ется за две­рью «клетки»; он при этом, воз­можно, несчаст­лив, но по край­ней мере в без­опас­но­сти. Однако и это длится недолго, до тех пор, пока идея о необ­хо­ди­мо­сти рас­по­ря­жаться соб­ствен­ной жиз­нью не всплы­вает в его созна­нии снова. Круг повто­ря­ется, и ребе­нок дол­жен вновь и вновь мани­пу­ли­ро­вать вами, чтобы вы оста­ва­лись рядом.

Почти все­гда и вы, и ваш ребе­нок не осо­зна­ете, что дей­ству­ете по дан­ной схеме. И если мы зада­дим вопрос, почему вы дела­ете все это, то вряд ли вы пой­мете, о чем в дей­стви­тель­но­сти вас спра­ши­вают. И, тем не менее, весьма веро­ятно, что мно­гое из опи­сан­ного выше на самом деле про­ис­хо­дит между вами.

Мы можем также ска­зать, что в подоб­ных ситу­а­циях у ребенка выра­ба­ты­ва­ется пагуб­ная при­вычка к отри­ца­тель­ному вни­ма­нию. Каж­дый раз, как только появ­ля­ется воз­мож­ность при­нять соб­ствен­ное ответ­ствен­ное реше­ние, ребе­нок начи­нает вести себя так, чтобы спро­во­ци­ро­вать вас при­нять ответ­ствен­ность на себя. Вы дела­ете это, осу­ществ­ляя над­зор над ребен­ком с помо­щью отри­ца­тель­ного вни­ма­ния, как бы гово­ря­щего ему: «Я же ска­зал: ты дол­жен делать так-то и так-то». Даже не осо­зна­вая всего этого, боль­шин­ство под­рост­ков тем не менее очень хорошо пони­мают, что именно будет бес­по­ко­ить их роди­те­лей и как спро­во­ци­ро­вать взрос­лых именно на ту сте­пень огра­ни­че­ния, неодоб­ре­ния или нака­за­ния, кото­рые им нужны. В одной семье дети доби­ва­лись этого, долго не ложась спать, в дру­гой – говоря матери и отцу, что те о них не забо­тятся. Одна из извест­ных нам дево­чек-под­рост­ков делала это таким обра­зом: она напус­кала на себя совер­шенно невин­ный вид, а затем спра­ши­вала у сво­его отца что-нибудь вроде сле­ду­ю­щего: «Папа, что ты дума­ешь о девоч­ках, кото­рые забе­ре­ме­нели?» в то время ей еще не хоте­лось забе­ре­ме­неть, не испы­ты­вала она и инте­реса к тому, что думает ее отец на этот счет (так как это она уже знала); но такого рода вопрос давал ей именно ту сте­пень встре­во­жен­ного и обес­по­ко­ен­ного роди­тель­ского вни­ма­ния, кото­рая убеж­дала ее: отец по-преж­нему ведет себя как ее насто­я­щий сто­ро­же­вой пес, а сама она ни за что не должна отвечать.

Для того чтобы оста­ваться в под­чи­нен­ном, тре­ти­ру­е­мом поло­же­нии, тре­бу­ю­щем отри­ца­тель­ного вни­ма­ния, дети про­во­ци­руют такого рода вни­ма­ние не только с вашей сто­роны, но и со сто­роны любой дру­гой вла­сти; они делают также все воз­мож­ное, чтобы уси­ли­вать и даже созда­вать такое вни­ма­ние, где только воз­можно. Мно­гие под­ростки рас­ска­зы­вают своим дру­зьям о жесто­ко­сти, стро­го­сти или рав­но­ду­шии своих роди­те­лей, кото­рые для всего осталь­ного мира явля­ются совер­шенно спра­вед­ли­выми людьми; уме­ние опи­сы­вать наи­худ­шие сто­роны семей­ного вос­пи­та­ния счи­та­ются насто­я­щим шиком среди под­рост­ков. Ребе­нок доби­ва­ется той без­опас­но­сти, кото­рую мы здесь имеем в виду, пред­став­ляя себя в каче­стве непо­ня­того, без­на­деж­ного, кон­че­ного чело­века. А поскольку быть таким нельзя, не имея зло­дея рядом, ребе­нок про­сто обя­зан про­во­ци­ро­вать кого только можно (ско­рее всего, вас!) при­нять роль насто­я­щего дик­та­тора. Но и этого недо­ста­точно; ребе­нок дол­жен посто­янно про­во­ци­ро­вать вас, чтобы удер­жи­вать и вас, и самого себя в этих ролях.

Мы утвер­ждаем: мно­гое из того, что рас­стра­и­вает вас в пове­де­нии ребенка, совер­ша­ется им или ею не потому, что это так уж забавно и при­ятно само по себе, и не потому, что ребе­нок нена­ви­дит вас, но для того, чтобы заста­вить вас уде­лить ему или ей отри­ца­тель­ное вни­ма­ние и тем самым спа­сти от необ­хо­ди­мо­сти при­ни­мать соб­ствен­ные ответ­ствен­ные реше­ния. Дру­гими сло­вами, ребе­нок при­вы­кает к отри­ца­тель­ному вни­ма­нию как к сво­его рода нар­ко­тику, тогда как вы ока­зы­ва­е­тесь в поло­же­нии постав­щика, тор­говца этим нар­ко­ти­ком. Если раз­вить ана­ло­гию еще дальше, то можно ска­зать, что подоб­ный нар­ко­тик также ока­зы­вает весьма пагуб­ное, раз­ру­ши­тель­ное дей­ствие на ребенка: ваше отри­ца­тель­ное вни­ма­ние на самом деле поощ­ряет его укло­няться от при­ня­тия само­сто­я­тель­ных ответ­ствен­ных решений.

Короче говоря, то, что ребе­нок, ско­рее всего, полу­чает от роди­те­лей в под­рост­ко­вом воз­расте, — это отри­ца­тель­ное вни­ма­ние: брань, осуж­де­ние, обес­по­ко­ен­ный совет, раз­ного рода сви­де­тель­ства неодоб­ре­ния его пове­де­ния, а под­час и пре­ис­пол­нен­ные еще боль­шего отча­я­ния попытки кон­троля. То же, в чем ребе­нок дей­стви­тельно нуж­да­ется в этой ситу­а­ции, — это помощь, содей­ствие и поощ­ре­ние уста­новки на при­ня­тие соб­ствен­ных решений.

Во мно­гом сход­ная система вза­и­мо­от­но­ше­ний могла сло­житься и у вас с вашим ребен­ком. Теперь мы про­сим вас оста­вить попытки кон­тро­ли­ро­вать реше­ния, кото­рые на самом деле при­над­ле­жат вашему сыну или дочери. В соот­вет­ствии с дан­ной схе­мой он или она сна­чала, ско­рее всего, отре­а­ги­рует на это так, чтобы спро­во­ци­ро­вать вас вновь забрать кон­троль. Он или она может совер­шить любой посту­пок из тех, что мы пере­чис­лили в главе 1, или же раз­вить бур­ную актив­ность именно там, где вы только что предо­ста­вили ему или ей сво­боду, или же может начать про­во­ци­ро­вать вас каким-то иным, совер­шенно ори­ги­наль­ным способом.

Нам хоте­лось бы, чтобы вы были спо­койны и уве­ренны, когда при­дется столк­нуться с такого рода вспыш­ками, поэтому мы про­сим вас под­го­то­виться к ним зара­нее, изу­чив пред­ла­га­е­мые ниже реко­мен­да­ции о том, что можно сде­лать, если ваш ребе­нок будет реа­ги­ро­вать подоб­ным обра­зом. Но, прежде всего, пой­мите: чем более под­го­тов­лен­ными и спо­кой­ными вы будете по отно­ше­нию к самой воз­мож­но­сти про­во­ка­ци­он­ных реак­ций, тем менее силь­ными, ско­рее всего, они будут. В ситу­а­циях, в кото­рых отец и мать начали отка­зы­ваться от кон­троля (что, соб­ственно, мы и про­сим вас сде­лать), дети тем меньше пыта­ются про­во­ци­ро­вать роди­те­лей, чем более искренно и после­до­ва­тельно те про­во­дят при­ня­тое реше­ние в жизнь. Чем тверже вы решили сле­до­вать тому, о чем про­чли и чему начали учиться, изу­чая вто­рую главу книги, тем ско­рее дети пой­мут, что вы на самом деле хотите, чтобы они стали забо­титься о себе сами; и тем ско­рее они нач­нут вести себя соот­вет­ству­ю­щим образом.

Вот неко­то­рые советы на тот слу­чай, если ребе­нок – после того как вы отка­же­тесь от кон­троля над собы­ти­ями его жизни – пове­дет себя еще хуже.

Когда вы осо­зна­ете, что бес­по­ко­ив­шее вас ранее пове­де­ние повто­ри­лось вновь, вашей пер­вой реак­цией может быть вспышка гнева, досады, фруст­ра­ции. Если это так, ОСТАНОВИТЕСЬ – воз­дер­жи­тесь от того, чтобы гово­рить или делать что-либо до тех пор, пока не про­ду­ма­ете и не учтете сле­ду­ю­щие соображения:

А) Ваши пере­жи­ва­ния гнева, досады, фруст­ра­ции – пер­вый шаг на пути к предо­став­ле­нию ребенку отри­ца­тель­ного вни­ма­ния, кото­рым он или она обя­за­тельно вос­поль­зу­ется. Если вы будете про­дол­жать выра­жать эти пере­жи­ва­ния и дальше, это может лишь поощ­рить и укре­пить без­от­вет­ствен­ное пове­де­ние ребенка.

Б) Своим пове­де­нием ребе­нок не делает вам ничего пло­хого (напом­ним, что мы по-преж­нему все еще гово­рим о пунк­тах из перечня собы­тий жизни ребенка). Это пове­де­ние вли­яет на его жизнь, но не на вашу. Как же сде­лать так, чтобы гнев, досада и фруст­ра­ция, воз­ни­ка­ю­щие в связи с этим пове­де­нием, стали бы и пере­жи­ва­ни­ями ребенка? Успо­койте себя и рас­смот­рите ситу­а­цию в дол­го­вре­мен­ной перспективе.

Если это помо­жет несколько изба­виться от гнева и т.п., поста­рай­тесь пред­ста­вить, что все это делает не ваш ребе­нок, а кто-нибудь из ваших дру­зей или даже ваша тетя или ваш дядя. Вы можете почув­ство­вать при этом, что теперь не при­ни­ма­ете про­ис­хо­дя­щее так близко к сердцу, испы­ты­вая, ско­рее, чув­ства сожа­ле­ния, удив­ле­ния, воз­можно, оза­бо­чен­но­сти в связи с тем, что у дру­гого чело­века есть про­блема, но уж никак не чув­ства гнева или фрустрации.

В) Верно, конечно, что ребе­нок как бы под­тал­ки­вает вас к тому, чтобы вы снова взяли в свои руки внеш­ний кон­троль; но столь же верно и то, что в ребенке есть нечто, нуж­да­ю­ще­еся в сво­боде от этого кон­троля. Доверь­тесь же в вашем ребенке тому, что пре­красно может при­ни­мать вер­ные реше­ния и уже готова при­нять на себя кон­троль и ответ­ствен­ность, как только закон­чатся все столк­но­ве­ния между вами.

Какими бы ни были ваши пер­вые импуль­сив­ные пере­жи­ва­ния в связи с пове­де­нием ребенка, оста­вай­тесь тверды в своем реше­нии не заби­рать вновь рычаги управ­ле­ния в свои руки. Когда вы столк­не­тесь вновь с такого рода пове­де­нием, вы можете почув­ство­вать острое жела­ние отре­а­ги­ро­вать на него в при­выч­ной для вас манере: испы­тать огор­че­ние и сожа­ле­ние, выра­зить свою тре­вогу, начать зада­вать ребенку раз­ного рода вопросы, качать голо­вой, давать советы. НЕ ДЕЛАЙТЕ ЭТОГО. Очень может быть, вы сорве­тесь несколько раз – воз­можно, много раз, пока пол­но­стью не пре­одо­ле­ете при­вычку кон­тро­ли­ро­вать вашего ребенка. Воз­вра­щай­тесь к исход­ной точке столько раз, сколько потре­бу­ется для того, чтобы пре­одо­леть при­выч­ную реак­цию. Смот­рите на ваше отри­ца­тель­ное вни­ма­ние к ребенку как на опас­ный нар­ко­тик и отка­жи­тесь от того, чтобы пред­ла­гать его ребенку и дальше.

Вме­сто этого следует:

Сохра­нять в отно­ше­ниях с ребен­ком дру­же­ствен­ный и ува­жи­тель­ный тон. Поскольку ранее вы были постав­щи­ком отри­ца­тель­ного вни­ма­ния, теперь важно пред­ло­жить вза­мен нечто дру­гое. Суще­ствует два опре­де­ля­ю­щих эле­мента отри­ца­тель­ного вни­ма­ния: 1) оно имеет нега­тив­ный харак­тер и 2) оно обла­дает обычно боль­шим эмо­ци­о­наль­ным заря­дом. Поэтому хоро­шим «про­ти­во­ядием» для него будет уста­новка на общее при­ня­тие про­ис­хо­дя­щего и одно­вре­менно на рас­слаб­лен­ное, в пони­жен­ной, спо­кой­ной тональ­но­сти вза­и­мо­дей­ствие с ребен­ком. Посто­янно удер­жи­вайте в памяти: «Я посту­паю верно; про­блема не у меня, а вот у этого дру­гого чело­века» и «Ничего пло­хого этот чело­век мне не сделал».

В целом же кон­цен­три­руйте ваше вни­ма­ние на соб­ствен­ных делах так, чтобы ино­гда даже не заме­чать то пове­де­ние ребенка, кото­рое вли­яет только на его или ее жизнь. Если же вы все-таки заме­тили подоб­ное пове­де­ние, ничего не делайте до тех пор, пока 1) вы уже не можете отвлечься от него, а оно про­дол­жает бес­по­ко­ить вас или 2) оно не ока­жется в цен­тре вашего вни­ма­ния, т.е. до тех пор, пока сам ребе­нок не рас­ска­жет вам об этом пове­де­нии, или не нач­нет вести себя подоб­ным обра­зом прямо перед вами, или пока кто-либо еще – поли­ция, школь­ная адми­ни­стра­ция, соседи – не поста­вит вас в извест­ность об этом. И не разыг­ры­вайте из себя детек­тива, раз­уз­на­вая подроб­но­сти пове­де­ния ребенка…

Полу­чив подоб­ного рода ясное и опре­де­лен­ное сооб­ще­ние о тре­во­жа­щем вас пове­де­нии ребенка, можно при жела­нии пого­во­рить с ним или с ней; но делать это надо осо­бым обра­зом, при­ни­мая ответ­ствен­ность за свое пове­де­ние и в то же время отка­зы­ва­ясь от ответ­ствен­но­сти за пове­де­ние ребенка. Делать это сле­дует, поль­зу­ясь по пре­иму­ще­ству Я‑высказываниями, в кото­рых гово­рится о том, что вы дума­ете, чув­ству­ете, хотите, соби­ра­е­тесь делать, так что по суще­ству в них вы кон­цен­три­ру­е­тесь ско­рее на самом себе, чем на вашем ребенке.

Вот после­до­ва­тель­ность выска­зы­ва­ний, кото­рое можно вклю­чить в беседу с ребен­ком вза­мен про­яв­ле­ний при­выч­ного для вас отри­ца­тель­ного вни­ма­ния. Исполь­зуйте то, что, на ваш взгляд, вам подходит.

  1. Ясно сфор­му­ли­руйте в одном пред­ло­же­нии, о чем вы хотите ска­зать. Если дан­ное пове­де­ние при­влекло ваше вни­ма­ние не потому, что о нем рас­ска­зал вам сам ребе­нок, то объ­яс­ните, как было дело.

Сего­дня зво­нили из школы и ска­зали, что ты не был там уже десять дней.

Я заме­тила, что ты ездишь без шлема на мото­цикле сво­его друга. 

Мне сооб­щили из поли­ции, что тебе задер­жали в обще­ствен­ном месте за то, что ты был пьян. 

  1. Ска­жите ребенку, что вы чув­ству­ете по поводу этой ситу­а­ции, исполь­зо­вав при этом Я‑высказывание.

Я обес­по­ко­ена, слыша это. Я огор­чен этим. Я вол­ну­юсь, когда слышу это. Я удивлен. 

  1. Ука­жите на те послед­ствия, кото­рые вы видите.

Если ты сде­ла­ешь это, то, как мне пред­став­ля­ется, послед­ствия будут такими-то и такими-то.

Если же вы серьезно обес­по­ко­ены этим пове­де­нием, ска­жите ребенку о том, что при­шло вам в голову по поводу воз­мож­ных послед­ствий. Здесь вполне допу­стимо и при­со­чи­нить кое-что; это может даже помочь вам дове­сти свою фан­та­зию до абсурда. До тех пор пока вы отве­ча­ете за этот плод вооб­ра­же­ния (т.е. пред­став­ля­ете его в Я‑высказываниях и в каче­стве резуль­тата вашего раз­мыш­ле­ния), он не трав­ми­рует ребенка и не спро­во­ци­рует его на том, чтобы осу­ще­ствить, реа­ли­зо­вать на деле эту вашу фан­та­зию. Я пред­став­ляю, как ты бро­сишь школу, будешь шататься по ули­цам и тебя изна­си­луют, ты не смо­жешь найти работу и кон­чишь тем, что будешь жить на посо­бие для бед­ных. Я боюсь, что ты поедешь на мото­цикле, попа­дешь в ава­рию и полу­чишь уве­чье, тебя уве­зут в боль­ницу, сде­лают опе­ра­цию, ты полу­чишь неиз­ле­чи­мый моз­го­вой дефект и на всю жизнь ста­нешь невме­ня­е­мым и при­ко­ван­ным к постели. 

  1. При­знайте вашу бес­по­мощ­ность и одно­вре­менно выска­жите жела­ние, что сле­до­вало бы сде­лать вашему ребенку. Я хочу, чтобы ты закон­чил сред­нюю школу, и я знаю, что не могу кон­тро­ли­ро­вать тебя. Я бы хотела видеть тебя дома к десяти часам, но я знаю, что не могу тебя заста­вить сде­лать что-либо. Я бы хотел, чтобы ты бро­сил курить мари­ху­ану, хотя я знаю, что тут я не могу при­ни­мать решения. 
  2. Если это уместно и если у вас на самом деле есть такое жела­ние, напом­ните вашему ребенку (но всего лишь раз), что вы могли бы помочь в том слу­чае, если он захо­чет этого. Затем, если ребе­нок попро­сит вас помочь ему, убе­ди­тесь, что вы лишь пода­ете ему или ей руку помощи, а не овла­де­ва­ете всей ситу­а­цией. Выяс­ните поточ­нее, что именно будет полез­ным для ребенка, а затем огра­ничь­тесь только этим. Предо­ставьте ини­ци­а­тиву ребенку. Если же больше помощи не тре­бу­ется, то не вклю­чай­тесь в ситуацию.
  3. (Этот шаг очень важен.) Выска­жите убеж­де­ние в том, что ваш ребе­нок может при­нять и при­мет вер­ные реше­ния. Я знаю, что ты при­мешь для себя вер­ное реше­ние. Я уве­рена, что ты при­дешь к пра­виль­ному реше­нию. Я знаю, что у тебя есть все необ­хо­ди­мое, чтобы понять послед­ствия этого. 

Итак, общее обра­ще­ние к ребенку, кото­рое вы должны сфор­му­ли­ро­вать, когда заме­тите, что он занят чем-то, что явля­ется его делом, но, тем не менее, бес­по­коит вас, может быть при­мерно следующим:

Я вижу по этому уве­дом­ле­нию из школы, что ты про­ва­лил семестр. Я сожа­лею, что так полу­чи­лось, но знаю, что ты най­дешь для себя наи­луч­ший спо­соб, чтобы спра­виться с этим. Если я могу тебе помочь, скажи. 

Я заме­чаю, что ты слегка при­стра­стился к мари­ху­ане. Я не могу отде­латься от мысли, что ты изу­ве­чишь свой мозг и поте­ря­ешь спо­соб­ность к спор­тив­ным и школь­ным заня­тиям. Я хочу, чтобы ты бро­сил это, хотя знаю, что не в моей вла­сти заста­вить тебя сде­лать что-либо. И я знаю также, что ты при­мешь для себя пра­виль­ное реше­ние, каким бы оно ни было.

Ваш ребе­нок может сде­лать нечто, что ока­жет на вас дав­ле­ние извне и будет побуж­дать вас вме­шаться. Напри­мер, могут пожа­ло­ваться соседи по поводу ущерба, при­чи­нен­ного им вашим сыном или вашей доче­рью; пред­ста­ви­тели школы могут при­звать вас к ответ­ствен­но­сти за про­ступки ребенка; могут позво­нить среди ночи из поли­ции и ска­зать, что ваш ребе­нок задер­жан и вы должны забрать его…

В такого рода ситу­а­циях ребе­нок как бы при­вле­кает на свою сто­рону обще­ство, чтобы оно заста­вило вас при­нять на себя ответ­ствен­ность за него или нее. Будет лучше, если вы не под­да­ди­тесь, несмотря на это дав­ле­ние. Спо­койно делайте то, что, как вы чув­ству­ете, пред­став­ля­ется вам пра­виль­ным, делайте это без каких-либо усту­пок ока­зы­ва­е­мому на вас дав­ле­нию, не поз­во­ляйте себе ругаться, обви­нять, зада­вать вопросы, игно­ри­ро­вать ребенка или (что также явля­ется одной из усту­пок дав­ле­нию) испы­ты­вать чув­ство вины из-за того, что ваш ребе­нок сде­лал что-то не так. Вам будет нелегко; и мы далеки от того, чтобы отно­ситься к этому как-то облег­ченно. Здесь может помочь зара­нее состав­лен­ный план, в кото­ром ука­зано, что именно вы будете делать, если вам позво­нят с подоб­ного рода изве­сти­ями. То, каким обра­зом вы узна­ете о про­ступке ребенка, может застать вас врас­плох, и поэтому полезно ска­зать себе зара­нее: «Что бы ни слу­чи­лось, я спо­койно и не спеша пред­приму то, что пока­жется мне наи­луч­шим, не под­да­ва­ясь при этом ничьему дав­ле­нию и не наме­ре­ва­ясь сде­лать сразу то, что будет хотеть и ждать от меня кто-либо еще».

Если вы про­дол­жа­ете оста­ваться в состо­я­нии рас­слаб­ле­ния, то подоб­ную ситу­а­цию можно даже исполь­зо­вать для того, чтобы полу­чить неко­то­рое пре­иму­ще­ство и пока­зать: на самом деле вы видите именно ребенка, а не себя ответ­ствен­ным за его или ее дей­ствия. Напри­мер, когда вам зво­нит сосед, поста­рай­тесь сде­лать так, чтобы с ним пого­во­рил по теле­фону ребе­нок, и предо­ставьте ему воз­мож­ность ула­дить это дело. Если сооб­щат из школы, что ваш ребе­нок плохо себя ведет, ска­жите в ответ, что даете им пол­ное право делать все, что при­нято в подоб­ных слу­чаях, и про­сто пере­дайте раз­го­вор ребенку. Если вы полу­ча­ете из школы гроз­ное письмо, адре­со­ван­ное роди­те­лям, лучше всего отдать его ребенку, ска­зав что-нибудь вроде этого: «Я пола­гаю, что это для тебя, Боб». Если вам сооб­щают из поли­ции, чтобы вы забрали сына или дочь из при­ем­ника для несо­вер­шен­но­лет­них, то дого­во­ри­тесь сде­лать это тогда, когда удобно вам; не летите туда среди ночи и не пре­ры­вайте из-за этого свою работу. Такие дей­ствия как бы гово­рят ребенку: вы в доста­точ­ной мере про­яв­ля­ете заботу о нем как о чело­веке, спо­соб­ном к при­ня­тию реше­ний, но не соби­ра­е­тесь выз­во­лять его из этих непри­ят­но­стей – и послед­ствия подоб­ного пове­де­ния будут ложиться гру­зом не на ваши, а на его плечи.

Что же сле­дует делать, если ребе­нок пред­при­ни­мает что-нибудь совсем уж край­нее, потен­ци­ально опас­ное для него и дру­гих людей: начи­нает уси­ленно пить или упо­треб­лять нар­ко­тики, серьезно угро­жает покон­чить с собой или пред­при­ни­мает попытку само­убий­ства, пред­на­ме­ренно угро­жает окру­жа­ю­щим? Все это, на наш взгляд, пред­став­ляет собой осо­бый слу­чай. Когда дети делают то, что явно гро­зит им аре­стом или боль­ни­цей, мы счи­таем, что на неко­то­рое время внеш­ний кон­троль им нуж­нее больше, чем сво­бода, при­чем такой кон­троль, кото­рый будет гораздо силь­нее вашего и кото­рый они не смо­гут пре­одо­леть. Прин­ципы, фор­му­ли­ру­е­мые в этой книге, при­ло­жимы к этим детям в той же сте­пени, как и к любым дру­гим, но мы чув­ствуем, что эле­мент физи­че­ской опас­но­сти делает подоб­ные ситу­а­ции слиш­ком слож­ными, если вы будете пытаться спра­виться с ними в оди­ночку. Такие дети, как пра­вило, уже имели дело с пред­ста­ви­те­лями вла­сти, спо­соб­ными нала­гать на ситу­а­цию доста­точно жест­кие огра­ни­че­ния, — с поли­цией, меди­цин­ским пер­со­на­лом и т.д. В подоб­ных слу­чаях мы сове­туем вам мак­си­мально исполь­зо­вать все, что могут сде­лать эти люди, уста­нав­ли­вая огра­ни­че­ния для вашего ребенка. Работа по про­грамме, пред­ло­жен­ной в этой книге, будет для вас отлич­ным допол­не­нием к вос­пи­та­нию детей, достав­ля­ю­щих вам такого рода беспокойства.

Итак, через неко­то­рое время после того, как вы пере­да­дите ребенку ответ­ствен­ность за его или ее соб­ствен­ные реше­ния, вам сле­дует ждать послед­ствий этого — в диа­па­зоне от быст­рого улуч­ше­ния ситу­а­ции до раз­ного рода вспы­шек и даже еще боль­шего ухуд­ше­ния пове­де­ния ребенка. Не бой­тесь этих воз­мож­ных вспы­шек. Если вы готовы к ним, они не будут пугать вас, и если вы тверды и искренни в своих наме­ре­ниях и дей­ствиях, пере­да­вая ребенку ответ­ствен­ность за его соб­ствен­ные реше­ния, то эти вспышки, ско­рее всего, будут сла­быми и крат­ко­вре­мен­ными. Когда они пре­кра­тятся, а это обя­за­тельно про­изой­дет, если вы будете сле­до­вать нашим реко­мен­да­циям, у вас будет пол­ное право радо­ваться пози­тив­ным и бла­го­при­ят­ным изме­не­ниям исход­ной слож­ной ситуации.

И еще один, послед­ний совет, прежде чем вы нач­нете при­ме­нять все эти идеи в обще­нии с вашим ребен­ком: не сда­вай­тесь. Вы можете ока­заться в числе тех роди­те­лей, кото­рые какое-то время либо совсем не видят пере­мен, либо видят лишь незна­чи­тель­ные изме­не­ния в своих детях и в самих себе даже тогда, когда, кажется, сде­лано все, что мы реко­мен­дуем. Важно про­дол­жать сле­до­вать пред­ла­га­е­мому под­ходу и быть пре­дельно вни­ма­тель­ными к тем слу­чаям, когда, даже не отда­вая себе в этом отчета, вы все еще про­дол­жа­ете вести себя по-ста­рому. Исполь­зуя этот под­ход, вы выра­ба­ты­ва­ете и для себя, и для вашего ребенка новое вос­при­я­тие окру­жа­ю­щего. Выпол­няя все то, что реко­мен­ду­ется в этой книге, можно сде­лать мно­гое, чтобы про­дви­нуться в дан­ном направ­ле­нии. Но помимо внеш­них дей­ствий суще­ствует также внут­рен­нее ощу­ще­ние про­ис­хо­дя­щих изме­не­ний, кото­рое вы должны куль­ти­ви­ро­вать в себе. Может слу­читься и так, что вы и ваш ребе­нок прой­дете через еще боль­шие столк­но­ве­ния, дой­дете до пре­дела; и только потом ситу­а­ция нач­нет улуч­шаться. Так что сдер­жи­вайте себя и будьте готовы пройти через все. Исхо­дите из сле­ду­ю­щей посылки: все, что вы дела­ете согласно нашим реко­мен­да­циям, на самом деле помо­гает, поло­жи­тель­ные резуль­таты будут накап­ли­ваться и при­ве­дут вас к счаст­ли­вому финалу – вне зави­си­мо­сти от того, видите ли вы или нет про­ме­жу­точ­ные пози­тив­ные изме­не­ния. То, что это может про­изойти, мы знаем от мно­гих отча­яв­шихся роди­те­лей, с кото­рыми нам дове­лось работать.

Теперь, если вы про­чли и про­ду­мали содер­жа­ние тре­тьей и чет­вер­той глав, а также про­де­лали все то, что мы в них реко­мен­до­вали, вы готовы к пра­виль­ной пере­даче ребенку кон­троля над его соб­ствен­ной жиз­нью. Для того чтобы сде­лать это, вер­ни­тесь назад ко вто­рой главе. Затем обра­ти­тесь к пятой главе, изу­чая содер­жа­ние кото­рой вы посте­пенно будете при­учаться брать ответ­ствен­ность за свое бла­го­по­лу­чие и сча­стье; это помо­жет вам зало­жить основу для работы с пунк­тами перечня собы­тий соб­ствен­ной жизни.

Глава 5. Принятие ответственности за свою собственную жизнь.

Давайте нач­нем теперь гото­виться к тому, чтобы успешно справ­ляться с пунк­тами, остав­ши­мися в вашем исход­ном списке и отно­ся­щемся к перечню собы­тий нашей жизни. В этой и сле­ду­ю­щей гла­вах мы будем рабо­тать над тем, чтобы помочь вам сфор­ми­ро­вать базо­вую уста­новку, кото­рая поз­во­лит справ­ляться с дан­ными пунк­тами. Эту уста­новку мы назы­ваем «забота о самом себе» — пони­мая ее как про­яв­ле­ние ува­же­ния, уве­рен­но­сти и дове­рия в отно­ше­нии соб­ствен­ного внут­рен­него Я.

Если вы испы­ты­ва­ете бес­по­кой­ство либо по поводу пове­де­ния ребенка, либо по какой-то дру­гой при­чине, то можно с уве­рен­но­стью ска­зать, что вы не поза­бо­ти­лись о ваших соб­ствен­ных нуж­дах и потреб­но­стях. Вы игно­ри­ру­ете, не слы­шите, не осо­зна­вая этого, ваш внут­рен­ний голос.

У каж­дого из нас есть сво­его рода внут­рен­ний сиг­наль­щик, внут­рен­нее Я, посто­янно посы­ла­ю­щее нам сокро­вен­ные и дерз­кие мысли:

Я чув­ствую…

Я хочу…

Я желаю…

Я могу…

Я наме­рен…

Я соби­ра­юсь…

В иде­але суще­ствует силь­ная пози­тив­ная связь между вами и этим внут­рен­ним сиг­наль­щи­ком. Вы слы­шите его, ува­жа­ете его, забо­ти­тесь о нем, дове­ря­ете ему руко­во­дить вашими дей­стви­ями, и в свою оче­редь он вполне заслу­жи­вает такого рода отно­ше­ние и дове­рия. Вашу глав­ную задачу в жизни можно рас­смат­ри­вать как осу­ществ­ле­ние этого вашего внут­рен­него Я.

Однако мно­гие из нас еще в очень ран­нем воз­расте науча­ются игно­ри­ро­вать этот внут­рен­ний голос – и даже бояться его. Мы дохо­дим до того, что вовсе не слы­шим его и вме­сто этого выра­ба­ты­ваем у себя при­вычку кон­цен­три­ро­вать вни­ма­ние на инфор­ма­ции, посту­па­ю­щей к нам извне, чтобы с ее помо­щью руко­во­дить своим поведением.

Боль­шин­ство пред­став­ле­ний о том, как сле­дует посту­пать «хоро­шему роди­телю», как раз и явля­ются тако­выми; они исхо­дят из обще­ства, а не от вас , не от вашего соб­ствен­ного здра­вого смысла.

Игно­ри­ро­ва­ние сво­его внут­рен­него голоса настолько обще­при­нято, что вхо­дит в при­вычку, и чело­век ста­но­вится спо­соб­ным слы­шать и забо­титься о том, чтобы нужно дру­гим людям, но не слы­шит и не обра­щает вни­ма­ния на соб­ствен­ные нужды и потребности.

Когда один пре­зи­дент фирмы, будучи с женой в ресто­ране, ощу­тил озноб из-за того, что слиш­ком сильно рабо­тал кон­ди­ци­о­нер, он посчи­тал себя обя­зан­ным молча сдер­жать дрожь. Однако, когда жена пожа­ло­ва­лась, что ей холодно, он немед­ленно попро­сил офи­ци­анта отре­гу­ли­ро­вать кондиционер.

Моло­дая мать, поку­пая про­дукты, ори­ен­ти­ро­ва­лась на то, чтобы они отве­чали пред­по­чте­ниям каж­дого члена семьи – за исклю­че­нием ее самой. Ей про­сто не при­хо­дило в голову учесть, что и она имеет какие-то свои пристрастия. 

Вы можете игно­ри­ро­вать свой внут­рен­ний голос до такой сте­пени, что в конце кон­цов даже ваше настро­е­ние начи­нает опре­де­ляться уже не тем, что хочет и чув­ствует ваш соб­ствен­ный сиг­наль­щик, но тем, что делают и гово­рят дру­гие люди. Весьма веро­ятно, даже сей­час ваше настро­е­ние зави­сит от ребенка:

Вы чув­ству­ете себя пре­красно, если он или она – «хоро­шие», весе­лые или хорошо учатся в школе. 

Вы чув­ству­ете себя несчаст­ным, если он или она совер­шают про­ступки, неве­селы или не успе­вают в школе. 

Если это так, то ваше настро­е­ние опре­де­ля­ется извне, дру­гим чело­ве­ком. Про­ис­хо­дит так, как если бы вы пере­дали ребенку изна­чально при­над­ле­жа­щую вам власть над вашими пере­жи­ва­ни­ями, над соб­ствен­ной жиз­нью. Теперь он опре­де­ляет ваше настро­е­ние, и все, что вам оста­ется делать, — это чув­ство­вать себя бес­по­мощ­ным, а воз­можно, и оби­жен­ным тем, как ваш ребе­нок рас­по­ря­жа­ется этой властью.

Мы убеж­дены, что каж­дый раз, когда вы обра­ща­ете свой взор вовне, для того чтобы (игно­ри­руя соб­ствен­ного внут­рен­него сиг­наль­щика) опре­де­лить для себя линию пове­де­ния, вы тем самым изме­ня­ете самому себе. Если бы вы были по-насто­я­щему вос­при­им­чивы к внут­рен­нем голосу, то могли бы услы­шать, как он вскри­ки­вает от боли каж­дый раз, когда вы дела­ете это. В иде­але у этого внут­рен­него Я есть защит­ник, и этот защит­ник – вы, и когда вам не уда­ется услы­шать его, то это озна­чает, что вы остав­ля­ете, бро­са­ете его без защиты. Когда такое слу­ча­ется, воз­ни­кают пере­жи­ва­ния депрес­сии, обиды, фруст­ра­ции. Люди почти все­гда пере­жи­вают эти непри­ят­ные чув­ства, когда им при­хо­дится иметь дело с собы­ти­ями, про­ис­хо­дя­щими во внеш­нем мире, такими, напри­мер, как раз­ного рода про­ступки их детей.

Я испы­ты­ваю депрес­сию из-за того, что мой сын сбился с дороги.

Я испы­ты­ваю фруст­ра­цию, потому что дочь совсем не хочет ходить в школу. 

Мы убеж­дены, однако, что на самом деле эти пере­жи­ва­ния все­гда обу­слов­лены изме­ной чело­века сво­ему соб­ствен­ному сиг­наль­щику, кото­рый начи­нает испы­ты­вать все больше и больше отча­я­ния и подав­лен­но­сти по мере того, как все больше его сиг­на­лов игно­ри­ру­ются, оста­ются без внимания.

Для даль­ней­шей работы с кни­гой важно вновь всту­пить в кон­такт с этим внут­рен­ним сиг­наль­щи­ком, посвя­тить себя заботе о нем, быть пре­дан­ным ему, предо­ста­вить себя заботе о нем, быть пре­дан­ным ему, предо­ста­вить ему соот­вет­ству­ю­щее поло­же­ние в каче­стве инстан­ции, руко­во­дя­щей вашим пове­де­нием. Нам очень хоте­лось бы, чтобы у вас появи­лась при­вычка забо­титься о соб­ствен­ных нуж­дах и потребностях.

В этой главе мы пред­ла­гаем несколько спе­ци­аль­ных упраж­не­ний, цель кото­рых состоит в том, чтобы помочь вам научиться обра­щать вни­ма­ние на свой внут­рен­ний голос. Пер­вые четыре упраж­не­ния сле­дует про­де­лать при пер­вом про­чте­нии книги, а осталь­ные три – когда вы более осно­ва­тельно зай­ме­тесь под­го­тов­кой себя к отста­и­ва­нию соб­ствен­ных прав.

Пер­вое упражнение

Пред­ставьте себе всех тех людей, о кото­рых вы должны забо­титься, за жизнь и пове­де­ние кото­рых вы чув­ству­ете ответ­ствен­ность. Прямо сей­час, до того как вы нач­нете читать дальше, сосчи­тайте их на пальцах.

Когда вы сосчи­та­ете всех тех, кто отно­сится к этой кате­го­рии, оста­но­ви­тесь и задайте себе сле­ду­ю­щий вопрос: «Вклю­чила ли я в этот спи­сок себя?»

Мно­гие роди­тели, кото­рых мы знаем, вкла­ды­вают много сил и энер­гии в заботу о людях и с готов­но­стью рас­про­стра­няют эту заботу на кого угодно – за исклю­че­нием самих себя. Разве не оче­видно, что это непо­силь­ная ноша для внут­рен­него Я любого человека?

Вто­рое упражнение

Убе­див­шись, что вы все же вклю­чили самого себя в окон­ча­тель­ный спи­сок людей, за кото­рых вы несете ответ­ствен­ность, пред­ставьте, что вы вдруг обна­ру­жили: у вас есть еще один ребе­нок, при­чем ребе­нок, кото­рому вы уде­ляли мало вни­ма­ния. Этот ребе­нок – ваше соб­ствен­ное внут­рен­нее Я. А теперь спро­сите себя, уде­ляли ли вы этому ребенку столько же вре­мени, заботы и вни­ма­ния, сколько отда­вали дру­гим людям, о кото­рых вы забо­ти­тесь? Не кажется ли вам, что в каком-то смысле вы похожи на мачеху из сказки: ведь вы обра­ща­е­тесь с вашим внут­рен­ним ребен­ком, как с Золуш­кой, и пред­по­чи­та­ете ему дру­гих людей – точно так же, как мачеха пред­по­чи­тала ей свод­ных сестер?
При­мите же теперь реше­ние: чем бы вам не при­шлось зани­маться в жизни, вы будете забо­титься о вашем соб­ствен­ном внут­рен­нем Я.

Тре­тье упражнение

Сядьте за стол, возь­мите лист бумаги и каран­даш и напи­шите ответ на сле­ду­ю­щий вопрос: «В чем состоят мои обя­зан­но­сти по отно­ше­нию к ребенку?» (Не читайте дальше, пока не отве­тите пол­но­стью на этот вопрос.)

Теперь напи­шите ответ на такой вопрос: «В чем состоят обя­зан­но­сти ребенка по отно­ше­нию ко мне?»

Когда Вы отве­тите на оба вопроса, срав­ните ответы. Полу­чи­лась ли у вас сво­его рода улица с дву­сто­рон­ним дви­же­нием, так что Вы и ваш ребе­нок обя­заны по отно­ше­нию друг к другу при­мерно рав­ным обра­зом? Или же эта улица ока­за­лась с одно­сто­рон­ним дви­же­нием? Если это так, то известна ли вам хотя бы одна при­чина, почему так «должно» быть?

Теперь посмот­рите, под­хо­дит ли вам такого рода поло­же­ние: «Я ничего не должна моему ребенку. Мой ребе­нок ничего не дол­жен мне. Каж­дый из нас – сво­бод­ный чело­век, спо­соб­ный рас­по­ря­жаться своей соб­ствен­ной жиз­нью и сво­бод­ный делать для дру­гого то, что он хочет делать».

Про­верьте также, насколько под­хо­дит для вас такого рода идея: «Я не должна посвя­щать всего себя кому-либо еще. Я в долгу прежде всего перед самой собой».

Чет­вер­тое упражнение

Про­верьте, какие чув­ства вызы­вают у вас сле­ду­ю­щие пред­ло­же­ния, когда Вы про­из­но­сите их вслух:

Я имею право побыть в одиночестве.

Я имею право на ува­жи­тель­ное обращение.

Я имею право быть счастливым.

Я имею право сво­бодно рас­по­ря­жаться своим временем.

Теперь спро­сите себя: «Кто несет ответ­ствен­ность за то, чтобы я обла­дала этими правами?»

При­киньте для себя также такую идею: «Я должна предо­ста­вить эти права моему внут­рен­нему Я».

Вполне воз­можно, что эти идеи пока­жутся вам оше­лом­ля­ю­щими, даже шоки­ру­ю­щими. Довольно часто роди­тели упре­кают нас: «Разве это не эго­и­стично – забо­титься о себе? Разве это не амо­рально? Окру­жа­ю­щие осу­дят меня, и мне при­дется испы­ты­вать чув­ство вины». Вот неко­то­рые ответы на эти вопросы.

Мы не сове­туем вам ста­но­виться эго­и­стами и тира­нить окру­жа­ю­щих. Мы лишь насто­я­тельно про­сим, чтобы Вы предо­ста­вили вашему внут­рен­нему Я рав­ные права с дру­гими людьми и чтобы Вы верили: делая так, Вы не только не при­чи­ните вреда окру­жа­ю­щим, но в дей­стви­тель­но­сти будете им полезны. Об этом хорошо ска­зал Шекспир:

Всего пре­выше: верен будь себе.

Тогда, как утро сле­дует за ночью, 

Не будешь веро­лом­ным ты ни с кем.

Вы смо­жете дать дру­гим что-либо только в том слу­чае, если сна­чала у вас будет что дать. Если вас будет окру­жать тысяча уми­ра­ю­щих от жажды людей, а у вас лишь пустое ведро, то Вы ничего не смо­жете сде­лать, пока не напол­ните его водой. Учиться быть пре­дан­ным и забот­ли­вым по отно­ше­нию к сво­ему соб­ствен­ному внут­рен­нему Я – это и озна­чает напол­нять водой свое ведро. Утвер­див­шись в этом, Вы гораздо лучше, чем раньше, смо­жете забо­титься и о дру­гих людях. Так будет потому, что Вы ста­нете помо­гать окру­жа­ю­щим только в том слу­чае, если Вы этого захо­тите, а вовсе не потому, что «должны» это делать; а такой вид помощи, учи­ты­вая вашу доб­рую волю, имеет совер­шенно иной, гораздо боль­ший смысл, чем помощь из чув­ства долга.

Вы можете иметь очень силь­ное жела­ние быть тем источ­ни­ком, из кото­рого про­ис­те­кает энер­гия во благо дру­гих людей. Если это так, помните: эта энер­гия может исхо­дить из вас только при усло­вии, если ее источ­ник открыт и не забло­ки­ро­ван. Быть в хоро­ших отно­ше­ниях со своим внут­рен­ним Я, забо­титься о нем и при­ни­мать его руко­вод­ство – вот что откры­вает источ­ник такой энергии.

Мы убеж­дены: изна­чально, в своей основе, людей делают счаст­ли­выми любовь, сотруд­ни­че­ство, предо­став­ле­ние сво­боды дру­гим и ощу­ще­ние их сча­стья. И если Вы на самом деле дадите пол­ную сво­боду вашему сиг­наль­щику, он при­ве­дет вас ко всему этому. Не сле­дует бояться, что он толк­нет вас к эго­и­стич­ным и деструк­тив­ным поступ­кам. Доверь­тесь ему – и уви­дите, что он оправ­дает ваше доверие.

И нако­нец, ваша забота о себе явля­ется бла­гом не только для вас, но и для вашего ребенка. Мы неод­но­кратно испы­ты­вали глу­бо­кое и силь­ное впе­чат­ле­ние от того, как поло­жи­тель­ные послед­ствия боль­шей, нежели ранее, заботы чело­века о самом себе рас­про­стра­ня­ются также на дру­гих зна­чи­мых для него людей. Если ваш ребе­нок делает что-либо, что отно­сится уже к перечню собы­тий вашей жизни, то он или она вос­при­ни­мает вас, по-види­мому, не как реаль­ного, живого чело­века, но как некую тень, вещь, как некое удоб­ство. Ребе­нок может рас­це­ни­вать вас при­мерно так же, как он или она рас­це­ни­вают топ­лив­ный насос: как нечто, что лишь снаб­жает, обес­пе­чи­вает, но не имеет чувств и пере­жи­ва­ний, не заслу­жи­вает ни снис­хож­де­ния, ни даже эле­мен­тар­ного «спа­сибо» и явля­ется про­сто чем-то, что сле­дует исполь­зо­вать. Очень плохо, когда ребе­нок вырас­тает с таким пред­став­ле­нием о дру­гом чело­веке. Если же Вы нач­нете более серьезно отно­ситься к вашим соб­ствен­ным внут­рен­ним сиг­на­лам, то ребе­нок также извле­чет из этого пользу – хотя бы потому, что будет лучше и пол­нее осо­зна­вать вас в каче­стве насто­я­щего, реаль­ного чело­века и научится тому, как вообще сле­дует отно­ситься к людям, чтобы про­жить нор­маль­ную и счаст­ли­вую жизнь.

Ваш ребе­нок, веро­ятно, делает все воз­мож­ное, чтобы выну­дить вас посто­ять за себя, так как каж­дому ребенку нужен опре­де­лен­ный, насто­я­щий чело­век, с кото­рым он мог бы вза­и­мо­дей­ство­вать, общаться, стал­ки­ваться. «Опре­де­лен­ным и насто­я­щим» мы назы­ваем чело­века, при­ни­ма­ю­щего на себя ответ­ствен­ность за удо­вле­тво­ре­ние своих потреб­но­стей и совер­ша­ю­щего все свои дей­ствия и поступки только по соб­ствен­ному жела­нию. Лучше всего, если такими людьми для детей будут их роди­тели. Даже пси­хо­те­ра­певт не в состо­я­нии дать ребенку того, что может родитель.

Короче говоря, то, чего недо­стает вашему ребенку, — это, ско­рее всего, та часть вас самих, кото­рая испы­ты­вает жела­ния, при­ни­мает реше­ния, ощу­щает себя и забо­титься о себе. Таким обра­зом, нам очень хоте­лось бы, чтобы Вы вер­нули самих себя – ваши нужды, потреб­но­сти и пере­жи­ва­ния – в ситу­а­цию вза­и­мо­дей­ствия с ребенком.

Давайте нач­нем рабо­тать над этим прямо сейчас.

Пер­вое, о чем мы вас попро­сим, состоит в том, чтобы научиться думать и гово­рить на языке вашего внут­рен­него Я, т.е. на языке поло­жи­тель­ных Я‑высказываний.

Раз­ного рода мысли посто­янно под­ни­ма­ются в вас, подобно тому, как вода бьет из источ­ника. Они воз­ни­кают как Я‑мысли.

Я хочу бутерброд.

Я испы­ты­ваю непре­одо­ли­мое жела­ние почесаться. 

Я обо­жаю эту картину.

Я чув­ствую усталость.

Я соби­ра­юсь помыть машину. 

Все это реаль­ные, ясные, опре­де­лен­ные и кон­крет­ные обра­ще­ния вас к самому себе. Они воз­ни­кают в пол­ной надежде на то, что Вы услы­шите их и соот­вет­ству­ю­щим обра­зом отре­а­ги­ру­ете; но до того, как это про­изой­дет, они очень часто натал­ки­ва­ются на пре­пят­ствие. Это пре­пят­ствие состоит из ряда пред­став­ле­ний, спо­соб­ных вызвать в вас чув­ство страха; напри­мер: если я про­явлю заботу об этом пер­во­на­чаль­ном импульсе и осу­ществлю его в своих дей­ствиях, то:

Окру­жа­ю­щие пере­ста­нут любить меня.

Это пора­нит чув­ства дру­гих людей. 

Это будет эгоистичным. 

Я слиш­ком сильно заявлю о себе. 

Это будет невежливо. 

и т.д.

Я‑мысли не могут про­биться сквозь этот барьер в своем исход­ном, пер­во­на­чаль­ном виде; они про­би­ва­ются сквозь него только в ослаб­лен­ном, иска­жен­ном виде. Они пре­об­ра­зу­ются в вопросы, в Вы‑, мы- или в без­лич­ные выска­зы­ва­ния, в отри­ца­ния.

Так, если Вы едете с дру­гом в машине и вам в голову при­хо­дит мысль: «Я хочу бутер­брод», — то, ско­рее всего, она натолк­нется на пре­пят­ствие – «Если я выскажу эту мысль, то это будет зву­чать либо невеж­ливо, либо эго­и­стично» — и будет выра­жена сле­ду­ю­щим обра­зом: «Почему бы нам не оста­но­виться и не пере­ку­сить?» Или: «Не хочешь ли ты оста­но­виться, чтобы съесть что-нибудь?» Ана­ло­гич­ным образом:

«Я хочу спать» может стать «Почему бы нам не пойти спать?»

«Я чув­ствую, что со мной обра­ща­ются воз­му­ти­тельно и неспра­вед­ливо» может стать «Ты пло­хой, злой!»

«Я счаст­лив» может стать «Как вы себя чувствуете?»

«Я хочу спо­койно пожить этим летом» может стать «Сынок, почему бы тебе не поис­кать сей­час работу на лето?»

Таким обра­зом, когда Вы выска­зы­ва­ете эти мысли, они уже не явля­ются ни ясными, ни опре­де­лен­ными. Обра­тите вни­ма­ние, как каж­дая из них пере­кла­ды­вает ответ­ствен­ность на того, кому она адре­со­вана. Мы пола­гаем, что при­чина сопро­тив­ле­ния и озлоб­ле­ния, зача­стую вызы­ва­е­мых ими в дру­гом чело­веке, заклю­чена в том, что на самом деле они навя­зы­вают ему или ей при­ня­тие решения.

Два чело­века, у каж­дого из кото­рых есть при­вычка исполь­зо­вать подоб­ное пре­пят­ствие для своих мыс­лей, могут прийти в конце кон­цов к тому, что будут делать то, чего никто из них на самом деле не хочет.

Не хотела бы ты пойти в кино?

Я не знаю. А ты? 

Я поду­мал, что, может быть, ты хочешь пойти. 

Ну хорошо, а что ты хотел бы посмотреть? 

Я не знаю; а что бы ты хотела? 

Я не думаю, что тебе понра­вится то, что идет в «Оакс».

Может быть, ты хочешь посмот­реть что-нибудь в «Рок­сиан»?

и т.д.

Мы очень хотим, чтобы вы вер­ну­лись к своим исход­ным мыс­лям, пря­мым и поло­жи­тель­ным Я‑высказываниям.

Мы пони­маем, конечно, что пре­пят­ствия суще­ствуют. Вас может пугать уже сама мысль гово­рить с помо­щью Я‑высказываний, вы можете поду­мать про себя: «Окру­жа­ю­щие пере­ста­нут любить меня». Эти мысли-барьеры очень сильны, и даже авторы этой книги до сего­дняш­него дня не пре­одо­лели их пол­но­стью. Поскольку мы имели дело с ними доста­точно долго, то можем рас­ска­зать вам о них еще кое-что.

Эти мысли-барьеры обычно очень пре­уве­ли­чены. Вызы­ва­е­мые ими страхи весьма далеки от того, что про­изой­дет на самом деле, когда вы нач­нете исполь­зо­вать Я‑высказывания.

Послед­ствия, кото­рых вы так бои­тесь, про­изой­дут, ско­рее всего, не тогда, когда вы будете упо­треб­лять Я‑высказывания, но когда вы ста­нете гово­рить, исполь­зую Вы-высказывания!

Неко­то­рое время спу­стя после начала исполь­зо­ва­ния Я‑высказываний боль­шин­ство людей испы­ты­вают, ско­рее, поло­жи­тель­ные, нежели отри­ца­тель­ные эффекты: улуч­ше­ние отно­ше­ний с окру­жа­ю­щими и ощу­ще­ние при­ят­ного возбуждения.

Когда за Я‑высказываниями сле­дуют какие-то непри­ят­ные резуль­таты, они обычно незна­чи­тельны и быстропроходящи.

Дол­го­сроч­ное воз­дей­ствие Я‑высказываний на ваши отно­ше­ния с окру­жа­ю­щими обычно ока­зы­ва­ется положительным.

Наше сле­ду­ю­щее упраж­не­ние – это упраж­не­ние с Я‑высказываниями.

Пятое упраж­не­ние

Прямо сей­час сфор­му­ли­руйте несколько Я‑мыслей. Закон­чите каж­дое из при­ве­ден­ных ниже пред­ло­же­ний тремя раз­лич­ными спо­со­бами, про­сто для того, чтобы почув­ство­вать вызы­ва­е­мые ими ощущения:

Я чув­ствую себя …(воз­буж­ден­ной, обес­ку­ра­жен­ной, пре­ис­пол­нен­ной надежды, уста­лой, оза­да­чен­ной, голод­ной, раз­до­са­до­ван­ной и т.д.)

Я хочу … (отпра­виться в пла­ва­ние под пару­сами, иметь более хоро­шую машину, чув­ство­вать себя счаст­ли­вым, иметь больше дру­зей и т.д.)

Я соби­ра­юсь… (опро­буйте здесь неко­то­рые из ваших «нужд» про­сто для того, чтобы посмот­реть, как они пере­жи­ва­ются… или же вос­поль­зуй­тесь сле­ду­ю­щими гото­выми вари­ан­тами завер­ше­ний: поза­бо­титься о себе, идти спать, немного почи­тать, всту­пить в клуб «Рэду­инг»).

и т.д.

Завер­шая эти пред­ло­же­ния, исполь­зуйте самый раз­ные вари­анты, не заду­мы­ва­ясь особо над тем, явля­ются ли они «пра­виль­ными» или нет; смот­рите на это упраж­не­ние как на игру. Опро­буйте все виды пред­ло­же­ний, про­сто для того, чтобы поупраж­нять ваш внут­рен­ний голос.

Возь­мите за пра­вило каж­дый день на сле­ду­ю­щей неделе состав­лять и про­из­но­сить вслух по край­ней мере по три таких предложений:

Я чув­ствую…

Я люблю…

Я хочу…

Я соби­ра­юсь…

Исклю­чайте их этих пред­ло­же­ний место­име­ния «ты», «вы» и «мы» до тех пор, пока исполь­зо­ва­ние «я» не ста­нет для вас совер­шенно есте­ствен­ным и удобным.

Хоте­лось бы предо­сте­речь вас: пред­ло­же­ние, в кото­ром исполь­зо­ваны место­име­ния «вы» или «ты», может ока­заться Вы- или Ты-выска­зы­ва­нием даже в том слу­чае, если оно начи­на­ется и содер­жит в своем составе выра­же­ния «Я чув­ствую» или «Я хочу». Напри­мер, пред­ло­же­ния: «Я чув­ствую, что ты сде­лал это наме­ренно» или «Я хочу, чтобы ты сде­лал это прямо сей­час» явля­ются Вы- или Ты-выска­зы­ва­ни­ями, тогда как «Я чув­ствую рас­строй­ство и огор­че­ние, когда ты поль­зу­ешься моими вещами» — Я‑высказыванием. Для того чтобы вам было легче раз­ли­чать эти выска­зы­ва­ния, пред­ставьте, что вы исполь­зу­ете выска­зы­ва­ние как ука­за­тель­ный палец: если палец ука­зы­вает на вас, то это Я‑высказывание, если же на кого-либо еще, то это Вы- или Ты-высказывание.

Чтобы быст­рее научиться думать и гово­рить с исполь­зо­ва­нием поло­жи­тель­ных Я‑высказываний, сле­дует одно­вре­менно учиться избе­гать дру­гих спо­со­бов мыш­ле­ния и речи. Суще­ствует целый ряд рече­вых выра­же­ний, предо­хра­ня­ю­щих вас от заботы о самом себе. Вам сле­дует научиться заме­нять подоб­ные выра­же­ния более чест­ными, откро­вен­ными и эффек­тив­ными спо­со­бами общения.

Шестое упраж­не­ние

Нач­ните рабо­тать каж­дый день с одной из при­ве­ден­ных ниже рече­вых форм, фик­си­руйте частоту ее исполь­зо­ва­ния и попы­тай­тесь выра­бо­тать при­вычку заме­щать дан­ное выра­же­ние другим.

Дол­жен (должна).

Сле­дует.

Эти выра­же­ния пред­по­ла­гают, что вы сами ничего не ини­ци­и­ру­ете, но дей­ству­ете только потому, что некая внеш­няя сила пред­пи­сы­вает вам это как ваш долг или вашу обязанность.

Каж­дый раз, когда будете скло­няться к исполь­зо­ва­нию одного из этих выра­же­ний, заме­ните его сло­вом «хочу» и обра­тите вни­ма­ние на то, как повли­яет такая замена на ваши переживания.

Вме­сто: «Я должна быть на работе к трем часам» попро­буйте: «Я хочу быть на работе к трем часам».

«Мне сле­дует позво­нить по теле­фону» — «Я хочу позво­нить по телефону».

«Я дол­жен выпол­нить это зада­ние» — «Я хочу выпол­нить это задание».

«Мне сле­дует опла­тить те счета» — «Я хочу опла­тить те счета».

Отри­ца­ния (не, не могу, не хочу и т.п.).

Отри­ца­ние гово­рит слу­ша­телю о том, чего в каком-то смысле не суще­ствует, и поэтому пере­клю­чает его вни­ма­ние на про­ти­во­по­лож­ное тому, что вы на самом деле име­ете в виду.

Когда бы вы ни скло­ня­лись к исполь­зо­ва­нию отри­ца­тель­ного суж­де­ния, сразу пред­ставьте себе, что вас только что выса­дили на пустын­ный ост­ров и пилот вер­то­лета, делая послед­ний виток у вас над голо­вой, кри­чит вам, спра­ши­вая, что вы хотите, чтобы он сбро­сил вам из необ­хо­ди­мого. Лучше всего ска­зать, чего вы дей­стви­тельно хотите; если же вы будете выкри­ки­вать лишь отри­ца­ния (я не хочу духов; я не хочу вечер­них туа­ле­тов; я не хочу дели­ка­те­сов), то можете уме­реть от голода!

Иначе говоря, избав­ляйте свою речь от отри­ца­ний до тех пор, пока не смо­жете без вся­ких неудобств гово­рить, исполь­зуя лишь поло­жи­тель­ные утверждения.

Вопросы.

Эти рече­вые кон­струк­ции также вынуж­дают вашего собе­сед­ника при­ни­мать на себя ответ­ствен­ность за изна­чально при­над­ле­жа­щие вам пере­жи­ва­ния или пред­став­ле­ния. Пре­об­ра­зуйте их в поло­жи­тель­ные утверждения.

Вме­сто: «Где ты был?» Попро­буйте: «Я бес­по­ко­и­лась о тебе, поскольку ждала тебя дома к пяти».

Вме­сто: «Где бы ты хотел поужи­нать?» —  «Я бы хотел поесть сего­дня вече­ром в ита­льян­ском ресторане».

Вы, ты, мы.

Мы пони­маем, что вам вряд ли удастся гово­рить, не поль­зу­ясь этими сло­вами. Однако, для того, чтобы лучше осо­знать, как вы на самом деле их исполь­зу­ете, попро­буйте день-два не про­из­но­сить этих слов за исклю­че­нием тех слу­чаев, когда они стоят в пред­ло­же­ниях после слов «если» или «когда». Однако даже в этих слу­чаях поста­рай­тесь при­ме­нять их как можно реже.

Может пока­заться пара­док­саль­ным, но, обра­ща­ясь к вам с прось­бой столь тща­тельно пора­бо­тать над рече­выми кон­струк­ци­ями, мы на самом деле хотим помочь вам стать более спон­тан­ным, более чув­стви­тель­ным к вашему пер­вич­ному внут­рен­нему импульсу. В седь­мом упраж­не­нии мы уже непо­сред­ственно про­сим вас стать более спонтанным.

Седь­мое упражнение

Целе­на­прав­ленно про­де­лайте несколько неболь­ших спон­тан­ных дей­ствий. При­мите реше­ние совер­шать каж­дый день по край­ней мере три таких неболь­ших, необя­зы­ва­ю­щих, забав­ных дей­ствия. Пусть они исхо­дят от вас и дела­ются экс­пром­том. Если вам захо­чется, они могут про­дол­жаться всего минуты две-три.

Вме­сто того чтобы сразу же идти гото­вить, вый­дите сна­чала из дома и поси­дите несколько минут на сту­пень­ках у входа.

Направ­ля­ясь к машине, под­ни­мите каме­шек и посмот­рите, попа­дете ли вы им в ствол дерева.

Во время обыч­ного зав­трака поз­вольте себе новую мысль: неплохо бро­сить несколько изю­ми­нок в апель­си­но­вый сок.

Настроив себя так, чтобы услы­шать эти малень­кие жела­ния, вы смо­жете заме­тить впо­след­ствии все те нару­ша­ю­щие спо­кой­ствие, вол­ну­ю­щие запросы, с кото­рым к вам обра­ща­ется ваш сиг­наль­щик. Все это – сме­лые и непро­из­воль­ные мысли, кото­рые вы, воз­можно, ранее подав­ляли в себе.

При­ве­ден­ные выше упраж­не­ния должны дать вам пред­ва­ри­тель­ное пред­став­ле­ние о том, что мы имеем в виду под выслу­ши­ва­нием вашего сиг­наль­щика. Напри­мер, вы, воз­можно, уже заме­тили, что не можете искренне закон­чить пред­ло­же­ние «Я люблю…», не совер­шив сна­чала неболь­шого мыс­лен­ного обзора и ана­лиза самого себя, ситу­а­ции, в кото­рой вы нахо­ди­тесь, и того, что вы чув­ству­ете. Все это про­де­лы­ва­ется вами с одной целью: понять, что же вы на самом деле пред­по­чи­та­ете. Под выслу­ши­ва­нием или кон­суль­ти­ро­ва­нием самого себя мы как раз и пони­маем этот мыс­лен­ный обзор и ана­лиз; нам хоте­лось бы, чтобы вы взяли себе за при­вычку регу­лярно про­во­дить такого рода кон­суль­ти­ро­ва­ние как нечто само собой разу­ме­ю­ще­еся. Каж­дый раз, про­де­лы­вая такой обзор в тече­ние дня, для того чтобы понять, что же гово­рят вам ваши сиг­налы, дайте себе воз­мож­ность поду­мать: «Я чув­ствую то-то и то-то; Я соби­ра­юсь…» и т.д.

Теперь мы под­хо­дим, веро­ятно, к наи­бо­лее труд­ной идее этой книги. Может быть, вам весьма непро­сто научиться сове­то­ваться с вашим сиг­наль­щи­ком, когда все в вашей жизни идет доста­точно хорошо. Однако важно научиться сове­то­ваться с ним и тогда, когда дела идут плохо.

Осо­зна­ете ли вы соб­ствен­ные пере­жи­ва­ния бес­по­кой­ства, раз­дра­же­ния, гнева и т.д. и сию минуту, и в тече­ние дня? Ско­рее всего, они при­хо­дят к вам в виде такого рода мыслей:

Я нена­вижу это.

Ах!

О, хва­тит!

Эти пере­жи­ва­ния – сиг­налы от вашего внут­рен­него Я; оно пыта­ется ска­зать вам: «Мне больно! Помоги мне!» На наш взгляд, крайне важно, что именно вы дела­ете, когда такие пере­жи­ва­ния затра­ги­вают вас.

У вас может сло­житься при­вычка, дей­ству­ю­щая сле­ду­ю­щим образом:

  1. Что-то нега­тив­ное про­ис­хо­дит в вашей жизни. Вы чув­ству­ете, что у вас нача­лась голов­ная боль. Вы вспо­ми­на­ете, что, когда вер­не­тесь домой, вам при­дется общаться с ребен­ком. Вы пони­ма­ете, что вас обма­нули. Кто-то отчи­ты­вает вас.
  2. Вам ста­но­вится ясно, что про­ис­шед­шее явля­ется для вас нега­тив­ным, ибо ваш сиг­наль­щик сооб­щает об этом болез­нен­ным сиг­на­лом, озна­ча­ю­щим «Мне больно!».
  3. С быст­ро­той мол­нии вы пере­но­сите свое вни­ма­ние с вашего сиг­наль­щика на нечто во внеш­нем мире и начи­на­ете бороться с этим нечто. Вы дума­ете (или гово­рите): В чем же при­чина про­ис­шед­шего? Это ужасно! Вы пло­хой, вы не должны делать это; пре­кра­тите! Я влип, и это безнадежно.
  4. Довольно часто дела начи­нают идти затем еще хуже.

Таким обра­зом, хотя полу­чено одно­знач­ное сооб­ще­ние от вашего сиг­наль­щика (Мне больно!»), вы пере­клю­чили свое вни­ма­ние с заботы о нем и скон­цен­три­ро­вали это вни­ма­ние на чем-то дру­гом, что, как вам каза­лось, обу­сло­вило ваше непри­ят­ное ощу­ще­ние, было его при­чи­ной: на погоде, вашем ребенке, чело­веке, обма­нув­шем или отчи­тав­шем вас. Затем вы начали исполь­зо­вать свою энер­гию, для того чтобы выяс­нить, почему эта при­чина про­яв­ляет себя именно таким обра­зом и что эти ее про­яв­ле­ния тре­буют от вас, как их пре­кра­тить или отра­зить, изме­нить или откло­нить. Обра­тите вни­ма­ние: все эти мысли опре­де­ляют вас как про­из­вод­ное от чего-то, нахо­дя­ще­гося вне вас. И – что еще более важно – эти мысли не свя­заны с тем, чего вы хотите. Вам больно, и вы хотите чув­ство­вать себя лучше, но, тем не менее, ни одна из этих мыс­лей, ни одно из этих сооб­ра­же­ний не даст вам жела­е­мого ощу­ще­ния. Ско­рее всего, они сде­лают ситу­а­цию еще хуже.

Мы думаем, что, пере­клю­чая свое вни­ма­ние с заботы о той боли, кото­рую опи­сы­вал вам ваш сиг­наль­щик, вы тем самым остав­ля­ете его в беде. Вы похожи на капи­тана, чей корабль нале­тел на под­вод­ный камень; а капи­тан вдруг начи­нает выяс­нять, как этот камень здесь ока­зался, состоит он изо льда или гра­нита, рас­суж­дать, как дан­ное про­ис­ше­ствие харак­те­ри­зует его про­фес­си­о­наль­ные спо­соб­но­сти. Этот капи­тан ока­жется насто­я­щим моря­ком и полу­чит боль­шие шансы выжить, если вме­сто этого скон­цен­три­ру­ется на дей­ствен­ной заботе о своем попав­шем в опас­ность корабле. И вы сде­ла­ете лучше, если, полу­чив сиг­нал, скон­цен­три­ру­ете свое вни­ма­ние на том, чтобы поза­бо­титься о вашем соб­ствен­ном стра­да­ю­щем Я, вме­сто того чтобы пере­клю­чать это вни­ма­ние на какое-то собы­тие вовне. Удер­жи­вая вни­ма­ние на вашем соб­ствен­ном внут­рен­нем Я, вы можете посо­ве­то­ваться с ним, выяс­нить, что нужно сде­лать, чтобы оно почув­ство­вало себя лучше, и как вам сле­дует поза­бо­титься об этом. Оно дало знать, что ему больно. Сде­лайте же так, как посту­пили бы со своим хоро­шим дру­гом, ска­зав­шим вам о своей боли, и спро­сите свое внут­рен­нее Я: «Что я могу сде­лать для тебя? Что облег­чит твою боль и создаст тебе луч­шие усло­вия? Что ты на самом деле хочешь и как я могу сде­лать это для тебя?»

Так что ваша новая при­вычка будет дей­ство­вать сле­ду­ю­щим образом:

  1. Что-то нега­тив­ное про­ис­хо­дит в вашей жизни. Кто-то отчи­ты­вает вас.
  2. Ваш сиг­наль­щик сооб­щает вам об этом, посы­лая вам болез­нен­ный сигнал.
  3. Вы про­дол­жа­ете удер­жи­вать и кон­цен­три­ро­вать вни­ма­ние на сиг­наль­щике и спра­ши­ва­ете его, чего хочет ваше внут­рен­нее Я от вас, что сле­дует сде­лать, чтобы оно почув­ство­вало себя лучше. Что же я хочу сей­час сделать?
  4. Затем неко­то­рое время вы ждете, удер­жи­вая вни­ма­ние скон­цен­три­ро­ван­ным не на рас­стро­ив­шем вас собы­тии (чело­веке, кото­рый отчи­тал вас), но на внут­рен­нем сиг­наль­щике, кото­рый сооб­щает о том, что вам нра­вится, а что – нет. Если у вас доста­точно хоро­шие отно­ше­ния, хоро­ший кон­такт с этой инстан­цией, то вам нач­нут при­хо­дить мысли о том, что сле­дует сде­лать. Они могут иметь, а могут и не иметь отно­ше­ние к тому, что рас­стро­ило вас. Сей­час мне жарко, и я хочу пойти при­нять душ. Я хочу иметь хоро­шие отно­ше­ния с тем чело­ве­ком, кото­рый отчи­тал меня, и мне хоте­лось бы знать, почему он так рас­строен. Я скажу ему это. Я хочу быть подальше от этого чело­века. Поэтому я лучше уйду из ком­наты. Я чув­ствую боль, и обед вне дома помо­жет мне прийти в себя. Поэтому я ухожу. 

Боль­шое пре­иму­ще­ство пред­ва­ря­ю­щего ваши дей­ствия диа­лога с вашим внут­рен­ним Я состоит в том, что теперь, что бы вы ни сде­лали, вы будете посту­пать в соот­вет­ствии с соб­ствен­ным выбо­ром и жела­нием, а не реа­ги­ро­вать на про­ис­хо­дя­щее авто­ма­ти­че­ски, как робот. После несколь­ких пер­вых подоб­ных проб вам может пока­заться, будто их резуль­тат, ско­рее, непри­я­тен и не поз­во­ляет вам чув­ство­вать себя лучше. В этом слу­чае вы должны знать, что недо­ста­точно хорошо слу­шали вашего внут­рен­него сиг­наль­щика. Он знает, чего вы хотите на самом деле, и он подаст вам сиг­налы дис­ком­форта в связи с любым отве­том и дей­ствием, кото­рые неверны для вас. Вам нужно только лучше осо­знать это и про­яв­лять больше пре­дан­но­сти по отно­ше­нию к сво­ему внут­рен­нему Я.

Ваш сын обзы­вает вас. Вы сове­ту­е­тесь с вашим сиг­наль­щи­ком о том, что сле­дует сде­лать, чтобы почув­ство­вать себя лучше, и пер­вый полу­чен­ный вами ответ таков: «Ударь его!» — или: «Отшле­пай его!» Вы бьете сына – и затем чув­ству­ете себя не лучше, а хуже; вы выиг­рали в дан­ной стычке, но испы­ты­ва­ете чув­ства вины и подав­лен­но­сти в ситу­а­ции в целом. Теперь, вновь обра­ща­ясь к ответу «Ударь его!», вы осо­зна­ете, что ему сопут­ство­вало непре­кра­ща­ю­ще­еся ощу­ще­ние того, что это «не совсем пра­вильно»; вы не были пол­но­стью рас­слаб­лены и не были пол­но­стью уве­рены в нем.

Труд­ность здесь в том, чтобы дождаться даль­ней­ших отве­тов. Вполне при­ем­лемо – вообще ничего не пред­при­ни­мать до тех пор, пока вы не полу­чите чет­кое и ясное посла­ние от самого (самой) себя. Успо­койте себя и дожди­тесь ответа, кото­рый ощу­щался бы вами в спо­кой­ном состо­я­нии и настро­е­нии как хоро­ший и правильный.

А что, если ника­ких отве­тов не после­дует? Ино­гда роди­те­лям настолько чужда прак­тика слу­ша­ния себя, сво­его внут­рен­него голоса, что они гово­рят: «Я не знаю, что хочу делать», «Не слышу ни одного ответа». В таком слу­чае мы реко­мен­дуем вам потре­ни­ро­вать вашего сиг­наль­щика так, чтобы он смог начать отзы­ваться вам. Целе­на­прав­ленно про­ду­майте все воз­мож­ные спо­собы вашего пове­де­ния и пред­ставьте их вашему внут­рен­нему Я, поз­во­лив ему при­ни­мать или отвер­гать каж­дый из вари­ан­тов. Про­ду­мы­вайте для этого не один деся­ток вариантов.

Что если отру­гать этого человека?

Что если про­игно­ри­ро­вать его или ее? 

Что если мне что-нибудь выпить? 

Ты хочешь пока­таться на роли­ко­вых коньках? 

Что если подойти и обнять этого человека? 

Что если ока­зать ему сопротивление? 

Что если позво­нить другу и пого­во­рить о лыж­ной прогулке? 

Что если позво­нить в полицию? 

Что если прямо сей­час уехать и про­ве­сти ночь в мотеле? 

Что если пойти и заняться моим люби­мым делом? 

и т.д.

Ваш сиг­наль­щик сооб­щит вам о сте­пени сво­его согла­сия или несо­гла­сия с каж­дым выбо­ром, и вы смо­жете затем при­нять тот вари­ант, кото­рый ока­зался наи­бо­лее приемлемым.

Резю­ми­руя, нам хоте­лось бы ска­зать сле­ду­ю­щее: раньше вы могли пре­не­бре­гать внут­рен­ним Я, игно­ри­руя его, не забо­тясь о нем – и в конце кон­цов делали то, что при­во­дило к резуль­та­там, к кото­рым вы на самом деле не стре­ми­лись. Нам бы очень хоте­лось, чтобы вы стали иначе про­яв­лять свою пре­дан­ность и вер­ность. Пообе­щайте себе: каж­дый раз, почув­ство­вав сиг­нал, вы будете сохра­нять спо­кой­ствие и сде­ла­ете мак­си­мум воз­мож­ного, чтобы предо­ста­вить вашему внут­рен­нему Я то, чего оно более всего хочет.

Неко­то­рые из пере­жи­ва­е­мых вами непри­ят­но­стей таковы, что вы не можете ока­зать на них прак­ти­че­ски ника­кого вли­я­ния, — как, напри­мер, на погоду. На дру­гие вы можете повли­ять или, по край­ней мере, умень­шить веро­ят­ность их повто­ре­ния в буду­щем. В после­ду­ю­щих гла­вах мы опи­шем неко­то­рые кон­крет­ные спо­собы дей­ствий, кото­рые поз­во­лят вам добиться жела­е­мого в тех слу­чаях, когда с вами про­изой­дут непри­ят­но­сти подоб­ного рода. Однако вне зави­си­мо­сти от того, есть ли у вас воз­мож­ность изме­нить пагуб­ное внеш­нее собы­тие или нет, забота о вашем внут­рен­нем голосе, как мы насто­я­тельно сове­то­вали вам в этой главе, совер­шенно необходима.

Самое важ­ное, наи­бо­лее суще­ствен­ное, что вы можете сде­лать для себя и сво­его ребенка, состоит в том, чтобы взять соб­ствен­ную жизнь в свои руки, сде­лать ее такой, какой вы хотите, и делать с ней то, что вы на самом деле хотите. Обя­жите себя быть вер­ным и забот­ли­вым по отно­ше­нию к сво­ему внут­рен­нему Я.

Глава 6. Готовимся быть стойкими.

Мы начи­наем теперь рабо­тать с пунк­тами, остав­ши­мися в вашем исход­ном списке: с теми тре­во­жа­щими вас поступ­ками ребенка, кото­рые вли­яют на вашу жизнь. Будем счи­тать, что вы уже тща­тельно изу­чили преды­ду­щую часть этой книги и отка­за­лись от попы­ток кон­тро­ли­ро­вать жизнь ребенка в тех ее про­яв­ле­ниях, кото­рые вли­яют только на него. Если это так, то остав­ши­еся в списке пункты должны быть похожи на при­во­ди­мые нами ниже, и они, весьма веро­ятно, вли­яют и на вашу жизнь.

Не делает работу по дому.

Руга­ется дома; обзы­вает меня.

Пач­кает все в доме.

Поль­зу­ется без спроса моей одеж­дой, феном, тран­зи­сто­ром; дает их своим друзьям.

Кра­дет мои деньги, спирт­ные напитки, юве­лир­ные украшения.

Не уби­рает за своей собакой.

Разо­ряет меня сче­тами за даль­ние теле­фон­ные переговоры.

Выра­щи­вает мари­ху­ану дома; хра­нит ее в своей комнате.

Отби­вает шту­ка­турку со стен, когда злится.

Поль­зу­ется моими инстру­мен­тами и остав­ляет их под дождем на улице.

Раз­бил мою машину.

Тре­бует денег.

При­ни­мает дру­зей, устра­и­вает дома вече­ринки, пока мы на работе.

Без­дель­ни­чает: не хочет ходить ни в школу, ни на работу.

Вме­ши­ва­ется в мою лич­ную жизнь.

Кое что из этого списка застав­ляет про­фес­си­о­нала-кон­суль­танта ска­зать роди­телю в пол­ном изум­ле­нии: «Чего ради вы мири­тесь с этим?» — а ино­гда даже пойти дальше и посо­ве­то­вать: «Не мири­тесь с этим!» Однако обычно роди­тель не знает, как пере­стать мириться с этим. Вот это-то мы и хотим пока­зать вам.

Думаем, что дан­ные пункты из перечня собы­тий жизни роди­теля доса­ждают вам не сами по себе. Имея в целом хоро­шие отно­ше­ния с ребен­ком, вы, воз­можно, рады рабо­тать, пере­но­сить боль, предо­став­лять вещи, уби­рать грязь, если все это явля­ется состав­ной частью успеш­ного вос­пи­та­ния, достав­ля­ю­щего вам удо­вле­тво­ре­ния. Мы счи­таем, что все эти про­ступки заде­вают вас тем, что они озна­чают. Когда ваш ребе­нок совер­шает все это, он или она как бы говорит:

Я не забо­чусь о тебе. 

Ты, как чело­век, немного стоишь. 

Я не обя­зан уде­лять тебе внимание. 

Ты ничего не значишь.

Все это ранит еще и тем, что совер­шенно осо­бым обра­зом опре­де­ляет вас и вашего ребенка. Эти поступки как бы гово­рят, что он или она без­от­вет­стве­нен (без­от­вет­ственна) и невни­ма­те­лен (невни­ма­тельна) к дру­гим людям, а вы – про­сто некое удоб­ство или тень, чьи права не стоит при­ни­мать во внимание.

Если пере­чис­лен­ное выше слу­ча­ется с вами, то мы уве­рены: в опре­де­лен­ном смысле вы сами поз­во­лили, чтобы вас при­ни­мали за такое удоб­ство. Вы ока­за­лись слиш­ком уж бес­ха­рак­тер­ным чело­ве­ком, так ска­зать, поло­ви­ком, о кото­рый выти­рают ноги.

А «быть поло­ви­ком» — это по боль­шом счету уже ваша установка.

Чтобы выз­во­лить вас из подоб­ных отно­ше­ний с ребен­ком, мы пред­ла­гаем научиться отста­и­вать себя и навсе­гда рас­про­щаться с уста­нов­кой «быть половиком».

Для того чтобы сде­лать это, надо усво­ить две вещи. Одна из них – это кон­крет­ные тех­ники настой­чи­во­сти, кото­рым мы обу­чим вас в гла­вах 7–9, а дру­гая – уста­новка, поз­во­ля­ю­щая вам чув­ство­вать себя в ситу­а­ции обще­ния с ребен­ком ком­фортно, нена­пря­женно, ощу­щать и про­яв­лять любовь в нему или к ней, потому что вы зна­ете, что суме­ете поза­бо­титься о себе, и не рис­ку­ете соб­ствен­ным бла­го­по­лу­чием и сча­стьем. В этой главе мы рас­смот­рим такие спо­собы пове­де­ния и мыш­ле­ния, кото­рые, по нашему мне­нию, будут спо­соб­ство­вать воз­ник­но­ве­нию у вас такой уста­новки. Все, что мы поре­ко­мен­дуем, может быть при­нято или же отверг­нуто вами как непод­хо­дя­щее, но хоте­лось бы, чтобы вы доста­точно глу­боко изу­чили и поняли пред­ла­га­е­мое вам, прежде чем отме­тать этот с порога. Мы пола­гаем, что дан­ная уста­новка явля­ется исход­ной и основ­ной для дости­же­ния успеха при реше­нии про­блем, воз­ни­ка­ю­щих у вас с ребен­ком, а также для того, чтобы вы стали настолько счаст­ли­вым в вашей соб­ствен­ной жизни, насколько вы этого хотите.

Все эти идеи мы так или иначе затра­ги­вали в преды­ду­щих гла­вах, так что они не будут совер­шенно новыми для вас. Рас­смот­рите их теперь одну за дру­гой, чтобы при­ве­сти себя в соот­вет­ству­ю­щее душев­ное состо­я­ние, прежде чем обра­титься к кон­крет­ным пред­пи­са­ниям по раз­ви­тию настой­чи­во­сти, кото­рые будут изло­жены в трех сле­ду­ю­щих главах.

Удер­жи­вайте ваши цели в сознании

Испы­ты­вая труд­но­сти в отно­ше­ниях между вами и вашим ребен­ком, вспом­ните, в чем состоит ваша глав­ная цель. Вы хотите:

Быть счаст­ли­вее сами. 

Видеть, что ваш ребе­нок – ответ­ствен­ный и поря­доч­ный человек.

При­дер­жи­вай­тесь этой мысли, не поз­во­ляйте себе впа­дать в те не отно­ся­щи­еся к делу эмо­ции, о кото­рых мы гово­рили в главе 5.

То, в чем более всего нуж­да­ется боль­шин­ство людей, — это сча­стье и спра­вед­ли­вые, осно­ван­ные на сотруд­ни­че­стве отно­ше­ния с окру­жа­ю­щими. Мы убеж­дены, что и вы, и ваш ребе­нок испы­ты­ва­ете эту потреб­ность. Однако в усло­виях стресса или угрозы люди склонны забы­вать, к чему на самом деле стре­мятся, и начи­нают вести себя так, как если бы их глу­бо­чай­шими забо­тами были:

Как же выиг­рать, одер­жать верх? 

Дока­зать, что я права.

Пока­зать, что я могу кон­тро­ли­ро­вать сво­его ребенка.

Дока­зать, что я хоро­ший родитель.

Что же поду­мают дру­гие люди?

Как же должно быть с точки зре­ния общества?

и даже

Что же я дол­жен делать в соот­вет­ствии с законом?

Мы нико­гда не слы­шали, чтобы кто-либо из роди­те­лей при­зна­вал нечто подоб­ное своим самым глу­бо­ким жела­нием; но нам дово­ди­лось видеть мно­же­ство роди­те­лей, кото­рые вели себя так, как если бы более всего они хотели именно этого. Все это очень по-чело­ве­че­ски, однако с уче­том отда­лен­ной пер­спек­тивы подоб­ное пове­де­ние фик­си­рует, кон­сер­ви­рует ту про­блему, над реше­нием кото­рой бьется сам роди­тель. Мы про­сим вас не терять головы (т.е. удер­жи­вать перед собой пер­спек­тиву) и пом­нить, несмотря на все стрессы и неудачи, к чему вы на самом деле стремитесь.

В минуты стресса сохра­няйте спо­кой­ствие и помните: то, к чему вы стре­ми­тесь, — это более счаст­ли­вая ситу­а­ция для вас самих; и – одно­вре­менно – ваш ребе­нок как более ответ­ствен­ный и поря­доч­ный человек.

Сохра­няйте поло­жи­тель­ное пред­став­ле­ние о вашем ребенке.

У вас могло сло­житься убеж­де­ние, будто ребе­нок бес­по­коит вас про­сто потому, что хочет этого, или же потому, что по своей при­роде ленив, нече­стен, без­за­бо­тен, незрел или же не любит вас. В главе 3 мы уже про­сили вас взгля­нуть на ваших детей иначе. Посмот­рите на них так, как если бы все, что они делают, вызвано бояз­нью пред­стать перед окру­жа­ю­щими поло­жи­тель­ными, отве­ча­ю­щими за себя, доб­рыми людьми и поз­во­ляет им разыг­ры­вать роль без­от­вет­ствен­ных, лени­вых, нечест­ных и т.д. Рас­це­ните все их про­ступки как нечто спе­ци­ально пред­на­зна­чен­ное для того, чтобы выну­дить вас под­креп­лять ваше отри­ца­тель­ное пред­став­ле­ние о ребенке, бес­по­мощ­ной зло­стью, чув­ством обиды, стрем­ле­нием одер­нуть ребенка, вос­при­я­тием его как пло­хого чело­века, а себя – как пло­хого, бес­по­мощ­ного роди­теля. Мы про­сим, чтобы вы пере­стали играть для ребенка эту роль и сде­лали совсем другое.

Ваша уста­новка – вот что дей­стви­тельно может изме­нить окружающее

Спо­соб вашего вос­при­я­тия ситу­а­ции, в кото­рой нахо­ди­тесь вы и ваш ребе­нок, вли­яет на нее. При­ня­тая вами уста­новка не только помо­гает вам выбрать линию пове­де­ния, но – и это еще более уди­ви­тельно – она вли­яет также на уста­новку и дей­ствия вашего ребенка.

Уста­новки крайне зара­зи­тельны. Уста­новка, с кото­рой вы вза­и­мо­дей­ству­ете с дру­гим чело­ве­ком, очень сильно вли­яет на его вос­при­я­тие окру­жа­ю­щего в дан­ной ситу­а­ции. Про­верьте это – посмот­рите прямо в глаза пер­вому встреч­ному либо с теп­лой улыб­кой, либо с угрю­мым видом и обра­тите вни­ма­ние на то непо­сред­ствен­ное вли­я­ние, кото­рые все это ока­зы­вает на дру­гого человека.

Это вли­я­ние осо­бенно важно в дет­ско-роди­тель­ских отно­ше­ниях, поскольку вы – роди­тель; а ребе­нок скло­нен наде­лять стар­ших авто­ри­те­том и опыт­но­стью неза­ви­симо от того, что сам он может гово­рить или пред­по­ла­гать прямо про­ти­во­по­лож­ное. Таким обра­зом, ваша уста­новка воз­дей­ствует на ребенка в гораздо боль­шей сте­пени, чем его уста­новка на вас. Возь­мите же на себя ответ­ствен­ность за созда­ние доми­ни­ру­ю­щего настро­е­ния или атмо­сферы во вза­и­мо­от­но­ше­ниях с ребен­ком и не поз­во­ляйте втя­нуть себя в состя­за­ние, навя­зать себе уста­новку «Кто же победит?»

Помните, что, лишь сохра­няя поло­жи­тель­ную уста­новку в отно­ше­нии вашего ребенка, вы ока­жете пози­тив­ное вли­я­ние на про­блему, кото­рая суще­ствует между вами.

Рав­ное взаимоотношение

Рас­смот­рим, каким могло бы быть отно­ше­ние равен­ства между вами и вашим ребен­ком. Если вас что-то тре­во­жит, то исход­ная про­блема состоит, по-види­мому, в том, чтобы ваши вза­и­мо­от­но­ше­ния с сыном или доче­рью пере­стали быть рав­ными и кто-то один из вас (или оба) стре­мится кон­тро­ли­ро­вать дру­гого, или, иначе говоря, они пре­вра­ти­лись в отно­ше­ния гос­по­дина-раба. В пер­вой поло­вине этой книги мы про­сили вас про­ти­во­сто­ять вся­кой тен­ден­ции, пре­вра­ща­ю­щей вас в гос­по­дина, а ребенка – в раба. Теперь столь же важно про­ти­во­сто­ять вся­кой тен­ден­ции, пре­вра­ща­ю­щей вас в раба, а ребенка – в господина.

Вы можете про­ти­во­сто­ять тен­ден­ции «вы – раб, ребе­нок — гос­по­дин», если будете при­ни­мать соб­ствен­ные нужды и права столь же серьезно, как и нужды и права дру­гих людей, вклю­чая вашего ребенка, и если ста­нете на их защиту со всей той убеж­ден­но­стью, с кото­рой защи­ща­ете нужды и права любого дру­гого угне­та­е­мого существа.

В главе 5 вы начали рабо­тать над этим и теперь должны идти в этом направ­ле­нии дальше.

Про­верьте ваши пред­став­ле­ния о вза­и­мо­от­но­ше­ниях между вами и ребен­ком и посмот­рите, есть ли среди них следующие:

Я обя­зана обес­пе­чи­вать ребенка и забо­титься о нем.

Он не имеет обя­за­тельств по отно­ше­нию ко мне.

Я отве­чаю за него. Он не отве­чает за меня.

Мой ребе­нок имеет право на мою под­держку и заботу без каких-либо ответ­ных обя­за­тельств. В этой ситу­а­ции у меня нет ника­ких осо­бых прав.

Мы неод­но­кратно слы­шали, как роди­тели и дети выска­зы­вали раз­лич­ные вер­сии дан­ного одно­сто­рон­него взгляда. Роди­тели гово­рят при­мерно следующее:

Я обле­чен обя­зан­но­стями. Я дол­жен забо­титься о ней.

Я должна мириться с этим; он – мой ребенок.

Я начну жить своей соб­ствен­ной жиз­нью, когда они ста­нут самостоятельными.

В выска­зы­ва­ниях детей отра­жа­ются те же самые идеи: роди­тели обя­заны мириться с их пове­де­нием и тер­петь все то, что они вытво­ряют, до тех пор, пока они не достиг­нуть опре­де­лен­ного воз­раста. Беседа, кото­рую недавно про­во­дил один из нас с 15-лет­ним маль­чи­ком, иллю­стри­рует эту точку зрения.

- Кто у вас готовит?

- Мама.

- А кто убирает?

- Мама.

- А кто выно­сит мусор?

- Мама выно­сит мусор в гараж, а папа уво­зит его по сре­дам, когда едет на работу.

- Кто уби­рает двор?

- Папа любит возиться там по вос­крес­ным дням.

- Кто меняет постель­ное белье и засти­лает постели?

- Мама.

- Все постели?

- Да.

- Как же так?

- (Пожи­мает пле­чами.) Это ее работа.

- А твоя?

- (Пожи­мает пле­чами.) Мне кажется, что у меня ее нет. Но мама не ходит на работу, так что або­титься о нас – ее обязанность.

Вот еще три подоб­ных при­мера, кото­рые нам при­хо­ди­лось наблюдать.

Карл (13) только что насле­дил в мастер­ской отца, а затем напач­кал на кухне, готовя себе еду. Отец попро­сил его убрать за собой, но вме­сто этого Карл сел на свой мопед, чтобы отпра­виться, как обычно, на весь вечер в бильярд­ную. Когда же отец ска­зал ему: «Ну что же, я не соби­ра­юсь отпус­кать тебя до тех пор, пока все не будет убрано», — Карл, рас­сме­яв­шись, отве­тил: «Ты дол­жен меня отпу­стить, ты обя­зан сде­лать это».

Энн (14) при­гла­шала дру­зей домой курить мари­ху­ану во время школь­ных заня­тий, пока ее мать была на работе. Энн при­хо­дила домой, когда хотела, не уби­рала за собой и отка­зы­ва­лась делать работу по дому. Когда же девочку спро­сили, почему мать тер­пит все это и про­дол­жает ее обес­пе­чи­вать, она ска­зала лишь сле­ду­ю­щее: «Она должна».

Джеф (17) только что раз­бил машину матери и бро­сил ее на шоссе в несколь­ких милях от дома. Он не брал на себя ника­кой работы по дому и на про­тя­же­нии мно­гих меся­цев ничего не сде­лал для семьи. Когда же мать с горе­чью ска­зала ему о своем чув­стве пол­ной безыс­ход­но­сти, он заявил, раз­ва­лив­шись в кресле и наиг­ранно уте­шая ее: «Ну ладно, еще только один годик, крошка!»

Дети, име­ю­щие такого рода пред­став­ле­ние о своих роди­те­лях, не склонны быть бла­го­дар­ными за то, что те забо­тятся о них; они испы­ты­вают, ско­рее, раз­дра­же­ние из-за того, что их «слуги» не делают боль­шего. Нам дово­ди­лось бесе­до­вать с детьми, кото­рые вполне искренно чув­ство­вали себя обма­ну­тыми, потому что роди­тели не обес­пе­чи­вали их маши­нами или же потому, что те машины, кото­рые они полу­чали, ока­зы­ва­лись недо­ста­точно хороши. Обычно эти дети счи­тали, что они вправе тре­бо­вать, чтобы их обес­пе­чи­вали, о них забо­ти­лись, им давали, — и все это без какой-либо отдачи с их сто­роны. И когда то, что пред­ла­гали им роди­тели, не соот­вет­ство­вало их ожи­да­ниям, они чув­ство­вали себя обма­ну­тыми и рассерженными.

Если что-либо из этого соот­вет­ствует отно­ше­ниям, уста­но­вив­шимся между вами и ребен­ком, то, как мы думаем, вам пора соста­вить для себя Декла­ра­цию прав чело­века и при­нять реше­ние защи­щать ее. Рас­смот­рите сле­ду­ю­щие поло­же­ния, кото­рые могут заме­нить при­во­див­ши­еся выше установки:

Мой ребе­нок и я – как люди – имеем рав­ные права.

Мой ребе­нок отве­чает за заботу о своих нуж­дах и своем сча­стье, а я несу ответ­ствен­ность за заботу о своих нуж­дах и своем счастье.

Моя глав­ная задача состоит в том, чтобы быть вер­ной моему внут­рен­нему Я; посту­пая так, я при­несу пользу и тем, кто меня окружает.

Наи­луч­ший роди­тель – не раб и не гос­по­дин, но чело­век, обла­да­ю­щий теми же пра­вами, что и дру­гие люди.

Самое луч­шее, что я могу дать детям, — это пока­зать, что вполне при­ем­лемо про­яв­лять заботу о своих соб­ствен­ных чув­ствах, нуж­дах и пред­став­ле­ниях и быть счастливым.

Под­водя итог рас­суж­де­ния об этой идее равен­ства, про­ду­майте также и само про­дви­же­ние к рав­ным вза­и­мо­от­но­ше­ниям между вами и вашим ребенком.

Ваши права

Если вы решили, что вам нужно уста­но­вить более рав­но­прав­ные вза­и­мо­от­но­ше­ния с сыном или доче­рью, то теперь вы должны опре­де­лить, каковы ваши права, и начать отста­и­вать их.

Как же вам опре­де­лить: в чем состоят ваши права?

На пер­вый взгляд может пока­заться, будто ваши права – это нечто, что при­над­ле­жало вам с момента рож­де­ния и что так же неотъ­ем­лемо и неиз­менно при­над­ле­жит вам, как ваши уши и руки. Однако, когда вы осо­зна­ете, что в раз­ное время и в раз­ных частях мира люди имели очень раз­ные права, вам ста­нет ясно: врож­ден­ных прав как тако­вых не существует.

Ваши права таковы, какими счи­та­ете их вы и окру­жа­ю­щие вас люди. Напри­мер, если и вы, и пра­ви­тель­ство счи­та­ете или согла­ша­е­тесь с тем, что вы име­ете право соб­ствен­но­сти, то тогда оно у вас есть. Если же такого убеж­де­ния или согла­ше­ния между вами нет, то нет и вашего права. Если же вы не удо­вле­тво­рены теми пра­вами, кото­рыми рас­по­ла­га­ете в той или иной ситу­а­ции, то именно вы должны опре­де­лить и про­воз­гла­сить для себя новые права, кото­рые, на ваш взгляд, будут более справедливыми.

Когда вы решите, что нуж­да­е­тесь в каких-то пра­вах, кото­рыми не рас­по­ла­гали ранее, при­го­товь­тесь отста­и­вать их. (В сле­ду­ю­щих гла­вах мы пока­жем, как это надо делать.) Отста­и­вать свои права необ­хо­димо потому, что дру­гие люди, когда их неко­то­рое время обслу­жи­вают, начи­нают думать, что так и должно быть, что это их право. И они будут сопро­тив­ляться, если вы пред­ло­жите им нечто иное. Точно так же ваш ребе­нок, кото­рый какое-то время ездил на вас, может с пол­ным осно­ва­нием пред­по­ло­жить, именно так и должно быть, и будет защи­щать это свое право. Не про­воз­гла­сив ранее ваше право на равен­ство, вы поз­во­лили сыну или дочери счи­тать, что у вас его нет; и вот теперь он или она уже при­выкли к создав­ше­муся поло­же­нию. Поэтому в том слу­чае, когда вы впер­вые про­воз­гла­ша­ете какие-то свои новые права, вам, веро­ятно, при­дется пере­учить вашему ребенка так, чтобы они их при­нял. Это похоже на исто­рию о том, как сын садов­ника и принц на про­тя­же­нии мно­гих лет играли в шашки и сын садов­ника все­гда делал так, чтобы принц мог выиг­рать. Через неко­то­рое время оба уже счи­тали, что принц имеет право выиг­ры­вать, а у сына садов­ника этого права нет про­сто потому, что так было все­гда. Если же теперь сын садов­ника захо­тел бы уста­но­вить свое право на спра­вед­ли­вый выиг­рыш, то ему потре­бо­ва­лось бы пройти сво­его рода пере­под­го­товку; а принц вполне мог бы вос­про­ти­виться этому, воз­му­титься, почув­ство­вать, что с ним обра­ща­ются неспра­вед­ливо.

Мы заме­чали: дети ведут себя во мно­гом как принцы, когда роди­тели, лишен­ные ранее права чув­ства соб­ствен­ного досто­ин­ства, начи­нают сопро­тив­ляться и отста­и­вать свои права. При­ве­дем в каче­стве при­мера сле­ду­ю­щую под­лин­ную исто­рию 16-лет­него под­ростка, кото­рый гро­зился убе­жать из дома только потому, что его отец не купил ему тре­тью (!) новую машину.

Один состо­я­тель­ный отец семей­ства обес­пе­чи­вал маши­нами всех своих детей, когда им испол­ня­лось 16 лет. Его чет­вер­тый ребе­нок раз­бил свою новую машину, поэтому отец купил ему дру­гую. Когда же и она была раз­бита, отец отка­зался поку­пать тре­тью. И тогда его сын совер­шенно искренне почув­ство­вал, что с ним обра­ща­ются воз­му­ти­тельно и неспра­вед­ливо. Он уже при­вык к тому, что отец снаб­жает детей маши­нами, и счи­тал, что у отца нет права не купить еще одну.

Итак, если ваш ребе­нок делает что-либо из того, о чем мы рас­ска­зы­ваем в дан­ной главе, то, ско­рее всего, у вас меньше прав, чем вам бы хоте­лось, меньше по срав­не­нию с тем поло­же­нием дел, кото­рое вы счи­та­ете спра­вед­ли­вым. Будет хорошо, если вы при­мете реше­ние отно­си­тельно новых, более спра­вед­ли­вых для себя прав и затем пол­но­стью посвя­тите себя заботе об этих пра­вах. Будьте готовы к тому, что вам при­дется потру­диться над выра­бот­кой у ребенка новых пред­став­ле­ний о спра­вед­ли­во­сти ваших прав, подобно тому как должны были делать это сын садов­ника и отец в при­ве­ден­ных выше при­ме­рах. Вы должны будете по-новому опре­де­лить ваши права, а затем отста­и­вать их.

Вот несколько фор­му­ли­ро­вок тех прав, кото­рые, как решили роди­тели, им нужны и кото­рые они будут отстаивать.

Право побыть одному. 

Право иметь свои соб­ствен­ные отно­ше­ния с супру­гой (супру­гом) и друзьями. 

Право быть сво­бод­ной от страха насилия. 

Право знать, что иму­ще­ство в безопасности. 

Право на лич­ное время. 

Право на ува­жи­тель­ное обращение. 

Право на отно­ше­ния, напо­ми­на­ю­щие улицы с дву­сто­рон­ним, а не одно­сто­рон­ним движением. 

Право на нор­маль­ные, разум­ные тишину и спокойствие. 

Право чув­ство­вать, что каж­дый в семье несет свою ношу, и не содер­жать кого-то на иждивении. 

Право закрыть свой дом и знать, что после этого уже никто не вой­дет в него. 

Кстати, эти права не так уж отли­ча­ются от тех, что хотят иметь дети. Обя­за­тельно убе­ди­тесь, что вы предо­ста­вили ребенку права, экви­ва­лент­ные тем, кото­рые теперь жела­ете иметь сами, так чтобы у вас могли быть дей­стви­тельно рав­ные отно­ше­ния! Не годится про­воз­гла­шать какие-либо из этих основ­ных прав для себя и в то же время лишать их вашего ребенка.

Как же согла­су­ется закон с вопро­сом о ваших пра­вах? Мно­гие из вас думают (как счи­тали и мы в свое время), что обсуж­дать вопрос о своих пра­вах бес­по­лезно, поскольку роди­тели «отве­чают за своих детей в соот­вет­ствии с зако­ном». Ссы­ла­ясь на это обсто­я­тель­ство, они имеют в виду, что сам закон огра­ни­чи­вает их права обя­зан­но­стями, в числе кото­рых обес­пе­че­ние детей необ­хо­ди­мым, вос­пи­та­ние соот­вет­ству­ю­щего пове­де­ния, без­от­вет­ное сми­ре­ние перед любыми их дей­стви­ями, опла­чи­ва­ние любого при­чи­нен­ного ими ущерба. Все это, есте­ственно, застав­ляет роди­те­лей чув­ство­вать себя бес­по­мощ­ными, когда речь захо­дит о про­воз­гла­ше­нии каких-либо прав для самих себя.

Спе­шим вам обра­до­вать: хотя на самом деле закон вашего штата, воз­можно, и утвер­ждает, что вы несете ответ­ствен­ность за вашего ребенка, закон этот гораздо более разу­мен, чем пола­гает боль­шин­ство роди­те­лей, и вовсе не запре­щает про­воз­гла­шать исход­ные, основ­ные права чело­века во вза­и­мо­от­но­ше­ниях с ребенком.

Мы не знаем такого закона, кото­рый бы утвер­ждал, что вы должны мириться с пове­де­нием того рода, о кото­ром мы гово­рим в дан­ной главе. В боль­шин­стве шта­тов США законы, регу­ли­ру­ю­щие отно­ше­ния роди­те­лей и детей, явля­ются дву­сто­рон­ними. В каче­стве типич­ного при­мера зако­но­да­тель­ства по дан­ному вопросу можно при­ве­сти закон штата Кали­фор­ния (явля­ю­щийся ско­рее граж­дан­ским, нежели уго­лов­ным), тре­бу­ю­щий, чтобы роди­тели или опе­кун обес­пе­чи­вали ребенка, пред­став­ляли ему кров, забо­ти­лись о нем. Тот же закон тре­бует, чтобы ребе­нок посе­щал школу и под­чи­нялся разум­ным и пра­виль­ным рас­по­ря­же­ниям или ука­за­ниям его или ее роди­теля или опе­куна и пред­ста­ви­те­лей школы.

Верно, конечно, что вас могут оштра­фо­вать за тот или иной ущерб, кото­рый может при­чи­нить ваш ребе­нок, но у вас нет осно­ва­ний для того, чтобы руко­вод­ство­ваться в своем пове­де­нии стра­хом перед такого рода слу­ча­ями, поскольку вы все равно не можете кон­тро­ли­ро­вать их – вне зави­си­мо­сти от того, будете ли вы про­воз­гла­шать свои права или нет. Поз­во­лив ребенку ездить на вас, вы не спа­сете себя от воз­мож­но­сти судеб­ного пре­сле­до­ва­ния, поэтому без вся­ких опа­се­ний можете заявить о своих пра­вах. Веро­ят­ность того, что дети натво­рят что-нибудь и при­чи­нят какой-либо ущерб, гораздо меньше в тех слу­чаях, когда роди­тели отста­и­вают себя и свои права.

Под­водя итог обсуж­де­нию вопроса о ваших пра­вах, прямо сей­час решите, каковы же ваши права, и при­мите на себя обя­за­тель­ство отста­и­вать их.

Боязнь столк­но­ве­ний

Сле­ду­ю­щее, что надо сде­лать после выяс­не­ния ваших спра­вед­ли­вых прав и при­ня­тия реше­ния отста­и­вать их, — про­ра­бо­тать и пре­одо­леть страх перед воз­мож­ными столк­но­ве­ни­ями с ребен­ком, кото­рые могут после­до­вать за про­воз­гла­ше­нием вами своих прав. Ино­гда роди­тели сно­сят мно­гое от своих детей потому, что про­сто бояться их неодоб­ри­тель­ных, огор­чен­ных или рас­сер­жен­ных взгля­дов или же той сцены, кото­рой все может кон­читься, если они будут отста­и­вать свои права. Подоб­ные страхи вполне есте­ственны. Дис­гар­мо­ния во вза­и­мо­от­но­ше­ниях никому не достав­ляет радо­сти, как и то дей­стви­тельно ужас­ное поло­же­ние, когда при­хо­дится выдер­жи­вать про­ти­во­дей­ствие в оди­ночку. Один из авто­ров книги очень хорошо пом­нит свой соб­ствен­ный страх, охва­ты­ва­ю­щий ее вновь и вновь в подоб­ного рода ситуациях.

Я ска­зала детям, что хочу, чтобы они не тас­кали еду из холо­диль­ника, если до обеда оста­лось меньше часа. В поло­вине шестого я была в гости­ной, когда услы­шала, что наш 16-лет­ний сын про­шел на кухню и открыл холо­диль­ник. Я знала, что мне сле­дует напом­нить ему в форме Я‑высказывания: «Сын, я на самом деле хочу, чтобы никто не ел перед обе­дом». При этом мне было так страшно ска­зать это, что я начала бук­вально тря­стись от страха. Я испы­тала почти непре­одо­ли­мое иску­ше­ние сде­лать вид, что ничего не слы­шала и поэтому могу промолчать.

Конечно, эта боязнь столк­но­ве­ния явля­ется в опре­де­лен­ном смысле оправ­дан­ной. Когда вы нач­нете отста­и­вать свои права (осо­бенно в тех слу­чаях, если какое-то время поз­во­ляли на себе ездить), вам обя­за­тельно при­дется почув­ство­вать на себе несколько довольно кис­лых взгля­дов и пере­жить ряд весьма непри­ят­ных сцен. Даже если под­ростку нужны те огра­ни­че­ния, кото­рые вы уста­но­вите, нет такого ребенка, какого бы склада он ни был, кто при­нял бы их про­сто так, ска­зав лишь «спа­сибо». Ему или ей обя­за­тельно пока­жется необ­хо­ди­мым защи­тить то, что он или она счи­тает сво­ими пра­вами. И дети могут сде­лать все что угодно, чтобы выну­дить вас отка­заться от того, что вы только что начали отста­и­вать. Они могут заявить вам:

Ты не забо­тишься обо мне.

Я нена­вижу тебя.

Я сбегу из дома.

Мне бы хоте­лось уме­реть (или чтобы ты умер).

Они могут тер­ро­ри­зи­ро­вать вас мол­ча­нием или же всем своим мрач­ным видом пока­зы­вать, как плохо с ними обра­ща­ются. Они могут зака­ты­вать исте­рики и ломать вещи.

Линда (15) какое-то время не делала ника­кой работы по дому. Мать попро­сила ее про­те­реть пол. Ничего не ска­зав в ответ, Линда вышла за дверь и убе­жала из дома.

Арлина (16) имела при­вычку каж­дое утро выпра­ши­вать машину у своей матери. Мать пыта­лась под раз­ными пред­ло­гами отка­зы­вать ей, но в конце кон­цов все же раз­ре­шала. Одна­жды во время зав­трака, после того как мать в оче­ред­ной раз ска­зала: «Нет», — Арлина сбро­сила со стола всю посуду. Когда же мать стала твердо наста­и­вать на своем отказе, Арлина совер­шенно серьезно при­гро­зила столк­нуть свою боль­ную бабушку в пла­ва­тель­ный бассейн.

Кэрол (14) при­выкла при­хо­дить домой после ужина и съе­дать на кухне то, что от него оста­лось, но при этом нико­гда не уби­рала за собой. Мать кате­го­ри­че­ски потре­бо­вала, чтобы дочь уби­рала после себя. Тогда Кэрол зака­тила насто­я­щую исте­рику, раз­била и поло­мала много вещей у себя в ком­нате, при­чем виз­жала так громко, что встре­во­жен­ные соседи вызвали полицию.

Теперь-то мы знаем, что пер­спек­тива подоб­ного пове­де­ния ребенка может пугать. Но мы убеж­дены также в сле­ду­ю­щем: чем меньше вы бои­тесь всего этого, тем меньше веро­ят­ность, что это слу­чится. Так про­ис­хо­дит потому, что вся­кое пове­де­ние такого рода – это шан­таж, вымо­га­тель­ство: ребе­нок делает все для того, чтобы ока­зать на вас дав­ле­ние, выну­дить пойти ему на уступки. Ни один ребе­нок не будет зака­ты­вать исте­рик тому, на кого они про­из­во­дят ника­кого впечатления.

Кроме того, сам этот страх перед столк­но­ве­нием с ребен­ком не все­гда оправ­дан. Именно так. Мы думаем, что в такого рода ситу­а­циях вы бои­тесь отнюдь не того, что сде­лает ребе­нок. Весьма веро­ятно, что все это вы можете выдер­жать, если дей­ствия ребенка не направ­лены непо­сред­ственно про­тив вас. Больше всего вас стра­шит мысль о том, что вы как бы ока­зы­ва­е­тесь у всех на виду в поло­же­нии чело­века, осме­лив­ше­гося гордо под­нять голову и ска­зать во все­услы­ша­ние: «Я про­воз­гла­шаю вот это в каче­стве моих неотъ­ем­ле­мых прав». Мы очень хорошо знаем, насколько дей­стви­тельно страш­ным может быть подоб­ный шаг. Но мы знаем также, что на самом деле он отнюдь не опа­сен, напро­тив, такая чет­кая и откро­вен­ная пози­ция состав­ляет саму суть вся­кого нор­маль­ного чело­ве­че­ского общения.

Если вы стре­ми­лись избе­гать столк­но­ве­ний с ребен­ком, то, ско­рее всего, делали это потому, что чув­ство­вали себя бес­по­мощ­ными и не знали, что пред­при­нять, как сле­дует себя вести. Когда же вы будете знать, что именно надо делать во время подоб­ных столк­но­ве­ний, этот страх умень­шится. В после­ду­ю­щих гла­вах мы сооб­щим вам все нуж­ные све­де­ния. Так что про­ник­ни­тесь уве­рен­но­стью, что у вас будут все необ­хо­ди­мые сред­ства для того, чтобы спра­виться с ситу­а­ци­ями столк­но­ве­ний с ребенком.

Пой­мите также, что в столк­но­ве­нии вы на самом деле даете ребенку самое цен­ное из того, что можете дать, а именно – частицу самого себя; а ведь он или она очень нуж­да­ются в том, чтобы полу­чить от вас это.

Если же вы вообще бои­тесь столк­но­ве­ний с людьми, то пой­мите: подоб­ные ситу­а­ции с вашим ребен­ком дают вам шанс осво­бо­диться от этого страха. Вы можете научиться чув­ство­вать себя в них ком­фортно и даже полу­чать удо­воль­ствие, раду­ясь ощу­ще­нию при­ят­ного воз­буж­де­ния и соб­ствен­ной ком­пе­тент­но­сти от одного созна­ния, что вы можете справ­ляться с кон­фликт­ными ситуациями.

Вот про­стое упраж­не­ние: если у вас есть такая воз­мож­ность, то при­слу­шай­тесь, как гово­рят между собой 7–10-летние дети. Обра­тите вни­ма­ние, как они откро­венны во всех своих про­яв­ле­ниях – и когда скан­да­лят, и когда гово­рят то, что думают, и когда рас­по­ря­жа­ются. Они совсем не боятся столк­но­ве­ний. Вы, как взрос­лый, обла­да­ете гораздо боль­шим жиз­нен­ным опы­том, чем эти малыши; что же про­изой­дет, если это ваше пре­иму­ще­ство будет исполь­зо­вано в обще­нии? Вы и все, кто вас окру­жает, пой­мете: вы – живой чело­век; и, может быть, тогда все в вас устре­мится к такого рода откро­вен­ному взаимодействию!

Таким обра­зом, что каса­ется столк­но­ве­ний, у вас будет все необ­хо­ди­мое для того, чтобы справ­ляться с ними и даже полу­чать от них удо­воль­ствие. После того как вы успешно спра­ви­тесь с несколь­кими стыч­ками, вы почув­ству­ете себя уве­рен­нее и, воз­можно, обна­ру­жите: сами эти столк­но­ве­ния стали реже и слабее.

Будьте откры­тыми

В главе 5 мы про­сили вас быть более чув­стви­тель­ными и вос­при­им­чи­выми к вашим соб­ствен­ным жела­ниям, дис­ком­фор­там, пере­жи­ва­ниям и, говоря о них, поль­зо­ваться Я‑высказываниями. Посту­пая подоб­ным обра­зом, вы доби­ва­е­тесь сразу мно­гого: ста­но­ви­тесь более откры­тыми; дела­ете пер­вый шаг к тому, чтобы начать забо­титься о себе; пере­да­ете частицу самого себя дру­гому чело­веку в непо­сред­ствен­ном обще­нии с ним. Вы также выра­ба­ты­ва­ете у себя при­вычку, кото­рая может выру­чить вас в любом меж­лич­ност­ном вза­и­мо­дей­ствии. Когда бы вами ни овла­дело непри­ят­ное пере­жи­ва­ние – страх перед обще­нием, бес­по­кой­ство по поводу его резуль­тата, неуве­рен­ность в том, что сле­дует делать или ска­зать и т.п., — вы можете начать про­яв­лять заботу о самом себе, кон­цен­три­ру­ясь на своем внут­рен­нем Я, спра­ши­вая его, что оно ощу­щает, и затем сооб­щая об этих ощу­ще­ниях тому, кто перед вами:

Я затруд­ня­юсь ска­зать что-либо. Я про­сто не знаю, что сказать.

Я чув­ствую пол­ную бес­по­мощ­но­стью в связи с этим. 

Я так бес­по­ко­юсь, ведь дом может сго­реть дотла. 

С каж­дым про­яв­ле­нием подоб­ной под­лин­ной откры­то­сти, выра­жен­ным в виде Я‑предложений, в кото­рых нет слов «вы» или «ты», вы будете чув­ство­вать, как к вам воз­вра­ща­ются силы, а ситу­а­ция в целом ста­но­вится более равноправной.

Пой­мите: ваша откры­тость – глав­ное в уста­нов­ле­нии рав­но­прав­ных отно­ше­ний с ребен­ком и бла­го­по­луч­ного раз­ре­ше­ния про­блем, отно­ся­щихся к перечню собы­тий жизни родителя.

Резю­ми­руем: та уста­новка, к раз­ви­тию кото­рой мы побуж­даем вас в ходе работы над пунк­тами из перечня собы­тий жизни роди­теля, вклю­чает в себя сле­ду­ю­щие моменты:

Оста­вай­тесь спо­кой­ными и помните, что стре­ми­тесь к сво­ему сча­стью и к тому, чтобы ваш ребе­нок отве­чал за себя и мог при­ни­мать соб­ствен­ные решения.

Исхо­дите из того, что ваш ребе­нок изна­чально явля­ется серьез­ным, ответ­ствен­ным чело­ве­ком, совер­ша­ю­щим все эти тре­во­жа­щие вас поступки потому, что не имеет доста­точно опыта в про­яв­ле­нии себя хоро­шим и уме­лым чело­ве­ком и боится вести себя соот­вет­ству­ю­щим образом. 

Пой­мите: при­няв дан­ную уста­новку по отно­ше­нию к той или иной ситу­а­ции, вы тем самым уже начи­на­ете улуч­шать ее.

Сде­лайте своей целью рав­но­прав­ные чело­ве­че­ские отно­ше­ния между вами и вашим ребенком.

Опре­де­лите для себя спра­вед­ли­вые права в этих отно­ше­ниях и при­мите реше­ние отста­и­вать их. Пой­мите: если вы смо­жете поло­житься на себя, про­яв­ляя заботу о своих соб­ствен­ных пра­вах, то будете спо­кой­ными, нена­пря­жен­ными и уве­рен­ными вне зави­си­мо­сти от того, какой пово­рот при­мет то или иное ваше вза­и­мо­дей­ствие с ребенком. 

Осо­знайте то обсто­я­тель­ство, что отдель­ные стычки с ребен­ком вполне допу­стимы, и поверьте, что ваша нере­ши­тель­ность в связи с ними может пре­вра­титься в уве­рен­ность и даже при­ят­ное ожи­да­ние по мере того, как вы будете прак­ти­ко­ваться в такого рода общении.

Рас­счи­ты­вайте во всем этом на вашу соб­ствен­ную откры­тость как на глав­ное средство.

Глава 7. Попробуем устранить все, что провоцирует и поддерживает проблемы в воспитании.

Теперь мы готовы начать работу над спе­ци­фи­че­скими про­бле­мами, кото­рые могут еще оста­ваться после того, как вы честно про­ра­бо­тали содер­жа­ние пер­вых шести глав этой книги.

Вер­ни­тесь сей­час, пожа­луй­ста, к перечню собы­тий жизни роди­теля и пере­смот­рите его. Пере­чень мог пре­тер­петь неко­то­рые изме­не­ния, а отдель­ные его пункты могли даже исчез­нуть, по мере того как его пункты могли даже исчез­нуть, по мере того как вы пере­да­вали сыну или дочери ответ­ствен­ность за собы­тия его или ее жизни. Оставьте в этом перечне только те про­блемы, кото­рые про­дол­жали бес­по­ко­ить вас в тече­ние одной-двух послед­них недель, после того как вы пере­стали кон­тро­ли­ро­вать собы­тия, затра­ги­ва­ю­щие только жизнь ребенка. Пере­смот­рен­ный пере­чень может вклю­чать любой из пунк­тов, пере­чис­лен­ных нами ранее, и любой из аспек­тов собы­тий жизни ребенка, отме­чен­ных в главе 2.

Давайте теперь нач­нем рабо­тать с этим обнов­лен­ным перечнем.

Прежде всего сле­дует выявить все те дей­ствия, кото­рыми вы, даже не дога­ды­ва­ясь об этом, на самом деле про­во­ци­ру­ете ребенка на про­ступки, ука­зан­ные в вашем перечне. Удер­жи­вайте в уме каж­дый из них, пока будете читать эту главу, и тща­тель­ней­шим обра­зом рас­смот­рите все те аспекты сво­его пове­де­ния, кото­рые делают эти про­ступки более вероятными.

Роди­тели могут спо­соб­ство­вать тем дей­ствиям ребенка, кото­рые достав­ляют бес­по­кой­ство, двумя спо­со­бами: про­во­ци­руя эти дей­ствия, когда они еще не нача­лись, и под­креп­ляя их, когда они уже закон­чи­лись. Про­во­ци­ру­ю­щим сти­му­лом явля­ется обычно та или иная форма Вы- или Ты-выска­зы­ва­ния или же вопрос такого же рода. В каче­стве под­креп­ле­ния высту­пает отри­ца­тель­ное вни­ма­ние. Вот почему в тех слу­чаях, когда вам при­хо­ди­лось иметь дело с про­ступ­ками детей, мы вся­че­ски поощ­ряли исполь­зо­ва­ние Я‑высказываний вме­сто Ты-выска­зы­вв­ний или вопро­сов и кон­цен­тра­цию поло­жи­тель­ного, помо­га­ю­щего вни­ма­ния на себе вме­сто кон­цен­тра­ции отри­ца­тель­ного вни­ма­ния на вашем ребенке.

Давайте рас­смот­рим неко­то­рые кон­крет­ные спо­собы, посред­ством кото­рых вы можете про­во­ци­ро­вать или под­креп­лять то самое пове­де­ние, кото­рое так вас бес­по­коит. Мы обсу­дим пять раз­но­вид­но­стей про­ступ­ков, с кото­рыми осо­бенно часто стал­ки­ва­ются родители.

Ложь.

Воров­ство.

Бес­по­ко­я­щие или пуга­ю­щие заяв­ле­ния, обзы­ва­ние, ругань.

Мрач­ная или враж­деб­ная уста­новка в общении.

Зло­упо­треб­ле­ние бла­го­склон­но­стью родителей.

Ложь.

Если ложь ребенка была одной из ваших про­блем, то теперь, пере­дав ему или ей ответ­ствен­ность за пункты перечня собы­тий жизни ребенка, вы, воз­можно, стали реже стал­ки­ваться с ней. При­чина здесь в том, что дети ино­гда гово­рят неправду, когда им при­хо­дится спра­ши­вать вашего раз­ре­ше­ния на поступки, отно­ся­щи­еся к перечню собы­тий жизни ребенка, и когда они думают при этом, что вы можете ска­зать «нет». Напри­мер, если Мар­лин хочет пойти по мага­зи­нам с подру­гой, кото­рая была недавно задер­жана за воров­ство, то девочка может испы­тать иску­ше­ние ска­зать вам неправду: «Мама, можно я пойду сего­дня вече­ром к Пауле? Мы соби­ра­емся пора­бо­тать над нашим школь­ным зада­нием». В соот­вет­ствии с вашим преж­ним обра­зом дей­ствий вы, ско­рее всего, раз­ре­шили бы ей это, а она отпра­ви­лась бы затем в тор­го­вый центр, с пол­ным пра­вом чув­ствуя, что бла­го­по­лучно оду­ра­чила сво­его дик­та­тора. Однако если вы отка­за­лись раз­ре­шать или запре­щать то или иное пове­де­ние ребенка, о чем мы про­сили вас в гла­вах 2–4, то ребе­нок уже не может столь легко оправ­дать свою ложь и, сле­до­ва­тельно, будет менее скло­нен обма­ны­вать вас. В соот­вет­ствии с вашим новым обра­зом дей­ствий, если Мар­лин все еще про­сит раз­ре­шить ей про­ве­сти вечер в доме подруги, вы ска­жите ей лишь сле­ду­ю­щее: «Я рада, что ты ска­зала мне об этом; теперь я буду знать, что тебе надо оста­вить на ужин» или, воз­можно: «Я не зани­ма­юсь тем, чтобы что-то раз­ре­шать тебе, но спа­сибо за то, что ты ска­зала мне, где будешь». Вы не выис­ки­вали ее ложь; вы оста­вили ее наедине с этой ложью. Теперь Мар­лин должна будет пойти в мага­зин, зная, что ей вовсе не обя­за­тельно лгать вам; нет дик­та­тора, оправ­ды­ва­ю­щего для нее ее ложь. Для Мар­лин это менее при­ятно по срав­не­нию с тем, что было раньше; и в то же время у нее больше воз­мож­но­стей быть, напро­тив, откро­вен­ной с вами и ска­зать без вся­кой лжи: «Мама, я соби­ра­юсь пойти по мага­зи­нам вме­сте с Сузан сего­дня вече­ром». У вас также больше воз­мож­но­стей, чтобы выра­зить оза­бо­чен­ность, инте­рес и дове­рие, поскольку вы отка­за­лись от того, чтобы нала­гать запреты или давать раз­ре­ше­ния. «Меня это тре­во­жит, потому что я бес­по­ко­юсь, что Сузан укра­дет что-нибудь снова и, воз­можно, вовле­чет вас обеих в беду. И тем не менее я знаю: что бы ни слу­чи­лось, ты сама сде­ла­ешь так, как для тебя будет лучше».

Даже если вы пере­дали вашему сыну или вашей дочери ответ­ствен­ность за пункты из перечня собы­тий жизни ребенка, вы тем не менее все еще можете выслу­ши­вать его или ее ложь по самым раз­ным пово­дам. Если это так, посмот­рите, не про­во­ци­ру­ете ли вы всю эту ложь, зада­вая ребенку вопросы, и не под­креп­ля­ете ли вы ее, кон­цен­три­руя на вашем ребенке, когда он или она лжет, отри­ца­тель­ное вни­ма­ние.

Нач­ните с реше­ния не зада­вать ребенку каких бы то ни было вопро­сов по край­ней мере в тече­ние одной недели.

Это не будет, по-види­мому, столь уж труд­ным, как кажется на пер­вый взгляд. Нужно про­сто быть немного более вни­ма­тель­ной к тому, как вы гово­рите с ребен­ком; и каж­дый раз, когда захо­чется задать вопрос, поста­рай­тесь либо ничего не гово­рить, либо изме­ните вопрос таким обра­зом, чтобы его можно было выра­зить в форме Я‑высказывания.

Вме­сто: «Сде­лал ли ты свою работу по дому?» Попро­буйте: «Мне бы хоте­лось узнать, что ван­ная ком­ната уже вымыта».

Вме­сто: «Почему ты не здо­ро­ва­ешься, когда я при­хожу домой?» – «Я чув­ствую, что мной пре­не­бре­гают, когда со мной не здо­ро­ва­ются». Или: «Мне хочется, чтобы со мной здо­ро­ва­лись, когда я при­хожу вече­ром домой».

Вме­сто: «Как ты добе­решься до дому?» – «Я бес­по­ко­юсь о тебе, и мне хоте­лось бы знать, что ты добе­решься домой в пол­ной безопасности».

Вме­сто: «Сде­ланы ли твои уроки?» – Ничего не гово­рите! (Этот пункт цели­ком и пол­но­стью отно­сится к перечню собы­тий жизни ребенка.)

Суще­ствует осо­бая раз­но­вид­ность вопроса, от кото­рой мы вас осо­бенно предо­сте­ре­гаем, — это вопрос, с помо­щью кото­рого вы про­ве­ря­ете, будет ли ребе­нок гово­рить вам неправду о чем-то, что вы уже и так зна­ете. Например:

Из школы позво­нили домой, чтобы узнать, больна ли Дже­ни­фер (14), поскольку она не при­шла в школу. В тот же день мать Дже­ни­фер спро­сила ее: «Ну как сего­дня в школе?»

Мы рас­це­ни­ваем это как ловушку. Не реко­мен­дуем вам делать так – отча­сти потому, что это все равно что спе­ци­ально доби­ваться лжи от Дже­ни­фер и тем самым предо­став­лять ей воз­мож­ность упраж­няться в ней. И, более того, еще и потому, что в исполь­зо­ва­нии подоб­ного вопроса есть те же эле­менты мошен­ни­че­ства, что и в самой лжи. Про­стая кон­ста­та­ция в соче­та­нии с Я‑высказыванием будет более эффективной:

Сего­дня зво­нил дирек­тор, чтобы узнать, почему ты не была в школе. Я очень не люблю, когда зво­нят из школы, и был бы весьма при­зна­те­лен, если бы меня изба­вили от такого рода теле­фон­ных разговоров.

Когда вы пере­ста­нете зада­вать вопросы, коли­че­ство слу­чаев обмана, ско­рее всего, резко сокра­тится. С его отдель­ными пре­це­ден­тами вы все же можете еще столк­нуться, поскольку ребе­нок пока не понял, что вы уже пере­стали бороться с его или ее ложью; когда ребе­нок тем не менее про­дол­жает обма­ны­вать вас, убе­ди­тесь, что, услы­шав неправду, вы не кон­цен­три­ру­ете отри­ца­тель­ное вни­ма­ние на нем, но ведете себя как-то иначе. Любая ваша реак­ция, выра­жа­ю­щая бес­по­кой­ство или гнев, будет под­пи­ты­вать при­вычку лгать, так что вме­сто этого про­де­лайте при­мерно следующее:

Про­из­не­сите про­сто «гм» и уйдите, чтобы заняться своим люби­мым делом.

Ведите себя так, как будто слу­ша­ете не сво­его, а сосед­ского ребенка, рас­ска­зы­ва­ю­щего вам что-то во время дру­же­люб­ной беседы, в ходе кото­рой, даже если вы и дума­ете, что он или она гово­рит вам неправду, нет ника­кой нужды выяс­нять это, и вы можете быть про­сто вежливыми.

Ска­жите: «Я чув­ствую себя неловко, так как мне все время кажется, что меня обма­ны­вают, поэтому я хотела бы пре­кра­тить этот разговор».

Если вы уве­рены, что дей­стви­тельно пере­стали зада­вать вопросы и реа­ги­ро­вать на ребенка посред­ством отри­ца­тель­ного вни­ма­ния, то мы можем пообе­щать вам такие же хоро­шие резуль­таты, что и в слу­чае с мате­рью Кэти, кото­рый мы взяли из реаль­ной жизни. Пред­ла­га­е­мая нами стра­те­гия зача­стую ока­зы­ва­ется столь успеш­ной, что мы при­шли к убеж­де­нию: ложь ребенка явля­ется одной из самых лег­ких про­блем, с кото­рыми при­хо­дится иметь дело родителям.

Мис­сис Р. жало­ва­лась, что Кэти (8) почти посто­янно лжет. Девочка гово­рила неправду о том, что делала сама («Я полу­чила сего­дня пятерку в школе), и выду­мы­вала также длин­ные исто­рии о том, что она видела или слы­шала. Обсле­до­ва­ние пока­зало, что мис­сис Р. почти посто­янно зада­вала девочке вопросы: «Как дела?», «Как было в школе?», «Что ты сей­час дела­ешь?», «Почему ты взяла мою кос­ме­тику?», «Что ты соби­ра­ешься делать после этого?», «Разве тебе не хочется быть хоро­шей?», «Почему ты гово­ришь неправду?» Мы обу­чили ее не зада­вать ника­ких вопро­сов, заме­няя их либо Я‑высказываниями, либо про­сто мол­ча­нием. Иначе говоря, она пре­кра­тила про­во­ци­ро­вать ложь Кэти. Мы попро­сили ее также реа­ги­ро­вать на любые сколь угодно необыч­ные исто­рии с выра­же­нием под­лин­ного инте­реса, как если бы она чув­ство­вала: «Это инте­ресно!» Дру­гими сло­вами, она не стала также под­креп­лять ложь Кэти, пере­став кон­цен­три­ро­вать на девочке отри­ца­тель­ное вни­ма­ние. Бук­вально сле­дуя нашим реко­мен­да­циям, мис­сис Р. осу­ще­ствила геро­и­че­скую пере­стройку своих пред­став­ле­ний. И хотя все мы ожи­дали, что борьба со склон­но­стью Кэти гово­рить неправду будет дол­гой, при­вычка эта исчезла почти мгновенно.

Конечно, когда ложь пре­кра­тится, вы, воз­можно, пой­мете: бес­по­ко­ила вас не столько ложь сама по себе, сколько то, о чем вам гово­рили неправду. Если ребе­нок лжет вам о своем посе­ще­нии школы или о мари­ху­ане или о том, крал ли он ваши юве­лир­ные укра­ше­ния, а потом лгать пере­ста­нет, то это, есте­ственно, не решит про­блему. Вы хотите, чтобы пре­кра­ти­лись про­гулы, упо­треб­ле­ние нар­ко­тика или воров­ство. В этом слу­чае все же поздравьте себя с тем, что смогли покон­чить с ложью! А уж затем начи­найте рабо­тать непо­сред­ственно с дру­гой, более глу­бо­кой про­бле­мой. Если она отно­сится к перечню собы­тий жизни ребенка, вновь про­чтите главы 2–4. Если же про­блему сле­дует вклю­чить в пере­чень собы­тий жизни роди­теля, про­дол­жите чте­ние этой и после­ду­ю­щих глав.

Воров­ство.

Ино­гда роди­тели сооб­щают следующее:

Мне запла­тили налич­ными, а мой сын Том (16) высмот­рел, куда я поло­жил их, и взял часть денег.

Сандра (14) берет мою одежду и юве­лир­ные укра­ше­ния и про­дает их своим подругам.

Ральф (16) при­вел в дом двух дру­зей, когда я был в коман­ди­ровке, и поз­во­лил им войти в мой каби­нет. Они нашли 65 дол­ла­ров, кото­рые я оста­вил жене на про­дукты, и взяли их.

Зача­стую роди­тели начи­нают дей­ство­вать по двух­этап­ной про­грамме под­креп­ле­ния-и-про­во­ци­ро­ва­ния воров­ства сразу же после того, как слу­ча­ется пер­вая кража. Они делают это посред­ством 1) кон­цен­тра­ции отри­ца­тель­ного вни­ма­ния на чело­веке, совер­шив­шем кражу, зада­вая ему вопросы, ругая и нака­зы­вая его, и посред­ством 2) небреж­ного хра­не­ния цен­ных вещей, кото­рые могу украсть в сле­ду­ю­щий раз. И чем больше роди­те­лей бес­по­коит воров­ство, чем больше им хоте­лось бы дове­рять своим детям, тем веро­ят­нее, что они будут дей­ство­вать именно так, т.е. одно­вре­менно под­креп­лять и про­во­ци­ро­вать воровство.

Глав­ное, что должны сде­лать роди­тели, чтобы раз­ре­шить про­блему воров­ства, пред­став­ляет собой нечто совер­шенно отлич­ное от этих двух спо­со­бов пове­де­ния. Ваша задача состоит в том, чтобы опре­де­лить кон­крет­ные спо­собы дей­ствий, кото­рые не свя­заны с отри­ца­тель­ным вни­ма­нием к ребенку и не про­во­ци­руют его еще на одну кражу. Здесь откры­ва­ется много воз­мож­но­стей для вашего твор­че­ства, и любое реше­ние, ско­рее всего, будет более эффек­тив­ным, если вы най­дете его сами. Так про­ис­хо­дит потому, что в дан­ном слу­чае гораздо менее важно, что именно вы будете делать; важ­нее, чтобы вы смогли про­де­лать все это нестес­ненно и нена­пря­женно, без эмо­ци­о­наль­ной нагрузки, а лучше вас никто не знает, что это может быть. Напри­мер, вы можете исполь­зо­вать каж­дый слу­чай воров­ства в каче­стве сиг­нала для того, чтобы начать зани­маться вашим люби­мым делом, пред­ва­ри­тельно объ­явив всем (вклю­чая воз­мож­ного вора), что вы дела­ете это для того, чтобы облег­чить ту боль, кото­рую доста­вила вам кража. Дру­гая воз­мож­ность может состо­ять в том, чтобы отдать укра­ден­ное вору.

В романе Вик­тора Гюго рас­ска­зы­ва­ется о том, как один чело­век украл несколько сереб­ря­ных пред­ме­тов у свя­щен­ника, предо­ста­вив­шего ему кров и пищу. Жан­дармы при­вели вора в дом свя­щен­ника, чтобы удо­сто­ве­риться, что обна­ру­жен­ные у этого чело­века цен­но­сти были, как он утвер­ждал, ему пода­рены. Свя­щен­ник под­твер­дил, что они в самом деле были подар­ком. Это «даре­ние» дра­го­цен­ного серебра ока­за­лось для героя романа кри­ти­че­ской пово­рот­ной точ­ной всей его жизни, став­шей исход­ной при­чи­ной доб­ро­де­тель­ного образа жизни.

И вновь кри­ти­че­ской осо­бен­но­стью каж­дого реше­ния явля­ется не то или иное пове­де­ние само по себе, но то, насколько спо­койно и нена­пря­женно вы себя чув­ству­ете, осу­ществ­ляя его. Если же реше­ния, подоб­ные при­ве­ден­ным выше, остав­ляют у вас ощу­ще­ние, что вы не забо­ти­тесь о самом себе, рас­смот­рите сле­ду­ю­щие два про­стых прак­ти­че­ских шага.

Во-пер­вых, зная, что в вашем доме суще­ствует про­блема воров­ства, убе­ди­тесь, что вы лично не про­во­ци­ру­ете кражи, остав­ляя без при­смотра вещи, пред­став­ля­ю­щие цен­ность. Поза­боть­тесь о тех вещах, кото­рые кра­дут; если вы уби­ра­ете и запи­ра­ете их, ока­зав­шись в номере гости­ницы, то сде­лайте то же самое у себя дома. Вы не должны остав­лять на виду и без при­смотра сумочки и кошельки, деньги или укра­ше­ния и даже такие неболь­шие при­тя­га­тель­ные вещи, как элек­трон­ные часы и тран­зи­стор­ные при­ем­ники, если вы на самом деле хотите убе­речь их и зна­ете, что воров­ство продолжается.

Ска­жите вашему ребенку в форме Я‑высказывания, что вы соби­ра­е­тесь обес­пе­чить сохран­ность ваших вещей. Напри­мер: «Кэрол, я заме­тил, что про­пала часть моих денег, поэтому теперь я соби­ра­юсь уби­рать их».

Мы обу­чали всему этому мно­гих роди­те­лей, обра­щав­шихся к нам.

Мать Мэри одна вос­пи­ты­вала двух детей в стес­нен­ных жилищ­ных усло­виях; един­ствен­ное место, кото­рое она поз­во­лила себе оста­вить для лич­ного поль­зо­ва­ния, — шка­тулка, где она хра­нила укра­ше­ния, сига­реты и немного мелочи. Несколько раз в тече­ние недели она заме­чала, как исче­зали неко­то­рые из этих вещей, и у нее с Мэри (13) из-за этого про­изо­шла затем стычка. Посте­пенно такого рода стычки стали про­хо­дить по одному и тому же посто­ян­ному сце­на­рию: мать спра­ши­вает Мэри, брала ли та что-нибудь, Мэри отпи­ра­ется, мать обви­няет ее, Мэри сер­дится, мать пла­чет. Мы помогли матери Мэри пре­кра­тить все ее вопросы, обви­не­ния и сте­на­ния и посо­ве­то­вали при­об­ре­сти надеж­ный замок для ее шкатулки.

Род­жер (15) был под посто­ян­ным подо­зре­нием в семье. В каби­нете отца стоял кув­шин, напол­нен­ный доверху ста­рыми пен­со­выми моне­тами, и каж­дый раз, когда каза­лось, что их уро­вень в кув­шине несколько сни­жался, роди­тели начи­нали подо­зре­вать, что Род­жер взял несколько монет. Он, конечно, отри­цал это. Мы поре­ко­мен­до­вали отца убрать монеты под замок.

Обес­пе­че­ние сохран­но­сти ваших вещей, воз­можно, ока­жется недо­ста­точ­ным, чтобы раз­ре­шить про­блему воров­ства. С одной сто­роны. Если вы огра­ни­чи­тесь только этим, ребе­нок может вос­при­нять ваши дей­ствия как игру или состя­за­ние и смо­жет отыс­кать тай­ники, сло­мать замки, взло­мать ящики. С дру­гой сто­роны, вы, воз­можно, не захо­тите дер­жать под зам­ками вещи в соб­ствен­ном доме до тех пор, пока ребе­нок не ста­нет доста­точно взрос­лым, чтобы жить отдельно.

Вто­рое, что мы про­сим вас сде­лать, — дело более труд­ное. Оно состоит в том, чтобы убрать из ваших вза­и­мо­от­но­ше­ний с ребен­ком все про­яв­ле­ния отри­ца­тель­ного вни­ма­ния, заме­нив их в тех слу­чаях, когда вы счи­та­ете, что вас обо­крали, на столь есте­ствен­ную заботу о самом себе.

У нас нет сомне­ния в том, что дети кра­дут из-за неже­ла­ния выка­зать себя и соот­вет­ственно быть вос­при­ня­тыми в каче­стве хоро­ших, счаст­ли­вых, ответ­ствен­ных людей, и воров­ство явля­ется тем лег­ким спо­со­бом, посред­ством кото­рого они сохра­няют без­опас­ную для них пози­цию пло­хих и без­от­вет­ствен­ных. Почти все их того, что кра­дут дети, они могут полу­чить дру­гими спо­со­бами, кото­рые, однако, пред­по­ла­гают чест­ность и, воз­можно, уме­лость и тем самым харак­те­ри­зуют их как отве­ча­ю­щих за самих себя. Воров­ство, напро­тив, дока­зы­вает, что они пло­хие, именно поэтому они совер­шают кражи. Наи­луч­ший спо­соб борьбы с воров­ством заклю­ча­ется в том, чтобы убе­ди­тельно пока­зать ребенку: воров­ство не дает ему жела­е­мых резуль­та­тов (т.е. что оно не клей­мит его с помо­щью вашего отри­ца­тель­ного вни­ма­ния как пло­хого). И одно­вре­менно сде­лать все, что вы можете, чтобы ребе­нок пере­стал чув­ство­вать себя неловко в тех слу­чаях, когда он ощу­щает себя хоро­шим и отве­ча­ю­щим за себя чело­ве­ком. Всего этого нельзя добиться, лишь говоря ребенку, что он хоро­ший; но это можно сде­лать, став для него моде­лью, образ­цом, демон­стри­руя ему, что вы сами ощу­ща­ете и вос­при­ни­ма­ете себя хоро­шим, счаст­ли­вым и ответ­ствен­ным, что вы можете про­яв­лять заботу о самом себе и что вас нельзя спро­во­ци­ро­вать на отри­ца­тель­ное вни­ма­ние по отно­ше­нию к сыну или дочери. Имея вас в каче­стве такой модели, ребе­нок мало-помалу осме­ли­ва­ется ощу­щать себя хоро­шим и ответ­ствен­ным, и ему уже больше не пона­до­бится воро­вать, чтобы дока­зы­вать противоположное.

Каким же обра­зом сле­дует поза­бо­титься о себе, когда ребе­нок ста­щил что-либо у вас? Мы про­сим вас дей­ство­вать при­мерно в том же ключе, как, напри­мер, в том слу­чае, если обва­ли­ва­ется часть кровли и вы пыта­е­тесь как-то укре­пить ее и, воз­можно, зовете на помощь, но в любом слу­чае отнюдь не руга­ете и не обви­ня­ете вашего ребенка. Именно вам нане­сен ущерб кра­жей, и теперь ваша задача состоит в том, чтобы сде­лать что-нибудь и воз­ме­стить потерю. Вот несколько при­ме­ров, пока­зы­ва­ю­щих, как можно поза­бо­титься о самом себе. Заметьте: во всех этих слу­чаях роди­тели избе­гают про­яв­ле­ний отри­ца­тель­ного вни­ма­ния по отно­ше­нию к ребенку и, напро­тив, акцен­ти­руют Я‑высказывания и кон­цен­тра­цию на предо­став­ле­нии бла­го­при­ят­ных усло­вий самим себе.

Пред­по­ло­жим, вы обна­ру­жили про­пажу денег из вашей сумочки или бумаж­ника. Билл – один из ваших детей – брал деньги и раньше, и, хотя у вас и нет пол­ной уве­рен­но­сти, вы подо­зре­ва­ете, что и на этот раз это сде­лал он.

Вы гово­рите детям:

- Мейбл и Билл, я только что обна­ру­жил, что из моего кошелька про­пали 10 дол­ла­ров. Мне бы хоте­лось полу­чить их обратно.

- Я не брал их.

- Я тоже.

- Я пони­маю, что вы мне гово­рите, и тем не менее я говорю, что хочу полу­чить их обратно. Если я не получу их до зав­тра, то на сле­ду­ю­щей неделе нам при­дется есть глав­ным обра­зом фасо­ле­вый суп, поскольку эти 10 дол­ла­ров были частью про­дук­то­вых денег.

Затем может слу­читься так, что вы (или кто-либо еще) «най­дете» деньги. В конце кон­цов они таин­ствен­ным обра­зом ока­жутся в вашем кошельке или же Билл неожи­данно «най­дет» их в ящике на кухне, куда вы обычно кла­дете свой коше­лек (у нас были слу­чаи, когда все про­ис­хо­дило именно так). Если деньги обна­ру­жатся подоб­ным обра­зом, отне­си­тесь к этому как ни в чем ни бывало и воз­дер­жи­тесь от сар­казма. Если же этого не про­изой­дет, то сва­рите боль­шую кастрюлю фасо­ле­вого супа, чтобы сэко­но­мить для себя про­пав­шие 10 долларов.

Учи­ты­вая спе­ци­фику кон­крет­ных ситу­а­ций, мы обу­чили мно­гих роди­те­лей забо­титься о себе в тех слу­чаях, когда дети крали что-либо у них.

Ральф (16) был спо­кой­ным и довольно застен­чи­вым маль­чи­ком, кото­рому очень хоте­лось иметь дру­зей. Одна­жды его отец, вер­нув­шийся из коман­ди­ровки, обна­ру­жил, что из его каби­нета про­пали 65 дол­ла­ров. Ральф дал отцу сле­ду­ю­щее объ­яс­не­ние. Он встре­тил двух пар­ней, кото­рые про­из­вели на него силь­ное впе­чат­ле­ние своей мно­го­опыт­но­стью и гру­бо­стью выра­же­ний. Когда роди­те­лей не было дома, он при­гла­сил этих ребят к себе и не пре­пят­ство­вал им, когда они стали ходить по ком­на­там и про­шли через спальню роди­те­лей в каби­нет отца. Там они нашли 65 дол­ла­ров и быстро скры­лись с ними. Услы­шав все это, отец Ральфа вызвал поли­цию; обна­ру­жи­лась, однако, пол­ная пута­ница в том, кто эти двое, где именно они были и у кого же на самом деле сей­час нахо­дятся деньги. Мы посо­ве­то­вали отцу посмот­реть на все это дело так, как если бы эти деньги поте­рял его (отца) при­я­тель-сверст­ник. Ральфа не ругали и не нака­зы­вали; про­сто отец ска­зал сыну, что счи­тает его ответ­ствен­ным за дом, за все, нахо­дя­ще­еся в нем в то время, когда роди­тели отсут­ствуют, и ждет, что деньги будут воз­вра­щены. Ральф согла­сился выпла­тить про­пав­шие 65 дол­ла­ров из тех денег, кото­рые он зара­ба­ты­вал после школь­ных заня­тий. Отец ска­зал также Ральфу, что он не желает, чтобы во время его отсут­ствия в доме нахо­ди­лись посто­рон­ние люди; если же это повто­рится, он будет вынуж­ден для сво­его спо­кой­ствия нанять чело­века при­смат­ри­вать за домом, хотя в этом деле ему больше хоте­лось бы пола­гаться на сына.

Три­сия (15) и Мери­лин (16) – лег­ко­мыс­лен­ные, эффект­ные и каприз­ные сестры – делали все, что угодно, лишь бы про­длить свое весе­лье. Они посто­янно без вся­кого стес­не­ния поль­зо­ва­лись вещами своей матери, и ника­кие ее жалобы, обви­не­ния, мольбы и даже слезы не дей­ство­вали на них. Одна­жды их мать осо­бенно рас­стро­и­лась, уви­дев, что из ее ком­наты исчез доро­гой сви­тер. На этот раз она бес­хит­ростно и твердо заявила доче­рям: «Я хочу, чтобы мне вер­нули мой сви­тер». Девочки, конечно же, стали отри­цать, что знают что-либо об этой вещи; они кри­чали, ста­но­ви­лись угрю­мыми, заяв­ляли, что к ним неспра­вед­ливы. Был момент, когда одна из них, вме­сто того чтобы отве­тить матери, в бешен­стве выбе­жала из дома. Матери уда­лось оста­ваться совер­шенно спо­кой­ной, нена­пря­жен­ной и не чув­ство­вать дис­ком­форта на про­тя­же­нии всего этого кон­фликта, потому что она точно знала, как должна вести себя, что бы ни пред­при­ни­мали девочки, а также потому, что она сумела скон­цен­три­ро­вать свое вни­ма­ние не на доче­рях, а на том, что соби­ра­лась делать сама. Она про­сто оста­ва­лась непре­клонно и время от вре­мени, что бы ни гово­рили или ни делали девочки, повто­ряла лишь одно пред­ло­же­ние: «Я хочу, чтобы мне вер­нули мой сви­тер». Так про­шло несколько часов, после чего она ска­зала доче­рям: «Я хочу, чтобы мне вер­нули мой сви­тер, и, если я не получу его сего­дня вече­ром, я непре­менно пере­верну вверх дном ваши ком­наты и выброшу всю вашу одежду в пла­ва­тель­ный бас­сейн». (О при­ме­не­нии подоб­ных физи­че­ских воз­дей­ствий мы еще пого­во­рим. Они могут как бы сри­ко­ше­тить, уда­рить по вам самим в том слу­чае, если вы не про­ду­мали их зара­нее и дей­ству­ете без пол­ней­шей искрен­но­сти и уве­рен­но­сти в своей правоте.) Она явно была готова посту­пить именно так. В конце кон­цов Мери­лин не выдер­жала и, запла­кав, ска­зала: «Подо­жди! Я одол­жила твой сви­тер подруге. Я только что гово­рила с ней по теле­фону. Она при­не­сет его утром».

Салли (13) уже много лет воро­вала и только что вер­ну­лась из при­ем­ника для несо­вер­шен­но­лет­них, куда ее забрали за то, что нашли у нее кра­де­ное. В пер­вый же день по ее воз­вра­ще­нии домой у матери про­пал новый фен. Мать была уве­рена, что Салли отдала или про­дала фен своим дру­зьям, но убе­ди­тель­ных дока­за­тельств у нее не было. Она знала также, что Салли будет все отри­цать, если ее обви­нить в про­паже. Мы пред­ло­жили матери объ­явить семье (в кото­рой было еще трое дево­чек), что она рас­стро­ена про­па­жей своей вещи и, чтобы поза­бо­титься о себе, потра­тит на покупку нового фена часть про­дук­то­вых денег, оста­вив для семьи лишь неболь­шую сумму на хлеб. Ей при­шлось объ­яс­нить девоч­кам, что, хотя она сама вовсе не хочет пере­хо­дить на хлеб и воду или же дер­жать на них всю семью, все же пред­по­чтет сде­лать именно так, нежели поз­во­лит уще­мить свое внут­рен­нее Я, не поза­бо­тив­шись о нем.

Мать так и не полу­чила свой фен, но испы­тала при­ят­ное чув­ство удо­вле­тво­ре­ния от того, что фак­ти­че­ски впер­вые посто­яла за себя. Она заме­тила также, что дру­гие ее дочери не только жало­ва­лись на неспра­вед­ли­вость, но и мно­гое выска­зали самой Салли по поводу слу­чив­ше­гося. В после­ду­ю­щие месяцы мать Салли про­явила много упор­ства, и, хотя дело шло туго, во мно­гом ей стало зна­чи­тельно легче.

Мы рас­ска­зали о том, что сле­дует делать, если ваш ребе­нок ворует у вас. Дело обстоит несколько иначе, когда ребе­нок кра­дет у своих бра­тьев или сестер. В этих слу­чаях вы будете испы­ты­вать силь­ное иску­ше­ние вновь стать семей­ным судьей и ула­дить спор, воз­можно, отру­гав или нака­зав зло­дея. Не делайте этого. При жела­нии посо­чув­ствуйте тому или той, у кого украли, и ска­жите, что зна­ете: он или она вполне может спра­виться с про­ис­шед­шим. Так вы помо­жете ребенку гораздо больше, нежели сде­лав все воз­мож­ное, чтобы вер­нуть ему или ей укра­ден­ное. Ребе­нок, совер­шив­ший про­сту­пок, также най­дет, как спра­виться с ситу­а­цией, если вы не будете в нее вмешиваться.

Бес­по­ко­я­щие или пуга­ю­щие заяв­ле­ния, обзы­ва­ние, ругань.

К этой кате­го­рии про­ступ­ков отно­сятся такие дей­ствия, как:

Гово­рит, что я не люблю его.

Обзы­вает меня бран­ными словами. 

Когда бы мы ни ссо­ри­лись, гро­зится сжечь дом. 

Сквер­но­сло­вит.

Гово­рит, что убе­жит из дома. 

Гово­рит, что покон­чит с собой. 

Гово­рит, что при­кон­чит нас ночью, когда мы будем спать. 

Все это под­ростки гово­рят роди­те­лям в основ­ном по одной из сле­ду­ю­щих двух причин:

  1. Из-за какой-то дей­стви­тельно суще­ству­ю­щей про­блемы; ребе­нок нуж­да­ется в помощи и как бы обо­зна­чает суще­ство­ва­ние про­блемы тем, что гово­рит роди­те­лям подоб­ные вещи.
  2. Зная, что это выво­дит роди­теля из себя.

Если то, что гово­рит ребе­нок, обу­слов­лено пер­вой при­чи­ной, то наи­луч­шим для вас будет при­нять какие-либо эффек­тив­ные меры по отно­ше­нию к суще­ству­ю­щей у него про­блеме. Если же дей­ствует вто­рая при­чина, то самое пра­виль­ное – про­игно­ри­ро­вать ска­зан­ное. И ни в одном их этих слу­чаев вам не сле­дует про­яв­лять к ребенку отри­ца­тель­ное вни­ма­ние, не сле­дует рас­стра­и­ваться, раз­да­вать под­за­тыль­ники, огры­заться или же испы­ты­вать чув­ства бес­по­кой­ства, вины, фруст­ра­ции или гнева.

Поэтому мы реко­мен­дуем вам в тех слу­чаях, когда вы впер­вые услы­шали нечто подоб­ное от ребенка, отне­стись к про­ис­шед­шему очень серьезно, выра­зить свое уча­стие и пред­ло­жить помощь. В даль­ней­шем, если за сло­вами ребенка видится реаль­ная опас­ность, необ­хо­димо сде­лать все, что в ваших силах, чтобы отвра­тить ее, — может быть, вам сле­дует уве­до­мить поли­цию или же отвезти ребенка в пси­хи­ат­ри­че­скую боль­ницу для обсле­до­ва­ния. Напри­мер, роди­тели маль­чика. Ска­зав­шего, что он при­кон­чит их, позво­нили в поли­цию. Мы попро­сили их убрать из дома ружье. Роди­тели, сын кото­рых при­гро­зил сжечь дом, пред­ло­жили ему опла­тить услугу пси­хо­лога-кон­суль­танта; кроме того, они также позво­нили в полицию.

В том слу­чае, если вы при­няли эти меры разум­ной предо­сто­рож­но­сти, а ребе­нок про­дол­жает выска­зы­ваться подоб­ным обра­зом, не пред­при­ни­мая ника­ких уси­лий, чтобы как-то решить свою про­блему, есть осно­ва­ние подо­зре­вать, что он или она зани­ма­ются вымо­га­тель­ством; иначе говоря, ребе­нок исполь­зует те или иные выра­же­ния, чтобы спро­во­ци­ро­вать ваше отри­ца­тель­ное вни­ма­ние, либо рас­строив вас, либо выну­див отсту­питься от при­ня­той вами пози­ции. Наш глав­ный совет: вос­поль­зуй­тесь спе­ци­аль­ными при­е­мами про­яв­ле­ния настой­чи­во­сти, о кото­рых пой­дет речь в сле­ду­ю­щих гла­вах, но прежде убе­ди­тесь, что вы сами не поощ­ря­ете все эти выска­зы­ва­ния ребенка сво­ими реак­ци­ями на них. Не поз­во­ляйте себе рас­стра­и­ваться каж­дый раз, как только ребе­нок ска­жет нечто подобное.

Зача­стую, когда мы видим роди­теля, обес­по­ко­ен­ного тем, что гово­рит ребе­нок, нам кажется, будто перед нами кор­рида, быком в кото­рой явля­ется сам роди­тель. На насто­я­щих кор­ри­дах нам все­гда очень хоте­лось шеп­нуть, под­ска­зать кое-что быкам; ведь сила на сто­роне быка, а мата­дор лишь управ­ляет ею. Мата­дору доста­точно лишь взмаха малень­кой крас­ной тряпки, чтобы выве­сти быка из рав­но­ве­сия, заста­вить его заре­веть и мол­нией бро­ситься в атаку. Без сомне­ния, бык верит, что его про­блема – это мата­дор или по край­ней мере крас­ная тряпка; однако, как нам кажется, про­блема быка состоит в его готов­но­сти выхо­дить из рав­но­ве­сия и впа­дать в бешен­ство каж­дый раз, когда этого захо­чет мата­дор и когда он подаст сиг­нал к этому. Нам бы хоте­лось ска­зать быку:

Поста­райся не заводится.

Выходя из себя каж­дый раз, как только этот чело­век взма­хи­вает своей крас­ной тряп­кой, ты дела­ешь как раз то, что нужно ему. Поду­май, каким дура­ком он себя почув­ствует, если не смо­жет заста­вить тебя сде­лать это!

Твой адре­на­лин дорог. Поза­боться о нем, попри­держи его, не трать его столь опро­мет­чиво по чьему-то сиг­налу на гнев и бес­по­кой­ство. Держи свой адре­на­лин сухим!

Посмот­рите, пожа­луй­ста, нет ли в вашем пове­де­нии каких-либо чрез­мер­ных реак­ций на то, что гово­рит ребе­нок. Решите для себя: вы не будете сер­диться, бес­по­ко­иться, испы­ты­вать чув­ства вины и фруст­ра­ции и не будете также кри­чать, рас­пус­кать руки или пла­кать, когда он или она, ска­зав нечто, подаст вам сиг­нал к этому. Не будьте быком!

Одна­жды мы наблю­дали пре­крас­ный при­мер, как подоб­ным обра­зом один ребе­нок мани­пу­ли­ро­вал дру­гим. Про­чи­тайте опи­са­ние этого слу­чая и спро­сите себя, не реа­ги­ру­ете ли вы слу­чайно так, как вел себя Пит.

Кэрол (10) и Пит (9) доспо­ри­лись до того, что их спор пре­вра­тился в обмен репли­ками типа «Это было так!», «Нет, это было не так!», «Это было так!». После того как они уже неко­то­рое время про­спо­рили в такой вот манере, ответы Кэрол посте­пенно стали ста­но­виться все короче и короче («Это так!» и затем про­сто: «Так!»), в то время как Пит, доби­ва­ясь, чтобы она совсем замол­чала, давал все более и более ярост­ные и услож­нен­ные реплики («Это было не так, ты дура!»). Скоро он начал коло­тить по сте­нам и топать по полу в бес­по­мощ­ной яро­сти. В конце кон­цов Кэрол лениво усе­лась на свою кро­вать, и ей было доста­точно изда­вать лишь тон­чай­шие повиз­ги­ва­ния тогда, когда ей хоте­лось вогнать Пита в бешенство.

Ясно, что в дан­ном слу­чае речь шла уже не о чем-то кон­крет­ном, о чем спо­рили дети, но, ско­рее, о том, что один чело­век понял, как можно выве­сти из себя дру­гого. Пит, по-види­мому, так и не узнал, что кто-то мани­пу­ли­ро­вал им извне и что его взрывы гнева не при­но­сили ему жела­е­мого результата.

Эрни (9) и Боб (12) довели до отча­я­ния свою мать и нового, очень забот­ли­вого отчима. Когда взрос­лым пред­ло­жили откро­венно рас­ска­зать, как же детям уда­лось добиться этого, они с тру­дом решили такую задачу, в конце кон­цов ука­зав на то, что им гово­рят маль­чики. Выяс­ни­лось сле­ду­ю­щее: когда бы каж­дый из супру­гов ни пытался в чем-то огра­ни­чить детей (обра­ща­ясь к Эрни или Бобу с прось­бой в чем-то помочь, отпра­виться спать, меньше шуметь и т.д.), маль­чики гово­рили: «Ты не можешь застав­лять меня», «Мне здесь не нра­вится; я вот позвоню сво­ему отцу, чтобы он при­шел и забрал меня», — или же про­сто сме­я­лись в ответ. Все это (осо­бенно гру­бый, изде­ва­тель­ский смех) при­во­дило отчима в бешен­ство. За несколько меся­цев такой жизни он бук­вально вогнал себя в состо­я­ние нерв­ного напря­же­ния и повы­шен­ного кро­вя­ного дав­ле­ния. Было оче­видно: при­ни­мая столь серьезно то, что гово­рили дети, он поощ­рял их сло­вес­ные подзуживания.

В числе про­чего мы пред­ло­жили матери и отчиму ска­зать маль­чи­кам, чтобы те зво­нили сво­ему отцу каж­дый раз, когда счи­тают, что им кто-то угро­жает или неспра­вед­ливо с ними обра­ща­ется («Ты можешь вос­поль­зо­ваться этим теле­фо­ном, чтобы позво­нить сво­ему отцу, и, тем не менее, я хочу, чтобы здесь было меньше шума»). Мы попро­сили также супру­гов рас­це­ни­вать все, что гово­рят маль­чики, ско­рее как бол­товню малень­ких детей, нежели как серьез­ные заяв­ле­ния, спо­соб­ные сде­лать бес­по­мощ­ным взрос­лого чело­века. Такому умному и доб­рому чело­веку, как этот отчим, было неуместно под­да­ваться на про­во­ка­ции этих пустых подзуживаний.

Несколько слов об обзы­ва­нии и ругани: если что-либо из этого пред­став­ляет про­блему для вас, мы реко­мен­дуем пред­при­нять еще один шаг, прежде чем вы перей­дете к сле­ду­ю­щему разделу.

Убе­ди­тесь, что вы не про­во­ци­ру­ете дан­ные дей­ствия, совер­шая их первым.

Тща­тельно при­пом­ните, что именно вы ска­зали вашему ребенку непо­сред­ственно перед тем, как полу­чили самые послед­ние образ­чики обид­ных кли­чек или ругани. Было ли это чем-то уни­жа­ю­щим, осуж­да­ю­щим или даже таким бран­ным сло­вом, как «Дурак!», «Чучело!» или «Тол­стуха!»? Начали ли вы ругаться пер­вым? Или, может быть, вы отда­вали при­ка­за­ния? Задали вопрос? Выра­зили недо­воль­ство? Содер­жало ли ска­зан­ное вами слово «ты»? Все это – про­во­ци­ру­ю­щие сти­мулы. Осо­знав их, вы смо­жете кон­тро­ли­ро­вать то в речи вашего ребенка, что мучает вас. Веро­ятно, вы смо­жете, устра­няя из своей речи эти про­во­ци­ру­ю­щие сти­мулы, умень­шить число бес­по­ко­я­щих вас слу­чаев обзы­ва­ния и ругани.

Спро­сите себя: «Если вы я захо­тел, чтобы ребе­нок ругался или обзы­вал меня, то что надо было бы мне делать?» Ваш ответ на этот вопрос может под­ска­зать, как на самом деле вы доби­ва­е­тесь всего этого.

Мрач­ная или враж­деб­ная уста­новка в общении.

У Бер­нис (16) мрач­ная уста­новка. Она все­гда выгля­дит хмуро и сконфуженно.

У Тимоти (14) враж­деб­ная уста­новка. У него есть такой жест, кото­рый застав­ляет меня каж­дый раз думать, когда я говорю ему что-либо, что он соби­ра­ется меня ударить.

Манера Томми (15) съе­жи­ваться и про­кра­ды­ваться, когда он про­хо­дит через общую ком­нату, наво­дит на мысль, будто он думает, что я соби­ра­юсь уда­рить его. Я нико­гда не делал ничего подоб­ного, и все это застав­ляет меня чув­ство­вать себя каким-то боль­шу­щим чудищем.

Если вы вос­при­ни­ма­ете подоб­ные слу­чаи так же, как мы, то за этими уста­нов­ками вы уви­дите некое обра­ще­ние или посла­ние. Вам пока­жется, что посред­ством этих уста­но­вок ваш ребе­нок как бы гово­рит вам:

Ты пло­хой.

Я несчаст­лив, и это твоя вина.

Ты лучше поосте­ре­гись и обра­щайся со мной поде­ли­кат­нее, а то получишь.

Пожа­луй­ста, не бей меня, ты, коло­тушка для детей!

Может статься: вы, «всего лишь» пони­мая эти обра­ще­ния таким обра­зом, уже побуж­да­ете ребенка сохра­нять подоб­ные уста­новки. Мы пред­ла­гаем вам стать гораздо менее про­ни­ца­тель­ными. Пола­гая, что за уста­нов­кой ребенка может скры­ваться некое обра­ще­ние, пред­ло­жите, если можете, ему или ей один раз вашу помощь. После этого мы реко­мен­дуем вам отка­заться пони­мать эти едва раз­ли­чи­мые уста­но­воч­ные обра­ще­ния и дове­риться тому, что ваш ребе­нок, испы­ты­вая некую реаль­ную труд­ность и желая обсу­дить ее с вами, может ска­зать об этом напрямик.

Про­ра­бо­тайте про­блему отри­ца­тель­ной уста­новки ребенка в обще­нии таким образом.

Прежде всего, про­верьте, не про­во­ци­ру­ете ли вы нега­тив­ную уста­новку вашего ребенка тем, что рас­по­ря­жа­е­тесь или гово­рите с пре­не­бре­же­нием или смот­рите на него, под­чер­ки­вая свое непри­я­тие, рас­сер­жен­ность, несо­гла­сие. Короче говоря, убе­ди­тесь, что ваша уста­новка – это уста­новка дру­же­люб­ной вежливости.

Если же уста­новка ребенка застав­ляет вас испы­ты­вать страх, как это ино­гда бывает, когда она агрес­сивна и враж­дебна, решите, что сле­дует пред­при­нять, если за пло­хим после­дует худ­шее и вас, напри­мер, дей­стви­тельно уда­рят; при­няв это реше­ние, поста­рай­тесь рас­сла­биться с ощу­ще­нием того, что вы теперь зна­ете, как именно будете дей­ство­вать, и поэтому вам уже больше не надо ломать над всем этим голову. Как только вы при­няли такое реше­ние, пре­кра­тите заме­чать угро­жа­ю­щие жесты. Дру­гими сло­вами, если вас дей­стви­тельно уда­рят, то пред­при­мите что-нибудь дей­ствен­ное, чтобы помочь себе, напри­мер, вызо­вите поли­цию. Если же ничего подоб­ного не про­изой­дет, то реши­тельно оставьте эту про­блему. Отка­жи­тесь от тре­тьей воз­мож­но­сти, состо­я­щей в том, чтобы жить в страхе и оза­бо­чен­но­сти от такой пози­ции дру­гого чело­века, кото­рую вы не можете контролировать.

И нако­нец, при­смот­ри­тесь: что вы делали, когда заме­тили уста­новку ребенка, и что – бес­по­кой­ство, вину, гнев или страх – вы испы­ты­вали при этом? Это и есть ваш вклад в под­креп­ле­ние неже­ла­тель­ной для вас уста­новки. При­мите реше­ние исполь­зо­вать любую дру­гую реак­цию вза­мен того или иного из этих пере­жи­ва­ний. Вы можете, напри­мер, если это соот­вет­ствует вашему жиз­нен­ному стилю, шутя побе­гать, пого­няться за ребен­ком, чтобы как-то раз­влечь его или ее каж­дый раз, как только заме­тите испу­ган­ный, мрач­ный или оби­жен­ный взгляд.

Ино­гда роди­тели под­креп­ляют неже­ла­тель­ные уста­новки, при­ни­мая их на свой счет, рас­смат­ри­вая уста­новку ребенка как направ­лен­ную непо­сред­ственно на роди­теля. Так, если у сына или дочери печаль­ный или угрю­мый вид или если он или она гово­рит «доб­рое утро» тихим голо­сом, то такой роди­тель думает, что это каким-то обра­зом, свя­зано с ним или с ней, и чув­ствует: его или ее так или иначе обви­няют. И это может быть как совер­шенно точ­ным виде­нием ситу­а­ции (ваш ребе­нок дей­стви­тельно может чув­ство­вать нечто нега­тив­ное по отно­ше­нию к вам), так и оши­боч­ным вос­при­я­тием (он может вовсе не думать о вас, а про­сто быть полу­сон­ным или испы­ты­ва­ю­щим боль от стер­того пальца). В любом из этих слу­чаев вос­при­ни­мать уста­новку ребенка как направ­лен­ную непо­сред­ственно про­тив вас будет ошиб­кой, потому что в резуль­тате вы полу­ча­ете то, чего сами не хотите; такое вос­при­я­тие вклю­чает уста­новку ребенка, сти­му­ли­рует ее дей­ствие. Вме­сто этого поста­рай­тесь поз­во­лить себе вос­при­ни­мать про­ис­хо­дя­щее как вполне нор­маль­ное, какой бы ни была при этом уста­новка ребенка, до тех пор, пока она не повре­дит вам непо­сред­ственно. Вы можете решить для себя: для каж­дого члена семьи вполне есте­ственно и нор­мально иметь раз­ные уста­новки. В вашей семье они могут быть бод­рыми, угрю­мыми, серьез­ными и опре­де­лен­ными, так же, как и экс­цен­трич­ными; и до тех пор пока они никому не при­но­сят вреда, их раз­но­об­ра­зие может обо­га­щать семей­ную жизнь.

В конце кон­цов, мы видим: пред­ста­ви­тели раз­ных наций при­дер­жи­ва­ются раз­лич­ных сти­лей жизни. Одни склонны быть искрен­ними и откры­тыми; дру­гие известны как более мрач­ные, или замкну­тые, или непо­сто­ян­ные, или веж­ли­вые. Каж­дый из этих сти­лей жизни явля­ется для чело­века дей­ствен­ной жиз­нен­ной уста­нов­кой. Вы можете счи­тать вполне нор­маль­ным, если у вашего ребенка есть такая уста­новка, кото­рая кажется вам угрю­мой, мрач­ной или неприязненной.

Гарри (13) спо­кой­ный, сдер­жан­ный, немно­го­слов­ный маль­чик. Его при­ем­ной матери, чело­веку откры­тому, очень экс­прес­сив­ному, все­гда каза­лось: немно­го­сло­вие и несколько мрач­но­ва­тое выра­же­ние лица Гарри озна­чают, что с ним что-то не так; и это в каком-то смысле ее вина. Она сде­лала много хоро­шего, чтобы заво­е­вать его рас­по­ло­же­ние, но его мол­ча­ние, угрю­мые взгляды и осо­бенно то, как он гово­рил ей: «С доб­рым утром!» (как робот, счи­тала она), — застав­ляли ее думать, что он настроен враж­дебно по отно­ше­нию к ней. Она могла быть права, но не видела и не пони­мала, что ее тре­вож­ное сосре­до­то­чие на уста­новке Гарри вклю­чает эту уста­новку как умест­ную и что у Гарри может быть про­сто иной, отли­ча­ю­щийся от ее соб­ствен­ного, лич­ност­ный стиль.

Зло­упо­треб­ние бла­го­склон­но­стью родителей.

Рас­смот­рим еще один круг про­блем, воз­ник­но­ве­ние кото­рых роди­тели ино­гда сами поощ­ряют, почти напра­ши­ва­ясь на них. Сле­ду­ю­щие пункты мы рас­смат­ри­ваем в каче­стве при­ме­ров, как ребе­нок зло­упо­треб­ляет тем, что явно или неявно предо­став­ля­ется ему или ей родителями.

Берет мою машину и не забо­тится о ней.

Зани­мает деньги и не воз­вра­щает их.

Поль­зу­ется моей кос­ме­ти­кой и остав­ляет ее в беспорядке.

Остав­ляет мои инстру­менты ржа­веть на улице.

Когда я захожу за ней, она не появ­ля­ется вовремя.

Не воз­вра­щает книги в биб­лио­теку, вынуж­дая меня опла­чи­вать штраф.

Рас­по­ря­жа­ется, чтобы я возил его то туда, то сюда; не про­сит об этом вежливо.

Эти пункты сходны тем, что любой неза­ин­те­ре­со­ван­ный наблю­да­тель уви­дит: роди­тель в каком-то смысле напра­ши­ва­ется во всех этих слу­чаях на про­ступки ребенка, осо­зна­вая в то же самое время лишь чув­ства фруст­ра­ции, неспра­вед­ли­во­сти, бес­по­мощ­но­сти, гнева. Мы сами ока­зы­ва­лись в подоб­ных ситу­а­циях и до сих пор удив­ля­емся тому, насколько были слепы, — ведь именно мы допус­кали про­ступки детей.

Один из наших сыно­вей весьма бес­печно водил машину. Пода­вая ее назад, он нале­тел на столб и помял зад­нее крыло, а потом отка­зался ремон­ти­ро­вать ее. Мы были взбу­до­ра­жены, рас­стро­ены, рас­сер­жены. Затем он вновь вел авто­мо­биль без долж­ного вни­ма­ния, вре­зался в зем­ля­ную кучу, раз­бив вдре­безги его пере­док. Мы рас­стро­и­лись и отру­гали его. Тем не мене, в тре­тий раз он долго и сильно гнал машину без масла до тех пор, пока она пол­но­стью и окон­ча­тельно не сло­ма­лась. В тече­ние всего этого вре­мени не было слу­чая, чтобы мы давали ему раз­ре­ше­ние поль­зо­ваться нашей маши­ной, но не было и слу­чая, чтобы мы не поз­во­лили ему это.

Посту­па­ете ли вы подоб­ным обра­зом? Если ваш ребе­нок не воз­вра­щает деньги, заня­тые у вас, про­дол­жа­ете ли вы давать ему или ей в долг? Если ребе­нок остав­ляет ваши инстру­менты на улице, раз­ре­ша­ете ли вы ему или ей поль­зо­ваться ими снова до того, как почув­ству­ете себя в норме после подоб­ного про­ступка? Если ребе­нок плохо обра­ща­ется с вашей маши­ной, или чита­тель­ским биле­том, или пишу­щей машин­кой, или с любым дру­гим вашим иму­ще­ством, предо­став­ля­ете ли вы ему или ей все это еще раз после пер­вого нару­ше­ния? Если это так, то ваше попу­сти­тель­ство может быть одним из обсто­я­тельств, про­во­ци­ру­ю­щих про­ступки детей. Делая одол­же­ния, после того как им зло­упо­тре­били, ничего не пред­при­няв, чтобы попра­вить дело, вы тем самым про­во­ци­ру­ете ребенка на повтор­ные про­яв­ле­ния неблагодарности.

Все это пункты, кото­рые повто­ря­ются вновь и вновь, и их общая схема такова:

  1. Ваш ребе­нок доби­ва­ется от вас какого-то одол­же­ния (желает вос­поль­зо­ваться вашей маши­ной или чита­тель­ским або­не­мен­том; хочет, чтобы вы зашли или заехали за ним или за ней) и либо выпра­ши­вает его, либо про­сто при­ни­мает его как само собой разумеющееся.
  2. Вы дела­ете это одол­же­ние, либо давая пря­мое раз­ре­ше­ние, либо про­сто не говоря ребенку «нет».
  3. Ребе­нок зло­упо­треб­ляет одол­же­нием, но в то же время ждет его от вас снова.
  4. Вы чув­ству­ете, что вашей бла­го­склон­но­стью зло­упо­тре­били, обо­шлись с вами непра­вильно, чув­ству­ете себя фру­сти­ро­ван­ным, рас­сер­жен­ным и тем не менее вы вновь дела­ете то же самое одолжение.

Эта пове­ден­че­ская схема осно­вы­ва­ется на ряде пред­став­ле­ний, засев­ших как в вашей голове, так и в голове вашего ребенка. Эти пред­став­ле­ния таковы:

Роди­тель при­над­ле­жит сво­ему ребенку.

Роди­тель не имеет прав и не дол­жен быть настолько эго­и­стич­ным, чтобы пре­тен­до­вать на что-либо для себя.

Хоро­ший роди­тель готов всего себя отдать ребенку.

Обла­дая подоб­ными пред­став­ле­ни­ями, роди­тель и в самом деле жерт­вует собой, потом начи­нает чув­ство­вать есте­ствен­ную обиду за то, что его или ее бла­го­склон­ность при­ни­мают как само собой разу­ме­ю­ще­еся, а затем уже скло­ня­ется к тому, чтобы почув­ство­вать себя пло­хим и винов­ным даже за свое чув­ство обиды.

Ваше про­дол­жа­ю­ще­еся согла­сие делать одол­же­ния запус­кает, про­во­ци­рует про­ступки, а ваша неспо­соб­ность поза­бо­титься о себе, когда этими одол­же­ни­ями пре­не­бре­гают и зло­упо­треб­ляют, под­креп­ляет эти проступки.

Глав­ное уме­ние, кото­рому мы реко­мен­дуем вам научиться для того, чтобы вашей бла­го­склон­но­стью не зло­упо­треб­ляли, — это уме­ние Не Делать Одол­же­ний. Вот как этому можно научиться.

Прежде всего какое-то время поду­майте о всех тех раз­лич­ных спо­со­бах, посред­ством кото­рых тот или иной ваш ребе­нок доби­ва­ется чего-либо от вас. Как он или она гово­рит в подоб­ном случае?

Эй, мама, у нас кон­чился хлеб.

Папа, ты раз­бу­дишь меня в семь часов?

Папа, ты смо­жешь забрать меня в 12.30 у кино?

Могу я попро­сить у тебя 5 долларов?

Мама, возьми меня в веломагазин.

Папа я возьму машину на вечер?

Можно я заведу собаку?

Я при­вел домой собаку.

Неужели мне при­дется водить этот ваш ста­рый дран­ду­лет, когда я получу свои води­тель­ские права?

К окон­ча­нию школы я хочу полу­чить в пода­рок новый «Дат­сун».

Все это ситу­а­ции, в кото­рых, ска­зав «да», вы дела­ете одол­же­ние ребенку. Это пока еще не вещи, кото­рые вы предо­став­ля­ете ему или ей; это пока раз­ре­ше­ния, одол­же­ния. И поскольку они пред­став­ляют собой всего лишь одол­же­ния, вам соот­вет­ственно ничто не мешает ска­зать «да» или «нет».

Про­ду­мы­вая эти при­меры, обра­тите вни­ма­ние, чув­ству­ете ли вы без вся­кого пред­ва­ри­тель­ного обсуж­де­ния, что должны ска­зать «да» или, может быть, вашим пер­вым побуж­де­нием ока­зы­ва­ется оза­бо­чен­ность тем, как выпол­нить запрос ребенка. Если вы чув­ству­ете именно так, вы, веро­ятно, пола­га­ете: ваша задача состоит в том, чтобы обслу­жи­вать ребенка; а ваш ребе­нок с тем же успе­хом может счи­тать: быть обслу­жи­ва­е­мым – это его или ее право.

Обра­тите вни­ма­ние: на мно­гие из этих запро­сов вы могли бы захо­теть ска­зать «да», если бы ваши отно­ше­ния с ребен­ком скла­ды­ва­лись хорошо; и вы могли бы отка­зать, если в целом с вами обра­ща­ются неспра­вед­ливо. Напри­мер, реплика: «Эй, мама, у нас кон­чился хлеб» — зву­чит неплохо, когда мы слы­шим ее от весе­лого ребенка во время еды между сме­нами блюд; и эта же фраза дей­ствует раз­дра­жа­юще, когда про­из­но­сится тре­бо­ва­тель­ным тоном и исхо­дит от ребенка, кото­рый только и делает, что жует весь день перед теле­ви­зо­ром, в то время как вы рабо­та­ете. В послед­нем слу­чае вы вполне можете почув­ство­вать жела­ние ска­зать «нет». И дей­стви­тельно, если запрос имеет нега­тив­ную предыс­то­рию, если он отно­сится к той сфере, в кото­рой ваш ребе­нок посто­янно зло­упо­треб­ляет вашей снис­хо­ди­тель­но­стью, то вы обя­за­тельно ощу­тите: что-то в вас хочет отка­зать, — и, воз­можно, это жела­ние будет оста­ваться в вас до тех пор, пока ситу­а­ция не ста­нет более подходящей.

Если Дэйв не появился, когда вы соби­ра­лись забрать его, то в сле­ду­ю­щий раз вам уже не захо­чется идти за ним.

Если Шейла зани­мала у вас раньше деньги и не вер­нула их, что-то в вас не захо­чет одал­жи­вать ей в сле­ду­ю­щий раз.

Если Карл раз­бил вашу машину или если вы обна­ру­жили, что он пытался попро­бо­вать, смо­жет ли она выжать 100 миль в час, или если он нико­гда не заправ­ляет ее бен­зи­ном, то вы вполне можете ска­зать «нет», когда он попро­сит ее в сле­ду­ю­щий раз.

Если Линда не забо­тится о своих рыб­ках, вы можете не захо­теть купить ей собаку, когда она попро­сит вас об этом.

Мы счи­таем: каж­дый раз, когда ребе­нок обра­ща­ется к вам с прось­бой или тре­бо­ва­нием, нечто в вас очень хорошо знает, хочет ли оно согла­ситься или нет. Раньше вы могли каж­дый раз гово­рить «да», потому что думали, что должны отве­чать подоб­ным обра­зом. Теперь же, когда бы ваш ребе­нок ни попро­сил чего-либо у вас, скон­цен­три­руйте вни­ма­ние на вашем внут­рен­нем сиг­наль­щике: выяс­ните, хочет ли он ска­зать «да» или «нет», и затем посту­пайте согласно его жела­ниям. Это озна­чает, что ино­гда (веро­ятно, в тех слу­чаях, когда вы полу­ча­ете удо­воль­ствие от обще­ния с ребен­ком, чув­ству­ете рас­по­ло­же­ние к нему или к ней) вам захо­чется ска­зать «да» — и вы так и сде­ла­ете. А в дру­гих слу­чаях вы откажете.

Прежде всего, если вы соби­ра­е­тесь изме­нить свое пове­де­ние в связи с раз­ного рода одол­же­ни­ями ребенку, то будет чест­ным дать знать ему или ей, что теперь все будет иначе. Поэтому один раз ска­жите ему или ей в форме Я‑высказывания, что именно вы пла­ни­ру­ете делать. Это выска­зы­ва­ние должно быть по воз­мож­но­сти лако­нич­ным и мяг­ким, и вы должны про­из­не­сти его в нена­пря­жен­ной и дру­же­ской манере. Вот как сле­дует отка­зы­вать ребенку.

Джеки, я недо­вольна тем, что ино­гда говорю «да» в ответ на твои просьбы, когда на самом деле не хочу этого. Я соби­ра­юсь поза­бо­титься о себе и буду делать одол­же­ния тебе только тогда, когда они будут по душе мне самой и когда я дей­стви­тельно захочу выпол­нить твои просьбы.

Теперь рас­слабь­тесь и зай­ми­тесь сво­ими делами до тех пор, пока не посту­пит сле­ду­ю­щий запрос.

Как только он появится, ОСТАНОВИТЕСЬ! Сдер­жи­вайте стрем­ле­ние ска­зать «да», даже не поду­мав об этом запросе, и вме­сто этого спро­сите себя, хотите ли вы согла­си­тесь с ним. Если отве­том будет «нет», то ска­жите вашему ребенку спо­кой­ным и нена­пря­жен­ным тоном: «Нет».

Затем добавьте наи­бо­лее искренне и наи­бо­лее корот­кое Я‑высказывание (из тех, что при­дут вам в голову) о том, почему вы не хотите ска­зать «да».

Дже­нит: Ты можешь забрать меня у ита­льян­ского ресторана.

Отец: Нет, Дже­нит. Я чув­ствую себя неловко, когда меня так просят.

Джо (в ресто­ране): Мама, можно я съем твой десерт?

Мать: Нет, Джо. Я хочу съесть его сама.

Джефф: Я заби­раю машину вечером.

Отец: Нет, Джефф. Мне не по себе, когда ты водишь мою машину.

Барт (отец кото­рого согла­сился пла­тить ему по 5 дол­ла­ров за мытье машины): Можно мне полу­чить мои 5 дол­ла­ров вперед?

Отец: Нет. Я нерв­ни­чаю, пута­ясь, получу ли я то, что при­чи­та­ется мне по договору.

Билл: Отвези меня сей­час в веломагазин.

Мать: Нет. Я не хочу туда ехать.

Мэриан: Мама, мне нужно взять твой фото­ап­па­рат в школу.

Мать: Нет. Я не люблю одал­жи­вать свой фотоаппарат.

У вас может воз­ник­нуть иску­ше­ние осна­стить ваше «нет» допол­ни­тель­ными объяснениями.

Нет, Джо, я еще не наелась и к тому же осо­бенно люблю такой десерт; свой десерт ты ведь уже съел, и про­сить его у кого-то еще – невеж­ливо; кроме того, в него добав­лен коко­со­вый орех, а ты этого не любишь.

Не делайте этого. При­дер­жи­вай­тесь вашего корот­кого, пря­мого Я‑высказывания. Допол­ни­тель­ное мно­го­сло­вие только заглу­шит его. Не при­во­дите также каких-либо дру­гих оправ­да­ний и обос­но­ва­ний. Обос­но­ва­ния при­ем­лемы в тех слу­чаях, когда у вас с ребен­ком хоро­шие отно­ше­ния и вы хотели бы в дей­стви­тель­но­сти ска­зать «да», но у вас есть какая-то очень суще­ствен­ная при­чина не делать этого, поэтому вы и объ­яс­ня­ете ребенку, почему гово­рите «нет». Здесь же речь идет, о тех слу­чаях, когда нечто в вас чув­ствует тре­ти­ро­ва­ние и не хочет ска­зать «да». В подоб­ном слу­чае допол­ни­тель­ные объ­яс­не­ния сви­де­тель­ствуют лишь об одном: вы не ощу­ща­ете за собой права ска­зать «нет».

Осо­бенно избе­гайте иску­ше­ния при­во­дить объ­яс­не­ния, кото­рые не осно­ваны на ваших соб­ствен­ных жела­ниях, на том, что вы хотите для самого себя. Напри­мер: «Нет, Джо, ты же зна­ешь, что от десерта у тебя будут прыщи». Про­сто при­ве­дите лако­нично свою лич­ную при­чину отказа – и на этом остановитесь.

Ваш ребе­нок может отре­а­ги­ро­вать на это любым спо­со­бом: от бодрого «ладно» до визг­ли­вого исте­ри­че­ского при­падка; на вас может быть не ока­зано вовсе ника­кого дав­ле­ния или же вы можете столк­нуться со зна­чи­тель­ным сопро­тив­ле­нием ребенка.

Но раз уж вы ска­зали «нет», важно твердо сто­ять на своем до тех пор, пока не изме­ните свой взгляд на неже­ла­ние предо­ста­вить дан­ное одол­же­ние ребенку. Если на вас ока­зы­ва­ется дав­ле­ние, спо­койно отне­си­тесь к тому, что делает ваш ребе­нок, тер­пе­ливо выслу­шайте, что он или она гово­рит, а затем веж­ливо повто­рите ваш отказ:

Нет, я не хочу туда ехать.

Нет, я не одал­жи­ваю свой фотоаппарат.

Нет, я хочу съесть свой десерт сама.

Пока мы упо­мя­нули пять раз­но­вид­но­стей про­ступ­ков, кото­рые часто про­во­ци­руют сами роди­тели. Сей­час про­смот­рите, пожа­луй­ста, остав­ши­еся пункты из перечня собы­тий жизни роди­теля для того, чтобы выяс­нить, не могли ли вы про­во­ци­ро­вать или под­креп­лять их ранее.

Про­во­ци­ро­вали ли вы про­ступки ребенка до их появления:

Упо­треб­ляя слова «ты», «твой», «твоя» и т.п.

Зада­вая вопросы?

Отда­вая распоряжения?

Выра­жая недовольство?

Делая пре­не­бре­жи­тель­ные замечания?

Делая пер­вым в прин­ципе то же самое, чем вы недо­вольны в вашем ребенке?

Созда­вая ситу­а­цию, повы­ша­ю­щую веро­ят­ность проступков?

Под­креп­ляли ли вы про­ступки ребенка после их совер­ше­ния, кон­цен­три­руя на нем отри­ца­тель­ные внимание:

Ругая? Нака­зы­вая? Отчи­ты­вая? Плача?Испытывая непри­ят­ные эмо­ции: гнев, страх, бес­по­кой­ство, фрустрацию?Расстраиваясь? Хму­рясь? Тревожась?

Исполь­зуйте эту главу для того, чтобы разо­браться в том, как в даль­ней­шем вам следует:

Исполь­зо­вать Я‑высказывания, когда вы гово­рите о чем-то, что вас беспокоит.

Устра­и­вать свою жизнь так, чтобы сде­лать ее удоб­ной и при­ят­ной для себя, не поощ­ряя при этом дру­гих красть у вас, зло­упо­треб­лять вашей доб­ро­той и т.д.

Решать, как себя вести, когда обна­ру­жатся тре­во­жа­щие вас про­ступки, выби­рая при этом такие спо­собы пове­де­ния, кото­рые не пред­по­ла­гают исполь­зо­ва­ния отри­ца­тель­ного внимания.

Если вли­я­ю­щие на вашу жизнь отри­ца­тель­ные про­ступки ребенку (см. пункты из перечня собы­тий жизни роди­теля) про­дол­жают оста­ваться для вас про­бле­мой, после того как вы совер­шенно пре­кра­тили вся­кое их про­во­ци­ро­ва­ние или под­креп­ле­ние, пере­хо­дите к осво­е­нию при­е­мов настой­чи­во­сти, изло­жен­ных в сле­ду­ю­щих гла­вах. Ваша пози­ция при исполь­зо­ва­нии дан­ных при­е­мов будет проч­ной, поскольку вы теперь зна­ете, что не поощ­ря­ете про­ступки ребенка, когда доби­ва­е­тесь от него луч­шего поведения.

Мы видим лишь един­ствен­ное осно­ва­ние, кото­рое все еще может вынуж­дать вас видеть про­блему в дей­ствиях ребенка, отно­ся­щихся к пунк­там из перечня собы­тий жизни роди­теля, — это ста­рая, хорошо извест­ная реак­ция, кото­рую мы назы­ваем стер­петься с этим. Теперь при­шло время пора­бо­тать над спо­со­бами изме­не­ния этой при­выч­ной реакции.

Глава 8. Как постоять за себя

Если вы искренне про­чув­ство­вали и про­ра­бо­тали содер­жа­ние пер­вых семи глав этой книги, тогда сейчас:

Вы цените и поощ­ря­ете спо­соб­ность вашего ребенка при­ни­мать реше­ния, вли­я­ю­щие на его или ее жизнь.

Вы далеки от попы­ток кон­тро­ли­ро­вать жизнь ребенка и управ­лять ею, даже если это и было свой­ственно вам раньше.

Вы стали дру­гом вашего ребенка настолько, насколько это воз­можно, и хотите видеть его или ее счаст­ли­вым и само­сто­я­тель­ным. Вы смот­рите на сво­его ребенка как на ком­пе­тент­ного и спо­соб­ного управ­лять соб­ствен­ной жиз­нью, и вам инте­ресно наблю­дать, как он или она делает это.

Вы пре­кра­тили вся­кое про­во­ци­ро­вана и под­креп­ле­ние про­ступ­ков ребенка.

Вы лас­ковы и веж­ливы в обще­нии с ребен­ком и про­дол­жа­ете предо­став­лять ему или ей ваш дом и всю про­чую помощь и под­держку, кото­рая с этим связана.

Если вы дела­ете все это, то нам пред­став­ля­ется, что вы на самом деле ува­жа­ете права ребенка. Вы спра­вед­ливы и рас­су­ди­тельны, и к вам нельзя предъ­явить каких-либо пре­тен­зий за непра­виль­ное, пло­хое обра­ще­ние с ребен­ком. Если же у вас все еще есть про­блемы, тогда, по-види­мому, ваши права не ува­жа­ются, с вами обра­ща­ются неспра­вед­ливо. Пора посто­ять за себя и свои права.

Это начи­на­ние может ока­заться для вас одним из наи­бо­лее полез­ных наших сове­тов. Отста­и­вая свои права, вы смо­жете намного улуч­шить вза­и­мо­от­но­ше­ния с ребен­ком, обес­пе­чить себе луч­шее само­вос­при­я­тие, испы­тать ощу­ще­ния напря­же­ния и радо­сти, насто­я­щего удо­воль­ствия. Мы наде­емся, что все это не оста­вит вас равнодушными.

Дан­ная часть вашей работы с кни­гой будет наи­бо­лее эффек­тив­ной, если про­во­дить ее с про­ступ­ками детей, одно­значно попа­да­ю­щими в пере­чень собы­тий жизни роди­теля, или, иначе говоря, с такими их дей­стви­ями, кото­рые вся­кий согла­сился бы при­знать неспра­вед­ли­выми по отно­ше­нию к вам,— совер­шай их живу­щие с вами взрос­лые. Мы имеем в виду такие проступки:

Пач­кает и не уби­рает за собой.

Раз­ве­ши­вает мок­рые поло­тенца по всей ван­ной комнате.

Пач­кает на кухне.

Остав­ляет гряз­ную посуду в гостиной.

Не уби­рает за своей собакой.

Не забо­тится о своей собаке.

Про­дол­жает красть ваши вещи.

В любое время про­иг­ры­вает гром­кую стереомузыку.

Не при­хо­дит вовремя, а потом ломает окна, замки и т. п., про­би­ра­ясь домой.

Засы­пает вас сче­тами за даль­ние меж­ду­го­род­ные теле­фон­ные пере­го­воры, не спра­ши­вая вашего раз­ре­ше­ния на это и не пред­ла­гая денег на их оплату.

Без­дель­ни­чает — живет вме­сте с вами, но не ходит ни в школу, ни на работу и вообще не делает что-либо полезное.

Не хочет делать работу по дому.

При­во­дит домой дру­зей, когда вас нет.

Устра­и­вает дома сбо­рища, пока вы на работе, делает это к тому же во время школь­ных заня­тий и, воз­можно, с алко­го­лем, нар­ко­ти­ками и сексом.

Выра­щи­вает дома мари­ху­ану или хра­нит ее в своей ком­нате, ставя вас вне закона.

Про­дол­жает курить в постели даже после того, как про­жег постель­ное белье и мебель.

Когда злится, отби­вает шту­ка­турку со стен, про­ми­нает стенки холо­диль­ника, ломает двери и мебель.

Ваша забе­ре­ме­нев­шая дочь, не спра­ши­вая вашего раз­ре­ше­ния, при­во­дит жить к вам в дом сво­его друга (или ваш сын при­во­дит свою бере­мен­ную подружку).

Сюда отно­сятся также те аспекты пунк­тов из перечня собы­тий жизни ребенка, кото­рые вы заре­зер­ви­ро­вали в свое время, поскольку они напря­мую вли­яют на вашу жизнь.

Запла­ни­руйте, пожа­луй­ста, для себя несколько недель, воз­можно, один — два месяца, для того чтобы посте­пенно перейти на пози­цию отста­и­ва­ния своих прав.

Наша цель — довольно суще­ствен­ное изме­не­ние вашей уста­новки: от чув­ства обя­зан­но­сти и долга по отно­ше­нию к вашему ребенку до ощу­ще­ния при­ем­ле­мо­сти и есте­ствен­но­сти заботы о самом себе. Этого нельзя достичь в спешке, мимо­хо­дом выска­зав ребенку несколько настой­чи­вых тре­бо­ва­ний, а затем вновь перейдя к преж­ним спо­со­бам обще­ния. Это, ско­рее, мед­лен­ная, вдум­чи­вая и посто­ян­ная поша­го­вая работа, иду­щая от одного этапа к дру­гому,— только она и может при­ве­сти к насто­я­щему результату.

Про­смот­рите ваш пере­чень собы­тий жизни роди­теля и выбе­рите в нем пункт при­мерно сред­ней для вас сте­пени труд­но­сти. В про­цессе этой работы мы соби­ра­емся про­ве­сти вас через серию нарас­та­ю­щих по слож­но­сти шагов. Вы осво­ите фило­со­фию и тех­нику реше­ния всех про­блем вашего перечня. Кон­крет­ный пункт, над кото­рым вы нач­нете рабо­тать, может пози­тивно раз­ре­шиться в любой точке этого поша­го­вого дви­же­ния; но вам не должно быть дела до того, на каком именно этапе это про­изой­дет, потому что вы зна­ете: вы будете идти по этому пути до тех пор, пока про­блема не будет для вас решена.

Пять глав­ных шагов будут состо­ять в следующем:

  1. Уста­нов­ле­ние спра­вед­ли­во­сти ваших при­тя­за­ний. Этот шаг пред­по­ла­гает, что вы искренне попы­та­е­тесь дого­во­риться с ребен­ком вне зави­си­мо­сти от того, будет или не будет эта попытка успеш­ной; необ­хо­димо в завер­ше­ние этого шага четко выска­зать то, чего вы хотите.

Про­блема может полу­чить свое раз­ре­ше­ние на этом этапе. Если же этого не про­изой­дет, то пере­хо­дите ко вто­рому шагу.

  1. Упор­ное наста­и­ва­ние на том, чего вы хотите — вопреки дав­ле­нию ребенка, вынуж­да­ю­щего вас сдаться.
  2. Мно­го­крат­ное повто­ре­ние вто­рого шага, если про­блема воз­ни­кает снова и снова. Наи­бо­лее веро­ятно, что про­блема раз­ре­шится на этом этапе. Однако, если все же этого не про­изой­дет, пере­хо­дите к чет­вер­тому шагу.
  3. Убеж­де­ние ребенка в том, что ваше слово дей­стви­тельно заслу­жи­вает дове­рия и вы на самом деле сде­ла­ете то, о чем гово­рите, чтобы добиться при­над­ле­жа­щего вам по закон­ному праву.
  4. Роди­тель­ская забастовка.

В каче­стве основ­ного при­мера мы пред­ла­гаем исполь­зо­вать отказ ребенка выпол­нять его часть работы по дому. Однако под­ход, опи­сы­ва­е­мый нами при­ме­ни­тельно к дан­ному кон­крет­ному пункту, при­ло­жим ко всем пунк­там из перечня собы­тий жизни роди­теля. После того как вы научи­тесь при­ме­нять изло­жен­ные ниже прин­ципы к одному из пунк­тов вашего перечня, к усво­ен­ной про­це­дуре можно при­бег­нуть и в связи с осталь­ными пунк­тами этого перечня. В ходе доб­ро­со­вест­ной про­ра­ботки пер­вых четы­рех шагов боль­шин­ство ваших про­блем либо раз­ре­шится, либо их ста­нет гораздо легче кон­тро­ли­ро­вать; в отно­ше­нии тех про­блем, кото­рые все же оста­нутся даже после про­ве­ден­ной работы, сле­дует пред­при­нять (в каче­стве послед­него сред­ства) пятый и послед­ний шаг — роди­тель­скую заба­стовку. Об этом мы пого­во­рим в главе 9.

Итак, вы чув­ству­ете, что с вами обра­ща­ются неспра­вед­ливо: ваш ребе­нок-под­ро­сток не делает, не желает делать, «забы­вает» делать свою работу по дому, не помо­гает вам.

Пер­вый шаг

Чтобы зало­жить надеж­ный фун­да­мент для раз­ре­ше­ния дан­ной про­блемы, упрочьте спра­вед­ли­вость того, чего вы хотите. Этот шаг может потре­бо­вать от вас неко­то­рых новых навы­ков обще­ния, поэтому до того как вы нач­нете его прак­ти­че­ское осво­е­ние, непре­менно про­чтите пол­ное опи­са­ние этого шага от начала и до конца.

Дан­ный шаг важен вот почему: вам-то может пред­став­ляться оче­вид­ным, что с вами обра­ща­ются неспра­вед­ливо; а ребе­нок, вполне воз­можно, убеж­ден: он или она имеет право вести себя с вами подоб­ным обра­зом или, даже более того, вы хотите, чтобы с вами так обра­ща­лись. В насто­я­щее время уста­нов­лено: в столк­но­ве­нии любого типа та сто­рона, кото­рая, по общему мне­нию, явля­ется пра­вой, обла­дает огром­ным преимуществом.

Может быть, вы заме­чали это у живот­ных, когда, напри­мер, даже малень­кая собачка может про­гнать со сво­его двора боль­шу­щего пса именно потому, что обе собаки знают: «права» маленькая.

Иссле­до­ва­ния пока­зы­вают: когда две рав­ные по силе колюшки всту­пают в кон­фликт, рыбка, защи­ща­ю­щая свое гнездо и, сле­до­ва­тельно, явля­ю­ща­яся «пра­вой», все­гда побеждает.

В ходе работы над этим шагом ваша цель состоит в том, чтобы про­сто-напро­сто упро­чить для себя и для ребенка спра­вед­ли­вость и тем самым оправ­дан­ность того, чего вы хотите. Поскольку почти каж­дый в нашем обще­стве, ана­ли­зи­руя все пункты из перечня собы­тий жизни роди­теля, согла­сится, что с ним обра­ща­ются неспра­вед­ливо, вы можете пола­гать: нечто и в вашем ребенке при­знает спра­вед­ли­вость вашего жела­ния — если, конечно, вы предъ­яв­ля­ете его в неа­грес­сив­ной, необ­ви­ня­ю­щей манере. И уже с этого момента ребе­нок при повторе про­ступка дол­жен будет почув­ство­вать себя не оба­я­тель­ным бун­та­рем про­тив авто­ри­тар­ной вла­сти, но чело­ве­ком, совер­ша­ю­щим неспра­вед­ли­вость. А чув­ство­вать это не так уж приятно.

Не рас­счи­ты­вайте, что пове­де­ние вашего ребенка сильно изме­нится в резуль­тате пер­вого шага. Однако, пройдя его до конца, вы ясно заявите о том, что ваше тре­бо­ва­ние спра­вед­ливо, и ребе­нок либо согла­сится с вашим пред­став­ле­нием о спра­вед­ли­во­сти, либо не согла­сится с ним или даже вовсе отка­жется раз­го­ва­ри­вать с вами. Что именно про­изой­дет, не так уж важно, потому что в любом слу­чае ребе­нок, ско­рее всего, опять совер­шит про­ступки; но вы укре­пите пред­став­ле­ние о спра­вед­ли­во­сти ваших тре­бо­ва­ний, и это послу­жит вам проч­ным осно­ва­нием для после­ду­ю­щих действий.

Вот как можно эффек­тивно осу­ще­ствить пер­вый шаг.

Выбе­рите время, когда вы и ваш ребе­нок доста­точно спо­койны, не напря­жены, и веж­ли­вым, дру­же­люб­ным голо­сом (исполь­зуя три пред­ло­же­ния) объ­явите: вы недо­вольны ситу­а­цией, вы хотите видеть ее иной и вы хотели бы, чтобы ребе­нок помог вам в этом. Все три пред­ло­же­ния должны начи­наться со слова «я», и только в тре­тьем появятся слова «ты», «твой», «твоя». Пред­ло­же­ния могут идти в такой последовательности:

Пред­ло­же­ние 1. Джон, я недо­вольна тем,  как рас­пре­де­ля­ется у нас работа по дому. (Или в зави­си­мо­сти от того, какой пункт вы выбрали для раз­ра­ботки) каков уход за соба­кой; что исче­зает моя одежда; что выяс­ня­ется, пока я отсут­ство­вал в доме были какие-то люди; что слышу дома так много непри­стой­ных слов; что так много шума от стереоаппаратуры.

Пред­ло­же­ние 2. Я хочу, чтобы эта ситу­а­ция изме­ни­лась, стала более спра­вед­ли­вой.(или:) Я, разу­ме­ется, хочу более спра­вед­ли­вого согла­ше­ния между нами на этот счет.

Пред­ло­же­ние 3. Я хотела бы, чтобы ты под­ска­зал мне, как это сде­лать.(или:) Я хотела бы, чтобы ты помог мне добиться такого изме­не­ния. Я буду бла­го­дарна за любую помощь, кото­рую ты смо­жешь ока­зать мне в этом отно­ше­нии. Я хотела бы знать, есть ли у тебя какие-либо пред­ло­же­ния, кото­рые могли бы помочь в этом.

В ответ­ной реак­ции ребенка будет содер­жаться либо неко­то­рая готов­ность обсу­дить все это, начать выра­ба­ты­вать согла­ше­ние, либо вы можете почув­ство­вать: от вас про­сто хотят отде­латься. Если ответ ребенка пока­жется вам про­яв­ле­нием готов­но­сти к раз­го­вору, начи­найте про­ра­ба­ты­вать ваше согла­ше­ние дальше. Все это может про­ис­хо­дить так, как было в слу­чае с мате­рью Карла.

Мать: Карл, я недо­вольна тем, что в нашем доме все­гда бес­по­ря­док и грязь, а я чув­ствую себя един­ствен­ной, кто уби­рает и наво­дит поря­док в доме. Я хочу боль­шей спра­вед­ли­во­сти на этот счет. Я хотела бы, чтобы ты помог мне добиться такого изменения.

Карл: Мне тоже не нра­вится, что в доме столько грязи и бес­по­рядка. (Слу­ча­ется, что и дети гово­рят подоб­ные вещи.)

Мать: Я хотела бы, чтобы мне помогли в уста­нов­ле­нии более спра­вед­ли­вого рас­пре­де­ле­ния обя­зан­но­стей. (При­дер­жи­вай­тесь вашей темы — уста­нов­ле­ния более спра­вед­ли­вого соглашения).

Карл: Ну ладно, я не буду больше так пачкать.

Мать (посо­ве­то­вав­шись со своим сиг­наль­щи­ком): Я хочу чего-то более опре­де­лен­ного, нежели это. Я согла­си­лась бы гото­вить обеды и под­дер­жи­вать поря­док в кухне, если ты каж­дую неделю будешь уби­рать гости­ную и ван­ную комнату.

Карл: Если уж так, то я буду лучше уби­рать кухню, чем ванную.

Мать: Хорошо, я согласна.

Если ребе­нок реа­ги­рует подоб­ным обра­зом на ваши пер­вые три пред­ло­же­ния, поздравьте себя. Вы только что достигли уст­ного согла­ше­ния о том, что будет теперь счи­таться спра­вед­ли­вым. Хотя более веро­ятно, вы полу­чите ответ, кото­рый заста­вит вас почув­ство­вать, что от вас хотят отде­латься. Когда вы выска­жете свои три пред­ло­же­ния, ребе­нок может попы­таться изме­нить пред­мет раз­го­вора, пере­ве­сти его с вашего жела­ния достичь более спра­вед­ли­вого согла­ше­ния на что-либо еще, на то, напри­мер, кто пер­вый пач­кает дома, или на то обсто­я­тель­ство, что сло­ман пыле­сос, или на что-либо еще, лишь бы уве­сти вас в сто­рону. Или же он может про­сто улиз­нуть от вас, или обо­звать вас, или только повор­чать в ответ, или же пове­сить голову и при­ки­нуться рас­ка­яв­шимся. Если слу­чится что-либо подоб­ное, вы про­сто про­дол­жайте насто­я­тельно доби­ваться согла­ше­ния, повто­ряя на раз­ные лады пред­ло­же­ние 3.

Я дей­стви­тельно хочу, чтобы ты помог мне в этом. Я хотела бы полу­чить какие-нибудь пред­ло­же­ния, как мне решить эту про­блему. Если после трех или четы­рех повто­ре­ний вы все еще не полу­ча­ете ничего, что напо­ми­нало бы сотруд­ни­че­ство, то про­дол­жайте повто­рять вари­анты пред­ло­же­ния 3, начи­ная добав­лять к ним при этом свои усло­вия пред­ва­ри­тель­ных пере­го­во­ров и фор­му­ли­руя их по-преж­нему в виде Я‑высказываний.

Я согла­си­лась бы гото­вить обед каж­дый день, если ты возь­мешь на себя работу в саду.

Я согла­шусь с этим, если ты поза­бо­тишься об уборке гостиной.

Я согласна, если смогу рас­счи­ты­вать на твою трех­ча­со­вую работу каж­дую субботу.

Или, если вы про­ра­ба­ты­ва­ете дру­гой пункт:

Я не имел бы ничего про­тив собаки, если бы знал, что ты уби­ра­ешь за ней.

Я согла­сился бы на два часа сте­рео­му­зыки вече­ром, если смогу рас­счи­ты­вать на покой в осталь­ное время.

Сфор­му­ли­ро­вав ваше выска­зы­ва­ние, выждите, чтобы посмот­реть, какова реак­ция, и, если это всего лишь оче­ред­ная попытка отде­латься от вас, про­сто повто­рите снова новый вари­ант этого предложения.

Не спе­шите при этом: гово­рите в замед­лен­ной и нена­пря­жен­ной манере. Каж­дый раз, когда вы фор­му­ли­ру­ете подоб­ное спра­вед­ли­вое по содер­жа­нию и веж­ли­вое по форме выска­зы­ва­ние и дела­ете после него паузу, ваш ребе­нок испы­ты­вает на себе дав­ле­ние, побуж­да­ю­щее его или ее отве­тить вам, так что дайте этому дав­ле­нию пора­бо­тать. Между сво­ими пред­ло­же­ни­ями вы должны выдер­жи­вать паузы не менее пят­на­дцати секунд.

Если вы будете при­дер­жи­ваться этих реко­мен­да­ций, будете гово­рить спо­койно и веж­ливо, вре­менно игно­ри­руя вся­кие попытки сбить вас с толку и про­сто при­дер­жи­ва­ясь своих выска­зы­ва­ний, то ребе­нок может в конце кон­цов отре­а­ги­ро­вать на это, обна­ру­жив жела­ние дого­во­риться с вами. Например:

Дэйв: Ну ладно, что ты от меня-то хочешь? (Не обра­щайте вни­ма­ния на тон ребенка. Упорно ста­рай­тесь добиться, если воз­можно, уст­ного согла­ше­ния с ним.)

Роди­тель: Я был бы согла­сен, если бы газон перед домом под­дер­жи­вался в долж­ном порядке.

Дэйв: Я не хочу делать подоб­ную раб­скую работу!

Не обра­щайте вни­ма­ния на то, насколько обос­но­ван­ными или необос­но­ван­ными явля­ются заме­ча­ния вашего ребенка. Про­дол­жайте сосре­до­то­чи­вать все ваше вни­ма­ние на уста­нов­ле­нии спра­вед­ли­вого соглашения.)

Роди­тель: Я хотел бы иметь воз­мож­ность рас­счи­ты­вать на спра­вед­ли­вый вклад каж­дого в дела семьи.

Дэйв: Почему ты не застав­ля­ешь Сиc выпол­нять ее обя­зан­но­сти? (Не обра­щайте вни­ма­ния на подоб­ные отвле­ка­ю­щие заме­ча­ния, про­дол­жайте доби­ваться соглашения.)

Роди­тель: Я был бы еще более согла­сен, если бы кто-то гото­вил обеды или гла­дил белье.

Дэйв: О… (непри­лич­ное слово)! Тогда я буду гла­дить. (Не обра­щайте вни­ма­ния при этом на гру­бый и раз­вяз­ный тон. Упорно при­дер­жи­вай­тесь того, чтобы добиться уст­ного соглашения.)

Роди­тель: Хорошо, я согла­сен с этим.

Если спу­стя пят­на­дцать или два­дцать минут ваш ребе­нок все еще не про­яв­ляет жела­ния обсуж­дать с вами, как спра­вед­ливо рас­пре­де­лить обя­зан­но­сти, или про­сто ухо­дит из ком­наты, а может быть, даже сразу же отка­зы­ва­ется от раз­го­вора, то тогда на неко­то­рое время оставьте эту тему и при­го­товь­тесь к тому, чтобы повто­рить вновь этот шаг через несколько часов или на сле­ду­ю­щий день. Сде­лайте три таких попытки (можно и больше, если вы этого захо­тите), прежде чем прийти к заклю­че­нию о том, что ребе­нок не соби­ра­ется помо­гать вам решать эту про­блему. Когда вы дой­дете до этой точки и почув­ству­ете, что предо­ста­вили ему или ей вполне доста­точно воз­мож­но­стей пред­при­нять что-либо, тогда один раз и пре­дельно ясно сфор­му­ли­руйте, что, на ваш взгляд, было бы спра­вед­ли­вым и, сле­до­ва­тельно, на что вы будете рас­счи­ты­вать в буду­щем. На этом пока и остановитесь.

Исполь­зуйте Я‑высказывания, вклю­чая в них, когда гово­рите, мини­маль­ное число слов «ты», «твой», «твоя».

Я думаю, будет спра­вед­ливо, если бы я рас­счи­ты­вал на то, что ты уби­ра­ешь общую ком­нату каж­дую неделю, и это именно та помощь, кото­рую я хотела бы полу­чать и дальше.

Я думаю, будет спра­вед­ливо, если бы я поку­пал про­дукты, пла­тил за них и мог бы рас­счи­ты­вать на то, что ты при­но­сишь их домой и выно­сишь мусор. Это то, чего бы я хотел.

Я думаю, будет спра­вед­ливо, если бы я знала, что ты либо учишься, либо пла­тишь за ком­нату и пита­ние, либо зани­ма­ешься рабо­той по дому. Я буду наде­яться, что про­изой­дет что-нибудь одно из этого.

Я думаю, будет спра­вед­ливо, если бы все, что лома­ется в доме, опла­чи­ва­лось, и я буду на это рассчитывать.

Если вам уда­лось добиться от вашего ребенка какого-либо уст­ного согла­ше­ния, завер­шите этот шаг ана­ло­гич­ным обра­зом, сфор­му­ли­ро­вав одно ясное резю­ми­ру­ю­щее выска­зы­ва­ние о том, чего именно вы будете ожи­дать в дальнейшем.

Я буду гото­вить обеды и дальше, и я буду рас­счи­ты­вать на то, что общая ком­ната и кухня будут убраны.

Я буду делать свою часть работы и дальше, и я буду рас­счи­ты­вать на то, что белье будет выгла­жено каж­дую неделю.

Я буду рас­счи­ты­вать на то, что в доме не ока­жется никого, кроме тебя, когда меня нет.

Я буду теперь рас­счи­ты­вать на то, что все сло­ман­ное будет оплачено.

Я буду наде­яться и далее на сво­боду от сте­рео, кроме двух часов — с 9 до 11 часов вечера.

Если вы честно и на самом деле про­де­лали все, пред­по­ла­га­е­мое дан­ным шагом, то к этому моменту вы уже будете знать, что дали понять каж­дому: вы спра­вед­ливы, откро­венны и стре­ми­тесь к реше­нию про­блемы. Вы также честно пре­ду­пре­жда­ете о том, чего будете ожи­дать в даль­ней­шем. Суще­ствует неко­то­рая веро­ят­ность, что всего этого будет доста­точно для реше­ния вашей про­блемы. Про­изой­дет это или нет, вы тем не менее про­дви­ну­лись впе­ред, потому что именно вы заявили о своей пози­ции, кото­рая в слу­чае воз­мож­ной стычки с ребен­ком дает осно­ва­ние счи­тать: вы правы.

Теперь, если вы твердо сто­ите на своем, у вашего ребенка может появиться жела­ние согла­ситься с вами; и если вы смо­жете предо­ста­вить ему или ей такую воз­мож­ность без потери сво­его лица и чув­ства соб­ствен­ного досто­ин­ства, то ситу­а­ция может улучшиться.

В любом слу­чае, после того как вы сде­лали резю­ми­ру­ю­щее заяв­ле­ние, про­чтите пол­но­стью опи­са­ние вто­рого шага, чтобы быть совер­шенно под­го­тов­лен­ным к даль­ней­шим дей­ствиям. При­го­товьте корот­кое пред­ло­же­ние, кото­рое мы попро­сили вас соста­вить и кото­рое вам пона­до­бится на этом шаге, и хра­ните его в памяти. Затем забудьте о про­блеме до тех пор, пока не полу­чите оче­ред­ного эмо­ци­о­наль­ного напо­ми­на­ния о ней. Не обра­щайте вни­ма­ния на то, делает или нет ребе­нок свою работу. Если же он или она выпол­няет ее, то не обра­щайте вни­ма­ния на то, как и какими спо­со­бами. Не про­ве­ряйте, сде­лана ли работа, и не напо­ми­найте о ней ребенку. Вме­сто этого удер­жи­вайте свое вни­ма­ние на том, что достав­ляет вам радость в вашей соб­ствен­ной жизни, и, пока вы чув­ству­ете себя ком­фортно, ничего не пред­при­ни­майте в отно­ше­нии дан­ной проблемы.

Но когда-нибудь, спу­стя несколько часов или дней после того, как вы выска­зали то, чего вы хотите, ваше без­мя­теж­ное и ком­форт­ное рас­по­ло­же­ние духа, ско­рее всего, будет пре­рвано преж­ним, зна­ко­мым эмо­ци­о­наль­ным напо­ми­на­нием о дан­ной, бес­по­ко­я­щей вас проблеме.

Если обя­зан­ность вашего ребенка состо­яла в том, чтобы помо­гать вам в делах по два часа каж­дую суб­боту утром, а вы пой­мете, что он, так и не сде­лав свою работу, уже исчез из дома на целый день, то вы почув­ству­ете эмо­ци­о­наль­ный сигнал.

Если работа вашего ребенка заклю­ча­лась в том, чтобы уби­рать в саду, а вы, выгля­нув из окна, заме­тите, что опав­шие листья убраны лишь напо­ло­вину, а садо­вый инстру­мент остав­лен на улице, то вы почув­ству­ете эмо­ци­о­наль­ный сигнал.

Если вы пре­ду­пре­дили, что не хотите, чтобы в доме были дру­гие под­ростки, когда вас нет, и обна­ру­жи­ва­ете сви­де­тель­ства того, что они там были, то вы почув­ству­ете эмо­ци­о­наль­ный сигнал.

Если вы ска­зали, что рас­счи­ты­ва­ете на то, что будете осво­бож­дены от сте­рео на все время, кроме несколь­ких часов вече­ром, и затем услы­шите оглу­ши­тель­ный вой в сере­дине дня, то вы почув­ству­ете эмо­ци­о­наль­ный сигнал.

Если вы заявили, что наде­е­тесь на то, что собака вовремя будет накорм­лена, и затем заме­тите, что она все еще голодна, хотя время кор­межки уже про­шло, то вы почув­ству­ете эмо­ци­о­наль­ный сигнал.

(Если вы заме­ча­ете, что работа не сде­лана, и в то же время не чув­ству­ете этого сиг­нала, ощу­щая себя по той или иной при­чине вполне нор­мально, то ничего не пред­при­ни­майте! Ваша задача состоит не в том, чтобы уви­деть, выпол­нил ребе­нок свою работу или нет, но, ско­рее, в том, чтобы поза­бо­титься о ваших эмо­ци­о­наль­ных пере­жи­ва­ниях в связи с этой рабо­той. Если вы не ощу­ща­ете сиг­нала, когда видите работу несде­лан­ной, то тогда, веро­ятно, про­ис­хо­дя­щее не достав­ляет вам неудоб­ства и для вас про­сто нет про­блемы. Короче говоря, мы про­сим вас об одном: ваши поступки должны опре­де­лять не те или иные дей­ствия ребенка сами по себе, но ваши эмо­ци­о­наль­ные сигналы.)

Как только вы почув­ству­ете вполне опре­де­лен­ный и отчет­ли­вый эмо­ци­о­наль­ный сиг­нал из-за того, что про­сту­пок, над кото­рым вы рабо­та­ете, повто­рился вновь, пере­хо­дите ко вто­рому шагу — к упор­ному наста­и­ва­нию на своем жела­нии вопреки дав­ле­нию ребенка, вынуж­да­ю­щего вас отсту­питься от этого желания.

 

Вто­рой шаг

Глав­ные цели вто­рого шага состоят в том, чтобы поупраж­няться в настой­чи­во­сти и избе­жать того, чтобы вас уво­дили в сто­рону. Дости­же­ние этих двух целей обес­пе­чит успех этого шага — вне зави­си­мо­сти от того, удо­вле­тво­рите ли вы при этом ваше закон­ное жела­ние или нет.

Вот что сле­дует пред­при­нять для вто­рого шага.

В том слу­чае, если ваше жела­ние, сфор­му­ли­ро­ван­ное на пер­вом шаге, не встре­тило у ребенка пони­ма­ния и под­держки, составьте зара­нее корот­кое, ясное Я‑высказывание, опи­сы­ва­ю­щее, что согласно вашему жела­нию должно про­изойти, чтобы осла­бить эмо­ци­о­наль­ный сиг­нал. Убе­ди­тесь, что в дан­ном выска­зы­ва­нии нет слова «ты».

Если про­блема состоит в том, что не дела­ется какая-то работа, тогда скажите:

Я хотела бы, чтобы кухня была убрана.

Я хочу, чтобы мне сего­дня помогли по-настоящему.

Я хочу, чтобы за соба­кой было убрано.

Если же про­блема в том, что все же слу­чи­лось то, чего, по вашему мне­нию, не должно было про­изойти, тогда скажите:

Я хотел бы твердо знать, что ни один чело­век не при­дет к нам в дом без моего разрешения.

Я желаю твердо знать, что не услышу здесь каких-либо ругательств.

Если ваш ребе­нок «одол­жил» нечто при­над­ле­жа­щее вам, не спро­сив вас об этом, тогда скажите:

Я хотела бы, чтобы мне вер­нули мою блузку такой, какой она была (высти­ран­ной и отглаженной).

Или:

Я желаю твердо знать, что никто не вой­дет в мою ком­нату, не спро­сив разрешения.

Я хочу, чтобы в моем доме забо­ти­лись о собаке.

Я хотел бы полу­чить деньги за этот теле­фон­ный счет.

Я хочу, чтобы в моем доме не было марихуаны.

Я хотела бы, чтобы дыра в стене была заделана.

Когда вы соста­вите подоб­ное выска­зы­ва­ние, запом­ните его и дер­жите наготове.

Теперь поста­рай­тесь отчет­ливо осо­знать: в дан­ном слу­чае вы отста­и­ва­ете спра­вед­ли­вые и по суще­ству рав­но­прав­ные отно­ше­ния между вами и вашим ребен­ком, а он нуж­да­ется в том, чтобы вы про­яв­ляли настой­чи­вость в про­воз­гла­ше­нии и отста­и­ва­нии этого рав­но­пра­вия. Однако под­ро­сток также дол­жен знать, что вы можете быть и будете твер­дым в такого рода заботе о себе, и в его амплуа вхо­дит ока­зать вам неко­то­рое сопро­тив­ле­ние для про­верки этой твер­до­сти. Ребе­нок может исполь­зо­вать все­воз­мож­ные уловки, чтобы отвлечь вас, сбить с толку, пере­ве­сти раз­го­вор на что-либо дру­гое. Ваша задача будет заклю­чаться в том, чтобы твердо при­дер­жи­ваться в подоб­ном диа­логе своей линии и воз­дер­жи­ваться от обсуж­де­ния всех заман­чи­вых посто­рон­них тем и вопро­сов, пред­ла­га­е­мых вам ребенком.

Вы нач­нете этот раз­го­вор на тему, состав­ля­ю­щую пред­мет вашего жела­ния; решите же для себя, что ника­кой иной пред­мет — вне зави­си­мо­сти от сте­пени его важ­но­сти в дру­гое время — не отвле­чет вас от вашего жела­ния до тех пор, пока оно не будет удовлетворено.

Выска­зы­вая свое жела­ние, при­го­товь­тесь пол­но­стью, всем своим суще­ством вклю­читься в реше­ние дан­ной задачи. Не выкри­ки­вайте его из сосед­ней ком­наты и не выска­зы­вайте свое поже­ла­ние впол­обо­рота. Пой­дите туда, где нахо­дится ваш ребе­нок, подой­дите к нему доста­точно близко (от трех до пяти футов) и, когда будете гово­рить, пол­но­стью, всем телом повер­ни­тесь к сыну или дочери.

Как только вы впер­вые после эмо­ци­о­наль­ного сиг­нала уви­дите ребенка, подой­дите к нему и выска­жите веж­ли­вое тре­бо­ва­ние. Это, по-види­мому, един­ствен­ный слу­чай, когда мы сове­туем вам вос­поль­зо­ваться вопро­си­тель­ным пред­ло­же­нием, но его цель состоит не в том, чтобы выну­дить ребенка сотруд­ни­чать с вами (вопрос, ско­рее всего, здесь не помо­жет), но в том, чтобы зало­жить хоро­шую основу для после­ду­ю­щего диалога.

Это тре­бо­ва­ние напом­нит ребенку, что вы чув­ству­ете за собой опре­де­лен­ное право, что вы веж­ливы и будете и дальше забо­титься о себе.

Бар­бара, не будешь ли ты так добра убрать кухню?

Ден, не будешь ли ты так добр поза­бо­титься о саде?

Меген, не будешь ли ты так любезна разъ­яс­нить мне, что ты решила: ходить в школу или же опла­чи­вать свою ком­нату и питание?

Джо, не будешь ли ты так добр накор­мить собаку?

Стив, не будешь ли ты так любе­зен дать мне денег, чтобы опла­тить этот теле­фон­ный счет?

Ответ ребенка на ваше веж­ли­вое тре­бо­ва­ние может либо устро­ить вас, либо оста­вить все еще неудо­вле­тво­рен­ным. Если же ответ ослаб­ляет эмо­ци­о­наль­ный сиг­нал от про­ступка и при­ми­ряет вас с ним, тогда про­сто опи­шите ребенку ваше при­ят­ное ощу­ще­ние, выра­зив его в форме Я‑высказывания.

Ден: О, конечно, папа, я совсем забыл. Я сей­час же сде­лаю это.

Отец: Буду рад этому.

Бар­бара: О, мама, извини. Я была занята дру­гим, но в тече­ние полу­часа еда будет готова.

Мать: Хорошо, я согласна.

Меген: О, папа, я забыла ска­зать тебе. Сего­дня утром я видела моего школь­ного кура­тора, и с поне­дель­ника я начну вновь зани­маться в школе с пол­ной нагрузкой.

Отец: Я рад слы­шать об этом.

Более веро­ятно, что ответ ребенка все же оста­вит у вас доста­точно силь­ное ощу­ще­ние полу­чен­ного ранее эмо­ци­о­наль­ного сиг­нала: от вас хотят отде­латься и неясно, будет ли ваше жела­ние понято, а работа выпол­нена. Ребе­нок может ска­зать нечто подобное:

Но сей­час я дол­жен делать уроки.

Ладно, ладно, я сде­лаю это потом.

Сей­час не моя оче­редь делать это.

Почему всю гряз­ную работу дол­жен делать я?

Или:

Я не буду.

Иди к черту!

Я оплачу счет, но сей­час у меня совсем нет денег.

Мне не нра­вится ни один из школь­ных курсов.

Все это — уловки, пред­на­зна­чен­ные для того, чтобы отвлечь вас от пред­мета вашего жела­ния и сбить на что-то дру­гое: на то, чтобы вы взяли на себя ответ­ствен­ность за выпол­не­ние ребен­ком домаш­них зада­ний; на то, чтобы пре­кра­тить раз­го­вор или начать спор об оче­ред­но­сти выпол­не­ния дел или о том, можно ли счи­тать дан­ную работу гряз­ной и почему вообще ее нужно делать; на то, чтобы вы начали ругаться, гру­бить в ответ, при­во­дить объ­яс­не­ния и т. д. На пер­вом шаге вы уже предо­ста­вили вашему ребенку пол­ную воз­мож­ность обсу­дить подоб­ные про­блемы, и, если они воз­ни­кают теперь, будет спра­вед­ли­вым, если вы про­игно­ри­ру­ете их. Вме­сто этого ответьте вашему ребенку, исполь­зуя наста­и­ва­ю­щее трех­член­ное предложение.

Пер­вая часть этого пред­ло­же­ния пред­на­зна­ча­ется для того, чтобы дать понять ребенку: вы слы­шите его или ее. Она может содер­жать слова «ты», «твой», «твоя», поскольку пред­став­ляет собой про­стое отра­же­ние услы­шан­ного вами от ребенка. Чтобы сфор­му­ли­ро­вать эту часть вашего пред­ло­же­ния, про­сто выслу­шайте, что гово­рит ваш ребе­нок, резю­ми­руйте это для себя и затем адре­суйте ребенку. Вы обна­ру­жите, что такие выра­же­ния, как «Я пони­маю, что…», «Ты гово­ришь, что…», а ино­гда и про­сто «Мм, гм», хорошо под­хо­дят для начала пер­вой части этого предложения.

Я слышу, что ты дол­жен делать уроки…

Я пони­маю, что ты хочешь сде­лать это потом…

Ты гово­ришь, что сей­час не твоя очередь…

Ты удив­ля­ешься, почему ты дол­жен делать это…

Ты гово­ришь, что не хочешь делать это…

или:

Я слышу, что у тебя совсем нет денег…

Тебе не нра­вятся школь­ные занятия…

 

Вто­рая часть пред­ло­же­ния пред­став­ляет собой слово «и». Вы можете обна­ру­жить, что вме­сто этого слова вам хочется исполь­зо­вать «но». Мы нахо­дим, однако, что «и» более эффек­тивно. В этом пред­ло­же­нии мы про­сим вас выра­зить два жела­ния или чув­ства: одно — вашего ребенка и дру­гое — ваше соб­ствен­ное, и соеди­ня­ю­щее их слово «но» пред­по­ла­гает, что они нахо­дятся друг с дру­гом в кон­фликте — и только одно из них явля­ется оправ­дан­ным, име­ю­щим закон­ную силу. Слово же «и» пред­по­ла­гает, что эти два жела­ния дей­стви­тельно суще­ствуют и что они могут сосу­ще­ство­вать. Это поз­во­ляет избе­жать любых попы­ток пре­вра­тить вашу беседу в конфликт.

Тре­тья часть пред­ло­же­ния — это Я‑высказывание, кото­рое вы уже подготовили.

Все пред­ло­же­ние цели­ком полу­ча­ется тогда таким:

Я пони­маю, что ты хочешь сде­лать это потом,— и — я хочу, чтобы кухня была убрана.

Ты гово­ришь, что сей­час не твоя оче­редь,— и — я хочу, чтобы сего­дня утром мне по-насто­я­щему помогли.

Ты удив­ля­ешься, почему ты дол­жен делать это,— и — я хочу, чтобы за соба­кой было убрано.

Ваш ребе­нок, веро­ятно, отре­а­ги­рует на это какой-то новой улов­кой; вы же спра­ви­тесь с ней ана­ло­гич­ным обра­зом, про­сто отра­зив, вер­нув ее ему или ей, доба­вив к ней союз «и», а затем вновь сфор­му­ли­ро­вав ваше основ­ное Я‑высказывание. Про­дол­жая отве­чать ребенку подоб­ным обра­зом, вы смо­жете под­дер­жи­вать веж­ли­вый тон голоса и сохра­нять спо­кой­ствие, потому что вы не должны будете затра­чи­вать сколько-нибудь сил на то, чтобы при­ду­мать, что же ска­зать (у вас уже есть схема вашего трех­член­ного пред­ло­же­ния и ваше основ­ное Я‑высказывание), а также потому, что вы зна­ете: вне зави­си­мо­сти от исхода дан­ного кон­крет­ного слу­чая вы будете доби­ваться жела­е­мого до тех пор, пока ваше жела­ние не будет удо­вле­тво­рено. Так что вы про­сто не можете про­иг­рать, и у вас доста­точно хоро­шая пози­ция, чтобы оста­ваться спо­кой­ным и нена­пря­жен­ным. Вы можете поз­во­лить ребенку сколько угодно кри­чать, выхо­дить из себя, пытаться мани­пу­ли­ро­вать вами и т. д. И это само по себе уже гро­мад­ное изме­не­ние по срав­не­нию с обыч­ной ситуацией.

Будьте готовы ко мно­же­ству самых раз­ных уло­вок ребенка. Вот неко­то­рые наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ные уловки из тех, что нам дово­ди­лось слы­шать, а также — воз­мож­ные спо­собы, с помо­щью кото­рых вы можете отре­а­ги­ро­вать на них.

Ваш ребе­нок: Ты все­гда при­ста­ешь ко мне!

Вы: Ты гово­ришь, что я все­гда при­стаю к тебе с чем-то,— и — я хотела бы, чтобы кухня была убрана.

Ваш ребе­нок: Ты не забо­тишься обо мне!

Вы: Я вижу, ты дума­ешь, что я не забо­чусь о тебе,— и — я хотела бы, чтобы кухня была убрана.

Ваш ребе­нок: Почему я дол­жен делать больше, чем Сиc?

Вы: Мм, гм, ты удив­ля­ешься, почему Сие не должна рабо­тать больше,— и — я хотела бы, чтобы кухня была убрана.

Ваш ребе­нок: Ты любишь ее больше, чем меня!

Вы: Я пола­гаю, ты дума­ешь, что я люблю ее больше,— и — я хотела бы, чтобы кухня была убрана.

Ваш ребе­нок: Я не соби­ра­юсь делать эту раб­скую работу!

Вы: Мм, гм, я пони­маю, что ты не хочешь делать раб­скую работу,— и — я хотела бы, чтобы кухня была убрана.

Ваш ребе­нок: Ты гово­ришь только то, что насо­ве­то­вал тебе твой консультант!

Вы: Мм, гм, ты слы­шишь, что я говорю так, как научил меня кон­суль­тант,— и — я хотела бы, чтобы кухня была убрана.

Обра­тите вни­ма­ние, что при этом:

Вам не нужно отве­чать на вопросы.

Вам не нужно оправ­ды­вать ваше желание.

Вам не нужно дока­зы­вать, что вы спра­вед­ливы или заботливы.

Задача состоит в том, чтобы про­сто быть пре­дан­ным вашему внут­рен­нему Я, при­дер­жи­ва­ясь того, чего вы хотите.

Если ребе­нок пыта­ется улиз­нуть от вас — отправ­ля­ется в свою ком­нату или выбе­гает из дома, не бегите за ним, а про­сто зай­ми­тесь своим делом до тех пор, пока в оче­ред­ной раз не встре­ти­тесь с сыном или доче­рью. Тогда и нач­ните этот новый раз­го­вор, спо­койно ска­зав: «Ден, я хотела бы, чтобы кухня была убрана».

Как долго вам сле­дует про­дол­жать дей­ство­вать подоб­ным обра­зом? До тех пор, пока вы не полу­чите от ребенка такой ответ, кото­рый осла­бит ваш эмо­ци­о­наль­ный сиг­нал, или же даст вам ощу­ще­ние доста­точ­ной уве­рен­но­сти в том, что о вашем жела­нии поза­бо­тятся, или пока вы не исполь­зу­ете ваше трех­член­ное пред­ло­же­ние два­дцать раз. Про­го­ва­ри­вая пред­ло­же­ния, счи­тайте их на паль­цах; это помо­жет вам сохра­нить спо­кой­ствие и зай­мет ваше вни­ма­ние ровно настолько, чтобы не попасться на те хит­ро­ум­ные при­манки, кото­рые может под­бро­сить вам ребенок.

Если вы повто­рили трех­член­ное пред­ло­же­ние два­дцать раз, а ребе­нок все еще отка­зы­ва­ется про­явить заботу о том, чего вы хотите, то пре­кра­тите поль­зо­ваться им. Осо­бенно же удо­сто­верь­тесь в том, что вы НЕ КОНЦЕНТРИРУЕТЕ НА ВАШЕМ РЕБЕНКЕ АБСОЛЮТНО НИКАКОГО ОТРИЦАТЕЛЬНОГО ВНИМАНИЯ. Если же у вас воз­ни­кают пере­жи­ва­ния обес­ку­ра­жен­но­сти или фруст­ра­ции, гоните их прочь и поз­вольте себе почув­ство­вать удо­вле­тво­ре­ние от того, что вы спра­ви­лись со своей зада­чей, когда сфор­му­ли­ро­вали трех­член­ное пред­ло­же­ние все два­дцать раз. Теперь либо сами сде­лайте работу за ребенка, либо при­мите меры, чтобы как-то иначе обес­пе­чить ее выпол­не­ние. Все это вполне можно про­де­лать радостно и энер­гично, потому что вы пол­но­стью завер­шили вто­рой шаг и уже тем самым доби­лись успеха вне зави­си­мо­сти от того, как реа­ги­ро­вал ваш ребе­нок и сде­лал ли он свою работу или нет. Поздравьте себя, так как вы отста­и­вали свои права. Пора­дуй­тесь любым ощу­ще­ниям уве­рен­но­сти в себе и, быть может, даже весе­лью, кото­рые вы могли испы­тать при отста­и­ва­нии своих прав.

Тре­тий шаг

Тре­тий шаг сво­дится, по сути дела, к повто­ре­нию вто­рого шага, когда в оче­ред­ной раз вы стал­ки­ва­е­тесь с той же самой проблемой.

Вне зави­си­мо­сти от того, завер­шился ли вто­рой шаг тем, что ребе­нок выпол­нил свою работу или же нет, по край­ней мере еще один раз вы, ско­рее всего, ощу­тите тот же самый преж­ний эмо­ци­о­наль­ный сигнал.

Вы заме­тите, про­ходя через кухню, что там бес­по­ря­док и не убрано, и почув­ству­ете эмо­ци­о­наль­ный сигнал.

Вы пой­мете, что кто-то был в вашем доме, пока вы отсут­ство­вали, и почув­ству­ете эмо­ци­о­наль­ный сигнал.

Вы полу­чите счет за меж­ду­го­род­ный теле­фон­ный раз­го­вор, кото­рого у вас не было, и почув­ству­ете эмо­ци­о­наль­ный сигнал.

Как только вы ощу­тите этот эмо­ци­о­наль­ный сиг­нал, вспом­ните: вашей зада­чей явля­ется забота о самом этом пере­жи­ва­нии — и в каче­стве пер­вого про­яв­ле­ния такой заботы повер­ни­тесь к ребенку и вновь обра­ти­тесь к нему или к ней с вашим веж­ли­вым требованием:

Бар­бара, не будешь ли ты так добра убрать кухню?

Вполне воз­можно, ребе­нок не испы­ты­вал осо­бого удо­воль­ствия, когда вы впер­вые про­де­лы­вали вто­рой шаг. Мы счи­таем, что все люди — и взрос­лые, и дети — чув­ствуют себя очень неловко, когда гово­рят «нет» в ответ на спра­вед­ли­вое, дру­же­люб­ное, настой­чи­вое заяв­ле­ние, подоб­ное тому, что вы выска­зы­вали на вто­ром шаге. Даже если ребе­нок вовсю пету­шился и про­ти­вился тому обра­ще­нию, кото­рое содер­жа­лось во всех ваших два­дцати пред­ло­же­ниях, вы можете быть уве­рены: ему или ей это не достав­ляло удо­воль­ствия. Когда же этому снова при­дет черед, то уже на вто­ром или тре­тьем повторе ребенка может осе­нить мысль, что еще немного — и все повто­рится вновь. Ваш ребе­нок, ско­рее всего, поду­мает: «О, нет, мы вот-вот нач­нем сна­чала!» — и вполне может выбрать то, чего хотите вы, нежели опять испы­ты­вать все те нелег­кие и, веро­ятно, отя­го­щен­ные ощу­ще­нием соб­ствен­ной вины пере­жи­ва­ния — если только вы дадите ему или ей воз­мож­ность сохра­нить при этом свое лицо. Это одна из при­чин, почему мы про­сим вас оста­ваться веж­ли­вым и нена­пря­жен­ным, так чтобы ребе­нок знал: после его согла­сия сде­лать то, что от него тре­буют, вы не будете празд­но­вать победу, тор­же­ство­вать над ним. Вме­сто этого сле­дует дать понять ребенку, насколько вам нра­вится, когда о вашем жела­нии про­яв­ляют заботу:

Ребе­нок: Я знаю, знаю, знаю; ты хочешь, чтобы кухня была убрана! (Соби­ра­ется заняться этим.)

Вы: Мне дей­стви­тельно нра­вится, когда ты дела­ешь это.

Вы: … и я очень хотел бы полу­чить деньги за этот теле­фон­ный счет.

Ребе­нок: Да, папа, я слышу! Я забыл ска­зать тебе об этом теле­фон­ном раз­го­воре, а деньги — вот они.

Вы: Я так рад, что ты поза­бо­тился об этом.

Повто­рите вто­рой шаг несколько раз в зави­си­мо­сти от того:

а) обна­ру­жи­вает ли ребе­нок какие-либо при­знаки того, что он готов поза­бо­титься о вас, и б) дей­стви­тельно ли вы сле­до­вали всем инструк­циям вто­рого шага и были при этом веж­ли­выми, дру­же­люб­ными, настой­чи­выми. Если вы уви­дите, где именно совер­шили ошибку, то вновь повто­рите этот шаг. Про­де­лы­вайте его до тех пор, пока не будете чув­ство­вать себя совер­шенно комфортно.

Весьма веро­ятно, что к тому вре­мени, когда вы завер­шите все три шага, исход­ная ситу­а­ция в отно­ше­ниях с вашим ребен­ком заметно улуч­шится. В подав­ля­ю­щем боль­шин­стве тех семей, кото­рым мы смогли ока­зать помощь, боль­шая часть пози­тив­ных изме­не­ний про­изо­шла в пре­де­лах несколь­ких недель или даже дней, после того как роди­тели искренне (1) отка­за­лись кон­тро­ли­ро­вать пункты из перечня собы­тий жизни ребенка, как об этом гово­ри­лось в гла­вах 2—4, и (2) начали отста­и­вать, как мы только что опи­сали, свои права в отно­ше­нии пунк­тов из перечня собы­тий жизни родителя.

Если вы про­де­лали все, что мы пред­ла­гали вам до насто­я­щего момента, и это дало вам ощу­ще­ние сдви­гов к луч­шему, то в даль­ней­шем ваша задача будет заклю­чаться в под­дер­жа­нии и закреп­ле­нии достиг­ну­того успеха. Вы можете сде­лать это, сле­дуя двум сле­ду­ю­щим правилам:

Я буду дове­рять моему ребенку при­ни­мать его или ее соб­ствен­ные реше­ния, каса­ю­щи­еся пунк­тов из перечня собы­тий жизни ребенка.

Вся­кий раз, когда я получу эмо­ци­о­наль­ный сиг­нал в связи с тем или иным пунк­том из перечня собы­тий жизни роди­теля, я сде­лаю что-нибудь, чтобы поза­бо­титься о своем пере­жи­ва­нии. Мой пер­вый шаг в этом направ­ле­нии будет заклю­чаться в том, чтобы ска­зать ребенку, чего я хочу, исполь­зуя при этом наста­и­ва­ю­щее трех­член­ное предложение.

Мы реко­мен­дуем вам позна­ко­миться с двумя после­ду­ю­щими шагами, изло­жен­ными в сле­ду­ю­щей главе. Воз­можно, вам они и не будут нужны, но зна­ние того, что вы можете сде­лать и сде­ла­ете, когда потре­бу­ется поза­бо­титься о себе, при­даст вам необ­хо­ди­мую уве­рен­ность. Если вы опре­де­ленно зна­ете, что посто­ите за себя, то менее веро­ятно, что вам на самом деле при­дется делать это.

Если после того как вы доб­ро­со­вестно про­де­лали шаги 1, 2 и 3, ваша про­блема все еще суще­ствует, то, как мы пола­гаем, это про­ис­хо­дит по двум воз­мож­ным при­чи­нам. (И в вашем кон­крет­ном слу­чае могут дей­ство­вать обе эти при­чины.) Пер­вая: вы недо­ста­точно детально и тща­тельно про­ра­бо­тали содер­жа­ние преды­ду­щих глав, так что все еще сохра­ня­ется зна­чи­тель­ная нераз­де­лен­ность ответ­ствен­но­сти между вами и вашим ребен­ком. Вы можете каким-то обра­зом все еще бороться за то, чтобы кон­тро­ли­ро­вать пункты из перечня собы­тий жизни ребенка, и, воз­можно, вы все еще смот­рите на ребенка как на неспо­соб­ного при­ни­мать ответ­ствен­ные реше­ния, или про­дол­жа­ете оце­ни­вать и осуж­дать его, или же все еще чув­ству­ете себя пой­ман­ным в ловушку. В том слу­чае, если вы не устра­ните все это, ваш ребе­нок вполне может не испы­ты­вать осо­бого жела­ния забо­титься о вас.

Если вы счи­та­ете, что с вами про­ис­хо­дит нечто подоб­ное, то вновь про­смот­рите преды­ду­щие главы этой книги и дайте себе неко­то­рое время, чтобы при­вык­нуть к той фило­со­фии, на кото­рой они осно­ваны. В резуль­тате вы можете обна­ру­жить: спу­стя несколько меся­цев дан­ный под­ход нач­нет рабо­тать гораздо лучше.

Вто­рая при­чина, почему эти пер­вые три шага могли не повли­ять на про­блему, вот в чем: даже теперь ваш ребе­нок может не верить, что вы дей­стви­тельно будете отста­и­вать себя. Воз­можно, вы не были доста­точно тверды, а ваши дей­ствия — доста­точно понятны ребенку, когда вы пред­при­ни­мали эти шаги; или, может быть, ребе­нок был настолько чем-то занят, что не уло­вил сути про­ис­хо­дя­щего. Или же он чув­ствует себя настолько без­опасно, когда его или ее вос­при­ни­мают как пло­хого и без­от­вет­ствен­ного, что про­сто не может себе поз­во­лить видеть в вас дру­гого, рав­ного себе чело­века, обла­да­ю­щего сво­ими соб­ствен­ными пра­вами и потреб­но­стями. В любом слу­чае, как нам кажется, ребенку угро­жает реаль­ная опас­ность вырасти с пред­став­ле­нием, что дру­гие люди ничего не зна­чат и что он имеет право на заботу окру­жа­ю­щих, не давая им при этом ничего вза­мен. Эта точка зре­ния сослу­жит ребенку плохую службу, когда он вый­дет во взрос­лый мир, и вы сде­ла­ете ему насто­я­щее одол­же­ние, если пред­при­мете далее сле­ду­ю­щие шаги и предо­ста­вите воз­мож­ность научиться тому, как быть рав­ным среди равных.

Давайте перей­дем теперь к рас­смот­ре­нию после­ду­ю­щих шагов, исходя при этом из такого пред­по­ло­же­ния: вы осно­ва­тельно и искренне потру­ди­лись над преды­ду­щими гла­вами книги, но по той или иной при­чине ваш ребе­нок все еще не понял того факта, что вы — живой чело­век, обла­да­ю­щий сво­ими соб­ствен­ными пере­жи­ва­ни­ями и жела­ни­ями, и что вы будете забо­титься о себе.

Глава 9. Продолжаем настаивать на своём

Вы только что пред­при­няли первую серьез­ную попытку поза­бо­титься о себе, поскольку были затро­нуты пункты из перечня собы­тий жизни роди­теля. Вы сде­лали это, сооб­щив ребенку настолько ясно, насколько смогли, чего вы хотите. Эта попытка не решила для вас про­блемы, и теперь вы почув­ство­вали необ­хо­ди­мость найти какой-то дру­гой спо­соб, поз­во­ля­ю­щий вам поза­бо­титься о себе.

В этой главе мы пой­дем в несколько ином направ­ле­нии. Мы попро­сим вас про­де­лать неко­то­рые физи­че­ские дей­ствия, а затем при­ме­нить их к вашему ребенку, с тем чтобы поза­бо­титься о себе. Как и в пред­ше­ству­ю­щих Как и в пред­ше­ству­ю­щих гла­вах, вновь под­чер­ки­ваем: забота о себе в дан­ном слу­чае пред­по­ла­гает в зна­чи­тель­ной сте­пени также и заботу о ребенке.

Перед тем как при­сту­пить к чет­вер­тому шагу, при­го­товьте себя к про­дви­же­нию в этом новом направ­ле­нии, про­де­лав прием «Мин­не­сот­ского Толстяка».

Мин­не­сот­ским Тол­стя­ком звали одного пожи­лого чем­пи­она по бильярду, кото­рый одна­жды на про­тя­же­нии мно­гих часов состя­зался со спо­соб­ным моло­дым сопер­ни­ком. Они про­иг­рали всю ночь напро­лет, и, нако­нец, уже под утро ока­за­лось, что ни один из уста­лых, со сле­зя­щи­мися гла­зами, вспо­тев­ших и выпач­кан­ных мелом игро­ков не может выиг­рать. Поло­же­ние было явно без­вы­ход­ным. И в этот момент Мин­не­сот­ский Тол­стяк на несколько минут оста­вил игру и отпра­вился в муж­скую ком­нату. Там он спо­койно вымыл лицо и руки, смо­чил и при­че­сал волосы и пере­оделся в све­жую сорочку, кото­рая ока­за­лась у него по слу­чаю. Затем он вер­нулся к игре и, осве­жен­ный физи­че­ски и пси­хи­че­ски, выиг­рал ее.

Вы нахо­ди­тесь сей­час в ситу­а­ции, в чем-то сход­ной с той, в кото­рой ока­зался мин­не­сот­ский тол­стяк. Вы долго бились над про­бле­мой, свя­зан­ной с вашим сыном или доче­рью. Только что вы отста­и­вали свою пози­цию, кото­рая, как вы наде­я­лись, должна была поз­во­лить вам решить эту про­блему, а она так и не раз­ре­ши­лась. Вся ситу­а­ция в целом может казаться вам тупи­ко­вой. Сле­до­ва­тельно, при­шло время для паузы мин­не­сот­ского тол­стяка. Сде­лайте ее, про­ведя неко­то­рое время абсо­лютно вне ситу­а­ции обще­ния с вашим ребен­ком; по край­ней мере на несколько часов зай­ми­тесь чем-нибудь, что достав­ляет вам под­лин­ное удо­воль­ствие, так чтобы в тече­ние всего этого вре­мени вы были бы настолько погло­щены этим при­ят­ным заня­тием, что даже и не вспо­ми­нали о ребенке. Совер­шите дол­гую пешую про­гулку, или же отправь­тесь на несколько часов или дней к своим дру­зьям — годится все, что вам захо­чется сде­лать, чтобы при­ве­сти себя в поря­док. Затем, осве­жен­ные этой пау­зой, скон­цен­три­руй­тесь на после­ду­ю­щих шагах, кото­рые мы поре­ко­мен­дуем вам для работы над вашей проблемой.

Если и на дан­ном этапе ребе­нок все еще упорно про­дол­жает делать то, что отно­сится к перечню собы­тий жизни роди­теля, то, по-види­мому, он или она все еще хочет коман­до­вать и рас­по­ря­жаться вами. И оче­видно, он или она может делать это, поскольку знает, что именно вас заво­дит и что именно вы дела­ете, когда вас тем или иным обра­зом заве­дут. Вы пред­ска­зу­емы. Нелепо, но весьма веро­ятно, что один из спо­со­бов, дела­ю­щих вас пред­ска­зу­е­мым, сво­дится к сле­ду­ю­щему: если ваш ребе­нок доста­точно долго упор­ствует и достав­ляет вам много непри­ят­но­стей, вы начи­на­ете дей­ство­вать в точ­ном соот­вет­ствии с его или ее про­грам­мой, лишь бы добиться при­ми­ре­ния. Чет­вер­тый шаг необ­хо­дим для того, чтобы сфор­ми­ро­вать у вашего ребенка совер­шенно иное, новое пред­став­ле­ние, а именно: что бы вы ни ска­зали, вы будете сле­до­вать этому вне зави­си­мо­сти от того, сколько уси­лий при­ло­жит он, вынуж­дая вас спа­со­вать. Дру­гими сло­вами, его преж­ний про­гноз о том, как вы будете себя вести, дол­жен ока­заться ошибочным.

Мы пола­гаем, что крайне важно дать воз­мож­ность ребенку позна­ко­миться с вашим новым, до неко­то­рой сте­пени непред­ска­зу­е­мым Я. Поэтому нам очень хоте­лось бы, чтобы, прежде чем вни­ма­тельно изу­чить сле­ду­ю­щий шаг, пред­ла­га­е­мый в дан­ной главе, вы при­го­то­ви­лись про­де­лать неко­то­рые забав­ные поступки, кото­рые помо­гут вам стать более сме­лым, непред­ска­зу­е­мым, непо­сред­ствен­ным и чуда­ко­ва­тым человеком.

То, что до насто­я­щего вре­мени про­ис­хо­дило между вами и вашим ребен­ком, по-види­мому, доста­точно точно отра­жено в сле­ду­ю­щих положениях:

Ваш ребе­нок совер­шает с тру­дом кон­тро­ли­ру­е­мые, непред­ска­зу­е­мые, сума­сшед­шие выходки, а вы ока­зы­ва­е­тесь в роли обес­по­ко­ен­ного и за все отве­ча­ю­щего человека.

Раз­го­ва­ри­вая друг с дру­гом, вы оба кон­цен­три­ру­ете вни­ма­ние только на том, что делает ваш ребе­нок, что он хочет, как он вос­при­ни­мает и пере­жи­вает про­ис­хо­дя­щее; все то, что вы дела­ете, хотите и пере­жи­ва­ете, либо вовсе не играет ника­кой роли, либо играет очень незна­чи­тель­ную роль в ваших разговорах.

Вы про­яв­ля­ете бес­по­кой­ство о том, что соби­ра­ется делать ваш ребе­нок, а ваш ребе­нок совсем не бес­по­ко­ится о том, что будете делать вы, потому что он видит в вас сло­жив­ше­гося, пол­но­стью пред­ска­зу­е­мого чело­века, кото­рый изве­стен во всех отношениях.

Давайте хотя бы частично изме­ним эту ситу­а­цию, поста­вим вас обоих в более рав­ные отношения.

Вот как мы пред­ла­гаем вам сде­лать это.

Вооб­ра­зите, что на про­тя­же­нии мно­гих лет вы жили в группе каторж­ни­ков, зако­ван­ных в кан­далы и ско­ван­ных одной цепью. В этой группе вы так долго выпол­няли одно и то же, что теперь уже даже не можете вос­при­ни­мать ситу­а­цию, свои обя­зан­но­сти, дру­гих заклю­чен­ных, спра­вед­ли­вость или неспра­вед­ли­вость про­ис­хо­дя­щего, но про­сто функ­ци­о­ни­ру­ете, выпол­няя с тупым упор­ством авто­мата те задачи, кото­рые, как вы дума­ете, вы должны выпол­нять. Теперь пред­ставьте, что вас вне­запно осво­бо­дили. Физи­че­ски вы нахо­ди­тесь все еще в той же самой ситу­а­ции, но теперь сво­бодны, вольны остаться в ней или же выйти из нее, выпол­нять одни и те же при­выч­ные дей­ствия или же заняться чем-то новым — сло­вом, как сво­бод­ный чело­век, вы вольны пере­смот­реть всю свою ситу­а­цию. Посмот­рите теперь на свою жизнь как такой сво­бод­ный чело­век и нач­ните снова и снова обра­щаться к самому себе со сле­ду­ю­щими словами:

Я сво­бодна посту­пать, как хочу; что же я хочу сде­лать прямо сей­час — в тече­ние сле­ду­ю­щих пяти минут?

Побе­гать?

Пого­во­рить?

При­лечь и отдохнуть?

Немного потан­це­вать?

Посмот­реть, сколько раз­ных цве­то­вых тонов я могу уви­деть, не меняя сво­его положения?

Ничего не хочу?

Я сво­бо­ден посту­пать, как хочу; что же я хочу сде­лать в тече­ние сле­ду­ю­щих несколь­ких недель или месяцев?

Купить пишу­щую машинку?

Поиг­рать на фон­до­вой бирже?

Поху­деть на два­дцать фунтов?

Заняться резь­бой по дереву?

Я сво­бо­ден посту­пать, как хочу; что бы я сде­лал, если бы был немного чудаковатым?

Побе­гал на четвереньках?

Стал бы менять места работы?

Слу­шал пла­стинки всю ночь?

Похо­хо­тал?

Когда вы были малень­ким ребен­ком, у вас, несо­мненно, появ­ля­лось мно­же­ство сооб­ра­же­нии о том, что вам хоте­лось бы сде­лать. Спо­соб­ность раз­мыш­лять подоб­ным обра­зом у вас вовсе не утра­чена; она все­гда в вашем распоряжении.

Я сво­бо­ден посту­пать, как хочу: что бы я сде­лал прямо сей­час, если бы мне было всего пять лет?

Вытя­нулся вверх и посмот­рел, могу ли я кос­нуться потолка?

Побе­гал в струях садо­вого раз­брыз­ги­ва­теля и продрог?

Ныр­нул в сугроб в купаль­ном костюме? (Один из авто­ров книги про­де­лал именно это.)

Убе­жал от моих детей на несколько дней? (Да, один из нас сде­лал это тоже.)

Отве­чая на эти вопросы, поста­рай­тесь не огра­ни­чи­вать себя, и пусть ваши ответы будут настолько сума­сшед­шими, насколько воз­можно. Затем отбе­рите самые сума­сброд­ные поступки и совер­шите их. Сле­ду­ю­щие при­ду­ман­ные нами при­меры пока­зы­вают, как все это можно проделать:

Одна­жды ваш сын Тони явля­ется домой после трех часов ночи. Он про­би­ра­ется в дом насколько воз­можно тихо, так как не хочет, чтобы его пой­мали за этим и отру­гали: «Тебя ждали дома к две­на­дцати», «Ты при­шел слиш­ком поздно», «Где ты был?», «Теперь ты будешь сидеть дома». Открыв вход­ную дверь, он с удив­ле­нием слы­шит зажи­га­тель­ную мек­си­кан­скую музыку, а потом видит, что вы, лежа на полу, что-то увле­ченно пишете в окру­же­нии каких-то бума­жек, гряз­ных кофей­ных чашек и маг­ни­то­фон­ных кас­сет. «Что ты дела­ешь?» — выпа­ли­вает он (чуть ли не впер­вые он спро­сил вас, что вы дела­ете). «Я решила не ложиться спать до тех пор, пока не выучу все испан­ские слова, кото­рые встре­ча­ются в моих записях».

По пути на работу, как все­гда, везете дочь в школу. На пере­крестке вы обычно пово­ра­чи­ва­ете налево, но на этот раз дела­ете пово­рот направо. «Папа, куда ты едешь?» — спра­ши­вает дочь с недо­ве­рием (чуть ли не впер­вые она спро­сила вас, куда вы едете). А вы гово­рите: «Попро­бую сокра­тить путь, про­ехав по Ривер Роуд. Я зага­дал рас­сто­я­ние и хочу посмот­реть, насколько был точен».

Ваша дочь Мар­сия уже несколько раз за послед­ние пол­часа пыта­лась войти в ван­ную ком­нату и каж­дый раз заме­чала, что вы все еще там. «Мама, что ты там дела­ешь?» — нако­нец гово­рит она (чуть ли не впер­вые она спро­сила вас, почему вы так долго при­ни­ма­ете ванну). «Я при­ни­маю пен­ную ванну и ем омлет с воз­душ­ной куку­ру­зой, кото­рый я себе сде­лала»,— гово­рите вы.

Все это «чуточку сума­сшед­шие» поступки; мы про­сим вас совер­шать их побольше и фак­ти­че­ски выра­бо­тать у себя при­вычку делать их посто­янно. Коли­че­ство таких поступ­ков должно быть огра­ни­чено только вашей спо­соб­но­стью при­ду­мы­вать их; мы же обна­ру­жили, что если одна­жды вы смогли при­ду­мать несколько подоб­ных при­чуд, то они затем все с боль­шей и боль­шей лег­ко­стью начи­нают при­хо­дить вам в голову. Про­де­лы­вать их настолько забавно, что, начав как-то раз, легко при­вык­нуть совер­шать их не только в отно­ше­нии вашего ребенка, но и для себя, так как они достав­ляют удо­воль­ствие сами по себе.

То, что вы подоб­ным обра­зом «схо­дите с ума», вно­сит кор­рек­тивы в баланс про­ис­хо­дя­щего между вами и вашим ребен­ком, так что:

По край­ней мере, часть вре­мени вы поз­во­ля­ете себе тру­дом кон­тро­ли­ру­е­мые, непред­ска­зу­е­мые, сума­сшед­шие выходки, остав­ляя роль обес­по­ко­ен­ного и за все отве­ча­ю­щего чело­века за вашим ребен­ком, если, конечно, он или она захо­чет при­нять ее.

По край­ней мере часть того вре­мени, когда вы раз­го­ва­ри­ва­ете с ребен­ком, вы оба кон­цен­три­ру­е­тесь на том, что вы хотите, как вы посту­па­ете, как вы вос­при­ни­ма­ете и пере­жи­ва­ете происходящее.

По край­ней мере часть вре­мени вы совер­шенно не испы­ты­ва­ете бес­по­кой­ства. Если же у кого-то и воз­ни­кает какое-либо бес­по­кой­ство, то у вашего ребенка, гада­ю­щего, что же вы выки­нете в оче­ред­ной раз, поскольку он или она начи­нает видеть в вас непред­ска­зу­е­мого чело­века. Как чело­век, вы все­гда были непред­ска­зу­емы, но ребе­нок не знал этого, и обна­ру­жить в вас такую осо­бен­ность — одно из самых при­ят­ных откры­тий для него или нее. Ваш ребе­нок не знает о вас всего, не знает вас во всех отно­ше­ниях. И как вы сами заме­тите, про­де­лы­вая этот шаг, вы также не зна­ете себя пол­но­стью, а обна­ру­жить в себе какие-либо воз­мож­но­сти для нового пове­де­ния столь же приятно.

Зна­ко­мясь с гла­вой 5, вы уже начали делать все это. Тогда мы про­сили вас сфор­ми­ро­вать у себя при­вычку сове­то­ваться с собой по поводу того, что вы чув­ству­ете, что хотите сде­лать, каким стать, что иметь. Мы про­сили вас про­де­лы­вать забав­ные дей­ствия и каж­дый раз в тече­ние дня выра­жать вашего внут­рен­него сиг­наль­щика с помо­щью спон­тан­ных Я‑высказываний: «Я чув­ствую», «Я люблю», «Я хочу» и «Я соби­ра­юсь делать».

Теперь при­шло время раз­вить и уси­лить все это. Если вы серьезно про­ра­бо­та­ете дан­ный шаг, то обна­ру­жите, что подоб­ная при­вычка обре­ме­няет вас все меньше и вы все более спо­койно гово­рите в этой манере с вашим ребен­ком, его дру­зьями и даже с сосе­дями, поку­па­те­лями в мага­зине и вашими родственниками.

Обра­тите вни­ма­ние, мы не тре­буем, чтобы вы совер­шали что-либо, что может повре­дить дру­гим людям. Мы всего лишь про­сим вас сде­лать то, что при­не­сет вам ощу­ще­ние боль­шего сча­стья, боль­шей сво­боды и уве­рен­но­сти в том, что вы смо­жете поза­бо­титься о ваших соб­ствен­ных желаниях.

Когда вы в доста­точ­ной сте­пени напрак­ти­ку­е­тесь в спон­тан­но­сти и непред­ска­зу­е­мо­сти, чтобы чув­ство­вать себя вполне спо­койно, посту­пая подоб­ным обра­зом, пере­хо­дите к чет­вер­тому шагу.

Чет­вер­тый шаг

Теперь ваша задача состоит в том, чтобы упро­чить дове­рие к вашему слову и дока­зать ребенку: если вы гово­рите, что что-то сде­ла­ете, то вы сде­ла­ете это непре­менно. На чет­вер­том шаге мы нач­нем под­го­товку к тому, чтобы, в том слу­чае, если серьез­ные про­блемы в отно­ше­ниях с ребен­ком не най­дут сво­его реше­ния, исполь­зо­вать, пока дело не зашло слиш­ком далеко, метод кон­фрон­та­ции и уль­ти­ма­тума, роди­тель­скую заба­стовку. Но прежде чем пере­хо­дить к этим дей­стви­тельно уль­ти­ма­тив­ным мерам, крайне важно добиться, чтобы ребе­нок пове­рил: все, что бы вы ни ска­зали, вы обя­за­тельно сде­ла­ете. С серьез­ным заяв­ле­нием о вашем наме­ре­нии «басто­вать» стоит высту­пать только в том слу­чае, если ваш ребе­нок счи­тает, что вам дей­стви­тельно можно верить. Если же вы выдви­га­ете этот уль­ти­ма­тум, а ребе­нок думает, что на самом деле вы не наме­ре­ва­е­тесь при­ве­сти его в испол­не­ние и можете усту­пить, спа­со­вать, то он или она нач­нет с вами сво­его рода игру, балан­си­руя на грани между вой­ной и миром. Он будет про­дол­жать совер­шать про­ступки хотя бы для того, чтобы посмот­реть, соби­ра­е­тесь ли вы при­во­дить в испол­не­ние свой уль­ти­ма­тум. С дру­гой сто­роны, если ребе­нок очень хорошо знает, что это дей­стви­тельно уль­ти­ма­тум, потому что вы все­гда дела­ете то, что обе­ща­ете сде­лать, тогда он или она может с пол­ной ответ­ствен­но­стью выбрать: либо при­нять уль­ти­ма­тум, либо откло­нить его — со всеми выте­ка­ю­щими из этого реше­ния последствиями.

Таким обра­зом, этот шаг пред­став­ляет собой под­го­товку к уль­ти­ма­туму, пред­на­зна­чен­ную для того, чтобы упро­чить у ребенка уве­рен­ность: на вас можно поло­житься; а то, что вы гово­рите, вы сделаете.

Мы про­сим вас при­ве­сти вашему ребенку серию соот­вет­ству­ю­щих эффек­тив­ных и нагляд­ных сви­де­тельств или подтверждений.

От вас потре­бу­ется извест­ная сме­лость и изоб­ре­та­тель­ность; но все это может быть и забав­ным. Вот как это делается.

Во-пер­вых, выбе­рите какую-нибудь неболь­шую част­ную ситу­а­цию, достав­ля­ю­щую вам неко­то­рое бес­по­кой­ство. Эта ситу­а­ция необя­за­тельно должна быть свя­зана с про­ступ­ками вашего ребенка, хотя и такое воз­можно. Пусть это будет чем-то не очень зна­чи­мым, но слу­ча­ю­щимся доста­точно часто таким, как:

Кто-то посто­янно остав­ляет зуб­ную пасту на рако­вине, вме­сто того чтобы убрать ее в ящик.

Когда все соби­ра­ются за ужи­ном, дети вся­кий раз устра­и­вают шум­ные споры.

На сту­пень­ках лест­ницы на вто­рой этаж все­гда валя­ется то одно, то дру­гое, так что я боюсь спо­ткнуться и упасть, когда под­ни­ма­юсь или спус­ка­юсь по лестнице.

Во-вто­рых, исполь­зуйте все ваше вооб­ра­же­ние, чтобы при­ду­мать что-нибудь, что вы могли бы сде­лать, если подоб­ное повто­рится вновь. Однако при­ду­ман­ное вами должно отве­чать сле­ду­ю­щим условиям:

а) Оно должно улуч­шать ваше само­чув­ствие и ослаб­лять эмо­ци­о­наль­ный сиг­нал от происшедшего.

б) Оно не должно никому при­но­сить вреда, а также не должно быть направ­лено непо­сред­ственно на вашего ребенка.

в) Оно может быть немного стран­ным — без­рас­суд­ным, чрез­мер­ным, неожи­дан­ным или ошеломляющим.

г) Оно должно быть доста­точно эффект­ным и нагляд­ным, чтобы окру­жа­ю­щие и осо­бенно ваш ребе­нок непре­менно обра­тили на него внимание.

д) Оно должно нахо­диться в неко­то­ром отно­ше­нии с тем про­ис­ше­ствием, кото­рое доса­ждает вам, но при этом в самом про­ис­ше­ствии никого не надо обви­нять, или, дру­гими сло­вами, никому не сле­дует уде­лять отри­ца­тель­ное внимание.

е) Оно должно быть чем-то таким, что вы вполне можете от начала и до конца про­де­лать сами.

Вот, напри­мер, что вы могли бы сде­лать в связи с упо­ми­нав­ши­мися выше досад­ными происшествиями:

Напи­сать зуб­ной пас­той на зер­кале в ван­ной ком­нате боль­шое объ­яв­ле­ние: «Я хочу, чтобы пасту убирали!»

Взять свою еду и при­боры, тор­же­ственно и цере­монно рас­ста­вить все на под­носе, отне­сти его в свою спальню и закрыть за собой дверь, чтобы тихо и мирно поужи­нать в одиночестве.

Взять все, что вы обна­ру­жите на сту­пе­нях лест­ницы, и зашвыр­нуть в под­вал или на крышу дома или в ванну. (Эти дей­ствия рас­про­стра­ня­ются не только на одежду вашего ребенка, но на любую одежду, остав­лен­ную на лестнице.)

Мы пого­во­рим более подробно о раз­но­вид­но­стях тех дей­ствий, кото­рые вы можете совер­шать, после того как ста­нет ясно, что сле­дует делать с самими этими действиями.

Когда вы при­ду­ма­ете нечто, что вам хоте­лось бы сде­лать, при­дер­жите это в уме, а затем:

В‑третьих, как только дан­ное про­ис­ше­ствие слу­чится в оче­ред­ной раз, объ­явите вашей семье, чего вы хотите, сде­лав это в форме спо­кой­ного, нена­пря­жен­ного Я‑высказывания, в кото­ром нет слов «вы», «ты».

Я хотела бы, чтобы зуб­ная паста хра­ни­лась в ящике.

Я на самом деле хочу, чтобы за ужи­ном царил мир и была дру­же­люб­ная атмосфера.

Я хочу, чтобы на лест­нице не валя­лись вещи.

Это сво­его рода раз­но­вид­ность мини-утвер­жде­ния того, что на ваш взгляд, явля­ется справедливым.

В‑четвертых, подо­ждите до тех пор, пока ситу­а­ция не повто­рится вновь (вы должны быть доста­точно уве­рены в том, что именно так и произойдет).

В‑пятых, повто­рите для вашей семьи, чего вы хотите в дан­ной ситу­а­ции, и на этот раз ска­жите, что вы сде­ла­ете, если не будет так, как вы хотите.

Я на самом деле хочу, чтобы зуб­ная паста хра­ни­лась в ящике. Если этого не будет, то я напишу об этом зуб­ной пас­той на зеркале.

Я дей­стви­тельно хочу, чтобы за сто­лом царили мир и спо­кой­ствие. Если этого не будет, я заберу свою еду в спальню и поужи­наю там.

Я хочу, чтобы на лест­нице ничего не валя­лось. Если я обна­ружу, что она чем-то зава­лена, то все, что на ней найду, брошу в ванну.

Здесь вы, воз­можно, ска­жете себе: «Если я хочу, чтобы ван­ная ком­ната была чистой и акку­рат­ной, то нело­гично раз­ма­зы­вать зуб­ную пасту по зер­калу». Верно, это нело­гично, если при­ни­мать в рас­чет лишь довольно узкую пер­спек­тиву обес­пе­че­ния чистоты в ван­ной ком­нате. Но ведь ваша цель не сво­дится к чистоте ван­ной ком­наты, и с уче­том этой широ­кой пер­спек­тивы дру­гие, более узкие пред­став­ле­ния о логич­но­сти могут в свою оче­редь ока­заться нело­гич­ными. Ста­рай­тесь не попасть в плен пред­став­ле­ний о логич­но­сти, посто­ян­стве, после­до­ва­тель­но­сти, согла­со­ван­но­сти и т. д. своих дей­ствий. Зуб­ная паста — всего лишь сред­ство для упро­че­ния в гла­зах ребенка того факта, что вы дей­стви­тельно суще­ству­ете и спо­собны дер­жать свое слово.

В‑шестых, подо­ждите, пока ситу­а­ция не воз­ник­нет вновь (а после вашего послед­него заяв­ле­ния ее повтор можно почти гаран­ти­ро­вать). И, когда это про­изой­дет, сде­лайте то, что вы обе­щали сде­лать. Про­де­лайте это с удовольствием.

И в седь­мых, если вы почув­ству­ете радост­ное воз­буж­де­ние и даже при­лив сил в тот момент, когда будете про­де­лы­вать все это, то дан­ный шаг сле­дует рас­це­ни­вать как успешно завер­шен­ный. Ведь то, чего мы хотим достичь,— это пере­жи­ва­ния сво­боды (вы не нахо­ди­тесь в ловушке, создан­ной ребен­ком или ситу­а­цией), ком­пе­тент­но­сти (вы можете поза­бо­титься о себе) и радост­ного воз­буж­де­ния (вполне уместно чув­ство­вать себя весе­лым и нестес­нен­ным, поскольку вы сво­бодны и спо­собны действовать).

Теперь рас­смот­рим вопрос о том, что же именно вы можете избрать в каче­стве своих воз­мож­ных действии.

Выби­райте то, что вы можете сде­лать для того, чтобы почув­ство­вать себя лучше. Не делайте это с целью пре­по­дать урок вашему ребенку, све­сти с ним или с ней счеты, заста­вить его или ее сде­лать что-либо. Выбе­рите что-нибудь, что вы можете сде­лать для себя, а затем на какое-то время забудьте об этом.

Убе­ди­тесь: то, что вы решили сде­лать, направ­лено ско­рее на вещи, нежели на людей; и когда при­дет время дей­ство­вать, вы твердо и уве­ренно, без коле­ба­ния осу­ще­ствите заду­ман­ное. На этом шаге мы про­сим вас пред­при­нять физи­че­ское дей­ствие, кото­рое (в зави­си­мо­сти от того, как оно про­де­лано) может ока­зать одно из двух очень раз­лич­ных вли­я­ний на окру­жа­ю­щих вас людей. Если вы реа­ли­зу­ете его импуль­сивно, будучи рас­сер­жен­ным или рас­стро­ен­ным, или если вы направ­ля­ете его на дру­гого чело­века или на при­над­ле­жа­щее ему иму­ще­ство, то оно может побу­дить дру­гих к ответ­ным дей­ствиям и даже про­яв­ле­нию наси­лия про­тив вас. Если вы совер­ша­ете дей­ствие уве­ренно, твердо, обду­манно, так, что всем ясно: то, что вы дела­ете, имеет опре­де­лен­ную цель и про­во­дится вами с ощу­ще­нием мораль­ного права. И если это дей­ствие не пося­гает на права дру­гого чело­века или на его соб­ствен­ность, то оно может побу­дить и окру­жа­ю­щих вас людей также вести себя с боль­шей ответ­ствен­но­стью. В этом заклю­ча­ется одна из при­чин, почему мы про­сим вас нико­гда не при­ме­нять по отно­ше­нию к ребенку мер физи­че­ского воз­дей­ствия. А если вы все же решите совер­шить дей­ствие, затра­ги­ва­ю­щее его или ее иму­ще­ство, то зара­нее ясно и опре­де­ленно ска­жите ребенку: вы наме­ре­ва­е­тесь посту­пить так, убе­див­шись, что само это дей­ствие пред­став­ля­ется вам спра­вед­ли­вым. Если вы будете посту­пать дан­ным обра­зом, то, ско­рее всего, не вызо­вете ответ­ного насилия.

Убе­ди­тесь, что каж­дый из тех поступ­ков, кото­рые вы решили совер­шить, явля­ется кон­крет­ным и одно­ра­зо­вым дей­ствием, а не дол­го­вре­мен­ной воз­об­нов­ля­ю­щейся дея­тель­но­стью. Нам дово­ди­лось видеть роди­те­лей, попа­дав­ших в затяж­ные споры с детьми, когда они гово­рили что-нибудь вроде этого: «Если ты не будешь рабо­тать в саду, я не буду сти­рать белье». Ребе­нок отве­чает на это: «Если ты не будешь сти­рать белье, я не буду рабо­тать в саду» — и ситу­а­ция пере­рас­тает в пере­палку. В резуль­тате ни стирка, ни работа в саду не дела­ются на про­тя­же­нии дол­гого вре­мени, и ваше воз­му­ще­ние нарас­тает. Сде­лайте же так, чтобы ваше дей­ствие было одно­ра­зо­вым и как бы под­во­дя­щим черту под дан­ным про­ис­ше­ствием. Теперь, если бес­по­ко­я­щая вас про­блема воз­ни­кает вновь, вы сво­бодны решать ее каким-нибудь новым спо­со­бом. А до тех пор, осла­бив доса­ждав­ший вам эмо­ци­о­наль­ный сиг­нал, можете зани­маться сво­ими делами.

Если сад не будет убран к четы­рем часам, мне будет непри­ятно быть на людях, и, когда вече­ром собе­рутся гости, я надену маску.

Каж­дый свой посту­пок такого рода сде­лайте настолько стран­ным и дра­ма­ти­зи­ро­ван­ным, насколько это будет при­ем­ле­мым и удоб­ным для вас. Мы не можем ска­зать, насколько далеко сле­дует захо­дить в дан­ном направ­ле­нии, поскольку сте­пень стран­но­сти и теат­раль­но­сти подоб­ных поступ­ков в зна­чи­тель­ной сте­пени зави­сит от того, какова сло­жив­ша­яся в вашей семье атмо­сфера и каков ваш соб­ствен­ный жиз­нен­ный стиль. В семье, где в целом пре­об­ла­дает атмо­сфера дели­кат­но­сти, веж­ли­во­сти и сдер­жан­но­сти, весьма незна­чи­тель­ные, лишь слегка дра­ма­ти­зи­ро­ван­ные поступки могут иметь боль­шое вли­я­ние на ребенка. В дру­гой семье, ска­жем, в той, где чет­веро или пятеро детей и один роди­тель и дети вер­хо­во­дят и открыто рас­по­ря­жа­ются им, может потре­бо­ваться гораздо более дра­ма­ти­зи­ро­ван­ное пове­де­ние, для того чтобы при­влечь их вни­ма­ние. Например:

Мис­сис И. все­гда была очень тихой и скром­ной. Для ее семьи вполне дра­ма­ти­зи­ро­ван­ным собы­тием был слу­чай, когда в при­сут­ствии всех она объ­явила, что возь­мет лиш­ний кусо­чек масла для своей пор­ции пече­ного кар­то­феля, а затем так и сделала.

Мис­сис Б. ска­зала своей семье, что соби­ра­ется сбе­жать на три дня. Затем она собрала чемо­дан и уехала.

В целом же мы думаем, что те роди­тели, кото­рые про­чи­тают эту книгу, не про­иг­рают, если будут настолько стран­ными и теат­раль­ными, насколько это воз­можно. Весьма веро­ятно, одна из ваших про­блем в про­шлом состо­яла в том, что вы были слиш­ком склонны сле­до­вать тра­ди­ци­он­ным роди­тель­ским обя­зан­но­стям и поз­во­лили вашему ребенку вести себя непред­ска­зу­емо. Поэтому при­мите для себя саму воз­мож­ность таких дей­ствий, кото­рые вы нико­гда не совер­шали раньше, и пора­дуй­тесь тому ощу­ще­нию бес­стра­шия, кото­рое все это может при­не­сти вам.

И, нако­нец, не про­яв­ляйте чрез­мер­ного бес­по­кой­ства отно­си­тельно тех поступ­ков, кото­рые были выбраны вами совер­шенно пра­вильно. Лучше, совер­шив их, немного пере­брать, чем сдер­жаться и про­дол­жать чув­ство­вать себя третируемым.

Вот неко­то­рые из поступ­ков, кото­рые отча­яв­ши­еся роди­тели совер­шали сами или же по нашим реко­мен­да­циям. Часть их нару­шала те пра­вила, кото­рые мы сфор­му­ли­ро­вали выше, и это, несо­мненно, несколько сни­зило их эффек­тив­ность, но тем не менее само выпол­не­ние этих дей­ствий как тако­вое может стать суще­ствен­ным улуч­ше­нием исход­ной ситуации.

Тихий и спо­кой­ный мистер Д. чув­ство­вал себя почти пол­но­стью подав­лен­ным, потому что его крайне актив­ные и шум­ли­вые при­ем­ные дети дер­жа­лись по отно­ше­нию к нему вызы­ва­юще и либо открыто игно­ри­ро­вали, либо оскорб­ляли его. Когда мы поре­ко­мен­до­вали мистеру Д. про­де­лать что-нибудь эффект­ное, чтобы про­де­мон­стри­ро­вать им, что он суще­ствует и может сде­лать все, что бы ни ска­зал, он вспом­нил о куп­лен­ном им теле­ви­зоре. Теле­ви­зор стоял наверху в ком­нате, и дети посто­янно им поль­зо­ва­лись. Шум от теле­ви­зора и тот факт, что дети про­во­дили все время за про­смот­ром теле­пе­ре­дач, не обра­щая ника­кого вни­ма­ния на отчима, при­во­дили мистера Д. в отча­я­ние. Он решил, что в сле­ду­ю­щий раз, когда дети будут оскор­би­тельно вести себя, по отно­ше­нию к нему, он может спо­койно взять этот теле­ви­зор, под­не­сти его к окну и выбро­сить в сад. «Я хочу чув­ство­вать, что меня счи­тают здесь чело­ве­ком. Если же я почув­ствую, что это не так, я выброшу теле­ви­зор из окна».

Мис­сис У., впе­чат­ли­тель­ная и живая жен­щина, ска­зала чле­нам своей семьи сле­ду­ю­щее. Она очень недо­вольна тем, что почти каж­дую ночь ее кто-то будит, когда воз­вра­ща­ется домой около двух или трех часов ночи. И в сле­ду­ю­щий раз, когда ее таким вот обра­зом раз­бу­дят, она будет громко кри­чать. Несколько дней спу­стя ее сын Метью (16) снова при­шел домой очень поздно. Мис­сис У. под­ня­лась с постели, надела халат, вышла на сере­дину улицы и три раза изо всех сил про­кри­чала: «Метью У. посту­пает неспра­вед­ливо!» Затем она вер­ну­лась домой и отпра­ви­лась спать.

Мис­сис Т. выска­зала всем чле­нам семьи, что она думает по поводу уборки кухон­ного мусора: она хочет, чтобы эта работа выпол­ня­лась, и одно­вре­менно чув­ствует неспра­вед­ли­вость, когда ей при­хо­дится выно­сить мусор, так как у нее и без того вполне доста­точно раз­ного рода работ по дому. Мы пред­ло­жили ей вот что. В сле­ду­ю­щий раз, заме­тив пол­ное мусор­ное ведро, она ска­жет: «Если до полу­дня мусор не будет выне­сен, я подам его на обед». Затем ей при­шлось достать самые луч­шие сереб­ря­ные при­боры и посуду и очень искусно с худо­же­ствен­ной точки зре­ния сер­ви­ро­вать тарелки жид­кой кофей­ной гущей, апель­си­но­выми кор­ками, кар­то­фель­ными очистками.

Мис­сис Г. реши­лась ска­зать в ходе кон­суль­та­ции, кото­рую про­во­дил один из нас с ней и ее мужем: «Я так рас­стра­и­ва­юсь, когда нести­ра­ное белье про­сто бро­сают на пол, вме­сто того чтобы поло­жить в кор­зину для белья, что мне при­хо­дит в голову: в сле­ду­ю­щий раз, когда я найду белье на полу, я вышвырну его с бал­кона перед домом». В числе того, что ока­зы­ва­лось на полу, была упо­мя­нута и одежда ее мужа. «Что же, довольно спра­вед­ливо»,— отре­а­ги­ро­вал он.

Мистер М., желая при­вне­сти в свою каж­до­днев­ную жизнь больше физи­че­ской актив­но­сти, решил исполь­зо­вать это стрем­ле­ние для реше­ния той про­блемы, кото­рая у него была. Он ска­зал своим детям: «Мне трудно вести машину, когда в ней посто­янно возятся и кри­чат. Если это повто­рится, я оста­новлю машину, выйду из нее и пойду пешком».

Про­де­лав несколько раз подоб­ного рода дей­ствия, вы почув­ству­ете, что ваш ребе­нок начал вос­при­ни­мать вас несколько иначе. Воз­можно, вы под­ме­тите оза­да­чен­ное или задум­чи­вое выра­же­ние на лице ребенка, когда он или она смот­рят на вас; или же ребе­нок нач­нет сове­то­ваться с вами, спра­ши­вая, напри­мер, будете ли вы дома или будете ли вы гото­вить обед; или же ста­нет изредка про­яв­лять по отно­ше­нию к вам неболь­шие знаки вни­ма­ния, спра­ши­вая вас, напри­мер, не хотите ли вы чего-нибудь из того, что он или она при­го­то­вил (при­го­то­вила) для себя на ско­рую руку. Вы обна­ру­жите (и это еще более важно), что начи­на­ете чув­ство­вать себя спо­кой­нее и уве­рен­нее, пред­при­ни­мая те или иные дей­ствия, чтобы поза­бо­титься о себе. Вы ста­нете заме­чать: когда воз­ни­кает про­блем­ная ситу­а­ция и вы ощу­ща­ете эмо­ци­о­наль­ный сиг­нал, вашей пер­вой мыс­лью ока­зы­ва­ется не «Мой ребе­нок ведет себя плохо», но «Что я могу сде­лать, чтобы помочь себе?». К вам может прийти и надежда — волна чув­ства, как бы гово­ря­щего вам: «Я не должна мириться с неспра­вед­ли­вым обра­ще­нием! Я все­гда могу поза­бо­титься о себе!»

Теперь нач­ните посте­пенно рас­про­стра­нять дан­ный под­ход и на дру­гие, несколько более важ­ные и зна­чи­мые про­ступки ребенка, доса­жда­ю­щие вам, в конеч­ном счете вклю­чая в их число те пункты из перечня собы­тий жизни роди­теля, кото­рые все еще пред­став­ляют для вас проблему.

Вот несколько при­ме­ров, как роди­тели могут при­ме­нить под­ход, изло­жен­ный нами в каче­стве чет­вер­того шага, про­ра­ба­ты­вая пункты из перечня собы­тий жизни роди­теля, если соот­вет­ству­ю­щие им про­блемы не нашли сво­его реше­ния на пред­ше­ству­ю­щих шагах:

Энди, я дей­стви­тельно хочу, чтобы меня изба­вили от всего того, что оста­ется неуб­ран­ным за соба­кой. Я больше не буду мириться со всем этим. Если я увижу еще раз нечто подоб­ное, я подыщу для собаки дру­гой дом.

Сенди, я скверно себя чув­ствую, когда в моем доме ока­зы­ва­ются какие-то люди, а я не знаю об этом. Если я хотя бы один раз почув­ствую, что это слу­чи­лось снова, я сде­лаю так, чтобы здесь кто-нибудь посто­ро­жил с неделю.

Билл, если до втор­ника я не получу денег за эти даль­ние теле­фон­ные пере­го­воры с Энн Арбор, то буду отсо­еди­нять теле­фон­ную трубку и носить ее в своей сумке.

Кэрол, я хочу чув­ство­вать, что мои вещи нахо­дятся в без­опас­но­сти. Если я еще раз лишусь денег или одежды, я непре­менно позвоню в поли­цию и попрошу их про­ве­сти расследование.

Четыре шага, кото­рые вы только что завер­шили, состав­ляют наши основ­ные реко­мен­да­ции для работы с пунк­тами из перечня собы­тий жизни роди­теля, вхо­дя­щими в ваш исход­ный спи­сок. Если вы про­шту­ди­ро­вали содер­жа­ние дан­ной книги до этого момента, а затем, исполь­зуя этот четы­рех­ша­го­вый под­ход, дей­стви­тельно про­ра­бо­тали несколько таких пунк­тов, то, мы думаем, вы обна­ру­жите, что больше не ощу­ща­ете себя столь бес­по­мощ­ным по отно­ше­нию к вашим про­бле­мам, как это было когда-то. Теперь, когда эти про­блемы воз­ни­кают, вы все более и более чув­ству­ете, что можете поза­бо­титься о себе. К этому моменту вы уже будете отно­ситься к вашему сыну или к вашей дочери не только как чело­век, глу­боко ува­жа­ю­щий права ребенка, но и как более опре­де­лен­ный чело­век как тако­вой, как чело­век, заслу­жи­ва­ю­щий боль­шего ува­же­ния, нежели раньше. Для подав­ля­ю­щего боль­шин­ства чита­те­лей этой книги те про­блемы, кото­рые были у них с детьми, изме­нятся к луч­шему. Теперь пред­стоит под­дер­жи­вать достиг­ну­тое и про­дол­жать прак­ти­ко­ваться в том, чему вы научились.

Для неко­то­рых роди­те­лей, ока­зав­шихся в чрез­вы­чайно слож­ных ситу­а­циях, мы опи­шем сле­ду­ю­щий шаг, кото­рый им пред­стоит совер­шить,— роди­тель­скую заба­стовку. Мы сове­туем вам пере­хо­дить к этому шагу только в том слу­чае, если вы доб­ро­со­вестно про­ра­бо­тали все, о чем про­чли в этой книге, и если тем не менее про­блемы, кото­рые вы испы­ты­ва­ете с ребен­ком, про­дол­жают оста­ваться для вас серьез­ными и доста­точно болез­нен­ными. Этот шаг может помочь, когда все про­чее не дало поло­жи­тель­ного эффекта; и мы дей­стви­тельно счи­таем: вам лучше совер­шить этот шаг, чем оста­ваться в ситу­а­ции, кото­рая оскор­би­тельна для вас или же вызы­вает у вас мучи­тель­ные пере­жи­ва­ния. Однако мы не реко­мен­дуем при­ме­нять дан­ный шаг, если дру­гие под­ходы пред­став­ля­ются полез­ными и дей­ствен­ными или если у вас с ребен­ком оста­лись лишь неболь­шие про­блемы. В этом слу­чае лучше более ста­ра­тельно попрак­ти­ко­ваться в тех навы­ках, кото­рые у вас уже име­ются, или, что также воз­можно, оста­вить на время все как есть, чтобы посмот­реть, как пой­дут дела дальше.

Мис­сис Т., чув­ствуя себя под нестер­пи­мым гне­том того, что вытво­ряла ее дочь Штат (16), обра­ти­лась к нам за помо­щью. Она хотела, чтобы кто-нибудь взял под опеку ее дочь. Мы попро­сили ее прийти на кон­суль­та­цию, и она согла­си­лась. Натали отка­за­лась от уча­стия в регу­ляр­ных кон­суль­та­циях, а ее мать при­хо­дила и усердно рабо­тала над всем тем, о чем мы рас­ска­зы­ваем в этой книге. Почти все про­блемы, кото­рые тре­во­жили мис­сис Т., исчезли через несколько меся­цев, и у нее уста­но­ви­лись хоро­шие отно­ше­ния с доче­рью. Она по-насто­я­щему радо­ва­лась сер­деч­ным бесе­дам с ней и тому, что она и Натали забо­тятся друг о друге. Две вещи, однако, все еще очень бес­по­ко­или ее; Натали явно про­дол­жала вести актив­ную сек­су­аль­ную жизнь (что шоки­ро­вало и сильно бес­по­ко­ило мать) и, как и прежде, раз­бра­сы­вала свою одежду по всей при­хо­жей (что ее всего лишь раз­дра­жало). Мис­сис Т. решила не доби­ваться даль­ней­шего про­дви­же­ния в реше­нии своих про­блем, но удо­вле­тво­риться тем про­грес­сом, кото­рый был достиг­нут и ею, и Натали. Она решила теперь забо­титься о себе, поскольку для того, чтобы сни­зить свою тре­вож­ность отно­си­тельно послед­ствий сек­су­аль­ной жизни Натали, она обес­пе­чила дочь необ­хо­ди­мыми сред­ствами для предот­вра­ще­ния бере­мен­но­сти. Она также решила пред­ста­вить себе, что у нее есть домаш­ний мед­ве­жо­нок, кото­рый, есте­ственно, раз­бра­сы­вает все вещи, и с этим ничего не поде­ла­ешь. Забота матери о себе про­яви­лась здесь в том, что в стен­ном шкафу, нахо­див­шемся в самом конце при­хо­жей, она поста­вила боль­шую кар­тон­ную коробку и, когда в конце рабо­чего дня при­хо­дила домой, сва­ли­вала туда всю одежду, что нахо­дила в прихожей.

В дан­ном слу­чае для матери и не нужно было пере­хо­дить к пятому шагу. У нее оста­лось всего лишь несколько про­блем, и пред­став­ля­лось, что, ско­рее всего, она смо­жет спра­виться с ними, про­дол­жая рабо­тать и далее над тем, о чем мы уже рас­ска­зали в этой книге. Однако для дру­гих роди­те­лей заба­стовка может стать тем един­ствен­ным дей­ствен­ным сред­ством, кото­рое поз­во­лит добиться хоть какого-то реаль­ного про­дви­же­ния. Этот шаг пред­став­ля­ется при­ем­ле­мым для ситу­а­ций, в кото­рых, напри­мер, ребе­нок ведет себя в семье как дик­та­тор, или же совер­шенно без­от­вет­ственно делает то, что при­ли­че­ствует взрос­лым (ездит на маши­нах, зани­ма­ется сек­сом или даже заво­дит детей), или же ока­зы­ва­ется ношей, бал­ла­стом для семьи и отка­зы­ва­ется что-либо делать, чтобы поза­бо­титься о себе. Дети — всего лишь люди, и они, как и все, также могут ста­но­виться, если ситу­а­ция поз­во­ляет, дик­та­то­рами и тира­нами, могут мани­пу­ли­ро­вать дру­гими людьми. Чтобы обра­зу­мить любого ребенка, в подоб­ных слу­чаях может пона­до­биться такое силь­ное сред­ство, как роди­тель­ская забастовка.

Кэро­лин (16) почти все время игно­ри­ро­вала роди­те­лей; если же она снис­хо­дила до того, чтобы пого­во­рить с ними, то это слу­ча­лось обычно тогда, когда она выка­зы­вала им свое пре­зре­ние или отда­вала рас­по­ря­же­ния. Она уже чув­ство­вала себя совер­шенно сво­бод­ной в отно­ше­нии пунк­тов из перечня собы­тий жизни ребенка и про­сто не заме­чала попы­ток роди­те­лей посто­ять за себя, когда дело каса­лось пунк­тов из перечня собы­тий жизни роди­теля. Она была настолько убеж­дена, что у роди­те­лей нет ника­ких прав, что заба­стовка могла ока­заться един­ствен­ным спо­со­бом, с помо­щью кото­рого они сумели бы про­де­мон­стри­ро­вать ей прямо противоположное.

Пят­на­дца­ти­лет­няя подружка Карла (15) забе­ре­ме­нела от него. Он сооб­щил своей семье, что при­ве­зет ее домой, чтобы она жила вме­сте с ними. Роди­тели воз­ра­жали, говоря среди про­чего, что им совсем не нра­вится, что двое несо­вер­шен­но­лет­них будут зани­маться сек­сом в спальне сына. Карл реа­ги­ро­вал на все их воз­ра­же­ния исте­ри­ками и страш­ными угро­зами покон­чить с собой, если не будет так, как он хочет. Все же Карл усту­пил в том, что он и его подружка не будут жить в одной спаль­ной ком­нате; она, ска­зал он, могла бы занять ком­нату, в кото­рой сто­яла швей­ная машинка матери. На сле­ду­ю­щий день он все-таки при­вез ее вме­сте со мно­же­ством сумок и коро­бок. А спу­стя час или чуть больше эти двое под­рост­ков при­шли к матери Карла, чтобы спро­сить ее, что будет на обед.

У этих роди­те­лей был настолько незна­чи­тель­ный пози­тив­ный опыт в отста­и­ва­нии себя и своих прав, а ситу­а­ция раз­ви­ва­лась настолько быстро, что мы поняли: одного осво­е­ния при­е­мов наста­и­ва­ния на своем будет недо­ста­точно. Мы поре­ко­мен­до­вали им устро­ить немед­лен­ную и реши­тель­ную роди­тель­скую заба­стовку, в ходе кото­рой Карлу должно было стать ясно, что он может сде­лать выбор и жить как взрос­лый со своей подруж­кой только в том слу­чае, если возь­мет на себя всю ответ­ствен­ность за это, но что жизнь дет­ской супру­же­ской пары в доме роди­те­лей не явля­ется в дан­ной ситу­а­ции тем, что он может выбрать.

Бар­бара (15) отка­за­лась пойти в школу и вме­сто этого, пока ее мать была на работе, при­гла­сила к себе на вече­ринку довольно непу­те­вых дру­зей. Мать неод­но­кратно объ­яс­няла дочери, что она от нее хочет, заклю­чала с ней раз­ного рода согла­ше­ния, вое­вала со школь­ными и дру­гими долж­ност­ными лицами, лишь бы заста­вить Бар­бару вести себя иначе. Бар­бара нико­гда не укло­ня­лась от выра­ботки такого рода согла­ше­ний и обе­щала сле­до­вать им, но затем про­дол­жала вести себя точно так, как прежде. Мы согла­си­лись со школь­ным кон­суль­тан­том, что для матери Бар­бары вполне при­ем­лемо объ­явить забастовку.

Мы про­сим вас про­ду­мать ту ситу­а­цию, в кото­рой вы нахо­ди­тесь, и решить, какое направ­ле­ние дей­ствий явля­ется для вас сей­час пра­виль­ным. Если по мере работы над этой кни­гой ситу­а­ция улуч­ша­лась, то, зна­чит, вы дей­ству­ете верно, и задача заклю­ча­ется в том, чтобы научиться делать все это еще более без­упречно. Если же пункты из перечня собы­тий жизни роди­теля все еще явля­ются для вас зна­чи­тель­ной про­бле­мой, а заба­стовка пред­став­ля­ется спра­вед­ли­вой, то тогда одно­значно и уве­ренно пере­хо­дите к пятому шагу!

Пятый шаг

До сего вре­мени все, что мы реко­мен­до­вали вам делать, было осно­вано на сле­ду­ю­щем пред­по­ло­же­нии: вы про­дол­жа­ете испол­нять вашу роль в рам­ках обще­при­ня­того дет­ско-роди­тель­ского отно­ше­ния, т. е. вы про­дол­жа­ете жить вме­сте с ребен­ком и обес­пе­чи­ва­ете его или ее не только той или иной мате­ри­аль­ной под­держ­кой — жильем, пищей, одеж­дой, забо­той и ухо­дом в слу­чае болезни и, воз­можно, какими-то день­гами на кар­ман­ные рас­ходы и т. д., но также и более неося­за­е­мыми фор­мами роди­тель­ской под­держки. Однако дет­ско-роди­тель­ское (как, впро­чем, и любое дру­гое) отно­ше­ние, чтобы быть спра­вед­ли­вым, должно являться сво­его рода ули­цей с дву­сто­рон­ним дви­же­нием. Роди­тель дол­жен полу­чать опре­де­лен­ные воз­на­граж­де­ния за про­яв­ле­ния заботы и предо­став­ле­ние под­держки, и эти воз­на­граж­де­ния — зна­ние о том, что ребе­нок раз­ви­ва­ется бла­го­по­лучно, что отно­ше­ния с ним скла­ды­ва­ются хорошо, а также чув­ство вза­им­ной любви — должны быть доста­точно велики, чтобы роди­тель полу­чал радость и удо­воль­ствие от своей под­держки. Если же вы не полу­ча­ете таких воз­на­граж­де­ний, то, на наш взгляд, вы изме­ня­ете самому себе: застав­ляя себя давать, вы ничего не полу­ча­ете вза­мен. Веро­ятно, ваш ребе­нок также не извле­кает всей пользы из такого отно­ше­ния. Мы счи­таем, что ребе­нок, неиз­менно отка­зы­ва­ю­щийся сотруд­ни­чать с роди­те­лями, дол­жен усво­ить для себя кое-что очень важ­ное, и, воз­можно, лучше всего он или она смо­жет сде­лать это, если пожи­вет какое-то время без предо­став­ля­е­мой вами (либо частично, либо пол­но­стью) роди­тель­ской поддержки.

Если бы подоб­ные кон­фликт­ные отно­ше­ния были у вас с кем-либо еще — с дру­гом или подру­гой, с началь­ни­ком или под­чи­нен­ным, сосе­дями, супру­гом или супру­гой — и, про­де­лав такую боль­шую работу, вы про­дол­жали бы ощу­щать, что с вами обра­ща­ются неспра­вед­ливо, то тогда вы могли бы с пол­ным пра­вом посчи­тать необ­хо­ди­мым каким-то обра­зом либо осла­бить, либо пол­но­стью анну­ли­ро­вать эти отно­ше­ния. Мы не видим ни одной вес­кой при­чины, почему ваши вза­и­мо­от­но­ше­ния с ребен­ком должны рас­смат­ри­ваться как-то иначе, осо­бенно если учесть, что с самого начала его само­сто­я­тель­ность явля­лась вашей целью. Дей­стви­тельно, самое луч­шее — это рас­смат­ри­вать ваши вза­и­мо­от­но­ше­ния как про­сто отно­ше­ния между двумя людьми, каж­дый из кото­рых сво­бо­ден при жела­нии пре­кра­тить их. Поэтому наша глав­ная реко­мен­да­ция при­ме­ни­тельно к пятому шагу состоит в сле­ду­ю­щем: объ­явите о своем наме­ре­нии тем или иным обра­зом пре­кра­тить обще­при­ня­тые дет­ско-роди­тель­ские отно­ше­ния до тех пор, пока не про­изой­дет нечто, что сде­лает вас как роди­теля более счаст­ли­вым. Затем осу­ще­ствите это свое намерение.

Мы пони­маем, что для неко­то­рых роди­те­лей сде­лать так совсем непро­сто,— даже в тех слу­чаях, когда дети захо­дят далеко за гра­ницы разум­ного. Вы можете быть одним из этих роди­те­лей, вы можете испы­ты­вать бук­вально необо­ри­мые вли­я­ния, вынуж­да­ю­щие вас сохра­нять тра­ди­ци­он­ные дет­ско-роди­тель­ские вза­и­мо­от­но­ше­ния с вашим под­рост­ком, несмотря на все испы­ты­ва­е­мые вами тре­воги. Одним из таких вли­я­ний может быть уста­новка совре­мен­ного обще­ства. В наше время, если супруг (супруга) обра­ща­ется с вами так, как это делает ваш ребе­нок, то обще­ство, под кото­рым мы под­ра­зу­ме­ваем ваших род­ствен­ни­ков, дру­зей и судеб­ное зако­но­да­тель­ство, в целом под­дер­жит вас, если вы захо­тите полу­чить раз­вод. Однако это же самое обще­ство может пойти на все, чтобы убе­дить вас, что вы обя­заны и должны по-преж­нему отве­чать за вашего ребенка и мириться с его или ее пло­хим обра­ще­нием, каким бы сквер­ным оно ни было. Поскольку вы не настолько богаты, чтобы пла­тить за обу­че­ние детей в част­ных шко­лах или дру­гих подоб­ных учре­жде­ниях, и недо­ста­точно бедны, чтобы полу­чать помощь от госу­дар­ства, то, ско­рее всего, вам гораздо труд­нее пре­кра­тить дан­ные дет­ско-роди­тель­ские вза­и­мо­от­но­ше­ния, чем какие-либо дру­гие из извест­ных нам.

Подоб­ная соци­аль­ная уста­новка ока­зы­вает на вас вполне реаль­ное воз­дей­ствие; она может заста­вить вас испы­ты­вать страх перед поступ­ками, под­ска­зы­ва­е­мыми вам здра­вым смыс­лом. И вы, и ваш ребе­нок осо­зна­ете эту уста­новку; а мы счи­таем ее одним из тех фак­то­ров, кото­рые спо­соб­ствуют созда­нию дет­ско-роди­тель­ских вза­и­мо­от­но­ше­ний в виде улицы с одно­сто­рон­ним дви­же­нием. Дру­гими сло­вами, и вы, и ваш ребе­нок можете пове­рить в то, что не вольны пре­кра­тить эти вза­и­мо­от­но­ше­ния, выйти из них, и, сле­дуя этому убеж­де­нию, вы можете еще больше сми­ряться, а ваш ребе­нок может вытво­рять еще больше, нежели в том слу­чае, если бы дело обсто­яло иначе.

Пятый шаг может послу­жить улуч­ше­нию отно­ше­ний между вами и вашим ребен­ком, но он может и не при­ве­сти к этому. Будьте готовы ко всему; но, что бы ни про­изо­шло в резуль­тате, к самому осу­ществ­ле­нию этого шага сле­дует отно­ситься поло­жи­тельно. По нашему мне­нию, лучше с ощу­ще­нием соб­ствен­ной сво­боды совер­шить пятый шаг (вне зави­си­мо­сти от того, чем он обер­нется), нежели про­дол­жать ощу­щать себя несчаст­ным плен­ни­ком ситуации.

Нач­ните этот шаг с одной или двух частич­ных заба­сто­вок. Пере­смот­рите то в вашей роди­тель­ской под­держке, что ока­зы­ва­ется исклю­чи­тельно «для» вашего ребенка и во что вы не вкла­ды­вали бы столько энер­гии, если бы все это дела­лось не для него или нее. Для вас это может быть чем-то следующим:

Нерав­но­душ­ное обще­ние с ним или с ней, в ходе кото­рого вы испы­ты­ва­ете чув­ства оза­бо­чен­но­сти, заин­те­ре­со­ван­но­сти, расположенности.

При­го­тов­ле­ние ужина каж­дый вечер.

Покупка раз­ных про­дук­тов для двух (или четы­рех, или шести) детей.

Оплата услуг ортодантиста.

Обу­че­ние его или ее вожде­нию машины.

Раз­ре­ше­ние ему или ей иметь ключ от дома.

Предо­став­ле­ние ему или ей кар­ман­ных денег, денег на зав­траки или покупку одежды.

Стирка белья.

Воз­вра­ще­ние домой каж­дый вечер (неза­ви­симо от того, хочется ли вам этого или нет).

Предо­став­ле­ние в рас­по­ря­же­ние ребенка отдель­ной ком­наты в доме.

Предо­став­ле­ние ему или ей места для про­жи­ва­ния — дома или квартиры.

Теперь при­мите сле­ду­ю­щее реше­ние: из всего этого, начи­ная с дан­ного момента и в после­ду­ю­щем, вы будете делать только то, что вам захо­чется сделать.

В сле­ду­ю­щий раз, когда вы будете близки к тому, чтобы сде­лать что-нибудь из этого, спро­сите себя, нра­вится ли вам делать это. Если да, то смело делайте. Если же не нра­вится, то ска­жите ребенку:

Я не соби­ра­юсь гото­вить ужин сего­дня вечером.

Я не соби­ра­юсь поку­пать про­дукты на этой неделе.

Когда я делаю это, то чув­ствую, что я что-то даю, но ничего не полу­чаю взамен.

Я не возьму тебя зав­тра учиться водить машину. Я чув­ствую, что делаю больше, чем дол­жен, а я не соби­ра­юсь и дальше вести себя так, пока наши вза­и­мо­от­но­ше­ния не ста­нут более справедливыми.

Я не соби­ра­юсь сти­рать твое белье на этой неделе.

Я чув­ствую себя обма­ну­той, когда что-то делаю, но не вижу ника­кой отдачи. Я не соби­ра­юсь делать это только для самой себя.

Затем зай­ми­тесь сво­ими делами. Если же ребе­нок начи­нает вести себя так, что вызы­вает у вас жела­ние в конце кон­цов сде­лать то, от чего вы отка­зы­ва­лись раньше, напри­мер: выпол­няет свою работу, ока­зы­вает вам какое-то одол­же­ние или делает еще что-либо в этом духе — тогда ска­жите ему или ей:

Я не прочь в конце кон­цов сде­лать это.

Если же ваш ребе­нок не совер­шает ничего подоб­ного, то дер­жите ваше слово. Воз­дер­жи­тесь от того, чтобы делать что-либо «для» вашего ребенка, пока вы на самом деле не почув­ству­ете, что хотите этого.

Ино­гда роди­тели не реша­ются «басто­вать» таким вот обра­зом, потому что, забо­тясь о несколь­ких людях, они чув­ствуют: пре­кра­тив делать что-либо для одного чело­века, они одно­вре­менно лишают своей заботы также и дру­гих. Пожа­луй­ста, не согла­шай­тесь мириться с неспра­вед­ли­вым обра­ще­нием из-за дан­ного обсто­я­тель­ства. Порас­киньте умом, чтобы при­ду­мать такой спо­соб заба­стовки, кото­рый будет спра­вед­ли­вым и для дру­гих чле­нов семьи, если, конечно, это вас не затруд­нит. Если же вам не удастся при­ду­мать ничего подоб­ного, тогда мы сове­туем вам басто­вать, несмотря ни на что. Это может, конечно, доста­вить неудоб­ства дру­гим чле­нам семьи (но может также сти­му­ли­ро­вать их при­нять на себя неко­то­рую ответ­ствен­ность за помощь вам в реше­нии дан­ной про­блемы!); однако мы думаем, что это лучше, нежели изме­нить вашему внут­рен­нему Я, отка­зав­шись забо­титься о нем.

Вот несколько при­ме­ров, каким обра­зом роди­тели могут про­ве­сти частич­ную забастовку.

Энди (15) и его роди­тели посто­янно спо­рили, когда он дол­жен при­хо­дить домой вече­ром. Роди­тели хотели, чтобы дом запи­рался в пол­ночь. Энди посто­янно про­пус­кал это время, опаз­ды­вая ино­гда на пять минут, а ино­гда на несколько часов, и мать каж­дый раз про­во­дила бес­сон­ные ночи, потому что не могла рас­сла­биться, зная, что что-то еще не сде­лано. Нако­нец она решила поза­бо­титься о себе, пре­кра­тив эти пре­пи­ра­тель­ства. Она не могла заста­вить себя оста­вить Энди на про­из­вол судьбы, но все же ска­зала ему: «Наш дом будет закры­ваться после полу­ночи. Если к этому вре­мени тебя не будет, то я оставлю твой спаль­ный мешок на крыльце в надежде, что меня не будут бес­по­ко­ить до утра».

Каж­дый раз, когда Линда (14) убе­гала из дома, роди­тели очень бес­по­ко­и­лись о ней и испы­ты­вали болез­нен­ное чув­ство неуве­рен­но­сти, вер­нется ли она. Они пыта­лись разыс­ки­вать свою дочь и через ее дру­зей умо­ляли ее вер­нуться домой. Однако со вре­ме­нем отец начал все больше и больше воз­му­щаться тем, что его вынуж­дают столь часто про­хо­дить через эти мучи­тель­ные испы­та­ния; он понял также, что все это неспра­вед­ливо по отно­ше­нию к нему и его жене. Отец ска­зал дочери: «Линда, каж­дый твой побег из дома ста­но­вится для меня насто­я­щим испы­та­нием. В сле­ду­ю­щий раз, когда это слу­чится, я хочу на три дня пол­но­стью отдох­нуть и от тебя, и от всех тре­вол­не­ний. Я хочу, чтобы по край­ней мере в тече­ние этого вре­мени ты не появ­ля­лась дома».

На про­тя­же­нии несколь­ких меся­цев роди­тели Пита (15) делали все, до чего только могли доду­маться, чтобы «помочь» сво­ему сыну, кото­рый про­пус­кал заня­тия в школе, плохо учился, очень поздно воз­вра­щался домой по ночам, при­во­дил посто­рон­них людей домой, пока его роди­тели были на работе, и т. д. Маль­чик гру­бил роди­те­лям и игно­ри­ро­вал их, ни в чем не помо­гал своей семье. Роди­тели пыта­лись выяс­нить у него, с чем же дело, что его бес­по­коит; они водили его к раз­ного рода кон­суль­тан­там, ходили на школь­ные собра­ния, чтобы соста­вить для него такие учеб­ные планы, кото­рые могли бы ему понра­виться. Но ничто из того, что они делали, не давало види­мого эффекта. Нако­нец отец Пита устал от всего этого. Он решил, что не прочь предо­став­лять Питу кров и пищу, но не будет больше вкла­ды­вать в заботу о сыне всего себя — свой инте­рес и вни­ма­ние — без какой-либо отдачи с его сто­роны. Поэтому отец совер­шенно пере­стал раз­го­ва­ри­вать с Питом. Маль­чик был очень удив­лен этим, и, для того чтобы вер­нуть рас­по­ло­же­ние отца, он впер­вые для всех окру­жа­ю­щих пред­при­нял шаги к сво­ему исправлению.

Тони (16) бук­вально сво­дил мать с ума своим пове­де­нием: он буя­нил дома (если ему не нра­ви­лось, что гово­рили роди­тели, он ломал мебель), упо­треб­лял и, воз­можно, про­да­вал нар­ко­тики, кото­рые хра­нил дома, посто­янно вклю­чал гром­кую музыку и часами про­па­дал в ноч­ное время. Одна­жды мать спро­сила себя, почему она вкла­ды­вает так много сил в свои отно­ше­ния с ребен­ком, тогда как Тони не обна­ру­жи­вает ника­ких при­зна­ков того, что ценит ее или нуж­да­ется в ней. Она ска­зала сыну: «Тони, я отдала тебе отдель­ную ком­нату, хотя в то же время я все­гда сама хотела иметь ком­нату для заня­тий шитьем. Мне бы хоте­лось знать, что ты не про­тив, чтобы я оста­ва­лась твоей мате­рью, но если я не буду видеть ника­ких при­зна­ков этого, то заберу у тебя эту ком­нату. Я пере­де­лаю ее в ком­нату для шитья».

Этими частич­ными заба­стов­ками вы пре­дельно ясно заяв­ля­ете, что хотите изме­нить ситу­а­цию. Если вы сле­до­вали всем нашим реко­мен­да­циям, то, посте­пенно под­водя ребенка к такого рода изме­не­нию, вы были пре­дельно спра­вед­ливы, настой­чивы и с ува­же­нием отно­си­лись к его или ее пра­вам. Если вы не полу­ча­ете поло­жи­тель­ного ответа на это свое заяв­ле­ние, то зна­чит при­шло время для более общей заба­стовки, Кото­рая пред­по­ла­гает опре­де­лен­ный раз­рыв отно­ше­ний с ребенком.

Пер­вый шаг в такого рода заба­стовке явля­ется самым труд­ным: он состоит в том, чтобы решить, какую раз­но­вид­ность раз­рыва отно­ше­ний вы смо­жете и захо­тите исполь­зо­вать. Он тру­ден потому, что сама мысль «бро­сить моего ребенка», может озна­чать для вас, что вы остав­ля­ете его, бес­при­зор­ного, на про­из­вол судьбы,— а никто из нас не хочет этого делать. Тем не менее вос­при­я­тие детей как бес­по­мощ­ных и бес­при­зор­ных явля­ется одной из роди­тель­ских при­вы­чек, вызы­ва­ю­щих сразу же столько тре­вог, что мы сове­туем вам несколько иначе посмот­реть на то, что вы соби­ра­е­тесь сде­лать. Спро­сите себя совер­шенно серьезно: «Как бы я вела себя, если бы мой ребе­нок, посту­па­ю­щий таким вот обра­зом, был моим ровес­ни­ком и жил бы в моем доме?», «Как бы я вел себя, если бы моему ребенку было девят­на­дцать лет?» Затем посту­пайте соот­вет­ственно отве­там на эти вопросы, отно­си­тесь к вашему ребенку так, как вы отно­си­лись бы ко взрос­лому человеку.

Суще­ствует несколько раз­но­вид­но­стей раз­рыва отно­ше­ний с ребен­ком, на кото­рые вы можете пойти.

Вы можете сде­лать так, чтобы ваш ребе­нок жил с родственником.

Сын мистера и мис­сис А. (16) совер­шенно отбился от рук. Роди­тели ска­зали ему, что он может про­ве­сти лето на ранчо сво­его дяди, зара­ба­ты­вая там себе на жизнь, и хотя послед­нюю неделю он вел себя лучше,— это все, что они могут ему предложить.

На осно­ва­нии закона, дей­ству­ю­щего в боль­шин­стве шта­тов, роди­тель может предо­став­лять несо­вер­шен­но­лет­нему ребенку свою под­держку в той форме, кото­рую посчи­тает нуж­ной. Вы вовсе не обя­заны ока­зы­вать эту под­держку именно там, где живете сами.

Вы можете отпра­вить вашего ребенка в школу-интернат.

Если вы можете поз­во­лить себе это, а ребе­нок согла­ша­ется на такой вари­ант, то для вас он может быть хоро­шим реше­нием. Если же ребе­нок не хочет этого, то ситу­а­ция ста­но­вится уже иной. По закону вы име­ете пол­ное право отпра­вить его (ее) в интер­нат, поскольку обла­да­ете пол­но­мо­чи­ями при­ни­мать такого рода реше­ния за вашего несо­вер­шен­но­лет­него ребенка.

Однако школы-интер­наты часто отка­зы­ва­ются зачис­лять уча­щихся, кото­рых отправ­ляют туда про­тив их воли.

Вы можете раз­ре­шить вашему ребенку жить в дру­гой семье.

Эрик (16) счи­тал, что роди­тели друга, стар­шая сестра кото­рого стала взрос­лой и уехала, осво­бо­див одну из ком­нат,— «ста­рики что надо». Эрик дого­во­рился с мате­рью при­я­теля о том, что смо­жет жить у них и пла­тить из тех денег, кото­рые он зара­ба­ты­вал после заня­тий в школе, по 15 дол­ла­ров в неделю за ком­нату и стол. Роди­тели Эрика согла­си­лись на это. (Через четыре месяца Эрик захо­тел вер­нуться домой, и его роди­тели не были про­тив. Он стал совер­шенно дру­гим человеком!)

Дети часто знают те семьи, кото­рые хотели бы при­нять их к себе — ино­гда за какую-то плату, а ино­гда и бес­платно. А воз­можно, и вы зна­ете семью, в кото­рой суще­ствует про­блема, подоб­ная вашей, и кото­рая была бы не прочь обме­няться детьми.

Эта раз­но­вид­ность реше­ния, когда ваш ребе­нок живет с дру­гой семьей, не име­ю­щей с вашей род­ствен­ных свя­зей, имеет очень важ­ное пре­иму­ще­ство. В этом слу­чае ребенку совер­шенно ясно, что надо вести себя так, чтобы у этой семьи не про­па­дало жела­ние жить вме­сте с ним или с ней. Почти навер­няка ребе­нок знает, как добиться этого, а прак­ти­че­ское сле­до­ва­ние такой линии пове­де­ния явля­ется пре­крас­ной под­го­тов­кой ко взрос­лой жизни.

Вы можете жить отдельно от вашего ребенка, но про­дол­жать ока­зы­вать ему или ей опре­де­лен­ную мате­ри­аль­ную поддержку.

У Мар­сии (16) был при­я­тель и свой круг обще­ния за пре­де­лами семьи, и она прак­ти­че­ски не кон­так­ти­ро­вала со своей мате­рью за исклю­че­нием тех слу­чаев, когда кон­флик­то­вала с ней. В сло­жив­шейся ситу­а­ции мать чув­ство­вала себя совер­шенно несчаст­ной, а Мар­сия была настро­ена про­тив того, чтобы вообще оста­ваться жить дома. Они обсу­дили создав­ше­еся поло­же­ние, и мать Мар­сии решила выда­вать дочери по 100 дол­ла­ров каж­дый месяц до тех пор, пока ей не испол­нится восем­на­дцать лет, предо­ста­вив ей право самой решать, где ей жить.

Вы можете заявить вла­стям, зани­ма­ю­щимся несо­вер­шен­но­лет­ними, что ваш ребе­нок вышел из-под роди­тель­ского кон­троля и что вы хотите, чтобы его или ее отдали под опеку суда, и не будете больше жить с вашим ребенком.

Вла­сти, зани­ма­ю­щи­еся несо­вер­шен­но­лет­ними (в том числе и поли­ция), могут попы­таться сде­лать так, чтобы вы изме­нили свою точку зре­ния; они могут даже заявить вам, что пред­ла­га­е­мое вами невоз­можно. Хотя в общем-то это вполне воз­можно. Может быть, вашего ребенка поме­стят на время в учре­жде­ние для такого рода несо­вер­шен­но­лет­них детей, конечно же, обя­зав вас при этом опла­тить соот­вет­ству­ю­щие рас­ходы. Однако чем ближе к 18-лет­нему воз­расту ваш ребе­нок, тем меньше энту­зи­азма будут испы­ты­вать вла­сти по поводу того, чтобы делать нечто подобное.

Вы можете про­сто-напро­сто выста­вить вашего ребенка вон.

Если в соот­вет­ствии с зако­ном ваш ребе­нок явля­ется взрос­лым либо по воз­расту (в боль­шин­стве шта­тов этот воз­раст состав­ляет восем­на­дцать лет), либо будучи осво­бож­ден­ным от роди­тель­ской опеки (напри­мер, но при­чине женитьбы или заму­же­ства или же того, что у него или у нее есть ребе­нок), тогда дан­ная воз­мож­ность пол­но­стью соот­вет­ствует вашему закон­ному праву. Если же ребе­нок еще не достиг совер­шен­но­ле­тия, подоб­ные дей­ствия будут неза­кон­ными, и мы не сове­то­вали бы вам пред­при­ни­мать их, точно так же, как мы не сове­то­вали бы вам ехать со ско­ро­стью 60 миль в час там, где ско­рость огра­ни­чена 55 милями.

Если вы все же осме­ли­ва­е­тесь на такие дей­ствия, то учтите — они неза­конны и чре­ваты опре­де­лен­ными послед­стви­ями. Вы, конечно, можете решить, что риск для вас оправ­дан. Мы знаем, что в нашей стране мно­гие, еще не достиг­нув восем­на­дцати лет, начи­нают жить само­сто­я­тельно либо по соб­ствен­ному жела­нию, либо потому, что их «вышвыр­нули вон» роди­тели. И хотя это про­ис­хо­дит посто­янно, все мы не склонны заме­чать подоб­ные слу­чаи, ибо они имеют спо­ра­ди­че­ский харак­тер и .не рекла­ми­ру­ются, как, напри­мер, окон­ча­ние сред­ней школы; но тем не менее опре­де­лен­ная часть обще­ства живет таким вот обра­зом. Неко­то­рые из этих несо­вер­шен­но­лет­них через какое-то время воз­вра­ща­ются домой, дру­гие же так и про­дол­жают жить сами по себе. Мно­гие из них впо­след­ствии доби­ва­ются успеха и в делах, и в семей­ной жизни.

Перри (16) почти все свое время про­во­дил в группе труд­ных под­рост­ков, склон­ных к совер­ше­нию раз­ного рода незна­чи­тель­ных пра­во­на­ру­ше­ний. Он не хотел ни ходить в школу, ни рабо­тать, ни помо­гать по дому. Дом был для него сво­его рода удоб­ным при­то­ном, куда он при­хо­дил и откуда ухо­дил, когда хотел, остав­ляя после себя бес­по­ря­док и мусор, пор­но­гра­фи­че­скую лите­ра­туру, а также такие вещи, как разо­дран­ные бумаж­ники, явно имев­шие вид кра­де­ных. Все попытки роди­те­лей добиться хоть каких-то пози­тив­ных изме­не­ний не имели види­мого эффекта. Нако­нец, когда Перри позво­нил домой после мно­го­днев­ного отсут­ствия, отец ска­зал ему, чтобы он не воз­вра­щался домой.

После того как вы решили, что именно вы хотите сде­лать, вновь устройте себе очную ставку с ребен­ком и на этот раз обра­ти­тесь к нему или к ней с выска­зы­ва­нием, состо­я­щим из двух сле­ду­ю­щих частей.

Сна­чала (в пер­вой части выска­зы­ва­ния) ска­жите ему или ей, что вы хотите.

Затем (во вто­рой части выска­зы­ва­ния) ска­жите ребенку, что именно вы сде­ла­ете, если не полу­чите жела­е­мого к опре­де­лен­ному сроку.

Элис, я хочу, чтобы у меня с тобой были рав­но­прав­ные вза­и­мо­от­но­ше­ния, в кото­рые каж­дый из нас вно­сил бы свой вклад. На мой взгляд, твои обя­зан­но­сти состоят в том, чтобы помо­гать по дому, а также учиться или же пла­тить за ком­нату и стол. Если в тече­ние недели я не почув­ствую, что ты выпол­ня­ешь эти обя­зан­но­сти, то не стану больше жить вме­сте с тобой.

Бен, жизнь с тобой по-преж­нему не достав­ляет мне радо­сти. Я хочу, чтобы мне помо­гали содер­жать все в над­ле­жа­щей чистоте и порядке, я хочу, чтобы дома была более при­ят­ная атмо­сфера вза­и­мо­от­но­ше­ний. Если в тече­ние сле­ду­ю­щих двух недель я не почув­ствую всего этого, то сде­лаю так, чтобы ты, если захо­чешь, смог жить с твоим дядей. В любом слу­чае я не буду больше содер­жать тебя здесь.

Кэрол, живя вме­сте с тобой таким вот обра­зом, я про­сто несчаст­лив. Если в тече­ние несколь­ких дней дела не пой­дут лучше, мне при­дется ска­зать: я больше не желаю играть свою роль, все кон­чено. До тех пор пока тебе не испол­нится восем­на­дцать лет, я не прочь помо­гать тебе, где бы ты ни жила, но я хочу, чтобы ты оста­вила этот дом.

Раз вы сде­лали подоб­ное заяв­ле­ние, имейте его в виду и выждите до конца уста­нов­лен­ного вами срока. Если ситу­а­ция с ребен­ком улуч­шится к этому вре­мени настолько, что будет удо­вле­тво­рять вас, то отлично. Вы доби­лись жела­е­мого изме­не­ния, и теперь ваша един­ствен­ная задача сво­дится к тому, чтобы про­дол­жать отста­и­вать свои права. Если же к тому вре­мени ситу­а­ция не улуч­шится, сде­лайте все то, что вы обе­щали. Сде­лайте это, не устра­и­вая спек­такля и не испы­ты­вая вины, сомне­ния или неуверенности.

Мис­сис С. ска­зала сво­ему сыну (16), что если к концу июня она не почув­ствует зна­чи­тель­ного улуч­ше­ния суще­ству­ю­щего поло­же­ния дел, то выста­вит его из дома. В пер­вый день июля, не видя ника­ких изме­не­ний, она упа­ко­вала все вещи сына в кар­тон­ные коробки, выста­вила их за дверь, заперла дом и стала зани­маться сво­ими делами. Парень забрал свои вещи, пере­брался к дру­зьям, кото­рые были на несколько лет старше его, устро­ился на работу меха­ни­ком и стал само­сто­я­тельно зара­ба­ты­вать себе на жизнь. Никто не знает, почему он не сде­лал этого, пока жил дома, но все, кто был так или иначе вовле­чен в эту кон­фликт­ную ситу­а­цию, почув­ство­вали, насколько она улучшилась.

Кей (17) не запи­рала дверь, кото­рая вела в ее спальню, остав­ляя ее откры­той для сво­его друга, от кото­рого она была бере­менна. Он при­хо­дил и ухо­дил, когда хотел, и делал, что хотел, несмотря на то что мать Кей, мис­сис Л., ска­зала ему и дочери: «Если это повто­рится еще раз, я выставлю вас обоих из моего дома». При­я­тель дочери при­шел снова без раз­ре­ше­ния, и, когда мис­сис Л. ска­зала: «Я хочу, чтобы вы оба уби­ра­лись отсюда»,— он толк­нул ее. Мис­сис Л. вызвала поли­цию. Когда при­е­хала поли­ция, мать согла­си­лась не при­вле­кать парня к ответ­ствен­но­сти за его дей­ствия, если он и ее дочь уедут. Под над­зо­ром поли­ции моло­дых людей пере­се­лили на квар­тиру при­я­теля дочери.

То, что вы выста­вили вашего ребенка из дома, вовсе не явля­ется завер­ше­нием вашей заба­стовки. Она пред­по­ла­гает еще ряд действий.

Пер­вое из них состоит в том, чтобы сохра­нить пози­тив­ное настро­е­ние в период, сле­ду­ю­щий непо­сред­ственно за раз­ры­вом отно­ше­ний. Наде­емся, пред­при­ни­мая дей­ствия, вынуж­да­ю­щие ребенка уйти из дома, вы вос­при­ни­мали его или ее как чело­века, кото­рый может поза­бо­титься о себе, и чув­ство­вали обос­но­ван­ность сво­его права на спра­вед­ли­вое обра­ще­ние. Сохра­няйте и под­дер­жи­вайте эти уста­новки, несмотря на то дав­ле­ние, кото­рое может ока­зы­ваться на вас сей­час. На роди­те­лей (осо­бенно это каса­ется жен­щин), кото­рые так же, как и вы, отста­и­вали себя, может нава­литься бремя вины, а дети и обще­ство в целом зача­стую энер­гично экс­плу­а­ти­руют это чув­ство, чтобы убе­дить вас изме­нить ваши пред­став­ле­ния и наме­ре­ния. Будьте готовы к тому, чтобы дер­жаться твердо и одно­вре­менно без напря­же­ния даже в тех слу­чаях, когда:

Вам зво­нят соседи или, воз­можно, роди­тели той семьи, в кото­рой живет теперь ваш ребе­нок, и гово­рят вам, какой он заме­ча­тель­ный и что вы тоже могли бы стать пре­крас­ными роди­те­лями, если бы только делали то-то и то-то. (Они ска­жут все это иначе, дру­гими сло­вами, но смысл ска­зан­ного, как вы почув­ству­ете, будет именно такой.)

Вам зво­нят дру­зья вашего ребенка и про­сят, чтобы вы пого­во­рили с ним, как будто бы они ничего не знают о про­ис­шед­шем; а потом начи­нают ока­зы­вать на вас дав­ле­ние, чтобы вы изме­нили свою пози­цию, рас­ска­зы­вая при этом, каким чудес­ным, пере­пу­ган­ным, любя­щим, рас­стро­ен­ным и т. д. выгля­дит ваш ребенок.

На вас ока­зы­вают дав­ле­ние ваши роди­тели или дру­гие род­ствен­ники, кото­рые гово­рят: «Ты не можешь так посту­пать со своим ребен­ком…», «Что же будет с ним или с ней ?» (В этом слу­чае можете ска­зать род­ствен­ни­кам, что, если они захо­тят, вы были бы совер­шенно не про­тив, чтобы ваш ребе­нок жил вме­сте с ними.)

Вам зво­нят из поли­ции. (Так же, как и в слу­чае с теле­фон­ными звон­ками от сосе­дей и дру­гих «заин­те­ре­со­ван­ных» посто­рон­них, поли­ция, ско­рее всего, знает на дан­ный момент только то, что рас­ска­зал ваш ребе­нок. Поскольку к этому вре­мени, освоив все то, что мы опи­сали в книге, вы вряд ли ста­нете пред­при­ни­мать дан­ный пятый шаг в связи с какой-то незна­чи­тель­ной про­бле­мой, опи­са­ние про­ис­шед­шего в вашем изло­же­нии, весьма веро­ятно, вызо­вет пони­ма­ние, а воз­можно, даже и помощь со сто­роны полиции.)

Дру­гая важ­ная и на этот раз уже завер­ша­ю­щая часть вашей заба­стовки состоит в том, чтобы быть пре­дан­ным и искрен­ним по отно­ше­нию к себе, когда вы и ваш ребе­нок вновь всту­пите в непо­сред­ствен­ное обще­ние (а это про­ис­хо­дит почти все­гда). Через несколько дней или недель после того, как вы начали жить раз­дельно, вы, ско­рее всего, снова будете общаться, потому что либо ваш ребе­нок позво­нит вам, либо вы сами сде­ла­ете пер­вый шаг и свя­же­тесь с ним или с ней.

Когда это про­изой­дет, вы, воз­можно, узна­ете: ребе­нок совер­шенно дово­лен тем, что его выста­вили из дома; с его точки зре­ния, живется ему пре­красно. Если слу­чится нечто подоб­ное, при­пом­ните, какова ваша конеч­ная цель как роди­теля, и если отно­ше­ния с ребен­ком будут достав­лять вам радост­ные пере­жи­ва­ния и в даль­ней­шем, не вызы­вая при этом оза­бо­чен­но­сти и напря­же­ния, то будьте дру­же­любны с вашим ребен­ком, отно­си­тесь к нему так, как вы отно­си­лись бы к любому дру­гому вашему люби­мому, неза­ви­си­мому и взрос­лому другу.

Более веро­ятно, что ребе­нок будет не так уж дово­лен раз­ры­вом отно­ше­ний и нач­нет про­сить вас о той или иной финан­со­вой помощи или же обра­тится с прось­бой взять его или ее обратно. Если слу­чится нечто подоб­ное, то не забудьте посо­ве­то­ваться с вашим внут­рен­ним Я, чтобы опре­де­лить, что именно вы чув­ству­ете по дан­ному поводу.

Если ваше внут­рен­нее Я не воз­ра­жает, обду­майте воз­мож­ность ока­зать запра­ши­ва­е­мую у вас финан­со­вую помощь. Если внут­рен­нее Я не сомне­ва­ется в том, что дела на самом деле могут пойти лучше, тогда рас­смот­рите воз­мож­ность снова жить вме­сте с ребен­ком. Ска­жите ему или ей, что вы совер­шенно одно­значно хотите, чтобы с вами обра­ща­лись спра­вед­ливо, и что, пока вы будете чув­ство­вать такое обра­ще­ние, вы только рады его или ее возвращению.

Если же ваше внут­рен­нее Я ска­жет вам, что ничего не изме­нится и что от вас опять будут ждать лишь усту­пок и жертв, тогда ска­жите «нет».

Все это не так уж отли­ча­ется от ситу­а­ции, в кото­рой вы по той или иной при­чине рас­ста­е­тесь с вашей женой или с вашим мужем. Раз уж такой раз­рыв про­изо­шел, то вы име­ете пол­ное право как оста­ваться врозь, так и сой­тись вновь — в зави­си­мо­сти от того, насколько каж­дый из этих вари­ан­тов вос­при­ни­ма­ется и пере­жи­ва­ется вами как пра­виль­ный для вас.

Глава 10. Взгляд вперёд

Теперь вы уже про­чли и, воз­можно, прак­ти­че­ски про­ра­бо­тали все, что было ска­зано в этой книге о том, как можно иначе отно­ситься к вашему ребенку. На что же не без осно­ва­ний вы можете рас­счи­ты­вать после того, как осво­ите и прой­дете пред­ло­жен­ную вам про­грамму? Как веро­ят­нее всего отре­а­ги­рует на все это ваш ребенок?

Во всех своих реко­мен­да­циях мы исхо­дили из пред­по­ло­же­ния, что в буду­щем, ска­жем, лет через десять вам хоте­лось бы иметь хоро­шие вза­и­мо­от­но­ше­ния с вашим ребен­ком. Весьма веро­ятно, что именно так и будет, если вы про­де­лали то, что мы реко­мен­до­вали в этой книге, даже если вам при­шлось пройти через все, вклю­чая пятый шаг из главы 9!

Ино­гда роди­тели пред­при­ни­мают пред­ла­га­е­мое нами с внут­рен­ним тре­пе­том. Они боятся: если пере­стать кон­тро­ли­ро­вать пункты из перечня собы­тий жизни ребенка, то дети совсем ото­бьются от рук или же почув­ствуют себя обде­лен­ными роди­тель­ской любо­вью или же нач­нут испы­ты­вать отчуж­ден­ность. Роди­тели боятся: если они будут сто­ять на своем в отно­ше­нии пунк­тов из перечня собы­тий жизни роди­теля, то дети будут злиться, или нач­нут чув­ство­вать себя чем-то обде­лен­ными, или же ста­нут отвер­гать, не при­зна­вать своих мать и отца. Таковы страхи роди­те­лей. Однако то, что про­ис­хо­дит на самом деле, когда они начи­нают. Дей­ство­вать по дан­ной про­грамме, почти все­гда ока­зы­ва­ется пря­мой про­ти­во­по­лож­но­стью этим стра­хам. Дети ста­но­вятся менее необуз­дан­ными и рас­пу­щен­ными, более ответ­ствен­ными; они знают, что о них забо­тятся, и они чув­ствуют себя ближе к роди­те­лям. Вме­сто того чтобы испы­ты­вать злость, обде­лен­ность или отвер­же­ние, они в конеч­ном счете скло­ня­ются к тому, чтобы почув­ство­вать ува­же­ние к своим родителям.

Бли­жай­шие резуль­таты при исполь­зо­ва­нии дан­ного под­хода часто сво­дятся к крат­ко­вре­мен­ному сопро­тив­ле­нию ребенка, а затем очень быст­рому улуч­ше­нию дет­ско-роди­тель­ских вза­и­мо­от­но­ше­ний. Напри­мер, когда вы начи­на­ете отста­и­вать себя, ребе­нок может надуться или заве­стись, может устро­ить вам сцену, может даже сбе­жать от вас. Это будет про­дол­жаться до тех пор, пока ребе­нок не убе­дится: вы дела­ете это совер­шенно серьезно, а он не может заста­вить вас усту­пить. Вот в этот момент вы неожи­данно можете заме­тить, что ребе­нок улы­ба­ется вам и ведет себя уже весело и без напря­же­ния по мере того, как начи­нает сотруд­ни­чать с вами в том, что он счи­тает для себя пра­виль­ным. Это искрен­нее и радост­ное сотруд­ни­че­ство про­дол­жа­ется обычно до тех пор, пока вновь не обна­ру­жится, что вы сда­е­тесь и мири­тесь с неспра­вед­ли­вым обращением.

Похоже, ребе­нок словно хочет, чтобы вы уста­но­вили ему некий пре­дел, и чув­ствует себя доволь­ным и счаст­ли­вым, полу­чая это огра­ни­че­ние. Мы видели, как это про­ис­хо­дит, снова и снова.

Том (16), зани­ма­ясь плот­ниц­ким делом в счет своей еже­не­дель­ной работы по дому, громко ругался каж­дый раз, когда неудачно заби­вал гвозди и дол­жен был вытас­ки­вать их. Отец ска­зал ему: «Том, я хочу, чтобы меня изба­вили от ругани». Том отре­а­ги­ро­вал на это невнят­ным про­кля­тием. Тогда отец ска­зал: «Я пони­маю, что ты выхо­дишь из себя,— и я дей­стви­тельно хочу, чтобы меня изба­вили от ругани». В ответ на это Том с гро­хо­том швыр­нул моло­ток на пол и в явном бешен­стве выбе­жал из дома. Пят­на­дцать минут спу­стя он вер­нулся, под­нял с пола свой моло­ток, и скоро можно было услы­шать, как он, рабо­тая, весело насви­сты­вал уже без вся­ких при­зна­ков злобы и возмущения.

Мать Энди (15) посто­янно рас­стра­и­ва­лась из-за того, что сын очень поздно воз­вра­ща­ется домой, но боя­лась пред­при­нять что-либо. Она много раз гово­рила Энди, что хочет, чтобы к полу­ночи дом был заперт, он же пол­но­стью игно­ри­ро­вал эти ее настой­чи­вые обра­ще­ния. Мать боя­лась, что, если зай­дет в своих тре­бо­ва­ниях чуть дальше, сын разо­злится или почув­ствует себя бро­шен­ным, про­изой­дет сцена, а сама она будет чув­ство­вать себя нику­дыш­ной мате­рью и т. д. В конце кон­цов мать все же заста­вила себя ска­зать: «Энди, этот дом запи­ра­ется ровно в пол­ночь. Если ты не при­дешь домой вовремя, я оставлю твой спаль­ный мешок на крыльце». После­до­вал ответ, кото­рого она так боя­лась. Энди поду­мал неко­то­рое время, а затем ска­зал: «Ладно, мама. Это справедливо».

Отда­лен­ные резуль­таты дан­ной про­граммы — более совер­шен­ные вза­и­мо­от­но­ше­ния между двумя неза­ви­си­мыми людьми, роди­те­лем и ребен­ком; и зача­стую более близ­кие, нежели раньше.

После несколь­ких лет очень труд­ной жизни с Май­к­лом роди­тели в конце кон­цов (по дости­же­нии им восем­на­дцати лет) выгнали его вон. Майкл ушел из дома, но через три недели вер­нулся и спро­сил, может ли он пожить дома, пока не закон­чит школу. Роди­тели ска­зали: «Пра­вила оста­ются преж­ними, и каж­дый, кто здесь живет, дол­жен им сле­до­вать». Майкл согла­сился с этим, пере­брался домой и с тех пор, как по вол­шеб­ству, стал очень милым и при­ят­ным чело­ве­ком. Он и роди­тели стали даже ближе друг другу, чем были когда бы то ни было раньше. По-види­мому, для того чтобы роди­тели убе­ди­лись, что имеют право посто­ять за себя и могут делать это совер­шенно серьезно, а сам Майкл может пра­вильно отре­а­ги­ро­вать на это про­яв­ле­ние твер­до­сти своих роди­те­лей, нужно было, чтобы Май­клу испол­ни­лось восем­на­дцать лет.

Роди­тели Сти­вена (17) сето­вали на то обсто­я­тель­ство, что он нико­гда не хотел куда-либо ходить или что-либо делать вме­сте с ними. Тем не менее, выпол­няя часть пред­став­лен­ной в книге про­граммы, они пре­кра­тили наста­и­вать на этом, и начали ходить на про­гулки без Сти­вена, про­сто при­гла­шая сына пойти вме­сте с ними, но не ока­зы­вая на него при этом ника­кого дав­ле­ния. Чет­вер­той или пятой такой вылаз­кой без Сти­вена была поездка в конце недели на пляж с ночев­кой. Сидя у костра в ночь на суб­боту, вся семья была при­ятно удив­лена тем, что из оста­но­вив­шейся рядом машины вышли Сти­вен и его друг. Они при­е­хали, потому что захо­тели этого. Рас­кре­по­щен­ные, при­ят­ные отно­ше­ния, кото­рые уста­но­ви­лись этой ночью, ока­за­лись гораздо ближе к тому, о чем меч­тали роди­тели, нежели те напря­жен­ные отно­ше­ния, кото­рые им при­хо­ди­лось тер­петь, когда они вынуж­дали Сти­вена всюду ходить с ними.

В неко­то­рых ситу­а­циях, осо­бенно в тех слу­чаях, когда роди­тели испы­ты­вают зна­чи­тель­ные труд­но­сти в при­ме­не­нии дан­ного под­хода и должны осва­и­вать его очень мед­ленно, резуль­таты пред­став­ля­ются пона­чалу не столь поло­жи­тель­ными и улуч­ше­ние вза­и­мо­от­но­ше­ний с детьми обна­ру­жи­ва­ется позд­нее. Мы думаем, что, дей­ствуя в соот­вет­ствии с фило­со­фией дан­ной книги, вы, ско­рее всего, уста­но­вите впо­след­ствии поло­жи­тель­ные вза­и­мо­от­но­ше­ния с ребен­ком, даже если вы разъ­е­ха­лись и живете порознь. Дет­ско-роди­тель­ские отно­ше­ния могут быть очень напря­жен­ными, настолько напря­жен­ными, что никто из вас в под­рост­ко­вом воз­расте не мог бы при­нять их или же отно­ситься к ним спо­койно. Когда их повы­шен­ная эмо­ци­о­наль­ная напря­жен­ность несколько рас­се­ется и у всех вас появится более вер­ная и пози­тив­ная пер­спек­тива этих отно­ше­ний, тогда вы и ваш ребе­нок, вер­нее всего, вновь ста­нете дру­зьями. Мы знаем много слу­чаев, когда муж­чина или жен­щина в воз­расте 20, 25 лет или даже старше «вновь воз­вра­ща­ется домой», в том смысле, что он или она как бы заново встре­ча­ется с роди­те­лями и при­ми­ря­ется с ними. Если вы хотите, чтобы слу­чи­лось именно так, то не закры­вайте для себя эту воз­мож­ность и она, ско­рее всего, сбудется.

Если вы оста­ва­лись с нами на про­тя­же­нии всего пути и честно про­ра­бо­тали все содер­жа­ние книги, то, мы думаем, для вас при­шло время побла­го­да­рить себя и выра­зить себе при­зна­тель­ность за все то, что было про­де­лано, усво­ено, понято. Мы убеж­дены, что, по всей види­мо­сти, вы суще­ственно изме­нили ваш спо­соб вза­и­мо­от­но­ше­ний с ребен­ком. И сей­час вы можете испы­ты­вать силь­ное и вме­сте с тем спо­кой­ное ощу­ще­ние того, что:

Раз­лад и кри­зис в отно­ше­ниях между вами и вашим ребен­ком пред­став­ляет собой бла­го­при­ят­ную воз­мож­ность для вашего изме­не­ния и развития.

Вы и ваш ребе­нок — рав­но­прав­ные люди, обла­да­ю­щие рав­ными чело­ве­че­скими правами.

Ваш ребе­нок — ком­пе­тент­ный и достой­ный человек.

Вы также ком­пе­тентны, и нет такой ситу­а­ции, в кото­рой вы были бы бес­по­мощны; все­гда суще­ствует нечто, что вы можете сде­лать, чтобы помочь себе.

Ваша задача состоит в том, чтобы осу­ще­ствить, выра­зить ваше внут­рен­нее Я и забо­титься о нем.

Вы несете ответ­ствен­ность за то, что вы делаете.

Ваш ребе­нок несет ответ­ствен­ность за то, что делает он или она.

Если вы про­дви­ну­лись до этого уровня, то теперь ваша задача сво­дится к тому, чтобы под­дер­жи­вать эти уста­новки. По суще­ству они вопло­ща­ются в двух принципах:

Вос­при­ни­майте вашего ребенка как ком­пе­тент­ного и достой­ного человека.

Верьте в то, что он или она обла­дает необ­хо­ди­мыми спо­соб­но­стями, заслу­жи­вает дове­рия и отве­чает за свои действия.

Пере­да­вайте это убеж­де­ние ему или ей при помощи:

  1. Пря­мых обра­ще­ний: «Я дове­ряю тебе самому при­ни­мать вер­ные решения».
  2. Выслу­ши­ва­ния с ува­же­нием, т. е. одно­вре­менно пред­по­ла­гая, что он или она может решить свои соб­ствен­ные проблемы.
  3. Пере­жи­ва­ния радо­сти и удо­воль­ствия от при­ня­тия реше­ний ребенком.

Непо­сред­ственно ощу­щайте при­ем­ле­мость и есте­ствен­ность отста­и­ва­ния спра­вед­ли­вого обра­ще­ния с собой.

Согла­ситься с этими прин­ци­пами легко; научиться же жить в соот­вет­ствии с ними во всех тех раз­но­об­раз­ных ситу­а­циях, кото­рые пре­под­но­сит вам жизнь,— трудно. Именно поэтому мы сове­туем вам пере­чи­ты­вать эту книгу с интер­ва­лом в несколько меся­цев или около того до тех пор, пока между вами и вашим ребен­ком сохра­ня­ется напряженность.

При­ло­же­ние А. Вопросы, кото­рые задают родители

Разве моя задача не состоит в том, чтобы направ­лять ребенка, руко­во­дить им? Разве он не нуж­да­ется в моем руководстве?

Ну,конечно же мы счи­таем, что ваш сын нуж­да­ется в вашем руко­вод­стве. Однако, что бы вы ни делали, ваш сын не избе­жит его вли­я­ния; в этом смысле вы про­сто не можете не руко­во­дить им. Но важно, на что именно ука­зы­вает, на чем акцен­ти­ру­ется ваше руко­вод­ство, гово­рит ли оно вашему сыну: «Сле­дуй моим реше­ниям, ибо я знаю все лучше тебя, а ты не можешь при­ни­мать пра­виль­ных реше­ний» — или же оно гово­рит ему: «Ты можешь при­ни­мать соб­ствен­ные пра­виль­ные решения».

Для того чтобы обес­пе­чить наи­луч­шее руко­вод­ство, вы должны поз­во­лить и дове­рить вашему ребенку само­сто­я­тельно управ­лять и рас­по­ря­жаться его жиз­нью. При этом вам все же не сле­дует отка­зы­ваться от своей спо­соб­но­сти кон­тро­ли­ро­вать про­ис­хо­дя­щее. Обра­тите эту спо­соб­ность на себя и исполь­зуйте ее для того, чтобы вне­сти в вашу соб­ствен­ную жизнь все то, чего вы хотите.

Разве не должны мой муж и я про­яв­лять согла­со­ван­ность друг с другом?

Мы счи­таем согла­со­ван­ность очень важ­ной, но не ту согла­со­ван­ность, кото­рая пред­пи­сы­вает, что вы и ваш супруг должны все делать оди­на­ково. Вы и он — раз­ные люди, у вас раз­ные жела­ния и раз­ные пере­жи­ва­ния. Кроме того, у каж­дого из вас эти жела­ния и пере­жи­ва­ния посто­янно изме­ня­ются. Поэтому обычно нельзя тре­бо­вать согла­со­ван­но­сти в том смысле, что вы и ваш муж при­хо­дите к одним и тем же реше­ниям, как сле­дует дей­ство­вать в той или иной ситуации.

Суще­ствует дру­гой тип согла­со­ван­но­сти, кото­рый гораздо более зна­чим. По своей сути это ваша согла­со­ван­ность с самой собой — в том смысле, что вы все­гда руко­вод­ству­е­тесь соб­ствен­ными пере­жи­ва­ни­ями и жела­ни­ями и зна­ете, что вне зави­си­мо­сти от того, каким обра­зом меня­ется ситу­а­ция, вы можете поло­житься на себя, ибо спо­собны поза­бо­титься о самой себе.

Если вы дей­ству­ете таким вот обра­зом, то ваши жела­ния и пере­жи­ва­ния могут меняться, а ваше пове­де­ние, изме­ня­ясь, будет соот­вет­ство­вать им; но при этом вы оста­не­тесь верны самой себе. Подоб­ная линия пове­де­ния важна и для вас, и для вашего ребенка.

Кроме того, если вы верны себе, а одно из ваших жела­ний — счаст­ли­вые вза­и­мо­от­но­ше­ния с мужем, вы про­явите пре­дан­ность и по отно­ше­нию к нему, ста­ра­ясь, чтобы его дела шли как можно лучше, и никоим обра­зом не ста­нете пре­пят­ство­вать им. Вы будете дове­рять вашему супругу в том, что он может спра­виться с воз­ни­ка­ю­щими у него про­бле­мами, делая это по-своему.

Разве роди­тели не обя­заны уста­нав­ли­вать огра­ни­че­ния? Как же я могу это делать, если не соби­ра­юсь даже пытаться кон­тро­ли­ро­вать то, что делает ребенок?

Да, уста­нав­ли­вать огра­ни­че­ния — дей­стви­тельно важ­ное дело. Но можно делать это, вводя огра­ни­че­ния не на то, как будет вести себя ваш ребе­нок, а на то, как будут отно­ситься к вам.

Вы можете ясно сфор­му­ли­ро­вать, какого рода обра­ще­ния с собой вы хотите, вы можете занять твер­дую пози­цию, чтобы добиться такого обра­ще­ния, и, нако­нец, вы можете дать понять, что именно вы пред­при­мете, чтобы поза­бо­титься о себе в том слу­чае, если к вам будут отно­ситься иначе.

Разве не я отве­чаю за моего ребенка? Он ведь не про­сил, чтобы его рожали.

Мы не раз слы­шали, как и роди­тели, и дети упо­ми­нали этот аргу­мент: «не про­сили, чтобы рожали» или «не про­сили, чтобы усы­нов­ляли»; обычно они гово­рили это Для того, чтобы оправ­дать то одно­сто­рон­нее дет­ско-Роди­тель­ское отно­ше­ние, в кото­ром роди­тель испы­ты­вает чув­ства вины и долга, а ребе­нок — чув­ство воз­му­ще­ния от того, что ему не дают еще боль­шего. Для нас это заме­ча­ние зву­чит ало­гично; если учи­ты­вать тот кон­текст, в кото­ром оно здесь исполь­зу­ется, то вы также» не про­сили, чтобы вас рожали. В факте рож­де­ния мы видим отнюдь не чей-то пода­рок, но ско­рее обре­те­ние чело­ве­ком его соб­ствен­ного даро­ва­ния, сущ­ность кото­рого состоит в праве и обя­зан­но­сти отве­чать за свое соб­ствен­ное Я. Чем, кроме этого, рас­по­ла­гает любой из нас?

Нет, мы не думаем, что ваш ребе­нок явля­ется вашим подо­т­вет­ствен­ным, потому что он или она не явля­ется вашей соб­ствен­но­стью. Ваш ребе­нок отве­чает за себя; вы отве­ча­ете за себя.

Разве не эго­и­стично забо­титься о себе?

Нет. В том смысле, в кото­ром мы опи­сы­ваем это здесь, дело обстоит как раз наобо­рот. Аль­тру­изм и про­яв­ле­ние заботы о дру­гих пред­став­ля­ются нам выс­шей фор­мой чело­ве­че­ского суще­ство­ва­ния. И все же в этом есть нечто почти пара­док­саль­ное. Аль­тру­изм имеет смысл лишь в том слу­чае, если вы даете нечто дру­гим, потому что хотите этого, т. е. если аль­тру­и­сти­че­ский посту­пок явля­ется в то же самое время забо­той о себе: вы даете нечто дру­гому потому, что вам достав­ляет удо­воль­ствие видеть счаст­ли­вым дру­гого человека.

Если же вы даете нечто дру­гому по обя­зан­но­сти, потому что вы должны, или даете и одно­вре­менно жале­ете об этом, или же ждете чего-нибудь вза­мен, то аль­тру­и­сти­че­ское дая­ние пре­вра­ща­ется уже во что-то иное.

Мы пола­гаем, что важно усво­ить эту раз­но­вид­ность дая­ния — потому-что-вы-хотите-давать; пер­вый шаг в этом направ­ле­нии состоит в том, чтобы научиться забо­титься о себе.

Наш опыт пока­зы­вает: если люди ста­но­вятся вос­при­им­чи­выми и пре­дан­ными своим соб­ствен­ным жела­ниям, они обна­ру­жи­вают, что одно из самых бла­го­род­ных жела­ний — стрем­ле­ние помо­гать дру­гим, любить их и жить, сотруд­ни­чая с ними. Таким обра­зом, забота о дру­гих людях ока­зы­ва­ется глу­бо­чай­шим про­яв­ле­нием заботы о себе.

Детям непро­сто взрос­леть в совре­мен­ном мире; я глу­боко пере­жи­ваю за мою дочь и хочу помочь ей.

Мы, без­условно, можем понять эти глу­бо­кие пере­жи­ва­ния, но в то же время стрем­ле­ние опе­кать вашу дочь чре­вато пагуб­ными послед­стви­ями. Ваша дочь с мень­шими труд­но­стями ста­нет взрос­лой, если дать ей понять сле­ду­ю­щее: вы верите в то, что она может пре­красно пре­успеть в жизни.

А как быть с обра­зом Я у моего ребенка? Я часто говорю дочери, что люблю ее, поэтому она будет думать, что о ней заботятся.

Мы согласны с тем, что образ Я и ощу­ще­ние ребенка, что он спо­со­бен само­сто­я­тельно справ­ляться с труд­но­стями, крайне важны. Поэтому вопрос состоит в сле­ду­ю­щем: что вы как роди­тель можете сде­лать, чтобы повы­сить само­оценку дочери и упро­чить ее ощу­ще­ние, что она вполне может справ­ляться с трудностями?

Лучше всего помо­жет в этом, на наш взгляд, изме­не­ние вашего пред­став­ле­ния о дочери, вос­при­я­тие ее как чело­века, кото­рый спо­со­бен пре­одо­ле­вать труд­но­сти; именно это пред­став­ле­ние должно лежать в основе всех ваших дей­ствий и поступков.

Как же могут изме­не­ния во мне помочь моему сыну? Могу ли я что-либо сде­лать, если он не захо­чет изме­ниться тоже?

Да, мно­гое вы можете сде­лать сами.

Неко­то­рые из про­ступ­ков вашего сына свя­заны с вашим поведением.

Если вы изме­ните свое пове­де­ние, он уже больше не смо­жет посту­пать тем же самым обра­зом, и, с вашей точки зре­ния, его изме­нив­ше­еся пове­де­ние вполне можно будет рас­смат­ри­вать, ско­рее всего, как изме­нив­ше­еся к луч­шему по срав­не­нию с тем, каким оно было раньше.

Неко­то­рые из про­ступ­ков вашего сына могут выте­кать про­сто-напро­сто из того, каков он сам по себе! Поэтому лучше всего научиться не про­яв­лять излиш­него, ненуж­ного бес­по­кой­ства в этих случаях.

И, конечно все, необ­хо­димо научиться при­ни­мать на себя ответ­ствен­ность за то, чтобы сде­лать соб­ствен­ную жизнь счастливой.

Это при­не­сет пользу не только вам, но ока­жется, веро­ятно, одним из наи­бо­лее эффек­тив­ных при­е­мов, спо­соб­ству­ю­щих тому, чтобы ваш сын изме­нился в луч­шую сторону.

Не счи­та­ете ли вы, что детей сле­дует про­сто оста­вить на про­из­вол судьбы и не забо­титься о них?

Одно дело заявить: «Давай, давай, делай все, что ты хочешь. Мне все равно». Дру­гое дело ска­зать: «Я бес­по­ко­юсь о том, что, сде­лав так-то и так-то, ты можешь постра­дать из-за этого, и я верю в твою спо­соб­ность посту­пать так, как будет пра­вильно для тебя. И я дей­стви­тельно забо­чусь о твоем бла­го­по­лу­чии». Мы под­дер­жи­ваем, конечно, послед­нюю точку зрения.

А как же сде­лать так, чтобы вос­ста­но­вить бли­зость с детьми? Мы при­выкли к близ­ким отно­ше­ниям с ребен­ком, а теперь сын дер­жится с нами отстраненно.

Когда вы были близки, ваш сын был малень­ким. Вы гово­рили ему, что сле­дует делать, и он обычно так и посту­пал. Под­рост­ко­вые годы — это как бы под­го­товка к тому вре­мени, когда и сын ста­нет боль­шим и когда никто из вас не будет уже гово­рить дру­гому, что надо делать и как сле­дует посту­пать. Вот почему ваш ребе­нок отхо­дит, отстра­ня­ется от роли «я малень­кий» и гото­вится к воз­расту «я боль­шой». Это отстра­не­ние вполне есте­ственно и обычно непро­дол­жи­тельно. Будь тер­пе­ли­выми, и бли­зость между вами, ско­рее всего, вер­нется в новой, взрос­лой форме.

А как же опас­но­сти? Я боюсь поз­во­лять моему ребенку делать то, что он хочет, так как это может при­не­сти ему вред.

Нас настолько глу­боко бес­по­коит этот вопрос, что мы риск­нем ска­зать болез­нен­ную для неко­то­рых из вас правду: ваши про­дол­жа­ю­щи­еся попытки кон­тро­ли­ро­вать ребенка еще ближе под­тал­ки­вают его к опасности.

Пере­дача ребенку ответ­ствен­но­сти за его соб­ствен­ные дей­ствия дает ему воз­мож­ность выра­бо­тать наи­луч­шую защиту от опас­но­сти — трез­во­мыс­ля­щий интел­лект, кото­рый при­спо­соб­лен к тому, чтобы забо­титься о себе.

Что если мой супруг не будет сотруд­ни­чать со мной при исполь­зо­ва­нии пред­ла­га­е­мого вами подхода?

В отно­ше­нии этого вопроса мы должны выска­зать два важ­ных замечания.

  1. Прин­ципы, кото­рые мы опи­сали в этой книге, при­ло­жимы не только к под­рост­кам. Они дей­ствуют также при­ме­ни­тельно ко всем иным раз­но­вид­но­стям меж­лич­ност­ных отно­ше­ний. Если ваша про­блема — отно­ше­ние к вам и/или детям вашего супруга, то пере­чис­лите обу­слов­лен­ные этим отно­ше­нием более “част­ные про­блемы, рас­пре­де­лите их на пункты, непо­сред­ственно вли­я­ю­щие на жизнь вашего супруга и на вашу соб­ствен­ную жизнь, и исполь­зуйте для про­ра­ботки этих пунк­тов все те прин­ципы, кото­рые были сфор­му­ли­ро­ваны в дан­ной книге.
  2. Непре­менно «поз­вольте» вашему супругу и вашему ребенку уста­нав­ли­вать такие вза­и­мо­от­но­ше­ния, кото­рые пред­став­ля­ются им наи­луч­шими. Напри­мер, если вы хотите общаться с вашим ребен­ком в нена­пря­жен­ной и бла­го­же­ла­тель­ной манере и ведете себя соот­вет­ственно, а ваш супруг и ваш ребе­нок счи­тают воз­мож­ным вза­и­мо­дей­ство­вать друг с дру­гом посред­ством рас­по­ря­же­ний, вза­им­ных обид и упре­ков, то пусть они так и делают. При­дер­жи­вай­тесь того, чтобы забо­титься лишь о про­бле­мах, непо­сред­ственно вли­я­ю­щих на вашу жизнь и на то, как вы отно­си­тесь к дру­гим людям.

Даже если ваш супруг сотруд­ни­чает с вами, но не ведет себя «в точ­но­сти так», как вы, не при­нуж­дайте его к этому, но поз­вольте дей­ство­вать таким обра­зом, кото­рый устра­и­вает его.

Разве роди­тели не имеют ника­ких прав?

Как только вы могли усо­мниться в этом?!

Конечно же, у вас есть права, и ваша задача состоит в том, чтобы отста­и­вать их!

 

При­ло­же­ние Б. Несколько слу­чаев из прак­тики кон­суль­ти­ро­ва­ния родителей

РОДИТЕЛЬ, КОТОРОМУ ДВАЖДЫ ПРИШЛОСЬ СПРАВЛЯТЬСЯ С ПРОБЛЕМАМИ 

Даже те роди­тели, кото­рым очень тяжело дается отказ от кон­тро­ли­ро­ва­ния жизни детей, в конце кон­цов могут легко и с поль­зой для себя про­де­лать это. От мис­сис Ф. такой отказ потре­бо­вал кро­пот­ли­вой и неустан­ной работы, но достиг­ну­тый ею конеч­ный успех стоил затра­чен­ного труда.

Мис­сис Ф. овдо­вела, когда двое ее детей были еще довольно малень­кими, и ей при­шлось содер­жать семью и сво­его отца-инва­лида на посо­бие за мужа (ее муж был офи­це­ром военно-мор­ского флота). Все шло хорошо до тех пор, пока Карлу, млад­шему из детей, не испол­ни­лось 14 лет. К тому вре­мени он про­учился уже пол­года в девя­том классе. Раньше он обычно слу­шался свою мать и не достав­лял ей ника­ких осо­бых огор­че­ний и забот ни в школе, ни дома. Напри­мер, несмотря на то, что после школы Карл пред­по­чи­тал играть с дру­зьями, он все-таки сна­чала послушно, хоть и с недо­воль­ным видом, делал уроки. Затем все изме­ни­лось. Карл начал отка­зы­ваться делать уроки уже и после обеда, а ино­гда и вовсе. За несколько меся­цев его школь­ная успе­ва­е­мость из удо­вле­тво­ри­тель­ной пре­вра­ти­лась в плохую, появи­лись про­блемы, свя­зан­ные с нару­ше­ни­ями дис­ци­плины, а также со зна­чи­тель­ными про­пус­ками заня­тий. К тому же Карл обза­велся по сосед­ству новым дру­гом, с кото­рым пустился в озорство.

Мис­сис Ф., будучи чело­ве­ком очень мяг­ким, уже на самых ран­них эта­пах «про­блем­ного» пове­де­ния сво­его сына обна­ру­жила, что довольно бес­по­мощна и не в состо­я­нии как-то повли­ять на его пове­де­ние, несмотря на наго­няи, мольбы, слезы, при­зывы чтить память отца и т. д. И мис­сис Ф., и Карл, видимо, пола­гали, что если он хорошо учился в школе и вообще хорошо вел себя, то делал это ско­рее для матери, чем для себя.

После осо­бенно мучи­тель­ного раз­би­ра­тель­ства с учи­тель­ни­цей, кото­рой Карл нагру­бил, миccис Ф. позво­нила нам и попро­сила ока­зать ей кон­суль­та­тив­ную помощь, и мы начали рабо­тать с ней и с сыном. Скоро, однако, Карл начал «забы­вать» про наши встречи и, в конце кон­цов, заявил, что не будет при­хо­дить на них вовсе. Мы посту­пили так, как делали обычно в тех слу­чаях, когда слу­ча­лось подоб­ное,— про­дол­жили рабо­тать с мис­сис Ф. Как и мно­гие роди­тели, кото­рых мы кон­суль­ти­ро­вали, мис­сис Ф. испы­тала пона­чалу немало труд­но­стей, ей было непро­сто отка­заться от кон­троля над пове­де­нием Карла. Однако осо­зна­ние соб­ствен­ной бес­по­мощ­но­сти убе­дило ее попро­бо­вать нечто иное, и она посте­пенно и пона­чалу про­сто для пробы стала при­ме­нять под­ход, кото­рый мы опи­сы­ваем в этой книге. Затем в один из дней в начале июля дела, кажется, при­няли совсем пло­хой обо­рот. (Как гово­ри­лось в главе 4, так бывает довольно часто.) Карл и его друг были задер­жаны поли­цией и поме­щены в изо­ля­тор для несо­вер­шен­но­лет­них пра­во­на­ру­ши­те­лей за то, что бро­сали горя­щие шутихи в про­ез­жа­ю­щие машины. К этому вре­мени мис­сис Ф. решила, что Карлу сле­дует испы­тать на себе пол­ную меру воз­дей­ствия судеб­ной системы для несо­вер­шен­но­лет­них. Она верила, что сын смо­жет выдер­жать подоб­ное испы­та­ние. Карлу при­шлось неко­то­рое время про­быть в изо­ля­торе, и только после этого его условно освободили.

Оста­ток лета и начало осени мис­сис Ф. мед­ленно, но упорно шла к тому, чтобы дать воз­мож­ность сыну при­ни­мать соб­ствен­ные реше­ния. В тече­ние этого вре­мени Карл изме­нился, стал более ответ­ствен­ным. Хотя впо­след­ствии, вплоть до начала один­на­дца­того класса, сын все же достав­лял неко­то­рое бес­по­кой­ство матери, про­блемы посте­пенно исче­зали, и к весен­нему семестру Карл уже не отста­вал ни по одному из пред­ме­тов, никому не достав­лял непри­ят­но­стей ни в школе, ни где бы то ни было еще. Он и его мать были в пре­крас­ных, пре­ис­пол­нен­ных любви отно­ше­ниях. Счаст­ли­вое окон­ча­ние исто­рии — верно? Неверно. При­мерно в это же время стар­шая сестра Карла — Салли, кото­рой только что испол­ни­лось 17 лет, начала вести себя совсем иначе, не так, как обычно. Раньше она не достав­ляла своей матери абсо­лютно ника­ких забот, хорошо учи­лась в школе, сер­дечно отно­си­лась к сво­ему дедушке инва­лиду, короче, была таким ребен­ком, с кото­рым было бы легко любым роди­те­лям. Затем с Салли про­изо­шли (по край­ней мере с точки зре­ния ее матери) пора­зи­тель­ные изме­не­ния. Она начала про­пус­кать заня­тия в школе. Если раньше Салли и инте­ре­со­ва­лась маль­чи­ками, то они все­гда были «хоро­шими», т. е. такими, кото­рых одоб­ряла ее мать, да к тому же девочка сильно и не увле­ка­лась ими. Теперь же Салли поте­ряла голову из-за парня, кото­рый был несколь­кими годами старше ее. Он жил на той же улице и время от вре­мени, при­ез­жая домой на своем пикапе пья­ный, устра­и­вал там шум­ные дебоши. Салли всту­пила с ним в интим­ные отно­ше­ния, при­чем сде­лала это таким скан­даль­ным обра­зом, что ее мать была про­сто обя­зана ули­чить ее. Одна­жды, когда матери не было дома, но в ком­нате, рас­по­ло­жен­ной рядом со спаль­ней Салли, нахо­дился ее дед, она при­вела к себе этого парня и устро­ила шум­ное, демон­стра­тив­ное сек­су­аль­ное сви­да­ние, о кото­ром, как она точно знала, дед сооб­щит мис­сис Ф.

Мис­сис Ф. вновь при­шла про­кон­суль­ти­ро­ваться с нами (теперь уже по поводу этой новой про­блемы). Салли также согла­си­лась при­хо­дить к нам. Они обе все­гда были довольно близки и хорошо отно­си­лись друг к другу, и после того, как они вновь под­твер­дили эти чув­ства вза­им­ной рас­по­ло­жен­но­сти, Салли ска­зала, что бро­сит сво­его при­я­теля. Однако очень скоро она пере­стала при­хо­дить на кон­суль­та­ции и начала тайно встре­чаться с этим пар­нем. Мис­сис Ф. была в пол­ном смя­те­нии. Хотя она про­шла через то же самое с Кар­лом и в конеч­ном счете почув­ство­вала удо­вле­тво­ре­ние, отка­зав­шись кон­тро­ли­ро­вать его пове­де­ние, тем не менее мис­сис Ф. про­дол­жала вести бес­по­мощ­ную борьбу за то, чтобы кон­тро­ли­ро­вать Салли. Для мис­сис Ф. все нача­лось как бы заново. Но снова усердно и неуклонно она рабо­тала над тем, чтобы научиться отка­зы­ваться от своих при­вы­чек кон­тро­ли­ро­вать дочь. Тем вре­ме­нем Салли бро­сила сво­его при­я­теля, но вме­сто него нашла дру­гого, кото­рому был 21 год и кото­рый почти сразу же после их зна­ком­ства был аре­сто­ван поли­цией. Когда он нахо­дился в пред­ва­ри­тель­ном заклю­че­нии, ему ино­гда можно было зво­нить, и Салли подолгу гово­рила с ним по теле­фону, полу­чая в резуль­тате зна­чи­тель­ные счета за эти переговоры.

Цель нашей работы с мис­сис Ф. состо­яла в том, чтобы вер­нуть Салли пол­ную ответ­ствен­ность за ее соб­ствен­ную жизнь, вклю­чая и любов­ные дела. Напри­мер, мис­сис Ф. должна была при­нять твер­дое реше­ние не опла­чи­вать счета дочери за ее теле­фон­ные пере­го­воры с приятелем.

Под­да­ва­ясь своим преж­ним при­выч­кам кон­тро­ли­ро­вать дочь, мис­сис Ф. поду­мы­вала о том, чтобы выну­дить Салли отка­заться от работы после школы, якобы «для того чтобы дочь могла больше зани­маться». На самом же деле мис­сис Ф. хотела сде­лать это для того, чтобы Салли не имела воз­мож­но­сти опла­чи­вать теле­фон­ные счета. Мать счи­тала, что это поз­во­лит ей наста­и­вать на пре­кра­ще­нии звон­ков дочери сво­ему при­я­телю. К сча­стью, ока­за­лось довольно лег­ким делом убе­дить мис­сис Ф., что этот хит­рый так­ти­че­ский ход, ско­рее всего, не сработает.

Для мис­сис Ф. кон­фликт­ная ситу­а­ция с доче­рью была почти столь же трудна, как и кон­фликт с сыном, хотя, как и в пер­вый раз, она в конце кон­цов доби­лась успеха. К тому вре­мени, когда Салли испол­ни­лось 18 лет и она закон­чила сред­нюю школу, мать и дочь были в очень хоро­ших отно­ше­ниях, в чем-то похо­жих на те, что были у них несколько лет назад, но уже без преж­него дет­ско-роди­тель­ского оттенка. Они напо­ми­нали ско­рее вза­и­мо­от­но­ше­ния двух любя­щих друг друга взрос­лых людей. После окон­ча­ния школы Салли про­дол­жила учебу в кол­ле­дже, жила дома, больше не дру­жила с «непри­лич­ными» при­я­те­лями, и мис­сис Ф. была довольна тем, как все обер­ну­лось. Салли бро­сила «непри­лич­ных» при­я­те­лей вполне доб­ро­вольно и как-то мимо­хо­дом ска­зала матери: «Я не думаю, что он (ее вто­рой при­я­тель, кото­рого поса­дили в тюрьму) именно тот парень, кото­рый подо­шел бы мне».

ИСКРЕННЕЕ УСИЛИЕ

Мистер и мис­сис Б. ока­за­лись в очень небла­го­по­луч­ной ситу­а­ции. Мы доста­точно детально рас­ска­зы­ваем их исто­рию для того, чтобы наглядно пока­зать, что может про­изойти, когда роди­тели все­цело посвя­щают себя изме­не­нию сло­жив­ше­гося поло­же­ния дел.

За годы, пред­ше­ству­ю­щие нашему зна­ком­ству с семьей Б., Энди (12) уже успел дове­сти до отча­я­ния и своих роди­те­лей, и учи­те­лей. Роди­тели при­зна­лись нам, что не имеют над сыном ника­кого кон­троля. Вся­кий раз, когда они пыта­лись настав­лять Энди или делать ему заме­ча­ния, он начи­нал буй­ство­вать: раз­би­вал вдре­безги вет­ро­вое стекло машины, изби­вал при­над­ле­жав­ших роди­те­лям эски­мос­ских лаек, угро­жал телес­ными уве­чьями чле­нам семьи. Подоб­ные инци­денты обычно закан­чи­ва­лись тем, что мистер Б. бил маль­чика, а мис­сис Б. ругала сына за то, что он ее ни во что не ставит.

Энди выгнали из двух школ, потому что там, так же как и дома, с ним ничего не могли поде­лать, а кон­суль­тант из тре­тьей школы посо­ве­то­вал роди­те­лям поме­стить его в пси­хи­ат­ри­че­скую боль­ницу на месяч­ное обследование.

Роди­те­лей очень бес­по­ко­ило также то, что Энди пода­вал пло­хой при­мер сво­ему млад­шему брату Ден­нису (9) и без спроса поль­зо­вался его вещами. Одна­жды, когда Энди, как все­гда, взял гитару брата, отец ска­зал, что он не дол­жен брать ее без раз­ре­ше­ния. Энди отре­а­ги­ро­вал дер­зо­стью и угро­зами, взбе­сив­шими отца, а затем, по мере того как раз­го­ра­лась ссора, маль­чик схва­тил кот­ную люби­мую кошку матери и бро­сился с ней во двор перед домом, крича, что швыр­нет ее через изго­родь на улицу, если отец не заткнется. Мистер Б. схва­тил Энди как раз вовремя, чтобы спа­сти кошку, и сильно уда­рил его по спине. Энди тут же позво­нил в поли­цию, чтобы пожа­ло­ваться на то, что его избили. Когда при­е­хала поли­ция, он ска­зал, что его так разо­злили, что он соби­рался этой ночью при­кон­чить своих родителей.

Ана­ли­зи­руя эту ситу­а­цию, мы отдали долж­ное идее с пси­хи­ат­ри­че­ской боль­ни­цей, при­няв в рас­чет угрозы Энди и череду его пред­ше­ству­ю­щих диких выхо­док. Однако мы чув­ство­вали, что можем помочь семье и наша помощь будет гораздо эффек­тив­нее. Два обсто­я­тель­ства повли­яли на то, что мы оста­но­ви­лись на этой послед­ней точке зрения.

  1. Несмотря на все свои дикие выска­зы­ва­ния, Энди нико­гда и никому не нано­сил реаль­ного ущерба. Собаки, кото­рых он бил (а делал это он не кула­ком, а ладо­нью), были боль­шими и силь­ными и не выгля­дели запу­ган­ными. Схва­тив кошку, Энди побе­жал так, чтобы его смогли оста­но­вить до того, как он мог бы на самом деле бро­сить ее через изго­родь. Что же каса­ется вет­ро­вого стекла машины, то он раз­бил его не пред­на­ме­ренно, а ско­рее всего слу­чайно — в ходе про­ис­ше­ствия, никак не свя­зан­ного с этим стеклом.
  2. Мы видели в пове­де­нии роди­те­лей те дей­ствия, кото­рые при опре­де­лен­ной кор­рек­ции могли при­ве­сти к суще­ствен­ному изме­не­нию кон­фликт­ной ситу­а­ции с сыном. Кроме того, роди­тели страстно стре­ми­лись пора­бо­тать над тем, чтобы улуч­шить поло­же­ние дел. В создав­шейся ситу­а­ции они были несчастны и в то же время явно не хотели рас­ста­ваться с маль­чи­ком. Мистер Б. ска­зал: «Я согла­сен пред­при­нять что-нибудь!» Мы пой­мали его на слове и дали обоим роди­те­лям чет­кие инструк­ции, для того чтобы они опро­бо­вали их. Прежде всего, мы попро­сили обоих роди­те­лей отка­заться от неко­то­рых дей­ствий, пообе­щав, что вза­мен научим их более эффек­тив­ному пове­де­нию. Мистер Б. дал слово больше не бить Энди, какой бы силь­ной ни была про­во­ка­ция с его сто­роны (шлепки, полу­ча­е­мые от отца, давали Энди сво­его рода модель физи­че­ского наси­лия, и он вовсю исполь­зо­вал ее). Мис­сис Б. согла­си­лась воз­дер­жаться от ругани, что бы Энди ни делал.

Энди отка­зался пойти в школу в тот день, когда мы посе­тили семью, и, пока мы раз­го­ва­ри­вали, играл у дома. Затем в при­сут­ствии Энди мы ска­зали роди­те­лям, что они нару­шают закон, поз­во­ляя сыну не посе­щать школь­ные заня­тия. Если же они не могут заста­вить его учиться (все воз­мож­ное они уже сде­лали, ска­зав сыну, что ему сле­дует ходить в школу), то теперь, в часы школь­ных заня­тий, они не должны обра­щать на него абсо­лютно ника­кого вни­ма­ния, как будто его здесь нет. (Это было сде­лано, чтобы лишить Энди вни­ма­ния роди­те­лей, кото­рое он обычно полу­чал от них, когда, вме­сто того чтобы идти в школу, оста­вался дома.)

Затем роди­тели соста­вили отдель­ные списки тех поступ­ков Энди, кото­рые вызы­вали у них бес­по­кой­ство. В каж­дом из этих спис­ков было около два­дцати пунктов.

С раз­ре­ше­ния супру­гов Б. мы при­во­дим здесь неко­то­рые из них.

Спи­сок мистера Б.:

Кри­чит на свою мать, что при­во­дит меня в бешенство.

Все время пере­чит. Если все мы хотим пойти и съесть пиццу, он обя­за­тельно дол­жен съесть гамбургер.

Не чув­ствует себя обя­зан­ным делать какую-либо работу по дому.

Ломает вещи, когда при­хо­дит в ярость.

Вго­няет меня в стыд сво­ими выход­ками и исте­ри­ками, когда мы бываем в обществе.

Зво­нит по меж­ду­го­род­ному теле­фону своей бабушке и жалу­ется на нас.

Кра­дет вещи из моей комнаты.

Берет без спроса мои инстру­менты, и я уже больше нико­гда их не вижу.

Ждет от меня, что я доставлю его в любое место, куда и когда он этого захочет.

Спи­сок мис­сис Б.:

Не встает утром вовремя, чтобы успеть в школу. Забы­вает при­но­сить из школы домаш­ние зада­ния, так что потом не дол­жен и выпол­нять их.

Сильно пач­кает на кухне каж­дое утро.

Исче­зает без спроса, когда знает, что мы соби­ра­емся отпра­виться куда-либо.

Не кор­мит собак (что явля­ется его обя­зан­но­стью) и плохо отно­сится к ним.

Остав­ляет ван­ную ком­нату неуб­ран­ной после себя (повсюду раз­бра­сы­вает свою гряз­ную одежду и не сли­вает воду из ванны).

Вхо­дит в ком­нату и пере­клю­чает канал теле­ви­зора в то время, когда я смотрю его.

Ведет себя как совер­шен­ней­ший дурак, когда у меня гости. Я так сты­жусь его.

Ведет себя как поро­се­нок в кафе или ресто­ране. Когда мы отправ­ля­емся вме­сте с ним, мой желу­док как будто завя­зы­вают узлом и ника­кая еда не достав­ляет мне удовольствия.

Когда я раз­го­ва­ри­ваю по теле­фону, он спе­ци­ально кри­чит так, что я ничего не слышу.

Посто­янно хочет идти куда-то и не при­ни­мает в этой связи ника­ких отка­зов или возражений.

Сле­ду­ю­щие про­блемы были ука­заны в спис­ках обоих роди­те­лей, хотя про­ступки сына опи­сы­ва­лись в них раз­ными словами:

Не уби­рает свою поло­вину дет­ской спаль­ной комнаты.

Плюет повсюду.

Бьет собак, когда при­хо­дит в ярость.

Не хочет ложиться спать вовремя.

Под­би­вает Ден­ниса на опас­ные про­делки: воров­ство, игры с огнем или ножами, бро­са­ние кам­ней и т. д.

Первую неделю мы рабо­тали с мисте­ром и мис­сис Б. над пунк­тами, вхо­див­шими в их перечни собы­тий жизни ребенка. Вот что делали родители:

Недо­воль­ство мистера Б. тем, что Энди кри­чит на свою мать.

Мистер Б. согла­сился оста­ваться в сто­роне, что бы ни про­ис­хо­дило между его женой и Энди. Он решил, что, когда крики Энди ста­нут раз­дра­жать его, он будет выхо­дить из ком­наты и нахо­дить себе дело в своей мастерской.

Энди не уби­рает свою поло­вину дет­ской спальни.

Роди­тели ска­зали двум своим сыно­вьям, что, по их мне­нию, маль­чи­кам вполне можно дове­рить реше­ние вопроса о том, как уби­рать свою ком­нату, и что они не соби­ра­ются больше кон­тро­ли­ро­вать их.

Энди отка­зы­ва­ется вста­вать вовремя, чтобы успеть в школу, или не желает при­но­сить из школы домаш­ние задания.

Мис­сис Б. твердо заявила Энди, что начи­ная с этого момента и в даль­ней­шем она не вме­ши­ва­ется в его школь­ные дела; пусть он и учи­теля все вопросы решают сами.

Энди хочет куда-либо идти и не при­ни­мает ника­ких воз­ра­же­ний, не хочет слы­шать ни о каких «нет». Мис­сис Б. ска­зала Энди, что теперь пони­мает — он сам может поза­бо­титься о себе и в даль­ней­шем волен само­сто­я­тельно при­ни­мать реше­ния, куда ему пойти.

Через несколько часов, после того как мис­сис Б. ска­зала ему это, Энди про­ве­рил ее, заявив с явно про­во­ка­ци­он­ными наме­ре­ни­ями: «Эй, мама, я соби­ра­юсь пойти в вело­ма­га­зин!» Раньше она могла авто­ма­ти­че­ски отре­а­ги­ро­вать на это таким обра­зом: «Нет, ты не пой­дешь туда!» Теперь же она ска­зала бук­вально сле­ду­ю­щее: «Ну, это твое дело». Полу­чив такой ответ, Энди был заметно удив­лен. Минуту спу­стя из-за двери пока­за­лась его голова, и он снова обра­тился к ней: «Мама, я же ска­зал, я соби­ра­юсь пойти в вело­ма­га­зин!» Мис­сис Б. про­из­несла: «Мм, гм». Энди, по-види­мому, все еще не мог ей пове­рить и выпа­лил рас­сер­женно: «Мама, разве ты не слы­шала, что я ска­зал? Я соби­ра­юсь пойти в вело­ма­га­зин!» Мис­сис Б. обро­нила мимо­хо­дом: «Ну, тогда уви­димся позд­нее». Энди и не думал идти в вело­ма­га­зин, но он, видимо, по-насто­я­щему заду­мался о новой пози­ции своей матери. Довольно долго Энди все еще про­дол­жал подоб­ным обра­зом спра­ши­вать раз­ре­ше­ния пойти куда-либо, хотя через несколько недель у него уже был наго­тове шаб­лон­ный ответ и он мог ска­зать: «Эй, мама, могу я пойти домой к Джои?.. Я знаю, знаю, это мое дело!»

Долго не ложится спать.

Мистер и мис­сис Б. ска­зали обоим маль­чи­кам, что они доста­точно взрос­лые, чтобы самим соблю­дать время отхода ко сну, и впо­след­ствии уже вообще ничего не гово­рили об этом.

Мистер и мис­сис Б. начали также гораздо больше вни­ма­ния уде­лять тому, что они сами хотели делать, и гораздо меньше обра­щали вни­ма­ния на Энди. В тече­ние пер­вой недели они два­жды ухо­дили обе­дать вдвоем, оста­вив обоих маль­чи­ков дома. Энди сер­дито обви­нил роди­те­лей в том, что они нико­гда и никуда не берут его с собой. Мистер Б. ска­зал сыну, что будет рад пойти с ним куда угодно, как только будет уве­рен, что не при­дется испы­ты­вать сму­ще­ние из-за пове­де­ния Энди, и не раньше. Отец был совер­шенно готов к тому, чтобы, в слу­чае если в оче­ред­ной раз Энди устроит сцену в ресто­ране, встать и уйти, оста­вив его там одного. Видимо, одной этой реши­мо­сти отца было вполне доста­точно, и ему так нико­гда и не при­шлось про­де­лать что-либо подоб­ное в действительности.

Через неделю или около того, когда мистер и мис­сис Б. уже без осо­бого труда могли не кон­тро­ли­ро­вать пункты из перечня собы­тий жизни ребенка, они начали рабо­тать над пунк­тами из перечня собы­тий жизни родителя.

Мис­сис Б. выбрала сна­чала для подоб­ной работы про­блему, кото­рую созда­вали для нее грязь и бес­по­ря­док, остав­ля­е­мые сыном каж­дое утро на кухне. Мис­сис Б. встре­ча­лась с Энди уже днем, когда он при­хо­дил домой из школы. В тече­ние несколь­ких дней она, уви­дев его, гово­рила: «Энди, не будешь ли ты так добр убрать на кухне?» Энди отве­чал на это шут­ками, отка­зами, обви­не­ни­ями («Ты не забо­тишься обо мне») и т. п., и мис­сис Б. при­шлось повто­рить трех­член­ное наста­и­ва­ю­щее пред­ло­же­ние три или четыре раза.

Мистер Б. выбрал для себя про­блему, свя­зан­ную с тем, что Энди брал его инстру­менты. Отец уже совсем был готов ска­зать Энди, что хотел бы твердо знать — его инстру­менты нахо­дятся в пол­ной без­опас­но­сти, но эта про­блема так и не воз­никла вновь!

Глав­ный резуль­тат работы супру­гов Б., видимо, состоял в сле­ду­ю­щем: Энди понра­ви­лось, что его делают ответ­ствен­ным за соб­ствен­ные дей­ствия, и, когда ему предо­ста­вили эту ответ­ствен­ность, он пере­стал достав­лять бес­по­кой­ство родителям.

Два месяца спу­стя, после того как супруги Б. начали рабо­тать над сво­ими про­бле­мами с Энди, они сооб­щили нам, что у них больше нет ни одной насто­я­щей труд­но­сти с сыном. Как они ска­зали, Энди «смяг­чился». Оба роди­теля при­зна­лись, что стали чув­ство­вать себя с ним ближе, чем когда-либо раньше. Когда же супру­гов спро­сили, что про­изо­шло с пунк­тами их спис­ков, они рас­ска­зали следующее.

Школа. Энди регу­лярно посе­щал школу. Он полу­чил несколько пло­хих отме­ток за то, что забы­вал о своих домаш­них зада­ниях, и была также одна записка от учи­тель­ницы к мис­сис Б. Мать отдала полу­чен­ную записку Энди, кото­рый ска­зал ей, что знает, о чем она, и пони­мает также, что это его дело разо­браться с такого рода делами и именно это он и соби­ра­ется делать.

Когда мы спро­сили мис­сис Б., вовремя ли встает утром Энди, чтобы успеть в школу, она ска­зала лишь: «Все замечательно».

Крики на мать. Это «пре­кра­ти­лось довольно давно». Мистеру Б. на самом деле при­шлось одна­жды выйти из ком­наты, когда жена и Энди начали спо­рить. При этом отец ска­зал: «Я чув­ствую себя неловко в этой ситу­а­ции и, навер­ное, уйду из ком­наты». Так он и сде­лал. За все время про­изо­шел лишь еще один подоб­ный инци­дент. Энди ска­зал как-то своим домаш­ним, что оста­вил вело­си­пед в школе и соби­ра­ется вер­нуться туда, чтобы забрать его. Мис­сис Б. ска­зала, что школа должна быть уже закрыта, и, на какой-то миг пере­клю­чив­шись на свои преж­ние при­вычки, отве­тила, что он не пой­дет в школу. В преж­ние вре­мена, как уве­ряли нас роди­тели, за этим после­до­вала бы насто­я­щая сцена. На этот же раз Энди про­сто ска­зал с раз­дра­же­нием: «Это мое дело!» — схва­тил пальто, выбе­жал из дома и отпра­вился в школу. Мать про­ду­мала про­ис­шед­шее и решила, что сын был прав.

Уборка его ком­наты. Это не было больше про­бле­мой. Теперь за уборку всей ком­наты отве­чал Ден­нис, что было частью дого­вора, кото­рый выра­бо­тали сами мальчики!

Грязь. Энди время от вре­мени все еще пач­кает дома. Его отец ска­зал нам: «Когда он делает это, я говорю ему: «Я хотел бы, чтобы эту грязь убрали». Ино­гда он все еще остав­ляет ван­ную ком­нату в бес­по­рядке. Как ска­зала мис­сис Б.: «Он все еще нуж­да­ется в напо­ми­на­ниях, и, как только я говорю ему: «Я не остав­ляю за собой грязи и бес­по­рядка, когда при­ни­маю ванну!»,— он воз­вра­ща­ется в ван­ную ком­нату и уби­рает ее».

Поздно ложится спать. Это не было больше про­бле­мой. Пер­вые несколько раз, когда роди­тели ничего не гово­рили о том, что пора идти спать, маль­чики не ложи­лись спать почти всю ночь. Вот что ска­зал мистер Б.: «Это должно было изму­чить их. Начи­ная с тре­тьей ночи они отпра­ви­лись спать уже в опти­маль­ное время и даже пога­сили свет».

Плевки исчезли. «Мы нико­гда не гово­рили ему об этом, и я после ни разу не видела, чтобы он плевался».

Воров­ство из ком­наты роди­те­лей пре­кра­ти­лось. «Мы ска­зали ему только, что наша ком­ната для него закрыта».

Тре­бо­ва­ние, чтобы его всюду возили, больше не воз­об­нов­ля­лось ни разу. Одна­жды утром Энди веж­ливо попро­сил отца взять его вече­ром на фут­бол, и мистер Б. почув­ство­вал, что согла­сен сде­лать это.

Жела­ние ухо­дить из дома. В этом отно­ше­нии Энди был по-преж­нему «неза­ви­си­мым». Если мать воз­ра­жала по поводу его ухода, он мог ска­зать при­мерно сле­ду­ю­щее: «Я хочу уйти, и если попаду в беду, то сам буду вино­ват в этом»,— после чего он уходил.

Неже­ла­ние кор­мить собак. Энди, как и раньше, не кор­мил собак; он ска­зал роди­те­лям, что до школы у него нет для этого вре­мени, и пред­ло­жил, чтобы вме­сто него кор­мил собак Ден­нис. Вза­мен он доб­ро­вольно вызвался рабо­тать в саду!

При­ста­ва­ние к соба­кам и кошке. В тече­ние мно­гих недель не слу­ча­лось ничего подобного.

Пере­клю­че­ние кана­лов теле­ви­зора в то время, когда его смот­рят роди­тели. Энди больше не делал этого. Однако после того как он пере­стал пере­клю­чать каналы, то же самое несколько раз пытался про­де­лать Ден­нис. Мать ска­зала ему: «Все, что мы гово­рим, пред­на­зна­чено не только для Энди. К тебе это также относится!»

При­ве­де­ние в заме­ша­тель­ство роди­те­лей в при­сут­ствии гостей. Этот пункт фак­ти­че­ски сме­нился на свою про­ти­во­по­лож­ность. На несколько недель при­е­хал пого­стить дедушка Энди, и на этот раз не было всех тех непри­ят­но­стей, кото­рые Энди обычно достав­лял семье раньше; он, как сооб­щила нам мис­сис Б., «был так добр и покла­дист с моим отцом. Он пла­кал, когда дедушка уезжал».

Допол­ни­тель­ный побоч­ный эффект. Роди­тели забыли ука­зать в каче­стве одной из хро­ни­че­ских про­блем (также вызы­вав­шей их бес­по­кой­ство) при­вычку Энди грызть ногти. И хотя об этом сыну не было ска­зано ни слова, эта при­вычка также исчезла.

Фак­ти­че­ски через два месяца после начала работы пове­де­ние Энди боль­шие не бес­по­ко­ило роди­те­лей, и они начали исполь­зо­вать те навыки, кото­рым научи­лись, рабо­тая с Энди, в своих делах с дру­зьями и род­ствен­ни­ками, зло­упо­треб­ляв­шими, как им пред­став­ля­лось, их доб­ро­той. Напри­мер, брат мис­сис Б. посто­янно брал на время машину ее мужа, ино­гда даже не спра­ши­вая раз­ре­ше­ния, и в то же время отка­зы­вался одал­жи­вать мистеру Б. свой мото­цикл, несмотря на то, что тем самым ино­гда остав­лял его без транс­порт­ного сред­ства. Дру­гой род­ствен­ник, при­е­хав наве­стить супру­гов Б., обос­но­вался на много недель в их гараже, где при­ни­мал своих при­я­тель­ниц, рас­пи­вал спирт­ные напитки и очень громко вклю­чал музыку, достав­ляя хозя­е­вам массу бес­по­кой­ства. И какой при­мер пода­вал он их сыно­вьям! Даже ска­зать что-либо этим людям было непро­сто для супру­гов Б., но когда они все же осме­ли­лись, то были удив­лены, что в резуль­тате их вза­и­мо­от­но­ше­ния с род­ствен­ни­ками улуч­ши­лись. Все это еще раз под­твер­дило пра­виль­ность их нового, серьез­ного спо­соба вза­и­мо­дей­ствия с Энди.

Роди­те­лям пред­став­ля­лось все про­ис­шед­шее слиш­ком хоро­шим, чтобы быть прав­дой. В то, что Энди так сильно изме­нился из-за того, что они что-то там сде­лали, мистер и мис­сис Б. про­сто не могли пове­рить. Они были склонны напо­ло­вину объ­яс­нять поло­жи­тель­ные изме­не­ния тем, что у Энди появи­лись новые дру­зья, осо­бенно одна очень хоро­шая девочка из его класса. Мы согла­си­лись, что эта новая подружка дей­стви­тельно могла ока­зать бла­го­твор­ное вли­я­ние в дан­ной ситу­а­ции, но вме­сте с тем ска­зали роди­те­лям, что убеж­дены: основ­ная заслуга, несо­мненно, при­над­ле­жит им и тем пре­ис­пол­нен­ным любви изме­не­ниям, кото­рые про­изо­шли бла­го­даря их усилиям.

ДЕТИ УНИКАЛЬНЫ

Как и в каком направ­ле­нии раз­ви­ва­ется ребе­нок, пред­став­ля­ется нам в зна­чи­тель­ной сте­пени обу­слов­лен­ным и даже пред­опре­де­лен­ным чем-то, заклю­чен­ным в нем самом. Мы думаем, что хоро­шей иллю­стра­цией этого поло­же­ния явля­ется про­ис­шед­шее с мис­сис X. и ее двумя детьми.

Мис­сис X., чело­век очень доб­ро­душ­ный, отзыв­чи­вый и, как гово­рят, «смяг­чив­шийся с годами»; и если бы оба ее ребенка были такими, как ее сын Том (10), то у нее, по-види­мому, нико­гда не было бы ника­ких про­блем. Том по сво­ему харак­теру был очень похож на мать. А вот дру­гой ее сын, кото­рого звали Тим (12), очень напо­ми­нал ее быв­шего мужа — чело­века в выс­шей сте­пени неза­ви­си­мого, само­сто­я­тель­ного, силь­ного, не склон­ного жить уют­ной домаш­ней жиз­нью. Тим любил играть либо один, либо с дру­гом у ручья непо­да­леку от дома, где он мог стро­ить шалаши из веток, ловить мышей и яще­риц и ходить по воде вдоль ручья. Мис­сис X. бес­по­ко­ило не только это. Для того чтобы попасть на этот ручей, Тиму при­хо­ди­лось пере­хо­дить ожив­лен­ную улицу по пеше­ход­ному пере­ходу со све­то­фо­ром. Однако Тим счи­тал ее тре­вогу глу­пой и про­сто делал то, что хотел. Он также вся­че­ски помы­кал мате­рью, вынуж­дал ее, напри­мер, давать ему деньги или поку­пать то, что ему хоте­лось, и она была бук­вально вос­ком в его руках. Тим знал, что, устроив сцену, полу­чит то, чего хочет, он был пер­во­класс­ным созда­те­лем подоб­ного рода сцен.

Мис­сис X. была про­сто не в состо­я­нии забо­титься о себе в той мере, в какой это было необ­хо­димо в ее отно­ше­ниях с Тимом. Кое-что она изме­нила в своем пове­де­нии в соот­вет­ствии с нашими настав­ле­ни­ями и обна­ру­жила, что эти пере­мены ока­за­лись полез­ными. Мис­сис X. также пони­мала: мно­гое, что она пока не в состо­я­нии сде­лать, было бы не менее бла­го­творно. И все же Тим ока­зался для матери слиш­ком креп­ким ореш­ком, и она решила посмот­реть, не согла­сится ли кто-нибудь из ее род­ствен­ни­ков взять его на вос­пи­та­ние. Ее сестра с мужем, пре­успе­ва­ю­щим рыба­ком из Луи­зи­аны, души не чаяли в Тиме, и им очень хоте­лось, чтобы он жил вме­сте с ними. Теперь Тим вос­пи­ты­ва­ется дядей и тетей, и все идет хорошо. В лет­нее время он со своим дядей зани­ма­ется лов­лей рыбы и успешно справ­ля­ется с этим делом. Мис­сис X. и Том довольны друг другом.

СВОДНАЯ СЕМЬЯ, КОТОРАЯ ВЫСТОЯЛА

Глав­ный пункт в переч­нях собы­тий жизни роди­теля для мистера и мис­сис М. состоял в том, чтобы огра­дить соб­ствен­ные вза­и­мо­от­но­ше­ния от дей­ствий их свод­ных детей, под­тал­ки­вав­ших супру­гов к раз­воду. После сва­дьбы мистера и мис­сис М. про­шел при­мерно год, когда мы впер­вые встре­ти­лись с ними. В этой семье вос­пи­ты­ва­лись их дети от преж­них бра­ков. У мис­сис М. было двое доче­рей в воз­расте 5 и 13 лет, а у мистера М. была дочь 12 лет. Когда супруги впер­вые обра­ти­лись за помо­щью, про­блема, начав­ша­яся с ослож­не­ний во вза­и­мо­от­но­ше­ниях с двумя стар­шими девоч­ками, стала настолько серьез­ной, что уже сами взрос­лые были близки к тому, чтобы рас­статься. На пер­вый взгляд то, что довело их до этого состо­я­ния, было совер­шенно несе­рьез­ным. Две девочки могли напач­кать на кухне или в гости­ной или же не уби­рали на место свои вело­си­педы. Труд­ность состо­яла в том, что супруги по-раз­ному отно­си­лись к девоч­кам. Мис­сис М. жало­ва­лась, что муж вел себя как слиш­ком стро­гий педант по отно­ше­нию к ее дочери, но поз­во­лял его соб­ствен­ному «ангелу» мно­гое делать совер­шенно без­на­ка­занно. Мистер М. гово­рил, что доби­ваться от дево­чек эле­мен­тар­ной дис­ци­плины — задача жены, а поскольку она устра­ни­лась, то при­шлось этим зани­маться ему. Его воз­му­щала пози­ция жены и осо­бенно пове­де­ние ее дочери, кото­рая, как он ска­зал, была при­чи­ной всех бед. Мис­сис М. была столь же уве­рена, что под­лин­ным источ­ни­ком их мук явля­ется его дочь. (Мы пола­гаем, что они оба были правы. Дети, как и люди в целом, могут быть то анге­лами, то дья­во­лами в зави­си­мо­сти от того, с кем они общаются).

Каза­лось, что девочки, доби­ва­ясь раз­вода роди­те­лей, разыг­ры­вают хорошо про­ду­ман­ные роли. Дочь мистера М. делала глав­ным обра­зом то, что осо­бенно доса­ждало мачехе, а его свод­ная дочь пре­красно знала, чем именно можно доса­дить отчиму. Инци­дент, кото­рый довел всю ситу­а­цию до кри­ти­че­ской точки, был спро­во­ци­ро­ван доче­рью мис­сис М. Мистер М. рабо­тал во вто­рую смену, и когда он при­ез­жал домой около полу­ночи, то пред­по­чи­тал откры­вать двери гаража с помо­щью дистан­ци­он­ного управ­ле­ния из машины и потом въез­жал в гараж. Одна­жды ночью (уже в кото­рый раз) мистер М. уви­дел, что вело­си­пед его при­ем­ной дочери бло­ки­рует ему дорогу. И вот здесь он устроил сцену, в кото­рую вскоре была вовле­чена вся семья.

Мы убе­дили супру­гов М. опро­бо­вать под­ход, кото­рый поз­во­лит им скон­цен­три­ро­ваться на заботе о соб­ствен­ных вза­и­мо­от­но­ше­ниях: в сущ­но­сти, речь шла о том, чтобы встать ско­рее пле­чом к плечу, нежели носом к носу. Если они смо­гут — целе­со­об­разно исполь­зо­вать еди­ный метод наве­де­ния дис­ци­плины, но если же им не удастся дей­ство­вать таким обра­зом, то тогда каж­дому сле­дует при­ме­нять свой пред­по­чи­та­е­мый метод. С любым из детей дол­жен иметь дело тот роди­тель, кото­рый пер­вый зафик­си­рует ту или иную про­блему, и ни один из них не дол­жен выслу­ши­вать наедине рос­сказни дочери о том, какой пло­хой и злой ее при­ем­ный родитель.

Супруги решили начать назы­вать каж­дую девочку «моя дочь» и также про­сить при­ем­ных доче­рей обра­щаться к ним «папа» и «мама», а не по имени, как это было раньше.

Супруги М. очень хотели спа­сти свой брак, поскольку изна­чально он был удач­ным. В резуль­тате они начали пере­стра­и­вать тот спо­соб вза­и­мо­от­но­ше­ний, кото­рый сло­жился у них с доче­рями. Напри­мер, мис­сис М. смогла заявить обеим девоч­кам: «Я хочу, чтобы в дет­ской ком­нате больше не было гряз­ной посуды». Выслу­ши­вая обыч­ные пер­во­на­чаль­ные ответы, кото­рые, как пра­вило, полу­чают роди­тели, при­ме­ня­ю­щие опи­сы­ва­е­мый нами под­ход («Я этого не делала!», «Я тоже не делала!»), она посте­пенно доби­лась зна­чи­тель­ного успеха, и в ком­нате стало чище.

Выявился и важ­ный побоч­ный эффект: мис­сис М. поняла, что на самом деле ее не так уж забо­тило, как ей каза­лось раньше, под­дер­жа­ние совер­шен­ного порядка в доме.

Мистер М. объ­явил девоч­кам: если он еще раз уви­дит вело­си­пед, бло­ки­ру­ю­щий дви­же­ние его машины, то, не обра­щая вни­ма­ния на то, чей он, раз­бу­дит обеих дево­чек для того, чтобы они отпра­ви­лись в гараж и убрали вело­си­пед на место.

И он так и делал. Как вы можете себе пред­ста­вить, очень скоро вело­си­педы пере­стали бло­ки­ро­вать ему дорогу по ночам.

Мистер и мис­сис М. про­жили вме­сте к насто­я­щему вре­мени еще пять лет, и две стар­шие девочки стали вполне бла­го­по­луч­ными взрос­лыми людьми. Они давно отка­за­лись от своих про­во­ка­ци­он­ных поступ­ков, и со вре­ме­нем каж­дый из роди­те­лей полю­бил обеих дево­чек. Фаво­ри­тизм исчез. Роди­тели счаст­ливы, что живут вме­сте со всеми тремя девоч­ками, кото­рые чув­ствуют себя в семье прекрасно.

СВОДНАЯ СЕМЬЯ, КОТОРАЯ НЕ ВЫСТОЯЛА

Не во всех свод­ных семьях дела идут столь успешно, как в семье супру­гов М. Семья Л., напри­мер, так и не состоялась.

Мистер и мис­сис Л. всту­пил в брак и попы­та­лись создать новую семью, имея по одному сыну от преж­них бра­ков. Обоим маль­чи­кам было по 14 лет. Один из них, сын мистера Л., был осо­бенно акти­вен, пыта­ясь создать про­блемы в отно­ше­ниях между роди­те­лями. Он был крайне непри­вет­лив и груб со своей свод­ной мате­рью. В бесе­дах с нами маль­чик ясно давал понять, что хотел бы, чтобы его род­ная мать и отец снова сошлись, хотя и пони­мал, насколько это мало­ве­ро­ятно. Он гово­рил также, что, несмотря на то, что мачеха отно­сится к нему так же, как и к соб­ствен­ному сыну (а это отно­ше­ние, как он чув­ство­вал, было пре­крас­ным), он все равно не будет хорошо отно­ситься к ней.

Каж­дый из супру­гов осо­зна­вал, что пове­де­ние маль­чи­ков и осо­бенно сына мистера Л. вби­вало клин между ними, однако они так и не смогли изме­нить свой спо­соб вза­и­мо­дей­ствия с детьми. Им не уда­лось пере­дать маль­чи­кам ответ­ствен­ность за их соб­ствен­ные поступки и, не про­ти­во­реча друг другу, сов­местно заняться очень важ­ной про­бле­мой из перечня собы­тий жизни роди­теля — попы­таться све­сти на нет тот ущерб, кото­рый нано­сился маль­чи­ками их вза­и­мо­от­но­ше­ниям. И сей­час, когда пишутся эти строки, супруги нахо­дятся на грани развода.

ДОЛГОВРЕМЕННОЕ УСИЛИЕ

Мис­сис 3. осно­ва­тельно при­выкла игно­ри­ро­вать свои соб­ствен­ные жела­ния и вме­сто этого кон­цен­три­ро­вала почти всю свою энер­гию на том, чтобы кон­тро­ли­ро­вать жизнь сына. Ее исто­рия сви­де­тель­ствует, однако, что даже такая глу­боко уко­ре­нив­ша­яся при­вычка может быть со вре­ме­нем изме­нена, и в резуль­тате у чело­века сло­жится новый, более совер­шен­ный образ жизни.

Мис­сис 3., про­грам­мист,  в оди­ночку рас­тила сво­его 14-лет­него сына Теда почти с его мла­ден­че­ства. Отец маль­чика давно ушел от них, и никто не знал, где он и что с ним. Кроме того, у мис­сис 3. была изу­ве­чена нога, и за исклю­че­нием неболь­ших рас­сто­я­ний она могла ходить, только поль­зу­ясь косты­лями. Мис­сис 3. затра­чи­вала много энер­гии, бес­по­ко­ясь о том, «пра­вильно» ли ведет себя Тед, а вооб­ра­же­ние ее было чрез­вы­чайно живым. В пер­вый раз она обра­ти­лась за кон­суль­та­ци­он­ной помо­щью, потому что подо­зре­вала, что Тед соби­ра­ется сде­лать бере­мен­ной 11-лет­нюю девочку, кото­рая жила в сосед­ней квар­тире. У матери не было реаль­ных осно­ва­ний, кото­рые под­твер­ждали бы ее опа­се­ния о суще­ство­ва­нии интим­ных отно­ше­ний между сыном и этой девоч­кой, и, когда мы вошли в курс дела, все это пока­за­лось нам в выс­шей сте­пени мало­ве­ро­ят­ным. И, тем не менее, мис­сис 3. про­дол­жала бес­по­ко­иться о том, что же будет, если слу­чится эта бере­мен­ность: какова ее ответ­ствен­ность; что же будет с Тедом; что с ней сде­лает мать девочки и т. д. Она вполне могла пред­ста­вить, что каж­дый житель города читает об этом про­ис­ше­ствии в газете, что Теда назы­вают отцом, что он дол­жен жениться на малень­кой девочке и нико­гда не смо­жет закон­чить школу, что он дол­жен будет про­жить всю свою жизнь как про­стой рабо­чий и т. д. Дру­гие про­блемы, кото­рые также бес­по­ко­или мис­сис 3., были свя­заны с тем осо­бым харак­те­ром вза­и­мо­от­но­ше­ний, кото­рый сло­жился у нее с сыном. Тед не выпол­нял своей части работы по дому, кото­рую по спра­вед­ли­во­сти дол­жен был делать. Из-за сво­его уве­чья мис­сис 3. не могла выно­сить мусор, ей было трудно также чистить ванну. Эти и неко­то­рые дру­гие виды уборки были в числе обя­зан­но­стей Теда, но он все­гда укло­нялся от них.

В целом Тед про­из­вел на нас хоро­шее впе­чат­ле­ние. Это был серьез­ный маль­чик с незна­чи­тель­ной склон­но­стью к раз­ного рода шало­стям. Он неплохо успе­вал в школе и даже выпол­нял время от вре­мени по своей соб­ствен­ной ини­ци­а­тиве работу по стрижке газо­нов. Основ­ная про­блема Теда состо­яла в том, что мать осу­ществ­ляла слиш­ком плот­ную роди­тель­скую опеку, и в резуль­тате у него оста­ва­лось лишь очень незна­чи­тель­ное ощу­ще­ние, что он может рас­по­ря­жаться соб­ствен­ной жиз­нью. Даже когда он стриг газоны, мать не спус­кала с него глаз, желая быть уве­рен­ной, что он делает все именно так, как она счи­тает нуж­ным и пра­виль­ным, что его рабо­то­да­тели пол­но­стью удо­вле­тво­рены и т. д. Она бес­по­ко­и­лась, что заказ­чи­кам что-то не понравится.

Мис­сис 3. должна была при­не­сти много лич­ных жертв, чтобы вырас­тить Теда до под­рост­ко­вого воз­раста. Посте­пенно она чуть ли не пол­но­стью скон­цен­три­ро­ва­лась на его жизни и почти забыла о том, какими могут быть ее соб­ствен­ные жела­ния. В работе с мис­сис 3. мы зани­ма­лись реше­нием очень труд­ной задачи: ей надо было помочь снять кон­троль с жизни Теда и вме­сто этого при­нять на себя ответ­ствен­ность за то, чтобы сде­лать счаст­ли­вой свою соб­ствен­ную жизнь.

Мы и мис­сис 3. долго рабо­тали вме­сте. В тече­ние при­мерно двух лет она посте­пенно изме­ня­лась и мало-помалу стала поз­во­лять Теду в боль­шей сте­пени руко­во­дить его соб­ствен­ной жиз­нью. Каж­дый новый слу­чай, с кото­рым при­хо­ди­лось стал­ки­ваться, не давался ей без борьбы. Сын хотел устро­иться на работу. Он хотел пойти в тур­по­ход с маль­чи­ком старше его по воз­расту, зна­ю­щим и опыт­ным тури­стом и вдо­ба­вок, как она сама при­зна­вала, ей сим­па­тич­ным. Он хотел при­гла­сить девочку в кино. Он хотел пойти на науч­ную выставку. Каж­дый такой слу­чай застав­лял бес­по­ко­иться мать, и она была непод­ра­жа­ема в при­ду­мы­ва­нии все­воз­мож­ных неве­ро­ят­ных ката­строф, пред­став­ляв­шихся ей неиз­беж­ными. Однако мис­сис 3. про­ра­ба­ты­вала каж­дую из про­блем по мере их воз­ник­но­ве­ния и к концу двух­лет­него пери­ода уже не могла без неко­то­рого изум­ле­ния огля­ды­ваться на свое преж­нее Я. Она могла улыб­нуться, вспом­нив свое бес­по­кой­ство по поводу того, что Тед сде­лает бере­мен­ной малень­кую девочку, и испы­тать чув­ство удо­вле­тво­ре­ния, что сын и в самом деле вырос милым и хоро­шим пар­нем, хотя посту­пал по-сво­ему, а она по суще­ству сумела отка­заться от кон­троля над всем отно­сив­шимся к перечню собы­тий его жизни.

На про­тя­же­нии этого пери­ода мис­сис 3. стала гораздо лучше забо­титься о своей жизни. Она вдруг обна­ру­жила, что любит отправ­ляться в вос­крес­ные дни на экс­кур­сии с двумя сво­ими подру­гами, и стала именно так и делать. Она полу­чала удо­воль­ствие от посе­ще­ния спек­так­лей и кон­цер­тов и при­об­рела несколько пар або­не­мен­тов. Если Тед хотел пойти с ней, что слу­ча­лось довольно часто, она при­гла­шала его. Если же такого жела­ния у него не было, то она нахо­дила еще кого-нибудь, кто пошел бы с ней. Мис­сис 3. доби­лась неболь­шого про­дви­же­ния по службе, что поз­во­лило ей полу­чать гораздо боль­шее удо­вле­тво­ре­ние от работы. Она поняла, что не выно­сит свою квар­тиру, и пере­ехала на дру­гую, луч­шую, ска­зав Теду, что хотела бы рас­счи­ты­вать на неко­то­рую допол­ни­тель­ную помощь, чтобы иметь воз­мож­ность опла­чи­вать ее. Тед также хотел жить в хоро­шей квар­тире и с энту­зи­аз­мом согла­сился с подоб­ным вариантом.

Теду скоро будет уже 17 лет, он учится в стар­шем классе сред­ней школы. Весь про­шлый год Тед рабо­тал после заня­тий в школь­ной сто­ло­вой, где теперь зани­мает долж­ность дирек­тора. Ино­гда еще слу­ча­ется, что дома он не выно­сит мусор, но доста­точно одного напо­ми­на­ния, чтобы он сде­лал это. Про­блема с чист­кой ванны исчезла, потому что новая квар­тира обо­ру­до­вана душем, кото­рому мать и сын отдают пред­по­чте­ние (к тому же мать удо­вле­тво­ря­ется тем, как Тед отмы­вает душе­вую). Они счаст­ливы вме­сте и полу­чают насто­я­щее удо­воль­ствие, отправ­ля­ясь вдвоем обе­дать или на кон­церт. Там, где они сей­час живут, у Теда появи­лись новые дру­зья, и мать вполне довольна ими. Мис­сис 3. потре­бо­ва­лось при­мерно два года, чтобы прийти к созна­тель­ному реше­нию: им двоим ста­нет только лучше, если она будет рас­по­ря­жаться своей жиз­нью и поз­во­лит ему руко­во­дить своей. И вот теперь она пожи­нает плоды этого решения.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки